Новая планета - всегда радость. Мало что в жизни так поднимает настроение, как вид занимающего расчётную орбиту мегавагена. Вход, коррекция, стабилизация - и раскрываются люки трюмов, блестят вспышки бешлайнигеров, поток автономных грабификаторов победно врывается в атмосферу. Уже через час первая волна приступает к зачистке поверхности. Срываются горы, засыпаются океаны. Воздух, вода, лёд полярных шапок расщепляются на топливо. Леса, травы, сама почва - переплавляются в плотный, гладкий слой: чем меньше помех на поверхности нового датенбанка, тем более весомый бонус получит от Фирмы команда.
Затем грабификаторы приступают к производству могил. Ровные, математически выверенные ряды, от горизонта до горизонта, по всей площади планеты. Чем плотнее занята поверхность, тем выше бонус. Восемь могил составляют один ряд. Восемь рядов - один участок. Участки группируются дальше и дальше, шире и шире. Учитывается радиус планеты, кривизна поверхности, неидеальность кугельгештальта.
Математика нас не подводит, а уж мы стараемся не подвести Фирму.
Чем заполняют могилы? Аборигенами, естественно. Телами аборигенов. Вы же понимаете, что население планеты перестаёт населять её примерно на этапе расщепления атмосферного воздуха. В каком-то смысле мы делаем им одолжение: кто бы их хоронил, кабы не мы?..
Потому-то так и ценятся перенаселённые планеты. Тел, обладающих квантовыми артефактами, всегда не хватает. Приходится завозить излишки с Центральвельта и миров-инкубаторов, но они ведь тоже не бесконечные, эти излишки… Пёбели в последнее время совершенно не желают плодиться.
В гермолюк моей рубки позвонили, и я отвлёкся от досадных мыслей.
- Господин Глюксшнитер, - улыбнулся бурше Людвиг, проскальзывая внутрь. Улыбка показалась мне слегка виноватой. Понятно: плохие новости. - Я с отчётом по планете. Извините.
Славный малый этот Людвиг. Но совсем ещё зелёный, всех достижений - хорошая семья, двухгодичный айнрихтунг, да значок "Квалифицированный потребитель II-го ранга". Чувствовать жизнь пока не научился, если обстановка не очень, так и скажет.
- Сколько? - я протянул руку за картенташе с отчётом.
Людвиг замялся, затем юношеская приверженность истине перевесила:
- Четыре с половиной миллиарда.
- Сколько?!
- Ч-четыре, господин Глюксшнитер. С половиной…
Шайсе. Планета казалась такой перспективной, такой пригодной для жизни - и всего четыре миллиарда разумных аборигенов? Этого хватит, чтобы записать…
Я почти застонал от разочарования.
- Господин Глюксшнитер, но это совсем не так уж…
- Это мало, Луди. Это ничтожно мало, - я заглянул в картенташе, перелистнул страницу. Так, площадь… общая площадь этой планеты составляет свыше 510 триллионов квадратных метров. Стандартная могила - 2 квадратных метра. Усушка, утруска, сервисные сооружения… итого 240 триллионов могил, плюс-минус. При идеальном сжатии, то есть идеальной энтропии, вероятность появления в массиве данные единицы равна 50%.
И как прикажете заполнять 120 триллионов могил с помощью четырёх миллиардов трупов?..
- Мы можем использовать животных, господин Глюксшнитер, - снова попытался было Людвиг. - Фауна планеты весьма богата.
Я прикрыл глаза ладонью. Славный малый этот бурше. Славный, но какой же гаух.
- Ты молод, Луди, - сказал я, отнимая ладонь от лица. - И ты интендант, а не информатикер. Давай я объясню тебе, за что Фирма на самом деле выплачивает нам бонус.
Людвиг слегка покраснел, но больше от усердности во внимании, чем от смущения.
- Мы ведём войну, - продолжил я, указывая в пространство за своей спиной. Жест был намеренно неопределённым, но бурше понял и поспешно кивнул. - Не бомбами и снарядами, разумеется. И даже не палками или камнями. Мы не варвары, Луди. Мы бизнесмены. Гешефткригсманны. А в современной войне оружие - информация. Биты, байты… Одна могила - один бит. Пустая - ноль. Заполненная - единица.
