Аннотация: Переводы поэм и стихотворений из книги Артура О'Шонесси "Эпопея о женщинах": "Оборотень", "Возлюбленный", Драгоценная урна", "Призрак прошлого".
Артур О"Шонесси Оборотень
(Перевод с английского)
"Bisclavret ad nun en Bretan,
Garwall l'apelent li Norman.
Jadis le peеt-hum oir,
E souvent suleit avenir,
Humes plusurs Garwall devindrent
E es boscages meisun tindrent".
MARIE DE FRANCE: Lais du Bisclavaret *
В блаженный или в гневный час
нам жизнь даёт Господне слово,
и ни отец, ни нянька в нас
не вложат ничего другого.
Над каждым - светлая Звезда,
и славит Бога в ликованье,
следя, чтоб не было вреда
и зла Господнему созданью.
На небе смена лунных фаз.
Темнеет ночь, вольнее страсти.
но всюду в этот поздний час
плодятся страхи и напасти.
А я, хотя и при огне,
дрожу, и нет успокоенья,
и шум, что слышится извне,
вселяет ужас и волненье.
Мне душно, зябко; каждый звук
лишь множит страхи и тревоги,
мне стал мучителен досуг -
я слышу зов лесной дороги.
Но вот в груди кольнула боль,
вся кровь взыграла там мгновенно,
как будто влили алкоголь
в мои артерии и вены.
Горю, как будто спирт потёк
на угли тлеющего сердца,
и вот уж вспыхнул огонёк
и хочет жарче разгореться.
Моё унынье всё сильней.
То слабость чувствую, то злобу.
Мне нужно скрыться от людей
в густую дикую чащобу.
- И вот вхожу в угрюмый мрак
среди бесплодного пространства,
но не смирю и здесь никак
своей тоски и окаянства.
Я пью шумы и голоса.
В потопе звуков вся планета.
Кроваво блещет полоса
луною брошенного света.
Весь спёртый воздух убежал
с ушедшей на рассвете ночью,
и выпускает сотни жал
пустынный ветер, рвущий клочья.
А шум растёт, а звук не стих.
Листва летит обильным лётом,
дрожат стволы зелёных пихт,
и ветер воет по высотам.
Леса страдания полны.
И всюду стон, а звуки дики,
шумы - всё более грозны,
и стоны превратились в крики.
А горы там и горы сям
спокойны. Рёвы между ними,
подобные морским волнам,
вскипают всплесками крутыми.
А между тем из тайных ям,
из самой непроглядной гущи
Они выходят тут и там.
Смотри - ты видишь Их, бегущих
Блуждая мчат туда-сюда
в грозовом месячном сиянье
большие Стаи. И стада,
бегут в громовом грохотанье.
О если б кто-то увидал
всю эту красоту и ужас,
то в сердце были б сотни жал,
оно бы испытало ту же
неодолимейшую власть
и ликовало б не однажды,
в погонях утоляя страсть
и вновь томясь от страстной жажды.
Увидишь ли ты Нас во сне,
с красивою и страшной статью,
чужих в родне, чужих в стране,
и обречённых на проклятье ?
У ярко блещущих высот
кружат стучащие копыта,
и молния, что в морды бьёт,
на лбы наткнувшись, вдрызг разбита.
Бегут сквозь тучи на горах,
задрав рога, пружиня выи,
стремглав летят, взметая прах,
и блещут их бока крутые.
И снег сметается с вершин
от гнёта собственной нагрузки,
и сосны, не сдержав лавин,
слетая вниз, корёжат спуски.
Потом вокруг ложится тень
всех гор, которых тут немало,
до той поры, как новый день
не сдёрнет с солнца покрывала.
Но где же днём Он будет скрыт
от глаз блуждающей напасти,
когда вернёт свой смертный вид, -
священный дух безумной страсти ?
Молящийся наедине
и удручённый с преизбытком
Он обратится к вышине -
- как на коленях перед свитком -
и ночью кается во всём,
и не щадит своей персоны,
и Он дрожит с открытым ртом,
расслышав все лесные стоны.
Ведь, кроме молний и громов
и блажи бешеного стада,
из тьмы грызущихся врагов
никто не скрылся в дебрях ада.
Ведь не найдётся никогда
ни волшебства, ни просто мочи,
на то, чтоб выгнать дух вреда
из странного пространства ночи
С ней вместе - необъятный мрак,
раскрывший мстительные крылья.
И всех враждебных сил никак
не победят ничьи усилья.
За Нами лишь усталый след
от безрассудного движенья
дорогами, где хода нет,
да пыль и прах летят в круженье.
Здесь эхо множит звук стократ.
Здесь жуть в угрозах и призывах,
и глотки яростью гремят
в проклятьях, адски нечестивых.
Преображенье всё подряд
во всех Нас резко изменило,
возник едчайший аромат,
пришла чудовищная сила.
Нас не удержат рубежи.
Прорвём и облака и горы.
Нас не обманут миражи.
Нас стерегут Господни взоры.
Кому быть дичью - Он решил,
и Мы не прекратим охоты
пока архангел Гавриил
с мечом не выйдет за ворота !
У Нас добыча - хоть куда.
Но жертвам хуже смерти было,
что вплоть до Страшного Суда
им оставаться без могилы.
И нет покоя их родне,
тоскуют в бывших их жилищах.
И, верно, не в одной стране
их и теперь по свету ищут.
А Мы, как стихнет адский страх,
попав в места, где всё знакомо,
у прежней сущности в цепях,
порою кружим ближе к дому.
И чуем Мы, что там - беда.
И путаются все понятья.
И день тускнеет. Нам тогда
тоска от нашего проклятья.
Но в долгих празднествах луны,
когда охватит землю нега
и всей природе снятся сны
под мягким одеялом снега,
Мы обретаем свой досуг,
как отпуск от моральной глыбы,
от тягостных душевных мук,
которые страшнее дыбы.
