Минули времена, когда печатная машинка была если не музой, то верной служанкой пишущих, - теперь она, или то, что скрывается за ней, говорит и познаёт себя через пишущего. Раньше начинающий мог, дожидаясь писателя, справиться у его жены:
- Простите, - а где это ваш муж так долго пропадает?
И мог получить ответ:
- Вы знаете, он пошёл посрать, - да, видно, запечатался...
Запечатался могло означать: совсем пропал.
Однако писатель когда-нибудь и появлялся и, глядя то мимо, то поверх начинающего, справлялся о его имени, потом замирал и, судя по горящим глазам, рассматривающим грудь начинающего или восточные орнаменты на ковре, пребывал некоторое время в совершенно другом месте, наконец замечал начинающего и с любопытством спрашивал, как того зовут...
Теперь начинающий и не спрашивает, куда пропал писатель, а следует по стопам писателя в направлении его жены, - а именно: исследует, преследует и наследует, - и если и спрашивает о писателе, то так:
- Милая, когда вы в последний раз видели нашего засранца?
И в ответ слышит:
- Милый, не смущайтесь!... Если он здесь когда-нибудь появится, то всё равно ничего не заметит, - будет ходить из угла в угол, печатая шаг, и обдумывать написанное, а потом бросится вон, - можете догадаться куда, - и, как всегда, запечатается...