- Куда уехал цирк!? - пропел Леонтьев.
Это не цирк уехал, а я из него уехал и вернулся домой, - ответил ему Родион. Он только что включил компьютер, нашёл составленный им самим сборник (для себя, так сказать) и включил случайный порядок воспроизведения мелодий. Ему нравился такой порядок - как гадание, какие мелодии выпадают - такой настрой и создаётся. Весь сборник подряд ему не удалось прослушать ещё ни разу - семь часов не шутка.
- Хорошее начало, - сказал Родион и отметил про себя, что разговаривает сам с собой.
- Плевать, - сказал он - Тем более что не с собой, а с компьютером, а он, как известно - интеллект. На столе лежали два старых путеводителя восьмидесятых годов: "Москва" и "Ленинград". Он протянул руку и начал листать "Москву".
- Ого, продолжил Родион свой монолог, - Музей-квартира Пушкина на Арбате - не был, усадьба Толстого - не был, могила Высоцкого - не был. Можно продолжать до бесконечности.
- Я московский озорной гуляка! По всему тверскому околотку! - отозвался компьютер есенинским стихом.
- Опять в тему! Хорошо. - Родион протянул руку к ежедневнику, лежавшему здесь же, и открыл его. - Интересно, сколько смен? Обана! Сегодня была тысяча первая ночь в магазине "Хо". Надо же так долго оставаться на одном месте! - он задумался - Тысяча и одна ночь дежурств. А Шахерезадой я всё-таки не стал. Хотя может, я стал Шахерезадом? - он похлопал себя по заду - Нет, скорее Шахерепузом. Это факт. Но ни одной сказки я ещё не сочинил. А ведь с детства мечтал написать какой-нибудь исторический или приключенческий роман. Мечты! А ведь даже несколько лет назад написал пять рассказов, которые напечатала одна местная газета ...
- Вот мне уж стало за тридцать, самое время мечтать, - подпел ему Юрий Лоза.
- Мужик знает что петь, - прокомментировал Родион. - Мечтал с детства стать писателем, а ещё хотел путешествовать по далёким городам и странам и открывать великие исторические тайны. Да, зрелость - пора разбившихся надежд. Но это, наверное, у всех. Или почти у всех. Ведь кто-то же добивается, прошибает лбом бетонные стены. Но ведь для этого же надо головой работать, а куда как проще кому-то подчиняться и скулить на судьбу. А я, что я сделал за тридцать лет жизни? - Родион задумался - Были мелкие удачи. Но большого успеха не было. Ничего значительного в жизни не произошло.
- Один говорил: "Наша жизнь - это поезд", другой говорил: "перрон" - отозвался Макаревич.
- О чём это он? - удивился Родион - выбивается из общей темы ...
- Один говорил: "Мы оба машинисты!", другой говорил "пассажиры" ...
- О, похоже, начинаю въезжать! Макаревич, молодец! - прокричал Родион.
- А первый кричал: "Куда хотим - туда едем, и можем, если надо свернуть!" Второй отвечал, что поезд проедет лишь там, где проложен путь.
- Вот это да! Столько информации в одной песне! Ну да, путь проложен!
Один для миллионов. Это дорога в рабство. А если ты машинист и сам рулишь своей жизнью, то свой путь найдёшь! Как в книге ... - Родион на работе недавно прочитал брошюру на тему "как добиться успеха" - Да, именно так было написано и там, только я не совсем въехал. Теперь, вроде бы, начинаю понимать. ... Заиграла "АВВА". "Happy New Year". Заголовок песни - это единственные слова, которые Родион понимал в этой композиции, тем не менее, настрой она ему давала превосходный.
- Замечательно, - сказал он - Новый Год в июле! Экзотично и великолепно! Так, о чём я? Ага, чего я добился в жизни? Ничего, мелочи не в счёт. Где я работаю сейчас? Сторож в магазине "Хо"! - он вспомнил утро на работе. - Девки занимаются чёртовыми сплетнями, а мужики дерутся как петухи! Петухи?! Ого, да это курятник! Одни птицы нелетающие там обитают! Я больше четырёх лет работаю смотрителем курятника? Вот веселуха!
Родион вздохнул.
- Тридцать лет и ни черта! Ни черта у меня нет! Нет, бежать! Надо срочно бежать из курятника! Бежать из курятника!