Ведь с Нашим братством - все ветра,
в чьих пиршествах шумят лавины,
трясётся каждая гора
и продуваются равнины.
Здесь пляшут грунты всех пород,
здесь бунтовство проклятой плоти.
и древний ужас предстаёт
пред Нами в новом развороте.
Нас ищут. Нас загнали в глушь.
Прокляли. Но в родных селеньях
лишь о спасенье Наших душ
идут горячие моленья.
Arthur O"Shaughnessy Bisclavaret
1: IN either mood, to bless or curse,
2: God bringeth forth the breath of man;
3: No angel sire, no woman nurse
4: Shall change the work that God began:
5: One spirit shall be like a star,
6: He shall delight to honour one;
7: Another spirit he shall mar;
8: None shall undo what God hath done.
9: The weaker holier season wanes;
10: Night comes with darkness and with sins;
11: And, in all forests, hills, and plains,
12: A keener, fiercer life begins.
13: And, sitting by the low hearth fires,
14: I start and shiver fearfully;
15: For thoughts all strange and new desires
16: Of distant things take hold on me;
17: And many a feint of touch or sound
18: Assails me, and my senses leap
19: As in pursuit of false things found
20: And lost in some dim path of sleep.
21: But, momently, there seems restored
22: A triple strength of life and pain;
23: I thrill, as though a wine were poured
24: Upon the pore of every vein:
25: I burn-as though keen wine were shed
26: On all the sunken flames of sense-
27: Yea, till the red flame grows more red,
28: And all the burning more intense,
29: And, sloughing weaker lives grown wan
30: With needs of sleep and weariness,
31: I quit the hallowed haunts of man
32: And seek the mighty wilderness.
33: -Now over intervening waste
34: Of lowland drear, and barren wold,
35: I scour, and ne'er assuage my haste,
36: Inflamed with yearnings manifold;
37: Drinking a distant sound that seems
38: To come around me like a flood;
39: While all the track of moonlight gleams
40: Before me like a streak of blood;
41: And bitter stifling scents are past
42: A-dying on the night behind,
43: And sudden piercing stings are cast
44: Against me in the tainted wind.
45: And lo, afar, the gradual stir,
46: And rising of the stray wild leaves;
47: The swaying pine, and shivering fir,
48: And windy sound that moans and heaves
49: In first fits, till with utter throes
50: The whole wild forest lolls about:
51: And all the fiercer clamour grows,
52: And all the moan becomes a shout;
53: And mountains near and mountains far
54: Breathe freely: and the mingled roar
55: Is as of floods beneath some star
56: Of storms, when shore cries unto shore.
57: But soon, from every hidden lair
58: Beyond the forest tracts, in thick
59: Wild coverts, or in deserts bare,
60: Behold They come-renewed and quick-
61: The splendid fearful herds that stray
62: By midnight, when tempestuous moons
63: Light them to many a shadowy prey,
64: And earth beneath the thunder swoons.
65: -O who at any time hath seen
66: Sight all so fearful and so fair,
67: Unstricken at his heart with keen
68: Whole envy in that hour to share
69: Their unknown curse and all the strength
70: Of the wild thirsts and lusts they know,
71: The sharp joys sating them at length,
72: The new and greater lusts that grow?
73: But who of mortals shall rehearse
74: How fair and dreadfully they stand,
75: Each marked with an eternal curse,
76: Alien from every kin and land?
77: -Along the bright and blasted heights
78: Loudly their cloven footsteps ring!
79: Full on their fronts the lightning smites,
80: And falls like some dazed baffled thing.
81: Now through the mountain clouds they break,
82: With many a crest high-antlered, reared
83: Athwart the storm: now they outshake
84: Fierce locks or manes, glossy and weird,
85: That sweep with sharp perpetual sound
86: The arid heights where the snows drift,
87: And drag the slain pines to the ground,
88: And all into the whirlwind lift
89: The heavy sinking slopes of shade
90: From hidden hills of monstrous girth,
91: Till new unearthly lights have flayed
92: The draping darkness from the earth.
93: Henceforth what hiding-place shall hide
94: All hallowed spirits that in form
95: Of mortal stand beneath the wide
96: And wandering pale eye of the storm?
97: The beadsman in his lonely cell
98: Hath cast one boding timorous look
99: Toward the heights; then loud and well,
100: -Kneeling before the open book-
101: All night he prayeth in one breath,
102: Nor spareth now his sins to own:
103: And through his prayer he shuddereth
104: To hear how loud the forests groan.
105: For all abroad the lightnings reign,
106: And rally, with their lurid spell,
107: The multitudinous campaign
108: Of hosts not yet made fast in hell:
109: And us indeed no common arm,
110: Nor magic of the dark may smite,
111: But, through all elements of harm,
112: Across the strange fields of the night-
113: Enrolled with the whole giant host
114: Of shadowy, cloud-outstripping things
115: Whose vengeful spells are uppermost,
116: And convoyed by unmeasured wings,
117: We foil the thin dust of fatigue
118: With bright-shod phantom feet that dare
119: All pathless places and the league
120: Of the light shifting soils of air;
121: And loud, mid fearful echoings,
122: Our throats, aroused with hell's own thirst,
123: Outbay the eternal trumpetings;
124: The while, all impious and accurst,
125: Revealed and perfected at length
126: In whole and dire transfigurement,
127: With miracle of growing strength
128: We win upon a keen warm scent.
129: Before us each cloud fastness breaks;
130: And o'er slant inward wastes of light,
131: And past the moving mirage lakes,
132: And on within the Lord's own sight-
133: We hunt the chosen of the Lord;
134: And cease not, in wild course elate,
135: Until we see the flaming sword
136: And Gabriel before His gate!
