Родион нажал на кнопку звонка. В глубине квартиры брата раздался лай, перемешавшийся с противным треском звонка.
- О, это что-то из современной клубной музыки, - пробормотал Родион, ожидая пока его впустят. За дверью раздались шаги, и голос жены брата спросил:
- Кто?
- Конь в пальто! - громко сказал Родион.
Дверь распахнулась, и он увидел два лица. Первое, улыбающееся женское, принадлежало жене брата Лене, высокой симпатичной тридцатилетней даме с несколько холодным взглядом. Второе, хмурое, с бородой как у Энгельса, явно было лицом его брата Андрея, которое вдруг задвигалось, и из бороды донеслись звуки его голоса:
- А где пальто?
- А где конь? - произнесла обычно неразговорчивая Лена.
- Они меня ждут у подъезда, - не растерялся Родион.
Дверь в зал распахнулась и оттуда выскочила рыжая гладкошерстная собака среднего размера с хищной улыбающейся мордой и мотающимся во все стороны крысиным хвостом. Она громко гавкнула и, расталкивая своих хозяев, бросилась, поскуливая, к Родиону.
- Привет, лапуля! - крикнул ей Родион, уворачиваясь от её прыжков и прикрываясь пакетом с покупками и банными принадлежностями. Она продолжала носиться вокруг него, подпрыгивая, повизгивая, и пытаясь лизнуть его в нос. Он нагнулся и погладил её по голове. В ответ она резко подпрыгнула, а Родион не успел увернуться. Столкновение её носа и подбородка Родиона вызвало обильное выпадение дождя в виде искр из глаз Орлова.
- О, блин! - пробормотал он.
- Бекка! - крикнул Андрей. - Иди в зал!
Бекка, а если быть более правильным, Ребекка, благородная представительница чемпионской семьи американских стаффордширских терьеров, проскулила короткую трель и нехотя отправилась в комнату.
На пороге комнаты появилась высокая красивая девушка-подросток со скучающим взглядом и, робко улыбнувшись, сказала:
- Здравствуйте!
- О, привет, Алиска! - Родион потирал ушибленный подбородок, - Как жизнь молодая?
- Нормально.
- Что делаешь? - спросил Орлов.
- "Дон Кихота" читаю.
- О-о! - удивился Родион, вспоминая роман, который он начал писать месяц назад - И как, интересно?
- Скучно, - поморщилась Алиса.
- Гм, - кашлянул Родион. - Скучно, быть может, но нужно, это уж точно!
- Незнай, - сказала вяло Алиса.
Лена, которая была уже на кухне, подала голос:
- Родька! Если ты пришёл мыться, то давай быстрее, а то напор горячей воды у нас снижается.
- Ой, - сказал Родион и начал стаскивать кроссовки.
- Да-да, - сказал Андрей. - Стой подольше! Тогда может, у вас дома дадут горячую воду, а у нас отключат.
Родион стащил одну кроссовку, когда у него зазвонил мобильный. Родион протянул пакет братану со словами:
- Там коробка конфет вам, ешьте! - и стал вытаскивать правой рукой из кармана телефон, а левой стаскивать вторую кроссовку.
- О, это дело! - хмурые черты лица брата разгладились, - всегда бы так!
Андрей с пакетом отправился на кухню.
- Остальное моё! - крикнул ему вслед Родион, насилу справившись со второй кроссовкой, - Трусы мои не ешьте!
Наконец, добравшись до телефона, он мельком взглянул на экран и нажал кнопку "вызов".
- Здорово, Миха!
- Привет, Родион! - голос Миши был какой-то грустный.
- Что невесел? - спросил Родион, - жизнь семейная достала?
- Как догадался? - удивился Миха.
- У меня такая же фигня, веришь - нет?
- Охотно, - сказал Миша. - Может встретимся, обсудим?
- Может, - ответил Родион, - я тебе, давай, через полчаса перезвоню. А то напор падает.
- Какой напор? Не понял, что у тебя там падает? - удивился Миха.
- Да напор горячей воды! - скороговоркой проговорил Родион. - Надо мне быстрее вымыться...
- А-а, - протянул Миша. - Ладно, звони.
- Пока, - сказал Родион и засунул телефон в карман. Он быстренько заскочил в ванную комнату и стал стягивать с себя одежду.
- Андрюха! - крикнул он. - Принеси мои банные принадлежности.
Брат, приоткрыв дверь, подал ему пакет. Родион разложил на раковине мыло, мочалку, шампунь, на стиральную машину бросил полотенце. Залез в ванну и включил воду. Полилась горячая
- Есть! - прошептал Родион и добавил холодной, - Я думаю, душа с меня хватит. На ванну по полной программе времени нет.
Он окатил себя из душа водой, постоял под приятными струями минуту-другую и стал намыливать мочалку. Через минуту Орлов уже был весь в мыле. Он потрогал воду, бегущую из крана и сказал:
- Ой!
Вода была холодной. Чертыхнувшись, Родион стал закручивать холодный кран, но преимущества у него от этого не появилось. Потому что, кончилась холодная вода, горячая не появилась. Орлов попробовал горячий кран, но напрасно, кран был открыт.
- Только не это! - взмолился Родион, но вода опять не появилась. - Андрей!
На истошный вопль прибежал брат.
- Что у тебя стряслось, засранец? - спросил Андрей.
Похоже, в этот момент настроение его было хорошим, потому что он жевал шоколадную конфету.
- Вода кончалась! - с ужасом констатировал намыленный Родион.
- Я же тебе говорил! - борода брата радостно заулыбалась.
- Говорил-говорил, - передразнил его Родион. - Делать-то что?