- На маленьком плоту, я тихо уплываю, - пропел Лоза.
- Нет, надо не тихо уплывать, а быстро улетать - сказал Родион - Хотя у меня сейчас есть только "плот", свитый из песен и слов? ... Слов? Да, слов. Надо всё-таки написать хоть что-то! Размечтался, - передразнил он себя - Вот если бы жизнь мне подбросила сюжетец. - Родион мечтательно поднял глаза к потолку, но, увидев там висящих раздавленных комаров, упал обратно на землю.
- Жизнь бы подбросила! Смех, да и только! Это во мне лень и инертность говорят! Авось прокатит! Отвратительная черта русского характера! А может и не только русского. Итак, не надо ждать подарков от жизни, надо взять их самому!
- Я пью до дна за тех, кто в море! - поддержал Родиона Андрей Макаревич. - Спасибо за поддержку, конечно, но вот вспоминаю,- откликнулся Родион - в детстве, когда я слышал эту песню, я всегда подпевал. Но подпевал неправильно. Там где пелось: "И лодки звались: "Вера", "Надежда", "Любовь", я пел: "И лодки ломались ..." и так далее. Может поэтому мои лодки всегда ломались? Может, поэтому я до сих пор никуда не уплыл? Ах, глупость! Давай будем теперь виноватых искать! А виноват я один! Вернее сказать - я даже не виноват. Чувство вины здесь ни при чём. Я просто сам ответственен за свою жизнь. Поэтому я сейчас здесь, а не там, где я мечтал быть двадцать лет назад. Мечтаю и сейчас. А чем отличается мечтатель от победителя?
В этот момент группа "Europe" заиграла свой "Финальный отсчёт".
- О, мощная песня. Даёт море энергии! - сказал Родион - Ага. Так чем отличается мечтатель от победителя? Вы скажете, что победитель не мечтает?! И будете не правы, фатально не правы! Все великие личности в истории человечества были неисправимыми мечтателями! Победители отличаются от мечтателей только одним - они действуют, они двигаются, ползут, идут, бегут, плывут, летят по направлению к СВОЕЙ МЕЧТЕ. Поэтому и мне, лентяю, придётся шевелиться что бы чего-то добиться! Может, я уже полжизни прожил, а может и больше, зарыв талант в землю. Пора его откопать! Родион встал, подошёл к зеркалу и посмотрел в глаза своему отражению. Под последние аккорды "Финального отсчёта" он поднял кулак перед собой и провозгласил:
- Я сделаю это!
Под окнами просигналила машина. Родион не обратил внимания. Сигнал раздался ещё раз. Родион, гипнотизируя собственное отражение, произнёс:
- Ну да, конечно, судьба пришла за мной и стучится в ворота!
Невидимая машина просигналила ещё. И ещё раз, уже настойчивее. Родион оторвался от зеркала и прошёл к окну на кухне.
- Ну, "Мазда", седан - сказал он, выглянув наружу - Ну и что? Ну, чёрная и что дальше? Не знаю я никого на такой машине! Судьба ошиблась дверью,- он отошёл от окна. Тут раздался свист снизу. А Родион, отметим, жил на четвёртом этаже. Такой прерывающийся свист. Несколько коротких отрывистых свистков. Вроде знакомый. Свист повторился. Будто кто-то, кто сидел до этого в машине, отчаявшись сигналить, вышел оттуда и начал свистеть. Такой знакомый свист, откуда-то издалека, может из юности, а может даже из детства. Свист затрагивал какую-то струну в душе, в глубине души, вызывая какие-то далёкие воспоминания. Свистун ещё раз издал резкую трель.
- Может и судьба, - пробормотал Родион, опрометью бросился в комнату и выскочил на балкон. Тут он наполовину свесился за перила и уставился вниз. Около "Мазды" стоял высокий солидный господин и продолжал свистеть. В пиджаке, галстуке, незнакомый. Но эту шевелюру Родион бы узнал из миллиона
- Серёга, мать твою за ногу! - закричал он что есть мочи. Ласточки, до этого кружившие над двором, с криками бросились в разные стороны.
- Родька, друг-поганка! - отозвался Серёга Палкин, друг детства, обладатель белой кудрявой шевелюры. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, затем Родион крикнул:
- Ну что встал, заходи! Через несколько секунд Серёга уже стоял у дверей. Родион открыл дверь. Они обнялись. Было произнесено традиционное:
- Сколько лет, сколько зим!
