Кошелев Вадим Викторович
Каторга

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками Юристы. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Человечество шагнуло к далеким звездам, построило новые миры и почти забыло о своей колыбели. Земля подверглась атаке чужих. Отравленная, искалеченная и непригодная для нормальной жизни, она теперь интересует благодарных потомков лишь тогда, когда нужно избавиться от тех, кому больше нет места в человеческой ойкумене. Старая Земля стала идеальной тюрьмой. Миром, из которого не сбегают. Вселенской каторгой.
  Часть 1. Зов Земли.
  
  Глава 1.
  
  К своим неполным двадцати двум годам лейтенант Императорского флота Ник Шиллер все еще оставался неисправимым романтиком. Он верил в офицерскую честь, в данное слово и в то, что служба Империи должна означать нечто большее, чем жалованье, звания и карьера. Жизнь уже несколько раз намекала ему, что подобные убеждения плохо приспособлены к реальности, но Ник пока не спешил с ними расставаться.
  Окончательно процесс искоренения идеализма застопорился после того, как Ник познакомился с белокурой прелестницей Барбарой, любимой дочерью капитана-командора Алексея Орлова, носившего также титул графа Минкара.
  Графский титул был пожалован ее блистательному отцу за немалые заслуги перед Империей Денебола. Во время последней колониальной войны он отбил у соперников систему Минкар и затем взял на себя тяжкий труд обеспечить ее дальнейшую колонизацию.
  Для этой цели высочайшим повелением под начало графа было вверено корабельное соединение во главе с тяжелым крейсером "Борей", на борту которого разместились штаб и личная резиденция командующего.
  И, видимо, так было угодно судьбе, что именно на этот флагман для прохождения дальнейшей службы прибыл вчерашний выпускник Императорской академии Космического флота лейтенант Шиллер. Прибыл, дабы, следуя давней семейной традиции, с честью послужить Империи, не забывая при всем при этом и карьеру делать.
  Увы, честолюбивым планам юноши не суждено было осуществиться в полной мере: случайная встреча с гостившей на корабле Барбарой Орловой, имевшей неосторожность кокетливо улыбнуться вновь прибывшему офицеру, круто изменила дальнейшую жизнь Ника. И вместо того, чтобы с головой уйти в дела службы, он погрузился в омут неразделенной всепоглощающей любви, пополнив многочисленные ряды тайных и явных воздыхателей светской красавицы.
  Капитанская дочка не могла не заметить вожделенных взглядов молодого офицера и совсем нежданно проявила к нему снисхождение, благосклонно разрешив волочиться за собой. Впрочем, сказать "совсем нежданно" в данном случае было бы не совсем корректно: молодой человек, кроме привлекательной внешности и хоть невысокого, но достаточно рельефного тела, имел один крайне полезный в делах обольщения талант - он недурно пел под гитару. Причем знал много песен первых веков информационной эпохи, которые еще подростком раскопал в исторических архивах.
  Барбара, как оказалось, тоже любила музицировать и частенько устраивала у себя в апартаментах музыкальные вечера, где просто божественно исполняла романсы, аккомпанируя себе на инструменте, стилизованном под старинный земной клавесин.
  На одну из таких посиделок Ник пришел со своей акустической гитарой и, пронзительно глядя в зеленые глаза девушки, запел одну из древних баллад.
  Песня была исполнена с необыкновенным душевным надрывом и произвела небывалый успех. Нику аплодировали даже старые боевые офицеры. А Барбара, оказавшись достаточно чувственной натурой, чуть не пустила слезу. И с того дня разрешила лейтенанту находиться подле себя, но при всем при этом из толпы поклонников его ничем не выделяла.
  Барбара вообще никого из своих ухажеров не выделяла и могла позволить себе ни к чему не обязывающий безобидный флирт с любым из них. Тем не менее страстная натура, видимо доставшаяся девушке от ее славного родителя, исподволь, пренебрегая правилами приличия, искала себе партнера, которым в конце концов оказался довольно неприятный дворянин по имени Серж Арно, служивший на крейсере в чине штабс-капитана. Этот светский повеса пользовался скандальной известностью среди мужчин, но при этом имел удивительный успех у женщин, чем частенько любил прихвастнуть. И, следует отметить, не без основания, ибо щегольское беспутство и смазливая внешность привлекали к нему женщин из самых разных слоев общества.
  Дочь командующего, как казалось юноше, тоже попалась в сети бесстыдного донжуана, и тот даже имел наглость отпускать в сторону Барбары недвусмысленные намеки, явно затрагивающие ее девичью честь.
  Как-то в офицерском собрании этот изрядно подвыпивший хвастун принялся бахвалиться перед Ником своими амурными похождениями, утверждая, что уже чуть ли не месяц беспрепятственно обладает телом капитанской дочки.
  Три хлестких пощечины тут же немного отрезвили охамевшего распутника.
  В ответ Серж пустил в ход кулаки. Завязалась драка, которой, впрочем, не суждено было завершиться: драчунов быстро разняли.
  Требовать немедленной сатисфакции от нетрезвого Сержа Нику не позволяла офицерская честь. Хотя многие сочувствующие офицеры советовали воспользоваться ситуацией, поскольку знали Арно как искусного дуэлянта. Но молодой человек посчитал, что победа, добытая таким путем, не станет бесспорной. Поединок перенесли на следующий день.
  Сошлись на нижней палубе крейсера в огромном биосаду среди диковинных, неизвестных Нику деревьев, по которым, кроме пернатой разноголосой братии, скакали белки, бурундуки и тому подобная живность.
  Дрались на шпагах. Никаких бластеров, плазменных излучателей, импульсных пистолетов - только шпаги. А еще чистые накрахмаленные сорочки с кружевными манжетами, высокие ботфорты поверх обтягивающих лосин да широкие тугие пояса из красного бархата. Все как у далеких земных предков, живших много веков назад. Человечество научилось прокладывать дороги между звездами, но в вопросах выяснения отношений предпочитало не портить проверенные временем методы.
  Немногословные секунданты осмотрели оружие дуэлянтов. Для проформы предложили разойтись миром. Презрительная ухмылка Сержа и упрямый жест Ника дали понять, что никакого примирения быть не может. Соперники просто рвались в бой, и, когда наконец с формальностями было покончено, бросились друг на друга с нескрываемой яростью.
  Лейтенант испытывал неимоверное возбуждение в первую очередь от мысли, что Барбара может наблюдать за их поединком откуда-нибудь с верхних террас биосада. Увы, капитанская дочь пока еще находилась в полном неведении о дуэли, невольной виновницей которой она оказалась. Зато о поединке прекрасно был осведомлен начальник особого отдела крейсера Ганс Фарад. Он наблюдал за дуэлью через корабельную систему безопасности, получая изображение с десятков оптических сенсоров, расположенных по всему биосаду. Но ни один из них не давал удобного ракурса. Тогда Фарад запустил наблюдательный дрон и перехватил управление вручную.
  Однако и с дрона Фараду не сразу удалось как следует рассмотреть происходящее: молодой лейтенант пребывал в постоянном движении, проявляя при этом просто кошачью изворотливость.
  Серж слыл многоопытным мастером клинка, однако расправиться с молодым противником оказалось не так просто, как он рассчитывал. Ник двигался непривычно быстро, постоянно менял дистанцию, уходил с линии атаки, успевая парировать самые опасные выпады. Подобная нелепица постепенно выводила штабс-капитана из себя. Он начал горячиться и допускать ошибки.
  Сам Ник записным дуэлянтом не был, зато обладал преимуществом иного рода - выносливостью. Этим он во многом был обязан условиям родной планеты Кулой, где сила тяжести заметно превышала стандартную корабельную гравитацию.
  Почувствовав, что соперник устает, молодой человек прибавил темп, дразня Сержа ложными атаками и вынуждая его тратить силы Взбешенный штабс-капитан сделал резкий выпад. Ник проскользнул под его рукой и почти в упор вонзил шпагу в верхнюю часть груди, чуть ниже ключицы.
  Фарад оценил точность удара. Лейтенант явно не собирался убивать противника - клинок миновал сердце. Сам по себе поединок начальника особого отдела не слишком беспокоил. Офицерские дуэли официально не одобрялись, но до тех пор, пока участники не заставляли командование собирать похоронную комиссию, на них предпочитали смотреть сквозь пальцы.
  Серж опустился на одно колено, еще несколько секунд удерживая равновесие, а затем медленно повалился навзничь.
  Перед тем как потерять сознание, он, скрипя зубами то ли от боли, то ли от злости, сумел достать чистый платок с вышитым вязью вензелем Б.О. и прижать его к ране.
  Дуэль завершилась победой молодого лейтенанта и стала, пожалуй, самым ярким событием его пока еще короткой жизни. Такой победой мог похвастаться далеко не каждый юноша его возраста.
  Увы, дальнейшие события сложились совсем безрадостно: дело получило огласку, и граф Орлов поспешил замять разгоревшийся скандал. Барбару отправили ко двору, где Император, с согласия ее отца, вскоре устроил ее брак с родовитым аристократом из другой системы.
  Серж немного подлечился в корабельном госпитале, после чего был комиссован по состоянию здоровья. Официальная причина выглядела не слишком убедительно: штабс-капитан казался совершенно здоровым и просто излучал энергию, напоминая быка-производителя. Впрочем, оспаривать решение комиссии он почему-то не стал и вскоре покинул корабль. Ну а третий участник недавней истории получил направление к новому месту службы, располагавшемуся у черта на куличках, - в Солнечной системе, на орбитальной станции, куда лейтенант Шиллер и прибыл спустя месяц на звездолете, доставлявшем снабжение
  Станция называлась "Медуза" и вполне оправдывала свое имя: длинные причальные и технические конструкции расходились от центрального корпуса подобно щупальцам, а сама она плавно, не торопясь, плыла по орбите вокруг Земли.
  Колыбель человечества к тому времени представляла собой мир, изуродованный давней войной с инопланетной расой, пришедшей из сектора Сигуур. Относительно пригодные для жизни территории здесь соседствовали с зараженными и совершенно мертвыми зонами.
   Благодарных потомков древняя прародина интересовала главным образом как вселенская каторга, куда на пожизненное поселение ссылали самых отъявленных негодяев и преступников из самых разных уголков галактики. "Медузе" в этой незавидной системе отводилась роль пересылочной базы, а заодно наблюдательного и административного центра.
  Стоит ли говорить, что служивший на этой богом забытой пересылке контингент состоял в основе своей из неудачников и людей немного не от мира сего. Во всяком случае, именно такое впечатление возникло у Ника, когда по прибытии он явился на доклад к начальнику станции полковнику Крикси - неопрятному лысеющему человеку в расстегнутой форменной куртке, из-под которой всеобщему обозрению представал неприлично круглый живот, обтянутый видавшей виды майкой.
  - Что это еще за Империя Денебола? - Полковник Крикси бегло просматривал электронное досье нового подчиненного. - Еще одно государство-однодневка?
  - Попрошу вас, сударь! - Ник просто негодовал. - В состав Империи входят две звездные системы, и третья колонизируется в настоящий момент.
  - Да что вы говорите! Целых две системы! А я и не слышал! Стыд-то какой!
  Крикси выбрался из-за стола и подошел к небольшому плоскому проектору, лежавшему на отдельной консоли. Коснулся поверхности, и над устройством развернулась объемная звездная карта. Сотни светящихся систем, линий гиперкоридоров и условных границ заполнили добрую половину кабинета.
  - А третья уже колонизируется, говорите? Ну-кась, ну-кась... Денебола...
  Полковник развел пальцы, увеличивая нужный участок пространства. Несколько звезд приблизились, политические границы перестроились, рядом всплыли названия систем и текущие данные о принадлежности.
  - В секторе Волопаса, говорите?
  - Да, именно там. Но я ничего не говорил о секторе.
  - Зато об этом говорит ваше личное дело, - полковник даже не повернулся. - Ага, нашел! И вправду есть такая - Звездная Империя Денебола.
  Крикси, казалось, уже забыл о существовании вновь прибывшего офицера и полностью погрузился в изучение карты.
  - Вот только сведения у меня, похоже, древние. Две системы, третья отмечена как спорная территория... А тут по соседству с вами какая-то Республика Уйгур.
  - Ее уже там нет. Доминион под себя подмял, - сообщил Ник.
  - Доминион? Какой именно, доминион, позвольте полюбопытствовать.
  - Доминион Аргос, - неуверенно произнес Ник. - Я других не знаю.
  Крикси взглянул на лейтенанта так, как учитель смотрит на нерадивого ученика.
  - Понятно, - протянул он. - Судя по всему, политическая астрография человеческой ойкумены в вашей прославленной академии была факультативной дисциплиной?
  - Не совсем.
  - Тогда все гораздо печальнее.
  Полковник сделал короткий жест, и сектор исчез, уступив место другому слою.
  - Последняя подтвержденная сводка по галактике приходила к нам несколько лет назад. С тех пор могла возникнуть еще парочка государств, три развалиться, и кто-нибудь объявил себя императором.
  - У нас Император настоящий, - сухо заметил Ник.
  - Все они так говорят поначалу.
  Крикси продолжал перебирать слои карты. Одни границы светились уверенно, другие были обозначены пунктиром, а возле некоторых систем висели предупреждения о противоречивых или устаревших данных.
  - Вот так и живем, лейтенант. Официальная карта есть, разведывательные сводки есть, торговые реестры есть, а реальное положение дел все равно узнаем с опозданием. Пока сведения дойдут до этой дыры, очередной Дом успеет захватить систему, республика - развалиться, а колония - объявить независимость.
  - Реальное положение дел разве что Господь Бог может ведать, - вдруг ляпнул Ник и тут же пожалел о своей несдержанности.
  Крикси перестал возиться с картой и с неожиданным интересом посмотрел на юношу.
  - Согласен с вами, молодой человек! А потому предлагаю оставить Господу Богу стратегическую астрографию, а нам перейти к делам попроще.
  Он свернул голограмму, и проворно застегнул китель на все пуговицы.
  - Итак, лейтенант! Вы здесь очутились по трем причинам. - Крикси вскинул правую руку, показав три пальца, после чего принялся мерить шагами свой довольно просторный кабинет.
  - Первая заключается в том, что ваша Империя присоединилась к межзвездной программе реабилитации Земли. - Безымянный палец на выставленной руке загнулся, осталось два. - Вы свободно владеете общим межсистемным языком - и это вторая причина, по которой вы попали на станцию.
  Полковник загнул еще один палец, отчего образовался совсем неприличный жест.
  - Ну и, наконец, третья и главная причина... - Крикси сделал паузу и внимательно посмотрел на Ника поверх очков. - Вы чем-то не угодили начальству или, возможно, перешли дорогу какому-нибудь влиятельному лицу. Хотя вполне допускаю и банальный навет. Впрочем, пытать вас не буду, не любопытен, знаете ли. Хочу лишь предупредить: к нарушениям воинской дисциплины на вверенном мне объекте я отношусь крайне неодобрительно. Здесь некоторые проступки заканчиваются куда серьезнее обычного взыскания.
  - Насколько серьезнее?
  - Ваш предшественник, например, дослужился до поверхности Земли. Пожизненно.
  - Извините, сударь, я не совсем...
  - И прекратите называть меня "сударь", - перебил Крикси. - У вас в Империи, может быть, так и принято, а здесь вполне достаточно "господин полковник". Субординацию пока никто не отменял. Вы вообще знаете, что такое субординация?
  - Так точно, господин полковник. - Ник встал по стойке смирно. - Виноват, господин полковник.
  - Так-то лучше, - проворчал Крикси. - А теперь идите, устраивайтесь на новом месте и изучайте внутренние протоколы. Даю вам на все про все три дня. Режим безопасности, порядок несения дежурства, аварийные процедуры, дисциплинарный регламент. На четвертый день проверю лично, поэтому потрудитесь выучить.
  - Смею заметить, что, кроме упомянутых вами регламентов, существует еще кодекс чести имперского офицера, - упрямо проговорил Ник.
  - Могу вас успокоить: кодекс офицерской чести никто не вправе отменить, если, конечно, он не противоречит регламентам. - Крикси махнул рукой, давая понять, что аудиенция окончена.
  Ник коротко кивнул и вышел из кабинета. В коридоре его уже ожидал дежурный, которому было поручено проводить нового офицера в жилой отсек станции.
  Осмотрев свое новое жилище, представлявшее собой небольшой отсек, обставленный скудной мебелью, молодой человек впал в уныние от мысли, что, по сути дела, очутился в самой настоящей неволе. И неизвестно еще, где лучше влачить существование - в замкнутых стесненных условиях орбитальной станции или на просторах каторжной Земли.
  Так у Ника впервые появилась мысль о том, чтобы спуститься на Землю. Мысль эта его испугала, но почему-то не показалась совершенно бредовой.
  
  Глава 2.
  
  В доступной человечеству вселенной нашлось немало миров, где имелась биологическая жизнь, возникшая благодаря их уникальным природным условиям.
  Планета Зея как раз относилась к таким. Однако ее природные условия изначально мало подходили человеку, и на терраформирование ушло несколько столетий.
  Первых колонистов, вынужденных жить на еще не приспособленной для человека планете, генетически адаптировали к повышенной радиации, иной атмосфере, местным токсинам, температуре и гравитации. Однако часть модификаций оказалась нестабильной. У колонистов начали накапливаться мутации, и за несколько поколений их потомки настолько далеко ушли от исходного человеческого фенотипа, что их пришлось переселить в резервации за хорошо охраняемый Периметр.
  Дальнейшее освоение системы прошло гораздо успешнее и затронуло не только Зею, но и ее безжизненную, зато богатую залежами соседку Геру. Именно благодаря редкостным природным ресурсам на Гере находился основной промышленный потенциал всей звездной системы Кастор. Зея же после терраформирования обладала довольно мягким климатом и превратилась в курортную зону - тихий, уютный уголок системы Кастор, входившей в Конфедерацию Домов Альтаира.
  Городок Тилсбери раскинулся в сейсмически устойчивой зоне Зеи и служил резиденцией герцога Кастора. Кроме того, он славился своими целебными источниками, вокруг которых со временем выросли многочисленные клиники и реабилитационные центры. Считалось, что необычный минерально-биологический состав местных вод благотворно влияет на восстановление организма и усиливает действие регенеративных процедур.
  Именно этот город выбрал в качестве безмятежного пристанища космический бродяга Вильям Бартон, однажды осознавший, что к пятидесяти семи годам уже полностью удовлетворил некогда томившую его жажду приключений, и настало время заняться серьезно пошатнувшимся здоровьем, подлечить застаревшие раны.
  Так случилось, что жизнь солдата удачи, прошедшего две галактические войны и принимавшего участие в добром десятке локальных конфликтов, принесла некоторые дивиденды, позволившие купить небольшой домик в Тилсбери, разбить сад и копаться в земле, занимаясь разведением цветов.
  Бартон прожил почти половину отведенных ему среднестатистических лет и представлял собой еще весьма привлекательного мужчину. Он был высок, крепок и смугл. Из-под седых бровей смотрели спокойные глаза, удивительно синие для такого смуглого лица. Бартон по привычке носил короткую армейскую прическу и предпочитал неброские скромные одежды, но на его костюмах всегда лежал некий отпечаток изящества, говоривший о хорошем вкусе. Весь его облик совсем не вязался с новоиспеченным образом добродушного цветочника Билли, славившегося на всю округу тем, что мог запросто подарить редчайшие, баснословно дорогие орхидеи с планеты Гарпий какой-нибудь невзрачной девчушке, спешащей на выпускной бал.
  Скажи кому из бывших сослуживцев, что их боевой товарищ - безжалостный наемник майор Билл Бартон разводит цветы - не поверят. Самому порой верилось с трудом. Но жизнь тем и замечательна, что всегда дает шанс начать все заново, лишь бы воля на то имелась. Всепобеждающая воля, способная заставить переоценить прошлое, осознать его нелепость и, в конце концов, найти новый смысл. Для Бартона он заключался в том, что можно было просто сидеть теплыми летними вечерами в своем саду, источавшем ни с чем не сравнимые ароматы, неспешно покуривать трубку, смотреть на далекие звезды и наслаждаться одиночеством, которое казалось таким упоительным по сравнению с давно надоевшей людской суетой.
  Как долго мог разводить цветы отставной майор спецназа - сказать было сложно. Возможно, пару - тройку лет, а возможно и до самой смерти, если, конечно, абстрагироваться от прошлой жизни, в которой он уже успел оставить след в виде довольно привлекательной дочки, вздумавшей разыскать своего папу. Причем разыскать не для того, чтобы расплакаться и пустить слюни на широком плече найденного отца, а для того, чтобы высказать все, что наболело за двадцать шесть лет одинокой жизни человека, никогда не знавшего родительской ласки и поддержки.
  - Ничтожество. - Такое емкое обращение услышал однажды в свой адрес копающийся в саду цветочник Билли из уст симпатичной молодой девушки, облаченной в незнакомую форму лейтенанта каких-то вооруженных сил. Услышал и не поверил своим ушам.
  - Пардон, мадемуазель? - Бартон от неожиданности заговорил на французском, но потом все же одумался. - Извините, я не понял, что вы сказали.
  - Да все ты прекрасно понял, старый похотливый козел. - Девушка скорчила презрительную гримасу и направилась прочь, оставляя пребывавшего в растерянности отца, которого она отыскала по генетическому профилю, найденному в старом военном реестре.
  Вильям не был тугодумом, но тут немного притормозил, взвешивая свои дальнейшие действия. Старые рефлексы сработали прежде, чем он успел толком осмыслить происходящее: слишком долго Бартон прожил в мире, где подобное оскорбление почти автоматически приводило к драке. Но тут совсем безобидное создание, при одном взгляде на которое угадывались до боли знакомые черты. И где же такие черты мог наблюдать старина Бартон? Уп-с! Никак в зеркале? Вильям забыл, когда в последний раз у него так часто билось сердце. Возможно, что и никогда.
  Между тем девушка неспешно удалялась грациозной походкой львицы, только что разорвавшей на куски своего давнего врага. Вильям наконец вышел из ступора и в несколько прыжков настиг ее, резко развернув лицом к себе.
  - Мисс, вас когда-либо учили хорошим манерам? - Казалось, взгляд Бартона подобно рентгену просвечивал свою собеседницу насквозь.
  - Меня некому было учить: мать умерла при родах, а отец оказался мартовским котом. - Девушка попыталась освободиться от неожиданно цепкой хватки настигшего ее жалкого цветочника, но это ей не удалось, что вызвало некое недоумение у лейтенанта подразделения "Амазонки Минкара". Во всяком случае, именно такую эмблему Бартон увидел на правом плече ее униформы.
   - А может, ваш отец просто не знал о том, что у него родилась дочь? - спросил он, стараясь не выдавать волнение.
  - Очень популярная отговорка. Сунул, вынул и ушел, а то, что от этого дети бывают, как-то запамятовал. Да?
  - Я не знал, что ты существуешь. Кроме того, если беременность была нежелательной, у твоей матери было достаточно возможностей ее не продолжать.
  - А если беременность была желательна? - Негодующий взгляд голубых глаз просто обезоруживал. - Если эта женщина хотела заиметь ребенка от тебя?
  - Я не мог ей этого запретить, даже если бы знал о намерении Элианы рожать. - Билл прекрасно помнил свою тогдашнюю подругу, с которой у него был непродолжительный, но довольно бурный роман на Церере, где его подразделение, нанятое Торговым Союзом, отражало очередную попытку захвата Пояса астероидов.
  - Пусти меня. - Девушка, наконец, высвободилась из расслабившейся клешни своего на удивление сильного отца и, даже не попрощавшись, направилась прочь, оставляя обескураженного Бартона в одиночестве, которое с этого момента уже не казалось столь упоительным, ибо отставной майор в одночасье потерял душевный покой.
  Все последующие дни после роковой встречи цветочник Билли находился в весьма возбужденном состоянии и уже не мог безмятежно сидеть у себя в саду и пялиться на звезды. Он также не мог спать, есть, копаться в земле. Иными словами, Вильям впал в глубокую депрессию и не находил из нее выхода, пока однажды не покинул свой не имевший связи с внешним миром дом и не направил свои стопы в близлежащую таверну "У Дикого Циклопа", чтобы выяснить, что вообще происходит на планете.
  Таверна та была выполнена в стиле земных кабаков кабаки XVII века и пользовалась как у местных жителей, так и у отдыхающих весьма широкой популярностью, привлекая непередаваемым старинным колоритом.
  Здесь время скакнуло на много веков назад. Свечи и факелы освещали украшенные старинными военными атрибутами бревенчатые стены таверны. Вдоль стен были расставлены широкие дубовые столы, а между ними, под беспрерывный гул голосов, перекликающийся с нытьем волынки, сновали официанты в стилизованных старинных костюмах.
  За широкой барной стойкой возвышался хозяин таверны - здоровенный одноглазый детина по прозвищу Дикий Циклоп, в коем сразу угадывалась родственная душа.
  "Веселый Роджер" на предплечье трактирщика дал гостю недвусмысленно определить прежний род занятий его обладателя. Для Циклопа тоже не осталась тайной военная выправка и хваткий взгляд Бартона.
  Вильям присел напротив и без обиняков продемонстрировал татуировку спецподразделения "Саламандры". После чего трактирщик молча достал бутылку рома и две довольно емкие стопки.
  Выпили по одной и, не сговариваясь, принялись набивать трубки, каждый своим табаком. Ром оказался настоящим, для исторической достоверности этого было уже вполне достаточно.
  Когда пустили первый дым, Бартон первым нарушил молчание, протягивая ладонь для рукопожатия:
  - Билл.
  - Сэм. - Циклоп тоже разжал свой кулак размером с голову годовалого ребенка.
  - Не мог бы ты, дружище Сэм, просветить меня насчет реального положения дел на планете и подсказать, откуда взялась гвардейская рота "Амазонки Минкара"?
  - В замок Тилсбери вернулся Чарльз, герцог Кастора, вместе со своей новой женой Барбарой, - пробасил Циклоп, разливая ром по стопкам. - По такому случаю на планете объявлены всякого рода торжества.
  Чокнулись и выпили за молодоженов, после чего трактирщик продолжил:
  - Вместе с герцогиней прибыли "Амазонки Минкара". И еще два новейших денебольских фрегата. Насколько я знаю, они сейчас пришлюзованы к орбитальным докам Геры.
  Какое-то время молча курили, пока отставной майор не выдавил из себя фразу, произнесенную в крайней задумчивости:
  - Для свадебного путешествия эскорт выглядел несколько убедительнее необходимого. И добавил. - Не к добру это все!
  - Согласен - не к добру. - Циклоп разлил по третьей. - За тех, кто в Космосе.
  - За тех, кто в Космосе, - эхом повторил Бартон и выпил до дна.
  
  Глава 3.
  
  Король Вильгельм Седьмой вошел в историю под прозвищем Дезинтегратор. В самом начале своего правления он первым вывел Королевство Альтаира из состава Лиги Свободных Систем - рыхлого межзвездного объединения, существовавшего еще со времен ранней экспансии человечества.
  Дурной пример оказался заразителен: вслед за Альтаиром из Лиги начали выходить другие системы, и вскоре она рассыпалась, как карточный домик. На ее обломках Вильгельм начал собирать новое объединение вокруг собственной короны, впоследствии получившее название Конфедерации Домов Альтаира.
  В мутной воде распада, сопровождаемого взаимными обвинениями и угрозами, Вильгельму удалось выловить несколько золотых рыбешек, присоединив к своему королевству еще пять систем. Правда, с рук это ему не сошло: почти сразу пришлось воевать, отстаивая новые рубежи. Удача сопутствовала Вильгельму и на войне. Благодаря одержанным победам Дезинтегратор вошел в историю не только как мудрый политик, но и как великий полководец.
  Помимо всего, при нем проводилась активная колониальная политика, отчего владения Альтаира быстро росли, а влияние короны распространялось все дальше.
  В общем, всем был хорош король Вильгельм, вот только законных детей не оставил. Неудивительно, что сразу после его смерти несколько представителей боковых ветвей королевского рода и старших Домов заявили о своем праве на корону Альтаира. И это несмотря на то, что незадолго до смерти Дезинтегратор объявил своим преемником признанного внебрачного сына Ричарда.
  Происхождение Ричарда никто не оспаривал, однако право короля назначить его наследником в обход других претендентов оказалось далеко не бесспорным. Конфедерацию захлестнула династическая междоусобица, и каждый из претендентов принялся собирать вокруг себя сторонников.
  Пока на Альтаире выясняли отношения и спорили о генеалогическом праве на престол, Чарльз, герцог Кастора, провозгласил себя королем и объявил о выходе своих владений из состава Конфедерации Домов Альтаира.
  Большая часть базировавшихся в системе вооруженных сил присягнула своему новому королю. Войска были приведены в состояние постоянной боевой готовности, хотя Чарльз явно надеялся, что разразившаяся в Конфедерации междоусобица свяжет руки центральной власти и другие Дома тоже последуют примеру Кастора.
  Два денебольских фрегата "Дерзкий" и "Свирепый", находившиеся в системе Кастор в рамках союзного соглашения, отправились на боевое дежурство к точке выхода из гипертоннеля, связывающего Кастор с Альтаиром. Формально корабли оставались под командованием Денеболы, однако их присутствие фактически прикрывало отделившееся королевство.
  Сразу после провозглашения независимости Чарльз заблокировал основной канал межпространственной связи с Альтаиром. И теперь, когда кто-нибудь из приближенных спрашивал Барбару Орлову, что происходит на Альтаире, она лишь пожимала плечами и отвечала, что знает не больше остальных.
  Новоиспеченная королева не отличалась приветливостью. Причины ее нынешнего отвратительного настроения возникли сразу после замужества. О них прекрасно была осведомлена майор Амара Восс, командир гвардейской роты "Амазонки Минкара", личной охраны Барбары Орловой. Хотя сама Барбара своих ангелов-хранителей иначе как надсмотрщицами не называла.
  Амара, носившая позывной Багира, не обижалась: она знала о нелегкой судьбе Барбары, насильно выданной замуж за мужчину значительно старше нее, который практически не испытывал к жене влечения и был давно привязан к своему фавориту Лесли. Амара по-женски сочувствовала новоиспеченной герцогине, однако вида не подавала. У нее имелись строгие инструкции от руководства: Барбара должна была родить законного наследника от Чарльза, и до этого момента никакие связи с другими представителями сильного пола не допускались. Задача была непростой, если учесть хорошо известную слабость Барбары к смазливым красавчикам, но вполне выполнимой.
  Багира к своему весьма щекотливому заданию отнеслась со всей ответственностью. Сразу по прибытии на Зею она недвусмысленно дала понять молодым придворным плейбоям, что от Барбары следует держаться подальше. Но, как и следовало ожидать, мало кто внял ее предупреждению. Спохватились лишь после того, как с мужчинами, заслужившими благосклонность Барбары, начали происходить странные несчастные случаи.
  Первый упрямец, решивший тайком пробраться к ней через служебную галерею, в темноте крайне неудачно ударился головой обо что-то тяжелое и даже потерял сознание. Другому, возомнившему себя Казановой, некая обманутая им девушка плеснула в лицо едким составом. Повреждения оказались вполне излечимыми, но требовали долгой реабилитации и немалых денег, а вот саму девушку почему-то так и не нашли. Третий счастливчик получил от Барбары приглашение, но каким-то образом перепутал двери и угодил под действие охранного поля, причем разряд пришелся в самый уязвимый мужской орган. Медики восстановили пострадавшего довольно быстро, однако характер полученной травмы надолго отбил у него желание вступать в романтические отношения с замужними женщинами.
  Трех несчастных случаев хватило, чтобы местные ловеласы задумались о серьезности намерений Багиры и начали обходить Барбару стороной. Привыкшая блистать и не испытывавшая недостатка в мужском внимании, герцогиня пришла в неописуемую ярость.
  - Я ненавижу тебя, старая ведьма! - кричала в сердцах Барбара, прознав о вопиющих фактах вмешательства в ее личную жизнь.
  - Вы мне льстите, сударыня, - спокойно отвечала Багира. - Ведь я старше вас всего на восемь лет.
  - Ты мешаешь мне жить! - не унималась Барбара. - Ты не женщина, ты кошка, черная кошка, гуляющая сама по себе!
  - Нужен наследник, королева. Родите наследника, и я закрою свои кошачьи глаза на ваши маленькие шалости.
  - Наследник, говоришь! Для того чтобы зачать наследника, необходим, по крайней мере, еще и мужчина.
  - У вас есть мужчина. Это ваш муж.
  - Мой муж, будучи лицом заинтересованным, естественно, приходит ко мне в подходящие для зачатия дни. Только приходит он не один, а вместе со своим фаворитом Лесли, которого я просто не могу терпеть в своей постели. А без Лесли Чарльз вообще не способен исполнить супружеский долг. Ты понимаешь, через какое унижение мне приходится проходить только ради того, чтобы наконец забеременеть?
  Последние слова Барбара произнесла уже сквозь слезы. Амара, сама того не ожидая, поддалась порыву и по-дружески подставила ей плечо. Барбара тут же уткнулась в него и разрыдалась.
  - Послушай моего совета, девочка, - спокойно произнесла Багира. - Сходи в виртуал. Найди там себе пару двухметровых качков и развлекись как следует. А я пока займусь проблемой зачатия.
  - Я никогда не пользовалась такими услугами, - продолжала всхлипывать Барбара. - И понятия не имею, где там кого искать.
  - Ничего, разберешься. Было бы желание.
  С этими словами Багира осторожно отстранилась от Барбары и направилась на поиски придворного доктора, которого довольно быстро обнаружила в одном из залов дворца, где проходил какой-то прием.
  Доктор Анри, невысокий худощавый тип с вытянутым лицом, обрамленным в светлое облако кудрявых волос, уже находился навеселе и рассказывал похабные, да к тому же бородатые, анекдоты двум молодым бездельникам, что, похоже, состояли на службе у герцога. При появлении Багиры оба тут же замолчали, раздевая ее взглядами, а доктор расплылся в приветственной улыбке и попытался представить своих собеседников. Но женщина, по всей видимости, плевать на них хотела. Зато Анри ее явно интересовал. Багире стоило лишь сделать приглашающий жест, чтобы доктор без промедления последовал за ней в один из укромных уголков дворца, где был весьма грубо прижат к стене и ощутил довольно неприятное давление на горло.
  - Как поживает ваш друг виконт Ренуар? - спросила Багира, пристально глядя ему в глаза.
  - С чего это вы взяли, что виконт мне друг? - Анри попытался высвободиться, но женщина усилила хватку, давая понять, что дергаться не стоит.
  - Я слышала, ему плеснули в лицо каким-то едким составом, - продолжила Багира. - Теперь непонятно, сможет ли к нему вернуться зрение.
  - На что вы, собственно, намекаете? - Анри перестал дергаться и настороженно посмотрел на нее.
  - Я ни на что не намекаю. Просто советую вам выполнить мою просьбу.
  - Вы не вправе мне указывать, - возмутился доктор, хотя голос его прозвучал уже не так уверенно.
  - Вправе, если дело касается интересов моей хозяйки.
  - И при чем здесь интересы вашей хозяйки, черт подери?
  - При том, что Барбаре нужен наследник, а ее супруг до сих пор не сумел решить эту проблему.
  - Это не мое дело, - буркнул Анри.
  - Ошибаетесь, дорогой доктор. Это как раз ваше дело. Барбара должна родить законного наследника от Чарльза, причем так, чтобы ни у кого никогда не возникло сомнений в его происхождении.
  Анри перестал сопротивляться и несколько секунд молча смотрел на нее.
  - Если вы говорите о медицинской процедуре, технически никаких сложностей нет, - наконец произнес он. - Но речь идет о наследнике престола. Мне потребуется семя Чарльза.
  - Вот и получите.
  Доктор даже слегка отстранился, насколько позволяла удерживавшая его рука.
  - От самого Чарльза?
  - А от кого же еще? - спокойно поинтересовалась Багира.
  - Вы хотя бы представляете, о чем просите?
  - Прекрасно представляю.
  Анри тяжело вздохнул.
  - Допустим, он согласится. Тогда проведем ЭКО и после необходимых проверок перенесем эмбрион Барбаре. Но уговаривать его должен кто-то другой.
  Багира чуть сильнее прижала доктора к стене.
  - Нет, Анри. Уговаривать его будете именно вы.
  - И каким образом мне это сделать? - обреченно спросил он.
  - Вам просто нужно хорошенько поработать языком.
  Доктор замер и подозрительно посмотрел на нее.
  - Я имею в виду в переносном смысле, - невозмутимо добавила Багира. - Объясните все Чарльзу. Уверена, он не откажет.
  - Хорошо, я постараюсь, - проворчал Анри.
  Багира наконец отпустила его. Доктор поправил воротник, бросил на нее недовольный взгляд и поспешил удалиться.
  Проводив его глазами, Амара вдруг ощутила присутствие постороннего человека.
  - Кельвин О'Нилл! Сторожевой пес герцога! Я знаю, вы здесь! - улыбнулась женщина.
  - Воистину у кошек имеется шестое чувство! - Насмешливый голос начальника дворцовой стражи прозвучал откуда-то сзади. И вскоре перед Багирой предстал его обладатель - высокий жилистый мужчина с аккуратно уложенной шевелюрой седых волос.
  - Вы не сильно натерли уши, подслушивая нашу с доктором приятельскую беседу?
  - Если, по-вашему, эта беседа была приятельской, то мы с вами просто обязаны заключить друг друга в объятия.
  - Обойдетесь.
  - Теперь насчет ушей. - Кельвин продолжал улыбаться, глядя прямо в раскосые глаза Багиры. - Кому как не вам знать, что дворец находится под постоянным контролем службы безопасности. Все общественные помещения отслеживаются системой, и при необходимости я могу получить запись вашего разговора.
  - Надеюсь, у вас все же хватило благородства оградить личные покои королевы от своих шпионских штучек.
  - Можете не сомневаться, майор Восс. Личные покои королевы защищены особыми протоколами приватности. - О'Нилл стер улыбку с лица и смотрел вполне серьезно. - К тому же вы наверняка и сами все проверили. У вас в подразделении, насколько я знаю, имеется одна подкованная в этих делах девица.
  - Мегера ее позывной.
  - Весьма эпатажное прозвище, я бы сказал. Может, у вас еще и Фурия есть?
  - Фурии нет, зато есть Гарпия.
  - Не та ли это особа, что была замечена рядом с уже упомянутым вами беднягой Ренуаром?
  - Это допрос?
  - Это не допрос, майор Восс, я просто хочу довести до вашего сведения, что располагаю достаточным количеством косвенных улик, чтобы обвинить ваших подчиненных по крайней мере в двух нападениях.
  - Зачем же дело стало? - Багира в гневе - это поистине разъяренная кошка, готовая в любой момент выцарапать глаза своему собеседнику.
  - Причина лежит на поверхности - я не имею никакого желания стать инициатором дипломатического скандала. Но моему терпению тоже может прийти конец. Поэтому, мисс Восс, настоятельно рекомендую вам прекратить калечить придворных.
  - Калечить? Странно. Я была уверена, что это серия несчастных случаев, - произнесла Багира и уголки ее губ дрогнули.
  - Надеюсь, мы друг друга поняли. - Кельвин коротко кивнул и растворился в полумраке.
  Не прошло и двух месяцев после того неприятного разговора, как Барбара понесла.
  Доктор Анри пребывал в чрезвычайно довольном расположении духа и однажды сообщил во всеуслышание, что у королевы будет мальчик. Багира ликовала: первая часть порученного ей дела двигалась к своему логическому завершению. Стоило лишь дождаться рождения здорового наследника, и ее задача будет выполнена. О дальнейших планах закулисных кукловодов Амаре ничего не сообщали, хотя она прекрасно понимала: после появления законного наследника Чарльз вполне может оказаться им больше не нужен, а Барбара как мать малолетнего короля сможет взять на себя регентство. Во всяком случае, именно к такому раскладу, похоже, вела эта поистине вселенская интрига, участники которой явно рассчитывали на скорую кончину давно болевшего короля Вильгельма.
  Только вот Чарльз, вместо того чтобы ждать, когда в осиротевшей Конфедерации разразится междоусобица, явно поспешил объявить о суверенитете Кастора и спутал карты буквально всем. Теперь оставалось уповать на цепную реакцию суверенитетов других Домов, входивших в состав Конфедерации.
  Что-то подобное и случилось, но далеко не все Дома последовали примеру Кастора. В метрополии на фоне угрозы всеобщего развала временно прекратили ломать копья и признали Ричарда принцем Альтаира и законным преемником Вильгельма.
  Принцу присягнул Коронный флот под командованием лорда Ньюкасла - прежнего друга и соратника усопшего короля Вильгельма. А это уже был довольно весомый аргумент в борьбе за корону.
  Ричард долго не раздумывал и тут же приказал начать восстанавливать порядок в уже отделившихся системах. Очередность их возвращения под власть метрополии принца не волновала, и он пустил адмирала Ньюкасла в свободное плавание, благосклонно дозволив самому решать, каких отбившихся овец следует вернуть стаду в первую голову.
  Получив неограниченную свободу действий, адмирал собрал совещание своего штаба на флагмане флота, линкоре "Конкорд". На этом совещании была выработана основная стратегия предстоящей военной кампании, начать которую надлежало с системы Кастор, где, по сведениям разведки, были сосредоточены наиболее значительные военные силы мятежных Домов.
  
