Предисловие Вот прошел последний год. Молча дверь открыл и вышел Легкой поступью, неслышно Мимо бурных талых вод.
В моей комнате остался Легкий холод, грустный взгляд. На столе перо, бумага, яд - Его выпить я собрался.
1996
новолуние Не спится. Ночь пустынна И луна темна, Готовится к рождению она. Взгляд бродит по углам И изредка в окно заглянет, Но вот устанет И падает И темнота его затянет. И он, лишенный света, Вновь обернется вкруг планеты И смотрит на меня. Душа нага. Она раздета - Ему одежды не помеха - Он видит все насквозь. Качает головой: - Сбылось,- Он говорит, - душа с тобой Разъединилась. Ты ей дал свободу. Она покинула и к богу Вся устремилась, словно к дому, Ведь это дом ее, не так ли? А ты остался взаперти. Стоишь один, а позади Уж нагоняют волки скоро. Опять собьешься ты с пути, Стараясь избежать погони. Опять пойдешь сжигать мосты: Все мысли, образы, холсты, Чтоб не нашли тебя враги По запаху. Твои следы Их поведут к ним в логово обратно... Где в шкуре волчьей ты за брата, Где стаей дружной загонять Оленя будешь ты в засаду. Но вот случится: он увидит, Почует кровью кровь твою, Тебя узнает и поймает Твой взгляд и смерть свою.
Как кровь сладка, Да боль пойму ли Под шкурой волка я? Глаза - я помню взгляд. Темно. Заснул. Луна глядит в окно.
1996
*** Все стихло. Огонь не дышит. Угли накрыла темнота Луна ушла. Я звал ее остаться, Но ветры заглушили голоса.
Бесшумны крылья, Сова исхохоталась, Болотный смрад пополз под облака. Ожили взгляды, Зашуршали листья, Червь земляной впивается в тела.
О, боже, где ты?! Отзовись мне, Но бога не встречал никто здесь никогда. Но кто-то есть тут, Хозяин, объясни же, Где согрешил и в чем моя вина. Молчание. Рассвет в пути, Но все еще далек он. Поторопись, Ускорь шаги, Зови людей из темных окон.
Нет. Никого. Ни отзвука, ни эха. А я уже сравнен с землей. Вот мох сомкнулся И вдали там, где-то, Копыта бьют по мостовой.
И снова вижу: Свет...Да свет ли это?! Вот конь поднялся на дыбы. Господь мой, Где ты?! Где ты?! Да где ты, черт меня возьми!
- Да черт, Я вижу, знаешь. Мне самому приелся облик мой. Рассказывай, Как поживаешь, Давно я жду тебя, Друг мой. ... Все кончено. Мой ангел не у дел. Я был, но мне уже не быть. Исчадье ада, Покажи предел, Который заказал любить.
1996
*** Безумье цепкою рукой Схватило сердце, стисло, сжало. Сдавило грудь, под хрип глухой Вонзило радостное жало. И беспредельный хохот, вой Объяли горло пуще цепи. Теперь ты - бог и ты - изгой, Готовься встретиться со смертью.
И лишь ночами под луной Горят безрадостные свечи. Тихонько ждут тебя домой Уснуть под сказку дети.
1996
*** Все тихо вышли. Умерла. Монашки шепчутся у трупа. - Да нет же, вот, она жива. - Оставь ее живого духа.
Все знают, смерть берет свое. Земля дала, земля отнимет. И жизнь, и смерть - они одно. Смотри, уж тело стынет.
- Не верю, был с ней только что- Глаза ее в мои глядели. - Глаза глядели, ну и что, Сейчас, смотри, как помутнели.
Монахини! Что сбились причитать? Страх обуял, то дьявол рядом. На тело он кладет печать, Кровь заменяет трупным ядом.
Она мертва и все можешь, Молись за упокой души. Быть может, этим ей поможешь, А нет, так нет твоей вины.
Молюсь. О, Господи, помилуй! Надежда. Вера. Жизнь моя. Любовь - ты дал ей имя. Молюсь за то что бы жила.
1996
*** Если случится ночь, Я зайду в дорожный кабак. Больше мне негде спать. - Держи старуха, пятак.
Дай мне стакан под водку, Ее я ношу с собой. И не тревожь без толку, Я буду занят судьбой.
Если случится так, - Я в поле уйду с ночной, Табор возьмет меня С поднятой вверх рукой.
И за черты ладони Цыганы споют со мной. - Ромэ тебя не тронут, Пока ты занят судьбой.
