Во вторник вечером прибежала Пашина мама в окружении своры дворовых ребятишек и устроила скандал. Вызванная на лестничную клетку Лика не сразу поняла, что случилось. Она смотрела с раскрытым ртом на активно истерящую женщину, как смотрит ребенок на воспитательницу, которая ругается и обвиняет его в чем-то страшном, чего он понять совершенно не может по причине малолетства и неопытности.
 
 Громогласный монолог продолжался минуты три пока Лика, наконец, не настроилась на волну и не начала понимать летящие в ее адрес слова.
 
 - Они воры! Воры! - орала Пашина мама, и Лика была уверена, что все соседи по этажу уже собрались в своих коридорах и наблюдают за скандалом в дверные глазки, - Я милицию вызову! Вы у меня еще узнаете, как детей воспитывать! Понавыращивали преступников! Родители сраные! Всех вас родительских прав лишить! Детей ваших в колонию!!! Воры!
 
 Дети Лики, очаровательные погодки Витек и Денис, стояли позади всех, понуро опустив головы. Младший плакал, размазывая по щекам слезы рукавом рубашки. А рядом с огнедышащей матерью, имея лицо полное возмущенной солидарности, возвышался над остальными ребятами крупногабаритный (весь в отца) одноклассник Вити - Паша Ефимов.
 
 - Что случилось? Что у вас украли? - Лика не верила собственным ушам. Неужели речь идет о ЕЕ детях? Чтобы они что-то украли... Нет, никогда в жизни! Это недоразумение. Такого просто не может быть.
 
 - Еще чего не хватало! Если бы украли, я бы их давно сдала куда надо! Видишь Павлик! - мать толкнула Пашу в плечо, заостряя внимание, - Вот они - твои друзья! Разве это друзья?! Разве можно с такими детьми дружить?! Это же отбросы общества! Чтоб я больше тебя с ними не видела!
 
 Надувшийся Паша согласно мотнул головой.
 
 - Да что случилось-то?!! - выкрикнула Лика, силясь перекричать Пашину маму, чтобы хоть что-то вразумительное, наконец, узнать.
 
 - Лезли в квартиру! Эти вот, хорошие ваши! Ангелочки! Лезли к нам в дом, пытались замок вскрыть, когда никого дома не было! Соседка напротив видела в глазок! Стояли и в замке ковырялись. Говорили: надо нож принести, подковырнуть язычок, чтобы замок открылся. Она сама слышала! Всю дверь вон исцарапали! Воры! Домушники малолетние!
 
 - Не может быть! Это не они. Зачем им к вам в дом лезть? Может, соседка ошиблась?
 
 - Зачем?!! Вы еще спрашиваете, зачем?!! Не знаете, зачем в чужие квартиры лазят?!! Обворовать нас хотели! Они это! Видела она их! Что она, детей ваших что ли не знает?
 
 - А почему не вышла, не сказала ничего? Не спросила, что им нужно?
 
 - Это ее дело! Не ваше право указывать, кому что делать! Она МНЕ сообщила - спасибо ей большое!
 
 - Да я не указываю. Делайте, что хотите... Витя, сынок! - Старший сын посмотрел на маму из-под бровей. Было видно, он едва сдерживался, чтобы не разреветься, в унисон брату, - Вить! Что, правда было такое? Вы что, с Денисом в их квартиру лезли?
 
 Витя кивнул.
 
 - Что, ЛЕЗЛИ???
 
 Витя кивнул и шморгнул носом. Его глаза покраснели и заблестели. Лика в растерянности замолчала. Витя признался. Ее сын никогда ей не врет.
 
 Но зачем?
 Почему?
 Как они могли?
 Лика хотела незамедлительно спросить детей о причине такого поступка (ведь была же причина, не может быть, чтобы не было), но Пашина мама не позволила этого сделать, разразившись еще более громкими воплями.
 
 - Вот видите! Я же говорю! Воры! Домушники! Что с них вырастет?! Люди, вы слышите?! С кем жить приходится в одном доме! А?! Это же не приведи Господь! Это же страшно из квартиры выйти, того и гляди обворуют! Последнее вынесут, все что нажито! Столько лет наживали, и все, чтоб малолетки какие-то вынесли!
 
 Лика сделала шаг сквозь толпу растерянных ребятишек, решительно взяла Витю за рукав и заволокла в квартиру.
 
 - Денис!
 
 Младший ринулся на зов матери в открытую дверь. Проскочил, нырнул в кипу висящей на вешалке одежды, зарылся в нее как мышонок, прячась от посторонних глаз.
 
 Лика захлопнула дверь.
 
 Пашина мать еще орала какое-то время, угрожая законной расправой и полным всесоседским бойкотом. А потом ушла, грузно шлепая по лестнице резиновой подошвой драных вельветовых тапок и продолжая по пути сыпать возмущенные проклятья в адрес "воров малолетних".
 