  Глава 4.
  
  Жизнь на космической станции казалась Нику невыносимо скучной и до омерзения однообразной.
  Он вместе с другими офицерами нес вахты, а в свободное от вахт время тупо выполнял распоряжения полковника Крикси, носившего прозвище Мистер Устав. Когда же молодой человек оставался один, то от тоски просто хотелось выть. Стараясь спастись от одиночества, он подключался к сети через встроенный нейроимплант и убегал в виртуальный мир, где сражался, занимался любовью, путешествовал по вселенной, короче говоря - жил полноценной жизнью. Но жизнью не настоящей, а потому с каждым подключением постылевшей все больше.
  Конечно же, он шел на контакт, пытаясь подружиться с немногочисленным экипажем станции, состоявшим из семи человек. Но люди, окружавшие его, уже настолько осточертели друг другу за годы службы в замкнутом пространстве "Медузы", что порой вели себя совсем неадекватно и особого желания к сближению не проявляли.
  Кроме основного экипажа на станции постоянно находились два эколога и трое пилотов. В штат экипажа они не входили, занимались своими задачами, но, как и все на "Медузе", подчинялись полковнику Крикси. Экологи и пилоты обитали на нижних палубах и в центральном отсеке появлялись довольно редко, а когда появлялись, тоже особого дружелюбия не проявляли.
  Некое разнообразие вносили транспорты с каторжанами, приходившие не реже одного раза в месяц. Они шлюзовались к станции, перебрасывали партии заключенных на челноки, и у пилотов сразу начиналась горячая пора.
  Полковник Крикси в такие дни сразу менялся, превращаясь в вершителя судеб, по сути, обреченных людей, ибо на всей глубоко больной планете насчитывалось около четырех десятков районов, официально признанных пригодными для длительного проживания. Перечень этих районов составляли экологи, постоянно изучавшие состояние земной поверхности. Но окончательный выбор места высадки очередной партии оставался за начальником станции. Он мог отправить находящихся в неведении каторжан в самое пекло непрекращающейся борьбы за наиболее благополучные территории, а мог выбрать малозаселенный район, который, как правило, либо не имел плодородных, богатых ресурсами земель, либо находился в опасной близости от зараженной зоны.
  Именно от Крикси во многом зависела дальнейшая жизнь каторжан, и сей факт не мог не оставить отпечатка на психике, в сущности, незлобивого человека.
  Полковник здорово переживал за каждое этапирование: это было видно невооруженным взглядом, но заглушал совесть убеждением, что отправляет на жалкое существование отъявленных негодяев, отъявленных негодяев, заслуживших такое наказание своими прежними поступками.
  Всякий раз после завершения этапирования Крикси ходил сам не свой. А однажды даже заперся у себя в кабинете и пару дней пил горькую, оставив вместо себя своего заместителя Жересса - угрюмого, немногословного офицера.
  В своей прошлой жизни Жересс командовал космическим линкором и был разжалован за невыполнение приказа командования. Какого именно приказа не выполнил бывший командир корабля, Ник толком не знал, но со слов вестового Санчеса выходило, что Жересс отказался бомбить планету, населенную Чужими.
  Планета оказалась почти идеально пригодной для человеческой колонизации, но была уже занята разумной цивилизацией, значительно уступавшей людям в развитии. С обитателями планеты решили особо не церемониться: местное население следовало уничтожить, освободив мир для будущих переселенцев. Жересс получил приказ нанести удар по одному из крупных населенных районов и отказался его выполнять.
  Ник устыдился, что позволил себе стать невольным собирателем сплетен. При первом удобном случае, который как раз пришелся на время кратковременного запоя Крикси, Ник обратился к майору напрямую:
  - Так случилось, сударь, что я проявил непозволительное любопытство касательно вашего прошлого и теперь мне известна ваша печальная, но в то же время благородная история. Разрешите выразить вам свой респект и почтение.
  Майор, заслышав сантименты в свой адрес, не выразил никаких эмоций, а лишь спокойно произнес:
  - Я принимаю ваш респект, лейтенант. Вы можете быть свободны.
  Ник, надеявшийся на возможность беседы, в очередной раз столкнулся с неприятием и, проклиная свою навязчивость, собирался было уйти, но досада взяла верх и заставила его начать выяснять отношения.
  - Вам не кажется, что на станции царит довольно гнетущая атмосфера в отношениях между членами команды? - Ник выдержал спокойный взгляд серых глаз майора, который не проронил ни слова, давая возможность юноше выговориться.
  - Вы постоянно отмалчиваетесь. Мой сменщик Лившиц кипит непонятной злобой и, кажется, ненавидит всех и вся. Другой мой сменщик Хасан тоже глядит зверем. Вечно пьяного механика Ченга вообще ничего не интересует, кроме его железа. Экологи живут сами по себе, пилоты тоже почти не показываются в центральном отсеке. Один Санчес идет на контакт. Мне трудно понять - как вы можете так существовать - без общения, без взаимопонимания?
  - Все сказали? - Жересс казался просто непробиваемым.
  - Кажется, все! - Ник немного растерялся.
  - Тогда я вас больше не задерживаю.
  - Вот и поговорили. - Молодой человек в сердцах хлопнул по пульту открытия дверей и, когда створки плавно разъехались, покинул каюту майора в явном смятении. Правда, далеко уйти не удалось. В коридоре он столкнулся с механиком Ченгом, которого видел до этого всего пару раз, да и то мельком. Механик только что вылез из машинного отделения и был явно чем-то раздосадован. Казалось, он просто кипел от негодования, при этом источая вокруг себя стойкий дух перегара.
  - Я уже семь месяцев жду циркуляционные насосы для реакторного контура, - пожаловался Ченг, сунув Нику под нос планшет с открытой заявкой. - Вот, полюбуйтесь. Заявка отправлена на Цереру почти год назад. Ее трижды подтвердили, дважды переносили и один раз даже отметили, как выполненную. А насосов как не было, так и нет.
  Насколько знал Ник, именно Церера обеспечивала "Медузу" продовольствием, медикаментами, оборудованием и запасными частями.
  - Вы только вдумайтесь, молодой человек, какое непозволительное свинство допускают по отношению к нам снабженцы, - продолжал возмущаться механик.
  Ник уже привык к всякого рода непоняткам, встречающимся на каждом шагу, поэтому не растерялся и подал идею:
  - А не хотите ли выпить, уважаемый?
  Ченг задумался на секунду, окинул лейтенанта оценивающим взглядом и произнес, чеканя каждое слово:
  - Заметьте - это не я предложил!
  После чего увлек лейтенанта к себе в каюту, где за бутылкой виски битый час объяснял юноше, чем грозит несвоевременная доставка циркуляционных насосов и других необходимых запчастей.
  Следует отдать должное Нику, который терпеливо, с искренним сочувствием выслушивал жалобы механика и даже вставлял в разговор довольно компетентные замечания, свидетельствующие о близости темы, чем вызвал уважение своего собеседника. И когда бутылка виски опустела почти наполовину, без труда перевел разговор в нужное ему русло, задав наболевший вопрос о ненормальной обстановке на станции.
  - Само понятие нормальности достаточно относительно, - рассудительно произнес Ченг. - Вы еще весьма молоды и смотрите на жизнь с точки зрения юношеского максимализма. Поэтому вам все здесь кажется нелепо. А вот я, к примеру, не нахожу в настоящем положении вещей ничего ненормального. Потому что я сам ненормальный в вашем понимании этого слова.
  - Вы так спокойно об этом говорите?
  - А вы думаете, годы, проведенные в пересылочной тюрьме, не скажутся на вашем умонастроении?
  - Пока не знаю.
  - Зато я знаю. У человека, попавшего сюда, два пути. Первый - смириться с судьбой и ожидать от нее милости, тихо сходя с ума на станции. Второй путь лежит на поверхность, куда, кстати, отправился ваш предшественник, лейтенант Гаррисон. Правда, не по своей воле. Бедняга Артур в какой-то момент просто слетел с катушек. Ни с того ни с сего набросился на Крикси и так отделал полковника, что тот сутки провалялся в лазарете. После разбирательства Гаррисона приговорили к Земле.
  Ченг сделал паузу и добавил:
  - Знаете... по своей воле на моем веку еще никто вниз не сходил.
  - Значит, вполне возможно, что я стану первым на вашем веку, - сделал вывод Ник.
  - Это уж как сами решите. Только мой вам совет - не торопитесь. Взвесьте все. Обдумайте. Изучите место своего будущего пребывания, благо у вас такая возможность пока имеется, в отличие от несведущих каторжан, - начал давать советы Ченг. - И если решитесь прыгнуть в омут с головой, то перво-наперво следует избрать соответствующую манеру поведения. Ведь вам придется обитать среди отбросов общества, существующих по своим почти звериным законам. А с волками жить - по-волчьи выть. Но, кроме всего прочего, надо уметь делать довольно простые на первый взгляд вещи. Вот, к примеру, как вы думаете добывать огонь?
  - Что значит, как? - удивился юноша. - Вы разве не в курсе, что существует такая незаменимая вещь, как импульсный бластер? Им и костер можно развести, и пропитание добыть. Да и от врагов оборониться на первых порах.
  - Все дело в том, что если вам доведется попасть на этап, то никакого бластера у вас не будет. Как не будет термокостюма, навигационного модуля и прочих полезных игрушек. Перед высадкой доступ к сети и большинство функций вашего нейроимпланта заблокируют. Выдадут одежду, немного еды, простейшую аптечку - и дальше выкручивайтесь сами. А вам нужно развести огонь, смастерить оружие, добыть пищу. Как вы все это собираетесь делать?
  - Пока не знаю. Но думаю - справлюсь. Ведь, насколько я могу судить по данным орбитального наблюдения, на Земле уже существуют довольно крупные поселения, где имеется какая-никакая инфраструктура.
  - Вся эта первобытнообщинная инфраструктура землян в первую очередь служит выживанию и войне. И чтобы ею воспользоваться, вам придется стать членом сильного клана или группировки. А вам это надо? - Ченг не переставал удивлять своей осведомленностью.
  - Ну... надо, наверное, - Ник немного растерялся.
  - Тогда знайте: во многих кланах новичку приходится пройти так называемый Отбор. Правила везде разные, но смысл один - доказать, что вы способны постоять за себя и приносить пользу. Того, кто окажется слабым и бесполезным, может ждать совсем иной статус - статус раба.
  Ченг сделал паузу, наблюдая, какой эффект произвела его последняя фраза на собеседника, затем опрокинул четверть стакана янтарной жидкости и продолжил, даже не закусив:
  - А раб там становится объектом насилия и эксплуатации, в том числе сексуальной. Так что на поверхности просто необходимо уметь пользоваться холодным оружием и оружием дальнего боя - луками, арбалетами, дротиками и всем прочим, что можно изготовить без развитой промышленности. Хорошие навыки воина и охотника - залог успешного выживания среди тамошних дикарей. Еще внизу вам может пригодиться кузнечное дело. Так что почитайте на досуге металловедение и технологию обработки металлов, в базе станции по этим темам можно найти довольно много информации. Если же решите поселиться на островах, стоит узнать побольше о кораблестроении и навигации.
  Полученная информация заставила призадуматься. Еще час назад он собирался просто спуститься на Землю. Теперь выяснялось, что для этого желательно освоить добрую половину навыков, накопленных человечеством за сотни лет.
   Юноша уже смотрел на механика другими глазами, осознав, что за обликом невзрачного пьянчужки скрывается вполне здравомыслящий человек.
  Ченг годился Нику в отцы и ничем примечательным не выделялся. Обыкновенный серый, неказистый тип, предпочитающий неброскую одежду. Но в этот тусклый образ никак не вписывались глаза, отражавшие ум, доброту и мудрость человека, не умевшего скрывать свои эмоции.
  - Вы, по всей видимости, уже изучили все эти предметы?
  Вопрос явно пришелся некстати. Ченг тут же насторожился, словно Ник случайно задел тему, о которой механик говорить не собирался.
  - Заговорился я с вами, а мне в машину пора, - суетливо проворчал он.
  Ник, проклиная свою несдержанность, вежливо попрощался и покинул каюту механика. Тем не менее пищи для размышлений он получил предостаточно. Теперь следовало все хорошенько обдумать и решить - стоит ли добровольно спускаться в Ад, носивший название Земля.
  
  
  Глава 5.
  
  Гиперкоридоры, или, как их еще называли, червоточины, обнаружили почти случайно - во время первых опытов по управлению метрикой пространства. Они могли быть как искусственного происхождения, так и аномалиями, возникшими в результате эволюции Вселенной. Люди так и не узнали, откуда взялась эта сеть, но научились находить входы и прокладывать через них маршруты. С тех пор именно гиперкоридоры определяли пути экспансии, торговли и войн: корабль мог войти в чужую систему лишь там, где пространство позволяло ему это сделать.
  Ньюкасл как раз знал, где можно войти в систему Кастор. Но здравый смысл подсказывал, что там его эскадру наверняка будут ждать корабли противника. В первые минуты после перехода, пока корабельные системы завершат синхронизацию, а защитные поля выйдут на полную мощность, вся эскадра будет слишком уязвима.
  Адмирал решил не рисковать и сделать крюк через Калипсо, принадлежавшую союзнику Альтаира Республике Банши. Согласно разработанному плану операции, экспедиционная группировка адмирала Веллингтона все же должна была идти напрямую, но значительно позже - когда основные силы противника уже окажутся втянуты в сражение с эскадрой Ньюкасла. Помимо флагманского линкора "Конкорд", в нее входили крейсер "Уиллис" и два фрегата - "Оскар" и "Прометей".
  Эскадра прошла через гиперкоридор в Калипсо, пополнила запасы топлива и неожиданно получила от союзников серьезное подкрепление. Республика Банши в знак признательности предоставила Ньюкаслу линкор "Юпитер". После чего объединенная группировка кораблей продолжила путь к Кастору.
  Звездолеты союзников вышли из гиперкоридора, выстроились в боевой порядок и, набирая ускорение, направились в сторону Геры.
  Система дальнего обнаружения Кастора сразу зафиксировала пять неопознанных объектов. И тут же подвергла их глубокому сканированию. Вскоре сомнений не осталось: в систему вошла эскадра Альтаира.
  Новоиспеченный король Чарлз, надо отдать ему должное, не растерялся. Он приказал привести в боевую готовность все космические силы Кастора, а сам занял место на мостике старенького крейсера "Фобос", который без промедления покинул орбитальные доки Зеи и взял курс на Геру, под прикрытие развернутой там системы планетарной обороны. Туда же направились "Дерзкий" и "Свирепый". Денебольские фрегаты получили приказ действовать совместно с силами Чарльза и теперь спешили навстречу противнику, которого до этого поджидали совсем у другой норы.
  Считанные дни, оставшиеся до начала сражения, могли сыграть решающую роль в предстоящем космической битве, где ожидалось противостояние не только кораблей и их экипажей, но и сенсорных сетей, автономных платформ, систем радиоэлектронной борьбы и боевых ИИ. Поэтому специалисты Кастора спешно перестраивали орбитальную оборону Геры под уже известный состав вражеской эскадры: уточняли приоритеты целей, перераспределяли автономные платформы, обновляли протоколы перехвата и готовили системы РЭБ к работе против конкретного противника. То же самое происходило и на кораблях Ньюкасла, где тактические системы непрерывно просчитывали возможные действия обороны Кастора, а штаб адмирала выбирал из множества вариантов тот, который давал наибольшие шансы пережить предстоящее сражение.
  За двадцать земных часов до расчетного начала сражения всегда уравновешенный Ньюкасл уже не мог спать. Адмирал находился на просторном ходовом мостике "Конкорда" вместе со старшими офицерами штаба и операторами боевых систем. Перед ними в воздухе висели объемные тактические схемы, непрерывно обновлявшиеся по мере поступления новых данных.
  С каждым часом огромный диск Геры, купавшийся в лучах голубой звезды Кастор, неуклонно приближался и все отчетливее проступал на тактических проекциях.
  Пора было начинать игру. Ньюкасл приказал линкору "Юпитер" отделиться от основной группы и под прикрытием фрегата "Оскар" атаковать внешнюю оборону Зеи. Остальные корабли начали торможение и готовились к бою в около орбитальном пространстве Геры.
  Противник к тому времени успел собрать основные силы в единый кулак и, не обращая внимания на два отделившихся корабля союзников, тоже готовился к сражению, которое, как всегда, обещало быть долгим.
  Сойдясь на дистанцию уверенного поражения, эскадры первым делом попробовали друг друга на прочность. В ход пошли дальнобойные ракеты и автономные ударные аппараты, кинетические боеприпасы и направленное энергетическое оружие. Системы РЭБ пытались ослепить чужие сенсоры и сбить наведение, перехватчики уничтожали приближающиеся цели, а защитные поля принимали на себя то, энергетические удары. Атаковали, отражали, перестраивали тактические схемы и атаковали снова, пока позволяли запасы энергии.
  Полукилометровая громадина "Юпитера", сопровождаемая юрким "Оскаром", беспрепятственно уходила в сторону Зеи, а "Конкорд" и "Уиллис" маневрировали неподалеку от Геры, обмениваясь ударами с "Дерзким" и "Свирепым". "Прометей" тем временем сошелся с "Фобосом", и там, похоже, тоже все затянулось надолго. Орбитальная оборона Геры постоянно вмешивалась в бой, заставляя корабли Ньюкасла расходовать слишком много энергии на защиту. В конце концов адмирал приказал начать отход в глубину системы, увлекая противника за собой.
  Вот тут-то и случилось нечто совсем невероятное, но вполне очевидное. Крейсер "Уиллис" каким-то непостижимым образом пропустил сразу несколько мощных ударов, нанесенных всеми видами бортового оружия одновременно с "Дерзкого", "Свирепого" и станций оборонительного кольца Геры. А затем, под вспышки плазмы развалился на крупные части, которые медленно, но, верно, стали расходиться по высокой орбите Геры вместе с сотнями мелких предметов, среди которых едва угадывались тела людей.
  Гибель "Уиллиса" транслировалась сразу на нескольких тактических экранах и оставила гнетущее впечатление на ходовом мостике "Конкорда".
  - Быстро разобраться, что случилось! Я жду доклада! - Ньюкасл чеканил каждое слово.
  Надо отдать должное старому аристократу, умевшему держать удар. Адмирал не мог оторвать глаз от разваливающегося на куски звездолета, но тем не менее понимал, что просто так во Вселенной ничего не происходит. Значит, у гибели "Уиллиса" были вполне объективные причины.
  Какой-то молоденький лейтенант, дрожа от волнения, уже спешил с докладом:
  - Ваша честь! "Дерзкий" и "Свирепый" применили согласованную резонансную атаку. Их системы нащупали рабочие гармоники защитного поля крейсера и на несколько секунд вывели его из устойчивого режима....
  - Объясняйтесь, проще! - перебил лейтенанта адмирал
  - Они заставили защитное поле "Уиллиса" войти в резонанс, сэр. Щит начал раскачивать сам себя и на несколько секунд отключился. Этого хватило, чтобы нанести удар.
  - Мы сможем избежать участи "Уиллиса"?
  - Да, сможем. Если переведем защитные поля в режим непрерывной фазовой модуляции. Тогда противнику будет гораздо сложнее удержать резонанс.
  - Спасибо, лейтенант! - У адмирала отлегло от сердца, и он выкрикнул, уже обращаясь к адъютантам: - Старшего механика ко мне!
  Вскоре на мостике появился механик Ливси и получил довольно четкие распоряжения относительно нового режима работы защитных полей.
  На поле боя тем временем для конфедератов складывалась крайне неприятная ситуация. Но на их счастье "Дерзкий" и "Свирепый" не смогли продолжать бой. Чтобы развалить "Уиллис" с его прочным гравикорковым корпусом, они израсходовали слишком много энергии и предельно нагрузили системы отвода тепла. Теперь им требовалось время, чтобы охладить реакторы и восстановить энергетические резервы, поэтому оба фрегата ушли под прикрытие внешнего кольца обороны Геры, оставив "Фобос" в одиночестве против двух кораблей неприятеля. Старый крейсер отчаянно маневрировал, пытаясь сбить противника с толку. Тем не менее Ньюкасл догадался о причинах, заставивших "Дерзкий" и "Свирепый" покинуть поле боя, и повел свой линкор вслед за ними, приказав перейти с маневровых на маршевые двигатели. Огромная махина "Конкорда" довольно быстро набрала ускорение и понеслась прямо к орбитальным сооружениям оборонительного кольца, которые не переставали осыпать ее огнем. Но линкор принимал удары на мощные энергощиты, сбивал торпеды, перехватывал ракеты и казался непробиваемым. Он перестал преследовать денебольские фрегаты и, избрав своей целью один из ключевых узлов орбитальной обороны Геры, неуклонно к нему приближался.
  По прошествии двух часов сближения, когда угроза столкновения стала явно ощущаться, на мостике линкора воцарилась достаточно напряженная атмосфера. Адмирал сам занял навигационный пост и перевел заключительную часть маневра под личный контроль. Ньюкасл не собирался спорить с расчетами бортовых систем, но там, где автоматика предлагала десятки допустимых траекторий, он видел одну-единственную.
  Команда линкора заняла места согласно боевому расписанию и ждала торможения, понимая, что никому мало не покажется. Наконец торможение началось. Все в одночасье полетело кувырком, встало с ног на голову. На борту творился невообразимый хаос, сопровождаемый чудовищными перегрузками и такой мощной вибрацией корпуса, что несведущему человеку могло показаться: звездолет вот-вот развалится на части. Но этого не произошло. Огромная махина "Конкорда", погасив большую часть скорости, ворвалась внутрь внешнего оборонительного кольца Геры и на остаточном импульсе врезалась в выбранный Ньюкаслом командно-энергетический узел. Удар был страшен. Узел разнесло на куски, а линкор продолжал корежить и ломать орбитальные конструкции оборонительного кольца Геры.
  Крепко пристегнутый к креслу Ньюкасл со стороны казался просто демонической бездушной фигурой, слившейся воедино со своим кораблем. Он вовсе не обращал внимания на творившийся вокруг кавардак и вел махину линкора сквозь взрывы и огонь, пока орудийные системы "Конкорда" добивали ближайшие элементы обороны.
   Со всех сторон поступали аварийные сообщения: "Повреждены внешние сенсоры". "Разгерметизированы два отсека". "Перегрузка маневровых двигателей и генераторов защитного поля". "Левая носовая орудийная установка вышла из строя". "Повреждена обшивка корпуса". Все это было весьма неприятно, но не смертельно. Игра стоила свеч: с уничтожением оборонительного кольца Гера уже не представляла угрозы.
  Теперь следовало ожидать ответного хода противника, и он не заставил себя долго ждать, превратив сражение в настоящие качели, с точки зрения военного успеха. Поднявшийся на гребень этого успеха "Конкорд" еще не успел толком оправиться от собственного тарана, как в его кормовую часть влетел "Дерзкий", разворотив сопловые блоки маршевых двигателей. Потрясенный до основания страшным ударом, линкор потерял ход и превратился в огромную неуправляемую махину, медленно плывущую по орбите вместе с неимоверным количеством обломков, оставшихся от внешних планетарных конструкций.
  "Дерзкому" тоже досталось, но меньше. Таран был заранее спланирован и выполнен скользящим ударом, пришедшимся на бортовую часть его корпуса. Поэтому изрядно покореженный фрегат не потерял управления и, совершив неуклюжий маневр, ушел в атмосферу Геры, выполняя экстренную посадку.
  Оставшийся запертым в большой банке Ньюкасл не терял самообладания. Переключаясь между тактическими проекциями, он ждал донесений, презрев суету, царившую вокруг.
  Наконец подошел Ливси.
  - Разрешите доложить, Ваша честь! Линкор потерял ход. Тараном разворочены сопловые блоки маршевых двигателей, повреждены силовые фермы и часть кормовых магистралей. Несколько двигательных узлов сорваны с креплений и деформированы. Пока не разберем поврежденную секцию и не восстановим хотя бы часть двигателей, своим ходом корабль не пойдет.
  - Сколько времени займет ремонт?
  - По крайней мере четыре дня.
  - У вас три.
  Ливси помедлил.
  - Для наружных работ придется снять защитное поле с кормовой секции.
  - Если иначе нельзя, снимайте. Но постарайтесь не угробить людей. А главное - почините двигатели.
  Ливси ничего не оставалось, как отправляться в кормовую секцию, чтобы контролировать ремонтный процесс. Работа обещала быть опасной: без защитного поля, любое удачное попадание противника могло закончить ремонт вместе с ремонтниками. Правда, геройствовать долго не пришлось. "Свирепый" и "Фобос" неожиданно ушли к Зее, обнаружив появление в системе новой группировки кораблей Конфедерации.
  Линкор остался лежать в орбитальном дрейфе под прикрытием "Прометея". Теперь, когда непосредственная угроза миновала, кормовую секцию можно было вывести из-под защиты, и ремонтные бригады вместе с уцелевшими дронами с небывалым проворством взялись за восстановление маршевых двигателей.
  Удача снова улыбнулась Ньюкаслу благодаря десантникам Веллингтона, которые к тому времени уже вошли в систему по прямому гиперкоридору и на четырех кораблях с огромным ускорением неслись в сторону Зеи. Туда же, с другой стороны, подходили "Юпитер" и "Оскар", еще издали начавшие обстрел внешнего кольца планетарной обороны.
  На Зее, где царила атмосфера небывалого патриотического подъема, о реальном положении дел знали немного. Но десанта ожидали. По всем каналам вещания шла пропаганда свободы и независимости Кастора. Молодые и не очень молодые люди призывались в силы самообороны, и для человека, способного пользоваться современным оружием, попытка уклониться от участия в ополчении была почти равносильна признанию себя трусом.
  Тилсбери тоже не остался в стороне от всеобщего ажиотажа. В городе полным ходом шла мобилизация под знамена свободы.
  Вильям Бартон в это ответственное для планеты время спокойно подстригал кусты акации в своем саду, чем вызывал далеко не одобрительные взгляды марширующих мимо ополченцев, увешанных давно снятыми с вооружения лазерными ружьями.
  Как человек, прошедший не одну войну, он не мог сочувствовать этому восстанию и видел в новобранцах лишь стадо баранов, бредущее в своем тупом неведении на бойню.
  Вечерами он смотрел на небо, где под росчерки и вспышки зарядов орбитальных станций разыгрывался уже заключительный акт драмы под названием "Возвращение блудной Зеи". Мысли о дочери не давали покоя, и, осознав свою причастность к ее судьбе, Бартон снова направился к Дикому Циклопу.
  В таверне было немноголюдно, и трактирщик сразу его заметил. Сделал приглашающий жест рукой.
  - Что случилось, Билли? - поинтересовался гигант, доставая стаканы. - Ты выглядишь довольно озабоченным.
  - Мне нужен боевой костюм десантника, - произнес Бартон, заговорщически глядя в лицо трактирщика. - И оружие нужно. Только не те пукалки, что на улицах раздают, а настоящее оружие.
  - Никак сражаться за независимость надумал? - Циклоп неторопливо наполнил стаканы терпким ромом.
  - Дочь у меня! Понимаешь? Дочь!
  - Не понимаю, - трактирщик действительно ничего не понимал.
  - Ладно, попытаюсь объяснить. - Вильям махнул рукой. - Рано или поздно на планету высадится десант Конфедерации. Скорее всего, это будут головорезы Веллингтона. Ты что-нибудь слышал о таких?
  - Серьезные ребята. И снаряжение у них будь здоров. - Циклоп принялся набивать трубку табаком.
  - Кроме тяжелых десантных костюмов, у этих парней имеются наземные штурмовые платформы и глайдеры для прикрытия с воздуха. А у "Амазонок", насколько я знаю, только легкие тактические костюмы. Они все-таки дворцовая гвардия, а не штурмовая бригада.
  - Против тяжелого десанта слабовато, - заметил трактирщик.
  - Пожгут их люди Веллингтона. Даже не сомневайся - пожгут.
  - А у тебя там дочь?
  - Ну да.
  - Это не та стерва, случаем, что Багирой зовется?
  - Дочура моя, конечно, стерва, но вряд ли Багира.
  - Какая она из себя?
  - Высокая, стройная, красивая. Светло-русые волосы. Голубые глаза, как у меня. И вообще, она на меня очень похожа. Кстати, носит лейтенантское звание, - не без гордости сообщил Бартон.
  - Есть там такая. Марго ее зовут.
  - Интересно, Марго - это имя или позывной?
  - Дивлюсь я тебе, Билл: ты о дочери своей у меня спрашиваешь.
  - Так не у кого больше, - вздохнул Бартон. - И вообще, вернемся к нашей теме. Поможешь со снаряжением?
  Трактирщик кивнул, раскуривая трубку:
  - Я могу тебя свести с м-м-м.... компетентными людьми. А там уже ваши дела.
  - Договорились!
  "Компетентными людьми" оказались два скромно одетых молодых человека, прибывшие в таверну получасом позже. Они представились Ноксом и Реем.
  - И чем вы занимаетесь? - поинтересовался Бартон.
  - Решаем проблемы, - ответил Нокс.
  - Платежеспособных людей, - уточнил Рей.
  Отставной майор сразу понял, что имеет дело с профессионалами.
  Контрабандисты предоставили внушительный каталог имеющегося в наличии снаряжения и техники. Правда, цены кусались.
  Бартон долго изучал каталог, пока его глаза не загорелись азартным огнем. Давно забытые чувства вновь охватили наемника, который наконец поинтересовался:
  - Вам случайно не нужен дом?
  - Что за дом? - спросил Нокс.
  - Хороший дом в предместье Тилсбери с шикарным садом. Я готов поменять его на глайдер. Мало того, я доплачу еще семьсот тысяч кредитов, если вы оборудуете этот глайдер защитным полем, установите два импульсных лазера, автоматическую кинетическую турель и подвесите шесть ракет класса "воздух - земля".
  Молодые люди переглянулись, делая какие-то подсчеты в уме. После чего, как и положено, изобразили весьма озабоченные гримасы.
  - Добавить надо, - произнес Рей. - Хотя бы еще полтораста штук.
  - У меня нет больше, - честно признался Бартон. - Но, знаете, в моих оранжереях и саду произрастает порядочное количество весьма редких растений. Если их продать, они с лихвой покроют названную вами сумму.
  - Мы не занимаемся продажей цветов, - заметил Нокс.
  Еще несколько дней назад подобное пренебрежение к цветам Бартон воспринял бы почти как личное оскорбление. Теперь ему было не до орхидей.
  - Я доплачу за своего друга, - встрял в торг Циклоп, недобро сверкнув своим единственным глазом. - И вот еще что: мне нежданно-негаданно тоже захотелось полетать. Поэтому мой глайдер должен быть оснащен примерно так же. Расчет произведем сразу.
  
  Глава 6.
  
