Князев Милослав
Товарищ Гроза (Книга шестая)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками Юристы. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На Землю пришла Система. Не сама пришла - её инопланетяне к нам принесли. И вовсе не с целью завоевать или уничтожить таким хитрым способом. Нет, они нас спасают. Во всяком случае, сами в это искренне верят. Так получилось, что Иван Гроза оказался первым пользователем Системы. И он этим случаем воспользовался. На всю катушку воспользовался. Не просто попал в сорок первый год в начало войны, но и кое-чего сумел там достичь. И не только на поле боя. Даже основал в тылу целый Тайный Город. И советское руководство признало его заслуги и наградило высшими наградами. Герой же не нашёл ничего лучше, чем предложить организовать пресс-конференцию с путешественником во времени. Где пообещал честно и без утаек ответить на любые вопросы о будущем, причём всем желающим. Впереди длинная дорога в Касабланку и сама конференция. Но до неё надо ещё как-то добраться. А ведь найдутся те, кто попытается помешать. И неожиданным будет, кто настучит по голове такому помешавшему.
  Товарищ Гроза (Книга шестая)
  
  Аннотация:
  
  На Землю пришла Система. Не сама пришла - её инопланетяне к нам принесли. И вовсе не с целью завоевать или уничтожить таким хитрым способом. Нет, они нас спасают. Во всяком случае, сами в это искренне верят.
  
  Так получилось, что Иван Гроза оказался первым пользователем Системы. И он этим случаем воспользовался. На всю катушку воспользовался. Не просто попал в сорок первый год в начало войны, но и кое-чего сумел там достичь. И не только на поле боя. Даже основал в тылу целый Тайный Город. И советское руководство признало его заслуги и наградило высшими наградами.
  
  Герой же не нашёл ничего лучше, чем предложить организовать пресс-конференцию с путешественником во времени. Где пообещал честно и без утаек ответить на любые вопросы о будущем, причём всем желающим. Впереди длинная дорога в Касабланку и сама конференция. Но до неё надо ещё как-то добраться. А ведь найдутся те, кто попытается помешать. И неожиданным будет, кто настучит по голове такому помешавшему.
  
  Книга так же выкладывается на:
  АТ: https://author.today/work/639553
  ВВВ: https://mahrov.4bb.ru/viewtopic.php?id=11328
  СИ: https://samlib.ru/editors/k/kmiloslaw/groza6.shtml
  
  
  Глава 1. Скромные желания
  Глава 1. А не офигел ли ты, товарищ Гроза?
  (К читателям. Пока не выбрал, какой вариант названия для главы подходит лучше. Пишите в комментариях, какой вам больше нравится. Или предлагайте свои)
  
  Под стук колёс правительственного вагона я не только мечтал о том, что хочу себе такой же, только с блэкджеком и танцовщицами кабаре. Тем более что танцовщицы у меня и так уже есть. Ну а блэкджек вполне себе может организовать граф Антошка. Он вообще почти всё что угодно может организовать, главное - платить.
  
  Ну так вот, также я размышлял о последних своих достижениях. Железнодорожная поездка - вообще неплохое времяпрепровождение именно для размышлений. Ну и подведения некоторых итогов.
  
  Ленинград накормил и эвакуировал, Китеж построил, с властями контакты наладил, даже международный шахматный турнир - и тот провёл. Это если смотреть чисто формально. По факту многомиллионный город даже с моим инвентарём не накормишь и не эвакуируешь. Можно сказать, капля в море. Однако та самая капля, которая спасёт очень многих. И позже я ещё туда не раз нагряну с тем же самым, тем более что уже обещал, тем более что мне даже за это заплатили вперёд.
  
  С Китежем уже куда больше и перспективней, чем просто формальность. Раз уж мне даже Система градостроителя на один пункт подняла - это многое значит. Ну а чем выше градостроитель, тем больше возможностей для постройки города, а следовательно, ещё раз его можно поднять. Создать что-то в глухой тайге совсем непросто, а я смог.
  
  Да, вместо того чтобы запасаться трофеями для себя, я их трачу на город, который с собой в будущее не заберу. Но, как я думаю, всё-таки этот навык сам по себе намного ценнее, чем любые материальные ресурсы. Их я тоже как-нибудь ещё добуду, а навык позже прокачать будет куда сложнее. Так что тут не просто формальность, а реальный класс. И надо думать о том, как бы его ещё сильнее, ещё мощнее усилить.
  
  С властями контакт тоже наладил вполне нормальный. Даже куда более нормальный, чем я изначально ожидал. Признаюсь честно, я и с Ленинградом-то особо ничего не ожидал, случайно получилось. Ну а когда тебя высшими наградами государства официально награждают - это уже реальный контакт. Причём не какой-то сидящий в блокаде и потому могущий себе много чего позволить город, а центр. Значит, признали полезным.
  
  Ну и международный шахматный турнир - как же без него. Если честно, сам понятия не имею, зачем я это устроил. Вот просто захотелось. Нет, если постараться, объяснить, конечно, можно, я вообще всё что угодно объяснить могу. Просто ассоциируется у меня мой Китеж с Нью-Васюками - и всё тут. А какие же Нью-Васюки без межпланетного шахматного турнира?
  
  Это если шутить, а если серьёзно - тоже можно. Ведь если в городе проводится какой-нибудь международный турнир, неважно какой, это повышает престиж самого города. А следовательно, увеличивает шансы на поднятие такого полезного навыка, как градостроитель. Особенно когда его начнут проводить уже без моего искусственного, как бы это сказать, организационного момента, а на самом деле. Любое крупное мероприятие притягивает к себе внимание, инфраструктуру и людские потоки, превращая обычную точку на карте в настоящий культурный центр.
  
  А его будут проводить. Представитель Ставки, сам Климент Ефремович Ворошилов подтвердил. Да и не просто же так я им деньги на это оставил. Деньги в таких случаях чаще всего самое главное. Некоторые думают, что воля государства, но в большинстве случаев даже воля государства нужна именно на то, чтобы выделить деньги. Без финансового фундамента даже самые амбициозные директивы свыше рискуют остаться красивыми бумагами и не более. Или, если по простому, без денег любая государственная воля так и останется волей, записанной на бумаге.
  
  Так что турниру быть. Если же вернуться к моим мечтам о таком вот правительственном вагоне в личной собственности, то это не совсем мечты. Планы от мечт тем и отличаются, что мечты - это что-то эфемерное, а вот планы вполне себе осуществимы. Вот и я обязательно осуществлю и приобрету такой вагон.
  
  Уже даже некоторые прикидки сделал. На данный момент у меня длина стенки основного пространства инвентаря составляет пятьдесят восемь метров. Если брать стандартный железнодорожный вагон, то это примерно двадцать пять метров. То есть запросто могу поставить рельсы и на них сразу два вагона. Зачем два? Ну так ещё и паровоз нужен, а он, как правило, не сильно короче вагона. И раз уж собираюсь делать себе бронепоезд премиум-класса, то нужен ещё как минимум один полностью вооружённый артиллерией вагон. А желательно два: один перед моим жилым вагоном, а другой после. Можно сказать, опять размечтался. Но это тот случай, когда я способен осуществить свои мечты.
  
  И это уже по-любому не получится впихнуть в пятьдесят восемь метров. Но на самом деле и не надо. Я помню о том, что хочу сделать небольшую железнодорожную ветку, на которую смогу ставить свои вагоны прямо внутри инвентаря и вместе с ней перекидывать наружу. А уже её там состыковывать с обычными железнодорожными путями через переходники. Процесс сборки на месте займёт от силы минут десять-пятнадцать, зато решит главный технический вопрос установки прямо на рельсы крупногабаритной техники. И уж по-любому такую ветку нужно делать ровно на один вагон, а никак не на весь состав. Так что придётся всё это вытаскивать по одному вагону и паровозу и уже на месте состыковывать в поезд. Ну а дальше катить с ветерком и с комфортом.
  
  И, как ни странно, кажущаяся очень громоздкой ветка, которая должна состоять из подвижных частей, чтобы это как-то перенаправлять, на деле самая не громоздкая часть задумки. Просто потому что она по определению будет плоской. А такого паука из рельсов можно просто прилепить на одну из стен - и пусть он там висит и никому не мешает. Компактное размещение вдоль плоскости позволит сохранить полезный объём для других нужд, не загромождая инвентарь, как например памятники или самолёты.
  
  Но об этом ещё надо будет думать и разговаривать с инженерами. Но я не сомневаюсь - справлюсь. И уж в этом мне советское руководство поможет. Ну а если не поможет, то весь остальной мир сейчас в основном капиталистический - только плати. И у меня уже есть чем платить. Хотя тоже золото не хотелось бы тратить, но я и бумагой могу заплатить.
  