- Что-что? - усмехнулся Андрей, - сейчас я поставлю ведро холодной воды на плиту, через полчаса она подогреется. Сам знаешь - плита у нас электрическая, старая. А ты сиди тут
- Ты издеваешься? - спросил Родион.
- Тогда мойся холодной, - набычился Андрей.
- Что?
- Холодная-то есть? - спросил Андрей.
- Не знаю, - промямлил Родион и включил холодный кран. Из него хлынул поток ледяной воды. Он ойкнул и вырубил воду.
- Сейчас наберу ведро, - сказал Андрей.
- Правда, что ли, полчаса? - спросил Родион.
- Ага, - ответил Андрей.
- А если кастрюля литров пяти?
- Тогда минут десять-двенадцать.
- Тогда ставь кастрюлю. Андрей ушёл на кухню, а Родион через минуту уже начал замерзать.
- Эх, ладно! Где наша не пропадала! - воскликнул он, переключил холодную воду на душ и выпрямился во весь рост. Ледяной водой он стал смывать с себя мыло, испуская дикие вопли. На его вопли прибежал Андрей и с широко открытыми глазами смотрел, как Родион издевается над собой.
- Ты псих, что ли? - спросил Андрей, когда экзекуция была закончена.
- Кстати, - улыбнулась борода брата, - забыл сказать, горячую воду уже дали.
- Д-да? - Родион, стуча зубами, потянулся к горячему крану и открыл его. -
Т-т-точно ведь!
Он быстро сделал в душе тёплую воду и стал греться. Андрей собрался уйти из ванной, когда Родион сказал:
- Слушай, Андрей, я вот всё думаю...
- Что?
- Я в самом деле дурак, или все вокруг пытаются из меня его сделать?
Я, думаю, и то, и другое, - борода Андрея по-братски улыбнулась и он отправился есть конфеты.
* * *
Миша Шустрыгин засунул телефон в карман и осмотрелся по сторонам. Ольга нигде не просматривалась. Он вздохнул и посмотрел на здание прямо перед собой. Древний двухэтажный особняк из красного кирпича. Надпись на вывеске гласит:
"Музей истории города Йошкар-Олы". Справа от дома железные ворота, ведущие в особняк нового русского, около которых стоит огромный чёрный морской якорь на постаменте.
"Или речной, - подумал Миха. - Может с Волги? И вообще, зачем ему якорь? Знак стабильности, что ли? Чёрт его знает! И как правильно сказать: новый русский или
новый марийский? Республика-то марийская. Хотя, суть не в этом. Суть в том, что у мужика бабки есть. Большие. А значит, ему пофиг, как кто его называет. Когда у меня будет много денег, мне тоже будет пофиг!"
Миша потоптался у порога, раздумывая о том, что хотел в этот музей сходить с Родионом. Родион интересуется историей и может рассказать что-нибудь интересное. Но сейчас у Родиона роман со Светой и ему, похоже, вовсе не до истории. А он, Миша, оказался около музея. Так, что можно сходить и одному. Не был там ещё ни разу.
Михаил дёрнул ручку двери и въехал внутрь на роликах. Тут же раздался лай, вернее сказать, громкое тявканье и ему навстречу выскочила маленькая белая собачка и принялась прыгать вокруг него, пытаясь куснуть его ролики за колёса.
- Эй, Моська, ты чего? - возмутился Миша, кое-как уворачиваясь от неё.
Вышла женщина средних лет, по-видимому, смотритель и развела руками.
- Молодой человек, вам здесь не стадион! - строго сказала она.
- Я в курсе, - улыбнулся Миша. - Здравствуйте.
- Здравствуйте, - хмуро поздоровалась она.
- Если вы уберёте своего страшного охранника и дадите мне стул, то я мигом переобуюсь.
- Вот это другой разговор, - сказала она. - Мося, ко мне!
Собачка перестала тявкать, прыгать и гордо затрусила к хозяйке.
- Идите за мной, - сказала она Мише и прошла в вестибюль. Он проехал следом и уже через несколько мгновений, сидя на стуле, заменил ролики на кроссовки, которые извлёк их рюкзака за спиной.
- Немногим лучше, - вздохнула женщина, глядя на его обувь. - Если вы на экскурсию, то возьмите бахилы в том ящике. Она указала в угол, и Миша покорно отправился надевать медицинские целлофановые тапочки на резинке.
- История города вас интересует для учёбы? Реферат какой-нибудь? - спросила смотрительница.
- Нет, - ответил ей Шустрыгин. - Для себя. Человек не знающий свою историю, мало, чем отличается от животного.
- Да? - удивилась смотрительница. - Интересный взгляд для молодёжи.
- Может, конечно, мы одеты несколько по-другому, - сказал Миша, улыбаясь. - Но мы тоже люди и, придёт время, займём своё место в обществе и в истории человечества.
- Рада это слышать, - сказала смотрительница. Миша улыбнулся ещё шире.
- Итак, - сказала почтенная дама, - два рубля за бахилы, пятнадцать рублей вход.
Он вытащил кошелёк.
- И если желаете, экскурсия сто пятьдесят рублей.
Миша задумчиво почесал в затылке.
- О-го-го, - сказал он. - А экскурсия интересная?
- Конечно, - сказала дама. - Вам всё расскажут. Но, похоже, вы студент?
- Ага.
- Тогда давайте пятьдесят рублей за экскурсию, потому что наверху она уже сейчас начнётся. Там два человека уже есть, а вы будете третьим.
Миша отсчитал шестьдесят семь рублей, и пошёл по лестнице, думая:
"Три бутылки пива! Но я же хотел посмотреть экспозицию и узнать что-нибудь новое. А денег на пиво стрельну у Родиона или с ним попью, ещё лучше. Тем более, что у него они сейчас водятся!"