Если скажу, что никогда не представлял маму в своих эротических фантазиях, значит обману. Конечно, еще в юношеском возрасте, когда я и голых женщин-то видел только на картинках, мамино тело очень привлекало меня, особенно, если удавалось рассмотреть в какой-нибудь удачный момент краешек ее соска или декольте. Особенно мне нравилось наблюдать, когда она наклонялась и ее грудь отвисала вниз, а грудь у нее солидного размера, или когда она мыла полы, а тонкая ткань халата или шорт плотно обтягивала ее хорошенькую попку.
После неудачного полугодовалого сожительства с девушкой, которая оказалась капризной и избалованной родителями стервой, я вернулся домой, и мама была на седьмом небе от счастья.
Буквально через пару дней мы поехали с мамой на Черное море отдыхать, где провели классную неделю. Нет, это не была неделя жаркого секса, как обычно пишут в рассказах на этом сайте, мы просто стали понимать друг друга еще лучше и незаметно для нас обоих стали лучшими друзьями, чего раньше не было. Но теперь этот момент настал.
Мне двадцать семь лет, а маме под полтинник. Конечно она уже не фотомодель с глянцевой кожей, а на ее лице есть морщинки, да и фигура в целом выглядит неплохо, но понятно, что под тканью одежды она тоже не безупречна. Но этого мне и хотелось в последнее время. Я понимал, что время будет делать свое дело, поэтому мне хотелось застать хоть немного ее красоты, увидеть ее воочию. Наша какая-то юношеская дружба не стояла на месте, а совершенствовалась, открывая друг другу какие-то потаенные тайны, желания. Так, в один их дней, когда мы лежали на пляже, мама захотела на нудистский пляж позагорать топлес. Я сначала заерзал и стал отгонять от себя мысли, которые говорили мне, что это шанс, который ты хотел использовать, как-то съежился, почувствовал себя дискомфортно, ведь одно дело грешить в мыслях, а другое дело способствовать этому и допускать возможность в реальности. Мама почувствовала мое стеснение и неуверенность и отклонила предложение, но через минуту я уже согласился с ней.
- Ну, ладно, пойдем, ты же хочешь.
- Тем более, что я тебе там нового покажу. Хотя, только отпугивать буду людей от пляжа.
- Мам, не мели чепухи, идем.
И мы с мамой весело побрели за поворот, куда уходил берег.
Мама, не без стеснения и не без озирания по сторонам, шла на пляж. Я думаю, что она в последний момент и сама была не рада своей прихоти, но когда за поворотом показался длинный дикий и безлюдный пляж, она немного успокоилась.
- Давай дальше зайдем, не хочу, чтобы на нас глазели и мешали.
- На нас?
- А ты как думал? Ты решил, что я буду перед тобой голая шнырять? Нет, миленький, тебе тоже придется снять плавочки и составить маме компанию.
Мама у меня достаточно веселая и современная, она никогда не стесняется в выражениях и говорит все прямо - в лоб.
Я согласился с мамой. Шли мы еще несколько минут и забрели далеко, так что места, откуда мы пришли, даже не было видно.
- Вот здесь хорошо, кустики, давай здесь приземлимся, - сказала мама.
- Давай.
Мама, не спеша раздевалась, отвернувшись от меня и став ко мне спиной.
- Интересно, пришла на дикий пляж, сейчас будешь голая, и все равно отвернулась, - сказал я.
Мама рассмеялась, скорее всего со своей выходки и повернулась ко мне лицом. Она была уже абсолютно голая.
Я тоже разделся, снял плавки и теперь мой дружок болтался между ног.
Мама скользнула по мне взглядом, потом ниже пояса. Заулыбалась и медленно пошла в воду. Я же в упор смотрел на нее, пожирал глазами. Вот она природная красота, высокая взрослая женщина, с полной грудью, слегка свисающей, с большими темными сосками, небольшой животик, который обычно превращался в складку, когда мама садилась, и еще выбритый лобок, внизу которого была кисточка черных волос. Вот так моя длинноволосая мама-блондинка заходила в воду: грациозно, виляя кругленькими бедрами.