137: O many a fair and noble prey
138: Falls bitterly beneath our chase;
139: And no man till the judgment day,
140: Hath power to give these burial place;
141: But down in many a stricken home
142: About the world, for these they mourn;
143: And seek them yet through Christendom
144: In all the lands where they were born.
145: And oft, when Hell's dread prevalence
146: Is past, and once more to the earth
147: In chains of narrowed human sense
148: We turn,-around our place of birth,
149: We hear the new and piercing wail;
150: And, through the haunted day's long glare,
151: In fearful lassitudes turn pale
152: With thought of all the curse we bear.
153: But, for long seasons of the moon,
154: When the whole giant earth, stretched low,
155: Seems straightening in a silent swoon
156: Beneath the close grip of the snow,
157: We well nigh cheat the hideous spells
158: That force our souls resistless back,
159: With languorous torments worse than hell's
160: To the frail body's fleshly rack:
161: And with our brotherhood the storms,
162: Whose mighty revelry unchains
163: The avalanches, and deforms
164: The ancient mountains and the plains,-
165: We hold high orgies of the things,
166: Strange and accursed of all flesh,
167: Whereto the quick sense ever brings
168: The sharp forbidden thrill afresh.
169: And far away, among our kin,
170: Already they account our place
171: With all the slain ones, and begin
172: The Masses for our soul's full grace.
From "An Epic of Women", 1871
Примечание: * Эпиграф взят их лирического рассказа в стихах - лэ - Мари де Франс (Марии Французской) - поэтессы, жившей во второй половине XII века. Она была близка ко двору англо-норманского короля Генриха II и сочиняла свои стихи на нормандском диалекте старофранцузского языка.
В эпиграфе говорится о том, что волки-оборотни по разному назывались у нормандцев и у бретонцев, в этих волков иногда превращаются люди, тогда они уходят жить в леса и становятся очень опасны.
Волки-оборотни - распространённая тема фольклорных и литературных произведений во многих странах начиная с античных времён.
Артур О"Шонесси Возлюбленный
(Перевод с английского)
Я не играла в общей стайке.
Все братья тешились гурьбой,
я ж уходила в лес с лужайки,
брела в мечтах; была немой,
как лес вокруг; и шла тропой
со смелостью лесной хозяйки.
Но Некто в чаще сквозь росу,
поглядывал, по кронам лазя,
и оценил мою красу,
вслед отыскавшему в лесу
невесту сказочному князю.
А я была в очарованье
от мест, где не звучала речь,
от леса в вечном трепетанье.
Я предвкушала радость встреч
меж лилий, выросших до плеч,
и роз в пунцовом одеянье,
когда смирится всякий звук,
и от одной Его улыбки
покойно станет, будто в зыбке,
и золотом блеснёт вокруг
листва любой зелёной липки.
И мне казалось, нет ошибки,
что для меня, на радость мне,
цвели волшебные улыбки
и чудо длилось, как во сне,
и Некто в дальней глубине
таил приманки, как для рыбки,
чтоб дольше быть со мной вдвоём.
Порой уверена была я,
что Он за розовым кустом,
а то на яблоне. Играя.
тряхнёт - и лепестки дождём.
И никуда уже не деться.
Он хочет что-то мне сказать.
Он хочет растревожить сердце.
А что как станет целовать ?
Поставит на щеках печать,
медовый след - не оттереться.
И счастьем грежу я в мечтах,
как будто я лежу в цветах
на их расстиле пребогатом,
и лес - в цвету, и весь пропах
чудесным странным ароматом.
Таким вот было наважденье,
мой летний праздник и роман,
томительное наслажденье
и заполнявший мозг туман,
но не простой самообман
и не фальшивое влеченье.
И я тогда, наедине
среди цветов, в благоуханье,
ещё не ведав, кто Он мне,
уж с Ним шепталась в тишине,
Он как бы жил в моём сознанье.
Случилось сказочное чудо.
Я повстречалась с неземной,
ещё не узнанной покуда
иной волшебною страной.
Мой мозг оделся пеленой -
на ней сверкали изумруды.
И там мне слышались с небес
пленительные птичьи песни,
и плыли шёпоты, чудесней
сладчайших изо всех словес
любых певцов и поэтесс.
Неподражаемое чувство,
которым Избранный пылал;
необычайное искусство,
с каким он сердце завлекал !
Кто б выразил любовный шквал
так страстно, хоть в письме, хоть устно ?
Пусть кто угодно бросит зов
и выставит необозримой
шеренгой первых молодцов,
красавцев, умниц, храбрецов,
всех лучше будет мой Любимый.
Вот так, спокойно и в молчанье
прошли прекрасные года
от первого очарованья
среди цветов. Потом всегда,
не отклоняясь никуда,
всё шла я за простёртой дланью.
Я храбро шла, Он твёрдо вёл -
сквозь сны, сквозь грёзы, сквозь виденья,
сквозь чудо летнего цветенья -
в Ему известный дивный дол
с манящим призом упоенья.
Я нынче в вековом просторе
тону в безбрежном золотом
Его текучем нежном взоре,
любимом мной и дорогом.
И память, говоря о Нём,
полна волнующих историй.
Он солнцем был и слал мне свет -
одной из маленьких планет
на эллипсах орбиток хлипких.
Он шлёт мне издали привет
и миражи своей улыбки.
А в завлекательных мечтаньях
мой дух витает там, где Он.
Ко мне летят Его посланья
из чистых запредельных зон.
Их скрытый смысл сопровождён
многоголосым причитаньем.
Мне сладок тот небесный тон.
Тот звук чудесен и силён,
ведь в строфах ангельского пенья
дух притч старинных повторён
и полон важного значенья.