  Я куда больше обдумывал внутренние интерьеры вагонов, чем инженерные решения для ветки и переходников. Хотя бы потому, что в этих предметах не очень-то разбираюсь. Всё-таки радиоинженеров такому не учат. А с внутренним пространством уже есть немалый опыт, свою же бытовку как-то построил. И опять же, бронированные вагоны с вооружением, о которых тоже надо будет подумать. И тут тоже придётся консультироваться со специалистами. Какая лучше артиллерия, какие пулемёты, ну и вообще много чего. Каждая деталь бронирования и сектора обстрела должна быть просчитана теми, кто это умеет. Тут уж лучше довериться тем, кто в этом действительно разбирается. А то навешаю брони, наставлю пушек, а потом выяснится, что половина из них стреляет не совсем туда. Всё-таки радиоинженер - это немного не конструктор бронепоездов.
  
  Возникла шальная мысль махнуть куда-нибудь в Германию и затрофеить их 'Большую Берту' или 'Большую Дору' - или как эта пушка называется. Хотя не уверен, поместится ли она ко мне в инвентарь целиком. Но было бы забавно погонять по рельсам с таким вот прицепом. Не для того чтобы стрелять, а для того чтобы впечатлять. Другие вон большими джипами всех впечатляют, а я буду большой пушкой. Подобный гигантский калибр на железнодорожном ходу будет производить неизгладимое визуальное впечатление на любых союзников или потенциальных противников в любую эпоху, а не только сейчас.
  
  Но это опять же из разряда даже не мечтаний, а так, мимолётная мысль. Точно знаю, что ничего такого делать не собираюсь.
  
  Хотя если бы мне это всё построили до отправления в Касабланку, то там бы такая пушка очень пригодилась. Да хотя бы держать под прицелом те линкоры, которые пригонит каждая из великих держав. Но только до Касабланки мне ничего такого построить точно не успеют. А если успеют, это будет скорее эрзац, чем настоящий бронепоезд премиум-класса. Так что не будем торопиться.
  
  Меня не только уговаривали на конференции в Касабланке принять точку зрения СССР. Мы вообще разные разговоры и на разные темы вели. И я прекрасно видел, что меня прощупывают и оценивают. Когда же меня спросили, чего бы я хотел, то просто пожал плечами и достал из кармана заранее заготовленный список.
  
  На самом деле идеи были всякие и по большей части очень странные. Например, сочините и спойте новые красивые песни. Не сами лично, понятно, а найдите и убедите тех, кто это умеет. Или то же самое с новыми интересными книгами, только их не надо петь, а хватит просто издать. У меня в личной библиотеке место найдётся. Можно опять же снять новые интересные фильмы.
  
  - Я даже не спрашиваю, зачем это вам, - произнёс Ворошилов, прочитав первую часть списка.
  
  - А именно на этот вопрос мне как раз легче всего ответить, - пожал плечами я. - Там в будущем немало любителей всего советского. Советских книг, советских песен и советских фильмов. Причём именно песни и фильмы в приоритете. Хотя с фильмами, как правило, не очень с точки зрения технического качества, что нередко компенсируется художественным исполнением. Я совсем не против иметь более расширенную коллекцию, чем есть у остальных.
  
  - Понятно, - кивнул Ворошилов. - Сейчас война, и с этим всем очень трудно, но мы подумаем.
  
  - Подумайте, - согласился я. - Тем более что большинство так называемой творческой интеллигенции не очень-то склонно к полезному созидательному труду, который поможет при военных действиях. Пусть хоть чем-то занимаются. А если надо, ресурсы я подброшу. Можно организовать хотя бы специальную премию, которую оплачивать буду лично я.
  
  Произнося последнее вспомнил, что меценат в системных навыках у меня уже тоже есть.
  
  - Тогда уже больше шансов, что получится что-то организовать, - согласился Ворошилов.
  
  И принялся читать список дальше. Но в первой части были, так сказать, вечные и культурные ценности. У меня имелись желания и среди материальных. Наблюдая, как собеседник читает выложенный список, я лишь про себя усмехался. Тут, каким бы ты ни был способным и хладнокровным, уж точно всё будет написано на лице: 'А не офигел ли ты, товарищ Гроза?!' Только в других, менее литературных выражениях. Оно и понятно, со стороны мой перечень требований выглядел как чистой воды утопия.
  
  Однако представитель Ставки не только сумел сохранить самообладание, но и спросил меня даже без мата:
  
  - Зачем вам это всё, товарищ Гроза?
  
  - Мне? Мне оно и нафиг не надо. Это вам. Мой пространственный карман хоть и немаленький, но университеты или художественные академии с театрами туда не поместятся. И уж тем более туда не поместятся заводы и прочие предприятия. Не говоря о парках, аттракционах, зоопарках и что там у меня по списку - я даже не помню. Всё это останется на вашей земле и будет работать на вашу промышленность, науку, культуру и людей.
  
  А вот тут я его действительно удивил, причём по-настоящему. Пришлось всё-таки объяснять:
  
  - Это действительно не мне, а вам. Но есть одно обязательное условие. Всё это должно быть построено в Тайном Городе Китеже. А ещё я должен быть объявлен почётным ректором этого университета, и этой академии, и кто там главный в театре - почётным директором всех вышеперечисленных заводов, ну и дальше почётным по списку.
  
  - Зачем? - опять спросил товарищ Ворошилов.
  
  И как ему объяснить про Систему и признаваемые ею навыки? Или как рассказать всё то же самое, но без Системы?
  
  Рассказал, что у нас там в будущем среди путешественников во времени престижно иметь какие-то достижения в прошлом. Ну а раз уж так получилось, что я стал основателем целого города, то неплохо бы этот город и развить по максимуму. Этакие Нью-Васюки, только не на минималках, а наоборот - на максималках. И нет, ничего приписывать не надо - только реальные достижения.
  
  - А вот тут уже не сильно важно - мои или ваши, - закончил я.
  
  А ведь я ещё одну вещь в список внести забыл. Когда был в Одессе и узнал, что она когда-то была порто-франко, мелькнула мысль: неплохо бы такой же статус получить и для Китежа. Река там, в конце концов, проходит? Проходит. Что ещё надо? К тому же через неё одесский Горбатый мост перекинут. Ну да, аж три раза. Думаю, при случае попрошу ещё и это.
  
  Сумел же Пётр Великий построить чуть ли не в Заполярье целый город. Миллионный город, каких больше нигде в мире нет. Чем Иван Грозный - в смысле, Иван Гроза - хуже? Правда, последнее вслух произносить не стал. А то мне уже не раз успели напомнить про мои претензии на константинопольский престол.
   
  
  
  Глава 2 Пустые вагоны
  
  Стучали колёса, Любовь Орлова под гитару пела песню группы 'Любэ' про те же самые стучащие колёса, все, кто находился в правительственном вагоне, ей подпевали, а я тоже вспоминал про песни. Вернее, про недавно случившийся разговор о том, чего бы я хотел получить от советского руководства в качестве награды, или в качестве платы, или в качестве благодарности, ну или вообще в каком угодно качестве. Причём не ту часть, где попросил построить в Китеже университеты, академии и вообще всё, что только можно и особенно что нельзя, а ту, которая про песни, книги, фильмы и прочие нематериальные ценности.
  
  На самом деле я размышлял не только о том, чего попрошу для развития Китежа, но и лично для себя. А вдруг действительно предложат? В связи с этим вспомнилась одна книга, где герой, тоже путешественник во времени, является к Иосифу Сталину во время совещания Ставки и без разговоров утягивает всех в свой пространственный карман.
  
  А там действительно карман не чета моему. Те же линкоры аккуратненькими рядами висят аж до горизонта. Ну и путешественник во времени делает широкий жест торговца подержанными автомобилями, мол, выбирайте. А когда они начинают выбирать, спрашивает, чем собираются расплачиваться. Понятно, что при таких возможностях материальные ценности его не сильно интересуют. Собственный склад, забитый до отказа тяжёлой военной техникой всех времён и народов, открывал перед тем персонажем поистине неограниченные возможности для торга с властями.
  
  Вот и попросил: сочинить и спеть новые красивые песни, написать и издать новые интересные книги, снять новые фильмы.
  
  Особенно забавным персонажем там выглядел Хрущёв, который предложил золото. А герой махнул ему рукой на кучу кирпичей: мол, видишь, там не кирпичи, а слитки. И пока мы с серьёзными товарищами договариваемся, можешь натаскать сколько получится. Всё, что принесёшь и здесь свалишь, Советский Союз абсолютно бесплатно получит. Ну а Никитка оказался не таким дурачком, как все думают. Он где-то там тележку нашёл и не меньше десяти тонн натаскал.
  
