Все зашли в комнату. Только Пётр замер на пороге. Он внимательно осмотрел дверной проём, хмыкнул и только после этого присоединился к остальным.
- Здесь всё по-другому, - заметил Орлов. - Никто не рылся
Действительно, земляной пол тут был ровным, а стены гладкими.
- А вот и наш клад, - сказал Мёдов и нагнулся. Он что-то поднял с земли и добавил, - слишком маленькая величина, чтобы с вами делиться.
- Можно взглянуть? - Пётр подошёл к нему.
Алексей протянул к нему руку и раскрыл ладонь. На ладони лежала большая позеленевшая монета.
- Медный екатерининский пятак, - сказал историк, взглянув на монету, - Возможно, есть ещё.
Все бросились рыскать по земле, и вскоре обнаружили ещё с десяток монет.
- Итого, - сказал Орлов, посмотрев на то, что они нашли, - полтинник. Да мы же богаты!
- А может, в земле пороемся? - спросил Шустрыгин, - в стенах.
- Не имеет смысла, - подал голос Пётр, - Это помещение служило складом.
- Но здесь никто не рылся, - сказал Палкин. - Может, есть тайник?
- Нет, - уверенно ответил Кожемяка. - Эта комната - и есть тайник. Поэтому искать тайник в ней было бы глупо.
- Но мы вошли в неё, - сказал Орлов, - а значит, могли войти и наши предшественники.
- Давайте выйдем в коридор, и я вам покажу, - Пётр сделал шаг к выходу.
Все остальные, нехотя, потянулись за ним. Когда все вышли в коридор, Пётр повернулся к входу в комнату и сказал:
- Обратите внимание на проём. Он вам не кажется странным?
Все стали присматриваться.
- Такое ощущение, - сказал Родион, - что тут была дверь, как у лифта, выезжающая из стены.
По одной стороне, справа дверного проёма (или коробки, говоря современным языком) был паз от низу доверху. На верхней стороне проёма этот паз тоже присутствовал. А на другой стороне, слева, его не было.
- Да-да, именно это и есть дверь, - сказал Пётр, проследив за направлением взгляда Родиона. - Сейчас мы её закроем.
Кожемяка стал щупать и нажимать кирпичи вокруг проёма. Результата никакого. К нему присоединился Палкин. Он стал шарить над проёмом по кирпичам. Задев рукой цепь, он потревожил крюк, на котором она висела. Раздался приглушённый гул. Все отпрянули от стены. Кусок стены, размером с дверной проём, - вылез с левой стороны проёма и с тихим гулом прикрыл проём.
- Ни фига себе! - сказал Мёдов. - Как в кино!
Орлов разглядывал места стыка импровизированной двери со стеной.
- А ведь и не увидишь со стороны, если не будешь присматриваться. С виду, такая же стена.
- Вот именно, - сказал Пётр. - Раньше умели прятать свои сокровища.
Шустрыгин аккуратно постучал по каменной двери черенком лопаты, дверь не пошевелилась. Затем он постучал по стене рядом.
- Звук такой же, - сказал он удивлённо. - Будто и нет никакой пустоты сзади. Мёдов со всей силы толкнул дверь. Та не пошевелилась.
- Но кто же мог сделать такое, здесь в нашей глуши, во времена Екатерины? - спросил Орлов у Петра.
- Какой-то специально вызванный мастер, возможно из-за границы. А может, какой-нибудь русский левша сподобился. - Пётр поднял руку и подёргал за ржавую цепь. Результата не последовало.
- Ага, логично, - сказал он. - Когда дёрнешь - она закроется. Иначе те, кто сорвал фонари, попали бы в тайную комнату.
- Как же тогда открыть? - спросил Палкин.
- Сейчас посмотрим, - историк потянулся к крюку и нажал на него. Стена
загудела, и дверь отползла в сторону.
- Вообше-то, подобные вещи должны ездить бесшумно, а то кто-нибудь сверху может услышать, - задумчиво сказал Пётр. - Наверное, что-то в механизм попало.
- А что если внутри ещё одна потайная дверь, - Родион шагнул в комнату. Палкин и Мёдов последовали за ним и стали внимательно осматривать и ощупывать стены. Пётр наблюдал за ними из коридора, а Миша отправился обратно, к дому Пчелина, нажимая на все крюки подряд.
- Ну что, нашли? - через несколько минут он показался на пороге.
- Нет, - сказал Орлов, выходя в коридор.
- Я тоже, - сказал Шустрыгин.