Серёга, как в юности, не развязывая шнурки, стащил дорогие туфли и прошёл в комнату.
- Девять, вот сколько! - сказал он - Девять лет, как я смотался из этого города.
- Чаю? - спросил Родион.
- Давай, ставь, я теперь издалека. Родион ушёл на кухню и крикнул оттуда:
- Откуда издалека?
- С Урала, - Серёга тоже притопал на кухню, - В Нижний ехал, да вот кратчайшая дорога из Казани на Чебоксары через Кокшайское кольцо идёт. А оказавшись в полтиннике километров от Йошкар-Олы, неожиданно сам для себя, повернул направо и поехал к тебе. Дай, думаю, навещу старого друга, а может и ещё кого знакомого встречу. Ты, я смотрю, живёшь всё здесь же.
- Да куда ж я денусь-то? - ответил Родион - Пока на свои апартаменты не заработал.
- А родители где у тебя? На пенсии ведь, небось.
- На пенсии, но продолжают работать. Так что, иногда и один бываю. До сих пор воспитывают, представляешь?
- На то и родители.
Родион разлил по чашкам чай. Поставил на стол печенье. Серёга глотнул, крякнул и сказал:
- Нормально, - оглядел кухню и добавил - как в старые времена. Тебе бы ремонт сделать.
- На чёрта он мне? Королевских особ в гости не принимаю. Да и разоришься с ним.
- Самому зато приятно.
- Да нет, мне-то как раз по барабану. Главное, чтоб чисто было.
- Как знаешь, - сказал Серёга - Чем занимаешься?
- Магазин охраняю, - ответил Родион,- Даже сторожу, скорее. По ночам я там. Уйму книг прочитал.
- Ну и как, помогло?
- Как сказать...
- Магазин-то, какой?
- Магазин "Хо" на площади Победы, напротив ДК Ленина.
- А знаю-знаю. Там ты значит, вроде он раньше по-другому назывался.
- А как же, назывался и по-другому. Только теперь никто не помнит как. Так что охраняю я этот курятник уже несколько лет.
- Почему курятник?
- Да потому что женский коллектив. Море баб разного размера и возраста.
- Это же классно! - Серёга похоже был рад за друга - И ты бороздишь весь этот океан удовольствия?
- Ну, ты сказал, - разочарованно ответил ему Родион, - Ты бы их услышал! Представь: половина замужем, вторая нет. Весь день первая половина перемывает косточки своим чудовищам, то есть мужьям. У них все мужики козлы и подонки. Вторая половина весь день обсуждает цены на шмотки, косметику, золото и прочую дребедень. Этих интересует только свой внешний вид и подарки от мужиков. Не раз слышал, как одна говорила другой: "Ничего не дарит? Тогда до свидания". И это так называемая прекрасная половина человечества.
- Гм! ... - кашлянул Сергей - М-да!!! Как всё запущено в твоём магазине. В твоей голове тоже полный бардак. Пора бы уже смириться с тем, что женщины такие, а не какие-то другие. И потом не все же такие?!
- В глубине души я верю в это, но ... - Родион замолчал.
- Что, но!? Тогда начни дарить кому-нибудь подарки. А то куда годится: тридцать лет и не женат!
- Да вроде бы есть одна в магазине, которая мне нравится, но ...
- Опять, но! Говори же!
- Такая невысокая, я бы даже сказал маленькая. Но мне нравится. Мне кажется, она не такая как они.
- Прекрасно. Вот ей мы и займёмся.
- Мы займёмся? - Родион подчеркнул "мы".
- Конечно мы! Ведь я же приехал, чтобы устроить твою судьбу.
- Ты только что сказал, что случайно завернул в Йошкар-Олу.
- Ну да, случайно. Тебя увидеть.
- Сам-то женат?
- С моей зарплатой мне женщин хватает.
- А сколь зарплата?
- Две тысячи баксов.
- У меня, - Родион посчитал в уме - в пятнадцать раз меньше.
- Ладно, одевайся, - сказал Сергей, вставая - Хочу посмотреть на город. Давно я здесь не был. Будешь моим экскурсоводом. Выходной сегодня?
- Ага.