  И вот я не раз уже думал: а не попросить ли мне того же самого? Особенно если останусь здесь после завершения испытания и после окончания войны, когда действительно появится время и средства на культуру. Подозреваю, что скоро и золото в моём времени потеряет ценность, когда такие вот путешественники и попаданцы с культиваторами натаскают его сколько можно и сколько нельзя. И цениться начнут именно нематериальные вещи.
  
  Любовь Орлова кончила петь песню группы 'Любэ' про дорогу и затянула ещё одну на железнодорожную тему - 'Постой, паровоз'. Ну да, самая подходящая песня для правительственного вагона. Однако, как оказалось, Клименту Ворошилову сейчас было не до репертуара моей подруги, он о чём-то спорил с...
  
  Я даже не сразу понял, как этот персонаж вообще тут оказался? Ну да, Маргариту Орлову я вытащил из пространственного кармана по просьбе сестры, ещё нескольких наших тоже, но как здесь оказался граф Антошка?! Маргарита, видимо, попросила за своего друга, и я как-то на автомате вытащил графа Оболенского, а он каким-то образом быстро нашёл общий язык с Ворошиловым. И о чём-то теперь они договаривались. Наблюдать за тем, как идейный советский маршал и предприимчивый представитель бывшей аристократии увлечённо обсуждают какие-то дела, если не сказать махинации, было забавно.
  
  Если честно, я собирался какое-то время сохранять инкогнито графа Антона Дмитриевича Оболенского для Касабланки. Планировал его выпустить ещё перед тем, как сам приеду в город, а он со своей командой добрался туда как бы отдельно. Полезно иметь дополнительных людей, которые с тобой никак не связаны. Мало ли где понадобится что-нибудь разузнать или устроить в обход официальных каналов.
  
  С другой стороны, Маргарита Орлова в любом случае отправилась бы с ним, так что как минимум советские товарищи бы всё равно вычислили. Ладно, об этом мы подумаем потом, а пока вернулся к размышлениям, но теперь уже не о том, что ещё можно попросить у советского руководства - тем более что на самом деле я просить не люблю и не хочу. А о том, что я им ещё сам дам. Да хотя бы те же пустые железнодорожные вагоны, а также паровозы. Их ведь тоже надо отдать стране, которая в подвижном составе очень нуждается.
  
  Тем более что там, в будущем, именно эта часть моих трофеев вряд ли мне пригодится. Нет, какой-нибудь паровоз для себя оставить можно в коллекцию, но не более того. А уж вагоны наверняка не пройдут ни по каким стандартам. Там, в будущем, сейчас куча разных требований и по технике безопасности, и много ещё по каким параметрам, о которых здесь и сейчас даже не подозревают. Так что от этого в любом случае надо избавляться.
  
  Так получилось, что в Ленинграде я большую часть одесских трофеев отдавал, так сказать, без упаковки. То есть вагоны доставал редко. Их там и после моего первого посещения с избытком. Ну да, когда просто вываливаешь всё на Невском проспекте, эшелонами ставить удобнее. Однако вагонный состав хоть и является дефицитом, но в заблокированном городе ему применение не особо найдёшь.
  
  Поначалу даже хотели предложить, чтобы я их перекинул в своём пространственном кармане через линию фронта. Так как подвижный состав в стране сейчас очень нужен, а в блокадном городе они простаивают практически без дела. Я в принципе был не против, но сразу предупредил, что количество места у меня ограничено. Так что много взять не смогу. И в любом случае пусть сами выбирают, кого или что перебрасывать через линию фронта: пустые вагоны или эвакуировать людей. Хотя есть и промежуточный вариант: наполнить вагоны людьми и вывозить в таком виде. Последняя идея выглядела заманчиво на бумаге.
  
  Вариант обдумали и быстро забраковали. Да, вагоны очень нужны, но тогда получится перевезти меньше людей. Даже если их набить внутрь, как бочки в селёдку, всё равно получится меньше, чем я могу набить себе в пространственный карман без упаковки.
  
  Поэтому везде, где было можно, я доставал не вагоны целиком с продовольствием или какими-то другими ценными ресурсами, а вытаскивал эти самые ресурсы отдельно, оставляя вагоны во вне лимите. В результате в Ленинграде объём пространственного кармана увеличивался не так быстро, как мог бы. Но это я уже давно понял: если что-то доставать из вагона, оно вообще никак не влияет - пока сам внешний объём не вынешь, этот объём не прибавится. С другой стороны, оно мне никак не мешало: во вне лимите можно хранить что угодно и сколько угодно, если вещь туда прошла, то всё, она место уже не занимает.
  
  Что интересно, в Китеже ситуация повторилась. Опять везде, где было возможно, я доставал без вагонов. Отчасти специально это делал, потому как если вагон поставить рядом с рельсами, то его как-нибудь на эти рельсы вернут и укатят из города. А если из вагона достать что-то полезное где-нибудь подальше от железной дороги, то, скорее всего, оно в городе и останется. А поскольку моей главной целью было именно увеличение города, а вместе с ним и поднятие себе уровня навыка градостроителя, то нетрудно догадаться, куда именно я старался всё выгружать.
  
  Но то, что подвижный состав в Советском Союзе является в дефиците даже без всякой войны, я прекрасно понимаю. А уж с войной тем более. Поэтому все пустые вагоны тоже собирался отдать, только чуть позже и отдельно. Ведь никто на самом деле не знает, что у меня упаковано в вагоны, а что по отдельности. Я ведь и вагоны на железнодорожных узлах забирал целыми составами, и склады грабил - вернее, затрофеивал. Так что возможны любые варианты.
  
  Но, странное дело, когда я об этом заикнулся, мне сказали, что не очень-то и надо. Вернее, и надо, и очень, но желательно в другом месте, так как тут их всё ещё переизбыток. Зато есть куча мест, где вообще любые вагоны, наоборот, являются дефицитом, и желательно их туда доставить, не блокируя и так не сильно пропускные мощности железных дорог.
  
  Если бы я собрался улетать из города своим обычным способом - на самолёте, - то, скорее всего, таких полезных советов не послушал и выложил бы всё так, как есть, там, где есть. Никуда не делись бы, взяли и использовали. Однако, поскольку мы всё равно с товарищем Ворошиловым собирались ехать на его фирменном вагоне через страну, то почему бы там, вдоль железной дороги, и не повытаскивать в более удобных местах? О чём, собственно, и договорились.
  
  Первый раз мы остановились - я даже не знаю где. Города вокруг не наблюдалось, зато наблюдались целые поля железнодорожных рельсов. И не всегда пустых. Мне напомнили, что я собирался выгружать скопившиеся у меня пустые вагоны в более пригодных для этого местах. И выделили несколько линий вдоль рельсов, предлагая ставить по несколько рядов. Правда, предупредили, чтобы всё не выставлял - дальше ещё будут другие подходящие места. То есть три ряда эшелонов рядом с каждой веткой и не более. И, похоже, здесь заранее всё оборудовали, во всяком случае, места выровняли, канавы засыпали, кустарник и деревья вырубили.
  
  Я не стал спорить и просто шёл вдоль рельсов, ставя составы в том виде, как у меня они были. Каждый раз на секунду задумываясь и проверяя, действительно ли это пустой или где-то случайно остался полным. А такие тоже находились. Я даже сам давно не представляю, какой у меня там бардак во вне лимите. Заодно будет повод как-то разобраться. Особенно когда вагонов станет меньше. И ведь попадались не только пустые. То стройматериалы какие-нибудь забытые обнаружатся, то ящики непонятно с чем. Бардак, одним словом. Давно пора инвентаризацию проводить.
  
  Уже очень скоро выскочило системное сообщение:
  
  Внимание! Размер инвентаря естественным образом увеличен до следующего уровня. Предупреждение! Без вкладывания призового очка, получаемого за прохождение испытания, функционал следующего уровня не может быть открыт.
  
  Юбилейный двадцать пятый уровень инвентаря. Понятно, что никакой не двадцать пятый, как был третьим, так и остаётся, но хотя бы размер не надо самому с рулеткой мерить, а точно знаю, что и теперь двадцать пять моих косых саженей. Не стал, как в прошлый раз, отправляться в инвентарь и там на бумажке подсчитывать, сколько это будет в метрах.
  
  И правильно сделал, что не стал: к тому времени, как полностью занял всё для меня выделенное место, Система опять выдала то же самое сообщение:
  
  Внимание! Размер инвентаря естественным образом увеличен до следующего уровня. Предупреждение! Без вкладывания призового очка, получаемого за прохождение испытания, функционал следующего уровня не может быть открыт.
  