Мама долго плавала, купалась, как в эротическом фильме проводила по груди руками, сгоняя воду с кожи.
Фантазии резко ударили в голову и член стал подниматься, я постарался быстро погасить этот мысленный пожар и отогнал от себя пошлые мысли. Член снова расслабился и улегся.
Мама вышла из воды и легла рядом. Похоже, она привыкла к нашей наготе и теперь мы вместе вели отвлеченные разговоры, хотя иногда она скользила глазами по мне, среднего телосложения парню со средненьким членом и как-то странно облизывала губы.
- Ну, как я тебе, не сильно страшная? - спросила мама.
- Хватит тебе, ты у меня такая красивая, я и не мог мечтать, что увижу тебя голой.
- Но хотел же?
- Ну, отрицать не буду.
Мама заулыбалсь. Похоже, она была готова услышать такой ответ и даже рада была его услышать.
Дальше мы уже разговаривали на темы, которые подкидывала мам. Все они были довольно пикантные и это слегка заводило меня, даже член начал вставать.
- Ты у меня веселая, но то, что такая откровенная, я даже и не думал.
- А тебе это не нравится или ты стесняешься меня?
- Мне это даже нравится, - громко и весело сказал я, чмокнул маму в губы, шлепнул по заднице и побежал в воду, размахивая торчащим членом.
Я решил идти ва-банк. Чему быть того не миновать. Или на маму накатили какие-то фантазии или она просто стебается с меня, но я в любом случае решил по-заигрывать с ней, она же ведь тоже женщина, а дальше посмотрим, что из этого получится, тем более, что секса у меня не было уже неделю, а спермотоксикоз толкал на разные приключения, пусть даже не очень правильные.
Мама не стала загорать в одиночестве и побежала за мной.
- Сейчас я тебе догоню и ты у меня получишь, - кричала мама на весь пляж, забегая в воду.
Забегала она красиво, ее груди разлетались в разные стороны, а мокрые волосы хлестали ее по лицу и шее.
Мама забежала в воду и бросилась на меня, повалила в воду и мы стали бороться.
Мама прижимала меня к себе и пыталась завалить в воду. Вскоре мы устали, насмеялись, навеселились и вышли на берег. Мама улеглась и продолжила загорать, а я взял маску и пошел изучать подводный мир.
Когда я вышел из воды, мама спала на спине, расставив ноги, так что ее писечка была вся видна. Такой маленький персик, прикрытый внешними половыми губами, розовый и аппетитный.
- Ма, - тихо сказал я.
- Ау?
- Давай я тебя пофоткаю, ты такая сексуальная.
- Давай.
Я пофотографировал маму, а она с удовольствием по-позировала, отойдя ото сна.
Мы долго были на пляже: загорали, купались, веселились, в общем, мы классно провели. У меня даже пропало ощущение того, что рядом была моя мама. Я как будто проводил время со своей девушкой: не было никаких комплексов, они полностью исчезли. Мама тоже радовала, она была такой веселой и непринужденной, легкой.
- Ты мне не как сын, а как парень. Я себя ощущаю легкой такой, восемнадцатилетней девушкой.
- Ты читаешь мои мысли. Я вот только думал, что ты мне как девушка, а не мама.
- Просто Женя.
- Что?
- Ну, называй меня просто Женей.
- Можно?
- Нет, я с тобой шучу, - мама громко засмеялась.
- Тогда я тебе просто Саша.
- Хорошо, - мама опять залилась хохотом.
- Как-то странно называть тебя не "мама".
- Ну, как хочешь, я предложила, а там сам решай.
- Хорошо, Женя.
Вареные, уставшие, мы еле приползли домой, искупались. Сначала я, а потом мама, которая вышла из ванной голая.
- Опа, - сказал я.
- А что уже стесняться?
- И то правда, уже нечего.
- Ты можешь в трусах ходить, если хочешь, а я так. Еще не остыла.
Мы пообедали и выпили по бокалу холодного вина, после чего пошли спать.