  Готовясь к жизни на Земле, Ник решил всерьез заняться ближним боем. Современное оружие там никто ему выдавать не собирался, а потому умение обращаться с ножом, топором или любым подходящим куском железа внезапно переставало казаться экзотикой. Некоторую фору давало фехтование на шпагах: Ник неплохо чувствовал дистанцию, умел работать ногами и быстрее многих реагировал на выпад противника. Но довольно скоро выяснилось, что дуэль на шпагах и драка тяжелым тесаком имеют между собой примерно столько же общего, сколько светский раут и кабацкая потасовка.
  Начал он с одной из виртуальных школ ближнего боя, доступных через сеть "Медузы". Его спарринг-партнерами оказались в основном такие же энтузиасты, которые уверенно брались за мечи, топоры и прочие нехитрые орудия, а уже через несколько секунд выясняли, что совершенно не представляют, что с ними делать. Ник рубился жестоко и побеждал чаще, чем проигрывал, но быстро понял: у таких противников можно научиться разве что плохим привычкам. Требовались настоящие наставники.
  Поиски привели его в "Пепельный мир" - огромную постапокалиптическую симуляцию, пережившую уже не одно поколение игроков. Поселения там росли и исчезали, банды делили территории, торговцы прокладывали новые маршруты, а виртуальные обитатели прекрасно помнили, кто им помог, кто обманул, а кто однажды украл у них последнюю канистру топлива.
  Репутация в "Пепельном мире" значила гораздо больше любых условных уровней. Незнакомцу никто не доверял дорогое оружие, не рассказывал безопасные маршруты и уж тем более не собирался обучать его тому, чему учились годами. Поэтому Нику пришлось начинать с самого низа.
  Свободного времени это пожирало все больше. Вернувшись с вахты, Ник ложился на койку, активировал нейроимплант и входил в виртуальную сеть. Через несколько секунд тесная каюта "Медузы" переставала для него существовать, уступая место Пепельному миру. Виртуальные тренировки, конечно, не добавляли Нику мышц, но позволяли отрабатывать реакцию, координацию, дистанцию и движения. Мозгу, как выяснилось, было довольно безразлично, настоящий кусок железа летит тебе в голову или виртуальный.
  Поначалу Уворотливый Ник - именно такое имя он выбрал себе в "Пепельном мире" - поселился в какой-то захудалой деревушке, где очень скоро попал в ученики к местному кузнецу Шмидту.
  С кузнецом у него отношения не складывались по причине разницы во взглядах на обработку металла. Шмидт делал отличные топоры, ножи, сабли и наконечники для копий, но часть его технологий держалась скорее на многолетней привычке, чем на понимании происходящих в металле процессов. Ник, получивший вполне приличную подготовку по материаловедению в академии, не удержался от советов.
  Поначалу Шмидт послал его колоть дрова.
  Потом еще раз.
  Но Ник оказался упрямым. В конце концов кузнец согласился изменить режим закалки и последующего отпуска нескольких клинков. Симуляция честно отработала результат: клинки получились прочнее и долговечнее. Шмидт объявил это очередным подтверждением собственного мастерства. Ник спорить не стал. Для подмастерья, еще недавно таскавшего воду и уголь, признание авторства было менее важно, чем возможность наконец перестать таскать воду и уголь.
  Вскоре изделия кузницы начали пользоваться спросом, а вместе с ними росла и репутация молодого подмастерья. Его стали брать в караваны, поручать охрану стад и складов, а затем и более опасную работу, связанную с налетчиками и местными бандами.
  Вот так, медленно, но, верно, Ник продвигался по пути, ведущему в лагерь наемников, где и нашел своего первого настоящего наставника - Гомеза.
  Гомез считался специалистом по ближнему бою и одинаково уверенно обращался с ножом, клинком, топором, молотом и большинством предметов, которые в умелых руках вообще могли использоваться как оружие. За свои услуги он заломил просто баснословную сумму.
  - Где же я тебе столько достану?! - возмутился Ник.
  - Работай, малыш. Трудись на полях или в шахтах. Охраняй караваны. Торгуй, если хочешь. Воруй, если можешь, - наставник был непреклонен. - Но деньги принеси. Бесплатно я тебя учить не буду. И репутацию среди наемников заработай. Люди, которым я доверяю, о тебе должны отзываться хорошо.
  Прикинув, сколько ему на все про все понадобится времени, Ник совсем загрустил. Гомез был только первым наставником. Дальше его ждали специалисты по бою с парным оружием, с тяжелым, борьбе, выживанию и десяткам других полезных вещей. Даже по самым скромным прикидкам на это могли уйти годы.
  Но зато после таких лет он действительно научился бы драться, а не просто изображать человека, умеющего держать боевой топор.
  Разрываемый противоречиями, Ник решил пожить некоторое время в лагере наемников, чтобы хорошенько обдумать создавшееся положение и решить, стоит ли продолжать безвылазно сидеть в виртуале или все же посвятить больше времени реальной подготовке к высадке.
  Через пару дней бесполезных мотаний по лагерю и вокруг него Ник заметил, что среди виртуальных персонажей временами появляется еще один настоящий пользователь. Незнакомец явно находился здесь давно: наемники знали его, торговцы здоровались первыми, а некоторые двери, перед которыми Нику приходилось долго объяснять, кто он такой и зачем пришел, перед ним открывались без разговоров.
  Система не раскрывала личность пользователя, но помечала соединение как локальное. Значит, человек находился не на Церере и не где-нибудь в Поясе, а здесь же, на "Медузе".
  Ник решил навести справки у Гомеза.
  Тот довольно лестно отозвался о крутом рубаке по имени Леон. Сказал, что Леон появляется в "Пепельном мире" уже второй год, пользуется большим уважением среди наемников, имеет связи с несколькими сильными группировками и вообще относится к тем людям, с которыми разумнее дружить, чем выяснять отношения.
  Как-то Леон пришел в лагерь по своим делам и присел у костра. Ник - тут как тут.
  - Послушайте, любезный! - обратился он к незнакомцу. - Вам не кажется, что, коли мы оказались здесь вдвоем, можно создать команду?
  - Я одиночка, - коротко отрезал Леон.
  - В одиночку долго не протянешь, - не сдавался Ник. - Особенно на Земле.
  Последняя реплика заставила Леона призадуматься, и он даже с некоторым интересом взглянул на присевшего напротив юношу. Но тут появился полковник Крикси. То, что это именно полковник, было практически написано у него на лбу. Из тысяч доступных образов Мистер Устав умудрился выбрать самый похожий на самого себя. И гардероб подобрал соответствующий.
  - Это я удачно зашел, - Крикси заложил свои короткие руки за спину и обратился к Леону. - Шиллера еще можно понять - не наигрался малец. А вас-то, Жересс, куда понесло на старости лет?
  - В этом мире меня зовут Леон, - упрямо произнес майор.
  - А меня - Уворотливый Ник, - вторил Ник.
  - Вы из меня что, идиота хотите сделать? - Крикси присел к костру.
  - Из человека нельзя сделать то, чем он уже является, - Леон продолжал неотрывно смотреть на огонь.
  Крикси, не ожидавший такого вопиющего нарушения субординации, да еще при младшем офицере, просто потерял дар речи и какое-то время только раздувал щеки. Наконец все же сумел взять себя в руки и прорычал сквозь зубы:
  - За оскорбление начальника вы получите десять суток ареста.
  - Я бы хотел попасть на каторгу.
  - И я тоже, - Ник поддался внезапному порыву, сам не понимая, что творит.
  - Надо думать, вы оба хотите на поверхность, иначе какого черта вам здесь делать, - Крикси снова вскочил и заходил вокруг костра. - И если уже поставили себе такую цель, то рано или поздно найдете способ ее достигнуть. Но, может быть, сначала все-таки объяснимся?
  Неожиданное предложение полковника выкурить трубку мира встретило полное понимание.
  - Да, видимо, настало время серьезно поговорить, - согласился Жересс и, когда Крикси успокоился и сел, обратился к нему: - Я знаю, и все знают, что существует программа реабилитации Земли.
  - Существует, - ответил Крикси. - И средства в нее вкладывают вполне реальные. Только Земля почему-то не спешит становиться снова человеческим миром. Поселения возникают, распадаются, воюют между собой. Устойчивого прироста почти нет.
  - А вам известно почему?
  - Болезни, зараженные территории, войны, высокая смертность. И слишком мало женщин.
  - Ошибаетесь полковник. Главная причины - это вы. Вернее, ваша некомпетентность. Я не знаю, что побуждает вас превращать каторжанок в сексуальных рабынь у вождей сильных кланов. Но я знаю одно, при грамотном распределении людей обоих полов, на Земле уже бы народилось второе поколение, ставшее ее коренным населением.
  - Что значит "грамотном" - потрудитесь объяснить.
  - Мужчин и женщин должно быть примерно поровну. Неужели не ясно, полковник?
  - Вы, Жересс, или действительно не постигаете реальное положение вещей, или дурачком прикидываетесь. - Крикси негодовал. - В каждом этапе заключенных женского пола - по пальцам пересчитать. На Земле без опеки сильного клана шанса выжить у них нет: десятки неуправляемых банд всякого рода отморозков только и рыщут в надежде заполучить в свою стаю новую самку. Вам сей факт должен быть хорошо известен.
  - Вы правы лишь в общих чертах, - спокойно согласился Жересс. - Но если конкретизировать отдельные случаи, то на этапах бывало до сотни женщин, обвиненных на своих планетах по довольно спорным статьям. И вы бросали этих, с вашей точки зрения, отъявленных преступниц на поругание отвратным зажравшимся тварям, что живут лишь одними низменными инстинктами и плевать они хотели на судьбу планеты.
  - Я что-то никак не возьму в толк, майор, - язвительно заговорил Крикси. - Вам то какое дело до всего этого? Какое вам дело до Земли? Какое вам дело до негодяев, на ней обретающихся? Что вас заставляет принимать участие? Сопереживать?
  - Есть на то причины. Только позвольте на этот раз умолчать о них.
  Настала тягостная пауза, и Ник почувствовал себя явно не в своей тарелке.
  - И что мне теперь прикажете с вами делать? - грустно спросил Крикси.
  - В первую очередь отправить меня на Землю, как человека, нарушившего 718 пункт дисциплинарного устава, - ответил Жересс.
  - Но вы его пока не нарушали, - возразил полковник.
  - Значит нарушу.
  - Когда нарушите, тогда и поговорим.
  - Не перегибайте, полковник. Я ведь и покалечить могу.
  - Уговорили. - Весьма недовольно согласился Крикси. - И какое конкретно место для дальнейшего обитания вы присмотрели?
  Жересс кивнул в сторону Ника.
  - Я знаю, что молодой человек ночами напролет сканирует поверхность. Ему и карты в руки.
  Оказавшись в центре внимания, Ник слегка смутился, но, осознав серьезность момента, быстро заговорил:
  - Последние недели я искал место, где новая группа могла бы начать с нуля и при этом не оказаться сразу между двумя сильными кланами. Кажется, нашел.
  - Мы вас внимательно слушаем, - произнес Жересс. И в его голосе чувствовалась дружеская поддержка.
  - После катастроф побережье бывшей Западной Европы сильно изменилось. Ла-Манш расширился, море ушло далеко в старые речные долины, а ближе к северо-западным предгорьям Центрального массива образовалась огромная территория озер, болот и проток. На картах она так и проходит - Озерный край.
  Крикси ничего не сказал.
  - Там есть большое пресноводное озеро всего в нескольких десятках километров от нового морского побережья, - продолжал Ник. - Оно связано с морем системой рек и проток. На восточном берегу - сухая возвышенная терраса, лес, пресная вода, участки пригодной почвы. По открытым данным крупных поселений поблизости нет. Если высаживаться где-то, я бы выбрал это место.
  - Я знаю это озеро, - наконец произнес Крикси. - И вы не первый, кому оно понравилось.
  - В чем проблема?
  - В том, что вы выбрали место на самой границе закрытого сектора. Примерно в ста километрах к юго-востоку лежит сигуурийский дредноут.
  Ник удивленно посмотрел на него.
  - Я думал, сектор закрыт из-за заражения.
  - В том числе. Дредноут лежит там уже много десятилетий и не подает никаких признаков активности. По официальной версии корабль мертв, экипаж погиб.
  - А по неофициальной?
  Крикси пожал плечами.
  - Неофициально никто никогда не видел ни одного живого сигуурийца, вышедшего из этого корабля. Но внутрь основной части дредноута тоже никто не вошел достаточно далеко, чтобы пересчитать трупы.
  - Как он вообще там оказался? - спросил Ник. - Насколько мне известно, Сигуурийский коридор запечатали много веков назад.
  - Никто толком не знает до сих пор. Но факт остается фактом. Он вошел в солнечную систему именно из запечатанного тоннеля. Уничтожил несколько автоматических станций в районе Сатурна, зацепил старый комплекс у Титана и пошел к Поясу. Там его встретили силы обороны Цереры и флот корпорации.
  Ник поймал себя на мысли, что Крикси не плохой рассказчик.
  - Ему разворотили двигатели, выбили часть вооружения и лишили большей части маневренности, - продолжил полковник. - Только к тому времени он уже несся к Земле с такой скоростью, что остановить эту махину было невозможно.
  - Почему именно к Земле?
  Крикси пожал плечами.
  - Возможно, хотел нанести последний удар. Возможно, автоматика просто держала заданную траекторию. Этот корабль вел себя неадекватно начиная с момента выхода из тоннеля.
  - Почему мы не наблюдаем за ним?
  - Это вы не наблюдаете, - хмыкнул полковник. - "Медуза" сканирует район непрерывно. И ничего подозрительного так и не обнаружила. Ни излучения, ни движения, ни работающих систем, которые мы способны распознать. Но есть другая странность. Озерный край вполне пригоден для жизни, однако крупных поселений поблизости нет. В болотах и лесах встречаются небольшие группы людей, большей частью одичавшие и крайне недружелюбные. Опасной фауны тоже хватает. Но сильные кланы туда почти не заходят.
  - Может быть, просто боятся дредноута?
  - Не исключено, - ответил Крикси. - Или знают что-то, чего не знаем мы.
  - Тогда стоит разобраться на месте, чего именно они боятся. Но для такой прогулки неплохо бы иметь хотя бы одну импульсную винтовку, - заметил Ник.
  - Это исключено. - Крикси мгновенно снова превратился в Мистера Устав. - Поселенцам запрещено выдавать современное боевое оружие. Инструкции на этот счет предельно ясны.
  - Не все в жизни укладывается в инструкции, господин полковник. Есть вещи куда важнее.
  - Прекратите философствовать, лейтенант.
  - Мне оружие не нужно, - подал голос Жересс. - Я уйду на Землю на общих основаниях с ближайшей подходящей партией каторжан.
  - Что значит подходящей?
  - Я хотел бы сам набрать группу из следующего этапа.
  Крикси недоверчиво прищурился:
  - То есть мало того, что вы решили доказать мою некомпетентность, так еще хотите провести эксперимент за мой счет?
  - За счет программы реабилитации, - поправил Жересс. - Если вы правы, мы погибнем. Если прав я - у вас появится поселение, которое не развалится через полгода.
  - Очень обнадеживает.
  - Надеюсь, прямого нарушения инструкций вы здесь не усматриваете?
  - Пока нет, - нехотя признал Крикси. - Но я еще найду.
  Он помолчал, потом поднялся.
  - Надо подумать.
  И, очевидно решив, что на сегодня серьезных разговоров с него достаточно, вышел из симуляции.
  Когда Ник и Леон остались вдвоем, молодой человек поинтересовался:
  - Что это за семьсот восемнадцатый пункт?
  - Стыдитесь, юноша. Такие вещи нужно знать. Пункт семьсот восемнадцатый касается умышленного нападения на непосредственного начальника. В моем случае это означает немедленное отстранение от службы, арест и передачу под юрисдикцию Цереры.
  - И каторгу?
  - Трибунал вправе вместо обычного заключения назначить принудительную пожизненную высылку на Землю. Особенно если начальник обвиняемого настойчиво попросит именно об этом.
  - То есть вы действительно собирались его ударить?
  Леон посмотрел на огонь.
  - Я рассчитывал, что полковник окажется понятливым человеком.
  
  
  Глава 7.
  
  Ранним утром, по прошествии полутора суток после благополучной для Бартона сделки, первые десантные капсулы с бойцами Веллингтона прорвались под прикрытием линкора "Юпитер" через орбитальное кольцо обороны Зеи. Вошли в плотные слои атмосферы и совершили благополучную посадку в районе космодрома, куда сразу начали стягиваться регулярные войска Чарльза, ожидавшие нападения именно на этот важный стратегический объект.
  Конфедераты успели быстро покинуть свои удачно приземлившиеся аппараты и рассредоточиться, заняв удобный плацдарм для высадки основных сил, что уже находились на спуске.
  Еще пару капсул и пять десантных модулей сели неподалеку от Тилсбери, выпустив на белый свет пять тяжелых штурмовых платформ на гусеничном ходу, дюжину транспортеров и две роты пехотинцев, тут же оседлавших транспортеры.
   Десантников никто не встречал, и они сразу принялись выполнять поставленную задачу, в которой предусматривался захват замка короля Чарльза со всеми засевшими в нем бунтовщиками.
  Командовавший операцией капитан Мартин Дуглас расположился поверх брони головной машины и, щурясь от яркого утреннего света, рассматривал близлежащие окрестности через оптику боевого визора.
  Немного мешал тяжелый штурмовой костюм с силовым экзоскелетом, собственной системой энергоснабжения и генератором защитного поля. В этом костюме капитан выглядел довольно неуклюже, но в то же время внушительно. Впрочем, все его парни смотрелись этакими непробиваемыми, источающими угрозу киборгами. И если учесть еще наличие громадных штурмовых платформ в три человеческих роста высотой, то противник просто должен был разбежаться от одного вида конфедератов.
  Лесистая местность вокруг могла сулить всякие неожиданности. Орбитальная навигационная сеть практически не работала: планетарная оборона глушила каналы связи и забивала их ложными сигналами. Впрочем, заблудиться десантники не могли. Инерциальные системы транспортеров уверенно держали маршрут, а операторы штурмовых платформ, используя бортовые сенсорные комплексы, какое-то время сканировали близлежащую территорию и, не обнаружив ничего подозрительного, доложили Дугласу об отсутствии противника. Капитан дал отмашку, и десантники двинулись двумя колоннами в сторону замка, который располагался примерно в шести километрах от места десантирования.
  Колонны обошли стороной сам город Тилсбери с засевшими в нем силами самообороны и, не встречая сопротивления, неуклонно приближались к вздымающейся громаде замка, зримого на многие километры вокруг.
  Дуглас имел непосредственное указание адмирала Веллингтона - по возможности щадить гражданские объекты. Но замок с его зловещими бастионами и стенами таковым объектом не считал. Поэтому, лишь выйдя на удобный угол атаки, приказал штурмовым платформам развернуться в боевой порядок и открыть огонь на поражение.
  Первым к замку устремился рой разведывательно-ударных микродронов, выпущенных платформами. Несколько сотен крошечных машин растеклись над местностью, меняя высоту и направление движения, но почти сразу наткнулись на противодроновую оборону. Над крепостью словно прошла невидимая волна - большая часть роя разом потеряла управление и посыпалась на землю. Немногих уцелевших встретили поднявшиеся со стен дроны-перехватчики, и спустя считанные секунды от первой волны атаки практически ничего не осталось.
  - А замок-то с зубами, - пробормотал Дуглас, приказав операторам платформ задействовать навесные ракетницы.
  Тут же добрых два десятка умных ракет, издавая приятное уху всякого десантника шипение, понеслись в сторону замка, в одночасье превратив его юго-западную стену, сделанную из прочных композитных материалов, в груду строительного мусора.
  Противник сдаваться, по всей видимости, не собирался и тут же огрызнулся двумя лазерными турелями, появившимися прямо из-под земли. Их удар оказался настолько сильным, что пробил энергозащиту дюжины десантных костюмов, превратив их обладателей в хорошо прожаренное в микроволновке жаркое.
  Проклиная штабных крыс, планировавших операцию без проведения должной разведки, Дуглас приказал сосредоточить огонь из всех видов имеющегося оружия на турелях. Ураган небывалой разрушительной силы, сотканный из сотен различных импульсов, зарядов, излучений, тут же понесся в двух направлениях, уничтожая все на своем пути, и, достигнув оборонительных сооружений неприятеля, превратился в беспощадный плазменный шторм, не оставивший от лазерных орудий даже воспоминания.
  Внешние камеры слежения также разложились на молекулы, отчего на мониторах поста управления защитой замка, находящегося в подвальном помещении, образовалась раздражающая глаза рябь. Кельвин О'Нилл покинул широкое кресло пульта и дал команду расположившимся поблизости подчиненным готовиться к вылазке. Небольшой взвод охраны замка, состоящий из тринадцати человек, не считая командира, находился в полной боевой выкладке и лишь ждал отмашки. Считанные минуты ушли у бойцов на то, чтобы, преодолевая рухнувшие перекрытия, выбраться наружу и очутиться среди развалин замка, где уже обосновались амазонки Минкара.
  Багира лишь бросила короткий взгляд в сторону людей Кельвина, отмечая их неплохую экипировку. Несколько раз выкинула пальцы, показывая номер канала цифровой связи, и продолжила возиться с переносной установкой для запуска кумулятивных ракет. За время короткой перестрелки амазонки Минкара успели собрать достаточно данных о защитных полях штурмовых платформ, находившихся в каких-то трехстах метрах от разрушенной стены, и теперь Багира загружала эти данные в управляющую систему ракет.
  Кроме главной амазонки ракетницы настраивали, по крайней мере, еще три девушки, находившиеся под прикрытием огромных рухнувших глыб. Остальные разбились вокруг них на группы, держа оружие наготове.
  О'Нилл настроил встроенную в боевой костюм систему связи на указанный канал и сразу услышал уже совсем невероятные слова благодарности в свой адрес:
  - Спасибо за то, что вызвали огонь на себя, Кельвин. Мы успели собрать данные по защитным полям этих железяк.
  - Чего только не сделаешь ради красивой женщины!
  - Оставьте ваши донжуанские сантименты при себе, - произнесла Багира и уже приказным голосом обратилась к своим подчиненным. - Я Валькирия первая. Жду докладов от остальных.
  - Валькирия вторая готова.
  - Валькирия третья готова.
  - Валькирия четвертая готова.
  - Ну что, девчата, потанцуем... Залп.
  Четыре выпущенные из-за укрытий ракеты взмыли вверх и по замысловатой, трудно угадываемой траектории полетели в сторону противника. Две из них удачно достигли своих громадных целей, превратив их в плавящиеся куски металла, две другие все же были сбиты на подлете. Взрывные волны прокатились по пустырю, со стороны которого наступали конфедераты. Опрокинули один из транспортеров, впечатали в землю первую линию нападавших десантников, запалив землю вокруг них.
  Не ожидавший такого поворота событий Дуглас вышел на связь со штабом, что располагался на одном из десантных кораблей, барражирующих на орбите. Доложил обстановку и попросил прикрытия с воздуха. В штабе пообещали помочь, но дали понять, что операция по захвату планеты проходит не так гладко, как хотелось бы. Конфедератам очень мешало все еще эффективно действующее внешнее оборонительное кольцо, управляемое откуда-то с поверхности. Лишь трем звеньям глайдеров из элитного подразделения "Грифоны", базирующегося на палубе флагманского корабля Веллингтона, удалось благополучно проскочить в плотные слои атмосферы Зеи.
  Одна из этих удачливых четверок пошла на помощь Дугласу, получая тактическую информацию от штурмовых платформ. К тому времени десантникам удалось оправиться от последствий ракетного налета и стремительным броском преодолеть оставшийся участок пути, который отделял их от крепостного рва. Но ров оказался частично завален обрушившимися стенами. Для гусеничных машин и транспортеров дальше дороги не было, ибо через бурелом огромных камней мог пройти только пехотинец.
  По электромагнитным всплескам, излучаемым боевыми костюмами защитников замка, быстро удалось определить местоположение, численность и примерное вооружение этих самых защитников. Более-менее серьезных ребят насчитывалось четырнадцать человек. Остальные полсотни прячущихся в катакомбах слабо экипированных вояк не должны были вызвать проблем для десантников. Дуглас воспрял духом. Еще большего оптимизма ему придали показавшиеся из-за дальних сопок два глайдера, которые система опознала как свои. Только непонятно, почему их было всего два, когда штабной говорил о четверке. Пока капитан предавался размышлениям, глайдеры без проволочек открыли огонь из всех видов бортовых орудий. Атака оказалась настолько стремительной, что, когда встроенные в боевые костюмы компьютеры, проанализировав обстановку, сообщили о надвигающейся опасности, что-либо предпринять было уже невозможно. Две роты конфедератов и все сопровождавшие их транспортные средства, включая гусеничные платформы, в одночасье оказались перемешаны с тоннами земли, поднятыми на воздух мощнейшим ракетно-плазменным ударом с воздуха.
  Далее на глазах у изумленных защитников замка неизвестные летчики, продемонстрировав парочку финтов, претендующих на фигуры высшего пилотажа, и развернули свои машины по направлению к внезапно упавшей с неба четверке "Грифонов".
  Завязался нешуточный воздушный бой, давший время убраться в подземное убежище как О'Ниллу сотоварищи, так и роте амазонок Минкара.
  По разветвленным подземным коммуникациям оба подразделения достигли оборудованного по последнему слову техники бункера, где находились все остальные обитатели замка, включая королеву, у которой уже достаточно округлился живот, чтобы дать понять даже человеку непосвященному о ее весьма деликатном положении.
  Огромный бункер помимо автономного питания, регенерационного оборудования и других навороченных штучек имел также систему внешнего наблюдения и связи, расположенную в отдельном отсеке, куда сразу направилась Багира в сопровождении О'Нилла. Эта парочка без лишних разговоров засела за мониторы, настроив их на происходящий в небе над Тилсбери воздушный бой.
  "Грифоны" разбились на спарки и жали неизвестных спасителей по всем статьям. Долго бой продлиться не мог, принимая во внимание перевес конфедератов в численности, да и в умении управлять лучше вооруженными машинами.
  О'Ниллу удалось связаться с командующим планетарной обороной генералом фон Клаузевицем.
  - Генерал! Нам нужна помощь вашей орбитальной группировки, - заявил Кельвин.
  - Какой квадрат? - коротко поинтересовался генерал.
  - Четырнадцатый.
  - Увы, пока это невозможно.
  - А что так?
  - Над упомянутым квадратом наши военные спутники и станции держит под постоянным огнем "Юпитер". Мы не можем открыть защитное поле даже на несколько секунд, чтобы произвести залп по прорывающимся на поверхность капсулам.
  - А где сейчас "Фобос"?
  - В данный момент он ведет бой с "Прометеем". Но я уже просил "Свирепый" взять "Прометей" на себя. Возможно, "Фобос" освободится и заставит "Юпитер" выставить полную защиту. Под полным щитом линкор сам стрелять не сможет. Тогда сможем стрелять мы.
  - Я думаю, будет уже поздно.
  - А что там у вас происходит, О'Нилл?
  - Тут каких-то два переделанных глайдера бьются с четверкой палубников Веллингтона.
  - Во всяком случае, парни уйдут из этой жизни как настоящие воины, - философски заключил генерал. - Им уже не грозит жалкая смерть от старости в своей провонявшей мочой постели.
  - Согласен! Но все равно жаль, - тяжко вздохнул О'Нилл, заканчивая сеанс связи.
  Вильям Бартон согласиться с фон Клаузевицем никак не мог и продолжал отчаянно бороться за жизнь. Его развозной глайдер, превращенный умелыми руками Нокса и Рея в настоящую боевую машину, уже истратил почти все заряды и трещал своим энергетическим щитом по всем швам. У Циклопа положение было не лучше, но он держался молодцом, не переставая сыпать проклятия в сторону конфедератских недоумков, которым, по его словам, только на гладильных досках летать.
  - Как насчет катапультирования, Сэм? - выкрикнул Бартон в микрофон гермошлема.
  - Черт подери! Видимо, придется прыгать, - проворчал гигант. - Я ухожу к морю. Прощай, Билл.
  - Прощай, дружище! Даст бог - свидимся! - с искренней горечью выдавил из себя Бартон и, сбросив боковой сектор защитного поля, зашел наперерез висящему на хвосте у Циклопа грифону и ударил того крылом о крыло, тем самым давая напарнику шанс оторваться от преследователя. Машина Вильяма тут же сорвалась в пике, стала неуправляемой. Уже перед самой поверхностью он успел дернуть рычаг запуска катапульты. Но буквально по прошествии нескольких мгновений после выброса кресла с накрепко пристегнутым к нему пилотом глайдер Бартона поразила точно выпущенная ракета конфедератов. Мощная взрывная волна с огромной скоростью достигла наемника, накрыла с головой, после чего свет погас, и Вильям провалился в небытие.
  
  Глава 8.
  
  По истине судьбоносный разговор, состоявшийся в виртуальном мире, сжег последние мосты, соединяющие Ника с прошлой жизнью. Теперь выбор был сделан. Юноша рвался на Землю. Вот только было пока непонятно - берет его с собой Жересс или нет: никаких определенных заверений со стороны майора до сих пор не поступило. Такое подвешенное состояние никоим образом не устраивало юношу, и он решительно вознамерился поставить, наконец, все точки над и.
  - Пора определиться, сударь, - без обиняков заявил молодой человек, ворвавшись в каюту майора.
  - Меня зовут Леонардо, - спокойный взгляд источающего уверенность Жересса немного остудил юношеский пыл. - Для друзей я просто Лео.
  - А... мы друзья? - растерялся Ник.
  - Думаю - да!
  - Я рад, - у Никиты отлегло от сердца. - Просто чертовски рад.
  - Необходимо поставить в известность Крикси о том, что ты покидаешь станцию с ближайшим этапом, и тебе требуется замена.
  - Уже иду! - Юноша тут же исчез, чтобы через две минуты ворваться в кабинет к Мистеру Уставу,
  Однако кабинет оказался занят. В кресле напротив Крикси сидела Зои Карпентер, на станции она работала в качестве эколога и была единственной представительницей слабого пола.
  У полковника от неслыханной наглости лейтенанта, не соизволившего даже постучать, округлились глаза
  - Выйдите, Шиллер, - рявкнул он.
  - Но я только...
  - Выйдите и дождитесь своей очереди. И попробуйте за это время вспомнить, для чего человечество изобрело двери.
  Ник исчез так же стремительно, как появился.
  Крикси еще несколько секунд смотрел на закрывшуюся дверь, затем перевел взгляд на Зои.
  - Продолжайте.
  - Я прошу отправить меня на Цереру ближайшим рейсом. - Зои протянула полковнику лист с рапортом о предоставлении ей оплачиваемого декретного отпуска.
  Полковник, надел свои старомодные очки, пробежал рапорт глазами и нахмурился.
  Беременность сама по себе не представляла ничего необычного. Гораздо интереснее был другой вопрос: кто именно на "Медузе" сумел внести столь весомый личный вклад в продолжение человеческого рода.
  Себя Крикси исключил сразу и с чистой совестью.
  Шиллера тоже. Молодой денеболец при всех своих многочисленных недостатках пока еще относился к женщинам с той опасной смесью романтизма и благоговения, которая обычно сильно мешает быстро добиваться практических результатов.
  Остальные кандидатуры требовали более вдумчивого анализа.
  Крикси поймал себя на том, что уже несколько секунд совершенно неприлично рассматривает живот подчиненной.
  - Что? - спросила Зои.
  - Ничего.
  - Вы сейчас думаете, кто отец.
  Полковник помолчал.
  - Я начальник станции. Мне положено знать, что происходит на вверенном объекте.
  - Даже это?
  - Особенно если последствия происходящего начинают требовать отдельного места в транспортном расписании.
  Зои улыбнулась.
  - Так вы меня отправите?
  Крикси снова стал серьезным.
  - Срок?
  - Двадцать две недели, - ответила Зои, потупив взор.
  Шиллер отпадал окончательно. Даже если не принимать во внимание его романтическую неповоротливость, двадцать две недели назад лейтенанта на станции еще не было. Жересс тоже вряд ли мог быть отцом. А жаль. Окажись он виновником торжества, мысли о Земле, возможно, быстро выветрились бы из его головы.
  Полковник некоторое время что-то просматривал на своем терминале.
  - Будущий отец знает? - зачем-то спросил он.
  - Нет, - последовал ответ, который совсем сбил Крикси с толку.
  Виду он не подал и строго произнес:
  - На Цереру полетите ближайшим рейсом. Все сопровождающие документы я подготовлю.
  Зои поднялась.
  У самой двери она обернулась:
  - Спасибо.
  - Не благодарите. Я просто не хочу однажды обнаружить в штатном расписании еще одного человека, которого никто не принимал на работу.
  Зои рассмеялась и вышла.
  Почти одновременно в дверях снова возник Ник.
  На этот раз он постучал.
  Крикси посмотрел на него с неподдельным удивлением.
  - Надо же. Обучаемый.
  - Прошу прощения, господин полковник! - перевел дух Ник. - Разрешите донести до вашего сведения, я ухожу на Землю вместе с майором и мне необходима замена.
  Крикси сморщился и принялся мерить шагами свой кабинет, бросив в сторону молодого человека:
  - Что вы знаете, про бегущих с корабля крыс?
  - Это не мой случай!
  - А мне кажется, именно ваш. - Крикси не переставал морщить свое давно соскучившееся по бритве лицо. - Крысы, лейтенант, обычно бегут с тонущего корабля. Вы же умудряетесь сбежать с корабля, который пока вполне исправен. Это, знаете ли, требует особого таланта.
  - Я не сбегаю.
  - Разумеется. Вы героически покидаете место службы навстречу опасностям, приключениям и преждевременной смерти.
  - Именно так.
  Крикси остановился и внимательно посмотрел на него.
  - Ваша империя послала вас защищать свои интересы в отдаленную точку галактики, на международную станцию, а вы дезертируете.
  - Какие интересы? О чем вы, полковник?
  Надо отдать должное Крикси, который сумел посеять зерно сомнения в глубине юношеского сознания.
  - На вас возложили обязанности, а вы на них плевать хотели.
  - Послушайте, господин полковник! - Никита взбрыкнул. - Попрошу выбирать выражения.
  - Я и выбираю. Вы, лейтенант - просто слабак! Да - слабак, бегущий от трудностей военной службы.
  - Я, между прочим, не на отдых собираюсь! - чем больше пытался оправдываться Никита, тем больше его аргументы казались несерьезными.
  - Все, знать вас не желаю! Уходите с глаз моих долой!
  - А замена?
  - Никакой замены, выбросите эти глупости из своей головы - Крикси ткнул указательным пальцем в сторону Ника.
  - А...? А, майору как же? - молодой человек явно был не готов к такому повороту событий.
  - Я не собираюсь больше перед вами отчитываться. Извольте покинуть мой кабинет. И впредь - стучитесь, перед тем как входить.
  Юноша оставил кабинет полковника в явном смятении чувств. И ходил сам не свой целый день, пока не наступила вахта. На нее он заступил, заменив за пультом слежения и связи старшего лейтенанта Хасана.
  Снял все необходимые показания приборов, задал положенные режимы работы компьютерам и оборудованию и печально приютился около огромного иллюминатора, под которым плыла прекраснейшая голубая планета. За этим занятием его застал Ченг, пришедший нетвердой походкой в центральный пост, чтобы вбить свои цифры в ежедневный отчет.
  - Как люди могли позволить варварам из другого мира совершить такое кощунство над собственной планетой? - Ник даже не повернул головы, и казалось, разговаривал сам с собой.
  Тем не менее Ченг ответил:
  - Сработал фактор неожиданности. Сигуурийцам просто повезло. Люди бездумно экспериментировали с пузырем Алькубьерре и сами открыли дорогу в их сектор, а заодно показали им дорогу к себе. Пока человечество разбиралось, что именно оно открыло и с кем столкнулось на другом конце коридора, сигуурийцы сориентировались быстрее. Они поняли, куда ведет новая дорога, собрали силы и напали. В противном случае, думаю, их родной Сигуур ожидала бы такая же участь.
  - Но кроме сигуурийцев существуют Чужие Высших Ступеней. Они наверняка знали дорогу на Землю задолго до них.
  - Скорее всего.
  - Тогда почему они нас не уничтожили?
  Ченг пожал плечами.
  - А зачем?
  Ник наконец оторвался от иллюминатора.
  - В смысле?
  - В самом прямом. Мы почему-то считаем, что всякий, кто сильнее нас, непременно должен нас завоевать, ограбить или съесть. Может, это исключительно человеческая привычка.
  Ченг говорил весьма убедительно, несмотря на то что, как всегда, находился под мухой.
  - Думаешь, Высшие просто не хотят вмешиваться? - спросил Ник.
  - Я думаю, мы понятия не имеем, чего они хотят.
  - Но известно же, что они не пускают людей в свои области Галактики.
  - Да. Многие рукава и системы для нас фактически закрыты.
  - Значит, они все-таки дают нам понять, где наше место?
  - Может быть. А может, просто запирают двери перед нежелательными гостями.
  Ник усмехнулся.
  - Человечество вообще слишком высокого мнения о собственных возможностях, - Ченг задумчиво почесал подбородок. - Мы расселились по звездам, построили империи, королевства, республики, расплодили корпорации, поделили между собой небольшие куски Галактики и уже начали считать себя ее хозяевами. А между тем до сих пор понятия не имеем, кто проложил дороги, по которым мы ездим.
  - Ты о червоточинах? - уточнил Ник.
  - О них самых. Мы их обнаружили. Научились находить точки входа, рассчитывать переходы, ставить маяки. Но кто создал эту сеть не знаем.
  - Возможно, сеть создали Высшие?
  - Возможно. А возможно, она существовала еще тогда, когда ни людей, ни этих Высших во Вселенной не было.
  - И что? Нельзя добраться в закрытые сектора каким-нибудь иным способом? - продолжал спрашивать Ник, которому беседа в более эрудированным человеком доставляла удовольствие.
  Ченг посмотрел на него с некоторым удивлением.
  - Ты разве не изучал принципы искривления пространственного континуума?
  - Изучал, - вздохнул Ник.
  - Тогда должен помнить, сколько энергии требуется, чтобы самостоятельно проделать в пространстве дыру, пригодную для перехода.
  - Нужна энергия средней звезды.
  - Вот именно. А у меня сегодня с собой подходящей звезды не оказалось.
  Ник невольно улыбнулся.
  - Значит, существует предел технического развития?
  - Не знаю, - неожиданно серьезно ответил Ченг. - И никто не знает. Но у любой технологии есть предел, за которым ее уже бессмысленно совершенствовать. Можно тысячу лет улучшать молоток, но скрипкой он от этого не станет.
  - А что тогда?
  - Тогда приходится придумывать что-то совсем другое. Возможно, именно это и отделяет одну Ступень развития от другой. Не более мощный двигатель. Не более быстрый компьютер. А способность увидеть решение там, где для нас самого вопроса еще не существует.
  Ник некоторое время молчал.
  - Как думаешь, мы когда-нибудь достигнем уровня Высших?
  Ченг хмыкнул:
  - Если раньше друг друга не перебьем.
  - Ты оптимист.
  - Нет. Я механик. Оптимист считает, что машина будет работать. Механик знает, какой у нее моторесурс.
  Ник снова посмотрел на Землю.
  - Интересно, сколько Высших Ступеней над нами?
  - Человечеству достоверно известно по крайней мере о двух. А сколько их на самом деле... - Ченг развел руками. - Это разве что Господь Бог ведает.
  - А существует ли Господь Бог на самом деле?
  Ченг подумал несколько секунд и совершенно серьезно кивнул:
  - Думаю, существует.
  - Почему?
  - А кто-то же тогда народ по тем Ступеням распределяет.
  