- Да, но…
- Сто двадцать триллионов могил, которые уместятся на поверхности этой планетки, Людвиг, это сто двадцать терабит. Без малого пятнадцать терабайт, с учётом расходов на служебную информацию и коды коррекции ошибок. Математика не подводит.
- О. Это много, - осторожно заметил Людвиг. Он явно понятия не имел, о каком объёме идёт речь.
- Это нихтс, - отмахнулся я. - Твой контрольимплантат в день записывает больше. Ценность планетарных датенбанков вовсе не в объёме.
- А…
- В скорости, Луди. В скорости доступа, - я поднялся из кресла и, разминая ноги, зашагал по тесной рубке. Бурше вжался в переборку. - Всякое разумное существо в известной нам Вселенной, каждый человек, каждый фатарианин, гризграм, боло - все рождаются с особым квантовым артефактом. Полем. Аурой, если угодно.
- Душой?..
- Души не существует, Людвиг, - сказал я резко. - Но если тебе проще называть это "душой", называй.
- Простите, господин Глюксшнитер.
- Души не существует, - повторил я. - Но квантовый артефакт реален. Мы так и не поняли, как он возникает, не сумели воспроизвести. Он есть только у разумных существ, вот почему мы не можем использовать животных. Артефакт не пропадает после смерти, так и остаётся навсегда привязанным к останкам. И мы используем его для мгновенного доступа к данным из любой точки пространства. Мгновенного, Луди. Это означает, например, что наши модели кюнстлихеинтелигенц загружаются и работают быстрее, чем у конкурентов. За что Фирма и выплачивает нам бонус.
Я остановился у иллюминатора, посмотрел вниз. Проклятая планета! А ведь поисковые партии зарегистрировали её как очень перспективную.
Четыре с половиной миллиарда тел, девять миллиардов бит. Чуть больше гигабайта полезной нагрузки. Планетка если и окупится, то за пару тысячелетий, не раньше. Фирме просто негде взять столько трупов, даже если удвоить утилизацию пёбелей.
Прощай, бонус.
- Господин Глюксшнитер. Мне очень жаль.
- Это не твоя вина. Такое случается: территории хватает, а в могилы уложить некого.
- Я только хотел сказать. Вы правы, я не информатикер. Но мой двоюродный дядя, он как раз профессор на факультете рехнервиссеншафт. Помнится, он исследовал кое-что интересное. Когда мы вернёмся на Центральвельт, возможно, вы захотите…
+++
- Итак, представляю вам нашего сегодняшнего героя. Прошу приветствовать: грабифициеркоммандёр Пауль Глюксшмидт! Прошу, прошу, господа!
Под воодушевляющий рокот аплодисментов я одним прыжком взлетел на сцену. Демонстрировать физическую бодрость было приятно; предстояло продемонстрировать бодрость интеллектуальную.
- Господа! Коллеги, миткемпферы, друзья. Я люблю вас! Я горжусь вами, горжусь Фирмой. Знаете, почему? - Я подождал, пока в головах присутствующих наберётся достаточная масса самодовольства, затем продолжил. - Конечно, знаете. Один коллектив, одна задача, один метод!
Снова аплодисменты. Они знали, знали, что именно я собираюсь им рассказать. Разумеется. Здесь собралась вся коппе Фирмы.
- Все вы знаете, что темпы роста нашей инфокапацитет в последнее время замедлились. Это неизбежно: в любой войне, особенно в гешефтскриг, рано или поздно наступают оперативные паузы. Так было, когда Фирма вышла на просторы галактики. Так было, когда мы впервые столкнулись с фатарианами. Так было, когда мы придумали использовать останки разумных существ для записи датенбанков. Каждый шаг прогресса требует подготовки, а подготовка - паузы, отдыха, размышления.
Хорошее объяснение неудаче с недавней грабификацией. Не провал, а оперативная пауза. Слушатели согласно кивали, но мне следовало поторопиться с переходом к следующей части доклада: в зале собрались настоящие хайе, долго терпеть байки они не станут.