- Ложись со мной.
Мы легли с мамой на кровать. Мама положила голову мне на плечо и заснула. Я отключился следом.
Проснулся я от того, что мама резко встала и побежала куда-то. Вернулась она минут через пятнадцать
- Что с тобой.
- Ничего. Месячные начались. Еще идут, в моем возрасте.
- А-а, что там твоего возраста. Ложись.
Мама вернулась в исходную позицию.
У меня как-то отлегло, а то я решил, что сегодня придется заниматься с мамой сексом, ведь к этому все шло, а мне этого пока не хотелось. Я еще морально не созрел. Но все, что ни делается, все к лучшему.
Когда стемнело, мы пошли с мамой на море, взяли пиво и сели на пляже. Мама прижалась ко мне, одетая в спортивную куртку - стало холодать. Мы сидели очень долго, я прижимал маму к себе, а она рассказывала мне о работе, о подругах - как-то открывалась мне, вводила в курс своих личных дел, жаловалась, что никого у нее нет (в плане мужчины), что ей так меня не хватало.
- Ну, я теперь с тобой.
- Ага, надолго?
- Не спеши, я только вернулся домой, а ты уже пытаешься от меня избавиться.
- Не пытаюсь, оставайся сколько нужно. А нужно долго, - мама заулыбалась.
- Девочка ты моя, - хмель ударил в голову и я полез целоваться к маме.
Мама ответила взаимностью. Она улеглась спиной на песок и я крепко придавил ее к земле, стал страстно целовать.
- Блядь, эта течка, если бы ее не было, - мама прервала свою речь и впилась мне в губы своими губами, кусая мой язык и поглаживая меня в паху через спортивные брюки.
- Какая похотливая у меня Женя, материшься.
- Извини, милый.
- Ничего, мне нравится. Так стирается грань.
- Тогда пусть будет так.
Я откинул полу куртки, стянул с маминой груди футболку и стал целовать ее соски. Мама тихо застонала, закрыв глаза. Было полнолуние и все было видно. Недалеко проходили люди и я заметил, как они стали приближаться, чтоб рассмотреть, что здесь происходит.
- Помочь? - спросил парень, рядом с которым был еще друг.
- Неа, спасибо, справлюсь, - ответил я.
Ребята засмеялись и сразу же отошли от зрелища.
Мама тоже рассмеялась.
- Пошли домой, а то уже холодно на песке лежать, - сказала она.
- Пошли.
Я держал маму за талию и мы не спеша плелись домой.
Укрывшись теплой простыней, мы, слегка промерзшие прижались друг к другу.
Мама шептала мне нежные слова, а я довольный улыбался ей. Потом мама засунула руку мне в трусы и стала массировать член.
- У, мам, не стоит, у тебя дни.
- А рот мне зачем?
Мама юркнула под простынь, быстро стянула с меня трусы и медленно взяла головку в горячий ротик.
- Ух, какая ты быстрая.
- Да, я такая.
- Ну, ладно не говори ничего, а продолжай начатое.
Мама притихла и стала медленно сосать.
Классный был минет, тем более, что давно уже хотелось погрузить своего мальчика кому-нибудь в рот.
Без лишних слов, долго и качественно мама сосала, проявляя свое мастерство. Это было действительно мастерски. Она сосала очень долго. Реально долго. Обычно в этих ситуациях девушки жалуются на то, что у них не шевелится рот, устали язык и губы, а мама отдавалась полностью. Меня уже начало бесить, что я не могу кончить, но потом мама стала слегка помогать себе рукой и через некоторое время я начал кончать. Мама глотала жадно и долго. Похоже, что и сперма перестала стрелять ей в рот, но она высасывала из меня все, казалось, что сейчас высосет и яйца, которые от такого давления вылезут через отверстие в головке члена.
Мама закончила и вылезла из-под простыни, прижалась ко мне.
- Спасибо, - сказал я.
- Не за что мне говорить спасибо, понял? Я тоже это люблю и хотела этого.
- Хорошо.