  Глава 9.
  
  Вильяма Бартона пока никто никуда распределять не собирался. Но полностью живым и здоровым солдата удачи тоже нельзя было назвать. Пришедший в себя Бартон не помнил даже собственного имени. Зато боль чувствовал превосходно. И когда доктор Анри, пытался обработать многочисленные ожоги какими-то одному ему понятными составами, он яростно рычал и скрежетал зубами
  - Нужна операция по регенерации тканей - объяснял доктор О'Ниллу, чьи парни притащили практически безжизненный кусок плоти в подземный бункер, после того как оставшаяся тройка Грифонов сравняла с землей замок Тилсбери. - У этого человека множественные ожоги, обширная внутричерепная гематома, повреждение мозговой ткани. Я сам дивлюсь, как это существо до сих пор дышит.
  - Так за чем же дело встало, доктор? - поинтересовалась появившаяся в медотсеке Багира вполне миролюбивым тоном.
  Почему-то именно от этого миролюбивого тона у Анри по спине побежали мурашки.
  - Я сделаю все, что в моих силах, - заверил он и с мольбой посмотрел на О"Нилла. - Только, пожалуйста, Кельвин, оградите меня от присутствия этой женщины.
  - Конечно, доктор!
  Разведенные в стороны руки и многозначительная гримаса Кельвина заставили Багиру прыснуть от смеха и убраться восвояси.
  Операция продолжалась почти сутки и закончилась весьма успешно. Тело Бартона удалось починить. С памятью оказалось сложнее.
  Когда Вильям наконец пришел в себя, покрытый с ног до головы биоповязками и утыканный медицинским датчикам, возле своей кровати он обнаружил прекрасное молодое создание женского пола с влажными от слез голубыми глазами.
  Первым делом Вильям попросил воды. Просьба прозвучала настолько искренне и умоляюще, что сидевшая рядом девушка вдруг разрыдалась не пойми от чего, а затем бережно поднесла к его пересохшим губам поилку.
  Утолив жажду, Вильям постепенно начал осознавать незавидное положение человека, который прожил довольно много, а помнит об этом довольно мало. Точнее - вообще ничего.
  Оставшийся процент, вероятно, начинает с вопроса: "А вы кто?"
  - Ты Вильям Бартон. Цветочник, - всхлипнула девушка, поправляя ему подушку.
  - А где я?
  Естественно, второй вопрос человека, только что узнавшего собственное имя, обычно звучит именно так.
  - В бункере, - ответила девушка, улыбаясь сквозь слезы.
  После этого весьма озадаченный Вильям принялся выяснять, что такое бункер, где он находится, почему находится именно там, из чего построен и какое отношение ко всему этому имеет лично Вильям Бартон.
  Надо отдать должное девушке: она с неимоверным терпением отвечала на все вопросы больного. Иногда они были настолько идиотскими, что человек менее заинтересованный в его выздоровлении в лучшем случае давно послал бы Бартона куда подальше, а в худшем - отключил систему жизнеобеспечения и придушил навязчивого почемучку подушкой.
  Тем не менее процесс познания окружающего мира продолжался, и часа через два Вильям наконец сделал первое самостоятельное логическое умозаключение:
  - Если я цветочник, то как сумел управлять боевым глайдером?
  - Понятия не имею.
  К этому времени девушка уже превратилась в автомат по ответам на вопросы и в смысл самих вопросов особенно не вдумывалась.
  - Может, раньше я служил в авиации?
  - Вполне возможно.
  - Что значит "возможно"? Ты что, не знаешь?
  - Не знаю.
  - Почему?
  - Не знаю, и все.
  - В таком случае кто ты?
  - Лейтенант гвардейской роты "Амазонки Минкара". Марго Цер.
  - Почему Цер?
  - Потому что я родилась на Церере.
  Вильям некоторое время внимательно ее разглядывал.
  - У меня такое впечатление, что мы уже встречались.
  - Встречались. Я как-то покупала у тебя цветы.
  - Черт подери! Почему же я этого не помню?
  - Ты счастливый человек. Ибо сказано: блажен тот, кого не давит тяжкий груз прошлого. И дай тебе бог находиться в своем неведении как можно дольше.
  С этими словами Марго покинула своего отца. По делам службы ее уже в который раз настойчиво вызывала Багира - голос командира то и дело звучал во встроенном в мочку уха наушнике ВЧС.
  Причиной переполоха послужили события на орбите. Пока в бункере чинили обожженное до неузнаваемости тело Бартона, в околопланетном пространстве произошел "героический таран "Фобоса"". Во всяком случае, именно так местные СМИ окрестили катастрофу, в которой погибли старый крейсер и линкор Республики Банши "Юпитер", ставший объектом тарана. Два десантных корабля, находившихся под его прикрытием, получили серьезные повреждения и после потери хода были добиты орбитальной обороной Зеи.
  Самое удивительное заключалось в том, что король Чарльз пошел на таран совершенно сознательно.
  Что понудило его совершить такой, прямо сказать, неудобопонятный поступок, никто толком разъяснить не мог.
  Чарльз приказал бортовым системам вывести "Фобос" на прямой курс сближения с "Юпитером" и отдал последний приказ экипажу во главе с капитаном Тимбервудом-младшим - покинуть крейсер в спасательных капсулах. С королем остался лишь его преданный Лесли, пожелавший уйти в иной мир вместе со своим другом.
  Пока "Фобос" сближался с уже заподозрившим неладное "Юпитером", джентльмены переоделись в строгие фраки и под Реквием Моцарта открыли бутылку коллекционного шампанского.
  Презрев смерть, они бок о бок стояли на опустевшем мостике крейсера и смотрели на купающуюся в лучах Кастора Зею - планету, которая была их домом и на которой они обрели друг друга.
  Тем временем расстояние между кораблями стремительно сокращалось. "Юпитер" попытался уклониться от набравшего огромную скорость крейсера, но инертная махина не успела завершить маневр. "Фобос" на полном ходу врезался в корпус линкора. Удар разрушил силовые контуры, энергетические накопители и боезапас обоих кораблей. Яркая вспышка на несколько мгновений озарила орбиту Зеи, а на месте двух звездолетов осталось быстро расходящееся облако плазмы и раскаленных обломков.
  Гибель "Юпитера" в корне изменила ситуацию на орбите, позволив планетарной обороне Зеи запечатать лазейку, через которую на поверхность просачивались десантники Веллингтона. Адмирал в одночасье лишился почти половины находившейся в космосе группировки и сам чудом избежал смерти лишь потому, что его командный корабль держался на приличном расстоянии от места столкновения.
  На поверхности для конфедератов тоже все складывалось не совсем гладко. Бои за космодром, обороной которого руководил молодой, но амбициозный майор Ван Гуллит, шли с переменным успехом, а без поддержки с орбиты десантники уже не могли всерьез рассчитывать на победу.
  Что и говорить - госпожа удача снова повернулась к конфедератам задним местом. Правда, ненадолго. Благодаря стараниям Ливси линкор "Конкорд" снова оказался на ходу и уже на предельной тяге шел к Зее. Ньюкасл, впрочем, остался недоволен механиком, не успевшим уложиться в три отведенных дня, и грозил ему трибуналом.
  Еще на подходе адмирал вышел на общий канал связи, предложив фон Клаузевицу переговорить и получил согласие.
  Для встречи выбрали тихий уголок виртуальной среды - хвойный лес у излучины неширокой речки.
  Никаких рукопожатий и прочих проявлений симпатии быть не могло. Два умудренных опытом военачальника стояли друг напротив друга, заложив руки за спины, и держали паузу.
   Первым нарушил молчание Ньюкасл.
  - Я, конечно, должен был вызвать на переговоры герцога. - адмирал намеренно не называл Чарлза, королем. - Но его уже нет в живых и, насколько я осведомлен, теперь именно вы командуете всеми силами сопротивления Кастора,
  - С чего это вам в голову взбрело? - искреннее удивление на лице фон Клаузевица даже немного позабавило адмирала. - Король Чарльз благополучно достиг поверхности в спасательной капсуле и сейчас возглавляет наземные силы.
  - Давайте не будем ломать комедию, генерал. "Грифоны" перехватили одну такую капсулу еще в стратосфере и заставили ее сесть в расположении наших войск. В ней как раз находился этот трусливый мерзавец Тимбервуд-младший - этот... позор своего именитого отца. Пытаясь заслужить прощение, он быстро развязал язык. Так что о последних часах жизни Чарльза и его друга Лесли я осведомлен достаточно хорошо.
  - Но армия Кастора этого не знает.
  - И долго вы собираетесь обманывать своих людей?
  - До тех пор, пока нам будет сопутствовать удача, - глаза виртуального фон Клаузевица светились почти дьявольским блеском.
  - Считайте, что удача уже перестала вам сопутствовать. Король Ричард предоставил мне полную свободу действий. Если для возвращения Кастора придется наносить удары по поверхности Зеи - я их нанесу, - последнюю фразу Ньюкасл произнес в своей обычной манере, чеканя каждое слово.
  - И что? Вы будете бомбить планету с почти полуторамиллионным населением?
  - Если сочту это необходимым.
  - Я тоже присягал своему королю!
  - Которого уже нет! - Ньюкасла все больше раздражало упрямое нежелание собеседника взглянуть на вещи трезво.
  - Зато есть королева, носящая под сердцем наследника.
  - Что касается герцогини Барбары... Час назад пришло сообщение из системы Минкар. Граф Орлов скоропостижно скончался. А может, ему помогли скончаться. Сейчас это не столь важно. Важно другое: никакого нового подкрепления из Империи Денебола не будет. Без Орлова там вряд ли найдется желающий превращать его личную инициативу в открытую войну с Альтаиром.
  Последняя новость заставила фон Клаузевица несколько поубавить спеси. Джокер, который он до сих пор держал в рукаве, внезапно оказался бит, так и не успев войти в игру.
  - Это многое меняет. Я должен поговорить с ее величеством. Имею честь откланяться.
  Генерал даже не кивнул на прощание и исчез почти мгновенно.
  Для королевы Барбары, находившейся на седьмом месяце беременности, последние две недели, проведенные в бункере, превратились в сущий кошмар. Барбара просто сходила с ума, осознавая всю нелепость положения жалкой пешки, которую всеми возможными способами двигали в королевы.
  Гибель мужа и известие о смерти отца окончательно надломили молодую женщину. Она молила фон Клаузевица лишь об одном - отпустить ее в Денеболу, уверяя, что отказывается от любых притязаний на власть.
  Багира, горько осознавшая собственную причастность к жестокой судьбе Барбары, тоже находилась явно не в своей тарелке и неожиданно, поставив крест на прежних инструкциях, поддержала разом овдовевшую и осиротевшую королеву. Причем настоятельно советовала О"Ниллу поступить так же.
  Кельвин ничего определенного не сказал и молча отправился на совещание старших офицеров, где решался вопрос о дальнейшем сопротивлении.
  Пока в штабе спорили, стоит ли продолжать войну, Ньюкасл времени не терял. Для демонстрации серьезности своих намерений он приказал нанести несколько орбитальных кинетических ударов по наземным объектам Зеи.
  Система ПРО перехватила большую часть ударных блоков и ложных целей, однако один из боевых пакетов сумел прорваться сквозь оборону. Тяжелые кинетические блоки вошли в атмосферу на огромной скорости и ударили прямо по резервации Энималс Хауз, где за хорошо охраняемым Периметром жили потомки первых колонистов с нестабильными генетическими модификациями.
  Резервация разом перестала существовать как административная единица. Вместе со всем ее населением. На сотни километров вокруг места удара протянулась выжженная безжизненная зона.
  Удачный удар в одночасье прекратил нешуточные дискуссии по поводу капитуляции. Все космические и планетарные силы системы Кастор сложили оружие, сдаваясь на милость победителей.
  Правда, милости от Ричарда I так и не последовало. Новый король, уже официально коронованный и признанный поддержавшими его лордами, словно примерял к себе прозвище Львиное Сердце - или что-нибудь в этом роде - и повелел со всей строгостью покарать мятежников, дабы никому впредь не повадно было даже помыслить о государственной измене.
  Земля ждала своих новых каторжан.
  
  Глава 10.
  
  Ночью пришло снабжение с Цереры, и весь персонал станции, не исключая Крикси, принял участие в получении продуктов, запчастей и медикаментов. Ченг наконец получил свои долгожданные циркуляционные насосы и тут же отправился их устанавливать, прихватив в помощь Санчеса.
  Крикси подписал шипчандлеру все накладные, после чего грузовой корабль снабженцев отчалил, увозя с собой беременную Зои Карпентер, официально вышедшую в декретный отпуск.
  В эту же минуту на навигационной карте "Медузы" появилась новая точка. Это был транспорт с очередной партией заключенных. Он вышел из гипертоннеля в районе пояса Койпера и теперь, набирая ускорение, двигался к Земле. До "Медузы" ему оставалось несколько суток, но служебное уведомление о прибытии и подтвержденные опознавательные данные уже поступили в бортовой компьютер станции.
  Дежуривший на посту управления Ник Шиллер установил защищенную связь с транспортом, как только станционные системы подтвердили его идентификаторы. После обмена служебными пакетами открылся список заключенных.
  Их оказалось на удивление мало, что уже наводило на мысль об исключительном случае. Второе, что бросалось в глаза, - почти все заключенные были женщинами. Сорок четыре женщины и один мужчина. А в самом конце списка отдельной строкой значился новорожденный ребенок, появившийся на свет уже во время перелета и заключенным, естественно, не являвшийся.
  Ник вызвал Крикси и Жересса. Оба появились на посту почти одновременно.
  - Один мужчина и сорок четыре женщины, - констатировал Мистер Устав, пробежав глазами по списку.
  - И младенец, - добавил Ник.
  - И младенец, - повторил Крикси и нахмурился, явно сбитый таким поворотом событий с толку.
  - В этот раз вы снова собираетесь умыть руки? - Жересс выглядел как всегда спокойно, но стальные нотки в его голосе свидетельствовали о том, что на душе у него скребли кошки.
  - Прекратите ерничать, майор, - огрызнулся Крикси.
  - А что по этому поводу говорят инструкции?
  - Ничего они не говорят! - раздражение полковника усилилось. - Ребенок родился уже после отправки транспорта. Приговора ему никто не выносил, в реестре его нет. Отправить его на Землю вместе с заключенными я не имею права. Разлучить с матерью - тоже. А оставить на станции обоих означает, что я собственной властью отменю матери приговор. На подобный случай инструкции просто не существует.
  Для Крикси признание того, что инструкция может чего-то не предусматривать, было почти равносильно признанию несовершенства мироздания.
  - И что теперь делать? - спросил Ник.
  - Позвольте...
  Неизвестно когда появившийся на посту Ченг протиснулся к общему дисплею. Мельком взглянув на список, он вызвал объемную карту Земли и быстро приблизил один из участков северной Европы.
  - Посмотрите сюда. Западная Скандинавия. Район бывшей Норвегии, недалеко от Бергена. Скалы, фьорды, суровый климат. Радиационный фон до сих пор заметно выше, чем в районах других каторжных заселений.
  Ченг снова увеличил изображение.
  - Около века назад здесь было гораздо чище. Поэтому именно этот район выбрали для одной из первых больших попыток вернуться на Землю. Высадили инженеров, строителей, автоматические комплексы, развернули верфь. А потом построили вот это.
  На изображении появилась бухта, зажатая между скалистыми берегами. У полуразрушенной причальной линии темнел огромный корпус корабля.
  - Вооруженная плавучая база, - продолжил Ченг. - Медицинские отсеки, лаборатории, опреснители, мастерские, посадочные площадки, катера. Ее строили специально для работы на Земле, где нормальная инфраструктура практически отсутствовала.
  - А потом? - спросил Ник.
  - Потом в Солнечную систему каким-то образом прорвался тот самый заблудившийся сигуурийский дредноут. Его успели серьезно повредить еще во внешней системе, но он добрался до Земли и развалился уже при входе в атмосферу. Основная масса рухнула далеко отсюда, в континентальной Европе. Но выбросы чужой химии, радиоактивных материалов и прочей дряни разнесло на огромные территории. Фон здесь снова подскочил, экспедицию эвакуировали, а верфь бросили.
  Ченг вывел рядом архивный план и результаты последних орбитальных сканирований.
  - Судя по данным, корабль до сих пор на плаву.
  - Откуда ты вообще про него знаешь? - спросил Жересс.
  - Случайно наткнулся на архив восстановительной экспедиции. Потом стало интересно. Нашел документы верфи, технические отчеты, результаты испытаний. В общем, изучил проект "Борей" почти целиком.
  Ник невольно переспросил:
  - "Борей"?
  На секунду перед глазами возник совсем другой корабль - тяжелый крейсер Императорского флота, на котором он когда-то служил.
  - Именно "Борей", - кивнул Ченг.
  - Вы, Ченг, стало быть, тоже собирались на поверхность? - Крикси подозрительно посмотрел на механика. - Иначе, какого черта, вам понадобилось изучать все эти архивы?
  - На станции нет человека, который не хотел бы сойти на Землю. - Механик даже не посмотрел в сторону собеседника. - Наша планета, словно живой, глубоко страдающий организм, исподволь зовет людей вернуться. И чем ближе мы к ней находимся, тем сильнее и невыносимее становится эта тяга. Будто она заложена в каждом из нас с самого рождения - где-то глубже сознания, едва ли не на генетическом уровне. И кому, как не вам, Франклин, знать, что такое Зов Земли.
  Начальник станции внимательно посмотрел на механика и укоризненно произнес:
  - Еще даже не утро, а вы уже пьяны. Когда, в конце концов, это прекратиться? Я вас спрашиваю ...
  - Вы не могли бы помолчать, полковник, - грубо перебил Жересс. - Потом будете отношения выяснять. А сейчас хотелось бы выслушать до конца предложение Дика.
  - Спасибо, Лео, - кивнул Ченг.
  Как ни странно, именно в это утро он был совершенно трезв.
  - Итак. "Борей" прошел ходовые испытания незадолго до эвакуации. Реактор был штатно остановлен, но топливо из него не выгружали. По архивным данным, силовая установка осталась в рабочем состоянии.
  - После ста лет простоя? - усомнился Жересс.
  - Я не сказал, что нажму кнопку и все заработает. Насосы, контуры охлаждения, управляющая автоматика, силовые магистрали - половина этого добра могла умереть от старости. Но сам реактор имеет огромный моторесурс, поэтому цел - я уверен. Если повезет, запустим. Если не повезет - будем ремонтировать.
  - И что нам это дает? - спросил Ник.
  Ченг ткнул пальцем в изображение корабля.
  - Дом. Настоящий. Не палатку посреди болот и не шалаш на берегу. Герметичные жилые отсеки, вода, медицинский блок, мастерские, собственная энергетика. Корабль строили для работы на загрязненной Земле. Если поселить заключенных там, у них появится шанс не просто пережить первые недели, а нормально закрепиться.
  - В районе с повышенным фоном? - Крикси сразу ухватился за слабое место.
  - На "Медузе" полно радиопротекторных препаратов. Для выхода наружу их хватит с запасом, а большую часть времени люди будут находиться внутри защищенного корпуса. Это безопаснее, чем высадить сорок пять человек с младенцем в чистом поле и пожелать им удачи.
  - Вы хотите раздать заключенным станционные запасы?
  - Я хочу не угробить их в первую же неделю. - спокойно произнес Ченг.
  - Ну не знаю, - Крикси не сказал однозначное "нет" и это придало механику уверенности.
  - Взгляните сюда внимательнее. - Ченг увеличил изображение. - Видите эту решетку на верхней палубе? Это приемник системы направленной передачи энергии. Его можно запитать с орбиты от солнечного энергетического комплекса.
  - Получим электричество, - кивнул Жересс.
  - Именно... Мы сможем запустить жизнеобеспечение, диагностику, насосы, мастерские, зарядить накопители. А главное - получить энергию, необходимую для подготовки реактора "Борея" к запуску.
  - Вы, вообще, к чему клоните? - Крикси никак не мог удержать язык за зубами. - Какие накопители? Какая энергия? Вы хотите сказать, я позволю отбирать солнечную энергию от нашего преобразователя? Может еще, и от бортового реактора энерголуч пустим?
  - Если потребуется, то и от бортового реактора нас запитаешь, - зло прорычал Жересс, которого тупая непробиваемость Устава уже начала доставать. - Иначе я собью твою станцию, к чертям собачьим.
  Пока Крикси раздувал от негодования щеки, не находя слов, майор ткнул с пальцем в монитор и продолжил:
  - Взгляни на снимок. Видишь шесть люков рядом с полубаком - это шахты баллистических ракет с умным наведением на цель. Поверь - у меня хватит ума, чтобы настроить их на частоту радара "Медузы" или на тепловое излучение того же преобразователя.
  - Как ты смеешь со мной так разговаривать? - полковник покраснел и сорвался на визг. - Гнусный шантажист! Наглец!
  - А как еще можно разговаривать с человеком, готовым послать на медленную смерть полсотни женщин и новорожденного младенца?
  - Я еще никого никуда не послал, смею заметить.
  - Господа, прошу вас взять себя в руки и начать конструктивное обсуждение наших дальнейших действий. - Предложение молодого лейтенанта немного остудило пыл старших товарищей. - Итак, как я понял, майор Ченг предлагает нам вместе с каторжанами занять военный надводный корабль землян.
  - Именно так, - подтвердил механик.
  - Нам без тебя не справиться, Дик, - сказал Жересс. - Даже если реактор действительно цел, мы его не запустим.
  - Я понимаю. Поэтому пойду с вами.
  - А кто останется на "Медузе"? - Крикси уже взял себя в руки и пытался держать ситуацию под контролем.
  - Вам, Фрэнк, следует сообщить начальству об уходе со станции трех офицеров. Замена прибудет всенепременно, - сказал Ченг.
  - Не стоит указывать, что мне следует делать. Я обязательно сообщу о факте массового дезертирства. Но учтите - обратной дороги не для кого из вас не будет...
  - Вот теперь, - удовлетворенно сказал Ченг, - разговор наконец стал конструктивным.
  
  Глава 11.
  
  Уже через пару дней вопрос о замене троих дезертиров стоял не так остро: Крикси получил заверение от руководства проектом реабилитации Земли, что вслед за первым транспортом с каторжанами, недавно появившимся в Солнечной системе, прибудет еще один. Помимо мятежников на нем прилетят новые кадры для "Медузы". Уже имелись даже имена новых специалистов. Место Жересса должен был занять Тимбервуд - младший, а на смену Ченгу летел Ливси. Что касается Шиллера, то ему замену пока не подобрали.
  Полковник немного успокоился, но идти на поводу у саботажников, вознамерившихся диктовать свои условия, ни в коем случае не собирался. Впрочем, что делать с этапом заключенных, транспорт которых с каждым днем становился все ближе, Крикси тоже ума не мог приложить. И где-то в глубине души понимал правоту Ченга, предложившего отправить всю компанию под защиту брони старого земного военного корабля.
  Механик был, пожалуй, единственным из всей троицы дезертиров, кто не вызывал у полковника бешенства, чем и не преминул воспользоваться, напросившись на решающий откровенный разговор.
  Дискуссия разгорелась нешуточная. Ченг был настроен на победу: спорил, доказывал, взывал к состраданию и в конце концов добился не только согласия высадить этапируемых в условленном месте, но и обещания первое время снабжать выбранное для проживания судно энергией с орбиты.
  К концу беседы полковник и вовсе расклеился, нежданно посулив обеспечить "Борей" орбитальной навигационной привязкой и каналом связи - разумеется, если сохранившееся на корабле оборудование удастся оживить.
  Когда удовлетворенный встречей Ченг покинул кабинет начальника, напоследок еще раз упомянув о Зове Земли, Крикси оставалось лишь подивиться собственной небывалой уступчивости и задуматься о последствиях, к которым она может привести, узнай руководство о его сговоре с дезертирами.
  Но идти на попятную уже было поздно: слово - не воробей. Мистер Устав в тот же день указал координаты предстоящей высадки еще не прибывшего этапа командиру челнока капитану Хиллу Абаме, заметив, что на сей раз будет достаточно выполнить лишь одну ходку туда - обратно. Впрочем, долго радоваться такой простецкой работенке не пришлось: уже через неделю на радаре появился еще один транспорт, о котором предупреждало руководство. Он вышел из системы Кастор и сопровождаемый фрегатом "Прометей". Судя по списку, заключенных в этот транспорт набили, будто сельдей в бочку.
  На самом деле так оно и было. Двенадцать переоборудованных трюмов звездолета, уставленных четырехъярусными нарами, не вмещали всех каторжан, и многим приходилось спать прямо на палубе. Среди таких оказался и Вильям Бартон, еще не до конца оправившийся от ран.
  Его обнаружили десантники Веллингтона в бункерном лазарете и почти сразу подвергли допросу, применив нейрофармакологический препарат, подавляющий способность сознательно скрывать воспоминания. Толку, впрочем, не добились никакого - Бартон сам ни черта не помнил. На глубокое нейросканирование решили времени не тратить. Раненому повстанцу нацепили охранный ошейник с детонатором и сунули до кучи к остальным заговорщикам, уже заочно приговоренным властями Альтаира к высылке на земную каторгу.
  Сколько времени прошло со дня вылета, Бартон сказать не мог. Переход через гиперкоридор уже остался позади, а значит, до Земли оставалось совсем немного. Во всяком случае, так утверждали его соседи по нарам, с которыми он почти не общался.
  Причиной замкнутости стала странная способность, проявившаяся после того, как доктор Анри во время операции покопался у него в черепушке и что-то туда вживил. А затем парни Веллингтона подвергли его мозг насилию при допросе.
  Бартон пока не понимал, что конкретно произошло с его сознанием, но настроение находившихся рядом людей теперь ощущал почти физически.
  А вокруг в тот момент так и сквозила бессильная злоба, густо замешанная на чувстве обреченности.
  Скученность, духота, скверная еда и практически полное отсутствие возможности хоть немного побыть одному делали перелет невыносимо тягостным не только для отставного майора, но и для большинства окружающих его каторжан.
  Как-то в умывальнике Вильяма окликнул одноглазый здоровяк и, пробившись сквозь толпу, ожидавшую своей очереди к рукомойнику, принялся мять волосатыми ручищами еще не окрепшее тело.
  - Выжил все-таки, черт полосатый! - радостно басил верзила, разглядывая слегка перекроенное шрамами лицо Билла. - Я гляжу, тебя тут немного переделали.
  - Простите... А вы кто такой будете? - спросил Бартон, ощущая исходившую от незнакомца волну неподдельной радости.
  - Да ты что? Не помнишь меня? - удивился гигант. - Я Дикий Циклоп. Трактирщик. Мы с тобой в паре над Тилсбери бились. Ты меня спас - дал от "Грифонов" оторваться!
  - У меня это... амнезия, - смущенно признался Бартон.
  - Амнезия - ерунда. Главное, сам живой. А память рано или поздно вернется.
  Циклоп увлек Вильяма за собой - в свой угол трюма, где считался человеком авторитетным. Ему не составило особого труда обеспечить боевого товарища нарами и окружить той заботой, на какую вообще был способен человек в столь скотских условиях. Благодаря стараниям гиганта Бартон стал лучше питаться, обзавелся одеялом, средствами гигиены и даже кое-какими медикаментами.
  Билл чувствовал искреннее участие со стороны здоровяка и однажды решился ему признаться:
  - Знаешь, Сэм, со мной после ранения творится какая-то чертовщина. Я чувствую настроение людей. Не мысли - именно состояние. Будто от каждого что-то исходит.
  - Биополе, что ли?
  - Может, и биополе. Черт его знает. Еще я начал замечать, когда у человека что-нибудь не в порядке с организмом. Вот у тебя, например, с почками неладно. Похоже, камни. Простата увеличена. И с кровоснабжением мозга что-то не совсем хорошо - отсюда, наверное, твоя мигрень.
  Циклоп перестал улыбаться.
  - Но самое странное другое, - продолжил Бартон, внимательно разглядывая его. - Твой организм вообще устроен не совсем так, как у обычного человека...
  - Видать, после контузии у тебя дар какой-то раскрылся, - поспешно заключил Циклоп и, почувствовав себя неуютно под взглядом человека-рентгена, тут же перевел разговор на другую тему. - Ты свою дочку нашел? Марго?
  - Марго?
  - Она в бункере должна была быть.
  - Марго Цэр... - прошептал Бартон.
  - Значит, нашел.
  - Она моя дочь. Как же я не понял? - Вильям беспомощно посмотрел на собеседника. - Марго ухаживала за мной, приходила каждый день, а потом исчезла.
  - Она в безопасности, не переживай. Веллингтон отпустил королеву Барбару в Денеболу и разрешил взять с собой ее амазонок и доктора.
  - Откуда тебе известно?
  - Я разговаривал с Кельвином О"Ниллом. Он раньше дворцовую службу безопасности возглавлял. От него и знаю. - Циклоп успокаивающе похлопал друга по плечу.
  - Кажется, я его знаю. - Вильям вспомнил, как Кельвин однажды навещал его в лазарете вместе с красивой темнокожей женщиной по прозвищу Багира.
  - Он тут неподалеку чалится вместе с фон Клаузевицем и другими офицерами.
  О"Нилл действительно находился в одном трюме с Бартоном и пребывал в состоянии человека, только что утратившего самое дорогое в своей жизни существо. Перед подписанием капитуляции они с Багирой успели провести довольно бурную ночь, причем инициатором выступила эта дикая кошка. Глубокие следы от ее когтей до сих пор не позволяли Кельвину спокойно лежать на спине. Но кроме исцарапанной спины и покусанных плеч осталась еще одна рана - сердечная, больно саднящая и совершенно не собиравшаяся затягиваться.
  Дожив до сорока лет, Кельвин втюрился как последний школяр и приходил в неописуемое бешенство от мысли, что предмет, лишивший его покоя, теперь недосягаем. Не просто потому, что находился в другой звездной системе. Он был недосягаем в принципе, ибо остался в другой жизни, в другом измерении.
  Амара на самом деле была совсем рядом - в какой-то жалкой сотне миллионов километров. Они с королевой Барбарой путешествовали со всеми удобствами на пассажирском лайнере, который почему-то прыгнул совсем не туда, куда следовало бы.
  Сомнения начали терзать Багиру еще при отлете с Зеи. Хотя, на самой Зее все выглядело вполне правдоподобно: адмирал Веллингтон лично проводил миледи Барбару до челнока, доставившего ее вместе с амазонками и доктором Анри на орбиту, где вся компания благополучно перебралась на пассажирский лайнер, следовавший в систему Денебола.
  Вот только вылет внезапно задержали, пока на борт не прибыла вооруженная до зубов группа охраны во главе с рыже-конопатым лейтенантом Гленом Земескисом. Плутоватый взгляд лейтенанта и его сумбурные объяснения насчет дополнительных мер безопасности не могли не насторожить амазонок, лишенных какого бы то ни было оружия.
  Дальше - больше. Экипаж вместе с охраной заперся в отсеке управления, куда пассажирам запретили доступ. Возможности следить за маршрутом полета у амазонок больше не было. Вскоре пассажирский отсек тоже оказался задраен с внешней стороны.
  Барбара почувствовала неладное и, видимо, на этой почве разродилась раньше положенного срока. К счастью, мальчуган появился на свет вполне здоровым. Анри, как непосредственный исполнитель, принимавший роды, опять оказался объектом всеобщего внимания. На этот раз его просто зацеловали денебольские барышни, у которых эмоции переливались через край.
  Когда лайнер вошел в гиперкоридор, малышу, названному в честь деда Алексом, было уже около недели. Он жил своей маленькой жизнью в специальном неонатальном модуле, оборудованном по последнему слову медицины. Барбара уже успела оправиться после родов, но ненадолго: почти сразу ее ждал новый удар. Лейтенант Земескис скорбным голосом сообщил по общесудовой связи, что лайнер направляется вовсе не в Денеболу, а на Землю. Свое сообщение он закончил выражением глубокого сожаления по поводу всего происходящего.
  Надо отдать должное королеве: удар она выдержала стоически. Впрочем, и ее окружение, разом превратившееся в каторжан, никакой паники не проявило.
  Все, конечно, выглядели подавленными, но обреченности не чувствовалось. У Амары даже горели глаза каким-то просто дьявольским блеском.
  Амазонки держались возле миледи в просторном салоне лайнера, где создали себе уютный виртуальный уголок: горное озеро, водопад, щебет птиц и прохладный свежий воздух. Анри тоже присоединился к женской компании и вскоре разразился гневной тирадой:
  - Вот она где проявляется - сущность сына кухарки, дорвавшегося до власти. Король Ричард - не кто иной, как грязный тиран, окруживший себя придворными мерзавцами, готовыми исполнить любое гнусное желание своего повелителя.
  - Я что-то в этом роде предполагала, хотя до последнего момента не хотела верить, - произнесла Барбара, невидяще глядя перед собой.
  - Могло быть и хуже, если учесть, что наследнику престола Кастора все-таки дали появиться на свет, - добавила Багира.
  - Но мой мальчик обречен на жизнь каторжанина. - Барбара не могла сдержать слез, думая о сыне.
  - Звезды говорят об обратном, - неожиданно вступила в разговор одна из амазонок, носившая позывной Мегера. - Я составила гороскоп малыша с учетом места его рождения и положения звезд на тот момент. Его ждет великое будущее.
  - Извини, Мегерочка, но как-то трудно поверить, если учесть, что точного положения звезд ты знать не могла, - засомневалась ее напарница Клио.
  - Я проникла в навигационную систему лайнера. Нашла сервисную линию, подключилась к диагностической шине и вытащила координаты, которые были в момент рождения малыша.
  - Значит, ты все это время знала, что мы летим не в Денеболу? - нахмурилась Багира.
  - Я не навигатор, я женщина-воин, разбирающаяся в компьютерном железе. Координаты я получила, а куда именно нас везут, поняла далеко не сразу. Хотя кое-какие сомнения имелись.
  - А в бортовую систему таким же способом проникнуть нельзя? - поинтересовалась Багира.
  - Уже пробовала. Нет. Навигационный контур удалось вскрыть только через сервисную шину сенсорного комплекса. Остальные системы изолированы. - Мегера помолчала и добавила: - Но есть хорошая новость. Систему наблюдения за пассажирским отсеком я тоже нашла.
  - И что в этом хорошего?
  - То, что теперь она показывает охране именно то, что я хочу. Пока мы здесь сидим и мирно беседуем, они видят совершенно безобидную компанию женщин, обсуждающих младенца и любующихся горным озером.
  Багира удовлетворенно кивнула.
  - Вот это уже неплохо. У кого какие мысли?
  Никто особого желания выговориться не проявил, а потому Багира первой начала рассуждать вслух:
  - Минусы и плюсы нашего положения. Сначала минусы. У нас нет оружия и экипировки. Мы заперты в пассажирском отсеке. Нас конвоируют четырнадцать вооруженных до зубов головорезов, готовых без разговоров пресечь любое неповиновение.
  - У нас младенец, - добавил Анри, чем заслужил признательный взгляд женщины, которую до сих пор недолюбливал и откровенно побаивался.
  - Да. Младенец не должен пострадать ни при каких обстоятельствах. Как и его мать.
  - О чем ты, Амара? - сбитая с толку Барбара никак не могла уловить смысл разговора.
  - О том, что непосредственно в космосе захватить лайнер нам не удастся.
  - Какой захват? Разве это вообще возможно?
  - Возможно. Потому что у нашего положения есть не только минусы, но и плюсы. Первый - внезапность. Никто из охранников не ожидает нападения от слабых, раздавленных судьбой женщин. Второй - у нас развязаны руки. В прямом смысле. На нас нет охранных ошейников, наручников и прочих приспособлений для заключенных. И третий - нам нечего терять. На Земле, насколько я знаю, женщину ждет незавидная участь машины по раздвиганию ног перед всякими жаждущими недоносками. Я себе такой участи не желаю. Лучше сдохнуть, но сдохнуть красиво - хотя бы успеть вцепиться в глотку этому конопатому негодяю Земескису.
  - Действовать лучше во время пересадки на орбитальный челнок, - вступила в разговор Марго. Все это время она пребывала в крайней задумчивости. И не только от того, что вновь оказалась в своей родной системе. Дочь Бартона переживала за отца, который чуть не погиб из-за того, что вздумал ее защитить. Его дальнейшая судьба девушке была не известна, и эта неизвестность разрывала ее изнутри.
  - Наш лайнер на Землю сам не сядет, - заключала Марго.
  - Там есть пересыльная станция, - сказала Барбара. - Я когда-то интересовалась судьбой одного молодого лейтенанта. Так вот, сейчас он служит именно на этой станции.
  - Значит, на пересылке у нас может оказаться союзник. А это уже четвертый плюс, - Багира улыбнулась, глядя на Барбару. - Если я, конечно, правильно понимаю положение вещей.
  - Думаю, правильно, - Барбара потупила взгляд и даже немного зарделась.
  - Отлично. Теперь хотелось бы услышать возражения. - Багира снова обвела амазонок испытывающим взглядом.
  Возражений не последовало.
  - Тогда приступим к обсуждению того, как будем захватывать звездолет.
  
