Константинов Алексей Федорович
С давних времён в лесу обитало чудовище...

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    С незапамятных времён в лесу обитало чудовище. Оно было настолько страшным, что извело всех крупных зверей, оставив вокруг себя лишь шустрых белок, пугливых мышек да юрких птичек. Пересечь границы владений чудовища значило подвергнуть свою жизнь страшной опасности. Именно поэтому юноши и девушки из деревни у леса отправлялись под кроны деревьев доказать своё право именоваться взрослым.

 С незапамятных времён в лесу водилось чудовище. Оно было настолько страшным, что извело всех крупных зверей, оставив вокруг себя лишь шустрых белок, пугливых мышек да юрких птичек. Пересечь границы владений чудовища значило подвергнуть свою жизнь страшной опасности. Именно поэтому юноши и девушки из деревни у леса отправлялись под кроны деревьев доказать своё право именоваться взрослым. Каждый год все, кому исполнялось шестнадцать, решали - останутся они навсегда ведомыми детьми или возложат на себя тяжкую, но почетную ношу взрослой жизни. Вызвавшиеся отправлялись в лес и должны были пройти в самое его сердце. Там, глубоко в чаще, хранился страшный секрет, который даровал власть над чудовищем. Открывший его должен был вернуться в деревню и поведать тайну старейшине. Последний и определял, пройден обряд инициации, или ребёнок струсил и решил соврать. В первом случае он признавался взрослым, во втором изгонялся за покушение на священные обычаи деревни. Последнее случалось крайне редко: большинство предпочитало сгинуть в лесу, чем подвергнуть себя и свою семью позору. Поэтому из страшного путешествия возвращались далеко не все. Больше половины гибло!
 В этом году настал черёд Бырхану пройти инициацию. Даже если бы захотел, он не мог отказаться - и мать, и отец Бырхану были взрослыми. Единицы детей в деревне мог похвастаться такими родителями. И от Бырхану ждали, что он последует их примеру. Тем более что он был последним из семьи, кто мог рассчитывать на успех: старшая сестра так и не вернулась из лесу, а на младшего брата надежды не было - родившись хромоногим, он сгинет, если всё-таки решится пройти инициацию.
 Когда пришло время, Бырхану и ещё два десятка добровольцев отправились во владения чудовища. Каждый имел право взять огнестрельное оружие для самозащиты. В основном им выдавали пистолеты, но иногда в лес отправлялись с ружьями и даже с винтовками. Оригинальничать Бырхану не стал, выбрал пистолет.
 По правилам, добровольцы должны были идти каждый своей тропой, в случае встречи в лесу им следовало не замечать друг друга. В путь отправлялись на закате ясного дня перед полнолунием. Лишь свет звёзд да луны озарял пространство, но его не хватало - кроны деревьев укрывали всё, что творилось в ночном лесу от постороннего взора. Добровольцам приходилось полагаться только на свои слух и реакцию.
 Бырхану готовился к инициации, много бегал по двору с завязанными глазами, стрелял из отцовского пистолета и научился точно попадать в цель, ориентируясь на один лишь шум. У него на счету было несколько ворон и двое голубей. Он думал, что готов, но оказавшись под кронами древних деревьев, растерял свою уверенность.
 Однако дороги назад не было. Бурхану двинулся через лес. Перемещался перебежками от ствола к стволу, держа пистолет наготове. Пока солнце не скрылось, прошёл довольно много, но точно не знал, сколько ещё брести до сердца леса, где ему должна была открыться страшная тайна. Вокруг было тихо, безлюдно. То там то здесь хрустели ветки, Бырхану замирал, осматривался и продолжал движение только когда убеждался, что это мелкие зверьки жили своей мелкозверьковой жизнью.
 "Чудовище ты ни с кем не перепутаешь", - обычно нехотя бормотал отец, когда Бырхану расспрашивал его о том, как выглядит хозяин леса. Другого ответа парень так и не добился. Да и старался не затрагивать эту тему, потому что всякий раз, когда Бырхану спрашивал маму или папу о том, что прячется в лесу, глаза родителей становились "седыми". Нет, их цвет не менялся, просто взгляд делался блуждающим, блеск угасал, а радужку словно бы затягивало поволокой. В этот момент родители улетали куда-то далеко, как улетают старики, когда спрашиваешь о временах их молодости.
 "Седые" глаза давали понять - быть взрослым непросто. Но именно взрослые правили деревней, взрослые отдавали распоряжение, а дети беспрекословно подчинялись им. Ко взрослым обращались на "вы", а к детям на "ты". И если до шестнадцати детей ещё щадили, то к тем, кто оставался детьми до своей смерти, относились по-другому. Родители распоряжались их жизнью полностью, любая попытка бунта жестко пресекалась изгнанием, в котором неприспособленный к жизни ребёнок умирал.
 Поэтому желающие отправиться в лес всегда находились.
 Взрослым быть непросто, но став им, ты делался хозяином собственной жизни, а решив остаться ребёнком, навсегда оказывался пленником чужой воли, почти что рабом. Для таких гордых и свободолюбивых людей как Бырхану это неприемлемо.
 Он считал, что родители поддержат его начинание, но за несколько недель до шестнадцатилетия мать попыталась отговорить его. Он подумал, что это проверка его решимости и не позволил себя отговорить. Однако оказавшись здесь, в лесу, вспоминая тот разговор сейчас, начал подозревать, что мать просила его отказаться от инициации искренне.
 Во владениях чудовища было страшно. И чем дольше Бырхану здесь находился, тем страшнее становилось. О том, чем в действительности является чудовище, ничего не было известно. Правду знали только взрослые, но они и под страхом смерти не выдали бы её.