  Ну вот, теперь уже двадцать шесть косых саженей. Два последовательных прироста подряд! А ведь каждый такой раз - это увеличение инвентаря сразу во все стороны на целую косую сажень. Похоже, я сильно недооценивал, сколько всякого добра успел натрофеить.
  
  Как выяснилось, никаких посещений города в планах не было. Выгрузились, сделали полезное дело для страны - едем дальше. Чисто практичный темп движения. Выгрузились, сделали полезное дело для страны - и поехали дальше. Без оркестров, торжественных речей и прочего совершенно необязательного сопровождения. И правильно, нечего на каждой станции митинги устраивать.
  
  - А как хоть город называется? - спросил я.
  
  - Не знаю, - совершенно неожиданно для меня ответил Ворошилов.
  
  - Как? - удивился я.
  
  Тот лишь пожалел плечами в ответ, но всё-таки добавил:
  
  - Я не уверен, что у этого места вообще имеется какое-то название. Нет, на карте оно, скорее всего, есть, но вряд ли мне или вам, товарищ Гроза, это что-то скажет.
  
  - А я собирался отсюда открытки отправить, - с сожалением сказал я.
  
  Мою странную страсть к открыткам знали. И когда оказалось, что они у меня уже давно готовы, подписаны и даже марки наклеены, то отправили порученца на почту. Как оказалось, почта тут всё-таки есть. Тот подозрительно быстро вернулся: оказалось, сам населённый пункт в нескольких километрах от железнодорожного узла, так что бегать туда не стал и перепоручил кому-то из местных.
  
  Ну а открытки я не просто так заранее подготовил. Как раз на подобные случаи, если где-то окажемся ну совсем уж ненадолго, чтобы можно было просто бросить в почтовый ящик. Тем более что официальный адрес в Китеже у меня уже есть. Неофициальный в Ленинграде - а именно прямо во дворе Смольного - тоже есть. Вот, собственно, открытки на эти два адреса я сам себе и отправил. Осталось надеяться, что когда-нибудь я их всё-таки получу по указанным адресам и добавлю себе в коллекцию.
  
  Что же касается пустых вагонов, на самом деле, где бы я их ни сбросил, везде бы забрали. Но зачем их поднимать с грунта и кое-как ставить на рельсы где-нибудь в глуши и вести через кучу узких горлышек, если можно поднимать с грунта там, где условия намного лучше. А ещё где железнодорожные пути не такие узкие, позволяют сразу вести в любую сторону, где более необходимы.
  
  А какой сейчас самый пропускноспособный и оборудованный железнодорожный узел в стране? Скорее всего, Московский. Да что там скорее всего - он и есть. Как говорят, все дороги ведут в Третий Рим, и четвёртому не бывать. Центральный узел по любому обладает идеальной развязкой, способной переварить и мгновенно распределить по направлениям гигантские потоки.
  
  Так и получилось, что в саму Москву мы не заехали, а когда проезжали мимо, аж в пяти разных точках я избавлялся от железнодорожного вагонного состава. Ведь, по сути, даже когда первый раз разгружался в ещё не имеющем официального названия Китеже, далеко не все составы из вне лимита бросал как есть. Некоторые разгружал, оставляя пустые вагоны у себя. Единственный раз, когда высыпал всё, - это при первом посещении Ленинграда. Да и там не вообще всё, а всё с продовольствием. Так что накопилось.
  
  И вот теперь сам офигивал от сыплющихся на меня системных сообщений:
  
  Внимание! Размер инвентаря естественным образом увеличен до следующего уровня. Предупреждение! Без вкладывания призового очка, получаемого за прохождение испытания, функционал следующего уровня не может быть открыт.
  
  Внимание! Размер инвентаря естественным образом увеличен до следующего уровня. Предупреждение! Без вкладывания призового очка, получаемого за прохождение испытания, функционал следующего уровня не может быть открыт.
  ...
  ...
  ...
  
  Я как-то не подумал, что накопил уже слишком много. Пять раз! То есть пять уровней. То есть пять косых саженей в длину, ширину и высоту. Именно настолько увеличился мой пространственный карман. То было пусто, а то вдруг стало густо. Хотя на самом деле никакого 'пусто' не было, иначе бы я воспользовался этой возможностью раньше. Просто как-то не задумывался, сколько уже накопил.
  
  По подсчётам получилось, что у меня теперь в пространственном кармане целых тридцать одна моя личная косая сажень. После недолгих подсчётов на листке бумаги убедился, что это уже семьдесят пять метров с какой-то мелочью. Семьдесят пять метров! Если по диагонали, то даже стометровку можно бегать. А ведь это не только в длину, но и в ширину, и в высоту. То есть совсем неслабый кубик получается - для его подсчётов понадобилось куда больше времени, и получилось четыреста двадцать две тысячи сто двенадцать кубических метров. Неплохо я так прокачался на трофеях.
  
  Причём весьма большая часть была теперь абсолютно пустой и готовой к заполнению уже новыми трофеями. Даже не представляю: а есть ли у кого-нибудь из вернувшихся попаданцев пространственный карман такого размера? Ну кроме того, который вернулся незадолго до меня и почти весь Советский Союз с собой притащил.
  
  Не сомневаюсь, что наверняка уже есть, только никто такими делами хвастаться не будет.
  
  Мне сделали ещё одну рецензию с помощью нейросети. Опять от имени персонажа Любовь Орлова, уже ко второй книге. Ссылки на обе рецензии находятся тут:
   https://author.today/post/918320
  Там ещё и довольно необычные иллюстрации, как к первой, так и ко второй книгам. Особенно мне понравились брезентовые лапти.
  
  
  
  
  Глава 3. В обход
  
  Когда после Москвы мы свернули вовсе не на юг и не на запад, а на восток, я заподозрил, что это какой-то странный маршрут в Касабланку. Нет, Земля вообще-то круглая, и в какую бы сторону ты ни пошёл, до цели всё-таки добраться можно. Если очень теоретически. Но возникло подозрение, что в данном случае подразумевается вовсе не это. Сначала мне не желали говорить, почему и как мы едем, и самое главное - выдавать весь маршрут по пунктам. Разве что признали, что конечный пункт - это Баку.
  
  - Тогда можете не останавливаться, я и так сойду, - ответил я на такие заявления.
  
  - То есть как сойдёте? - не поняли меня.
  
  - А просто спрыгну с поезда, выберу место поровнее, вытащу из инвентаря самолёт и сам полечу туда, куда мне надо.
  
  - Но у нас приказ.
  
  - Это у вас приказ, у меня его нет, потому что мне тут никто не может приказать. Вот вообще никто. Посоветовать могут, порекомендовать могут, попросить могут - приказать нет. И я понимаю, что такое секретность. Но только до тех пор, пока она не касается лично меня. Так что с этой секунды - ни шагу без моего одобрения.
  
  Мне сначала не поверили. Но когда я начал идти по вагону и собирать в пространственный карман всех своих людей, наконец-то дошло, что я говорю серьёзно. Тогда всё-таки вмешался сам Ворошилов, и мне выдали карту маршрута.
  
   1. Рязань
   2. Мичуринск
   3. Грязи
   4. Поворино
   5. Сталинград
   6. Котельниково
   7. Сальск
   8. Тихорецк (станция Тихорецкая)
   9. Армавир
   10. Минеральные Воды
   11. Грозный
   12. Махачкала
   13. Дербент
  14. Баку (пункт прибытия)
  
  - Нормальные герои всегда идут в обход, - прокомментировал я такой гигантский крюк через Поволжье и Северный Кавказ.
  
  Хотя на самом деле ничего удивительного не было. Прямой ветки из Москвы в Баку пока не существует. А той, которой пользовались раньше, либо уже на оккупированных немцами территориях, либо проходит слишком уж близко от них, чтобы гонять там правительственные поезда. Это при том, что в данном варианте истории немцы прошли меньше. Вот и приходится давать такой крюк, выбирая безопасные, пусть и петляющие, обходные маршруты.
  
  - Мне больше всего нравится Сталинград и Тихорецкая, - заявил я.
  
  - Очень хорошо, товарищ Гроза, что вам нравится Сталинград, а почему Тихорецкая? Какие-то личные воспоминания?
  
  - Нет, никогда там не был и понятия не имею, что это за место, - честно ответил я.
  
  - Тогда почему?
  
  - А песня такая есть: на Тихорецкую состав отправится, вагончик тронется, перрон останется - вот мы там её и споём.
  
