Ну что же, Вова, я тебя слушал - и я тебя выслушал.
Я терпелив - я слушал тринадцать лет:
изрядно - не скажешь: дружок, дескать, ты, мол, выспешил -
как те - на Сенатской, что вышли, не сбив с эполет
французскую пудру - нет, тут передряги посконные:
нам - что их Вольтер, что Дидерот - засунь себе в рот...
Вот только крест накрест забиты проёмы оконные
на школе в моей деревеньке - и новый задрот
в твоём телевизоре мне, запинаясь, рассказывает,
что, ах, в их парижах на завтраки в школах бульён...
А сам телевизор показывает и показывает,
как то, что здесь было быльём, у них стало гнильём.
Так что, Володя, давай без банальных аллюзий,
и из народных киношек опять не пошли:
если застряла баржа в обезвоженном шлюзе,
так и скажи - этот уровень мы не прошли.
Не потому, что жиды в шлюзе воду всю выпили.
Не потому, что матрос Железняк умотал в Дагестан,
а профиль Сталина всё проступает на вымпеле -
боцман не прав? - право, Вов, - знать херов капитан.
Вот стопка водки - как бабу её не помацать.
Вот чаша с желчью - в неё не добавишь брехни.
Помнишь: "Ужо!.." - воды ж могут опять подыматься и...
Ах, Богородица Дева тебя охрани...