Тогда и я взмываю снизу
в эфире к ангельским хорАм,
и вещный мир, омывши ризы,
явивши всю красу очам,
неспешно, будто в чудный храм,
летит в прозрачность парадиза.
И ангелы в моей мечте
передо мной сильней распелись,
раскрылись в тайной полноте
во всей их дивной маяте,
которую скрывала прелесть.
Порхаю над морским сияньем
и не считаю, сколько дней
охвачена очарованьем.
Какой восторг в груди моей !
Хватай меня среди зыбей -
и сердце полно упованьем.
В моей душе звучит тропарь.
Сама себе пою влюблённо:
Кто мой Возлюбленный, мой Царь ?
Сверканье брызг - его корона,
и это море - символ трона.
И не сыскать поры чудесней.
Пришёл восторг без берегов -
как упоительная песня,
где только музыка без слов.
Весь лучший цвет любых миров -
возвышенной любви предвестник.
Блажен, к кому она придёт,
и от неё не отпереться.
А мне был люб лишь только Тот,
Мной Встреченный и мой Оплот,
и Он в моё стучался сердце.
Одна. Но вот его десница !
То дрожь, то радостный порыв,
и зачарованы зеницы,
и в сердце сладостный мотив.
И я страшусь - вот-вот обрыв,
но вечное объятье длится.
И ветер, будто Друг мой - он,
резвится волюшку почуя,
как вовсе без ума влюблён.
И вот мой волос расплетён.
Он льнёт, как в жажде поцелуя.
Во всемогущем и глубоком
приливе чувств, почти без сил,
я смыта радостным потоком,
я - без руля и без ветрил.
Восторг на гибель потащил,
и мысль сбивается наскоком
немыслимо счастливых струй.
Я наслаждаюсь, без отказа
приняв секретный поцелуй,
и я в изнеможенье сразу
от высочайшего экстаза !
Одно коварное дыханье -
его вторжение прервёт
безумие и умиранье,
и сердце мне взбодрит, как мёд,
как яд неслыханных щедрот,
как настоящее лобзанье.
И в размягчённый, будто воск,
попавшийся в ловушку мозг
через таинственные створки,
кладя на жизнь счастливый лоск,
потоком хлынули восторги.
Хотя мне явное крушенье
в итоге было суждено,
мне не было ни в чём спасенья.
Я продолжала, всё равно,
пить это сладкое вино,
магическое искушенье.
Мне сердце говорило: "Стань
поближе к неземному счастью,
тебе распахнутому настежь !"
Передо мной сверкала длань
с великой творческою властью.
Но тает звёздное сиянье,
и не звучат Его слова,
Возлюбленный хранит молчанье.
Ясна пустая синева,
и никакого сватовства.
Колена преклонив в мечтанье,
боюсь испортить мой экстаз,
ропща, - хотя бы в этот раз,
когда все мысли - о весёлом,
и свет видений не погас,
и я одета ореолом
Кто б ни был Ты, Поклонник вечный, -
всё тот же колдовской исход.
Ты где-то в выси бесконечной,
над царствами, над ширью вод,
куда никто не довезёт.
И нет конца тоске сердечной,
как будто здесь Ты и, маня,
не отступаешь от меня.
И дух мой замер в восхищенье
от блеска Твоего огня
в Твоём высоком отдаленье.
Я ж чувствую Твоё вниманье,
взглянув на чистый небосклон.
Там знАмения и сиянья.
Там неземной волшебный звон.
Там блещущий небесный трон
венчает крепость мирозданья
Как свежий снег, он бел и чист.
Он, будто бриллиант, лучист.
Его прекрасная громада,
осеребрив небесный лист,
видна сквозь облачные гряды.
Вот тихо всё. И снова думы.
И вдруг - Как знать, кто их принёс ? -
толпа, идущая без шума,
и весь народ беловолос,
как в детской сказке, в мире грёз.
На всех роскошные костюмы.
Там праздник свадебный сверкал.
Сияли блёстки на одежде,
все лица, тысячи зеркал.
А я знавала всех их прежде
Ты в царство их своё забрал...
Любимый, свет в моей судьбине !
Моя Любовь и мой Господь !
Я с первых дней с тобой доныне.
Я - часть твоя. Я - твой ломоть.
Ты - в сердце, кровь моя и плоть.
Мой вопль летит к твоей твердыне.
О, как мне с губ сорвать печать -
пока ночная благодать
и тени с ангелами схожи -
Тебя по имени назвать
и нежно прошептать - О Боже ?!
Arthur O"Shaughnessy The Lover
1: I was not with the rest at play;
2: My brothers laughed in joyous mood:
3: But I-I wandered far away
4: Into the fair and silent wood;
5: And with the trees and flowers I stood,
6: As dumb and full of dreams as they:
7: -For One it seemed my whole heart knew,
8: Or One my heart had known long since,
9: Was peeping at me through the dew;
10: And with bright laughter seemed to woo
11: My beauty, like a Fairy prince.
12: Oh, what a soft enchantment filled
13: The lonely paths and places dim!
14: It was as though the whole wood thrilled,
15: And a dumb joy, because of him,
16: Weighed down the lilies tall and slim,
17: And made the roses blush, and stilled
18: The great wild voices in half fear:
19: It was as though his smile did hold
20: All things in trances manifold;
21: And in each place as he drew near
22: The leaves were touched and turned to gold.
23: And well I seemed to know, the while,
24: It was for me and for my sake,
25: He wrought that magic with his smile,
26: And set the unseen spells to make
27: The lonely ways I loved to take
28: So full of sweetness, to beguile
29: My heart and keep me there for hours;
30: And sometimes I was sure he lay
31: Beside me hid among the flowers,
32: Or climbed above me, and in play
33: Shook down the white tree-bloom in showers.