  Почему они рады, что мне нравится Сталинград, тоже объяснили. Оказывается, мы его не проскочим транзитом, а там планируется остановка. Митинг, выступление перед трудовыми коллективами и бойцами, ну и всё прочее, что в таких случаях положено. Основная нагрузка, конечно же, планируется не на меня, а на Машу Воронову, как головного героя нашей дивизии. Хотя моё присутствие тоже предусмотрено. В конце концов, я теперь не непонятно кто, а вполне себе тоже герой, признанный и награждённый Москвой.
  
  От Москвы до самых до окраин Сталинграда мы добирались примерно двое суток. Для меня это, можно сказать, были очередные каникулы. Когда ничего не надо делать, никуда не надо спешить и даже о своей дивизии можно какое-то время особо не беспокоиться. Хотя вытащил в Ворошиловский поезд даже больше народу, чем до этого. Раз уж там каким-то загадочным образом оказался граф Антошка, то почему бы его одноклассника Савелия Медведева не достать? Тем более что он - один из главных офицеров в моей дивизии, отвечающий за контрразведку. А поскольку офицеров у меня вообще не так много, отвечал он далеко не только за контрразведку.
  
  А поскольку я давно уже не боялся, что кого-нибудь завербуют, то и других достал. Конечно же, не всех в личный вагон Ворошилова. Многих расселил по другим вагонам, где ехали охрана, сопровождающие и обслуживающий персонал. Пусть народ тоже отдохнёт. Казалось бы, в основном никто из них ничем не занимается и большую часть времени в пространственном кармане проводит. Но вся беда в том, что время там ни для кого, кроме меня, не бежит. Так что многие реально сильно устают.
  
  Однако мы не только развлекались. Ворошилов и его порученцы всё время заводили со мной вроде бы ненавязчивые разговоры и постепенно выспрашивали, как там оно в будущем. Про то, что коммунизм не построили, уже никто не спрашивал: все и так знают, что не построили.
  
  Я прекрасно видел, о чём меня спрашивают, но всегда честно отвечал. Несколько раз даже предлагал кончать эти игры и спрашивать прямо. Раз уж я пообещал в Касабланке на пресс-конференции путешественника во времени прямо отвечать на любые вопросы о будущем, если знаю ответ, то уж им-то тем более отвечу.
  
  В каждом из городов по пути следования я не забывал отправлять открытки. Но опять же не сам лично: просто выдавал одному из офицеров, который бежал и передавал кому надо. Была идея самому бросить в почтовый ящик, если таковой найдётся на вокзале, но я от неё отказался. Зато на каждой более-менее долгой остановке мы выходили размяться. Если рядом находилось что-нибудь интересное - фотографировались там, если нет - хотя бы на фоне вокзала.
  
  Больше всего я почему-то ожидал от Рязани. Просто потому, что из всех городов по дороге это название мне было знакомее остальных. Кроме Сталинграда, разумеется. Но сам вокзал оказался неожиданно скромным. Особенно для станции, через которую один за другим шли военные эшелоны. Но на его фоне тоже сфотографировались. Мы с Любовью Орловой как обычно. Ну, она ещё свою сестру позвала.
  
  Ну да, не ожидаешь чего-то грандиозного от населённого пункта с таким названием. А вокзал оказался едва ли не самым внушительным на всём пути. Тут мы задержались с фотоаппаратами немного подольше.
  
  В Сталинграде предстояла остановка на целый день. Причин было несколько. Митинг и выступление перед трудящимися, а также поездка на завод для изготовления моего железнодорожного переходника. Ну и в конце - тестирование, так как вагоны у меня во вне лимите ещё имелись. Надо было проверить, что там вообще за товары остались, и, возможно, отдать вместе с ними. Хотя имелись и другие вагоны, которые я изначально собирался оставлять себе. Но там тоже можно забрать именно содержимое, ради которого они и брались, а сами вагоны отдать.
  
  Однако я в этот план внёс сразу несколько корректив. Во-первых, традиционная медицинская бытовка, а вернее - целый их городок. Раз уж мы остаёмся на какой-то длительный и, самое главное, фиксированный срок, то я собирался достать все свои медицинские бытовки плюс охрану и объявить бесплатный приём пациентов. Да, в СССР медицина бесплатная и одна из самых качественных в мире. Но во время войны медиков не хватает, так что лишним не будет. Тут со мной никто спорить не стал и сразу согласились. Даже, кроме моей собственной, и свою охрану предложили.
  
  Во-вторых, стандартная культурная программа, а именно: посещение почты и отправка открыток самому себе, а также посещение фотоателье, чтобы сделать дежурный снимок в каждом городе. С открытками меня попросили ерундой не заниматься и отправить, как и до этого, курьером. Но тут уже я отказался. Курьер - это на тот случай, если нет возможности сделать самому, а раз ты сам прибыл в город, то лучше зайти на почту, выбрать местные открытки, сам всё подписать.
  
  Фотоателье - тоже обязательная часть программы. Раз уж занимаюсь коллекционированием, то надо быть последовательным. Навык 'Коллекционер' сам себя не прокачает. Ну и на память тоже неплохо иметь фотографии разных городов прошлого.
  
  Я уже успел всем показать, насколько могу быть упрямым, особенно когда речь заходит о таких вот абсолютно ненужных или глупых вещах. И то, что они глупые, я тоже прекрасно осознаю. Любое одно отдельно взятое хобби у человека может быть реально странным или очень глупым. И никого особо это не волнует, потому оно хобби и называется. Вот только у меня их уже слишком много скопилось разных. Правда, у меня этих хобби уже столько, что со стороны я, наверное, выгляжу ещё более ненормальным, чем есть на самом деле.
  
  На самом деле я просто экспериментирую и смотрю, как можно прокачать навык 'Коллекционер'. Причём даже не потому, что он мне самому очень нужен. Хотя не сомневаюсь, где-нибудь на пятом уровне или больше он превратится в реально полезный. Смогу одним взглядом любой предмет оценить или ещё что-то в этом роде.
  
  Но причина не только в этом. Изучаю алгоритмы Системы, проверяя, как можно прокачать навыки вообще. Сколько разных коллекций взять или разных предметов в одну коллекцию, чтобы поднять на один уровень? Тогда по аналогии можно будет выбирать, что делать с другими навыками. Так что в таких вопросах собираюсь и дальше быть очень упрямым. И пускай думают что хотят.
  
  В том, что никуда не денутся и с моей культурной программой согласятся, я ни на минуту не сомневался. В крайнем случае продлим пребывание в городе на Волге ещё на один день. Пусть вообще радуются, что и так сократил до самого минимума. Никаких ресторанов, никаких театров и никаких прочих увеселительных заведений. Однако для меня стало неожиданностью, кто вызвался быть гидом по Сталинграду. Сам Ворошилов!
  
  При таком сопровождающем, как Климент Ефремович Ворошилов, для меня действительно не будет закрытых дверей. Сам Ворошилов прекрасно помнил старый Царицын. И, видимо, решил тряхнуть стариной или ещё раз вспомнить те годы. Я прекрасно помнил, что Ворошилов вместе со Сталиным ещё в Гражданскую оборонял старый Царицын. Так что для него это действительно город боевой молодости.
  
  Однако экскурсия предполагалась на вторую часть дня, а сначала - митинг, к которому всё было готово.
  
  Поначалу мероприятие ничем особым не отличалось от ленинградского. Ну кроме того, что тут ещё и Ворошилов лично присутствовал. Однако зря они думают, что это только товарищ Гроза может что-нибудь не такое ляпнуть. Маша Воронова тоже такое умеет. Особенно если её об этом заранее попросит товарищ Гроза. Вот она и заявила, что я ей обещал целую лётную школу её имени в Китеже. И сразу пригласила всех желающих туда учиться.
  
  - А ещё я обещал памятник почти в полный рост, - тут же вставил я. - Плюс метр за каждый орден и плюс десять сантиметров за каждую медаль. Надо будет потом посчитать, сколько это получится.
  
  - Товарищ Гроза как обычно шутит, - тут же вклинился Ворошилов. - Мы, конечно же, не против памятников героям, но сейчас война, и для этого нет возможностей.
  
  - Товарищ Гроза обычно шутит, когда речь заходит о памятнике Дюку Ришелье, - усмехнулся я. - Кстати, в Сталинграде он не нужен? Могу поставить в любом удобном для вас месте.
  
  Естественно, желающих не нашлось. А я продолжил:
  
  - А вот насчёт памятника нашей Маше я ни разу не шутил.
  
  - Как я уже сказал, сейчас в стране трудное время, а после войны обязательно поставим, - пообещал Ворошилов.
  
  - А если я его до окончания войны достану?
  
  - Если достанете, то поставим где угодно. Как уже сказал, мы не против памятников героям.
  
  - Где угодно? - обрадовался я.
  