- Но довольно пауз! - воскликнул я, воздевая руки в театральном жесте. - Мы слишком долго топтались на месте, используя мёртвых недостаточно эффективно. Сегодня я принёс вам новый способ расширить наш инфораум.
Как всё-таки хорошо, что здесь не приходится обосновывать саму необходимость использования трупов. Смерть – не источник скорби; мертвые - не обуза. Мёртвые - это просто стратегическое сырье. Слава Основателям, от химеры сентиментальности мы освободились давно. И все эти замечательные люди прекрасно понимают: перед лицом великой цели никакие жертвы не покажутся слишком большими.
В несколько фраз я рассказал, как собирал инициативгруппе во главе с двоюродным дядей Людвига, профессором рехнервиссеншафт Рихардом Нуйманом. Как мы работали, выявляя возможные точки роста для наших датенбанков. Как наконец нашли решение, от перспективности которого захватывало дух.
- Зачем грабифицировать новые и новые планеты, если у нас недостаточно трупов, чтобы заполнить их? - вопросил я риторическим тоном. - Не лучше ли задуматься о полезной нагрузке, которую способно нести каждое из доступных тел?
- Хватит тянуть, дружище Пауль! - крикнул из первого ряда господин Людерстайн, начальник отдела утилизирунга, добродушный толстяк с красным лицом.
- Ты прав, Вольфганг! - со смехом ответил я и кивнул Людвигу. - Быстрее будет показать.
Мой славный бурше защёлкал пультом. На экране появились графики плотности информации.
- Итак, наш ответ на нехватку тел: троичная система счисления! Долгое время считалось, что квантовый артефакт, связанный с останками разумных существ, атомарен и способен нести лишь один бит информации. Однако исследование моей инициативгруппе показало, доказало с неоспоримостью: трупы помнят, кем были при жизни! В смысле, помнят свой пол. Каждый квантовый артефакт обладает так называемым зарядом, положительным либо отрицательным. И мы научились считывать этот заряд на расстоянии. Таким образом, инфокапацитет каждый могилы возрастает естественным образом, безо всяких издержек со стороны Фирмы. Ячейки, где раньше хранились лишь нули и единицы, теперь…
Я уткнул луч указки в слайд, там, где "пусто, труп" превращалось в "женщина, пусто, мужчина". Аудитория зачарованно притихла, профессиональных информатикеров и просто понимающих людей в зале хватало. На следующем слайде были представлены графики плотности информации, из которых следовало, что теперь, при том же количестве могил и размещаемых в них разумных, мы способны хранить на 33% больше данных.
Дальше объяснять выгоду было незачем. Зал взорвался аплодисментами, приветственными криками, звоном хрусталя.
- И это ещё не всё, мои дорогие миткемпферы! Есть основания полагать, что квантовый артефакт останков может хранить куда больше информации, чем только пол. Рост, вес, раса, возраст… Представьте, что нам удастся нагрузить каждый разряд нашей могильной системы счисления ещё большим количеством информации.
- Возраст?.. - снова подал голос господин Людерстайн. На радостях он уже основательно набрался: его отделу явно предстояло расширение. - Старики ещё понятно, но где же мы возьмём столько детишек, а, Пауль?
- Тише, Вольфи, дружище, - я отсалютовал дураку бокалом. - Кто сказал тебе, будто прогресс рождается в комфорте?..
Славный Луди, мой верный бурше, довёз меня до дома. Правду сказать, под конец банкета надрался я не хуже Людерстайна. И было от чего: представленная технология обещала каждому из причастных просто неприлично весомый бонус.
Не раздеваясь, я упал в постель. И если вы подумали, будто последняя мысль моя была о бонусах, вы ошиблись - не настолько я всё-таки примитивен. Я думал: так ли вообще нужна нашей чудесной Вселенной жизнь? Ведь мёртвые планеты куда выгоднее.
Не это ли - высший гуманизм, который может себе позволить гешефткригсманн? Вот о чём я думал, прежде чем заснуть.
Подумайте и вы.