34: But more and more he seemed to seek
35: My heart: till, dreaming of all this,
36: I thought one day to hear him speak,
37: Or feel, indeed, his sudden kiss
38: Bind me to some great unknown bliss:
39: Then there would stay upon my cheek
40: Full many a light and honied stain,
41: That told indeed how I had lain
42: Deep in the flowery banks all day;
43: And round me too there would remain
44: Some strange wood-blossom's scent alway.
45: 'Twas not the bright and fond deceit
46: Of that first summer,-whose great bloom
47: Quite overcame me with its sweet,
48: And seemed to fill me and consume
49: My very brain with its perfume;-
50: 'Twas no false spell made my heart beat
51: With such a joy to be alone
52: With all the bloom and all the scent:
53: It was a thing I dared not own,
54: Already whispered there and known,
55: Already with my whole life blent.
56: It was this secret, vast, sublime,
57: Too full of wonder to be told-
58: Whose extreme rapture from that time
59: Doth ever more and more enfold
60: My spirit, like a robe of gold,
61: Or, as it were, the magic clime
62: Of some fair heaven about me shed-
63: Wherein are songs of unseen birds,
64: And whispers of delicious words
65: More sweet than any man hath said
66: Of all the living or the dead.
67: -O, the incomparable love
68: Of him, my Lover !-O, to tell
69: Its way and measure were above
70: The throbbing chords of speech that swell
71: Within me !-Doth it not excel
72: All other, sung or written of?
73: Yea now, O all ye fair mankind-
74: Consider well the gracious line
75: Of those your lovers; call to mind
76: Their love of you, and ye shall find
77: Not one among them all like mine.
78: It seems as though, from calm to calm,
79: A whole fair age had passed me by,
80: Since first this Lover, through a charm
81: Of flowers, wooed so tenderly,
82: I had no fear of drawing nigh,
83: Nor knew, indeed, that-with an arm
84: Closed round and holding me-he led
85: My eager way from sight to sight
86: Of all the summer magic-right
87: To where himself had surely spread
88: Some pleasant snare for my delight.
89: And now, in an eternal sphere,
90: Beneath one flooding look of his-
91: Wherein, all beautiful and dear,
92: That endless melting gold that is
93: His love, with flawless memories
94: Grows ever richer and more clear-
95: My life seems held, as some faint star
96: Beneath its sun: and through the far
97: Celestial distances for miles,
98: To where vast mirage futures are,
99: I trace the gilding of his smiles.
100: And, in the long enthralling dream,
101: That, ever-through each purer zone
102: Of love translating me-doth seem
103: To bring my spirit near his own,
104: I hear the veiled angelic tone
105: Of many voices; as I deem,
106: Assuring me of something sweet,
107: And strange, and wondrous, and intense;
108: Which thing they evermore repeat
109: In fair half parables, from whence
110: I draw a vague all-blissful sense.
111: For, one by one, e'en as I rise,
112: And feel the pure Ethereal
113: Refining all before my eyes:
114: Whole beauteous worlds material
115: Are seen to enter gradual
116: The great transparent paradise
117: Of this my dream; and, all revealed,
118: To break upon me more and more
119: Their inward singing souls, and yield
120: A wondrous secret half concealed
121: In all their loveliness before.
122: And so, when, through unmeasured days,
123: The far effulgence of the sea
124: Is holding me in long amaze,
125: And stealing with strange ecstasy
126: My heart all opened silently;-
127: There reach me, from among the sprays,
128: Ineffable faint words that sing
129: Within me,-how, for me alone,
130: One who is lover-who is King,
131: Hath dropt, as 'twere a precious stone,
132: That sea-a symbol of his throne.
133: And now, indeed, some precious time
134: It hath,-all inexpressible!
135: All rapture!-yea, through many a rhyme
136: Of wordless speech made fairly well,
137: And beauteous worlds' whole visible
138: Unbosomings of love sublime-
139: It hath some blessеd while become
140: Familiar, how all things take part
141: For him to whose love I am come,
142: And in their ways-not weak nor dumb-
143: Are ever calling on my heart.
144: And, through the long charmed solitude
145: Of throbbing moments, whose strong link
146: Is one delicious hope pursued
147: From trance to trance, the while I think
148: And know myself upon the brink
149: Of His eternal kiss,-endued
150: With part of him, the very wind
151: Hath power to ravish me in sips
152: Or long mad wooings that unbind
153: My hair,-wherein I truly find
154: The magic of his unseen lips.
155: And, so almighty is the thrill
156: I feel at many a faintest breath
157: Or stir of sound-as 'twere a rill
158: Of joy traversing me, or death
159: Dissolving all that hindereth
160: My thought from power to fulfil
161: Some new embodiment of bliss,-
162: I do consume with the immense
163: Delight as of some secret kiss,
164: And am become like one whose sense
165: Is used with raptures too intense!
166: O like some soft insidious breath,
167: Whose first invasion winneth quite
168: To all its madness or its death
169: The heart, resisting not the might
170: And poison of its new delight,-
171: E'en so is this that entereth
172: In whispers, or through subtly wrought
173: Enchantment snaring every thought;
174: Yea, by the whole mysterious pore
175: Of life,-this joy surpassing aught
176: That heart of man hath known before.
177: And, though, indeed, a hapless end
178: Of damning ruin were but sure,
179: Yet could I none of me defend
180: From such a sweet and perfect lure;
181: But must, as long as they endure,
182: To all these sorceries still lend
183: My heart; believing how I stand
184: Nigh some unearthly bliss that lies
185: Dissembled all before my eyes;-
186: Do I not see a radiant Hand
187: Transmuting earth, and air, and skies?
188: -And is not the great language mute
189: The stars' deep looks are wont to melt
190: Upon my soul, the very suit
191: Of this unearthly wooer-felt
192: So clearly pleading-I have knelt
193: Full oft, most dreading to pollute
194: The holy rapture with a sigh?