  После чего повернулся к Маше Вороновой и спросил:
  
  - Хочешь памятник в Москве на Красной площади? Такой, чтобы выше Кремля был.
  
  Маша от такой перспективы только смущённо улыбнулась, прекрасно понимая масштаб провокации. На самом деле она вообще никакого памятника не хотела. Даже с самолётом.
  
  - Не настолько 'где угодно', - тут же открестился Ворошилов. - Но в Тайном Городе Китеже действительно можете ставить.
  
  Если они думают, что это я так пошутил, то глубоко заблуждаются. Надо будет узнать, почём сейчас памятники. И обязательно что-то такое заказать. Причём обязательно в двух экземплярах: один тут оставлю, а другой в будущее возьму и там тоже поставлю. Вот кто-кто, а Маша действительно заслужила.
  
  Конечно же, на митинге присутствовало множество местных журналистов. Хотя сейчас они по большей части военными корреспондентами числятся. Причём не только журналисты: большинство писателей, которые могли себе это позволить, тоже переквалифицировались в военных корреспондентов. И двоих я даже сумел опознать - Константина Симонова и Шолохова. Естественно, именно им я интервью давал более охотно. Хотя предварительно сгонял к себе в инвентарь, немного помедитировал над вне лимитом и извлёк все книги этих авторов, которые нашёл.
  
  Хотя на самом деле немножко не так: сначала было интервью, а потом подписание автографов. Нет, Симонов мог подписать и сразу - у него не так уж и много. Мне даже специально достали газету 'Правда' за четырнадцатое января тысяча девятьсот сорок второго года с его главным стихотворением. Я получил автограф в том числе и на неё. Шолохову повезло не так сильно, учитывая, сколько уже было переизданий его книг. Не то чтобы я ему предоставил целый вагон, но всё равно не сильно меньше.
  
  Так что Симонов отстрелялся быстро, а Шолохов остался наедине со своими томами, чтобы все их подписать. А вот нечего так много расписываться, будет знать. Простого читателя он, скорее всего, послал бы, а тут не получалось, если рядом стоит сам Ворошилов и подтверждает, что да, товарищу Грозе надо подписать автографы, раз он так хочет. Хотя было не только товарищу Грозе: я и Маше Вороновой сколько-то одинаковых томов выделил, и Любови Орловой, и, что самое главное, Маргарите Орловой - ведь она у нас в основном по богеме.
  
  Также, пользуясь случаем, поинтересовался:
  
  - А где товарищ Петров?
  
  - Который? - задали мне вполне ожидаемый вопрос.
  
  - Тот, который Ильф, - охотно ответил я. - Тоже хочу взять у него автограф.
  
  Мне пообещали посодействовать.
  
  Фотоателье мы посетили все втроём. На самом деле это я троих девушек считаю: Любовь Орлову, Маргариту Орлову и Машу Воронову. Ну и я, разумеется, с ними. И одним только фотоателье дело не закончилось: взяли несколько своих фотографов и отправились на поиски достопримечательностей.
  
  Начали со здания вокзала. Потом был памятник-фонтан 'Бармалей', или 'Танцующие дети'. Тот самый легендарный фонтан. В феврале тысяча девятьсот сорок второго года дети и крокодил ещё были целы, краска не облупилась от взрывов, а вокруг разбит аккуратный сквер прямо перед вокзалом.
  
  Потом был памятник Дзержинскому. Бронзовый монумент на одноимённой площади перед Сталинградским тракторным заводом. За спиной Дзержинского находились проходные танкового завода, который в этот момент круглосуточно выпускал танки Т-34.
  
  Сфотографировались на фоне Феликса Эдмундовича все вместе. То есть я, Любовь Орлова, её сестра Маргарита, Маша Воронова и сам Ворошилов. Ну и по отдельности несколько кадров тоже сделали. А я ещё приложил ладонь к постаменту памятника, чтобы проверить, смогу ли его забрать или нет. Оказалось - смогу, причём без проблем. Градостроитель второго уровня уже позволяет, особенно если иметь в виду, что хочешь поставить у себя в новом городе.
  
  Попытался себе представить, как бы мы ходили с несколькими фотоаппаратами по Сталинграду и фотографировались на фоне стратегических объектов. Это в той же Одессе румыны изображали, что пришла новая власть и теперь заживётся очень хорошо. Сами при этом город непрерывно и беззастенчиво грабили. Тут никто никого не грабит, но и фотографировать всё подряд, особенно военные объекты, не позволят. В условиях военного времени любой человек с камерой наперевес мгновенно превращается в шпиона.
  
  Однако когда у тебя в экскурсоводах сам Ворошилов, то можно ничего не бояться и фотографироваться на фоне чего угодно.
  
  Ещё был памятник Я. М. Свердлову. Памятник первому председателю ВЦИК стоял в одноимённом саду. Кроме того, можно было полюбоваться видами города. В Сталинграде из архитектуры практически ничто не дожило до моего времени.
  
  А потом неожиданно в Комсомольском саду нашёлся дореволюционный бюст Гоголю. В связи с последним Ворошилов рассказал забавную историю. Когда новая власть сносила всё связанное с царизмом, кроме Александра II умудрились снести и Гоголя. Но потом опомнились, нашли на складе и восстановили.
  
  - На складе, говорите? - тут же зацепился за фразу я. - А случайно тех самых памятников царизму, например Александру II, у вас там на складе не завалялось? Я бы с удовольствием забрал, раз вам не нужно.
  
  Идея заполучить оригинальную дореволюционную скульптуру для будущего города мне понравилась. Но оказалось, что не завалялось. Или, может, не пожелали признаваться. Во всяком случае, я остался без памятника Александру II. Интересно, где-нибудь такие ещё сохранились? Надо будет выяснить и забрать, если появится такая возможность.
  
  Понятно, что никакого Мамаева кургана со всеми монументами вокруг в Сталинграде ещё не было. И, учитывая, что история уже пошла другим путём, скорее всего, и не будет. Что вовсе не означает, будто не будет вообще. Поставят в другом месте. Тем более что историю города и что тут должно стоять, я успел рассказать. И уж такой нужный памятник, как Родина-мать, поднявшая меч, обязательно поставят.
  
  
  Глава 4. Тысяча и один вагон
  
  Пока мы выступали на митингах, гуляли по городу и фотографировались, кое-кто без дела не сидел и успел собрать пробную железнодорожную ветку-переходник. И этим 'кое-кем' оказалась целая команда московских инженеров - железнодорожников и не только.
  
  А началось всё это ещё в поезде, когда мы только ехали в Сталинград. Ведь там планировались не только митинги. Про мою идею сделать железнодорожный переходник тоже никто не забыл. Тот самый, который должен был наконец решить почти вечную проблему: как мне вытаскивать вагоны из пространственного кармана сразу на железнодорожные пути, а не буквально ронять их рядом на грунт.
  
  Мне очень благодарны за те трофеи, которые я передаю, но сколько же головной боли с тем, чтобы потом их перегрузить обратно на рельсы! Многие товары перекидывают в другие вагоны и увозят, а сам вагон так и остаётся стоять на грунте. Особенно учитывая, что я их ставлю обычно в очень труднодоступные места, где никакой тяжёлой техники и подъёмных кранов не предусмотрено. Ну не растут подъёмные краны в тайге!
  
  Так что бронепоезд повышенной комфортности - может быть, когда-нибудь, а вот переходник - при первом удобном случае. И инженеры, которые это будут разрабатывать, уже сели в наш поезд в Москве. Правда, не в личный вагон Ворошилова, а в один из дополнительных - с охраной, штабом и прочим персоналом. Ну и я им продемонстрировал листок бумаги со своими набросками.
  
  На самом деле этот листок нарисовал уже давно. В первую очередь представил такой вращающийся диск с диаметром, равным вагону. Ну и в виде этого самого диаметра - рельсы. Диск стоит на перекрёстке даже не из четырёх, а из восьми или более дорог. Загоняешь с одной из них на него вагон, поворачиваешь и выгоняешь на любую другую. Красиво и даже, может быть, удобно. И, кстати, это не я придумал, в каком-то старом фильме видел. Там этот диск вообще вручную крутили. Такая инженерная конструкция смотрелась вполне эффектно и я подозреваю, что была осуществима.
  
  Однако мне такого количества дорог не надо, хватит просто на любую поставить вагон. Так что переусложнять не будем. Перевернул лист бумаги и с другой стороны нарисовал упрощённый вариант. Просто отрезок рельсов, равный длине вагона, можно с уплотнёнными шпалами, чтобы надёжней было и на любой грунт встало. Ну а в обе стороны уходят по несколько веток. Опять же самых обычных железнодорожных. Только на концах специальные сужения или что там надо будет придумать, чтобы их пристыковывать к существующему железнодорожному полотну. Именно этот вариант показал специалистам.
  