Если взойдет луна Над моей лесною тропой, Встретится мне изба С женщиной неживой.
Сестрица заварит зелье И обернется совой. Посторожит крылечко, Пока я занят судьбой.
Только наступит ночь, Я попрощаюсь с долиной И потушу свечу Над этой дорогой длинной.
В горах не кончился день И ярко светится солнце. В мир я зашел через дверь, А выйду через оконце.
1996
*** Небес надгорных глубина Хранит звезду. Она одна, Лаская тонкие лучи В холодных льдах среди кручин, Молчит, в раздумии светя, Тоскою землю осеня. А рядом ангел, глядя в мир, Держась крылами за эфир, Как-будто плачет, свят и мил. Ужель он счастие забыл? Ужель покинул светлый рай, Грехов снимая урожай. Но этот грустный небожитель Всего лишь ангел-охранитель. Он ближе всех к страстям земным, Не то, что гордый херувим. Ему знаком и гнев и пыл - Горячий и когда остыл. Любовь он знает и слепое Предначертанье роковое. Все есть в нем, что в душе живой, Которой он как щит стальной. Но плачет он,- к чему тоска, Ведь подопечная душа Жива (огонь неугасим). Что за печаль владеет им?- Печаль одна на все века Была и будет навсегда: Что в нашем сердце разжигает Пожары чувств и им внимает? Что значат грусть, тоска, печаль? За что ушедшее так жаль? За что надежде как иконе Приносят жертву на ладонях? В которых ищут черт узор, Знакомых линий перебор, За что так веру ценят в свете, Не веря преданности с этим? На свете лишь любовь одна Всю силу жизни вобрала. И вот искра души живой, Но в ней любовь не ждет покой. Как сладострастною весной Когда в права вступает зной, Внезапно солнце тьма обнимет И божья милость мир покинет. И снег бескрайней простыней Устелет землю с головой. И молодой цветок, родившись, Не насладясь, но распустившись, Уснет холодным мертвым сном, Не прожив жизнь, не став плодом. Но все, что жаждал: свет, тепло, Нектар, как сладкое вино, Все живо и в корнях земли Таятся временно они. Бурлят, кипят и рвут поводья, Как реки молят половодья, Чтоб из цепей суровых льдов Освободить свою любовь К теплу, огню, к закатам вчерним, К туману, к эху, к ночам летним, И к деве с грустными очами, Реку наполнившей слезами, И к ангелу, что, глядя в мир, Держась крылами за эфир, Как-будто плачет,- свят и мил, - Несчастный, счастье не забыл...
1996
*** 1 Я опять не успел Но за кем я гонюсь Отдохну-ка от дел Но к подушке прижмусь Как соленым теплом Отвечает щека Отдохнешь ты потом Я встаю у окна
Тост за тех, кто бежит По следам словно волк Кто стегает минуты Подгоняя вперед У кого цели нет Кроме цели вперед Там где правда живет Да хранит их Господь
Я упал на колени Моя правда, где ложь Эй, ямщик посильнее Мои ноги стреножь Дай почуять свободу Как и все в кандалах Не могу я по броду Только в омут сквозь страх
Вот глаза заблестели По лезвиям бритв Только пальцы немеют Да пуще рябит Почему так неймется Под ногами скользит Так пускай кровь прольется А дух мой сгорит
Эй, вода опрокинься Ушатом насквозь Вот дух освежился Только плесени рось
2 Ты чего застоялся Греби веселей Я по броду слонялся И сел здесь на мель Я опять не успел А куда хоть бежал
От погони хмелел А знать и не знал Но когда отрезвел Глянул руки в крови А лицо, словно мел На запястьях следы
3 Недопитый стакан За тех, кто бежал Упаду я в бурьян Ничего то не жаль Солнце ищет глаза По иссохшим щекам Не смотри в небеса Да не верь облакам Разошелся бурьян Разгулялась трава Лишь искрится стакан От верха до дна Быстрым кажется день Долго длится закат Эта сладкая песнь Долгожданный набат
1998
*** -Спаси меня,- кричит,- Спаси,- и рвется от натуги. -Я не причем, прости. Смотри, я умываю руки.
-Убей тогда, не мучь. Повинный Царства не теряет. -Прости, но ты мой луч. Никто другой пути не знает.
-Как мало надо, друг. -Всего лишь ты, подруга. -Тогда и ты прости,- я труп, Смотри, я умываю руки.