195: And doth not every accent nigh
196: Consume each Past to a thin shred;
197: While endless visions glorify
198: My sight, and haloes touch my head?
199: Yea, mystic consummation! yea,
200: O Wondrous suitor,-whosoe'er
201: Thou art; that in such mighty way,
202: In distant realms, athwart the air
203: And lands and seas, with all things fair,
204: Hast wooed me even till this day;-
205: It seems thou drawest near to me;
206: Or I, indeed, so nigh to thee,
207: I catch rare breaths of a delight
208: From thy most glorious country, see
209: Its distant glow upon some height.
210: At times there is vouchsafed me, e'en
211: Some sign that certainly foretells
212: Of thee at hand: so I have seen-
213: Caught by no earthly clash of bells-
214: A gleam of silver citadels;
215: Distant, and radiant with such sheen
216: As only on high virgin snows,
217: Or from the diamond one knows;
218: Displayed a moment, without shroud,
219: Eclipsing all the night's fair shows
220: From some dim pinnacle of cloud:
221: Or, through a calm hushed interval
222: Of most charmed thinking, there hath passed,
223: And with no rumour or footfall,
224: A troop of blonde ones who surpassed
225: All tales of loveliness amassed
226: In my child's dreamland; costumed all
227: As for a bridal; who did shine
228: With such a splendour on each face,
229: And light upon the garments fine,
230: I knew them surely of a race
231: That dwells in that fair realm of thine.
232: O thou my Destiny! O thou
233: My own-my very Love-my Lord!
234: Whom from the first day until now
235: My heart, divining, hath adored
236: So perfectly it hath abhorred
237: The tie of each frail human vow-
238: O I would whisper in thine ear-
239: Yea, may I not, once, in the clear
240: Pure night, when, only, silver shod
241: The angels walk?-thy name, I fear
242: And love, and tremble saying-GOD!
В сплошном сиянье самых первых дней,
в широкой радости былого лета
и песни родились, что мною спеты,
и яркая листва, упавшая поздней.
Тогда-то мне, всё жарче и сильней
среди цветов, в лучах живого света
божественнее всякого портрета
мерещилось меж сказочных теней
лишь раз целованное мной лицо.
Но запылал я навсегда и бурно,
как вспыхнувшее разом деревцо.
Теперь клянусь, и горько, и бравурно,
что пепел сердца помещаю в урну,
а урну спрячу в грудь под пальтецо.
A Precious Urn
1: he great effulgence of the early days
2: Of one first summer, whose bright joys, it seems,
3: Have been to all my songs their golden themes;
4: The rose leaves gathered from the faded ways
5: I wandered in when they were all a-blaze
6: With living flowers and flame of the sunbeams;
7: And, more than all, that ending of my dreams
8: Divinely, in a dream-like thing,-the face
9: Of one beloved lady once possest
10: In one long kiss that made my whole life burn:
11: What of all these remains to me?-At best,
12: A heap of fragrant ashes now, that turn
13: My heavy heart into a funeral urn
14: Which I have buried deep within my breast.
From "An Epic of Women", 1871
Примечание. В отличие от перевода, в оригинале пламенные переживания лирического героя преподнесены всерьёз, без самоиронии. ВК
Артур О"Шонесси Призрак Прошлого
(Перевод с английского).
Эхом всей прошедшей жизни
стала мне в тот трудный день
мысль о брошенной отчизне,
набежавшая как тень.
Не усталость,не мигрень -
только в мыслях дребедень.
Тут и Он явился в дом,
Сам, и тьма при нём.
Наступил уж час полночный.
Шум на улице угас.
Он, без стука, неурочный,
появился в поздний час -
не дивил при этом глаз,
сердца не потряс -
сел поодаль от меня,
около огня.
Только вдруг проснулась в сердце
память прежних лет.
То, чему в нём не стереться,
выплыло на свет,
от того, чего уж нет.
протянулся след.
А у гостя, как на грех,
на лице был смех.
Кто б он ни был, сердце сразу
не замедлило узнать -
это ж я до злого сглаза.
Юн и весел я опять -
не успела запятнать
горькая печать.
Это я был, сам собой,
только молодой.
И меня назвал он кличкой,
уж давно забытой мной,
бывшей в юности привычной,
всем, с кем знался той порой.
Голос гостя был как мой,
только со слезой,
из моих прошедших дней,
только погрустней.
И как будто гость мой помнил
лишь красу тех юных лет
а Сегодня счёл столь скромным,
что и помнить толку нет,
но от Прошлого вёл след
всяких разных бед.
Их назвал он наизусть,
пробуждая грусть.
"Ты помнишь ли ту улицу кривую
в деревне скромной, - задал он вопрос, -
свет солнца целый день напропалую
и школьный двор в цветущих купах роз,
и сверстников ораву рассыпную,,
с которыми ты дружно рос ?".
"А помнишь этих ? - он назвал с досадой
лежавших за церковную оградой. -
Их рок давно уже унёс.
А можешь ли припомнить облик брата -
льняные кудри, глаз голубизну -
и прозвище, которое когда-то
ребёнку дали в давнюю весну;
как бегали с сачками до заката,
играли в прятки и в войну ?"
- Я помнил лица и любое имя,
и брата тоже, там же, вместе с ними,
судьбу познавшего одну.
"А помнишь ли тропинку вдоль теченья,
вдали холмы, а там речная гладь,
дорожку сквозь крестьянские владенья,
места, где вольная ребячья рать
могла под ярким солнцем в увлеченье,
как лучики его, играть ?"
Я еле удержался от рыданья.
Так свежи были те воспоминанья,
как пережитые опять.
И я припомнил давний день весенний
среди цветов, разросшихся кругом,
когда я чувствовал тепло прикосновений -
небесный Дух ласкал меня крылом
и пел мне в звуках птичьих песнопений.