  Те почесали в затылке, даже зачем-то перевернули лист и увидели там мой другой, более грандиозный шедевр с диском. Ещё раз почесали в затылке.
  
  - И как? - спросил я.
  
  - Честно? - тут же спросили меня.
  
  Когда так спрашивают, сразу становится ясно, что ничего хорошего сказать не могут.
  
  - Конечно честно! - подтвердил я.
  
  - И даже вежливо? - опять зачем-то спросили меня.
  
  - Потому что если без мата, то тут и говорить не о чем, - добавил другой.
  
  - Неужели советская промышленность ни с чем подобным не справится? - не поверил я.
  
  - Советская промышленность, конечно же, справится и с куда более сложным. Только остаётся вопрос: зачем это надо?
  
  - Чтобы ставить вагоны прямо на рельсы, - честно ответил я. - Неужели вас не предупредили?
  
  - Нас предупредили. Только сильно сомневаемся, что именно с этой конструкции можно поставить вагон на рельсы. Это не говоря о том, чтобы его поставить сначала на неё.
  
  - Вот как раз на неё я поставлю без проблем, а на рельсы у меня не получается.
  
  - А с какой точностью, товарищ Гроза, вы вообще можете что-то сделать с вагоном, так сказать, в реальном мире? - спросил ещё один инженер, который до этого молчал.
  
  Я демонстративно щёлкнул пальцами и предложил тому проверить свой карман. Тот сначала достал пачку папирос 'Беломорканал', а потом вдруг обнаружил, что она пустая. Вернее не так, не совсем пустая, а там вместо папирос лежит записка: 'Минздрав СССР предупреждает, курение опасно для вашего здоровья'. Ну да, такую записку я и раньше мог положить кому угодно в карман. Уйти в пространственный карман, там написать, а потом подкинуть так, что никто не заметит. А вот вытащить папиросы, не прикасаясь к ним, - это только недавно научился. Когда удивлённый инженер перестал таращиться на записку, я ему вернул содержимое пачки, после чего всё-таки объяснил:
  
  - В пределах моей личной косой сажени и с небольшими предметами - вот с такой точностью. А за пределами и тем более с большими объектами, которые превышают эту самую косую сажень размерами, уже хуже.
  
  - Насколько хуже?
  
  - Ну, допустим, тот же вагон на рельсы могу поставить с точностью плюс-минус полметра. Это если вообще не прицеливаясь и о чём-то постороннем думая. Если прицелиться и сосредоточиться на самом вагоне и рельсах, то уже точность будет плюс-минус десять сантиметров, максимум пятнадцать. Но согласитесь, для вагона без разницы, на десять сантиметров он не попадёт на рельсы или на полметра, - в любом случае он на них не попадёт.
  
  - А просто отрезок путей вместе со шпалами той же длины, что и вагон, на те же рельсы поставить можете? - прозвучал следующий вопрос.
  
  Я прикинул и даже удивился, как мне самому такая мысль в голову не пришла. Решение буквально лежало на поверхности.
  
  - Конечно могу, - ответил я. - Причём даже точнее. Когда два объекта одинаковые, я их буквально один на один поставлю. Там зазор будет не несколько сантиметров в одну или в другую сторону. Даже десять вряд ли будет, и это если уж вообще наугад давать.
  
  - Прекрасно, - ответил инженер. - Тогда сделаем так.
  
  Он взял чистый лист бумаги и начал рисовать. В его варианте это был отрезок железнодорожных путей длиной с вагон, плюс к ним ещё примерно той же длины присоединялись с одной стороны два свободных рельса, которые ходили на чём-то вроде шарниров немножко вправо-влево, немножко вверх-вниз. То есть эта конструкция ставилась прямо на рельсы, а потом два свободных рельса подгонялись под то полотно, на котором она стоит. Ну и вагон скатывался по ним уже на основной железнодорожный путь. Эти подвижные 'усы' как раз и должны были компенсировать мою погрешность при установке.
  
  Оставалось только придумать рёбра жёсткости, чтобы вагон не прогибал эти свободные рельсы. Но, если честно, даже если прогнёт - всё равно скатится без проблем. Хотя бы один раз. А я опять удивился, как мне такая простая мысль в голову не пришла. Ведь это мой пространственный карман, и я лучше других знаю, как и что там устроено, и всё равно придумал не я.
  
  Меня ругали за то, что я сочинил слишком сложную и малопригодную к эксплуатации конструкцию. Но тут же сами принялись всё усложнять. Причём реально усложняли как в производстве, так и в эксплуатации. Хотя и полезные варианты тоже были. Например, как оказалось, двадцать пять метров свободного рельса для переходника - это избыточно много. И даже двадцать - много. На пятнадцати вполне вагон съедет без каких-либо проблем. На самом деле можно даже двенадцать или восемь, но это уже что-то экстремальное. Решили не усложнять и обойтись как раз этими пятнадцатью. А вот больше сокращать было нерационально, так как у меня перепад будет не только по высоте, но и по плоскости.
  
  Зато я узнал много нового о вагонах. Например, тот же башмак останавливает вагон или целый железнодорожный состав вовсе не потому, что он способен на это - такой маленький против такого большого. Просто там достаточно большой угол наклона, и вагонные колёса просто стопорятся. Вот поэтому и у моего переходника длина должна быть никак не меньше восьми метров: ещё сократить - и они уже просто будут останавливаться. А на пятнадцати не так страшно.
  
  Инженеры остались в своём вагоне делать настоящие чертежи и разрабатывать подходящий шарнир, рёбра жёсткости, ну и переходник - как вот этот второй рельс положить на верхний, чтобы с него гладко вагон сошёл. Причём не в виде чего-то теоретического, а сразу готового техзадания для завода, чтобы он это мог быстро выпустить. Ну а я вернулся в правительственный вагон.
  
  Я тогда ещё всех своих железнодорожников достал из пространственного кармана и оставил в помощь инженерам. Что могут простые ремонтники подсказать настоящим инженерам с профильным образованием? Ну, они хотя бы могут рассказать по личному опыту, что умею я. По прибытии в Сталинград инженеры вместе с моими ремонтниками отправились прямиком на завод. Пока мы выступали, гуляли и фотографировались, они занимались делом. А теперь мы наконец-то приехали посмотреть, что у них получилось.
  
  Как и договаривались, это был отрезок рельсов со шпалами длиной в один вагон. Только шпалы стояли с меньшими промежутками. На одном конце была заглушка, чтобы вагон случайно не свалился. На тот случай, если, например, место, где я буду пытаться поставить вагон, окажется с уклоном. А на другом - какие-то не совсем стандартные утолщённые рельсы. А там к ним ещё и рёбра жёсткости были приварены, тоже из рельсов. С другого конца был сделан внизу жёлоб, который мог лечь на обычную рельсу. Там предполагались ещё и струбцины, которыми можно было закрепить как всю конструкцию снизу к основному железнодорожному полотну, так и концы вот этих рельсов там, где они состыкуются.
  
  И вот настал момент истины, а именно - испытание, не зря ли старались. Я забрал всю эту конструкцию к себе в инвентарь, там спозиционировал на плоскости, потом подошёл к участку железнодорожного пути, куда предполагалось положить, прицелился и вынул прямо вдоль дороги. Прикинул на глаз: да, действительно, зазор между верхней и нижней рельсой оказался не больше пяти сантиметров.
  
  Рабочие, которые только этого и ждали, тут же схватили концы свободных рельсов и поставили их куда надо. Переход получился довольно плавный. В стороны - даже сильно меньше, чем в перепаде высоты. И тут же всё это испытали: не забирая у меня вагон, а наоборот - закатили пустой товарный прямо на получившуюся платформу. Он туда вполне зашёл без каких-либо проблем. Снова скатили и предложили мне теперь испытать уже со своим вагоном.
  
  У меня своих на данный момент всё ещё хватало. Во-первых, те, которые случайно оказались не пустыми. Во-вторых, те, которые я оставлял для себя. Было ещё в-третьих - с какой-то ерундой, которую я даже сам не знал куда девать. Вот, например, зачем мне целый вагон сушёной морской капусты? Откуда он вообще у меня?! С него и начал: вынул из вне лимита в обычное пространство, а потом с первой же попытки установил на этот свой переходник. После чего вышел в реальный мир, прицелился и уложил всю конструкцию на рельсы. Встало примерно с тем же зазором - чуть больше пяти сантиметров. И его без проблем скатили на рельсы.
  
  - Продолжаем продолжать! - заявил я после первого успеха.
  