  Глава 12
  
  Наступил момент, когда почти все обитатели "Медузы" собрались в центральном посту и на широком экране внешнего наблюдения смотрели, как первый транспорт с каторжанами - оказавшийся пассажирским лайнером - пришвартовывается к шлюзовому модулю станции. Стыковочные захваты сомкнулись, герметичный переход развернулся между бортами.
  Сам шлюзовой модуль располагался внизу, под "юбкой" "Медузы". С другой стороны шлюза уже ждал орбитальный челнок, которому предстояло доставить этап на Землю.
  После завершения стыковки лейтенант Земескис поднялся на станцию и вскоре предстал перед полковником Крикси. В кабинете находились также Жересс, Ченг и Ник Шиллер - трое будущих землян, решивших отправиться вниз вместе с этим этапом.
  В кабинете ощущалась атмосфера недоброжелательности и лейтенант без лишних комментариев передал Крикси сопроводительные данные на заключенных.
  - Челнок должен быть готов к спуску сразу после перегрузки, - уточнил Земескис. - Я и мои люди сопровождаем этап до самой поверхности. Когда последний каторжанин сойдет на Землю, моя задача будет закончена.
  - Я в курсе, - полковник явно пребывал не в лучшем расположении духа и играл желваками, чего раньше за ним почти не замечалось.
  - Прежде чем вы отправитесь вниз, я буду обязан вам кое-чем, - Ник неожиданно появился из-за спины Крикси и отвесил рыжему лейтенанту смачную пощечину.
  Земескис не успел толком среагировать: громоздкий десантный костюм явно не способствовал изящным движениям.
  - Прекратите эти ваши благородные выходки, лейтенант! - рявкнул Крикси. - Вы не с тем связались. У подлецов не может быть чести.
  Земескис заскрипел зубами и, метая глазами молнии в сторону Ника, прорычал:
  - Сначала я выполню возложенное на меня задание. Доставлю этап на Землю и вернусь. А когда вернусь буду к вашим услугам.
  - Я тоже ухожу на поверхность вместе с вашим этапом, - спокойно произнес Ник. - Поэтому будем стреляться сейчас.
  Земескис задумался на секунду и, состроив презрительную гримасу, произнес:
  - Я стреляюсь с благородными людьми, с каторжанами я не стреляюсь.
  - Это отказ? - Ник не переставал хорохориться.
   - Ты меня понял. - Земескис развернулся и покинул кабинет начальника станции.
   Жересс, Ченг и взволнованный пикировкой Ник тоже потянулись к выходу, забросив за спины уже собранные рюкзаки. Жересс первым протянул Крикси руку. Нахмурившийся Мистер Устав нехотя пожал ее, после чего пришлось пожать руки еще Ченгу и Нику.
  Всей троице разрешили надеть теплое белье и специальные костюмы из прочного непромокаемого материала, к которым прилагалась также непромокаемая обувь. Из оружия разрешалось взять лишь ножи и топоры. Впрочем, саперная лопата, висевшая на поясе у Жересса, тоже вполне могла сойти за оружие ближнего боя.
  Будущие земляне вообще подошли к экипировке со всей ответственностью и набили рюкзаки множеством необходимых вещей из запасов, которыми снабжалась станция по линии гуманитарной помощи. Ник, кроме всего прочего, не мог оставить свою верную спутницу - гитару.
  А вот амазонки к высадке были не готовы. Все они оставались в своей униформе, годившейся скорее для прохладного лета, чем для весны на западном побережье Норвегии с ее холодным ветром, сыростью и весьма скверной погодой. Впрочем, никто из женщин пока о Земле особенно не думал: амазонки готовились к захвату лайнера.
  Как только люк пассажирского отсека открылся, Багира оценила обстановку и скомандовала атаку.
  Охранники Земескиса расположились вдоль всего коридора, соединявшего лайнер со шлюзовым модулем "Медузы" и дальше с челноком. Такого поворота событий они явно не ожидали.
  Марго и Клио, оказавшиеся ближе всех к выходу, почти одновременно набросились на стоявших у люка конвоиров. Все произошло настолько быстро, что те даже не успели воспользоваться оружием. Через несколько секунд их импульсные карабины уже оказались в руках женщин, а сами охранники превратились в живые щиты. С одного из них Багира заодно сорвала подсумок с несколькими штурмовыми гранатами.
  Остальные конвоиры открыли огонь. Первые же очереди достались их собственным товарищам.
  Амазонки отбросили уже бесполезные тела и ответили из захваченных карабинов. Охранники рассчитывали на обычную переброску заключенных и потому легкомысленно оставили шлемы пристегнутыми к разгрузкам. За что тут же жестоко поплатились: короткие точные очереди уложили еще троих выстрелами в голову.
  Багира одну за другой метнула в глубь перехода две штурмовые гранаты.
  Первая взорвалась ослепительной вспышкой и ударила по коридору короткой волной. Вторая рванула несколькими метрами дальше. Конвоиров раскидало по стенам и палубе. Кто-то потерял сознание, кто-то оглох и уже не понимал, откуда ведется огонь. Земескис, оказавшийся слишком близко ко второму взрыву, рухнул на колено и схватился за голову.
  После короткой перестрелки и двух взрывов почти половина его людей уже не могла продолжать бой. Оставшиеся отступили в глубь перехода, беспорядочно огрызаясь из карабинов.
   Отстрелявшись, Марго и Клио быстро вернулись обратно в пассажирский отсек. Багира ушла последней.
  Пока часть амазонок вела бой в шлюзовом переходе, другая группа обезоружила дежурную смену и захватила ходовой мостик, куда сразу направилась Багира.
  За внешним обзором уже устроилась совсем еще юная Мальвина, получившая свое прозвище за привычку красить, неуставной ирокез в самые неподобающие цвета.
  - Командир, у нас неприятности.
  На одном из экранов появилась схема "Медузы". Спаренные турели станционной обороны развернулись в сторону пристыкованного лайнера, а бортовая система почти одновременно выдала предупреждение о захвате корабля на сопровождение.
  - Лазеры, - уточнила Мальвина.
  Багира посмотрела на изображение станции.
  - Пока мы пристыкованы, стрелять им будет несколько неудобно.
  - Зато, когда отстыкуемся - они не промахнутся, - заметила Мальвина.
  В этот момент по общему каналу раздался голос Крикси:
  - Дамы, попрошу не делать глупостей. У вас еще есть шанс сохранить жизнь себе и малышу. Для этого вы должны сложить оружие, покинуть захваченный корабль и проследовать в орбитальный челнок. Он доставит вас на поверхность, где вы будете находиться в полной безопасности.
  - Ты не посмеешь стрелять, - ответила Багира.
  - Еще как посмею, вы только что положили пол дюжины конвоиров. Караульный регламент дает мне полное право применить оружие.
  - У нас на борту ребенок. Неужели ты станешь стрелять в невинного младенца!?
  Последовала короткая пауза.
  - Вам все равно не уйти, - устало произнес полковник. По его голосу было ясно, что стрелять он действительно не собирается. - Посмотри на радар, девочка.
  Мальвина зразу развернула навигационную голограмму.
  - У нас тут "Прометей" нарисовался.
  Амара подошла ближе к экрану.
  - А рядом что за корыто?
  Мальвина быстро увеличила изображение и сверилась с идентификатором.
  - Согласно транспондеру - транспорт "Пабло Пикассо".
  - Ясно! - Багира невесело усмехнулась. - На нем, судя по всему, к нам едут безутешный О"Нилл, беспамятный папаша Бартон и прочие веселые джентльмены.
  Багира отличалась тем, что умела быстро принимать решения. Немного поразмыслив, она обратилась по связи к начальнику станции:
  - Хотелось бы встретиться и переговорить, прежде чем отправляться на родную Землю. И еще меня интересует список заключенных с "Пабло Пикассо". Будьте любезны предоставить.
  На переговоры, состоявшиеся на мостике захваченного лайнера, Крикси пришел вместе с Ченгом. Механик вкратце обрисовал амазонкам место, куда их собирались высадить, рассказал о старом "Борее" и о том, что станция сможет первое время снабжать корабль энергией с орбиты.
  Пока Ченг говорил, Багира просматривала переданный ей реестр заключенных с "Пабло Пикассо". Дойдя до двух знакомых фамилий, она остановилась.
  - О"Нилл и Бартон. Этих двоих я хочу получить отдельно.
  Крикси нахмурился.
  - Куда именно прикажете их доставить? - спросил он с нескрываемым сарказмом.
  - Покажите мне карту Западной Европы.
  Мальвина тут же вывела на главный экран актуальную карту заражения. Побережье старого континента давно уже мало походило на то, что рисовали земные атласы, но среди опасных зон хорошо просматривались относительно чистые полосы суши и воды.
  Багира внимательно изучила изображение.
  - Говорите, эту старинную посудину можно будет раскочегарить?
  - Если реактор удастся запустить, - ответил Ченг. - А я не вижу причин, почему бы ему не запуститься.
  - Тогда все становится интереснее.
  Она увеличила западное побережье Норвегии, затем медленно повела изображение к югу.
  - Если ваш корабль действительно способен плыть, отсюда мы сможем выйти к побережью бывшей Франции.
  - И что вам там понадобилось? - спросил Крикси.
  Багира еще раз увеличила карту.
  На экране появилось большое пресноводное озеро, отделенное от нового морского побережья сравнительно узкой полосой суши и связанное с морем системой рек и проток.
  - Вот это место.
  Крикси посмотрел на нее уже внимательнее.
  - Озерный край. Ваши желания совпадают с мнением лейтенанта Шиллера.
  - Не знаю я вашего Шиллера и знать не хочу, но О"Нилла с Бартоном доставьте именно сюда.
  - С ними будет по крайней мере еще две сотни человек, - предупредил Крикси. - Я не могу позволить себе гонять челнок ради двух каторжан.
  - Плевать! - Багира наконец оторвалась от карты. - Меня сейчас больше волнует другое. У вас найдется нормальный термококон для младенца?
  - Найдется. Не новый, но исправный.
  - Уже хорошо. И вообще, вам не кажется, что было бы весьма приятно с вашей стороны снабдить всех дам одеждой, в которой они не околеют в первую же ночь?
  - Стандартные комплекты вам положены. А вот дополнительные термокостюмы...
  - Только не говорите мне про инструкции.
  - Именно их я и собирался упомянуть.
  - Какие тут могут быть, к чертям собачьим, инструкции? - искренне удивилась Багира. - Не трусьте, полковник. Дальше Земли вас уже не сошлют.
  Последняя фраза, видимо, задела Крикси за живое. Он несколько секунд молча смотрел на Багиру, затем неожиданно согласился:
  - Получите термокостюмы. Я распоряжусь.
  
  Глава 13
  
  Полсуток ушло у амазонок на подготовку к дальнейшему пути. Крикси, как и обещал, снабдил всех девушек термокостюмами с автономным обогревом и встроенными фотоэлементами, способными подзаряжать накопители от дневного света. Маленький Алекс тоже не остался без должной экипировки - для него нашелся подходящий термококон, а также запас всевозможных пеленок, подгузников и прочих необходимых младенцу вещей.
  Помимо всего, каторжанкам выдали сухой паек, дозиметры, световые шашки, средства связи и другие необходимые для выживания предметы. Крикси разрешил дамам взять с собой много не положенных вещей, закрыл глаза даже на электронные причиндалы Мегеры, но касательно захваченного у конфедератов оружия был несгибаем. Карабины и оставшиеся гранаты пришлось сдать.
  В целом переговоры амазонок и Крикси закончились в пользу амазонок. Они не смогли сбежать на захваченном лайнере, как планировали, но добились для себя немалых преференций. Им даже удалось выторговать условие, что Земескис и остатки его изрядно потрепанного конвоя останутся на станции, а на Землю женщины отправятся без охраны. Крикси согласился на это лишь после того, как Жересс дал слово, что никаких новых инцидентов не произойдет и челнок благополучно доставит всех к месту высадки.
  Пока амазонки готовились к высадке, пребывая на своем лайнере, Ник вновь потребовал сатисфакции у Земескиса. Рыжий лейтенант всячески отказывался драться на шпагах и настаивал на импульсных пистолетах. Жересс, почуяв неладное, вступил в спор, обратившись к Земескису:
  - Чем вам не нравятся шпаги, молодой человек?
  - Не обучен, - коротко ответил Земескис.
  - Тогда это ваши проблемы.
  - А вам не кажется, что оскорбленная сторона должна выбирать оружие?
  - Он прав, Лео, - подтвердил Ник.
  - Своей пальбой вы можете разгерметизировать модуль, - заметил Жересс, обращаясь к обоим молодым людям.
  - Модуль выполнен из тугоплавкого материала, - не сдавался Земескис. - Его трудно разгерметизировать. Последняя перестрелка в шлюзовой камере - тому подтверждение.
  Аргументы подействовали. Стреляться решили с двадцати шагов, которые разбили по десять, отсчитав их от примерной середины коридора. На границах очертили линии. Ника импульсным пистолетом снабдил внезапно появившийся Санчес, уверив, что оружие хорошо пристреляно.
  Стрелялись в том самом шлюзовом коридоре, где полегли подчиненные Земескиса. Дуэлянты освободились от лишней одежды, разошлись по сторонам и стали ждать сигнала сходиться. Таким сигналом послужил взмах руки Жересса, после которого соперники медленно двинулись навстречу друг другу, держа оружие стволами вверх.
  Игра нервов началась.
  Оба лейтенанта были правшами и уворачиваться от короткого импульса, по логике вещей, должны были, прыгая в правую сторону. Но денебольский лейтенант решил прыгать влево, так же, как и альтаирский. Поэтому оба с первого раза промахнулись, а последующие выстрелы производили уже после кувырка.
  Нику повезло больше - он попал в руку соперника, сжимающую пистолет, прошив ее в районе плечевого сустава, отчего та повисла плетью, а сам Земескис, испытывавший неимоверную боль, впал в глубокий шок.
  Нику тоже досталось - импульс соперника сильно обжег левое ухо, превратив его в маленький кусок поджаренного мяса. На этом Жересс объявил об окончании дуэли.
  Пока Нику оказывал помощь подоспевший с обезболивающим инъектором Санчес, по шлюзовому коридору уже начали двигаться первые перебрасываемые на челнок каторжанки. Сквозь пелену слез, непроизвольно застеливших глаза, юноша вдруг разглядел милые сердцу черты, проходящей мимо женщины с небольшим термококоном на руках, в котором, по логике вещей, находился младенец.
  Женщина медленно повернула голову в сторону сидевшего на палубе дуэлянта и пропела таким знакомым голосом:
  - Вы снова взялись за старое, Ники.
  После чего исчезла в проходе вместе с окружившими ее амазонками.
  - Этого не может быть, - промолвил юноша, обескураженно глядя на бредущую следом девчонку с синим ирокезом на голове.
  - Что - не может быть? - взъелась та. - Каждый выражает свою индивидуальность по-своему. Понял? Ка-а-зел!
  - Причем тут индивидуальность? - лейтенант глупо посмотрел на Санчеса, укладывающего аптечку.
  Санчес лишь пожал плечами, помог молодому человеку подняться на ноги и повел собирать вещи.
  Багира в это время стояла над распростертым телом Земескиса, которому также оказывали первую помощь его товарищи по оружию.
  - Жаль, что так и не удалось вцепиться в глотку этому засранцу, - зловеще улыбнулась девушка и, встретившись взглядом с Ником, одобрительно кивнула. - Неплохой выстрел, Безухий Воин, но следовало бы взять чуть левее.
  Проводив глазами последнюю из своих амазонок, Багира потеряла всякий интерес к молодому человеку и заспешила внутрь челнока, замыкая шествие.
  В полутемном тюремном отсеке орбитального челнока места хватало всем. Здесь царила безрадостная атмосфера, словно пропитанная отрицательными эмоциями тысяч людей, прошедших через это своего рода чистилище, переносившее людей в ад.
  Подавленные зловещим внутренним убранством, амазонки тихо рассаживались по местам, сразу же пристегиваясь ремнями безопасности к пошарканным креслам.
  Вошедший внутрь Ник, чья голова была перебинтована неумелыми руками Санчеса, тоже находился в весьма смущенном состоянии, правда совсем по другой причине. Юноша попросту не знал, как дальше себя вести.
  Но Барбара, видимо понимая, что творится у него на душе, помогла избежать нелепых действий, незатейливо указав на свободное кресло рядом с собой. И когда тот сел, повелела Анри осмотреть рану молодого человека, не забыв представить его как своего давнишнего друга.
  Доктор возился недолго. Он быстро обработал скукоженное ухо нового пациента каким-то раствором и заменил бинты более удобным регенерационным биопластырем.
  - В ближайшее время пластическая операция вам не грозит, - констатировал Анри. - Посему готовьтесь к тому, что наши девчонки будут дразнить вас Одноухим Ники или наподобие того.
  - Меня уже нарекли Безухим Воином, - печально улыбнулся юноша, глядя на устроившихся у аварийного выхода Ченга и Жересса, которые сразу попали под многозначительные оценивающие взгляды амазонок.
  Невзрачному, далеко не молодому Ченгу женское внимание, скорее всего, не грозило. А вот Жересс таковым обделен явно не будет. Высокий, статный, он привлекал к себе откровенные взгляды присутствующих молодых барышень.
  Переглядывания закончились с появлением в проеме входного люка полковника Крикси. Бегло осмотрев находившихся в отсеке каторжан, он обратился к Жерессу:
  - Как и договаривались, конвоя не будет. Надеюсь, у вас хватит ума не захватывать челнок.
  - Даю слово.
  Полковник хотел что-то ответить, но передумал и, связавшись по ВЧС с находившимся в кабине Абамой, приказал задраивать выход и готовиться к вылету.
  Махнув на прощание рукой неизвестно кому, Мистер Устав исчез из проема, а сам проем захлопнулся люковой крышкой, притянутой мощными приводами.
  Уже через двадцать минут орбитальный челнок отчалил от "Медузы" и, подчиняясь программе бортового компьютера, взял курс на точку высадки нового этапа каторжан.
  
  
  Постскриптум.
  
  
  Нижние уровни Цереры оказались довольно гнетущим местом. Чем глубже уходил лифт, тем меньше становилось света. Отполированные панели центральных секторов сменялись голым металлом, трубами и кабелями, протянутыми вдоль стен. Здесь пахло подгоревшей изоляцией, дешевой едой и шахтной пылью, которая проникала сюда даже через мощную систему фильтрации. Зои дважды спрашивала дорогу и оба раза получала разные ответы. В конце концов какой-то старый шахтер, сидевший прямо на ящике у входа в ремонтный тоннель, молча указал ей на ведущую вниз лестницу. Женщина поблагодарила и спустилась на три пролета ниже.
  Там она нашла нужное ей заведение. Вывеска над дверью давно не светилась и была покрыта копотью. За тяжелой створкой гремела музыка, кто-то орал, несколько человек одновременно смеялись. У стойки пили люди в потертых шахтерских комбинезонах. В зоне игровых автоматов две женщины в ярких синтетических куртках спорили со здоровенным бугаем.
  Поначалу появление Зои никто не заметил. Потом начали оборачиваться. Она машинально положила ладонь на выпирающий живот и подошла к стойке.
  Бармен оказался широкоплечим лысым мужчиной с татуировкой, уходившей от шеи куда-то под рубаху.
  - Мне нужен Кай Ровен.
  Бармен продолжал протирать стакан.
  - Здесь такого нет.
  - Мне сказали, что есть.
  - Значит, соврали.
  Зои достала из кармана маленькую пластину и положила на стойку.
  Бармен взглянул на нее, но не взял. Лишь бросил: "Жди". И исчез за дверью.
  Вернулся минут через пять и молча кивнул в сторону коридора.
  В глубине заведения оказалось неожиданно тихо. Музыка осталась за двумя тяжелыми переборками. Последнюю дверь охранял молодой парень с имплантированным вместо левого глаза темным оптическим блоком.
  Он пропустил Зои внутрь.
  Человек за столом оказался совсем не таким, каким она его представляла.
  Ни золота, ни дорогой одежды, ни вооруженных громил за спиной.
  Лет пятьдесят. Седые волосы. Небритое лицо. Потертая рубашка с закатанными рукавами. На столе стояли кружка, старый терминал и разобранный плазменный пистолет.
  Кай Ровен даже не поднялся.
  - Присаживайтесь.
  Зои села.
  Ровен некоторое время рассматривал ее. Под его проницательным взглядом Зои чувствовала себя неуютно.
  - Зачем пришли? - наконец, спросил контрабандист.
  - Мне нужно найти человека.
  Ровен усмехнулся.
  - Для этого существуют службы поиска.
  - Не в моем случае.
  Усмешка исчезла.
  - Где находится ваш человек?
  Зои помедлила.
  - На Земле.
  Ровен откинулся на спинку кресла. Несколько секунд он молчал.
  - Земля - не Церера, мисс. Там нельзя зайти в планетарную базу, заплатить регистратору и посмотреть, где человек снимал жилье последний месяц. Людей туда отправляют как раз затем, чтобы о них забыли.
  Зои потупилась.
  - Мне сказали, что вы сможете помочь.
  Ровен посмотрел на ее живот.
  - Отец?
  Она кивнула. Ровен взял со стола кружку, сделал глоток и поморщился.
  - Имя?
  - Артур Гаррисон.
  - Еще что-нибудь есть?
  - Есть его служебный идентификатор. И сигнатура нейроимпланта.
  Зои достала накопитель. Контрабандист не спешил его брать.
  - Вы понимаете, что это не маяк? - произнес он. - Никто не увидит на экране точку с подписью "Артур Гаррисон". Чтобы поймать сигнатуру, поисковый аппарат должен пройти достаточно близко. Если гонять его вокруг всей Земли, "Медуза" рано или поздно заметит.
  - Я знаю, где его высадили.
  - И где же?
  - Северо-Западная часть старой Европы.
  - Это упрощает задачу.
  Зои спросила:
  - Сколько?
  Ровен усмехнулся.
  - Я еще не согласился.
  - Но цену уже знаете.
  Он посмотрел на нее и неожиданно улыбнулся.
  - А вы не такая беспомощная, какой кажетесь.
  - Я и не кажусь беспомощной.
  - Поверьте, здесь - кажетесь.
  Зои ничего не ответила. Ровен наконец взял накопитель. Вставил его в терминал. Просмотрел данные.
  - Нейроимплант военный?
  - Да.
  - Если он сохранился и отвечает на диагностический запрос, шанс есть.
  - Какой?
  - Не люблю проценты.
  - Сколько это будет стоить?
  Ровен назвал сумму. Зои задумалась.
  - Может, сбросишь?
  Он посмотрел на нее исподлобья.
  - С чего бы?
  Зои молча положила ладонь на живот. Ровен проследил за ее движением.
  - Не тратьте время, мисс. На меня такие аргументы не действуют.
  - Хорошо, - сказала Зои. - Я согласна.
  - Половина вперед. Остальное - если найдем.
  Ровен развернул к ней терминал. На экране высветились реквизиты перевода.
  Зои достала свой коммуникатор, поднесла его к терминалу и подтвердила платеж. Через несколько секунд на экране появилась отметка о зачислении.
  Ровен закрыл файл.
  - Ладно. - Он вытащил накопитель и убрал его в ящик стола. - Если нейроимплант вашего парня еще можно опознать, мы постараемся его найти.
  - Сколько времени это займет?
  - Понятия не имею. Неделю. Месяц. Полгода.
  Зои поднялась. У самой двери Ровен окликнул ее:
  - Мисс
  Она обернулась.
  - Допустим, мы его найдем. Узнаете, что жив. Что дальше?
  - Не знаю, - коротко ответила Зои и вышла.
  А Кай Ровен подтянул к себе разобранный плазменный пистолет и принялся неспешно собирать его. Детали одна за другой вставали на место с сухими щелчками. Последним Ровен установил энергоблок и отложил оружие в сторону. Затем достал накопитель и вновь воткнул его в терминал.
  На экране появилось досье, согласно которому последним местом службы лейтенанта Гаррисона была орбитальная станция "Медуза".
  
  
  
  Часть 2. Каторга.
  
  Глава 1.
  
  Край солнечного диска лишь показался из-за дальних, покрытых белыми шапками сопок, явив взору людей суровый, почти безжизненный ландшафт. Лишь кое-где между камнями темнели пятна мха, лишайника и жесткой низкой травы.
  Грохот недалекого прибоя, перекликавшийся со свистом холодного пронизывающего ветра, пугал неподготовленные умы, вызывая чувство безысходности.
  Челнок уже давно скрылся за плотной свинцовой пеленой низких туч, оставив после себя темные подпалины посреди небольшого каменистого плато, на котором осталась группа новоявленных землян.
  Спуск сквозь плотные слои атмосферы прошел далеко не в самых комфортных условиях. Челнок изрядно потрепало турбулентностью, несколько раз прижало перегрузкой, и даже привычные к подобному амазонки перенесли посадку не лучшим образом. Багира имела бледный вид и не стеснялась изрыгать желчь из давно опорожненного желудка. В голове творился полный хаос, ломило все тело, в ушах стоял такой звон, что слух, казалось, уже не восстановится никогда. У мужчин дела обстояли немногим лучше, за исключением Жересса, сумевшего благодаря многолетнему опыту космолетчика оправиться быстрее остальных.
  Что касается младенца, то досталось и ему. Алекс исходил криком в своем термококоне, пока Барбара, сумевшая отодвинуть на второй план страдания плоти, не взяла сына на руки. Она устроилась с подветренной стороны огромного камня, припав к нему спиной, и, широко открывая рот, глубоко вбирала морозный воздух, стараясь придушить дурноту. Почувствовав новый прилив сил, женщина оголила тяжелую грудь и сунула набухший сосок своему чаду, не преминувшему благодарно замолчать.
  Ник, невольно задержавший на ней взгляд, вдруг сообразил, куда именно смотрит, и поспешно отвернулся, с преувеличенным интересом уставившись на дальние сопки. Барбара заметила это, но не подала виду.
  Наблюдая такое пренебрежение к собственному здоровью, корчившийся неподалеку Анри замахал руками, напомнив, что если герцогиня застудится, то кормить малыша будет некому.
  - Я уже не герцогиня, - устало произнесла Барбара. - И не графиня. Я простая каторжанка без чинов и титулов.
  - Прекратите, миледи, - подала голос Багира. - Для нас вы были и будете королевой. А кто этого не хочет принять как данность, пусть сообщит сейчас, чтобы потом не было никаких недоразумений.
  Жересс оставался непроницаемым. Он сверился с картой на планшете, определил направление и лишь после этого поднял взгляд на Багиру.
  - Ваше последнее замечание, майор, видимо, касалось меня и моих спутников. Вам будет достаточно нашего слова или вы хотите, чтобы мы принесли присягу?
  - Вашего слова будет достаточно.
  Багира вдруг поймала себя на мысли, что выглядит ужасно: спутанные волосы, бледное лицо со следами стертой косметики - одним словом, пугало огородное.
  - В таком случае я даю слово офицера и клянусь служить миледи Барбаре и ее наследнику, - произнес Жересс.
  Сам он, напротив, находил Багиру прекрасной и даже удивлялся, как ей удается в таком состоянии выглядеть настолько естественно.
  Ник и Ченг тоже дали слово. На этом вопрос о подчинении был закрыт: у группы появился единый центр власти. Багира назвала свою повелительницу королевой. Однако до обретения королевства еще было ой как далеко, и следовало хотя бы начать движение к заветной бухте, где ждал старый корабль предков - грозное, но пока еще спящее оружие, способное бросить к ногам будущей королевы все первобытные кланы Земли.
  Жересс, дождавшись, когда Барбара закончит кормление и уложит Алекса обратно в термококон, взвалил на себя чей-то подвернувшийся под руку мешок и первым двинулся к заброшенной верфи. За ним последовал Ник, также нагрузившийся лишней поклажей. Амазонки потянулись следом, привычно держась вокруг миледи. Замыкали шествие Ченг и Анри, уже успевшие поспорить на какую-то совершенно несущественную в данный момент тему.
  Первые шаги по поверхности у многих девушек получились не совсем уверенными. Земная гравитация была заметно слабее привычной зейской, поэтому амазонки чувствовали необычайную легкость, ступая по каменистой поверхности плато, плавно переходившего в покрытую осевшим настом низину.
  Чтобы добраться до старой верфи, пришлось пройти через остатки поселка первой восстановительной экспедиции. Обвалившиеся строения поросли мхом и лишайником. Здесь нашли себе убежище крупные одичавшие грызуны, напоминавшие гигантских крыс. Эти твари почти не боялись людей и сновали прямо под ногами, вызывая своими размерами откровенное отвращение у женщин. Даже Багира не могла стереть гримасу с лица и внимательно смотрела под ноги, чтобы ненароком не задеть эту мерзость.
  В некоторых темных провалах наблюдалось шевеление существ покрупнее. Судя по тому, что наружу они не показывались, Анри предположил, что животные ведут ночной образ жизни.
  - Какой еще ночной образ жизни? - сразу возразил Ченг. - Здесь летом ночи короткие и светлые, если хотите знать.
  - Значит, когда становится слишком светло, они уходят глубже, - не сдавался Анри.
  - Здесь не может быть животных, ведущих ночной образ жизни и неспособных к миграции, - упрямо спорил Ченг, который, по мере приближения к цели становился все более невыносимым, хотя его раздражительность могла объясняться отсутствием сорокаградусного допинга.
  - Кто же тогда, по-вашему, там сидит?
  Ченг бросил взгляд на один из темных провалов, откуда доносилось подозрительное шуршание.
  - Да кто бы ни сидел. Они нас не трогают, и нам не следует их дразнить. За век здесь кто угодно мог обжиться.
  Последняя фраза механика заставила амазонок заметно ускорить шаг.
  Впереди, за скалистым отрогом, появилась глубоководная заводская акватория, где уже почти век стоял старый "Борей".
   Глубоководная бухта, с трех сторон защищенная скалами, когда-то была застроена причалами, техническими галереями, мастерскими и складами. Теперь большая часть сооружений лежала в развалинах. Над водой торчали перекошенные фермы кранов, у берега покачивались остатки двух плавучих причалов, а кое-где виднелись полузатопленные суда обеспечения, покрытые наростами мелкого ракушечника и слизкими пупырчатыми водорослями. Вся эта хаотическая композиция походила на сюрреалистическую скульптуру, которую сотворило его безжалостное величество Время.
  И над всем этим возвышался "Борей".
  Огромная плавучая база стояла рядом с полуразрушенным причалом. Большая часть швартовов давно оборвалась, но корабль по-прежнему удерживали якоря, остатки причальных конструкций и намертво прижавшееся к борту вспомогательное судно, почти полностью ушедшее одним бортом в воду. Перед носом "Борея", перекосившись и глубоко осев, лежал огромный полузатопленный плавучий док, почти полностью перегораживавший выход из бухты.
  Ченг уже находился на грани нервного срыва, осознавая всю ответственность за судьбы людей, бросившихся по его наущению в эту опасную авантюру. Еще на "Медузе" он изучил архивы первой восстановительной экспедиции и знал "Борей" едва ли не по каждому сохранившемуся чертежу, однако одно дело было рассматривать старые схемы и изображения, и совсем другое - увидеть корабль собственными глазами.
  С неописуемым облегчением механик убедился, что огромный корпус сохранился значительно лучше окружавшей его инфраструктуры. Даже название на борту еще можно было разобрать сквозь потеки, грязь и следы многолетней коррозии - "Борей".
  Ник с интересом рассматривал корабль предков. Даже недвижимый и мертвый, он производил впечатление скрытой силы. На его палубах, помимо огромных радаров, антенн, систем спутниковой связи, размещались ракетные и орудийные комплексы, угадывались пусковые шахты, а на посадочной площадке замер изрядно помятый временем глайдер. Вся эта махина скорее напоминала небольшую плавучую крепость, чем обычный корабль.
  Ченг очень надеялся, что грозное оружие предшественников еще можно вернуть к жизни. Ему не терпелось убедиться в этом собственными глазами.
  Однако добраться до "Борея" оказалось не так просто. За десятилетия корабль отошел от разрушенного причала, старая сходня давно исчезла, а между берегом и бортом теперь плескалась черная ледяная вода.
  Несколько минут все молча разглядывали корабль, пока Жересс, не говоря ни слова, не принялся снимать лишнее снаряжение.
  - Попробуй влезть по якорной цепи, - хмуро бросил Ченг, сразу поняв его намерение.
  Жересс молча кивнул и прыгнул с причала.
  Он вошел в воду ногами вперед и сразу ощутил, как ужасный холод начал пробираться даже сквозь оболочку термокостюма. Костюм был рассчитан на мороз и ветер, но никак не на купание в ледяной воде. Тело словно стянуло холодом, дыхание на несколько секунд перехватило, а сердце бешено заколотилось.
  Ловя ртом воздух, Жересс быстро поплыл к кораблю и вскоре достиг массивной якорной цепи, густо обросшей ракушечником и водорослями.
  По цепи он поднялся к якорному клюзу и, проявив неожиданную для своего возраста гибкость, протиснулся через него на бак.
  Там Жересс первым делом отыскал контейнер со спасательным плотом, рассчитанным на двенадцать человек, и привел в действие аварийный механизм сброса.
  Контейнер рухнул в воду, раскрылся как положено, но дальше ничего не произошло. Газогенератор, который должен был наполнить камеры плота, за десятилетия пришел в негодность, и спасательное средство осталось беспомощно плавать на поверхности в виде бесформенной оболочки.
  Неудача не смутила Жересса. Он тут же перебрался на палубу спардека, где находился спасательный вельбот, державшийся уже почти на честном слове. Вывалить шлюпбалки за борт не составило особого труда, а дальше потребовалось всего несколько ударов топора, чтобы перерубить истонченные коррозией найтовы и сбросить вельбот на воду.
  Жересс перекинул линь оставшемуся на причале Нику, и тот подтянул вельбот к берегу. Затем спрыгнул в шлюпку, где обнаружил, что двигатель давно мертв, зато сохранилась пара пластиковых весел.
  Жересс тем временем сумел спустить лоцманский трап, закрепив его еще пригодными синтетическими тросами так, чтобы нижний конец находился у самой воды.
  Вскоре к борту подошел вельбот с первой партией людей.
  Ченг, едва ступив на палубу "Борея", сразу исчез в недрах корабля.
  К моменту окончания переброски, когда все вещи и люди оказались на борту судна, механик уже успел провести беглый осмотр. Выводы оказались весьма неутешительными.
  Тем не менее вешать нос Ченг не собирался. Чем больше неисправностей он находил, тем сильнее в нем просыпался азарт.
  - Мне нужно первым делом запитать корабль, - говорил он Багире, доставая из своего вещевого мешка фонарь и кой-какой инструмент. - А вы займитесь уборкой мусора из верхних кают. Повторяю - из верхних. Вниз пока не ходите. Там эти твари.
  - Какие еще твари? - в глазах бесстрашной женщины, о подвигах которой в системе Кастор уже начали складывать саги, явно читался животный ужас.
  - Крысы там. Они перегрызли важные кабельные трассы. И теперь мы не скоро выберемся отсюда.
  - А ты куда собрался? - Багира ничего не могла понять и, забыв элементарные приличия, перешла на "ты".
  - Я же сказал - работать надо. - Ченг отыскал свой нож и убрал его в крепление на голенище. - Есть у вас девицы, которые с железом дело имели?
  - Мегера, разве что. Она в электронике дока, - произнесла Багира и, немного подумав, добавила: - Еще близняшки есть - Зита и Гита. Они в бронетранспортерах, инженерных машинах, тяжелых и боевых платформах хорошо разбираются.
  - Зови.
  - Нужно настроить прием питания от "Медузы" и подключить его к аварийному распределительному щиту. Преобразователь энерголуча уже готов к передаче. Здесь коды доступа, - механик протянул амазонке небольшой накопительный модуль. - Дальше пойдешь на мостик, запустишь вычислительное ядро, продиагностируешь систему снабжения судна электропитанием. Если каюты отрезаны от сети - брось к ним лямки от функционирующих розеток.
  - А где я тебе кабель на эти лямки найду?
  - Чтобы я подобных идиотских вопросов больше не слышал, - строго сказал Ченг. - Включи воображение. Подумай. Здесь целая верфь вокруг и несколько судов обеспечения. С них можно позаимствовать все, что еще не сгнило.
  Мегера фыркнула и направилась выполнять поручение механика, призвав себе в помощь девочку с голубым ирокезом.
  А к механику подошли две хрупкие девчушки с виду похожие на кого угодно, но только не людей, ремонтирующих бронетранспортеры. Ченг даже засомневался и переспросил:
  - Вы Зита с Гитой?
  Сестры ничего не ответили, лишь одновременно кивнули коротко стрижеными головами.
  - За мной, - махнул рукой Ченг, увлекая близняшек в румпельное отделение, где указал на рулевые машины, требующие срочного оперативного вмешательства.
  - Говорят, вы моторы транспортеров, как орехи щелкаете! Тогда вам не составит труда восстановить винторулевые колонки. Без них нам не уехать.
  Сестры снова лишь закивали в ответ, после чего механик спросил:
  - Вы случайно не глухонемые?
  На сей раз девушки замотали головами. Ченг вздохнул и, предупредив напоследок, чтобы его новые помощницы не вздумали сходить вниз, надолго исчез в утробе крепко спящего корабля, чтобы попытаться пробудить его от долгого сна.
  Ченг почти не показывался больше суток, лишь изредка выбираясь из технических отсеков, чтобы что-нибудь потребовать, проверить или наскоро перекусить. За это время на "Борее" произошло несколько положительных сдвигов. Важной победой стала настройка приемника на энерголуч "Медузы" с дальнейшим подключением его к аварийной системе электропитания корабля, благодаря чему удалось поднять аварийное вычислительное ядро и обогреть несколько кают, где разместились члены новоиспеченного экипажа. Первым делом наладили обогрев капитанской каюты. Она оказалась самой большой, туда вселилась Барбара со своим малышом, имея по соседству каюту доктора Анри, который на месте усидеть не мог и первым делом отыскал корабельный госпиталь, находившийся палубой ниже, после чего принялся наводить в нем порядок, не гнушаясь самой грязной работы. Аппаратура сохранилась далеко не вся, многое требовало диагностики и калибровки, а старые препараты и расходные материалы Анри вообще не собирался использовать, пока не убедится в их пригодности.
  Приборка кипела во всех помещениях, включая камбуз, где кашеварила амазонка по имени Земфира, прозванная за умение готовить Чумичкой. Правда, готовить пока было не из чего: продуктов на борту не имелось, если не считать небольшого количества консервов и тюбиков со всевозможными смесями, выданных в качестве сухого пайка еще на станции.
  Снабжение судна продовольствием пришлось взять на себя Нику и Жерессу. Уже на вторую ночь они отправились острожить рыбу на спасательной шлюпке.
  Мужчины до сего дня не имели ни опыта рыбалки, ни опыта охоты, во всяком случае - в реальном мире. Поэтому приходилось учиться по ходу дела.
  Предусмотрительно захваченные со станции световые шашки пригодились рыбакам в ту же ночь. Своим ярким холодным светом шашки привлекли огромное количество обитателей глубин. Рыба просто кишела вокруг дрейфующей шлюпки, которая даже не покинула акваторию бухты, а лишь отошла подальше от причалов и темного корпуса "Борея".
  Ник весьма ловко орудовал изготовленной из багра острогой, опережая по количеству вытащенной рыбы своего напарника Жересса. К рассвету полшлюпки было забито треской, пикшей и тому подобными хвостатыми тварями.
  Однако, прежде чем тащить все это добро на камбуз, весь улов пришлось отнести доктору Анри для проверки на радионуклиды, токсины, патогены и прочую дрянь. Результаты оказались далеко не радужными. Большую часть рыбы доктор безжалостно отбраковал, и от богатого утреннего улова осталась лишь небольшая партия, признанная условно пригодной в пищу.
  Но и ее пришлось сначала выпотрошить, тщательно очистить и на несколько часов замочить в специальном сорбционном растворе, вытягивавшем из тканей часть накопленных радионуклидов и прочих растворимых загрязнителей.
  К тому времени рыбаки стали замечать, что обитатели корабля довольно подозрительно смотрят на них, а некоторые девушки, проходя мимо, даже зажимали носы.
  Сей неприятный факт заставил задуматься о личной гигиене. Как раз из недр корабля выбрался чумазый, перепачканный какой-то технической дрянью человек, в котором лишь с большим трудом можно было узнать обычно аккуратного Ченга. Вскоре рядом с ним появились еще два таких же чумазых, коротко стриженных существа неопределенного пола, коим было велено идти мыться и спать.
  - Нам бы тоже помыться, - Ник подошел к механику, рвавшему на ветошь какое-то белье из своего рюкзака. Рюкзак до сих пор сиротливо стоял на палубе и служил немым свидетельством того, что его хозяин все еще не обустроился на новом месте.
  - Я запустил опреснитель и реанимировал санитарный контур, - устало изрек Ченг. - Сауна пока не работает, но в нижних душевых сейчас есть холодная вода. Скоро добуду и горячую, только вот магистрали кое-где подлатаю.
  - Дик, ты где учился на волшебника? - улыбнулся Жересс.
  - Да какое уж там волшебство, - отмахнулся Ченг. - По большому счету механизмы бы первым делом надобно восстановить, а я вот на санитарные системы отвлекся, но иначе нельзя - сами понимаете.
  - А что там с крысами? - поинтересовался Ник.
  - Крысы ушли еще вчера.
  - Да ну! - искренне удивился юноша. - Как такое может быть?
  - А так и может! Крысы всегда бегут с тонущего корабля! Мне стоило лишь подтопить льяла машинного отделения, где эти твари устроили себе гнезда, и открыть шахту лага наружу. Они быстро сообразили, куда им следует убираться. Воды я туда, правда, напустил изрядно, но это дело поправимое - сегодня же восстановлю осушительный насос и откачаю ее из льял машины.
  Механик хоть и валился с ног от усталости, но отдыха себе пока не мог позволить и со словами: "Процесс пошел", снова исчез в недрах корабля, махнув на прощанье рукой своим бывшим сослуживцам.
  