Как нежен был его псалом.
Кто разогнал столь сладкие мне звуки ?
Из-за чего с тем чудом я в разлуке
среди сегодняшних мучений ?
Мне кажется, я понял эти звуки !
Тот добрый Дух указывал мне путь !
И лишь к нему тогда тянулись руки
Я верно шёл за ним, куда ни будь -
в селе, в полях и вдоль речной излуки -
где сладостно дышала грудь.
Вот так, с тех пор по свету сквозь напасти
он вёл меня всегда дорогой к счастью -
и ласково обрёк меня на муки.
"Неуж тебе тот прежний дом был тесен, -
мой давний Голос задал мне вопрос. -
а дальний путь настолько интересен ?
Неужто ты без светлой цели рос
и дома не хватало свежих песен,
и сердце прохватил мороз ?
Неуж так стало скверно и немило,
что ты, отбросив лучшее, что было,
покинул старый дом без слёз ?
Успело ль в памяти твоей стереться,
как выждав, чтобы смолкли соловьи,
ты обещал навек в могиле сердца
хранить Любовь и Радости свои,
всю Память Счастья - как за крепкой дверцей.
весь смысл всей прошлой колеи ?
О, ангелы ! Рыдая на могилах,
над этой плачьте, сколько в ваших силах !
Но там одни лишь воробьи.
В сиянии благословенной ночи,
когда могилы выглядят святей,
они в росе и поражают очи
сильней иных явлений и вещей.
На все могилки звёзды смотрят зорче,
лаская вспышками лучей.
Но в светлый полдень, в ясную погоду,
найти забытый холмик через годы,
пожалуй, выйдет потрудней.
К нему почти потеряна тропинка.
Синеет там один цикорный цвет.
Все сорные былинки и травинки
сплошь спутались за много- много лет.
Никто окрест не скажет без запинки,
Какой ты должен выбрать след"
Я слушал, и душа была убита.
Под той землёй лежала Маргарита.
Мой гость не лгал. Сомненья нет.
Тут в прошлом близкие мне лица стали
по очереди выплывать из мглы,
и каждое смотрело, как в печали,
и были все скорей нежны, чем злы,
хотя меня, казалось, упрекали,
но были мне они милы.
И грудь мою тогда заполнил трепет.
Я им внимал и будто слышал лепет,
и все их вздохи и хулы.
Мне мысли из-за памяти дотошной
заполнила сплошная пестрота -
мои воспоминания о прошлом:
мой брат, друзья, ребячья суета.
Слеза в глазах застряла как нарочно.
Однако, как она чиста !
И гость, сидевший около камина,
прикрыл глаза и плакал без причины,
как сам я в ранние лета.
" О Призрак Юности и Детства !
Ты ловко будишь зуд, который стих.
От сожалений никуда не деться.
Кто ж не бросал всех радостей былых ?
И от мучений чуть не рвётся сердце.
К тому ж страдает о других.
Хотел бы я с тобою возвратиться
к былой любви и к тем любимым лицам
и быть счастливым ради них !
О Призрак ! Мой двойник, напоминанье,
что, как души и сердца не иначь,
а Память в неизменном состоянье
хранит Прошедшее; и мысли вскачь
бегут назад, сминая расстоянья,
их по иному не запрячь.
Я не сменил Любви ни на какую.
Я помню всех, и я по ним тоскую.
И часто горько мне, хоть плачь".
Мне было стыдно с этим Гостем рядом.
Вся внешность у него была ярка -
под золотом кудрей, с огнистым взглядом,-
а я уж сед и вроде старика,
совсем не схож с тем бойким чадом
из деревенского мирка.
Я был во всём тусклей, слабее, ниже,
и даже слёзы лил я как-то жиже -
боялся гостева смешка.
А дальше я заснул уже без силы,
устал, припомнив всю свою юдоль
увидев вновь, что было прежде мило,
при встрече с призраком, сыгравшим роль,
которую мечта ему вручила.
Но выветрился алкоголь.
Красивый Призак, возродивший память,
исчез и одарил меня Стихами.
В них вся моя Любовь и Боль.
Arthur O"Shaughnessy The Spectre of the Past
1: ON the great day of my life-
2: On the memorable day-
3: Just as the long inward strife
4: Of the echoes died away,
5: Just as on my couch I lay
6: Thinking thought away;
7: Came a Man into my room,
8: Bringing with him gloom.
9: Midnight stood upon the clock,
10: And the street sound ceased to rise;
11: Suddenly, and with no knock,
12: Came that Man before my eyes:
13: Yet he seemed not anywise
14: My heart to surprise,
15: And he sat down to abide
16: At my fireside.
17: But he stirred within my heart
18: Memories of the ancient days;
19: And strange visions seemed to start
20: Vividly before my gaze,
21: Yea, from the most distant haze
22: Of forgotten ways:
23: And he looked on me the while
24: With a most strange smile.
25: But my heart seemed well to know
26: That his face the semblance had
27: Of my own face long ago
28: Ere the years had made it sad,
29: When my youthful looks were clad
30: In a smile half glad;
31: To my heart he seemed in truth
32: All my vanished youth.
33: Then he named me by a name
34: Long since unfamiliar grown,
35: But remembered for the same
36: That my childhood's ears had known;
37: And his voice was like my own
38: In a sadder tone
39: Coming from the happy years
40: Choked, alas, with tears.
41: And, as though he nothing knew
42: Of that day's fair triumphing,
43: Or the Present were not true,
44: Or not worth remembering,
45: All the Past he seemed to bring
46: As a piteous thing
47: Back upon my heart again,
48: Yea, with a great pain:
49: "Do you still remember the winding street
50: In the grey old village?" He seemed to say;
51: "And the long school days that the sun made sweet
52: And the thought of the flowers from far away?
