- Ой! - кряхтит обладатель пуза, глядя на своё отражение в луже.
- Ты мне ещё и на кофейной гуще погадай! - ворчу я, вскакивая, - ты просто какой-то ходячий хаос! - хватаю тряпку с раковины и бросаю ему. - Вытирай!
Толстяк пыхтит и пытается отпить горячий кофе из чашки (там ещё кое-что осталось), но обжигается и сидит, разинув пасть, как сом, выброшенный на берег.
Мне видно, что Бамбино явно не в своей тарелке. Этому жиртресту неудобно причинять другим неудобства! Чтож, от его смущения мне легче не становится...
- Ладно, - я сажусь на место и глотаю из своей чашки, - лужу можно вытереть. Но ты сам-то, как до такой жизни докатился?
- До какой? - колобок дует в чашку, пытаясь остудить её содержимое.
- Сам не замечаешь? - я смотрю на него, как на десятое чудо света.
- Да, вроде, всё как обычно... - бормочет толстяк и пробует кофе языком.
Удовлетворённый, он, заглатывает таблетку аспирина и запивает её.
- Каждый день с моста летаешь? - интересуюсь я.
- Ах, это! - водоплавающий хмурится и становится опять похожим на тыкву.
- Вот-вот, - замечаю я, - а то можно подумать, что это у тебя развлечение такое. С утра - шлёп с моста - все, значит, жизнь удалась!
Добродушный колобок дуется, что совершенно ему не к лицу. Если б эта груда сала всегда улыбалась, то была бы похожа на этакого добродушного Вини Пуха, всеобщего любимчика, а так... тыква тыквой!
Короче, сплошное недоразумение!
- Это потому, что я десять миллионов должен, - смущённо бубнит плюшевый.
- Ни хрена себе! - мне не остаётся ничего другого, как подпрыгнуть (вместе с табуреткой). - Десять миллионов! Да я в руках-то столько денег не держал!
- Я тоже, - мычит бугай, - да вот, проиграл.
Он задумчиво чешет репу, пока моя челюсть не спеша встаёт на место, и продолжает:
- Я их, конечно, не сразу проиграл. Так, раз за разом. Просто сумма все росла, росла и росла...
- Ну-у, ты игрок! - воплю я недоверчиво, - по тебе и не скажешь, что ты игроманьяк! Значит, играл и не наигрался?
- Ага.
- Тяжёлый случай. Тебе, парень, в психушку надо. Там, хоть, игровых автоматов нет.
- Тот мужик, - вздыхает мой собеседник, - которому я хочу позвонить, может дать мне такую сумму. Тем более что я ему должен всего пять.
- Пять миллионов! - я расплёскиваю остатки кофе по столу. Следом за кофе, туда же падает моя челюсть, - да ты точно псих! Сколько всего-то ты должен?
- Это всё, - колобок вздыхает, - слава Богу! Пятнадцать миллионов. Расплачусь и свободен.
- Вот веселуха! - я осматриваю стол, на котором кофе больше, чем в чашках, - где возьмёшь?
- Ну, у меня тоже кое-что есть... - тыква чешет лысину, - цветочный киоск, джип, квартира...
- Маловато, мне кажется...
- Да, лимонов на пять, максимум, тянет.
- А остальное? - я настолько впечатлён, что уже шепчу.
- Если ничего не придумаю, то свалю отсюда, - толстяк тоже переходит на шёпот, - прихвачу мать, подругу и уеду.
- Ну, ты влип, дружище!
Толстый вздыхает, его пузо вздыхает вместе с ним, и пустые чашки, звеня, подпрыгивают на столе.
- Тебе сейчас нужно сваливать! - я невольно проникаюсь к бедолаге сочувствием.
- Не выйдет, они уже сказали, что возьмутся за мать, - Бамбино пускает слезу, - быть может, они уже следят за ней!
- Да уж, - моя очередь вздыхать, - не думал, что человек добровольно может залезть в такую задницу! Чего тебе не хватало?
- Сам не знаю, - бормочет бомбовоз, размазывая слёзы по сальным щекам, - азарт напал...
- Да, пойми вас, игроманов!
Колобок протягивает руку и берёт со стола мой телефон.
- Номер вспомнил, - вдруг лыбится он.
В кухню врываются девчонки. Они уже одеты. Юбки и топики, всё микро и, вообще, одинаковое, не считая разных цветов.