- Спи. - Мама поцеловала меня легонько в губы и обняла.
На следующий день мама была какая-то серьезная, я называл ее мамой и она не была против. Я решил, что она подумала и решила, что сделала что-то неправильно, поэтому я не затрагивал темы близких отношений.
Мы приехали домой и мама стала готовиться к корпоративу: сходила в парикмахерскую, принарядилась. Вечером следующего дня я сидел за компьютером и тупо смотрел в монитор, а мама наряжалась к празднику.
- Ну, как? - мама вошла в мою комнату.
- Класссс! - у меня челюсть отвисла.
Мама стояла в дверях в красном платье с глубоким декольте. Платье прятало все ее недостатки, делая фигуру идеальной. Короткая челка, длинная коса, туфли на шпильке, черные чулки или колготки, я не знал, но выглядела мама эффектно.
Мама подошла ко мне, наклонилась и прошептала на ухо:
- Заберешь меня вечером?
- А я думал, что все - прошло, - сказал я весело, поняв, что все возвращается в прежнее русло.
- Должна же быть в девушке тайна. А когда из девушки течет кровь из пизды, то ей в эти дни ничего не хочется.
- Я понял. Заеду.
- Буду ждать, - и мама поцеловала меня губами, которые были накрашены красной ароматной помадой.
Член мой рвался наружу. Я достал его и с разгону вставил маме. Она еле сдержала стон, но напряглась и изогнулась так странно, как подстреленная дичь.
Через секунду она стала бормотать что-то бессвязное, а я стал неистово вгонять в нее свое достоинство. Хлюпанье и шлепки моих яиц звонко разносились по посадке и терялись между деревьями, а мама тяжело дышала, впиваясь французским маникюром в кожаную обшивку заднего дивана. Я чувствовал как мамины выделения текли по моим яйцам, капали на сидение. Долгий и страстный секс накалял салон в машине, стекла запотели, а мама грязно ругалась и просила еще.
- О, давай, сынок, трахни свою маму-шлюху, выеби меня, как подзаборную. Глубже, давай. Хорошо. Ах-х-х-х, а-а-а.
Я был готов взорваться от кипения во мне всего, что я чувствовал к этой женщине. Это была смесь сыновьей любви со страстью во время секса с разговорчивой проституткой, это была любовь парня к своей девушке, смешанная с похотливым желанием трахнуть свою мать.
- Ты хороша, шлюха.
- Да, мне это нравится. Еще, говори.
- Шлюшке нравится слушать, как ее сынок ее любит?
- Ага.
- Тогда слушай, моя подстилка, голимая соска-минетчица.
- Слушаю.
Дыханье мое сперло и я стал кончать в маму.
- Вовремя, - простонала мама и стала кончать вместе со мной.
Я был страшно рад и удивлен, что мы кончали вместе. Я боялся не удовлетворить мать, боялся быть перед ней неопытным пацаном, который кончил через минуту, но к моей радости сложилось все с точностью наоборот и теперь мы кончали вместе, а маму корчило от оргазма, который был у нее давно.
Из маминого влагалища вытекала моя сперма и капала на сидение. Мама не могла устоять на месте, она упиралась головой в спинку сидения и передвигала руки по сидению., вымазывая ладони в мое семя, подскальзываясь и вновь упираясь лицом в спинку сидения.
Мама пыталась укусить обшивку, но гладко натянутая кожа не давала ей этого сделать.
Мама сползла с члена и плюхнулась на диван, спиной и жопой прямо в то место, где уже образовалась лужица от моих обильных выделений.
Мама вульгарно раздвинула ноги, закинув одну на спинку.
- Выебал так выебал, - сказала она и провела ладонью по скользкому и еще возбужденному члену, - Ух, еще стоит.
- Да, - выдохнул я и осел на пол.
Ноги мои тряслись от напряжения, руки тоже, брюки были опущены до колен, а яйца теперь лежали на полу машины.
Я потянулся и взял пачку сигарет.
- И мне дай, - попросила мама.
- Держи.
Мы покурили и я стал натягивать брюки.