 Лика усадила детей за столом на кухне. Она не знала, что делать. Дети рыдали уже вдвоем. Села рядом, опустив на колени руки.
 
 - Малыши.
 
 Малыши взвыли громче прежнего, почувствовав, как расстроилась мама.
 
 - Ну, все, успокойтесь. Все, - Лика по очереди вытерла детям носы кухонным полотенцем, нежно обняла обоих за головы и прижала к себе.
 
 Так и сидели они втроем обнявшись, пока мальчишки не начали приходить в себя.
 
 - Ну, так что? Рассказывайте, в чем дело. Что это вы удумали? - осторожно и как можно более ласково, чтобы не пугать детей, начала допрос Лика.
 
 - Мы не удумали, - всхлипнул Витек, - нас Паша попросил.
 
 - В каком смысле? - От неожиданности Лика вздрогнула.
 
 - Ну, мы со школы шли втроем, а когда до Пашкиной квартиры поднялись, он увидел, что ключ дома забыл. Искал, искал в портфеле, а потом вспомнил, что забыл. И расстроился. Мы говорим: пошли к нам. А он говорит: мне уроки надо делать, мне кушать надо, мне дома надо быть - мама с работы позвонит, а меня нет, она меня заругает. А потом говорит: а давайте попробуем, может быть, как-нибудь так откроем. Мы говорим: ты сам попробуй. А он говорит: я один не смогу, помогите мне. Ну, мы помогли.
 
 - И что?
 
 - Ну, ничего. И не открыли. Хотели ему помочь и не смогли. Мы сначала проволокой ковыряли, а потом хотели нож принести. А потом не принесли, потому что решили - пусть он сам открывает свою дверь.
 
 - Правильно решили. Ножа еще не хватало... Подождите, я не поняла. А Пашка сам-то где был, когда вы ему помогали?
 
 - С нами был.
 
 - С вами???? А соседка? Как это она вас видела, а его нет?
 
 - А он сбоку стоял. Там, где уже лестница начинается. Там его не видно было.
 
 - Стоял и только ныл, что его заругают - добавил почти успокоившийся Денис.
 
 - Ну, так чего же он своей маме этого не сказал? Это же совсем меняет дело!
 
 - Не знаю. Он маму боится. Что она его заругает.
 
 - Боится, что его заругает, а вас значит, пускай ругает, да? Причем ни за что. Вы что, не понимаете - вы не виноваты ни в чем, а вам влетело. Еще и опозорила на весь дом. А вы-то сами почему молчали, могли бы сказать ей, что Паша вас просил.
 
 - А мы не молчали.
 
 - Мы не молчали.
 
 - Я ей стал говорить, а она ничего не слышала, так сильно кричала на весь двор. А потом к тебе побежала бегом...
 
 
 

* * * * *

 
 
 На следующий день, возвращаясь с работы, Лика встретила Пашу. Мальчишка сидел в одиночестве на скамейке около подъезда и грустил.
 
 - Здравствуйте, - громко отскандировал он проходящей мимо соседке.
 
 - Здравствуй, Паша - Лика хотела пройти мимо, но потом остановилась. Подошла к мальчику и села рядом.
 
 - Слушай, Паша. А что это мои дети говорят, ты вчера с ними был, когда они вашу дверь открывали.
 
 - Нну.
 
 - Они говорят, что это ты их сам попросил дверь открыть.
 
 - Нну.
 
 - Что "нну"? Так чего же ты этого маме своей не сказал? Мама же твоя испугалась. Думала, ее обокрасть хотели. Надо было ей сказать.
 
 - А меня не спрашивали. Обо мне вообще речи не было, - и отвернулся, не желая развивать тему.
 
 Вот так. Его не спрашивали. О нем не было речи.
 
 Лика замолчала. Она не знала, что тут можно сказать, как ему объяснить.
 
 Эх, ладно, чужой ребенок - не мне его воспитывать, решила она, вздохнула и пошла домой.
 
 А на следующий день после работы позвонила Пашина мама и, великодушно позволив Лике сказать "Алло", начала новую громогласную тираду:
 
 - Здравствуйте! Это мама Павлика Вас беспокоит, - сердце екнуло. Что ЕЩЕ ей надо? - Я вот почему звоню. Я решила, пусть уже Ваши дети с моим Павликом дружат. А то они с ним дружить перестали, а Павлик плачет, ему теперь дружить не с кем. Он с вашими детьми так хорошо дружил. У них и компьютер, и видик, и собака. А теперь мой Павлик один ходит. Ваши дети, наверное, не такие уж плохие. Ну, один раз оступились, напреступничали. Ну, бывает. Я надеюсь, больше такого не будет. Так что я им разрешаю, ладно уж пускай дружат с моим Пав...
 
 Лика повесила трубку.
 
 7. 08. 2006г