- Кофе, кофе! - весело кричат они, - нам пора на работу!
Я ставлю на газ вторую порцию кофе и вытираю со стола.
- Видишь этих очаровательных крошек? - спрашиваю я у колобка.
Бамбино недоуменно смотрит на меня. Потом переводит взгляд на девчонок и сглатывает. Они хихикают.
- Видишь мою скромную квартиру? - развиваю я свою мысль.
Бомбовоз пытается меня понять, но я не жду его понимания, а просто продолжаю:
- Видишь лето за окном? Солнце, пляж, красоту природы?
- А - а... - непонимающе бормочет жиртрест.
Похоже, он думает, что я, подобно ему, распрощался со своим разумом.
- Всё, что ты видишь вокруг, - торжественно заявляю я, - это мой выбор. У меня есть всё, что нужно для счастливой жизни! И заметь, ни бизнеса, ни больших денег у меня нет. И за халявой я не гонюсь. Я просто беру то, что посылают мне небеса. Я счастлив тем, что у меня есть!
- Мы тоже тебя любим! - кричит Лика, бросаясь мне на шею.
- Несмотря на твою мегеру, - добавляет Вика, чмокая меня в щёку.
- Гм... - я, поперхнувшись, прочищаю горло. - Возможно, я немного перегнул. Всё-таки я, наверное, не совсем счастлив. Но неразделённая любовь - это, знаешь ли, не вспоротое брюхо!
- Ты прав, - Огромный опять пускает слезу, - но теперь ничего не вернуть.
- Кофе готов! - Вика, оказавшись у плиты, тут же берёт процесс в свои руки.
Через мгновение девчонки уже потягивают этот горячий опохмеляющий напиток.
- Не переживай, всё устроится! - Лика наполняется сочувствием и гладит толстяка по лысине.
Пострадавший чувствует прилив оптимизма, а она, резко отдёрнув руку, бормочет:
- Странное ощущение, будто по заднице гладишь!
- У меня есть предложение, - я опять активно участвую в общей дискуссии, - сейчас мы будем натягивать мои шмотки на нашего гостя. А кофе, тем временем, успеет немного остыть.
- Это, наверное, будет забавно, - Вика смотрит на меня, а потом на колобка, оценивая разницу между нами.
- О, устроим подиум! - радуется Лика и, вскочив, несётся в комнату.
Вика, сохраняя присущую ей грацию, отправляется следом. Я встаю, Бамбино следует моему примеру.
Стол, подцепленный пузом моего нового друга, решает встать вместе с нами и я ловлю его на лету, чтоб не опрокинулся.
Недопитое кофе девчонок тут же оказывается на поверхности стола, образовав новую лужу.
Я качаю головой, а толстый виновато бормочет:
- Я вытру.
- Твоё огромное пузо, наверняка, можно использовать и для чего-нибудь полезного, - говорю я, заходя в комнату.
- Для чего? - интересуется Огурец.
- Вместо барной стойки! - хихикает Вика.
Девчонки уже вовсю роются в шкафу, наводя бардак в моём гардеробе.
- Как боксёрскую грушу! - доносится из глубины шкафа голос Лики.
- Не советую, - толстый мычит, скорчив гримасу, - двое уже пытались сегодня.
- И что ты с ними сделал? - я с опаской взираю на гордого бегемота.
- Облевал! - воинственно заявляет слоноподобный, выпятив пузо. Ни дать, ни взять - настоящий Чингачгук!
- Наш мужик! - изрекаю я, хлопая бугая по плечу, - знаешь, друг, с каждой минутой я узнаю о тебе всё больше нового!
Я не могу сдержать улыбку и продолжаю славословия:
- И когда мне кажется, что большего идиота я в жизни не встречал, ты вдруг выдаёшь что-нибудь такое, что вновь наполняет меня гордостью за тебя!
Колобок, неуверенно улыбаясь, смотрит на меня. Видать, бедолага не совсем понял мой монолог, и не знает, гордиться ему или обижаться.
Но как раз вот тут-то я ничем не могу ему помочь. Потому, как и сам не совсем понял, что же такое я на самом деле сказал!
- Поворачивайся спиной! - командует Лика толстяку, и он выполняет её приказание.