  Ну мы, собственно, и продолжили. Я отправлялся к себе в пространственный карман, 'медитировал', пытаясь найти ещё что-нибудь у себя во вне лимите, находил, перетаскивал в основное пространство, проверял содержимое вагона: если оно мне было совершенно не нужно - отправлял дальше. Нужное выгружал у себя и опять отправлял дальше.
  
  Требовалось испытать сразу несколько вещей. Во-первых, насколько этой конструкции вообще хватит. А то как бы не сломалась в самый ответственный момент. Во-вторых - или даже это скорее во-первых, - обучить моих людей всем этим пользоваться. Нет, если очень надо, дело нехитрое - я и сам в одиночку смогу, но зачем делать это одному, да ещё и самому, когда у тебя куча подчинённых? В-третьих, действительно требовалось окончательно рассортировать всё, что у меня там во вне лимите накопилось.
  
  В процессе привезли второй такой же переходник, потом третий, потом четвёртый - уже более усовершенствованный, потому как первые два мы всё-таки сломали. Но я продолжал выгрузку. Теперь уже большую часть времени отсиживаясь в пространственном кармане, вылезая только для того, чтобы положить очередной переходник вместе с вагоном на рельсы, и возвращаясь для поиска следующего.
  
  Что вовсе не означает, будто я отдал вообще всё. Были целые эшелоны, которые я собирался оставить себе, и в этом смысле своего мнения не изменил. Ну, например, тот же награбленный в Одессе румынами антиквариат - это ни голодающему городу не поможет, ни при строительстве Китежа, ни вообще где. А мне в будущем будет хоть какой-то валютой. Я ни на миг не забываю, что в прошлое отправился не только для прокачки, но и за ресурсами. О своём будущем тоже не мешает подумать и позаботиться. Я, конечно, добрый, но и о собственном материальном благополучии тоже забывать не стоит.
  
  Или вот, например, взятый ещё в первый раз в Минске штабной эшелон. Да, документы из сейфа я тогда сдал, но там оказалось ещё немало чего интересного. Да хотя бы все личные вещи офицерского состава, которые там до сих пор лежат.
  
  Ещё раз пройдясь по вагонам, собрал остальные документы, но сами вагоны решил не отдавать. Я хочу себе правительственный вагон премиум-класса? Ну так немецкий генеральский - ничуть не хуже. Плюс несколько вагонов с офицерским составом, охраной и всем прочим. Уже, можно сказать, на первое время хватит, а потом подумаю о чём-то лучшем. Так что это всё оставил у стеночки по два вагона вдоль, как и помещалось, ну а потом ещё по два сверху, и так когда-нибудь заполню до потолка. Ну и паровоз тот же самый я тоже себе оставил. Не будут же к генеральскому эшелону цеплять плохой паровоз.
  
  В результате постепенно вся стена у меня вагонами и заполнилась. Но того, что захламлю опять себе инвентарь, я не опасался, потому как каждый вытащенный вагон его как раз на свой объём и увеличивал. А ведь я далеко не всё оставлял у себя, а большую часть отдавал наружу. В процессе даже выскочило очередное системное сообщение:
  
  Внимание! Размер инвентаря естественным образом увеличен до следующего уровня. Предупреждение! Без вкладывания призового очка, получаемого за прохождение испытания, функционал следующего уровня не может быть открыт.
  
  А это выходит уже тридцать второй уровень кармана. Вернее, его объём в тридцать две моих косых сажени. Не стал даже пытаться вычислить это в уме - просто взял лист бумаги и посчитал. Два целых сорок две сотых умножить на тридцать два - получится больше семидесяти семи метров. А если это возвести в куб, то вообще дикий объём - больше четырёхсот шестидесяти тысяч кубических метров. Реальный масштаб этого пространства я пока не очень представляю, с чем сравнить.
  
  Забавно, но пока я ставил по два вагона вдоль стенки, оказывается, туда уже по три влезает. Но не стал ничего менять: позже буду добавлять ещё один слой.
  
  Зато хоть немного разобрался с бардаком у себя во вне лимите. А там реально был бардак. Вот, например, зачем мне хоть и небольшой, но эшелон в девять вагонов с мусором? И я имею в виду именно мусор - не фигурально, а буквально бытовой. Где и когда я это сумел забрать - для меня самого загадка.
  
  - Только не спрашивайте, откуда у меня, - заявил я, когда передавал эти вагоны.
  
  Поначалу даже была мысль не позориться и никому не показывать. Но даже эти девять вагонов Советскому Союзу будут не лишними. Да никто особо и не возражал: куда выкинуть мусор - найдут, а вагоны останутся, тем более что там ещё и паровоз был. Возможно, даже найдут документы, что это вообще и откуда.
  
  К концу операции, уже хорошо заполночь, у меня вдоль стенки практически не занимая места висело ровно десять таких переходников. Плюс имелись к ним запчасти, особенно для шарниров. И целая команда обученного персонала, которая могла всем этим пользоваться. Понятно, что власти заботились больше о себе, чем обо мне. Но и мне это очень даже пригодится, причём как тут, так и в будущем. Часть вагонов я оставил, следовательно, и как-то ставить на рельсы их тоже придётся.
  
  Плюс попросил ещё несколько десятков отрезков рельсов с усиленными шпалами. Не для того, чтобы с их помощью переставлять куда-то вагоны, а чтобы сами вагоны выставлять снаружи и они не проваливались в грунт. Да тот же генеральский штабной эшелон. Я решил, что те же пассажирские вагоны прекрасно подойдут и просто как жильё. Да, у нас много бытовок и мы постоянно их достраиваем. Но зачем, если есть готовое?
  
  Буду ли я ездить на этом генеральском поезде или позже на своём бронепоезде премиум-класса - понятия не имею. Даже скорее нет, чем да. Но вот так выставлять где-нибудь для проживания - очень даже можно. Тем более что народ в дивизии у меня прибавляется быстрее, чем растёт жилой фонд. Кстати, вдоль стеночки уже стоит не только тот генеральский эшелон, но ещё пара десятков хороших пассажирских вагонов. Тоже решил оставить их себе для этой же цели.
  
  А под конец меня спросили, не согласился бы я подкинуть до Баку попутный груз.
  
  - Я-то подкину, но вы не забывайте, что это вы сейчас не у меня спрашиваете, а у товарища Ворошилова: не согласится ли он к своему правительственному поезду подцепить ещё какое-то количество попутных вагонов.
  
  Сам Ворошилов, который это слышал, посмеялся, но одобрил. Тем более что они не за его поездом будут тащиться и тормозить, а спокойно у меня в пространственном кармане лежать. Тогда я заявил, что без стеснения могу взять до пятисот сорока цистерн. С некоторым стеснением - вдвое больше, то есть больше тысячи штук.
  
  А это при моём теперешнем размере пространственного кармана - всего лишь шесть рядов вдоль стенки и до потолка. Вообще-то тоже многовато, но всего лишь до Баку, а там сразу всё отдам. Хотя, учитывая количество цистерн, далеко не сразу. С другой стороны, десятиметровые вагоны можно ставить по две штуки на переходник. Но всё равно будет долго. Однако раз сказал, что возьму больше тысячи - значит, возьму больше тысячи.
  
  Вот мне именно столько и выдали для переброски в Баку. Причём это были исключительно пустые цистерны для нефти. Ну да, зачем их в такой длинный обход гнать, если можно попросить товарища Грозу? Это хорошо, что они пока не додумались меня просить о таком же, только чтобы я летал с места на место на самолёте и перекидывал грузы.
  
  Однако я и так, похоже, взял на себя больше обязательств, чем могу выполнить. Вернее, чем хочу выполнять. Не просто так тысяча раньше в русском языке называлась тьмой - что-то невообразимо большое. Для меня раньше так представлялась тонна. Тоже что-то большое и неподъёмное. Пока я однажды летом не устроился на подработку и не перетаскал своими руками вообще неизвестное количество этих тонн. Ну так вот, теперь мне предстояло сделать то же самое, но с тысячей цистерн.
  
  Понятно, компактно в одном месте они всей тьмой не стояли. Сначала забрал всё, что было в Сталинграде. Меня для этого быстро провезли по нескольким объектам. Ну а потом поехали дальше по маршруту. Только теперь на станциях мы не просто фотографировались на фоне вокзалов - я заодно забирал скопившиеся там цистерны.
  
  Однако всё это ерунда. Что-либо забрать в пространственный карман для меня действительно дело нескольких секунд. Я их даже не старался выставить так компактно, как планировал изначально, просто кидал на свободные места и пусть будет. Тем более что ненадолго, можно и потерпеть. Запахов нефти в состоянии стазиса не бывает. Однако с каждым разом всё страшнее было себе представить, как я всё это буду выгружать в Баку?!
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"