низшим предзадаётся качество высшее; антипод -- антикачество качество низшее. Форсируя: форсирование независания полей.
Убогий сцепленных фалангов запах -- кромешно-сцепленных фалангов -- запах -- подгнившей, подо льдом сырой земли
лежалой. Это невод плетут возбуждёнными нитями, ворсом китовым, смычковой прямой пыльноворсной. Придыхание, преддыхание,
предзвучка -- тишина; тишина, придыхание, переддыхание, предзвучка голоса. Молчание, древесный ворс, предзвучка угловатая
в неё саму уходит глубже, в тишины засвет, что ею же расплескан и суть она. Непредсказуемо скучно неизвестное. По курсу неизвестное? Печально.
Снег таецнег тает. Груды маслянистые металлотел лёд вдоль обочин. Лёг. Вдоль обочин лёг. Слез окрас с тонов выпавших в допотопные. С песком сваленных груд скрежещущих, мокроасфальтовых.
до ста
настоящего --
здессейчасья вплоть до
нездешнего разгон, --
ещё тот песчинище
разгон этот, трата разгона
в его вымысле времени и
релятивности. День после
бессонницы:
мифокосности
печать на.
Советов проклонированная
судиня-справедливость;
заветренные, клубне-
подобные ланиты,
оных моноклубень, -- мать-
история невиданная
из реквиема Шнитке.
Индийская жирная музыка. Планета -- сиянием
сотрясаемая члена
головка.
2
отчуждение
присутствия налито тело теменью прозрачной. Наблюдение
горячно-серого, и сетующе-раздражённого, сквозного, полого, навылет;
обмана, сожаления потока, траектории вымысливания и уплотнения когдатодней и
полубессонных двадцатичетырёхчасий стопка наваждающихся, пылью
с течением неподъёма защетинивающих. Присутствия налито тело теменью прозрачной,
и движешься через него, не отстаёт, не отступает тело. Кожица прозрачно-рыбья часов до
восхода
уныло-злачных.
Румянца серого, досадующе-вымотанного, ненасыщаемо-полого, навылет,
течения подделки, скорби-опрощения, пути вымысливания и уплотнения когдатодней и
век не сомкнувших суток полночасных на столе, под сыростью и пылью
похеренных, наблюдение.
Присутствия налито тело теменью прозрачной. Тело-бутыль. Движение не
даётся. Деформация зато в избытке.
Разламывающаяся по швам, присутствия налита теменью бутылка
телоносителя, несущая известный контур темень, темень.
3
тупой 3d всё наказал,
и время-пыль летит в глаза.
и снова день, в котором стопка дней
и ночь с печатью тысячи ночей.
памятник из кельтского гранита,
натяжные двери, потолки стальные.
Давеча свидетницу эговы
повстречал. Им кстати б свежей было крови,
утверждают, булькающей на
частоте одной. Раз часть-и-та одна.
Пилоты, танкисты и фарисеи. Упадок в непропорциональной со смертью
связке, небалансируемой настолько, в избытке
неподобном до степени первоначальной разрыва, несвязи
изначальной, что эрос
скупой в юбке,
танатэрос, иначе; пусть и не без связи,
и какой. Ну, а проще, понятие, по умолчанию, в роде мужском. Понятие женским не завершается; в противном случае, понятие имеет танатотическое качество, и только. Танатос танатос суть, эрос не переходит, не ищет в танатосе никого -- и его самого в том числе. Танатос и эрос не пересекаются в них самих, в лучшем случае, в рациональном пространстве; иррационально -- да, пересекаются, не переходят: часть к части, не более. Проще, частей нет здесь. Какой тут упадок? Эрос в юбку рядить?.. В танатосе искать иррациональный эроса запрос на него самого, ясно, бред. Эрос взыскивает танатос, но лишь для неё последней.
