Пока крошечная кабинка сканировала мозги кибертела и делала копию всех содержащихся там данных, я отключился, вырубился. Раньше такого не бывало, поэтому я подозрительно скривил лицо и сказал кибернетику:
-- Эй, дядя, а почему это я вырубился?
-- В женском теле, так и говори о себе в женском роде. Тьфу.
-- Ты на вопрос-то отвечай.
-- Я серьезно. Правила этикета выучи, дура.
-- Я жил до того, как эта тупость стала правилом этикета. И имею право не принять правило, созданное тупыми полуботами...
-- Эй, ты кого тупым назвала?
-- Ты же тру, разве нет?
-- Да. Но сейчас всех, кто родился не человеком, называют полуботами.
-- Ерунда какая-то.
-- Ты когда в последний раз с молодежью общалась?
-- Давненько это было. Там, как правило, не с чем общаться.
Спустя пару минут разговора меня ведут на техобслуживание, и я понимаю, что мне заговорили зубы и не ответили на вопрос, который я задал. Печально.
Доктор, выглядящий как мужчина средних лет с белыми волосами, руки которого имели что-то около миллиарда пальцев, поскольку каждый ветвился на два более маленьких и тонких до тех пор, пока самые тонкие пальцы не получали возможность манипулировать молекулами, сокрушенно произнес:
-- Итак, перед нами ихоровая наркоманка.
Экран показывал разрез моего тела, и каждая жилка, каждый капилляр светился и пульсировал от безбрежного океана нанороботов-симбионтов. Картина и впрямь нелицеприятная для любого, кто никогда не ощущал в своих венах ток крови.
-- Послушайте, ну зачем иначе в кибертелах есть вены?
-- Для сезонного техобслуживания. Раз в полгода проводится. Но вы видимо не в курсе, у вас оно круглый год.
-- Я просто хочу ощущать себя живым.
-- Если вы про непрерывный кайф, то естественно, хотите.
-- Нет. Точнее, не совсем. Это всего лишь компенсация утраты гормонов счастья...
-- В вашем программном обеспечении есть их оцифрованные аналоги.
-- Вот именно, что оцифрованные. Я хочу чего-то аналогового, реального. Чем и является ихор.
Доктор посмотрел на данные еще раз и сокрушенно схватился за голову.
-- Я бы вас тут же сдал полиции, но увы, я в данный момент - жалкий костоправ, проводящий техобслуживание бойцов в подпольных поединках. Итак, ваше тело - новое, с иголочки. Ихор увеличивает ваш вес, что плохо сказывается на скорости движений, но увеличивается и масса, что однозначно хорошо в бою. Кроме того, ихор будет стремиться минимизировать повреждения, что хорошо, но может отключать системы для ремонта прямо во время боя, сами догадайтесь, полезно ли вам это будет. В общем, я умываю руки, не имею ни малейших замечаний по поводу вашего будущего поединка, юная леди.
-- Не такая я уж и юная... тьфу, то есть юный.
-- Впервые сменили пол? Долго же вы держались. В общем, удачи.
В кабинет зашел техник, и я начинаю гадать, истинная ли он личность. Слишком уж стандартное тело.
-- Док, вас вызывают констатировать смерть.
-- Уже иду.
Костоправ вышел из помещения, его подошвы хрустят битым стеклом, разбросанным по полу заброшки. А техник внезапно обращается ко мне.
-- Сегодня сто пятидесятый раз.
-- Что?
-- Мне тебя жалко. В сто пятидесятый раз тебя ремонтируют, загружают резервную копию и отправляют на смертельный бой, который ты не можешь выиграть. Своеобразная развлекуха.
-- Стоп... что? У меня в голове не укладывается... так значит, то, что я вырубился при сканировании моего мозга...
-- Да. Тебя загрузили в тело, а не скопировали.
Я ощутил себя и вправду девочкой, столкнувшейся с жестоким миром преступности. Пальцы с длинными ногтями с мономолекулярными кромками вцепились в собственную голову, срезав несколько светлых прядей.
-- И... и что мне теперь делать? Отказаться от боя?
-- Разберут на запчасти. Ты лучше дерись. Дерись так, как не дралась никогда в своей жизни.