- Я так полежу, - сказала мама и осталась в той же позе.
- Без проблем.
Я сложил сидения и сел в машину. В салоне висел тяжелый запах алкоголя. Мама лежала в той же позе. Всю дорогу домой я смотрел в зеркало заднего вида и снова возбуждался. Мама опустила ногу, которая была на спинке, поставила ее на сидение и согнула в колене, слегка повернувшись ко мне. Я видел все ее гениталии, ее мокрое, грязное платье, чулки, ножки в красивых туфельках на высоченной шпильке.
- Чтоб всегда так выглядела.
- Хорошо, милый. Буду. Для тебя буду.
Карман в рубашке промок от маминых трусиков и теперь мокрое пятно расплылось по белой ткани.
От гаража до подъезда было пять минут ходьбы. Мы шли с мамой медленно, я держал ее за талию, все платье было в сперме и еще влажное. Это было так сексуально.
- Мне понравилось, - мама нарушила молчание.
- Мне тоже. Ты - просто супер.
Мама остановилась и развернула меня к себе, а потом присосалась к моим губам. Было около трех ночи, черная ночь, и только фонарь вдалеке напоминал, что мы находимся на улице, иначе можно было подумать, что город вымер - в окнах не горел свет, а в воздухе царила мертвецкая тишина.
- Ты такой сладкий, - прошептала мама.
- А ты такая ароматная.
Мы пошли дальше.
Лифт медленно поднимал нас на пятнадцатый этаж. Я смотрел на маму и мне хотелось сделать что-то невероятное.
Я грубо схватил маму за косу и дернул ее. Мама запрокинула голову и я впился в ее губы, прижав к стенке лифта.
- Нажми на "Стоп", - сказала она задыхаясь от желания.
Я нажал блестящую кнопку и лифт остановился. Мама расстегивала мои брюки, а я грубо задирал ее платье, чтобы вновь вернуть свой член в ее горячее и влажное лоно. Глухие стуки разносились по все шахте лифта, когда мама, крепко обняв меня своими сильными красивыми ногами, принимала внутрь мой твердый член.
- Сиськи, пососи их, они так хотят, - стонала мама.
Я резко дернул ткань платья на декольте, и передо мной предстала пышная грудь в дорогом бюстгальтере с вылезающими через край кружевной ткани коричневыми краешками сосков. Еще одно движение и перепонка между чашечками была разорвана, и бюстгальтер беспомощно распахнулся, повис на бретельках, выпустив наружу две огромные сиськи. Я кусал их, кусал соски. Мама стонала не то от боли, не то от желания, ерзая задницей по гладкой стенке лифта, вверх и вниз.
Я снова кончал, выпуская в маму свое семя. Мама повисла у меня на шее, сморщившись, как будто она терпела сильную боль, которая вот-вот должна закончиться. Ее тело сползло на пол лифта, а я, тяжело дыша, уперся лицом в стенку лифта.
- Это пиздец какой-то, - сказала мама, сидя голой задницей на холодном полу с раздвинутыми ногами, а перед ней болтался мой испачканный член, - Мне хочется все больше и больше, и я не знаю, что мне делать, - мама взяла в рот мой член и стала обсасывать все, что на нем осталось.
Кое-как собравшись с силами, мы натянули на себя одежду и поднялись к квартире.
После душа мы рухнули на кровать и обнялись под шелковой простыней.
- Ты такая красивая, без косметики тебе так хорошо, - сказал я смотря в глаза маме, как только мы проснулись.
- Да ну тебе, не смеши, - настроение у мамы было отменное, она первая выпорхнула из-под простыни и отправилась в ванную.
По квартире были разбросаны наши вещи, мамин разорванный лифчик, туфли начинавшее расползаться чулки.
После кофе я поехал на мойку, чтобы помыть машину и привести в порядок салон.
По дороге домой у меня уже встал. Я ждал момента, когда буду дома и мама меня встретит.
- Жень, я дома.
- Иду, милый. Иди в гостиную и приготовься.