 Бырхану оставалось полагаться на воспоминания старых детей, которые за свою долгую жизнь успели из обрывков фраз взрослых и многозначительных взглядов, составить свою версию о том, что творилось в лесу по ночам. По их словам, чудовище обитало в чаще и карало каждого, кто отважится приблизиться к его логову. Несчастного ждала страшная смерть. При этом никакое оружие не могло причинить вред чудовищу, только замедлить. "Увидел, выстрелил, убежал", - так учили старые дети, но веры их словам не было, они занимали низшие ниши в социальной пирамиде деревни. Даже не молодые дети смотрели на них свысока.
 Оставалось только принять, что до самого сердца леса Бырхану не будет знать, что такое чудовище и чего от него ждать.
 Когда совсем стемнело, выяснилось, что навыки, приобретённые Бырхану у себя во дворе, оказались бесполезны: дома он заучил каждую выбоину в земле, здесь не знал, куда наступит его носок в следующую секунду. Лес дышал опасностью. За каждым кустом могло прятаться чудовище. Бырхану то и дело казалось, что у него за спиной кто-то есть, он резко оборачивался каждую минут, и - это пугало больше всего - не мог ответить, обманывают его чувства или нет, ведь в кромешной тьме ночного леса ничего не разобрать.
 А время... Оно и правда тянулось здесь по-иному. Когда чувства напряжены до предела, когда ладони вспотели, рукоять пистолета сделалась мокрой от пота, невозможно сказать, час прошёл или год. А ещё, Бырхану понял, как трудно идти по бездорожью. Раньше он всегда удивлялся, почему путешественники из дальних стран, приезжавшие к ним в деревню, так долго добирались, повествуя о странствиях длиной в годы. Тогда Бырхану, привыкший гулять по лугам, думал, что нет разницы по дороге идти или по траве. По траве даже лучше: когда ты босиком, колоски тебя приятно щекочут, а когда в обуви, зелень под ногами пружинит, будто идёшь по меховой перине. Теперь же, бредя по неизвестному лесу, Бырхану начал понимать, почему путешественники так долго...
 Что это?! Поток мыслей оборвался сразу после того, как где-то недалеко хрустнула ветка. Может быть белка? Нет, по звуку ветка была толстая, белке такую не переломить.
 Снова хруст, совсем рядом! Бырхану едва удержался, чтобы не вскрикнуть - у чудовища очень острый слух, нельзя издавать ни звука, иначе умрёшь, так учили старые дети - направил пистолет перед собой, затаился. Теперь ветка хрустнула впереди, в нескольких шагах от него. Бырхану спустил курок, потом ещё раз и ещё. Грохот, утробный стон, тишина.
 Сердце бешено колотилось, в висках стучало, перед глазами круги. Бырхану часто-часто хватает воздух, боится пошевелиться. Но вокруг тихо. Неужели он убил чудовище? Или оно затаилось, чтобы напасть со спины?
 Парень простоял на месте минут пять, когда понял, что ничего не происходит, двинулся вперёд. Медленно, едва передвигая ноги, стараясь не шуметь. А потом ступня упёрлась во что-то тяжелое, мягкое, тёплое. Бырхану низко наклонился, присмотрелся. Прорывавшегося сквозь плотно переплетавшиеся ветви деревьев лунного света хватило, чтобы парень разглядел, кто валялся перед ним. То была Алмаз - девушка-доброволец, отправившаяся вместе со всеми пройти обряд инициации. Она не дышала, была сражена тремя пулями, которые выпустил Бырхану из своего пистолета.
 Парень ужаснулся. Что он наделал?! Как можно было так ошибиться?! Хотелось закричать, заплакать, но было нельзя. Чудовище рядом, в любой момент готовое напасть. Да, Бырхану ошибся, но таков удел взрослых, принимать свои ошибки. Да и кто узнает о случившемся? Алмаз просто не вернётся и всё. Как не возвращались сотни других подростков. Не обязательно кому-то рассказывать. Можно даже самому забыть, убедив себя в том, что ничего этого не было. Никогда. Алмаз убило чудовище. Да, так и было. Бырхану тут ни при чём!
 Повторив это несколько раз про себя, парень немного успокоился и двинулся дальше. Чем ближе подходил к сердцу леса, тем чаще попадались тела погибших здесь детей. Дело рук чудовища? Бырхану держал пистолет поднятым, водил им из стороны в сторону, готовый в любой момент пустить оружие в ход. Три патрона хватит, чтобы защититься.
 Впереди овраг, а внизу долина реки. Это и есть сердце леса?
 Бесчувственно-бледные лунные лучи осветили окрестности. Долина была усеяна телами мертвецов. От большинства остались одни лишь кости, но были и относительно свежие тела. Почерневшие от времени, но не до конца сгнившие. На них не было никаких следов когтей или зубов. Как же тогда чудовище их убило?
 Бырхану подошёл поближе и узнал в одном из трупов своего приятеля Битоу, который отправился в лес в прошлом году, но так и не вернулся. Склонился над его телом, осмотрел. Следы от пуль и больше ничего...
 "Его убило чудовище", - сказала тогда Астер, вернувшаяся из лесу. Её глаза были в точности такими, как у родителей Бырхану - "седыми". Такими же, какими они станут у Бырхану всякий раз, когда ему вспомнится смерть Алмаз.
 Страшная догадка поселилась в голове у парня. Ужасная догадка!
 - Нет никакого чудовища. И никогда не было, - произнёс он полушёпотом. - Взрослые - это чудовища. Не успел договорить, как тишина за спиной взорвалась миллионом дробинок. Больно не было. Он почти сразу перестал что либо чувствовать. Бырхану рухнул на землю, покатился по склону к долине, пачкая своей кровью ершисто-зелёную траву. В последние мгновения своей жизни он успел обрадоваться, что недолго пробыл взрослым.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"