  Глава 2
  
  Процесс реанимации "Борея" действительно пошел и с каждым днем набирал ускорение. Ченгу удалось восстановить термогенераторы. На судне появилась горячая вода. Кроме того, тепло от них через отдельный контур механик пустил на обогрев жилых помещений. Правда, автоматика и термостаты этой системы пока не работали, поэтому температуру пришлось регулировать вручную.
  - Мне нужен человек, способный выполнять простейшие действия, - заявил Ченг Багире.
  Багира выделила ему Мальвину.
  - Почему я? - возмутилась девушка с ярким ирокезом.
  - Потому что у тебя есть глаза, - пояснил Ченг.
  Он отвел девушку в помещение кондиционера и указал на древний аналоговый термометр.
  - Если температура полезет вверх - открываешь этот клапан. Если вниз - прикрываешь. За давлением тоже следишь.
  - А если ничего не происходит?
  Ченг посмотрел на нее особенно серьезно.
  - Тогда совершаешь главный подвиг своей жизни - ничего не трогаешь, - сказал он и направился в помещение распределительных щитов, где хозяйничала Мегера.
  Она сильно преуспела в наладке электрооборудования. Благодаря ее стараниям все восстановленные к тому времени контуры корабля получили питание от аварийного распределительного щита. Энергию щит получал как от энерголуча "Медузы", так и от все еще работоспособных аварийных ядерных батарей.
  Ей даже удалось починить узел внутрисудовой связи, отчего большинство кают оказались связаны между собой посредством волоконно-оптических линий. Теперь барышням можно было не только трещать друг с другом по имеющимся в каждой каюте стародавним телефонам, но и подключаться к локальной сети через каютные терминалы.
  Клио следовала за Мегерой подобно нитке за иголкой, безоговорочно помогая своей напарнице во всем. Она самостоятельно настроила корабельный блок громкой связи и починила ретрансляторы.
  Гарпия тоже была у Мегеры на подхвате, занимаясь тем, что доставляла с соседних кораблей необходимые запчасти и материалы.
  Запчасти также постоянно требовал механик. Ему выделили еще нескольких амазонок для вылазок на соседние суда, для чего пришлось экспроприировать вельбот у рыбаков.
  Рыбаки без дела не остались.
  Жересс, как бывший звездный капитан, нашел себе работу на штурманском мостике корабля. Там он первым делом восстановил канал связи с "Медузой", получил орбитальную навигационную привязку, после чего принялся загружать необходимые навигационные программы и электронные карты. Кроме того, ему пришлось ремонтировать радары, восстанавливать навигационный комплекс и делать кучу всяких важных мелочей, необходимых для нормального управления судном.
  Ник, имеющий узконаправленную военную специальность в области космических вооружений, занялся осмотром боевых корабельных комплексов, которые включали в себя носовую и кормовую лазерные турели, две бортовые установки управляемых ракет, противовоздушный зенитный комплекс, четыре торпедных аппарата и шесть баллистических ракет, уже упомянутых Лео при последнем споре на "Медузе". Кроме лейтенанта вооружением корабля интересовались Багира и Марго, тоже имевшие кое-какой опыт использования подобного рода устройств. Дамы благосклонно позволили Безухому Нику присоединиться к своей компании. Хотя идти на поводу у молодого человека не собирались.
  - Нам не хватит энергии аварийных ядерных батарей, чтобы генерировать мощный лазерный луч, - говорил девушкам Ник, когда они все вместе залезли в башню носовой турели. - Нужно запустить корабельный реактор.
  - Ченг уже работает над этим, - успокоила юношу Багира, сверкнув в полумраке горящими каким-то внутренним огнем глазами, после чего обратилась к подруге. - Что ты можешь сказать об этом первобытном излучателе, Маргоша?
  - Надо приложить руки, - констатировала та. - Может, еще удастся починить.
  - Прежде чем руки прикладывать, вам следует поинтересоваться, как устроен сей дивайс, - заметил Ник.
  - Ты прав, Безухий Воин, нужно поискать описание в корабельном архиве, - согласилась Багира. - Тебе и карты в руки, а мы к ракетам пойдем.
  - Очень мудрое решение, - огрызнулся юноша. - Если в борьбе со скукой осмотр ракет не поможет, я бы посоветовал заняться вышиванием крестиком или начать собирать гербарий.
  - А мы, оказывается, кусаться умеем! - Багира с интересом взглянула на своего собеседника. - Мне нравятся остроумные мужчины, только в последнее время я стала встречать их слишком часто. Выполняйте приказ, лейтенант.
  В ответ Ник щелкнул каблуками и, весьма комично выполнив кивок головой, вытянулся по стойке смирно. Марго при виде такой пантомимы не смогла сдержать смешок. Багира же осталась непроницаема, хотя в глубине души ей, по всей видимости, тоже хотелось прыснуть. Тем не менее она холодно покинула башню лазерной турели, слегка подтолкнув к выходу подругу.
  Маленький разлад, случившийся с утра, в тот же день был утрясен. Главная амазонка не могла позволить себе сердиться на молодого человека, а тот, в свою очередь, слишком почитал ее как женщину-воина, чтобы опускаться до мелочных дрязг.
  Как бы там ни было, уже вечером в офицерском салоне "Борея" Багира вместе со своей хозяйкой и еще дюжиной барышень слушала песни старинных бардов в исполнении Ника.
  Кают-компания к этому времени уже превратилась стараниями девушек в уютный уголок, тут каким-то чудным образом появились даже занавески на иллюминаторах и чахлые растения местной флоры в импровизированных горшках, изготовленных из пластиковых коробок.
  Главным цветоводом оказалась Марго, занимавшаяся этим делом, видимо, памятуя о своем отце. "Пабло Пикассо" уже приближался к "Медузе", и Марго знала, что Багира настояла на этапировании Бартона именно в Озерный край. Девушка очень надеялась вновь увидеть отца, оказавшегося на каторге лишь потому, что хотел защитить своего ребенка. Она кляла себя за стервозность и несдержанность при первой встрече с Бартоном, понимая, что наконец нашла единственного близкого ей человека во всей Вселенной.
  Молодой человек в тот вечер превзошел сам себя.
  Абстрагировавшись от реальности, он вместе со своей гитарой погрузился в какой-то потусторонний мир и пел столь проникновенно, что у всех слушательниц глаза оказались на мокром месте.
  Барбара больше не могла сдерживать эмоций.
  Почувствовав уже лежащую на поверхности конкуренцию со стороны своих верных телохранительниц, она просто взяла Ника за руку и, к великому огорчению окружающих, увела к себе в каюту.
  Оказавшись наедине, молодые люди предались любви, преисполненной такой безрассудной страсти, какую можно позволить себе только в их ненасытном возрасте.
  После первого соития, когда Барбара, удовлетворенно урча, отдыхала на плече у Ника, входная дверь отворилась, и в светлом проеме появилась фигура, облаченная в короткое вечернее платье и туфли на высоких каблуках, с кудрявой шевелюрой а-ля доктор Анри.
  Молодой человек еще не успел должным образом среагировать на столь бесстыдное вторжение, как незваный гость, тщетно всматривающийся в полумрак каюты, заговорил голосом все того же Анри:
  - Барби, милая, ты не могла бы одолжить мне подвязки?
  - Какого черта! - вскричал сбитый с толку юноша, готовый разразиться проклятиями.
  Но Барбара, смеясь, запечатала ладошкой его уста и ответила:
  - Пьер, извини, дорогой, подвязки все еще на мне.
  - Это ты меня прости за вторжение, дорогая! Не думал, что именно сегодня к тебе придет мужчина, - начал оправдываться Анри, узнав голос лейтенанта. - Может, мне стоит забрать Алекса к себе?
  - Забери. Сделай милость.
  Когда доктор унес спящего малыша, аккуратно вытащив его из переносного термококона, Ник с Барбарой разразились просто гомерическим смехом.
  - Вот в таком окружении приходилось жить, - весело пожаловалась герцогиня. - Кругом одни чудики. Твой Жересс, интересно, тоже с сюрпризом?
  - Понятия не имею, - честно признался молодой человек. - Но думаю, вполне традиционный.
  Упомянутый Барбарой Жересс, ничего не понимающий в музыке, весь вечер просидел в углу кают-компании, бросая в сторону Багиры недвусмысленные взгляды. Но главная амазонка делала вид, что не замечает их, и покинула место вечерних посиделок почти сразу после того, как ее хозяйка увела молодого певца.
  На следующее утро она появилась на ходовом мостике в каком-то недобром расположении духа и тоном, не терпящим пререканий, сообщила по судовой трансляции, что на корабле объявляется банно-прачечный женский день и мужчины должны покинуть "Борей" - пойти погулять, а заодно обследовать склады, мастерские и защищенные хранилища заброшенной верфи на предмет обнаружения древнего стрелкового и тому подобного оружия. По логике вещей оружие на базе должно было сохраниться.
  Погулять предлагалось Безухому Воину и Рыцарю Печального Образа - именно так амазонки окрестили немногословного Жересса. Механик с доктором упомянуты не были: механика не имелось никакой возможности отыскать, а Анри изгнание не коснулось - в женский банный день врач считался скорее оборудованием, чем мужчиной.
  - Арсенал и склады действительно должны где-то быть, - заявил Жересс Нику, когда оба офицера грузились в вельбот.
  - Скорее всего, они вырублены в скалах или находятся в подземных убежищах, - согласился молодой человек, выглядевший на удивление свежим, если учесть, что ему так и не довелось сомкнуть глаз прошедшей ночью.
  Мужчины уже отошли от борта, когда на палубу выбежала растрепанная Мегера. Девушка надрывно кричала и требовала взять с собой если не портативный терминал связи, то хотя бы VHF-радиостанцию, но ее зычный голос пропадал в грохоте недалекого прибоя и свисте ветра.
  - Возвращаться - плохая примета, - заметил Ник.
  Жересс согласился. Разведчики сделали вид, что не поняли, чего от них хотят, и продолжили путь к пологому берегу бухты, на который было удобно вытаскивать вельбот.
  
  Глава 3.
  
  Из бухты к поселку вела сплошь покрытая рытвинами и трещинами асфальтовая дорога, хотя то, что она асфальтовая, угадывалось только в местах, где бегущие с сопок ручьи смыли вековой слой грязи.
  Судя по ручьям, температура воздуха поднялась к плюсовой отметке, но погода стояла далеко не весенняя. Небо, как всегда, было плотно зашторено низкой пеленой стальных туч. Стылый ветер, дующий с моря, пробирал до самых костей.
  Не доходя до поселка, Жересс свернул в сторону, указав своему спутнику на высокую прибрежную скалу, увенчанную старым маяком, с которого должна была хорошо просматриваться окружающая местность. Вскарабкавшись вверх, путешественники достигли маяка и поднялись по потрескавшимся от времени каменным ступеням на его смотровую площадку. Отсюда открывался хороший обзор как в сторону сплошь покрытого пенистыми гребешками свинцового моря с его утыканным камнями прибрежным мелководьем, так и в сторону внутренней территории архипелага.
  Куда ни кинь взгляд, везде лежали унылые серые сопки, местами белеющие разводами подтаявшего снега. У подножия одной из таких сопок виднелись рухнувшие караульные вышки и остатки забора с обрывками колючей проволоки. За периметром угадывались невысокие сводчатые ворота, ведущие в бетонное укрепление, встроенное в прибрежную скалу. К воротам вела покатая дорога, еле угадываемая под толстым слоем векового наноса.
  До встроенного в сопку склада было по меньшей мере мили четыре, и разведчикам пришлось потратить более полутора часов, чтобы достичь прочных бронированных ворот, наглухо сомкнутых своими огромными створками. Ворота, как назло, сохранились в довольно приличном состоянии. Во всяком случае, все попытки нанести им какой-либо ущерб при помощи неподъемных булыжников, стальных рельс и других подвернувшихся под руку материалов не увенчались успехом.
  - Надо попробовать поискать вентиляционную шахту, - предложил Жересс.
  Ник ничего не ответил, лишь коротко кивнул, указывая на вершину сопки, где имелась явно рукотворная площадка. На ней стоял покосившийся, древний радар, как казалось, состоящий из одной бурой ржавчины. Здесь также находились грибки искомых вентиляционных шахт.
  Ник уже собирался подойти к грибкам, когда высоко над сопкой мелькнула темная точка. Из низкой облачности бесшумно вынырнул небольшой исследовательский дрон, сделал широкий круг и снова ушел под серую пелену.
  Аппарат был ему хорошо знаком. Такими пользовались экологи "Медузы", собирая данные о состоянии местности.
  Ник проводил дрон взглядом.
  - За нами присматривают, - усмехнулся он.
  Жересс мельком взглянул в небо.
  - Похоже, полковник уже соскучился, - сказал он, а затем сильным ударом ноги разнес в ржавую пыль самый широкий в поперечине грибок, оголив идущий вертикально вниз круглый лаз.
  Брошенная вниз световая шашка упала двумя десятками метров ниже, осветив изнутри большое помещение вентиляторной и распугав своим ярким светом каких-то тварей, бросившихся врассыпную.
  К счастью, в шахте сохранился трап из стальных скоб, приваренных к стенке.
  Жересс снял вещевой мешок, приторочил к поясу топор и, закрепив на покрытой шерстяной шапочкой голове налобный фонарь, начал спуск. Ник, также сделав все необходимые приготовления, последовал за старшим товарищем. Напоследок он бросил взгляд в небо, но дрона там уже не было: аппарат исчез в облаках.
  Довольно быстро мужчины достигли конца шахты и спрыгнули в оказавшееся под ней помещение. Под ногами захрустели мелкие кости и хитин. Неприятный запах гнили ударил в ноздри. Ник увеличил яркость притороченного ко лбу фонаря и осмотрелся.
  Вентиляторная оказалась довольно просторным помещением, от которого в разные стороны ответвлялись с полдюжины шахт. Шахты были проложены в разных плоскостях и имели на входе крылатки, встроенные в диффузоры. Пара крылаток даже вращалась под действием сквозняка, производя довольно неприятный скрип в разбитых ступицах. Те, что не вращались, сплошь были покрыты весьма странной паутиной, настолько толстой, что недавно попавшие в ее сети крысы-мутанты, достигающие размеров молочного поросенка, никак не могли из тех сетей выбраться и запутывались все больше. В глубине шахт паутина стояла непроходимой стеной, испещренная скелетами все тех же крыс и других животных, напоминающих гигантских летучих мышей. Путешественники нерешительно переглянулись, понимая, что пауки или подобные им твари, накидавшие в шахтах липких и в то же время прочных сетей, должны быть воистину огромны.
  - Нам тут не пройти, - сказал Жересс, направляясь обратно к выходу на поверхность, но притормозил, заметив, что Ник бережно достал из-за пазухи завернутый в пластиковые пленки и пакеты импульсный излучатель, оставшийся после последней дуэли.
  - Ты не сдал оружие? - Жересс удивленно вскинул брови. - Как такое вопиющее нарушение инструкций смог допустить Мистер Устав?
  - Сам дивлюсь! - улыбнулся Ник. - Думаю, факт пропажи излучателя уже ему известен: еженедельная инвентаризация наверняка вскрыла недостачу.
  - Ты плохо знаешь полковника Крикси. Он прекрасно знал, что у тебя имеется оружие. Иначе он бы не был полковником Крикси. Вопрос в другом - почему он пошел на такое недозволенное попустительство?
  - Он не так уж и туп, как это кажется на первый взгляд. К тому же не лишен некоторых благородных понятий. Судя по всему, последний разговор с Багирой надломил его. Этой весьма харизматичной женщине, видимо, удалось задеть самолюбие полковника.
  - Я думаю, с этой штукой можно произвести вылазку, - заключил Жересс, уводя разговор от темы Багиры и указывая на одно из ответвлений, куда мог бы протиснуться взрослый человек, ползущий на четвереньках.
  Ник установил регулятор излучателя на генерацию низкотемпературной плазмы и метнул клубок пламени в проход. Огонь за считанные секунды освободил путь, не оставив и следа от заполонившей пространство паутины.
  С оружием наизготовку молодой человек первым протиснулся в лаз через лопасти огромного вентилятора и благодаря своему невысокому росту стал передвигаться вперед гусиным шагом. Чего нельзя было сказать о Жерессе, которому пришлось ползти.
  Как бы там ни было, до первой развилки добрались без приключений и, повторив операцию с выжиганием паутины, нырнули вперед ногами в более широкий лаз, идущий под уклон.
  Пологий скат закончился через десяток метров под сводом огромного помещения склада, уже начавшего превращаться в подобие пещеры. Об этом свидетельствовали многочисленные образования, напоминающие сталактиты и сталагмиты, выхватываемые из темноты мощными лучами фонарей.
  Среди этих, окутанных пеленой паутины образований сидели гигантские членистоногие, действительно напоминающие пауков-каракуртов. Некоторые твари достигали метра в поперечине овального корпуса и имели восемь мохнатых, покрытых присосками толстых членистых лап, на которых держалось тело, защищенное со спины хитиновым панцирем. Спереди угадывалось какое-то подобие головы с постоянно двигающимися клешнеобразными челюстями. Снизу у самок находился мешок с яйцами, заключенный в кольцеобразную плоть.
  Кроме самок, откладывающих здесь яйца, наблюдались и более молодые особи, роящиеся повсеместно. Суть всей этой суеты сводилась к тому, что "паук" ловил "паучиху" для совокупления, после чего доведенная до экстаза партнерша своим ядом убивала незадачливого ухажера. Труп бедняги тут же растаскивали на куски вечно голодные сородичи.
  Вроде бы достаточно тривиальный ход вещей, творившихся в пещере, естественно, не был понятен пришлым сюда людям, поскольку требовалось время для осмысления всего происходящего. Время также требовалось, чтобы разглядеть под слоем вездесущей паутины штабеля корабельного боезапаса - ракеты, торпеды и прочие боеприпасы, давно лишившиеся истлевшей упаковки и транспортной тары.
  Но времени на осмотр монстры как раз и не дали: люди подверглись стремительной атаке почти сразу, как только достигли пещеры. Твари полезли в вентиляционную шахту отовсюду. Они, подобно спецназовцам, спускались на паутине с верхних ярусов. Стремительно карабкались по стенам, используя свои ужасные присоски. Прыгали из самых разных мест, проявляя просто невозможные для их грузных тел акробатические способности.
  Атака оказалась настолько неожиданной, что оба офицера сразу же получили несколько ядовитых укусов. Однако быстро опомнились и вступили в схватку. Ник палил из своего излучателя, не жалея заряда батареи. Жересс ловко орудовал топором и ножом, но пространство было настолько стесненным, что реализовать все полученные в виртуальном мире навыки боя холодным оружием не имелось никакой возможности.
  Под натиском тварей незадачливым разведчикам пришлось отступить. Они вернулись в лаз из которого пришли и принялись проворно карабкаться, наверх упираясь в стенки шахты всеми конечностями.
  Развилки достигли довольно быстро. Остановились, чтобы отдышаться и сделать инъекцию универсального антитоксина из индивидуальных аптечек.
  Но задерживаться было никак нельзя: от произведенных выстрелов в пещере занялся пожар - вспыхнула лежащая толстым слоем паутина. Дым, сдобренный ужасным смрадом, сразу же пошел в вентиляцию. Где-то в глубине склада уже начали рваться поврежденные огнем боеприпасы. Первый глухой удар сменился вторым, затем послышалась целая серия взрывов.
  Офицеры заспешили к помещению вентиляторной, проявляя просто невозможную в других условиях прыть.
  Главный взрыв застал их уже в вертикальной шахте, когда до поверхности оставалось рукой подать. Взрывная волна пошла по пути наименьшего сопротивления и буквально вышвырнула людей из вентиляции.
  Следом глубоко под землей прокатилась новая серия детонаций. Сопка содрогнулась, часть склона просела и сложилась огромными глыбами, заполняя образовавшуюся после обрушения подземного хранилища пустоту.
  
  Глава 4.
  
  Мощный прокатился над архипелагом, неприятно ударив по барабанным перепонкам Ченгу и Багире, которые обменивались нелицеприятными высказываниями в адрес друг друга, уединившись от посторонних ушей на корме "Борея". Инициатором склоки явился Ченг.
  К обеду он появился на верхней палубе корабля, на удивление чистый и в хорошем расположении духа. Приподнятое настроение Ченга было вызвано удачным запуском главного реактора. Механик почувствовал уверенность в своих силах и теперь уже не сомневался в возможности реанимировать "Борей" и вывести его на просторы океана.
  Однако, узнав о легкомысленной вылазке своих товарищей, Ченг пришел в неописуемый гнев, что раньше за ним никогда не наблюдалось. Он вызвал Багиру для откровенного разговора и, ударив кулаком по подвернувшейся конструкции, бросил ей в лицо:
  - Как смела ты, женщина, послать всего двух человек в незнакомую, неизведанную местность?
  - Я не обязана отчитываться перед тобой, - огрызнулась амазонка. - И смени тон. Ты, верно, забыл о правилах поведения.
  - Какие могут быть правила поведения в разговоре с человеком, который перестал здраво мыслить, - кипятился механик. - Чтобы производить разведку в этих местах, нужна целая войсковая операция. Неужели непонятно?
  - Непонятно, представь себе. И если ты не смыслишь ничего в военном деле, то и не суй в него свой чумазый нос. Лео и Ник - боевые офицеры. Кому, как не им, знать, что такое разведывательная вылазка...
  - Если им известно, что такое вылазка, почему они ушли без средств связи? Почему не взяли даже VHF? Что это за щегольская бравада? Распушили хвосты перед бабами, понимаешь!
  - Тебе, верно, уже нечего распускать - отсюда твоя бессильная злоба.
  Последняя фраза нисколько не вывела механика из равновесия, он лишь горько улыбнулся:
  - Я считал тебя умнее, женщина!
  - Значит, просчитался... - Багира снова превратилась в разъяренную кошку, которой прищемили хвост, но, осознав, что немного перегибает, сменила тон. - Почему ты все драматизируешь и усложняешь? Откуда столько пессимизма? Не стоит унижать необоснованными, параноидальными сомнениями своих же товарищей. У парней должно хватить ума не лезть на рожон, проявлять разумную инициативу...
  Прогремевший взрыв прервал гневный монолог, который собиралась произнести амазонка, а ее лицо на глазах приобрело бледный оттенок.
  Ченг молча удалился на ходовой мостик, откуда по трансляции объявил общесудовой сбор.
  На коротком совещании, состоявшемся в кают-компании, порешили разбиться на две поисковые группы, первая из которых отдавалась в распоряжение Ченгу и должна была выйти на поиски немедленно. Командование второй группой было возложено на Марго. Механик без всяких объяснений лишил Багиру права собой командовать и потребовал беспрекословного подчинения со стороны амазонок.
  Апеллировать к находящейся в ступоре Барбаре не имело смысла, и Багира, чтобы не осложнять без того напряженную обстановку, признала временное руководство Ченга. Она даже попросила поберечься, напомнив, что без механика корабль не сможет покинуть эти проклятые места.
  После того как команда Ченга вместе с доктором Анри покинула "Борей", Багира не могла найти себе места. Не зная, чем себя занять, она поднялась на ходовой мостик, откуда послала на "Медузу" запрос с просьбой помочь в розыске пропавших офицеров. Правда, особо на помощь не рассчитывала. Поэтому ее крайне удивил пришедший ответ с орбиты, буквально через считанные минуты высветившийся на одном из терминалов связи. Сообщение с "Медузы" было довольно лаконично и содержало координаты места, где находились мужчины.
  Судя по тому, как живо среагировал на запрос Крикси, выходило, что полковник внимательно следил за разворачивающейся на Земле пьеской. Возможно, от скуки, а возможно, действительно переживал за судьбы своих бывших подчиненных.
  Координаты с "Медузы" тотчас были переданы по радио Ченгу и Марго.
  Уже через час поисковые группы достигли указанной точки у разрушенной сопки и обнаружили находившихся в бессознательном состоянии разведчиков.
  Еще через пару часов Жересс и Ник были доставлены в корабельный госпиталь, где над ними в течение всей ночи колдовал Анри.
  Поутру доктор попал под пулеметную очередь вопросов, лишь только покинул свой лазарет.
  - Переохлаждение, контузия, множественные ушибы и несколько переломов. Еще немного, и наступили бы необратимые процессы. У Жересса уже начались мышечные спазмы, вызванные каким-то токсином. Я пока не знаю, насколько быстро он оправится, - заявил Анри Барбаре и окружавшим ее амазонкам, ожидавшим его прямо у дверей.
  - Спазмы вызваны токсином? - с нескрываемым беспокойством спросила Багира.
  - Да, по всей видимости, от укуса какой-то ядовитой твари, - вскинул голову Анри.
  - А молодой человек? - спросила Барбара. - У него этих спазмов не наблюдается?
  - Волноваться за лейтенанта особых оснований нет. Организм молодой, крепкий - выдюжит.
  Пока амазонки вместе с Барборой пытали доктора, дежурившая на мостике Марго получила еще одно послание от Крикси. Содержание его оказалось довольно лаконичным: "Вам следует поторопиться". Никаких пояснений, никакой информации.
  Марго тут же кинулась на поиски механика, которого каким-то чудом отыскала в глубинах машинного отделения. Там царил невообразимый шум, издаваемый недавно ожившими механизмами.
  - Дик, когда мы уже поплывем? - провопила девушка прямо в ухо Ченгу.
  - Когда надо будет - тогда и поплывем, - громко выкрикнул механик, возившийся у одного из силовых преобразователей. Его помощницы находились неподалеку и перебирали какой-то насос.
  - Дик, уже надо! Понимаешь? - девушка с мольбой смотрела на Ченга.
  - Прямо сейчас?
  - Да! Прямо сейчас! - Марго продолжала орать, стараясь перекрыть стоявший в машинном отделении гул.
  Ченг несколько секунд смотрел на растерянное лицо Марго. Затем отложил в сторону инструменты и тщательно вытер покрытые смазкой руки.
  - Сможешь держать курс по тем навигационным данным, что подготовил Жересс? - спросил он.
  - Смогу. И по гирокомпасу идти смогу. И определиться по карте смогу. Ты за это не переживай.
  - Тогда скажи Багире, чтобы садилась за носовой лазер: надо проход в открытое море пробить, стоящее по носу корыто подрезать. Мегера пусть якорь вирает - она знает, как это делается. Ты же иди на мост - рулить на выход будешь. А я с близняшками здесь подсуечусь, - Ченг обвел рукой свои владения.
  "Борей" вышел из бухты как-то буднично. Во всяком случае, так показалось многим его обитателям, которые готовились к этому событию более недели и, видимо, ожидали подробных инструкций, помпезных речей, наставлений по многим непонятным вопросам. Однако ничего этого не произошло. Многие члены экипажа даже не знали, что корабль поднимает якорь. Например, тот же доктор Анри, уже сутки напролет пропадавший в госпитале, или Чумичка, не вылезавшая с камбуза.
  Багира, не ожидавшая такого внезапного отхода, заняла место в носовой лазерной турели, которую только прошедшей ночью удалось восстановить. Навела ствол на выступавшую над водой конструкцию накренившегося полузатопленного плавдока, загораживавшего выход из бухты. На то, чтобы подрезать мешающую проходу секцию, ушло добрых четверть часа.
  Мегера тем временем ввела муфту брашпиля в зацепление, сняла стопор и начала выбирать якорную цепь. Когда спущенный чуть ли не век назад якорь наконец поднялся, она отрапортовала по VHF на мостик:
  - Якорь чист!
  Именно так учил вездесущий Ченг. Правда, якорь был далеко не чист. Это был уже даже не якорь, а ржавая болванка, облепленная ракушками и какой-то морской дрянью. Тем не менее отрапортовать все одно следовало.
  На мостике Марго, тщетно пытавшаяся подавить нахлынувшее волнение, перевела управление движением на "Малый вперед". Буквально через несколько мгновений винты обеих рулевых колонок завращались.
  Девушка аж подпрыгнула от радости, пару раз хлопнув в ладоши. Но тут же справилась с эмоциями и ухватилась за джойстик управления, удерживая нос тяжелой махины на выход из бухты.
  "Борей" снимался с места неохотно, будто прирос к нему. Скрежетал, лязгал, но, подчиняясь воле людей, медленно полз по занесенному вековым илом фарватеру, временами чиркая днищем по мягкому грунту. В какой-то момент сел на брюхо и, казалось, уже никуда больше не тронется.
  Однако опомнился, затрепетал всем своим естеством, взвыл перегруженными двигателями винторулевых колонок. Дрогнул, рванул вперед и наконец вышел из тесной бухты.
  За скалами навстречу "Борею" раскрылся широкий холодный фьорд. Темные горные склоны уходили прямо в свинцовую воду, вершины терялись в низких облаках. Вокруг не было ни огней, ни дыма, ни движения. Первозданную тишину нарушала лишь крикливая орава бакланов, поднявшаяся с прибрежных камней при появлении корабля.
  Все свободные от работ и вахт члены экипажа собрались на баке, наблюдая, как носовой штевень "Борея" рассекает спокойную гладь фьорда, разводя по сторонам длинные волны. Бороздившие космос люди испытывали необычайный восторг от процесса движения по воде.
  Вскоре корабль покинул узкости норвежских шхер: вышел в открытое море, сразу ощутив всем корпусом удары короткой волны и, повинуясь стоявшей на ходовом мостике Марго, лег на заданный курс, оставляя за кормой широкий пенистый след.
  