Я пришел вовремя. Мама вошла в зал. Она была одета в коричневую школьную форму советских времен, две косички с бантиками, белые гольфы и туфли на шпильке.
- Александр Андреевич, вызывали? Я Бессонова.
- Вызывал, - я сразу вошел в роль.
- Я пришла.
- Я вижу. Бессонова, Женечка, а что у нас с географией? Почему я должен выслушивать от Тамары Петровны жалобы на вашу неготовность.
- Я просто была не готова, - мама стояла, водя носком по полу.
- Не готова. Это двойка. И что будем делать? - строго спросил я.
- Не знаю.
- Наверное, вызову родителей в школу, - строго сказал я.
- Ой, нет, только не родителей, - взмолилась мама.
- И... Ваше предложение.
- Мое предложение такое, - мама подошла ко мне и повернулась задом, нагнулась и задрала подол платья.
На ней были белые хлопковые трусы.
- Бессонова, - зло сказал я.
- Да, Александр Андреевич.
- Что это? Что ты делаешь?
- Это моя жопа, Александр Андреевич. Я хочу чтобы вы ее потрогали.
Мама отодвинула край ткани и широко раздвинула ноги.
- Бессонова, у вас анус как у малолетней девочки. Он такой невинный, светло-коричневый.
- Да, Александр Андреевич.
- То есть ты хочешь сказать, что тебя не ебали в жопу?
- Ебали, - скромно сказала мама, - два раза, но мне не понравилось. Я бы хотела, чтобы вы попробовали.
- Ты думаешь, что тебе теперь понравится?
- Да.
- Снимай, - сказал я властно.
Мама медленно снимала трусы, выпятив зад навстречу мне, представив на мое обозрение свой действительно нетронутый и какой-то девственный анус, идеально гладкий и невинный.
Я взял маму за бедра и придвинул к себе, а потом стал вылизывать ей анус. Я делал это медленно с наслаждением. Теперь отверстие медленно стало поддаваться и кончик языка медленно проникал внутрь, раздвигая мышечное колечко.
- Возьмите меня, Александр Андреевич, прямо туда.
Я встал и достал твердый член, приставил его к анусу и стал медленно надавливать. Головка провалилась внутрь горячего отверстия, член вошел полностью.
Я двигался медленно, чтобы мама привыкла к члену в своей попке.
- Вы хороша, Бессонова. Вы самая крутая давалка, которую я встречал в нашей школе.
- Спасибо.
Я разогнался. Теперь задница мамы свободно принимала мой член, он свободно скользил в ее анусе.
Мама тяжело дышала.
- А знаете, Александр Андреевич, мне нравится. В первый раз мне действительно нравится.
- Я рад, Бессонова.
Я развернул маму, чтобы она оперлась руками на диван. Картина была шикарная. Мама стояла в гостиной в школьной форме, на шпильках, в гольфах, с бантиками, а я беспощадно драл ее в зад. Кольцо ануса принимало меня в себя, растягиваясь и вытягиваясь, натянутое на член, плотно облегало его и тянулось за ним, когда тот выходил из дырочки.
Мама не переставая стонала, натирая свой клитор и вгоняя пальцы в свое влагалище. Я держал ее за бедра и резко вгонял в ее анус член.
Мама орала, как сумасшедшая.
- Сука, это анальный оргазм, - визжала она.
Я был поражен. Столько раз мы кончали вместе. О таком я не мог и мечтать, а теперь еще и анальный оргазм. Я кончал, а сам думал, что мама придумает завтра.
Я вытащил член из мамы и еще некоторое время любовался ее алой дыркой в заднице. Мама терпеливо стояла.
- Сына, можно сесть? Я не могу стоять.
- Конечно.
Мама легла на диван. Ее ноги страшно тряслись.
- Все хорошо?
- Да, - заулыбалась она, - Все отлично, это просто от перенапряжения.
Я обнял маму.
После отдыха мы пошли к друзьям на день рождения. Мне было смешно смотреть на приглашенных мужчин, которые старательно обхаживали маму, которая ворковала с ними. Я понимал, что она издевается над ними, а в мыслях уже лежит передо мной с раздвинутыми ногами. Это как самый легкий и культурный вариант.