ледистое, потное море,
и волны басят с хрипотцой:
хе-хе, -- по-отечески троллят
систему, с отёкшим лицом
и неумолимой манерой
подачи. Лишь в квантовых снах
ни множества, ни полумеры,
ни центростремительности,
пусть не местнолокальной/ пускай полиместной.
Отбор естественный
на эскалатор,
овцепоступательный на вид. И, в общем, -- :
закат кирпичный, мордобампер
балконный, --
при оной отрешённости, при всей-то, большей
наиболее естественной
причастности и прямоты не
отыщешь.
судить о прошедшем как о прошедшем. Ты либо
пыль призрачная, или травма по описи универсальной:
причастность и прочее, -- признаков нераскрываемых,
таинственных совокупность.
Муравьино-щетинные паводки суши и гущи отвесной.
Прерывистых тропок-лазеек из ниоткуда кромешье. Каракули
релятивности с горсткой отточий вокруг.
каменистая секреция полей безмысленных, намерения кряж.
Извращённое таинство тайны, грани
двусмысленные. Состояние выбора не что иное как ничто
откровенное. Тронулось в себе -- в нём стронулось самом.
Не начало увечное -- всякое, поскольку кончается тут же то, что имеет исходить привычку, продолжаясь в кресле инвалидном вымыслов и грёз. От A до B нет отстояния. Эта точка AB либо ты, либо точка-калека.
тупой 3d всё наказал,
и время-пыль летит в глаза.
И снова день, в котором стопка дней
и ночь с печатью тысячи ночей.
4
если б было нож вскрыть, может, скрыть
было нож отслоить, -- нож -- по центру
если б было ножу исходить и
избледнеть ему, было, если б. Острию сплошному
грани тало-лиловой бутона,
расплескавшейся в шарик воды.
Тежедли тельные постоятель ства посту-
кивания, -- постоянство. Что оно, под
постояльством-в-себе?
что под панцирем постоянства?
череда непродолжительных постоянств?
непродолжительные постоянства
более
коротких
постоянств.
Продолжительное то же постоянство.
Те же длительные постоянства. -- Длительные -- те же -- постоятельства.
Ибо что там, под тем постояльством льняным, что в себе, что ?
Подстелим сложенные крылья лежалые убыток лет.
Астматик пишет в хаотических манерах резано-затяжных.
Астматик урывками жишит, может статься, с ними, то есть
поверх -- по-над -- того-сего сверх. Постелим нити: подстелить их.
Снотворного белоснежные классики в виде лапок птичьих.
У сферы проявляются углы, паническим и мечущимся мерком
перемещаются. Углы-пружина, нет, углы-синкопа невротическая.
Под синкопы панцирем что? Череда снеготальных смятений?
Сокращений с последующими поражениями? Тревожная серость ли серая?
Воду
до ушка игольного стискивая, вплоть до
острия иглы. Небывалые, невиданные штампы,
постоянства
без нужды быть воспроизведёнными и раз
единый. Первые, проявленные неизменно,
первокорпускулы, первоэлементы,
мясо -- мяса
нескончаемый лоскут пространный.
Часть, пыль, ничто. Пыль,
часть, ничто. Картонное --
состояние выбора. Пустошь на ходулях.
А в воздухе -- повисшая в испуге безысходном
моновременность. Сбрасывает пыльно-белые,
серо-пепельные чехлы
звездообразная потоков поздняя стихия --
пространство. На трубчатых ходулях пустошь
картонная. Резинокофе автостопом.
Платформа сверхширокая, одна-
единственная в роде. В воздухе -- в испуге безысходном --
моновременность повисла. Сбрасывая трубчатых чехлов; серо-белые,
пыльно-пепельные чехлы. Неизвестная -- опознанная прежде, по
умолчанному отначалью чуждость. В воздухе -- в руинах атмосферы --
кататонический вопрос по типу неизвестной, нейтрализованный до
стопустоши картонной на опорах трубчатых. Сокрытия-руины.
Новизна разрушает намерение.