Телефонный звонок прервал дневную дремоту Сергея.
-- Алло.
-- Привет, Серёга!
-- Привет!
-- Я тебя не отвлекаю?
-- Да нет. Я тут под капельницей лежу.
-- Под какой капельницей? Я не понял, что-то случилось?
-- Сотрясение мозга у меня...
-- Что, упал или на машине?
-- Ну, как-то так, что и не то, и не другое... Хотя упал из-под машины.
-- Ты под машину, что ль попал?
-- Примерно так.
-- Сильное сотрясение? Давно попал? Что медики говорят?
-- Дней пять назад. Говорят, не меньше недели, может дней десять придётся полежать, как пойдёт.
-- А я хотел тебя с апрельским теплом поздравить. Собственно поздравляю! Собираюсь приехать к вам на охоту.
-- Приезжай, всегда рады.
-- Ты поправляйся. У меня-то сотрясений никогда не было, я не в курсе, что это за хрень такая. Капельницы, лежать две недели, -- здорово тебя, наверное, шибануло!?
-- Да, прилично.
-- Хорошо, что живой остался, и все кости целы. Что за козёл-то сбил тебя? Пьяный был? Его арестовали?
-- Водила тут ни при чём. Нормальный мужик, тормозил, как мог.
-- Ну, ни сам же ты под колёса к нему прыгнул? Ты ж не идиот!
-- "Идиот", говоришь? Смешно... Тут медсестра ко мне пришла...
-- Ладно, не буду тебя отвлекать. Отдыхай, поправляйся. Если что-то надо, звони не стесняйся.
-- Хорошо. Давай сам приезжай на охоту, а я уж поправлюсь.
-- Ну, пока, Серёга, поправляйся!
-- Пока.
Сергей отключил телефон. Посмотрел на капельницу, та монотонно заканчивала отсчитывать ему лекарственный препарат. Медсестра, не дожидаясь полного опустошения ёмкости, отсоединила трубку от катетера.
""Идиот", -- всплыло у Сергея в памяти, -- да, именно так орала та чеканутая мамаша". Он, закрыв глаза, вспоминая тот день.
Утром приехал на работу на машине. Среда всегда нравилась Сергею, потому что была экватором рабочей недели. Ему, к сожалению, приходилось трудиться не по призванию или велению сердца, а попросту зарабатывать деньги на жизнь. Вот и считал он дни от выходных до выходных. После среды наступали предпоследний четверг и финишная пятница. День прошёл в обычном рутинном режиме. Завершив его, Сергей вышел на улицу. Через дорогу, за перекрёстком, его терпеливо ждал старенький, но исправный и ухоженный автомобиль. Он подошёл к перекрёстку, остановился, глядя на красного человечка над пешеходным переходом. Напротив него в ожидании зелёного сигнала светофора стояли две "новоиспечённые" мамаши. Одна держала своего ребёнка за руку, другая стояла с коляской. Сергей видел, как они, встретившись у этого наземного перехода сразу принявшись что-то активно обсуждать. Девушка с коляской достала свой мобильный телефон, видимо хвастаясь перед подружкой новыми фотографиями любимого чада или самим гаджетом.
Коляска, оставленная без присмотра, качнувшись, медленно покатилась с тротуара к проезжей части.
-- Эй, дамочки! -- крикнул им Сергей через дорогу, заметив это движение, -- мамаши! Мать вашу!
Женщины не реагировали.
Быстро бросив взгляд по сторонам, Сергей увидел приближающийся поток машин. "Если бы только была одна машина, -- мелькнуло в его голове, -- она могла бы свернуть, а этим некуда, -- поток". Он кинулся вперёд, видя, слыша, чувствуя приближение машин. Визг тормозов, крик ужаса мамаш... В прыжке, он вытолкнул неуправляемую, набирающую ход, катящуюся ему навстречу коляску. В то же мгновение, Сергей получил сильный удар в живот от легковой машины. Отлетев в сторону, он ударился головой об асфальт. Удар пришёлся на затылок. Пытаясь приподняться, он отыскал взглядом коляску. Она лежала на боку, а истеричная мамаша с плачущим ребёнком на руках орала: "Идиот"! Брань явно была направлена в его адрес. "Ну, если ребёнок плачет, значит, жив, всё в порядке, -- подумал Сергей и потерял сознание".
Очнулся он в машине "скорой помощи". Медики измеряли ему давление. Несколько вопросов о болях в теле, укол, и машина поехала в больницу.
Тошнота отступила. Головокружений нет, если не делать резких движений. Какие резкие движения в больнице?
"Руки, ноги целы, голова на месте. Скоро должны выписать, а значит, встретимся с друзьями не только в часы больничных посещений, но и на охоте".