Мы сидели рядом с мамой за столом. Мама, незаметно для всех положила мою руку себе между ног. Она была без трусиков. Я засунул палец ей во влагалище, но там ничего.
Пока все рассмеялись с какой-то шутки, мама наклонилась к моему уху.
- Она весь вечер ждет только тебя.
- А где трусики?
- А я их и не одевала.
- Ты шлюха.
- Спасибо.
Шум затих и мы опять стали вникать в суть разговора.
Когда я с мамой выходил покурить на лестничную клетку, за нами увязался один кавалер. Дверь в квартиру закрылась, а по подъезду пронесся сквозняк, и мамино тонкое платье с широкой юбкой взлетело вверх, обнажив ее зад. Мама рефлекторно одернула его. Потенциальный жених чуть дар речи не потерял. Он дернул меня за руку и тихо сказал:
- Паренек, дай мы с твоей мамой покурим, а ты потом.
Мама поняла смысл беседы и подмигнула мне, мол, все нормально. Я вернулся в квартиру.
Мама вернулась с товарищем минут через двадцать. Она была весела, а вот он нет.
Когда праздник закончился, мы вызвали такси, попрощались со всеми и сели в машину.
- Прогуляемся по парку? - спросила мама.
- Конечно, - и я сказал таксисту, где нам нужно остановить.
Мы вышли из машины, до дома нужно было идти еще минут двадцать. Мама сразу же залилась хохотом. Таксист, который не успел отъехать, опустил стекло.
- Извините, все хорошо?
- Простите, это мы не вам, - сказал я.
- А-а-а, - протянул водитель и уехал.
- Чего ты? - спросил я.
- Да с этого придурка. Женечка, вы такая сексуальная, может мы с вами продолжим вечер?
А я ему: "Конечно ты такой классный, сможешь четыре раза?". Он замялся. Я юбку платья подняла, его и перекосило. Смотрю, в штанах ураган, член дыбом. Пошли, говорю, а он: "Как, я в таком виде". Я засмеялась.
Мы долго смеялись с этого дядечки.
Мы медленно шли через парк, курили.
- Тебе не холодно? - спросил я и взял маму за промежность.
- Теперь нет, - мама отпрянула в сторону и обняла дерево, - Давай, быстрее, воткни мне, вставь, я уже не могу.
- Ты такая ненасытная.
- Да. Задери мне подол. Трахни.
Я задрал платье и стал медленно гладить маму ладонью по влагалищу. Оно было мокрое, да и платье, как раз в том месте, где мама на нем сидела, тоже было в мокрых пятнах.
- Не гладь, сына, трахни.
- Рот закрой. Сына.
- Прости, Сашенька.
Я достал член, спустил джинсы и медленно вставил маме, а потом взял ее за грудь.
Я трахал ее, а она тихонько стонала, двигаясь щекой по стволу дерева. Я держал ее за волосы и натягивал, когда хотел, так что ее голова откидывалась назад и она жалобно и беспомощно хрипела.
- Оторви мне башку, давай.
- Нет, она мне пригодится.
Чмокая и шлепая, я имел маму в парке, сминая ее грудь сильными руками.
- Повернись, давай рот, - я выдернул член из влагалища и стал кончать маме на лицо, в рот.
Сперма разлеталась вокруг: на платье, на волосы, на губы, попадала в рот, а мама стояла и наслаждалась этим, гладя свою грудь.
- Хорошо, - сказала она, - Когда у тебя есть такой сынуля.
- Хорошо, когда у тебя есть такая мамуля.
Мама собрала пальцами сперму со своего лица и облизала их.
Уже в лифте я пристально рассмотрел ее слипшиеся ресницы, волосы, следы от семени на декольте и засохшие следы спермы в уголках рта. Я смотрел на нее и ласкал ладонью между ног, а она смотрела мне в глаза, которые горели диким огнем, так преданно, как смотрит собака на своего хозяина.