Она прикладывает пиджак к плечам Необъятного сзади и вздыхает:
- В плечах подходит, но всё остальное у тебя настолько круглое, что прям, не знаю... Тебе нужен не костюм, а пододеяльник!
- Наш друг шьёт одежду под заказ, не так ли? - Вика выныривает из шкафа.
- Ага, - кивает довольный колобок, оказавшись в центре женского внимания.
Лика вешает пиджак на место и говорит:
- Даже и не знаю, что с ним делать. В простыню, что ли, завернуть?
Я чешу затылок и бормочу:
- Да, задачка...
- Ага, римский сенатор разгуливает по нашему городу! - Вика тоже ныряет в шкаф.
- Там у меня свободная футболка с рисунком есть. Белая, - вспоминаю я.
- А штаны? - доносится ликин голос из шкафа.
- Спортивный костюм, - предлагаю я.
- Точно! - кричит Лика и, через несколько секунд, девчонки извлекают из шкафа искомые вещи.
Толстяку тут же пришлось изображать из себя манекен: Вика спереди прикладывает к нему футболку, а Лика сзади куртку от спортивного костюма.
- Ну и как! - спрашивает Вика.
- В самый раз! - соглашается Лика.
Я одобрительно киваю.
- Трусы просохли? - Вика трогает объёмный зад здоровяка, - вот это попец!
- Ты там не увлекайся! - вопит на неё Вика.
- А что? - хихикает Лика не убирая руки от посадочной платформы бомбовоза.
Толстый краснеет, а я смеюсь.
- Прекрати гладить его задницу! - визжит Вика.
- Я просто... - мнётся Лика, - для ознакомления.
- У него сейчас трусы спереди лопнут! - верещит Вика, - где ты потом такие парашюты возьмёшь?!
- Ой! - Лика оставляет в покое зад бегемота, - а я думала ты ревнуешь.
- Девчонки, успокойтесь, - пытаюсь я унять своих бешеных фурий.
- Да всё в порядке! - смущённо бормочет толстячок.
- Я вижу, что у тебя всё в порядке! - ворчит Вика и запускает в него футболкой. - Одевай!
Колобок с усилием напяливает на её себя.
Выглядит мой друг очаровательно: белая ткань выгодно подчеркивает все его округлости, а на пузе располагается рисунок - улыбающийся колобок.
- О, двойной колобок! - радуюсь я, - я тебе её дарю! Выглядишь великолепно!
Девчонки соглашаются с моим вердиктом. Лика отдает бомбовозу спортивный костюм и идет закрывать шкаф.
- О-ёй! - бормочет она, заглядывая внутрь, - Дима, мы тут всё перевернули
немного. Совсем чуть-чуть.
- Ага, я и не сомневался! - я подмигиваю Вике, - вечером приберётесь.
- Значит, вечер всё-таки будет?! - радуется Лика.
- Конечно, будет, - я пожимаю плечами, - если мы переживём этот день.
- А что, разве что-то не так? - интересуется она.
- Конечно не так, глупая! - назидательно говорит Вика, - сегодня день огурца. И даже двух, как видишь!
- А что, классные у нас Огурчики, - Лика хихикает и подходит к толстяку.
Она треплет его по щеке и тот мгновенно краснеет.
- А ты ничего, дружок, - она ему улыбается, - весь такой кругленький!
- Ага, суперпупс! - вставляю я словечко.
- Что бывает, когда встречаются вещество и антивещество? - спрашивает Вика.
Ха, а вы думали, что мои девчонки такие глупые?!
Чёрта с два! Они у меня умницы!
- Взрыв! - отвечаю я Вике и мы, все трое, смотрим на неё.
- Вот-вот, - бормочет она, - большой трах-ба-бах!
- А может, большой трах-трах-трах?! - хихикает Лика, но никто на неё не обращает внимания.
- Вот и вы с ним, - Вика смотрит на меня, - две полные противоположности.
Я чешу репу.
Опять есть о чём задуматься!
Караул, одним словом!
В общем, не ходите, дети, в Африку гулять!
- Ладно, девчонки, шагайте на работу. Мы тут сами подумаем, что нам делать.
- Мы присутствуем при поворотном пункте человеческой истории! - зловеще шепчет Лика. - Огурец встречается с Огурцом и всем наступает Баклажан!
Мы все смеёмся, и Вика тащит её к выходу из квартиры.