53: And the faces of friends whom you used to meet
54: In that village day by day,
55: -Ay, the face of this one or of that?" he said,
56: And the names he named were names of the dead
57: Who all in the churchyard lay.
58: "Do you still remember your brother's face,
59: And his soft light hair, and his eyes' deep blue,
60: And the child's pet name that in every place
61: Was once so familiar to him and to you?
62: And the innocent sports and the butterfly chase
63: That lasted the bright day through?"
64: -O this time, I thought of the churchyard and sighed,
65: For I thought of the dead lying side by side,
66: And my brother who lay there too.
67: "And do you remember the far green hills;
68: Or the long straight path by the side of the stream;
69: Or the road that led to the farm and the mills,
70: And the fields where you oft used to wander or dream
71: Or follow each change of your childish wills
72: Like the dance of some gay sunbeam?"-
73: Then, alas, from right weeping I could not refrain,
74: For indeed all those things I remembered again,-
75: As of yesterday they did seem.
76: And I thought of a day in a far lost Spring,
77: When the sun with a kiss set the wild flowers free;
78: When my heart felt the kiss and the shadowy wing
79: Of some beautiful spirit of things to be,
80: Who breathed in the song that the wild birds sing
81: Some deep tender meaning for me,-
82: Who undid a strange spell in the world as it were,
83: Who set wide sweet whispers abroad in the air,-
84: Made a presence I could not see.
85: O that whisper my heart seemed to understand!
86: O that spell it took hold on right willing feet!
87: To that beautiful spirit I gave my hand,
88: And he led me that day up the village street,
89: And out through the fields and the fragrant land,
90: And on through the pathways sweet;
91: Yea, still on, with a semblance of some new bliss,
92: Through the world he has led me from that day to this
93: With a tender and fair deceit.
94: "O for what have you wandered so far-so long?"
95: Said the voice that was e'en as my voice of old:
96: "O for what have you done to the Past such wrong?
97: Was there no fair dream on your own threshold?
98: In your childhood's home was there no fresh song?
99: -Was your heart then all so cold?
100: Why, at length, are you weary and lone and sad,
101: But for casting away all the good that you had
102: With the peace that was yours of old?
103: "Have you wholly forgotten the words you said,
104: When you stood by a certain mound of earth,
105: When you vowed with your heart that that place you made
106: The last burial place for your love and your mirth,
107: For the pure past blisses you therein laid
108: Were surely your whole life's worth?-
109: O, the angels who deck the lone graves with their tears
110: Have cared for this, morning and evening, for years,
111: But of yours there has been long dearth:
112: "In the pure pale sheen of a hallowed night,
113: When the graves are looking their holiest,
114: You may see it more glistering and more bright
115: And holier-looking than all the rest;
116: You may see that the dews and the stars' strange light
117: Are loving that grave the best;
118: But, perhaps, if you went in the clear noon-day,
119: After so many years you might scarce find the way
120: Ere you tired indeed of the quest:
121: "For the path that leads to it is almost lost;
122: And quite tall grass-flowers of sickly blue
123: Have grown up there and gathered for years, and tost
124: Bitter germs all around them to grow up too;
125: For indeed all these years not a man has crost
126: That pathway-not even You!"-
127: But alas! for these words to my heart he sent,
128: For I knew it was Marguеrite's grave that he meant,
129: And I felt that the words were true.
130: Then the dim sweet faces of them of yore
131: Seemed to start from the mist where the memory lies;
132: And each one was as sweet and as dear as before;
133: But a piteous look was in all their eyes-
134: Yea, the long smile of sadness; and each one bore
135: A reproach in some tender wise:
136: Till my bosom was troubled and sorely thrilled
137: With the thought of them all, and my ears were filled
138: With a sound of the mingling of sighs.
139: And my heart, where the memories of them were cast
140: And as buried and choked in the dust of the years,
141: Became peopled, it seemed, with the shapes of the Past;
142: And the voice of my brother grew fresh in my ears:
143: So my dried up eyes were softened at last
144: To weeping some few sweet tears;
145: But the Man who was sitting at my fireside-
146: He covered his face with his hands and cried
147: As I did in those earlier years.
148: Then I faltered,-"O Spectre of my lost Youth!
149: All too well at thy pleading the sad thoughts wake,
150: With the bitter regret of the Past, and in truth
151: The whole love of the fair things that all men forsake;
152: And for this thy reproach I am filled with ruth-
153: My heart seemeth nigh to break:
154: Ah! right gladly would I now return with thee
155: To those loves and those lovers; if that might be,
156: And be happy for their sweet sake.
157: "And, O Spectre that wearest my look-my face,
158: And art ever with them as the thought they keep
159: To remind them of me in the changeless place
160: In the changeless Past where the memories sleep,-
161: Do thou tell them I am not all barren of grace,
162: Nor have buried their love so deep,
163: But that now after so long toward them I yearn,
164: And that often the thought of them all may return,
165: And that often it makes me weep."
166: Then, alas! I was troubled and filled with shame,
167: As I looked on His face and beheld him fair;
168: For his locks were as gold, and his eyes as a flame;
169: And I knew that one winter had blanched my hair,
170: And that surely my looks were no longer the same
171: As in earlier days they were:
172: For I feared he should mock me and tell them of this,
173: And that even my tears were but scant beside his.
174: O, this thought was a hard one to bear!
175: But at length I fell dreaming beneath the might
176: Of each spell of the Past whence I cared not to start;
177: And I saw Him some time by the flickering light,
178: As the one in my dream who was playing my part;
179: Till his semblance grew dim and was gone from my sight
180: As a dream of the Past will depart.
181: Then the Spirit whose beauty has led me till now,
182: Came and breathed a sweet breath on my feverish brow,
183: And the strain of this verse in my heart.