- Кристина! -
конечно, она где-то здесь,
она не могла раствориться... Вестимо,
мир полон опас...
но инертная смесь
прохлады, и сумерек, и... но -
- Кристина!..
- Она где-то здесь, ведь она не могла
исчезнуть! она не могла раствориться...
Но... сумерки, осень - и липкая мгла,
и влага, прохла...
- Да что ж это твориться!
Кристина! Мир полон угрозы! - Дворы -
арены, подъезды - зверинцы...
Известно:
чего еще ждать от зорной детворы...
...И входит подругой Христова невеста
в круг бабочек, бьющихся у фонаря,
в круг мглы, где летают летучие мыши...
- Кристина! -
перстом озаряет заря
антенны, торчащие криво на крыше
ковчега... Но тихий молчит Океан.
Антенна - на фоне заката - пацифик.
- Кристина! -
стаккато и грязный стакан...
- Кристина... -
понёва и грозный понтифик...
- Куда ты? куда - ведь на самом-то де-
ле всё здесь, все - сейчас,
всё не с ними - а с нами!..
...Вот: фоном - закат - одинокой звезде.
И знамо - куда же нам с вещими снами?..
* * *
Всё на тонкой ниточке -
тоньше паутинки.
Всё: тетрадки, книжечки, старые пластинки.
Всё - окошко, комнатка,
на окошке гномик -
дар того полковника,
лавочка и домик.
Всё на тонкой ниточке:
бузина в осенней
паутинке, фифочки в мини, воскресенье,
вечер ждать - дождешься ли? -
мирик заоконный
плошками, одежками вылез на балконы...
Всё на тонкой ниточке!
сердце так и рвется,
вон они - обидчики, старшенький смеется.
Бабушка из церковки,
мамочка с полковником...
Ах, ногами цепкими - вровень с подоконником.
* * *
По крупицам собирать
этой жизни жалкий бисер.
Это - не в лапту играть,
где люби хоть залюбися...
и не письмами кормить
лет прожорливое пламя...
Это - слёзку обронить -
будто фенечку на память.