Минует эпоха, кончается музыка,
осев на вещах серебристой пыльцой.
И нам остается лишь дырка от бублика,
фрагмент черно-белый да сон цифровой.
Мы слушаем их, как в замочную скважину
снесенного в Гарлеме особняка.
И в наших 'бананах' фонит что-то важное,
мешая сорваться на клич дурака,
хилять за попсовою дудкой к расселине,
где буйно раскинулся чертополох,
и спрятаны судьбы хозяев и челяди,
где мухи и штым, словно мамонт издох...
Считалочка блаженства
'Блажен незлобивый поэт'
Некрасов
Блажен болван, блажен эстет,
блажен незлобивый поэт,
торчащий от себя в искусстве.
Блажен трепло и пустоцвет,
и Нобелевский комитет,
в зеленой найденный капусте.
Блажен их смелый хоровод,
который города берет.
Блажен читатель без мозгов,
пригревший на груди врагов
и не звереющий от боли.
Блажен поклонник ерунды
без обоняния беды,
блаженны шизики на воле.
Блаженна белка в колесе,
ООН, и НАТО, и ПАСЕ.
Блаженны кобеля в Крыму,
и девки с тортом на дому,
фашисты за рулем на трассе.
Налево сплюнувшие страх,
в гламурном креме вертопрах,
но лишь не при последнем часе.
Кто понял сбивчивый мой бред,
в том страшного блаженства нет!
Коллегам
Да будет проклята гордыня!
Нагнемся под епитрахиль.
Коль в сердце подлая твердыня,
лишь покаянье вкус и стиль.
А все поклонницы - поклоны.
'Помилуй и спаси' рефрен.
Не соловьи мы, нет, вороны,
крикливо множащие тлен.
Ну да, вы кривитесь надменно,
вращая пальцем у виска...
'Ты царь' - прав Пушкин, несомненно.
Но замки все же из песка.
Разрегистрация
Христианином я хотел бы умереть,
а не лукавым рифмоплетом.
Тошнит от слов. Саднит грудная клеть.
В Содоме бродит совесть грустным Лотом.
Мой брат-близнец, лирический герой,
ты процветаешь, я иду на плаху!
Ты плод грызешь греховный, налитой,
я долго вслед гляжу монаху.
Ты веришь в дар. Нередко сам себя
паяцем вижу посреди арены.
Глумливо кланяюсь, позор любя...
Разрегистрацией шуту вскрыть вены?..
ККП
В Клубе Кукушек и Петухов
нынче росистое утро.
Спрыгнув с насестов, поев пирогов,
дунув на перышки пудрой,
патокой смазав щедро гортань,
чешут к заветному дубу,
где начинают плести филигрань
лести, любезной их Клубу.
- 'Как изумительны ваши стихи!'
- 'Ваши не менее, честно'.
- 'Правда ведь, мы не творцы чепухи?'
- 'Это и дятлу известно'.
- 'Лирика ваша пронзила меня!'
- 'Пишете, как сотня Данте'.