Аннотация: Публикуются посвящение поэта Томаса Кэмпиона курфюрсту Фредерику и другие стихотворения.
Томас Кэмпион Фредерику Пятому,
знаменитому и могущественному
курфюрсту Пфальцскому.
Подобно золотому сновиденью:
лишь подружиться удалось -
и тотчас вы навеки врозь.
Прекрасный друг украден тёмной тенью.
Судьбой настигнут он в расцвете сил.
Догнать - невмочь: Господь не окрылил.
Умершие заслуживают слёз.
Никто не запретит. Не в том вопрос.
Пусть слёзы сохнут. Скорби нет конца.
Как море в шторм, волнуются сердца.
Но время лечит - гасит ярость бурь.
Любовь в сердцах - как нА небе лазурь.
Законы жизни наc толкают с давних пор
то в грусть, то в радость; из любви - в раздор.
Сметай тоску как мусор и золу.
Ночь сгинет. Ясный день рассеет мглу.
Thomas Campion
To the most illustrious and mighty Frederick the fifth,
count Palatine of the Rhine.
How like a golden dream you met and parted,
That pleasing straight doth vanish !
O who can ever banish
The thought of one so princely and free-hearted !
But he was pulled up in his prime by fate,
And love for him must mourn though all too late.
Tears to the dead are due, let none forbid
Sad hearts to sigh : true grief cannot be hid.
Yet the most bitter storm to height increased
By heaven again is ceased :
O time, that all things movest,
In grief and joy thou equal measure lovest :
Such the condition is of human life,
Care must with pleasure mix and peace with strife :
Thoughts with the days must change ; as tapers waste,
So must our griefs ; day breaks when night is past.
Примечание.
Фридрих V - курфюрст Пфальцский 1610-1623, король Чехии 1619-1620, сын и наследник Фридриха IV, курфюрста Пфальцского, и Луизы Юлианы Оранской-Нассау, дочери Вильгельма Оранского и Шарлотты де Бурбон-Монпансье.
Дата и место рождения: 26 августа 1596 г., Лаутерхофен, Германия
Дата и место смерти: 29 ноября 1632 г., Майнц, Германия
Полное имя: Frederick V
Супруга: Елизавета Стюарт (в браке с 1613 г. до 1632 г.)
Томас Кэмпион Безутешной Британии
Тебя заторопились съесть -
несытой пастью рвут.
До тла сжигают всё, что есть
забыв про горний суд.
Как принялись тебя терзать -
от язв и лика не узнать.
А скорбь, что плещется из глаз,
страшней всех ран во много раз.
Все высшие из лиц скорбят,
что умер Сын и Брат.
А кое у кого недуг
от мелочных - не крестных мук.
Всем помнится святая ипостась -
каким был бравым Князь.
Стань чёрным строй всех белых скал -
и то бы Мир в такую скорбь не впал.
Thomas Campion To the most disconsolate Great Britain
When pale famine fed on thee,
With her unsatiate jaws ;
When civil broils set murder free
Contemning all thy laws ;
When heav'n enraged consumed thee so
With plagues that none thy face could know,
Yet in thy looks affliction then showed less
Than now for one's fate all thy parts express.
Now thy highest states lament
A son, and brother's loss ;
Thy nobles mourn in discontent,
And rue this fatal cross ;
Thy commons are with passion sad
To think how brave a Prince they had :
If all thy rocks from white to black should turn
Yet could'st thou not in show more amply mourn.
Томас Кэмпион Всему Миру
1.
О будто рабством угнетённый Мир !
Тебе от ярости язычников нет счастья.
Не знаешь, где сыскать ориентир,
но в упованье все живые части
на Божью Милость, даже в разобщенье, -
и Королём отброшены сомненья.
Счастливый Мир ! Спасительный почин
исполнить взялся благоверный Сын.
2.
Скорбите все, кто терпят дикий гнёт !
Во Фракии, где гнобят христианство,
навряд ли Лига Чёрная падёт.
Нет Князя, чтоб сломить то злое ханство.
В борьбе с бесовством нужно Рвенье,
но силы бьющихся за Истину - в смятенье.
Покойся в мире, Князь, отважная душа !
С тобою в бой мы шли, надеждами дыша.
Thomas Campion To the World.
I.
O poor distracted world, partly a slave
To pagans' sinful rage, partly obscured
With ignorance of all the means that save !
And ev'n those parts of thee that live assured
Of heavenly grace, oh how they are divided
With doubts late by a kingly pen decided !
O happy world, if what the sire begun
Had been closed up by his religious son !
2.
Mourn all you souls oppressed under the yoke
Of Christian-hating Thrace ! never appeared
More likelihood to have that black league broke,
For such a heavenly Prince might well be feared
Of earthly fiends. Oh how is Zeal inflamed
With power, when Truth wanting defence is
shamed !
O princely soul, rest thou in peace, while we
In thine expect the hopes were ripe in thee.