  Глава 5
  - По земному календарю сейчас конец апреля. - Фон Клаузевиц настраивал свой наручный браслет, который ему удалось каким-то чудом сохранить, и, казалось, был полностью поглощен столь важным занятием. - Но какое точно число - сказать довольно сложно.
  О"Нилл стоял рядом и рассматривал окрестности. Вдали распускался зеленью лес. Неподалеку голубая озерная гладь переливалась на солнце. Чуть ближе торчали из земли руины древнего города.
  - Не могу поверить, что мы на Земле, - произнес О"Нилл. - Никогда не думал, что здесь так красиво.
  Он вдохнул полной грудью, щурясь на солнце.
  - Жаль, что я не эстет и красота для меня - нечто абстрактное, - промолвил фон Клаузевиц. - Сейчас меня занимают более прагматичные мысли.
  Рядом с генералом находилось около сорока его бывших подчиненных, ждавших дальнейших распоряжений.
  - Да-да, я понимаю, - рассеянно отозвался Кельвин. Он сознавал всю серьезность положения, однако в тот момент его занимало другое. О"Нилл начал озираться по сторонам, пытаясь отыскать Бартона среди двух сотен поселенцев, доставленных менее часа назад с орбиты.
  Каторжане уже стали разбредаться по сторонам, кучкуясь в группы, образовавшиеся еще во время их перелета в Солнечную систему.
  Над самой многочисленной из ватаг возвышалась голова Дикого Циклопа, а где Циклоп, там должен быть и Бартон.
  О"Нилл, не раздумывая, направился в сторону гиганта, рядом с которым обнаружил искомую персону.
  Вежливо взяв Вильяма под локоть, Кельвин отвел его в сторону, ловя на себе далеко недружелюбные взгляды окружающих.
  - Как дела, Билл? - вкрадчиво спросил бывший начальник охраны замка Тилсбери.
  Бартон окинул О"Нилла взглядом и произнес:
  - У меня вроде все около дела, а вот у тебя, похоже, забиты гайморовы пазухи... И с желудком нелады.
  - Ты это серьезно? - О"Нилл слегка опешил.
  - Серьезнее не бывает, приятель! - воскликнул новоявленный "экстрасенс". - Не пора ли задуматься о своем здоровье?
  - Я обязательно подумаю над этим, а пока хотел бы предложить тебе перейти в мою группу.
  - Я с Циклопом.
  - Мы должны ждать амазонок у развалин на берегу. Такое сообщение оставила мне Багира, - сказал Кельвин, пропустив мимо ушей последнюю фразу своего собеседника.
  - Я не понимаю!
  - Я тоже многого не понимаю и говорю лишь то, что мне передал этот болван Крикси, не удосужившись толком объяснить.
  - Что могло произойти с денебольскими девушками? - Бартон никак не мог поверить в возможность присутствия на поверхности своей дочери.
  - Судя по всему, король Ричард велел без лишней шумихи переправить герцогиню с ее будущим ребенком на каторжные поселения, - начал строить догадки О"Нилл. - Я не знаю, где сейчас Багира, но я знаю, что мне следует ждать ее в этом месте, и я буду ждать.
  - А Марго с ней?
  - Да, с ней! Иначе какого черта было упоминать твое имя.
  - Э-э, не скажи, приятель! Может, какая-нибудь из дамочек неровно дышит ко мне? - Шутка Бартона, по всей видимости, удалась.
  - Проснувшееся чувство юмора говорит о том, что ты пошел на поправку, - удовлетворенно хмыкнул Кельвин. - В общем, решай сам, с кем ты остаешься: со мной или с Циклопом.
  - А почему нельзя объединиться?
  - Объединиться можно лишь на определенных условиях, которые вряд ли примет твой друг, известный в наших кругах как задира и бунтарь, хотя и не лишенный собственного кодекса чести.
  - Что за условия?
  - Ничего сверхъестественного: строгая воинская дисциплина, единоначалие, беспрекословное выполнение распоряжений старших офицеров.
  - Мда! - Бартон задумчиво почесал давно соскучившийся по бритве подбородок. - Циклоп, скорее всего, не согласится. Но ведь должен быть какой-то компромисс - мирное сосуществование двух соседей, к примеру.
  - На короткое время, может быть, такое соседство возможно, - нехотя согласился О"Нилл, дивясь рассудительности беспамятного собеседника. - Надо бы обсудить все как следует с Циклопом и с другими лидерами образовавшихся банд.
  - Вот и поговорите! - удовлетворенно воскликнул Билл.
  Кроме ватаги Циклопа и офицеров, сплотившихся вокруг фон Клаузевица, с первым рейсом на поверхность прибыла еще одна уже образованная группа арестантов, костяк которой составляли бывшие члены экипажа легендарного "Дерзкого" - того самого фрегата, заставившего Ньюкасла зависнуть на орбите Геры аж на четыре дня. Во главе группы стоял прославленный командир фрегата Маркус Корвин, получивший после битвы у Геры прозвище Дерзкий.
  Остальные мелкие кучки каторжан, не желавших попадать под чью-либо власть, уже разбрелись по окрестностям.
  Вожаки трех основных групп собрались потолковать. На переговорах фон Клаузевиц по наущению О"Нилла заявил, что его группа намерена занять находящееся неподалеку древнее поселение землян. Дикий Циклоп ничего против не имел, но, идя навстречу другу Биллу, выразил желание разбить свой лагерь неподалеку. Корвин-Дерзкий, замысливший поначалу податься в южные, более плодородные земли, почуял какой-то подвох и тоже решил задержаться в краю озер.
  На том и разошлись.
  Фон Клаузевиц, прозванный Старым Лисом, увел своих людей к северному озеру, где находились руины довоенного поселения землян. Правда, от них мало что осталось В мире позднего упадка почти все древние вещи давно сгнили, рассыпались в прах, проржавели насквозь или были растащены еще много поколений назад. От поселения сохранились лишь торчащие из земли кирпичные конструкции, густо поросшие мхом. Тем не менее в руинах еще недавно кто-то обитал, о чем свидетельствовали оставленная утварь и свежие следы от костров. Возможно, бывших обитателей кто-то спугнул, а возможно, они сами спрятались, завидев огромную партию вывалившихся из челнока каторжан.
  Ватага Циклопа на руины не претендовала и обосновалась в живописнейшем лесу - между двумя прозрачными озерами. Неожиданно для окружающих бывший пират оказался натурой романтической. Его покорила природа здешних мест. Край был богат ресурсами. Кругом водилось много дичи. Озера кишели рыбой. Лес изобиловал полезными травами и кореньями, а летом обещал побаловать орехами, грибами да ягодами. Одноглазый гигант решил осесть в этих местах навсегда, повелев своим людям рубить бараки, а не землянки, как планировал изначально.
  Группа Дерзкого разбила временный лагерь неподалеку и вела разведку как ближайших окрестностей, так и дальних подступов к озерам. Разведчикам удалось наткнуться на старый карьер землян, где среди осыпей и зарослей сохранились массивные металлические останки древней техники. Дерзкий собирался устроить там кузню и перековывать пригодный металлолом в оружие и экипировку. Для этого он решил перенести лагерь ближе к карьеру. Но осуществление этих планов пришлось отложить: на лагерь Старого Лиса напали рейдеры, и генерал попросил помощи.
  
  Глава 6.
  
  Дальние дозоры повстанцев засекли корабли неприятеля еще на подходе к близлежащим озерам. Благодаря этому удалось как-то подготовиться к встрече нежданных гостей, хотя сама встреча не сулила ничего хорошего.
  Рейдеры пришли со стороны Ла-Манша по давно освоенному водному пути - через протоки, затопленные речные долины и остатки древних каналов - на четырех судах-ублюдках. Обшивка посудин была собрана частично из дерева, частично из старых, но еще пригодных листов алюминия, титана и композита. Многократно латанные паруса шили из грубого полотна и брезента, изредка используя каким-то чудом сохранившиеся куски старой синтетической ткани. Лохани имели низкую осадку, позволявшую им проходить по мелководью и приставать к заболоченным берегам. Двигались они не только с помощью ветра, но и длинных весел, а когда становилось слишком мелко, в ход шли шесты.
  На судах находилось почти полторы сотни головорезов из Клана Мелового Берега, обитавшего на южном побережье Британского архипелага. Вооружение рейдеров выглядело довольно примитивным - тяжелые тесаки, длинные ножи, клевцы, чеканы, молоты и тому подобное железо. В умелых руках оно не оставляло шансов неподготовленному противнику.
  Защита у рейдеров была столь же разномастной. На одних виднелись толстые стеганые куртки и кожаные безрукавки с наклепанными металлическими пластинами, другие напялили поверх одежды грубо склепанные нагрудники и наручи. Щиты тоже не отличались единообразием: овальные, прямоугольные, иногда почти круглые, они были сколочены из нескольких слоев дерева и усилены полосами металла или кусками древнего композита. Особенно выделялись шлемы. Большинство представляло собой изделия местных кузнецов, но кое-где попадались странные, явно очень старые образцы - военные каски и защитные оболочки неизвестного происхождения, переделанные под нового владельца и снабженные дополнительными пластинами, ремнями и самодельными забралами. У некоторых поверх лица опускались темные щитки с узкими прорезями для глаз, придававшие их обладателям особенно зловещий вид.
  Рейдеров нисколько не тревожило, что застать противника врасплох не удалось. Троекратное превосходство над жалкой кучкой вновь прибывших каторжан, занявших древние руины, вселяло непоколебимую уверенность в успехе налета.
  Для многих воинов Мелового Берега опасная схватка сама по себе была частью ремесла - возможностью испытать силу, ощутить знакомый прилив адреналина и еще раз доказать себе и остальным, чего ты стоишь.
  На утренней полной воде, подгоняемые попутным ветром, суда дикарей ткнулись в прибрежную отмель неподалеку от развалин.
  Оставшиеся до поселения полмили рейдеры прошли быстрым шагом, двигаясь тремя группами, чтобы отрезать противнику возможные пути к отступлению. Но отступать никто не собирался. Бывшие офицеры повстанческой армии Кастора, вооруженные дубинами и короткими ножами, рассредоточились среди развалин древнего города.
  Поселенцы не имели опыта боя холодным оружием, а их дубины и короткие ножи не шли ни в какое сравнение с вооружением рейдеров. Кроме того, у них не было ни доспехов, ни щитов. Что у них было - так это желание продать свои жизни подороже.
  Рейдеры подошли к разрушенному поселению с трех сторон, образовав полукольцо. Но атаковать пока не спешили. Причина задержки стала вскоре понятна - переговоры. Вперед вышел угрюмого вида косматый здоровяк, облаченный в доспехи из грубо выделанной кожи, местами усиленные наклепанными пластинами. Его сопровождали два арбалетчика в масках с узкими смотровыми щелями.
  Дикарь картинно воткнул перед собой внушительную секиру.
  - Меня зовут Эгель Змеиный Глаз, - пробасил он на немного упрощенном языке межпланетного общения. - В отличие от вас я родился и вырос на Земле. Мой отец, Бешеный Волк, - основатель могущественного клана. Вы можете стать одними из нас, если пройдете Отбор. Поэтому предлагаю сложить оружие и проследовать на наши лодки, пока что в качестве пленных.
  Со стороны каторжан вышел Старый Лис, сопровождаемый О'Ниллом и Ван Гулитом. Вся троица сжимала в кулаках короткие трубки, что, похоже, были сделаны из озерного камыша.
  - В чем суть Отбора? - спросил фон Клаузевиц, подошедший на довольно близкое расстояние к Змеиному Глазу.
  - Старейшины разбивают вашу группу на пары, и вы деретесь тупым оружием, - спокойно начал повторять уже заученные фразы Эгель. - Победившие в первом поединке воины снова бьются между собой; устоявшие в бою прямиком попадают в Клан. Все остальные получают возможность еще раз пройти Отбор, но уже позже - когда придет нужда в новых воинах.
  - Ты обратился не по адресу и лишь зря утомил красноречием свой язык, когда предлагал моим офицерам участвовать в ваших гнусных соревнованиях, цель которых - спасти свою шкуру за счет шкуры своего товарища по оружию! - сказал Старый Лис.
  Змеиный Глаз лишь усмехнулся, понимая, что выполнил все положенные формальности и теперь его ждет долгожданный кровавый пир. Но, чтобы не оставлять последнего слова за неприятелем, прорычал, глядя в глаза фон Клаузевицу:
  - Ты умрешь сегодня, старик, а потом тебя сожрут гномы!
  - Это хорошо, что я умру сегодня: все там будем. Но умру я свободным человеком и тебя с собой прихвачу, - спокойно произнес Лис, немного сбитый с толку упоминанием о гномах. - Поэтому предлагаю альтернативный вариант. Ты, Змеиный Глаз, уводишь свою банду прочь и клянешься в вечной дружбе между нашими... хм... кланами. А я оставляю тебе жизнь.
  Пока взбешенный наглостью старика дикарь выдергивал из земли огромную секиру, а его телохранители ждали команды открыть стрельбу из давно взведенных арбалетов, их оппоненты молниеносным движением приложили к губам зажатые в кулаках небольшие трубки и произвели почти одновременный плевок уже заряженными шипами, загодя пропитанными быстродействующим военным нейротоксином. Промахнуться с такого близкого расстояния было невозможно. Эгель лишь успел почувствовать комариный укус на своей бычьей шее и рухнул в полном неведении о реальной причине случившегося. Два его телохранителя тоже долго не мучились: одному шип угодил точно в прорезь для глаз, другому - в плечо, чуть выше стального наруча.
  Яд имелся у многих офицеров повстанческой армии. Капсулы обычно прятали во рту - например, в искусно устроенном тайнике под зубной коронкой. Конфедераты, пленившие бунтовщиков, не могли об этом не знать, но великодушно закрыли глаза, полагая, что каждый человек имеет право на смерть.
  Нейротоксин подействовал почти мгновенно. Трое рейдеров один за другим рухнули в покрытую утренней росой высокую траву. Гибель главаря на глазах у ничего не понимавшей банды вызвала замешательство. Повстанцы не преминули этим воспользоваться: в сторону дикарей тотчас полетели сигнальные ракеты, выпущенные из десятка полученных на станции пусковых шашек. Рейдерам пришлось уворачиваться, отчего сумятица в их рядах лишь усилилась.
  В это самое время из укрытий выбежали вооруженные чем попало каторжане и понеслись на дикарей. Одновременно из леса выскочили два отряда, ожидавшие там условленного сигнала. Это были люди Циклопа и Дерзкого. Они ударили рейдерам в спину.
  Тем не менее окруженные бандиты так просто сдаваться не собирались. Готовые стоять насмерть, дикари приняли бой.
  Сеча удалась на славу. Рубились жестоко, бескомпромиссно, презрев защиту. Треск оружия и звон доспехов порой перекрывали дикие крики раненых. Лишенные маневра рейдеры не могли в полной мере воспользоваться своим преимуществом в ближнем бою и гибли десятками. Плохо экипированная повстанческая армия Кастора несла не меньшие потери, но продолжала упорно биться. Каторжане старались создать тесноту, сойтись с врагом врукопашную, а там уже резать, душить, грызть зубами.
  Дикий Циклоп орудовал неподъемной для простого человека дубиной, кроил черепа налево и направо, в пылу боя не замечая, что сам истекает кровью.
  Бартон был поблизости. Он быстро завладел коротким топором первого попавшегося под руку бандита и, положившись на свои выработанные годами рефлексы, ринулся в самое пекло боя. Он вертелся волчком, уклонялся от сыпавшихся на него ударов и при этом разил противников, дивясь своим навыкам боя холодным оружием. Несомненно, новая чувствительность сильно помогала ему. Бывший наемник ощущал злобу, ненависть и страх, сплетавшиеся вокруг него в единый клубок. За мгновение до удара он улавливал всплеск агрессии, напряжение мышц, резкое изменение состояния противника и успевал среагировать раньше, чем сам понимал, откуда исходит опасность.
  О"Нилл бился спина к спине с Ван Гуллитом, стараясь прикрыть старика фон Клаузевица. Но в конце концов генералу снесли седую голову, и та покатилась прямо под ноги дюжему головорезу. Вне себя от гнева Кельвин бросился на убийцу и очутился в самой гуще сражения. Он поднырнул под чей-то тяжелый тесак и ткнул его хозяина ножом в живот. В тот же миг О"Нилл ощутил нестерпимую боль в выброшенной вперед руке - точнее, в коротком, фонтанирующем кровью обрубке, который от нее остался.
  Нечеловеческий, душераздирающий крик вырвался помимо его воли, но не принес облегчения. Благо вскоре пришло забытье, притушившее страдание плоти и не позволившее Кельвину сойти с ума.
  Бой продолжался почти до самого полудня, то распадаясь на отдельные схватки среди развалин, то вспыхивая с новой силой, и закончился победой каторжан. Бой продолжался почти до самого полудня, то распадаясь на отдельные схватки среди развалин, то вспыхивая с новой силой, и закончился победой каторжан. Однако в живых осталось лишь около сотни поселенцев, причем едва ли не половина из них была ранена или покалечена.
  Дикий Циклоп впал в неимоверную ярость и готов был голыми руками рвать плененных дикарей. Бартон еле удерживал своего неистового друга от расправы, предлагая изготовить для них колодки и заставить трудиться на благо будущей колонии.
  - Ты прав, - скрипя зубами, согласился одноглазый гигант, с ног до головы покрытый кровью, мозговым веществом и другими составляющими человеческого тела. - Рабство! Вечное рабство! Вот достойное наказание для этих позорных тварей.
  - У вас не получится организовать колонию в этих местах, - подал голос один из потенциальных невольников.
  - Это почему же? - зло спросил Циклоп, сверкнув своим единственным глазом. - Думаешь, ваш засранец Бешеный Волк сможет нам помешать?
  - И Волк тоже, хотя ему нужно время, чтобы построить и снарядить новые лодки, - спокойно продолжал пленник.
  - Что значит - тоже? Кто еще? - разбушевался гигант. - Отвечай, каналья!
  - Гномы. Скоро сюда придут гномы.
  - А-а! Гномы, значит, - Циклоп явно думал, что над ним издеваются. - А Белоснежки с ними будут?
  - Нет, Белоснежек не будет.
  - Я так и знал. Зачем им Белоснежки? Белоснежки им не нужны, гномы вообще педики. Тебе не кажется?
  - Возможно, - внезапно согласился бандит. - Если вспомнить сказки Гофмана, Толкина, то в них присутствуют гномы только мужского рода. Учитывая их постоянную репродукцию, можно предположить, что они не гомосексуалисты даже, а скорей всего гермафродиты.
  - Ну ты и кретин! - Циклоп обхватил своей клешней шею пленника.
  - Меня зовут Артур Гаррисон, - рейдер выглядел на удивление спокойно.
  - Что ты мне тут в уши дуешь, гребаный извращенец?
  - Погоди, Сэм, - Бартон успокаивающе похлопал рукой по плечу своего друга. - Он говорит правду - я чувствую. Послушай его.
  - Черт подери твою чувствительность, Билл. Я буду весьма тебе признателен, если ты пообещаешь не копаться хотя бы у меня в мозгах.
  - Обещаю! - улыбнулся Бартон, после чего обратился к пленному. - Почему сюда должны прийти гномы?
  - Они придут за трупами, - Гаррисон указал на поле боя, сплошь покрытое человеческими телами.
  - Зачем им нужны мертвяки? - рявкнул Циклоп.
  - Не знаю! - искренне признался невольник.
  - Сколько их будет? Чем они вооружены? - вопросил Билл, и допрос стал перекрестным. - Не заставляй тянуть из тебя каждое слово. Расскажи толком.
  - Их будет около дюжины, может, больше. Гномы прилетят на большой платформе. На нее станут складывать тела мертвых людей. Вооружение их состоит из длинных трубок. Они изрыгают довольно мощные заряды. По своей природе я бы отнес эти заряды к электромагнитному излучению - что-то типа ломаных молний.
  - Откуда тебе все это известно? - снова подал голос Циклоп.
  - Я был здесь несколько месяцев назад. Тогда произошла битва, в которой без труда победил Клан Мелового Берега. Они пленили многих каторжан, прибывших со мной одним этапом. Мне удалось сбежать и отсидеться в прибрежных камышах. Рейдеры долго не задержались, убрались восвояси, а на смену им пришли эти твари. Я видел, как они собирали тела.
  - А потом ты все-таки оказался у Мелового Берега? - спросил Бартон.
  - Один я здесь долго не протянул бы. Сам пришел к ним, сдался и прошел Отбор.
  - Когда нам стоит, по-твоему, ожидать их? - спросил Бартон.
  - Они придут, когда этот квадрат земной поверхности станет недоступен для сканеров "Медузы".
  - Значит, они знают, когда наблюдение за этим районом прерывается?
  - Именно так!
  
  Глава 7.
  
  Вот уже почти две недели Крикси удерживал "Медузу" на орбите над северным полушарием Земли, время от времени запуская двигатели и возвращая станцию на нужную траекторию. Причина столь малопрактичных, если не сказать недопустимых, действий стала механику Ливси очевидна уже через считанные часы после прибытия на новое место службы. Он сразу обнаружил нештатную работу комплекса направленной передачи энергии: мощность устойчиво уходила в одну и ту же точку на поверхности. Вскоре Ливси нашел и сам приемник, расположенный на стародавнем военном корабле.
  Механик не торопился обнаруживать свою осведомленность, но после завершения переброски заключенных с "Пабло Пикассо" начальник станции сам пришел к нему и попросил отключить энерголуч.
  Полковник выглядел подавленным, как это с ним всегда случалось после очередного этапирования. Последняя переброска совсем выбила его из колеи. Она имела поистине грандиозные масштабы: челноки совершили более дюжины вылетов, спустив на Землю три с лишним тысячи каторжан. И странное дело - Крикси никак не мог разглядеть среди них отъявленных негодяев и бандитов, заслуживших столь суровое наказание. А вот в своих новых офицерах, прибывших на смену Жерессу и Ченгу, он, наоборот, усматривал неких обиженных судьбой человечков, готовых мать родную продать, лишь бы вырваться с этого богом забытого места под названием Земля.
  - На корабле, видимо, запустили главный реактор, - предположил Ливси, давая понять, что знает о тайной передаче энергии.
  - Да, реактор работает. "Борей" вышел из бухты. Больше нам не придется висеть в одной точке. Вернемся на прежнюю высокую орбиту.
  Новый механик был полковнику неприятен, как и другой прибывший офицер - заносчивый щеголь Тимбервуд-младший. Крикси подозревал, что эти двое принимали непосредственное участие в недавней заварушке на Касторе, но каким-то чудом избежали участи каторжан.
  - А вы не боитесь, что за все ваши проделки можно попасть под трибунал? - вдруг спросил Ливси.
  - Ваши намеки попахивают шантажом, что, несомненно, не добавляет вам чести, - сухо заметил полковник. - Благодарите своего бога, что здесь нет лейтенанта Шиллера: таких прощелыг он страсть как не любит.
  Сменщик Шиллера так и не прибыл. Но начальство заверило Крикси: раненый лейтенант Земескис, находившийся в медотсеке "Медузы", займет место дезертировавшего младшего офицера, как только встанет на ноги. Судя по всему, за смерть конвоиров решили спросить именно с него, а служба на богом забытой станции вполне годилась в качестве наказания. Во всяком случае, этот вопрос находился на стадии согласования с самим адмиралом Веллингтоном и имел все шансы на положительное решение.
  Крикси направился к выходу из каюты и напоследок добавил:
  - Я не боюсь трибунала, потому как дальше Земли меня уже не сошлют.
  В тот же день он послал на "Борей" сделанную разведывательным дроном запись боя с рейдерами.
  Корабль амазонок уже шел вдоль измененного побережья старой Европы. Благоприятная погода позволила развить почти полный ход: до цели оставались сутки пути.
  Крикси дождался окончания загрузки данных и отключил постоянный канал связи с кораблем. Сообщение о потере прямого доступа к информационным ресурсам "Медузы" тут же появилось на центральном мониторе ходового мостика "Борея". Но никто не придал этому досадному факту большого значения. Полдюжины находившихся на мостике амазонок были поглощены просмотром полученной с орбиты записи боя.
  - У-а-у! Вот это дикарь, просто зверь какой-то! - восхищенно говорила Мегера, указывая на ужасное, окровавленное чудовище, машущее огроменной дубиной.
  - Ты лучше на цветочника глянь! - воскликнула Мальвина. - Ну и папашка у тебя, Маргоша! Где ж он таким финтам научился? Никак у себя в огороде, когда кусты подстригал...
  Девочка с голубым ирокезом внезапно умолкла, ощутив на себе испепеляющий взгляд Марго. На дочь Бартона и впрямь было страшно смотреть. Неимоверные переживания сквозили в каждом ее жесте, в каждом взоре. Девушка сжалась подобно пружине, готовая в любой момент выплеснуть накопившуюся в ней энергию. В других условиях Багира обязательно бы обратила внимание на столь неадекватное поведение подруги. Но сейчас она сама была полностью поглощена созерцанием кровавой сечи. И когда на экране появился катающийся по земле О"Нилл с отсеченной рукой, главная амазонка охнула, порывисто закрыла лицо ладонями и выбежала прочь.
  - У нашей черной пантеры, оказывается, тоже есть сердце, - сделала вывод все подмечающая Клио, глядя вслед Багире. Среди подчиненных главная амазонка слыла собакой на сене.
  - Я вот в толк никак не возьму, - продолжила тему Гарпия. - По кому сейчас у нее сердце болит? По начальнику охраны или по нашему печальному Жерессу?
  - Какая разница? Они оба в настоящий момент калеки, - ответила Клио.
  Однако права она была лишь отчасти: Жересса называть калекой пока еще не следовало, хотя уже четвертые сутки он находился в коме.
  Его напарник очнулся сразу по выходу судна в море и обнаружил, что правое плечо вместе с ключицей заключено в жесткий регенеративный фиксатор, грудь туго стянута медицинской повязкой, а оставшееся непокрытым туловище утыкано древними датчиками и трубками. Мучительно болела голова, перед глазами все плыло, тело сотрясалось в лихорадке.
  - У вас сломаны ключица и три ребра, - радостно сообщил доктор Анри, вводя в инфузионную систему какой-то раствор. - Интоксикация, переохлаждение, множественные ушибы и сотрясение головного мозга. Благо, что помощь пришла вовремя. Вам, голубчик, успели сделать искусственную вентиляцию легких и ввести антитоксин, иначе сейчас мы бы уже не беседовали.
  - Кто делал вентиляцию? - еле слышно спросил Ник.
  - Ваш покорный слуга, - с гордостью ответил Анри. - Подходящих приспособлений под рукой не оказалось, так что пришлось использовать классический метод - изо рта в рот.
  Юноша больше ничего не стал спрашивать, лишь досадливо засопел.
  К тому времени, когда связь с "Медузой" прервалась, Ник уже чувствовал себя гораздо лучше. Выздоровлению способствовали индивидуальная программа реабилитации, составленная Анри, и неустанная забота Барбары, разрывавшейся между ребенком и своим новым возлюбленным.
  Молодая королева как раз сидела в удобном кресле-качалке возле Ника, когда в госпитале появилась бледная Багира. Она только что сбежала с мостика, так и не досмотрев до конца переданную с орбиты запись боя.
  Багира не проронила ни слова. Лишь бросила взгляд на лежащего на соседней койке Жересса, затем осмотрела медицинский нейромонитор и другие приборы, соединенные кабелями с неподвижным телом израненного мужчины. Ни обнаружив в показаниях признаков улучшения, главная амазонка так же молча покинула лазарет, оставив после себя довольно неприятный осадок.
  Барбара почувствовала неладное, мягко поднялась со своего кресла и, попросив прощения у молодого человека, последовала за Багирой.
  Королева нашла ее на юте. Главная амазонка одиноко стояла на корме, облокотившись на релинги, и, не моргая, смотрела вниз - на бурлящую кильватерную струю, что расходилась за кораблем, оставляя на морской глади широкую дорожку.
  Барбара молча подошла к своей верной телохранительнице и встала рядом.
  На пенящуюся за кормой воду можно было смотреть вечно - так же, как на пляшущий огонь или мерцающие звезды. Особенно в такой замечательный, по-летнему теплый день, когда хотелось жмуриться от яркого солнца и подставлять под его ласковые лучи бледное лицо.
  - Надо бы вынести Алекса наружу, - нарушила молчание королева. - Пусть подышит морским воздухом, да и немного солнца ему не повредит.
  - Да, конечно! Я распоряжусь, - засуетилась Багира, вызывая по внутренней связи дежурившую няньку.
  После того как все необходимые приказания были отданы, Барбара спросила:
  - Что с тобой происходит, Амара? В последнее время я перестала тебя узнавать.
  - Я сама себя перестала узнавать, - усмехнулась Багира.
  - А причина? Хочешь поговорить об этом?
  - Я не люблю, когда мне лезут в душу, Ваше Величество. И не собираюсь жаловаться на судьбу.
  - Не жалуйся, не надо! - нахмурилась Барбара. - И в душу, которая у тебя, оказывается, есть, я больше лезть не буду. Тем не менее хотелось бы высказать все, что думаю.
  - Откровенность всегда считалась для меня высшей добродетелью, - в который раз усмехнулась амазонка. - И только вам, моя королева, дано право проявлять сию добродетель по отношению ко мне.
  - Очень витиевато сказано. Это не твой стиль.
  - Я знаю. - Багира посмотрела прямо в зеленые глаза своей королевы, а та приняла вызов и даже не думала отводить взгляд.
  - Итак, ты, Амара Восс, - женщина-воин, бездушная машина войны, которой претит всякое проявление чувств. Ты не можешь позволить эмоциям и фантазиям возобладать над холодным расчетливым разумом амазонки. Имидж бесстрастной кошки, смотрящей на людей с презрением, помогал тебе справляться со всяким проявлением ненужных сантиментов. Однако поддерживать этот имидж удается все труднее, ибо наступает понимание того, что лучшие годы жизни проходят, а впереди тебя ждет одиночество.
  - Не драматизируйте. На Земле одиночество мне не грозит. - Багира первой отвела глаза, тем самым признав правоту своей собеседницы.
  - Я говорю об одиночестве иного рода. - Победная улыбка чуть тронула губы королевы. - И ты меня прекрасно поняла.
  - Ты умна и проницательна, Барбара. Я всегда это знала! - сказала Багира, наблюдая, как палубой выше нянька копается в колыбельке малыша.
  - Спасибо за комплимент! - Королева проследила за направлением взгляда Амары. - Я знаю, что тебе нужно! Но пусть это останется нашей тайной.
  
  Глава 8.
  