- Теперь ты будешь штатным нажимальщиком на крючки.
- Интересно, - сказал Палкин, - а почему эта комната была открыта?
- Я полагаю, - сказал Пётр, - отсюда всё вытащили перед тем, как замуровать входы. То есть, это произошло после того, как здесь лазили мародёры. До этого она была закрыта.
- Четыре часа утра, - констатировал Орлов, взглянув на часы.
- Да-да, поторопимся, - поддержал его Шустрыгин, - Мы ещё так мало посмотрели.
Они отправились дальше. Пока все осматривали стены, Миша продолжал исправно дёргать за цепь и нажимать на крюки. Обнаружилась ещё одна ниша.
- Ну что, Родька, лезь, - сказал Мёдов.
- Сейчас твоя очередь, - ответил Орлов.
- С какой это стати? - спросил Лёха.
- Ты мне в морду дал, вот с какой!
- Да, действительно, поганка у нас сегодня на больничном, он ведь нашёл подземный ход, - вмешался Палкин.
- Да? - сказал опер Лёха. - Ладно, Родька, я слажу, но следующий лаз твой. А
будешь упираться - пристрелю! Так и знай.
- Вах - вах - вах! - усмехнулся Орлов.
Над ними что-то прогрохотало. Все присели от неожиданности и уставились на потолок.
- Что это? - спросил шёпотом Шустрыгин.
- Это улица Красноармейская, - сказал Родион, - мы как раз под ней, под въездом на мост.
Лёха полез в нору. Вначале он протянул руку в камеру и засунул туда включённый фонарь.
Посмотрел.
Видимо, остался доволен.
Потом попытался вползти туда по-пластунски. Ничего не вышло - упёрся плечами. Перевернулся на спину и стал вползать ужом. Вскоре из лаза торчали только его ноги. Видимо, он осматривал стены.
- Ползи дальше, - крикнул ему Палкин, нагнувшись к нише.
- Тут и так всё ясно, - крикнул Лёха в ответ. - Пусто.
- А ты встань и проверь, - крикнул ему Серёга.
- Ладно, сейчас, - ноги Лёхи задёргались, но с места не сдвинулись.
- Что такое? - спросил Палкин.
Лёха что-то пробубнил в ответ и опять задёргал ногами.
- Что? - крикнул Палкин.
- Я застрял! - заорал из-за стены Лёха.
- Лезь тогда обратно! - крикнул ему Серёга.
Ноги Мёдова опять подёргались и замерли.
- Ну! - крикнул Палкин. - Давай!
- Не могу! - заорал Мёдов.
- Родька, - крикнул Серёга, - хватай его за одну ногу, а я за вторую.
Они схватили Лёху и дёрнули. Он не сдвинулся с места.
- А! - заорал Лёха. - Больно! Ноги же оторвёте!
- Ну и сиди там! - крикнул ему Орлов.
- Кто сиди!? - заорал Лёха. - Да я тебя застрелю, задница!
Помолчали, прикидывая, что делать с их другом.
- Как хоть тебя угораздило-то? - крикнул Серёга.
- Не знаю, - ответил Лёха. - Я задыхаюсь! Воздуху не хватает.
- Да, дела, - сказал Палкин.
- Лёха! - крикнул Родион. - А ты выдохни, а мы с Серёгой дёрнем!
- Хорошо, - отозвался Алексей вялым голосом.
Родион и Сергей схватили Лёху за ноги и дёрнули. На этот раз им удалось, и они выволокли Алексея из камеры и по инерции протащили пару метров. После него в земляном полу осталась борозда.
- Ух, - он вздохнул полной грудью, - свежий воздух!
- Это здесь-то воздух свежий? - спросил Шустрыгин. - Болото!
- Да еще Лехины носки воняют! - добавил Родион.
- Нет-нет, свежий, - сказал Лёха, вставая. - Я больше туда не полезу.
- Ладно, - сказал Шустрыгин и по-быстрому залез в нору.
- Лёха, - сказал Орлов, - ты что, горох сегодня ел? Пузо-то твоё, не вовремя раздулось.
- Нет, только капусту тушёную, - ответил Лёха.
Через несколько мгновений из ниши появился Миша.
- Слушай-ка, - сказал он, - а, ведь и правда, воздух свежее стал.
В ответ Серега вытащил зажигалку из кармана и зажёг. Пламя подрагивало и немного отклонялось в сторону дома Пчелина.
- Действительно, есть небольшой сквознячок, - заметил Пётр. - Где-то рядом выход на поверхность или трещина в земле.
