- Слушай, коммисар, ти не ори на меня, а?
- Бехметов, я не ору. Я тебе приказываю. Разницу улавливаешь?
Казах медленно отложил винтовку в сторону и поднялся, щуплый, кривоногий.
Но страшный.
Страшный взгляд. Пробуравит заживо.
- Я за тибя воевать пришель? Нет. Вот и замолщи. Мы вас двести лет. Наши предки, Чингиз! Вас... Скетам!
- Никто из нас не пришел сюда воевать за меня. Не надо горячиться, Бехметов.
- Тогда и не ори, пониль?
- Бехметов. Азамат. Послушай. Никто из нас не хочет умирать. Но если мы не умрем на своем посту - то умрут наши отцы. Наши мамы. Наши братья. Сестры. Дети. У тебя детей нет, да?
- Ну да. Нет детей. А жена есть. Мы ешо не женился.
- Невеста у тебя, стало быть.
- Невеста, да.
- Молодец. Но пойми вот что: если мы сейчас убежим, да если вся Красная Армия драпать начнет, кто твою невесту будет брюхатить? А?
Казах заскрипел зубами.
- Не, ты на меня так не смотри. Но кто? Вот они! - политрук коротко ткнул пальцем в сторону линии фронта. - Сначала моих родных убьют, а потом и до твоих доберутся. Думаешь, отсидитесь? Ничего подобного. России не станет, вас тоже разберут на части. Не веришь? Вон, у Василюка спроси, что они в Белорусии делали. Вон он сидит, спроси у него. Спроси, давай.
- Джаляб! - казах коротко ругнулся, словно сплюнул.
- Ты не коммунист. Советской Родины у тебя нет. Но она есть у нас у остальных. И если ее не станет, то и тебе пиздец. Тебе и твоему народу. Понимаешь?
В окопе стало тихо.
Все молча подняли взгляд на политрука, сменившего убитого командира роты и на на неказистого казаха.
Они мерялись взглядами недолго.
Казах ухнул кулаком себе в грудь, подобрал флягу, собрал гранаты, запихал их за пояс.
- Эй, ты куда, морда? Жить надоело? - Федя-красавец словил казаха за полу шинели. Азамат поднял винтовку и силой приложил Федора прикладом в грудь.
- Пашель на хрен, башырингу кутохм! Тавариш коммисар, я буду драться.
На горизонте вырисовались черные точки - танки. За ними надвигалась темная полоса. Пехота поддержки.
- Хоп, ребяты, вставайте, немец наступать! - Азамат махнул рукой.
Рота прильнула к бойницам.
Пробежали Ахаберидзе и Маловкин, таща противотанковое ружье на более удобную позицию.
Ффффууууууум!!!
Снаряд ударил перелетом. Спины бойцов засыпало снегом и землей.
- Гранаты готовьте! - крикнул политрук.
Черные точки превратились во всамделишную угрозу. На окопы перли танки, поддерживаемые пехотой.
- Ребяты! - крикнул Азамат. - Все стоим до последней!
- Отступать некуда, - прорычал политрук.
- Да, отступат некуды. Пазади Москва!
Казах устроил приклад "дегтяря" на плече поудобнее и дал длинную очередь.
***
Генерал-майор приложился к биноклю.
- Чертова шмась! Когда уже подкрепления? - снова прильнул к окулярам. Выпрямился. Снял фуражку. Вытер лоб и вздохнул. Произнес тихо: - Враг задержан. Слава героям.