1998
*** Луна пятнадцатый день Лето в период гроз Стул пред открытым окном Что еще
Мелодий речных прибой Холод туманный ночной Что еще
Ты ждешь чего-то еще Что еще
Что же еще
1999
*** Веселее поют только стены И теплее только стекло, Ну а ты, мертвый лист осенний, Похоронишь сердце мое.
Наше счастье дружно будило Солнце ясное свежей росой И потом луна приходила К нам нарушить сонный покой.
Так останется память, как листья, Пока снег не придет на Покров. А в весеннюю ночь мне приснится Старый гроб да любовь.
1995 *Dm Am E Am G7 C E Am
КУХОННЫЙ АНГЕЛ Пара нелепых фраз Да странный привычный жест Помнят одни из нас, Кому он дарил свет.
Белый, как снег на ощупь, На ощупь сиянием глаз, Он раздевал нас ночью - Исповедовать, причастясь.
После, водой из крана, Он омывал уста. Солеными губами Казалась его рука.
Гладкий стол, как ладони Вечером у Христа: Водка, "Пегас" и тоник - Вот инструменты врача.
Он резал только в живую, Болью на боль слоя. Сама, без ножа тоскуя, Болела его душа.
Тех, кто кричал без терпенья, Он уводил ко сну. В этом глухом забвенье Бросал их прочь наяву.
На тихом ясном рассвете Перед пасмурным днем, Когда еще спят даже дети, Ночь забывает о нем.
Кухня устало пустеет И закрывается дверь. И остается автограф: Люби, надейся и верь.
1995 *С Am Dm E7 C Am Dm E7 G C Dm E7 G Am Dm E7
*** От ночи - ночь, без дня. Глазами подгоняя солнце, Он все глядел в ее оконце, Под сенью света фонаря.
Все замирало вкруг него - Все те, кто знал его в лицо: Луна, и звезды, и зверье С надеждой ждали глаз ее.
И вот, о сердце, не спеши: Средь океана, средь глуши, Она явилась из стекла, Как теплый луч от маяка.
Что началось тогда кругом: Луна сверкнула серебром, А звезды разлились росой, Запели птицы. Бог ты мой!
Но что это? Ее глаза, Как два не тлеющих угля. Безмолвный храм, бескрайний дол, Он развернулся и ушел.
1995
*** Он в ночь. Она назад Бежит стремглав в свою кровать. Он молчалив, не хочет слов, Она в слезах. Так дай-то бог.
Не ведая, что говорить Она сидит, а он глядит На звезд неспешный хоровод, Куда-нибудь он приведет.
В огонь и в храм или погост Как сам решишь Господь наш прост.
И он идет и все поет, Закрыв глаза, вперед на взлет. А боль на боль, по ране соль. И кровь - не кровь, густой водой.
Она, как сон и, он спешит Скорей заснуть и обмануть Себя, ее, небесный свод И звезд неспешный хоровод.
И в ночь. Она назад Бежит стремглав в свою кровать. Он молчалив, не хочет слов. Она в слезах. Так дай-то бог.
1995
***
Лишь тот прекрасен в радости своей Кто счастлив в счастии друзей. Ему плоды от всех чудес И звезды все от всех небес. Ему все знанья двух богов И он - весь мир для двух миров.
Он славен меж Чинами, Ему священными дарами Да будет устлан путь домой, Но дом его - ему чужой.
Среди безумства языков Один из них,- лишенный слов,- Язык дорог,- столб верстовой: - Иди,- кричит, потом,- постой!
Счастливый ангел, он поет, Лежа в следах любимых ног. Он лебедь белый, он плывет Так радостно по лону вод
Ее морей, ее огней, Прекрасных снов ее ночей. Но сновиденья - фильм души, Когда она снята с цепи.
И он, волнуясь, говорит: Все хорошо, забудь про них. Будь только здесь или нигде, Ты так светла, что свет везде.
Не ты летишь за кем-то вслед, А он нагонит пусть твой бег. Не ты должна спросить: возьмешь? А он смиренно: ты пойдешь?
Но выбор мал и жребий глуп. Он - случай, - так его зовут. А случай мертв в цепи шагов, Вот главный смысл этих слов.
Вперед. Тебя хранит твой свет. Без пораженья нет побед. В огонь, вода, вода, огонь, Неси тебя, твой смелый конь.
Потом, под яблоней в саду, Поведаешь ты все ему. И он постелет полог трав И ляжешь с ним ты в тишину.
С небес - святые образа, С земли - взгляд чей-то из стекла. Все улыбнутся: свой венец Она нашла здесь, наконец.