- Да, кстати, - сказал Родион. - Я и смотрю, что-то крыс не видать.
- Мы их выжили из их общаги, - сказал Миша.
- Ага, сейчас! - сказал Палкин. - Так и уступили они тебе своё логово. Наверняка где-то впереди готовят на нас нападение.
- Я в какой-то передаче видел, - сказал Родион, - что крысы, пока их мало, на людей не нападают. Но если популяция их превышает тысячу, то они могут и слона завалить.
- Хватит ерунду молоть, - вмешался Лёха, - я и так с того света вернулся.
- Время идёт, друзья, - сказал историк. - Пора двигаться дальше.
Подземный ход делал изгиб, и наши кладоискатели отправились дальше. Палкин, который с фарой шествовал впереди, первый зашёл за поворот. Идущий за ним Родион, с ходу наткнулся на него.
- Ты чего? - спросил Серёгу Орлов.
- Смотри! - прошептал Палкин.
- Ой! - сказал Родион, глядя вперёд.
- Ой! - повторили остальные, догнав их.
Впереди них, в пяти метрах, начиналось море из красных огоньков. Оно тянулось на несколько метров вглубь по подземному ходу. Сотни и сотни мелких красных глаз смотрели на них.
- Кажись, нами сейчас будут закусывать! - сказал Миша и сделал шаг назад. Все последовали его примеру.
- Не суетись, - сказал Палкин.
Крысы придвинулись к ним на расстояние шага.
- Вот, чёрт! - сказал Лёха, делая второй шаг назад. - Сколько же их?
- Миллион, - прошептал Орлов. - Они и есть наше сокровище.
Все сделали ещё шаг назад. Крысы приблизились ещё. Теперь они были в трёх метрах от Палкина. Он переложил фонарь в левую руку, а в правую взял лопату. Лёха вытащил пистолет и взял его в левую руку, правой покрепче схватил лопату. Пётр начал рыться в вещмешке.
- Думаешь, от них реально убежать? - спросил Лёха у Серёги.
- Понятия не имею, - ответил Палкин, делая очередной шаг назад.
Крысы были уже в полутора метрах.
- Наверху мы могли бы от них убежать, - сказал историк, возясь со своим мешком, - а здесь, в этих закоулках, вряд ли.
И вдруг они бросились. Лавина крыс, не издав ни единого писка, бросилась на них.
- Черти подземные! - заорал Палкин и принялся лопатой отбрасывать от себя злобных тварей.
- В линию! - заорал Лёха, вставая рядом с Серёгой и паля из пистолета в самую гущу тварей. Одновременно он разбрасывал их лопатой.
- Нельзя их пропускать за спину! - крикнул он.
Родион и Миша встали рядом и тоже стали использовать лопаты для проведения процесса естественного отбора в популяции грызунов.
- О, нашёл! - раздался, наконец, голос Петра сзади.
Он протиснулся между Алексеем и Сергеем.
- Где ваша лопата? - крикнул Алексей, отправляя очередной десяток крыс в нокаут.
- Сзади! - крикнул Пётр и включил зажигалку. В другой руке он держал флакон с освежителем воздуха для туалета. На кнопку распылителя этого самого флакона он и нажал. Затем историк направил струю ароматного спирта на пламя зажигалки, и в сторону крыс ударило двухметровое огненное извержение. Этой струёй живого огня он стал водить по полчищам крыс, наседающих на передних, которые бросались на наших кладоискателей.
- Сейчас завоняет, - сказал Пётр.
Тоннель стало заволакивать едким дымом. Грызуны десятками горели и корчились. Они подняли невообразимый визг.
- А говорили, что крысы не чувствуют боли, - сказал громко Лёха.
Под напором огня крысы, некоторые прямо с языками пламени на спине, исчезли в глубине подземного хода.
- Вот чёрт, вонища-то! - завопил Палкин.
Историк погасил зажигалку и стал использовать баллончик по его прямому назначению.
- Слабое утешение, - сказал Орлов, глядя на груду дохлых крыс под ногами, - жареного мяса захочется не скоро!
- Это точно, - поддержал его Шустрыгин. - А они не подожгут здесь всё?
- Здесь гореть нечему, - сказал историк. - Дуб на потолке, да и тот сырой.
- Нам пора на выход, - сказал Орлов, - сейчас уже начинает светать.
- А это что за нора? - спросил Шустрыгин, показывая на пролом в стене, расположенный на высоте полуметра.