  Дикий Циклоп, Корвин Дерзкий и Ван Гуллит держали совет, сидя на озерном берегу у костра. Вечер выдался на удивление теплым, и даже дым не спасал от назойливого гнуса, летящего со стороны воды. Бартон на сходку не пошел, хотя его звали. Он вместе с несколькими каторжанами занимался ранеными. Причем уже примерно понимал, с какими ранеными стоит возиться, а с какими - только время терять. Его новая чувствительность позволяла улавливать состояние организма, замечать внутренние нарушения, хотя далеко не всегда давала понять, чем все закончится. О'Нилл как раз был одним из таких случаев. Бартон чувствовал, как организм Кельвина борется за жизнь, но исход схватки определить пока было невозможно. Средств первой медицинской помощи хватало на всех. Их было даже слишком много, если учесть, что добрая сотня индивидуальных аптечек осталась от погибших поселенцев. Тем не менее никакие сильнодействующие препараты не могли помочь Кельвину, находящемуся у последней черты. Конечно, лечение в госпитале - кровезамещение и регенерация тканей - спасло бы беднягу. Но где ж тот госпиталь взять?
  О'Нилл метался в бреду, и Бартон оттащил его подальше от посторонних глаз. Присел рядом в глубокой задумчивости, пытаясь сосредоточиться на каком-то странном узле, который ощущал внутри измученного организма. Что это было, Билл и сам не понимал. Он положил ладони на тело раненого, закрыл глаза и попытался представить, будто отдает Кельвину часть собственной силы. Через некоторое время ему начало казаться, что ладони нагрелись и тепло медленно уходит куда-то внутрь. Бартон не знал, происходит ли что-нибудь на самом деле или измученный мозг просто подсовывает желаемое за действительное. Он продолжал сидеть, пока не выжал себя окончательно и, сам того не заметив, забылся тяжелым сном.
   Постепенно пульс Кельвина стал ровнее, а жар немного отступил. Было ли это связано со странным экспериментом Бартона или организм О'Нилла справился сам, сложно было сказать.
   Через какое-то время Бартона разбудил Циклоп, пустившийся на поиски пропавшего друга, которого обнаружил спящим рядом со своим пациентом. Экстрасенс был разбит и подавлен. Он еле открыл глаза, чувствуя неимоверную слабость во всем теле. Ничего не понимающий Циклоп перетащил обоих страдальцев на захваченное у рейдеров судно, готовое в любой момент отчалить. Помимо раненых, каторжане грузили на лохани скудный скарб и провизию, ожидая появления гномов. По словам Гаррисона, они должны были прилететь на платформе с юго-востока.
  Естественно, в такую небылицу было сложно поверить. Тем не менее Циклоп убедил других вождей в необходимости готовиться к отступлению. Дерзкий, взявший на себя командование повстанцами, выслал в указанном направлении дозор, снабдив его сигнальными ракетами.
  Оставалась этическая проблема: что делать с телами павших в последнем бою воинов, ведь именно за ними должны были прийти гномы. После недолгого совета вожди решили предать погибших огню. Для этого требовалось натаскать много дров: погребальный костер должен был быть воистину огромным.
  Но начатое дело до конца довести не удалось. Под утро в нескольких километрах от лагеря в небо взметнулись три красные сигнальные ракеты, предупреждающие о приближении хорошо вооруженного неприятеля. Дерзкий дал команду грузиться на суда и отчаливать. Однако Циклоп взял острозаточенный нож, засунул за пазуху увесистый топорик и направился в заросли прибрежного камыша, где намеревался спрятаться от непрошенных гостей и понаблюдать за их поведением.
  - Чем черт не шутит - может, оружием удастся поживиться, - сказал гигант Бартону. - Этот кретин Гаррисон утверждает, что воды те твари боятся. Я в плавнях спрячусь, а дальше уже посмотрю по обстановке.
  Захваченные у рейдеров корабли успели отойти от берега на приличное расстояние, когда над лесом появилась низколетящая платформа. Прятавшемуся за прибрежным пригорком Циклопу она напоминала баржу с низкими бортами, закрывающими неглубокий, освещенный изнутри искусственным светом трюм. На носу платформы было установлено какое-то неизвестное устройство на многочленистом шарнирном штативе, позволявшем направлять его в любую плоскость и даже свешивать за борт. Маленькая тварь, управлявшая этим устройством, восседала в высоком кресле палила разрядами, напоминающими грозовую молнию по мелькающим среди деревьев обитателям леса, чьи трупы поднимал на борт, смонтированный на корме длинный многочленистый манипулятор.
  Захваченные у рейдеров корабли успели отойти от берега на приличное расстояние, когда над лесом появилась низколетящая платформа. Циклоп прятался за прибрежным пригорком и наблюдал за ней из укрытия. Издали летательный аппарат напоминал баржу с низкими бортами, за которыми виднелся неглубокий трюм, залитый искусственным светом. На носу возвышалось неизвестное устройство, закрепленное на многочленистом шарнирном штативе. Такая конструкция позволяла направлять орудие в любую сторону и даже свешивать его за борт. Управлявшая им маленькая тварь восседала в высоком кресле и палила похожими на молнии разрядами по мелькавшим среди деревьев обитателям леса. Длинный многочленистый манипулятор, смонтированный на корме, подхватывал трупы и забрасывал их в трюм.
  Когда летательный объект снизился над недавним полем боя и почти коснулся земли, его бортовой люк откинулся, и из него резво повыскакивали низкорослые существа, действительно напоминающие гномов. По строению тела они походили на людей: туловище, голова, две руки, две ноги. Только ростом они едва доходили обычному человеку до пояса.
   Твари прятались в легких балахонистых скафандрах, что покрывали их миниатюрные тела с головы до ног и были изготовлены из прочного серебристого материала. На месте лица темнел гладкий овал, напоминавший маску аквалангиста, а по бокам выступали элементы автономной системы жизнеобеспечения.
  У Циклопа не было времени как следует рассмотреть тварей. Он боялся быть обнаруженным и ретировался в воду. Как выяснилось, весьма своевременно: дальнейшие действия коротышек оказались расчетливы и грамотны с военной точки зрения. Полдюжины гномов с гладкими трубками наперевес заняли позиции по периметру поля боя, а остальные принялись грузить на платформу трупы людей, проявляя при этом недюжинную для их размера силу.
  Циклоп сидел по уши в воде и не мог определить, сколько всего тварей прилетело на барже. Пригорок, который еще несколько минут назад служил одноглазому гиганту укрытием, теперь загораживал обзор. А на его вершине маячил вооруженный гном.
  Голова Циклопа, торчащая среди озерных кувшинок, была сплошь покрыта тиной и спрятана от глаз дозорного густыми зарослями камыша. Но коротышка явно заподозрил что-то неладное и всматривался в сторону таившегося человека через темный овал своего шлема, держа оружие на изготовку. Яркие лучи восходящего солнца били прямо в лицо гному, мешали смотреть и в конце концов заставили его спуститься вниз, ближе к воде, где он оказался скрыт от своих собратьев пригорком.
  Циклоп, сидевший под водой на согнутых ногах, превратился в неподвижное изваяние, что давалось совсем нелегко: десятки пиявок вцепились в его огромное тело, а слепни и оводы облепили пошедшую волдырями от их укусов голову.
  Гигант сжимал в правой руке топор и ждал лишь подходящего момента для броска. На его счастье, удачная возможность представилась довольно скоро. Гном отвлекся на утку, внезапно вылетевшую из зарослей. Ее резкий крик испугал коротышку, заставив повернуть голову и дернуться. Он даже не успел толком успокоиться, как из воды взметнулась громадина одноглазого монстра и метнула топор точно в повернутую боком голову коротышки. Лезвие угодило в боковую часть шлема у самого сочленения с воротом, пробило защитную оболочку и глубоко вонзилось в шею. Гном рухнул как подкошенный, а по темному овалу его шлема поползла трещина.
  В несколько прыжков Циклоп очутился у поверженной твари, вырвал из ее коротких рук гладкую трубку, быстро осмотрел, покрутил снабженные неизвестными обозначениями регуляторы, подергал маленький рычажок, нажал пару выступающих клавиш и, убедившись, что не сможет сходу овладеть неизвестным оружием, ринулся обратно в озеро. Он успел преодолеть заросли камыша и уже намеревался нырнуть с головой, как его настиг ослепительный ломаный разряд. Мощное тело Циклопа содрогнулось, мышцы разом свело судорогой. Сознание покинуло бывшего пирата. Он широко раскинул руки и шлепнулся навзничь, подняв вокруг себя целый фонтан воды.
  Корвин Дерзкий наблюдал в бинокль за последними минутами жизни гиганта с одной из лежащих в дрейфе посудин, державшихся от берега на расстоянии двух миль. Он отчетливо видел, как поднятый вынырнувшим из воды Циклопом шум привлек стоявших с оружием наготове тварей, и те довольно резво для своего роста засеменили к пригорку. Достигнув вершины, коротышки пустили в дело трубки, из которых в сторону убегающего человека молниеносно протянулись ломаные нити ярких разрядов.
  - Что там с Циклопом? - Бартон подполз к Дерзкому и дернул его за штанину.
  - Погиб Циклоп, - мрачно констатировал Корвин.
  - Не может быть, - заявил Билл, к которому уже начали возвращаться силы. - Не верю.
  - Смирись, твоего друга больше нет.
  - Он есть. Я его чувствую.
  - Что ты еще чувствуешь? - Во взгляде Корвина читалось явное сомнение.
  - Три застарелых осколка в твоей заднице и отсутствие двух нижних ребер. Могу еще сказать, или не стоит?
  - Не стоит! - произнес Дерзкий, протягивая Бартону свой бинокль.
  Между тем гномы споро укладывали трупы людей на ленту транспортера, переправлявшего их в утробу платформы. На все про все у них ушло чуть более часа. Когда погрузка закончилась, платформа поднялась над поверхностью и направилась к озеру, где плавало тело Циклопа.
  Бартон хорошо видел, как его друга подняла из воды четырехпалая многочленистая лапа кормового манипулятора и бросила в трюм.
  Платформа была явно перегружена и долго не могла набрать достаточную для полета над лесом высоту. И все же она поднялась над макушками вековых сосен и, тяжело разогнавшись, понеслась в юго-восточном направлении.
  Летательный аппарат коротышек еще не успел исчезнуть из поля зрения поселенцев, как на северо-востоке появился старый военный корабль землян, на полном ходу приближавшийся к лежащим в дрейфе посудинам.
  - Это еще кто такие? - Дерзкий отобрал свой бинокль у Бартона.
  - На сей раз эльфы какие-нибудь или гоблины, - попытался пошутить Ван Гуллит.
  - Там свои, - успокоил каторжан Бартон. - Сдается мне, что к нам пожаловала Ее Величество королева Кастора со своими амазонками. Эх! Пораньше бы на денек!
  
  Глава 9
  
  "Борей" бросил якорь в двух кабельтовых от берега. Подойти ближе не позволяли мели. Все находившиеся на захваченных у рейдеров судах каторжане поднялись на борт, отчего в пригодной для жизни части огромного корабля сразу стало тесно.
  Кроме того, большое число раненых поселенцев добавило проблем не только доктору Анри, но и другим членам экипажа. Госпиталь не вмещал всех нуждающихся в медицинской помощи, и было решено устроить временный лазарет в просторном помещении артпогреба. О"Нилла, уже начавшего временами приходить в себя, как раз туда и уложили, подстелив старый заплесневевший матрац, найденный в одной из каптерок. То, что один из высших офицеров Кастора оказался в неприспособленном артпогребе, являлось обычным недоразумением, которого вполне можно было ожидать, учитывая неразбериху, творившуюся на борту в первые часы после столь значительного пополнения.
  Бартон потерял О"Нилла из виду в тот момент, когда внезапно появившаяся Марго бросилась ему на шею и устроила целый Ниагарский водопад. У Вильяма тоже глаза были на мокром месте. Подходящих слов он не находил. И повел себя странно: нежно отстранил дочь, пристально осмотрел ее с ног до головы. Затем спросил:
  - Когда последний раз тебя обследовал доктор?
  - Не помню уже! - шмыгая носом, произнесла девушка.
  - Ты знаешь, что у тебя что-то неладно по женской части?
  - Нет! - Марго удивленно посмотрела на отца.
  - Надо срочно принимать меры! Пусть ваш доктор осмотрит тебя. Поверь мне, доченька! Я знаю, что говорю!
  - Анри сейчас сильно занят, - промолвила девушка, не переставая утирать слезы.
  - Думаю, этот бездельник сможет выкроить для тебя время. - Бартон зло сверкнул глазами, вспомнив своего недавнего доктора. Но стоило ему снова взглянуть на дочь, как злость сменилась нежностью. - Главное, ты жива! Теперь я спокоен. О"Нилл вроде тоже на поправку пошел. Значит, можно отлучиться по делам, сходить на берег.
  - На какой еще берег ты пойдешь? - Марго вдруг выпустила жало, превратившись в ту самую фурию, которая поносила последними словами цветочника Билли на Зее. - Чего ты там забыл? Не думай даже! Я после фильма места себе не находила, извелась вся!
  - Какого фильма? О чем ты?
  - Неважно, какого. Я теперь от тебя ни на шаг не отойду. Жить будешь у меня в каюте.
  Девушка схватила отца за руку и потащила к себе. Но далеко им уйти не дали: одна из посыльных амазонок передала Марго приказ подняться на офицерское совещание.
  - Ты пойдешь со мной, - тоном, не терпящим возражений, произнесла девушка, увлекая Бартона на ходовой мостик, где восседавшая в высоком капитанском кресле королева в присутствии приближенных слушала доклад Дерзкого о последних событиях на материке.
  Бывший командир космического фрегата закончил рассказ и почтительно умолк.
  - Спасибо, Маркус! - промолвила обладавшая феноменальной памятью на лица королева.
  После этого из дальнего угла подал голос Ченг:
  - Вы наверняка знаете, кем на самом деле являются эти гномы, - обратился он к Корвину.
  - Я лишь догадываюсь. Мне никогда не доводилось встречать сигуурийцев. - Бывший командир "Дерзкого" даже не повернулся в сторону Ченга. Его внимание было приковано к особе с заплаканным лицом, державшей под руку Бартона.
  Механик прошел к компьютеру и, отыскав необходимый цифровой снимок, обратился к королеве:
  - Неподалеку от нас лежит сигуурийский дредноут. Судя по всему, какая-то часть его систем до сих пор действует. Вполне возможно, уцелели и некоторые сканеры, позволяющие чужим следить как за поверхностью, так и за передвижением "Медузы".
  - А зачем чужим трупы людей? - поинтересовалась Барбара. - Может, они питаются мертвецами?
  Никто не ответил, даже всезнайка Ченг. Короткое молчание нарушила Багира:
  - Мы разнесем их посудину к чертям собачьим. И мокрого места не останется.
  - Нет! - выкрикнул Бартон, моментально став объектом всеобщего внимания. - Только не сейчас.
  - А что так? - вскинула брови главная амазонка.
  - Там Дикий Циклоп. Я должен его вытащить.
  - Как ты это себе представляешь? - не унималась Багира.
  - Пока не знаю. На месте разберусь.
  - Даже не думай без меня ходить, - подала голос Марго, стукнув кулачком по плечу отца.
  - В последнее время у нас в подразделении отсутствует всякая дисциплина. Кто куда хочет, тот туда и идет, без разрешения командиров, - сухо сказала Багира, заслужив презрительный взгляд Марго.
  - По счастью, я не в вашем подразделении, сударыня, - заметил Корвин. - И готов снарядить группу для вылазки к звездолету чужих, конечно, если Ее Величество не будет возражать. Тем паче что здоровяк мне тоже далеко небезразличен.
  - Дикий Циклоп - это тот громила с дубиной? - спросила Мегера.
  - Была у него дубина, - ответил Бартон. - Но зачем тебе знать?
  - Познакомиться хочу, - огрызнулась амазонка.
  - Что за человек этот Циклоп? - поинтересовалась Барбара. - Почему такое внимание к его персоне?
  - Если позволите, могу изложить известные мне сведения об этой легендарной личности, - предложил Корвин и, получив одобрительный жест, начал доклад. - Самуэль Грин, подданный Альтаира, - бывший космический флибустьер, заслуживший признание многих монархов как яростный борец с экспансией Синху в космосе. Это поистине смелый, энергичный человек, умеющий повести за собой людей. В вольных портах Фомальгаута, да и среди всего Галактического Братства авторитет Циклопа сравним разве что с авторитетом Генри Моргана на Карибах XVII века... Самуэль был заочно приговорен Верховным судом Звездного Конгломерата Синху к смертной казни. За его голову сулили немалую награду. Однажды его корабли подловили прямо на выходе из гипертоннеля в системе Арктура. Завязалось нешуточное космическое сражение, закончившееся для эскадры Циклопа полным разгромом. Однако Самуэлю удалось бежать и, пользуясь покровительством короля Вильгельма VII, укрыться на Зее. Тогда казалось, что знаменитый корсар навсегда отошел от дел. Он осел в Тилсбери и даже открыл свое заведение. Но в один прекрасный момент бросил все и неожиданно присоединился к войскам повстанческой армии Кастора. Вместе со своим другом, всем вам известным Вильямом Бартоном, Циклоп бился с "Грифонами" в небе над Тилсбери. Потом был пленен и отправлен на Землю.
  - Этот человек достоин всяческого уважения, - удовлетворенно кивнула Барбара, с каждым днем все увереннее овладевающая искусством повелевать. - Но будем смотреть на вещи трезво: шансов уцелеть у него немного. И даже если по какой-то причине господина Грина оставят в живых, все равно вытащить его из утробы звездолета будет непросто. Зачем же тогда нам, рискуя жизнями других достойных воинов, спасать человека, который, возможно, уже обречен? Мы лишь потеряем время и получим новые проблемы, которых и так скопилось, что складывать некуда. Не лучше ли последовать предложению Багиры и выпустить по инопланетянам пару-тройку ракет?
  - Ударить по дредноуту мы всегда успеем, - сказал Ченг. - Только я бы не спешил. Мы понятия не имеем, с чем имеем дело и что можем разбудить своими ракетами. Для начала надо попытаться разобраться, а если повезет - захватить корабль.
  У механика просто чесались руки от желания прикоснуться к творениям иной цивилизации, поэтому, сам того не замечая, он принял сторону Бартона.
  - Как ты это себе представляешь? - спросила Багира.
  - Наскоком, без должной экипировки, сигуурийцев нам не победить. Для начала следует понаблюдать за поведением чужих. Собрать сведения. При следующем сеансе связи с "Медузой" я попробую получить доступ к ее архивам и поискать все, что там имеется о сигуурийцах. Уверен, это поможет. Уже сейчас можно предположить, что Земля для них далеко не идеальное место обитания. Иначе зачем им герметичные скафандры? А насчет их малого роста я бы пока не торопился с выводами: причин может быть сколько угодно.
  - Есть одна проблема, - произнес Бартон. - Гномы умеют вычислять присутствие людей. Они пришли за трупами почти сразу после боя, словно специально дождавшись, когда этот район станет недоступен для наблюдения с "Медузы".
  - Вполне возможно, что на инопланетном корабле до сих пор действуют сканеры, способные обнаруживать тепло, выделяемое людьми и животными, - сказал Ченг и посмотрел в сторону Мегеры. - По счастью, у нас на борту присутствуют девушки, имеющие представление, как с этой проблемой бороться.
  Мегера поняла механика с полуслова:
  - Если они действительно ищут по теплу, забьем их сканеры помехами. Завтра же попробуем подобрать нужный режим. Пусть попробуют отличить человека от сотни ложных отметок.
  - А тебе, дядя, я выдам специальный резонатор, если надумаешь отлучиться далеко в лес, - предложила Бартону Мальвина, тоже присутствующая на мостике.
  - Но зачем нам все это? Зачем нам нужен дредноут инопланетян? - спросила королева механика, строго взглянув на девочку с голубым ирокезом.
  - С оружием сигуурийцев мы покорим всю Землю, - ответил Ченг, хотя для себя ставил совсем иные цели.
  - А оно нам надо? - Барбара обвела присутствующих поистине царственным взглядом. - Надо ли нам покорять Землю?
  - Несомненно, моя королева! - Багира первая склонилась в почтительном поклоне. - Наследник престола Кастора станет самодержцем Земли.
  Барбара на несколько мгновений задумалась, словно впервые примеряя на себя эту мысль.
  - Хорошо! Быть посему! - наконец сказала она, после чего обратилась к Ченгу. - Вам, мой добрый друг, следует совместно с Бартоном организовать наблюдение за кораблем инопланетян. Но попрошу не затягивать, поскольку "Борей" должен в ближайшем будущем совершить поход к землям Клана Мелового Берега. Теперь мы просто обязаны примерно наказать этих варваров, а заодно преподать урок остальным дикарям, дабы впредь никому не повадно было даже помыслить о войне против нас.
  - Мудрое решение, Ваше Величество! - сказал Ченг и поклонился.
  - Вам, сударь! - Королева повернулась к Корвину. - Повелеваю заняться обустройством колонии на месте старого поселения землян и организовать дозоры.
  - Будет исполнено! - Маркус коротко кивнул.
  - До возвращения Жересса в строй майору Амаре Восс надлежит исполнять обязанности капитана "Борея".
  Барбара в тот день вошла во вкус, почувствовав, что настало время наконец взять бразды правления в свои руки.
  - Согласуйте с Ченгом минимальный состав экипажа, необходимый для обеспечения боеспособности нашего корабля. Остальные должны присоединиться к колонистам, - обратилась она к смиренно стоящей по правую руку Багире.
  - Да, моя королева! - Упоминание о Жерессе немного опечалило главную амазонку. Ее так и распирало поскорее расспросить Бартона о судьбе О"Нилла. И как только королева покинула мостик, она не преминула сделать это.
  - Не волнуйся, жить будет. Есть лишь одна маленькая неприятность - ему предстоит стать левшой, - ответил Бартон, которого ни на шаг не отпускала дочь. - Спроси доктора, куда Кельвина определили. А заодно предупреди этого болвана Анри, что скоро я с ним откровенно поговорю.
  - По поводу? - Багира вскинула брови, ощущая на себе злой взгляд Марго.
  - По поводу его обязанностей. Этот бездельник за все время даже не удосужился предложить вам медицинский осмотр. - Бартон стал горячиться. - У тебя, между прочим, тоже что-то неладно по женской части. С правой стороны я чувствую какую-то аномалию.
  - Что значит "чувствуешь"? - Багира явно растерялась и даже смутилась - такое с ней случалось крайне редко.
  - Не знаю, как объяснить. Просто чувствую - и все.
  - Маразм какой-то! Ты с ума сошел от радости?
  - Не смей оскорблять моего отца! - прошипела Марго. - И пойми своими куриными мозгами, что он тебе желает лишь добра.
  - Хамишь, подруга! - Главная амазонка отреагировала на удивление спокойно.
  - Я тебе уже не подруга! - Марго вскинула голову и потащила растерявшегося Бартона прочь.
  
  Глава 10.
  
  Свет в конце тоннеля все же сверкнул разок Самуэлю Грину. Сверкнул и погас, оставив в памяти неясные образы мира межреальности, куда его ненадолго забросило угасающее сознание. Большое сердце остановилось лишь на несколько мгновений, постояло, передохнуло и с новой силой принялось перекачивать кровь по огромному телу.
  В отличие от друга Билла, еще раньше побывавшего в тоннеле, Циклоп не потерял памяти и все хорошо помнил вплоть до того момента, когда его поразило несколько светящихся разрядов, выпущенных гномами из трубок. Потом был провал - временная отлучка в астральный мир, где Сэма почему-то не захотели принять, видимо, посчитав, что он еще не до конца выполнил свое предназначение на Земле.
  Очнулся он уже внутри звездного корабля инопланетян, в цилиндре трехметрового диаметра, образованном прозрачной, медленно вращающейся субстанцией, отдаленно напоминавшей радужную пленку мыльного пузыря. Внутренний голос подсказал, что пленку лучше не трогать.
  Из-за непривычно низкой температуры окружающей среды Циклопа бил озноб.
  Холодный воздух внутри цилиндра по своему химическому составу, похоже, был близок земному, но имел какую-то дополнительную составляющую, угадывавшуюся по резкому едкому запаху, вызывавшему тошноту и головокружение. Возможно, что-то проникало сюда из атмосферы самого корабля. Это лишь усугубляло и без того плохое самочувствие гиганта.
  Тем не менее Сэму удалось преодолеть страдание плоти. Он тяжело поднялся на ноги и осмотрелся.
  Цилиндр располагался посреди весьма просторного, хорошо освещенного фосфоресцирующим светом помещения, посредине которого располагалось нечто напоминающее операционный стола и непонятная аппаратура, скорее всего медицинского назначения. Помещение могло быть как моргом, так и госпиталем или лабораторией, где проводили опыты над людьми. Последнее предположение Циклоп сделал, когда заметил других представителей гомо сапиенса. Только все они скорее были мертвы, чем живы, хотя сохранились довольно хорошо. Видимо, благодаря раствору, в котором плавали. К тому же их цилиндры имели гораздо меньшие размеры и отличались твердыми стенками, напоминавшими бронестекло.
  Присмотревшись повнимательнее, Циклоп обнаружил, что все заспиртованные земляне принадлежали к сильной половине человечества и отличались высоким ростом.
  Это открытие наводило на мысль о присутствии на борту некоего коллекционера-мецената, вознамерившегося донести до своих потомков чучела самых крупных представителей планеты Земля. Хотя комната с поверженными Гулливерами вполне могла быть местом, где маленькие лилипуты тешили свое эго. Или же более банальный вариант - люди просто служили законсервированным деликатесом, который можно поедать долгими зимними вечерами, когда с продуктами становится туго. Да мало ли?
  Пока Циклоп предавался размышлениям о судьбе собратьев, а заодно и о своей собственной, дивясь тому, что его до сих пор не заспиртовали, передняя, незагороженная цилиндрами переборка отъехала, и в помещение кунсткамеры вошел коротышка с каким-то прибором в крючковатой семипалой руке.
  Смотреть на представшую перед глазами тварь без эмоций было никак нельзя. Причем чувства, обуревавшие Циклопа, оказались совершенно противоречивыми. Поначалу Сэмом завладело мерзостное отвращение человека, увидевшего кучу испражнений, потом на смену ему пришел гомерический смех, какой может вызвать талантливый мим своим ужасным, находящимся в постоянном движении лицом. Если то, что имелось у твари на голове, вообще можно было назвать лицом в физиологическом понимании этого слова. Хотя мордой тоже не назовешь.
  Циклоп для себя все же решил давать человеческие названия частям гномьего тела, тем паче что некое отдаленное подобие имело место быть. Взять хотя бы голову. Подобие состояло лишь в том, что гном ее имел, и больше ни в чем. Голова не была ни круглой, ни овальной, ни даже квадратной. Она обладала сложной грушевидной формой и расширялась к затылку. Волосы отсутствовали напрочь. Пупырчатая кожа топорщилась множественными складками, пребывавшими в постоянном движении. Из них то и дело появлялись различные органы: трубчатый рот, способный вытягиваться на приличное расстояние, и такие же уши, постоянно менявшие форму и напоминавшие то раковину моллюска, то маленькую граммофонную трубу. О носе однозначно сказать не представлялось возможным, но, скорее всего, он где-то наличествовал. А вот выпученные жабьи глаза, обеспечивавшие огромный угол обзора, оказались очень даже заметны.
  Тварь не имела никакой одежды и ходила в чем мать родила, пряча половые признаки во вездесущих подвижных складках и, по всему видать, являя их на божий свет лишь в урочный час. Возможно, самки отличались от самцов цветом кожи - на такую мысль наводила окраска существ, появившихся в отсеке следом. На их телах выделялись два основных пигмента - бледно-зеленый и светло-коричневый, причем зеленых было заметно больше.
  Коротышки окружили цилиндр с Циклопом, издавая еле уловимые человеческим ухом высокие звуки. Однако общались они, скорее всего, не только с их помощью. Складки на лицах и телах существ находились в постоянном движении, выписывая самые невероятные фигуры, и Сэму показалось, что один такой телесный набор иероглифов способен передать огромное количество информации. Землянину на это потребовалось бы полчаса, а то и больше. Тонкий писк, возможно, лишь дополнял этот странный диалог так же, как мимика дополняет человеческую речь.
  Присмотревшись к коротышкам внимательнее, Сэм заметил в складках одной из тварей странное зародышевое образование, похожее на крохотного недоразвитого детеныша. Оно словно росло прямо из тела родителя и почти целиком скрывалось в подобии сумки, образованной подвижными складками. Маленький ублюдок выглядел настолько мерзко, что Циклоп невольно вспомнил ненормального рейдера, назвавшегося Артуром Гаррисоном. Похоже, тот не соврал: гномы действительно могли размножаться чем-то вроде почкования.
  Коротышка с прибором пустил его в дело. Устройство представляло собой странный суррогат штангенциркуля, стробоскопа и оптического прицела. Оно посылало в сторону человека множество тонких лучей, обрисовывавших контуры огромного тела, пощелкивало внутренностями, пищало и гудело. Судя по всему, гном производил какие-то замеры Циклопа, и пленка цилиндра процессу ни в коей мере не мешала.
  Другие твари в это время кидали человеку мягкое губчатое вещество зеленого цвета. По вкусу оно отдаленно напоминало пресноватую брынзу. Пролетая сквозь пленку цилиндра, брынза искрилась и слегка подгорала по краям, хотя своих вкусовых качеств, похоже, не теряла. Циклопа явно хотели откормить, наверное, чтобы он растолстел еще больше и по праву занял одно из почетных мест в кунсткамере.
  Гигант хоть и был голоден, налегать на такую еду опасался. После нее наверняка захочется пить, а вот с человеческой водой здесь могли возникнуть серьезные проблемы.
  Мысль о воде заставила задуматься. Несмотря на имидж бесшабашного искателя приключений, Сэм был далеко не глупым человеком, что позволило ему добиться значительных успехов как на военном поприще, так и в области бизнеса. Он неплохо разбирался в людях, обладал неординарным мышлением, знал точные науки. Циклопу не стоило труда догадаться о принадлежности гномов к расе сигуурийцев и смекнуть, почему твари сторонятся воды. Возможно, в атмосфере корабля присутствовал аммиак. Именно его характерный едкий запах, раздражающий дыхательные пути, почувствовал Циклоп с первых минут пребывания в утробе инопланетного звездолета. Если догадка была верна, это вещество или какое-то близкое ему соединение играло важную роль в биохимии чужих. Оно легко растворялось в воде, поэтому контакт с ней мог нарушать жизненно важные процессы в их организме.
  В свободном виде на Земле аммиак практически не встречается, значит, на корабле его могла вырабатывать специальная биохимическая установка. Зеленую "брынзу", скорее всего, тоже получали искусственным путем, перерабатывая растительное сырье. Но существовала и коричневая разновидность - видимо, самый что ни на есть деликатес. Ее Циклопу кинули лишь один раз, да и то совсем маленький кусочек. Это уже мог быть продукт переработки организмов, содержащих белок животного происхождения.
  Сэм видел тонкий рот тварей, не имеющий даже намека на острые зубы, так необходимые для пережевывания твердой пищи. Значит, питаться мясом в сыром виде гномы не могли, поэтому перерабатывали его в более удобную субстанцию. Возможно, в умозаключениях гиганта имелись неточности, но они, скорее всего, касались технической стороны дела, а суть оставалась одна - гномы вполне могли перерабатывать тела людей и животных в пищевое сырье.
  От всех этих мыслей Сэма вывернуло, хотя он никогда не был чистоплюем. Видимо, наличие едкой примеси в воздухе сыграло свою роль.
  Сразу захотелось пить. Проблема была в том, что нормальной питьевой воды Сэм здесь пока не видел, а без нее простой человек долго не протянет. Но Самуэль Грин не был простым человеком.
  
  Глава 11.
  
  Дредноут сигуурийцев лежал примерно в сотне километров к юго-востоку от Озерного края, на открытой, продуваемой всеми ветрами местности. Зловещая конструкция совсем не напоминала земные звездолеты и одним своим видом вызывала отвращение у людей, изучавших ее изображение на мониторе.
  Программа обработки снимков сразу рассчитала геометрические размеры корабля чужих, и Ченг заключил:
  - Если бы внутри обитали люди, я бы смело мог сказать, что в высоту этот дредноут имеет семь палуб. Но, учитывая малый рост коротышек, предположу высоту в двенадцать ярусов. Деление на отсеки нам неизвестно. Судя по длине в триста с лишним метров, их может быть больше сотни на разных уровнях. В каком именно месте находится твой друг, невозможно даже предположить.
  Последняя фраза предназначалась Бартону, которому удалось незаметно покинуть каюту крепко уснувшей дочери и найти практически неуловимого Ченга, чтобы поговорить о грядущей вылазке к инопланетному звездолету.
  За бортом стояла теплая весенняя ночь. "Борей" спал вместе со всеми своими обитателями, за исключением двух неугомонных мужчин, встретившихся в Центральном Посту Управления. Это место было обителью Ченга. Отсюда он мог дистанционно управлять большинством механизмов корабля и видеть почти все то же, что видели на ходовом мостике. Стоит ли говорить, что доступ в эту святая святых имели немногие. К счастью, Бартон входил в их число.
  Механик и наемник были примерно одного возраста и прониклись взаимной симпатией еще при первой встрече. Теперь они вели себя как давние друзья.
  - Мне бы только проникнуть внутрь, а там я определюсь, - произнес Билл. - Ведь разыскал же я тебя на корабле.
  - Ну, ты сравнил тоже! Таких кораблей три десятка в утробу этого монстра влезет!
  - Я могу начать с энергетического отсека. Он должен быть одним из самых больших.
  - Судя по размерам корабля, да! - согласился механик.
  - К тому же энергетическая установка будет производить шум.
  - Не факт, что ты этот шум услышишь. Но, допустим, ты проник к энергетической установке. Что дальше?
  - Я ее остановлю.
  - Весьма самонадеянное заявление, - усомнился Ченг.
  - А что ты предлагаешь?
  - На данный момент ничего конкретного предложить не могу. Через пару часов откроется очередной сеанс связи с "Медузой". Попытаюсь порыться в доступных архивах и выудить оттуда все, что найду о чужих. Встретимся после обеда и поговорим.
  На этом разошлись.
  Бартону не спалось, и он отправился на корму, чтобы поглазеть на звезды. Откуда-то из подсознания всплыла картина ночного неба, которое ему довелось наблюдать на Зее. Вильям вдруг ясно вспомнил, как сидел на крыльце своего дома и, наслаждаясь одиночеством, погружался в неописуемо красивейшую круговерть далеких светил. Но то были другие звезды и другая жизнь. В той жизни не было Марго, а значит, не было сегодняшнего Билла.
  - Скучаешь, дядя. - Голос Мальвины, дежурившей в ту ночь на корабле, вывел Бартона из прострации. Девочка с голубыми волосами стояла у надстройки и, блудливо улыбаясь, глядела прямо в глаза наемника. Билл даже опешил от такого откровенного взгляда.
  Зато Мальвину растерянность наемника весьма позабавила. Девушка подошла к Бартону и томно пропела:
  - Недавно я видела тебя на записи. Теперь ты мой герой.
  - На какой еще записи ты меня видела? - Бартон не знал, как себя вести в присутствии столь юной особы, и от неловкости готов был провалиться сквозь палубу. Благо выручила дочь.
  - Оставь его в покое, - сказала Мальвине внезапно появившаяся на корме Марго. Проснувшись среди ночи, она обнаружила пропажу отца и тут же бросилась на поиски.
  - Я не могу оставить в покое человека, которого безумно люблю. - Девочка с голубыми волосами явно издевалась.
  Марго лишь погрозила ей кулачком и потащила отца прочь, ворча на ходу:
  - Седина в голову, а бес в ребро. Не стыдно тебе, старому, с детьми заигрывать?
  - Да я что - я ничего, - оправдывался Бартон.
  Поутру на судне наблюдалась суета в связи с организационными вопросами, поднятыми Барбарой накануне. Не обошлось без скандала, который произошел в лазарете между Анри и Вильямом Бартоном, обвинявшим доктора в некомпетентности. Как раз в самый разгар спора двух эскулапов, проповедующих разные подходы к вопросу обследования человека, в лазарет перенесли бледного О'Нилла.
   Кельвин занял место Ника, а молодой человек переехал долечиваться в свою каюту. Благодаря стараниям Анри он быстро встал на ноги и рвался на службу, но доктор настоятельно рекомендовал постельный режим.
  Таким образом, Кельвин О"Нилл стал соседом по койке пребывающего в коме Жересса, и Багира теперь могла за один заход навещать обоих своих воздыхателей. Но ей было пока не до этого. Главная амазонка, повинуясь наказу хозяйки, формировала экипаж, решая по ходу дела кадровые проблемы. Так строптивая Марго оказалась вычеркнута из списков команды "Борея", и ей предписывалось покинуть корабль в ближайшее время вместе с еще тридцатью девушками. Ченг запротестовал, взывая к здравому смыслу Багиры:
  - Марго привела "Борей" к месту назначения, не имея представления, как им управлять. Она штурман от бога. Ты зачем списываешь ее на берег?
  - Две медведицы в одной берлоге не уживутся! - огрызнулась главная амазонка.
  - На этом корабле остался еще хоть кто-нибудь, с кем ты можешь ужиться? - Ченг плюнул в сердцах и пошел искать Бартона, которому на этот раз не удалось улизнуть от дочери. Поэтому на мостике была еще и Марго, уже знавшая о своей отставке.
  - Дик! Я должна быть в курсе всех ваших планов, - заявила девушка. Механик лишь пожал плечами, глядя на обескураженного Билла.
  - Как дела? - Бартон начал издалека. - Что новенького пишут о растениях в сети?
  - На сайте "Познавательная ботаника" я узнал о грибах, живущих в оранжереях.
  - Ух ты! Здорово! - На лице Бартона высветился неподдельный интерес. - И что там?
  - Вывели новый сорт грибов, называются "Гномьи опята". Грибы эти очень привередливы к окружающей среде. Растут в атмосфере, содержащей азот - 43%, кислород - 21%, инертные газы - около 2%, остальное - аммиак.
  - О чем это вы? - Марго явно недоумевала.
  - Вот как! Где же аммиак для них берется? - не обращая внимания на реплику дочери, поинтересовался Билл.
  - Есть специальная установка, которая из атмосферы подходящей планеты готовит необходимую для жизни грибов воздушную смесь. Если та установка выйдет из строя, грибы погибнут.
  - Как интересно!
  - Может, хватит дурака валять? - нахмурилась Марго. - Давай по делу. Я все равно его одного не пущу.
  - А он один и не пойдет, - спокойно сказал Ченг. - Мы пойдем вдвоем. И нам понадобится импульсный излучатель лейтенанта, чтобы при необходимости расчистить себе проход внутрь дредноута.
  - И что дальше? - Марго сложила руки на груди и посмотрела на механика исподлобья.
  - Самый лучший вариант - установить в энергетическом отсеке датчик наведения для наших ракет и уйти оттуда подальше. Но, боюсь, ракетный удар по незнакомой энергетике может спровоцировать совершенно непредсказуемые последствия. Там могут сохраниться энергоблоки, накопители, остатки антиматерии - да мало ли что. А это нас на данном этапе не устраивает, - начал рассуждать механик. - Надо попытаться лишить питания установку, которая готовит им дыхательную смесь. Если удастся найти отдельную линию питания - прекрасно. Не удастся - придется обесточивать весь активный сектор, а может, и корабль целиком. Как ни странно, на Сигууре ничего оригинальнее электричества тоже не придумали.
  - Установка может иметь автономное снабжение, встроенный миниреактор, к примеру, - заметила Марго.
  - Вполне может. По старым материалам энергетика таких кораблей резервировалась. Основной термоядерный энергоблок и запасной. Судя по состоянию этой туши, очень надеюсь, что рабочим остался только один. А установка подготовки дыхательной смеси у них штатная: берет атмосферу подходящей планеты и доводит ее до нужного состава. Если она сидит на общем энергоконтуре - нам повезло. Если имеет собственное питание - будем думать на месте.
  - Откуда столько информации? - продолжала задавать вопросы девушка.
  - Во время сеанса связи с "Медузой" мне удалось как следует порыться в доступных архивах. Нарвался на старые материалы первой войны: отчеты по трофейной технике, схемы исследованных узлов, реконструкции. Полных чертежей именно этого дредноута там, естественно, нет. Термоядерный принцип у них тот же, что и у нас, физика во всей Вселенной одна, а вот конструкция установок совсем другая. Некоторые решения по преобразованию и распределению энергии люди в свое время слизали у сигуурийцев. Их видоизмененные модели вашему покорному слуге приходилось изучать по роду деятельности. Так что кое в чем я разберусь. Но обещать, что с ходу раскушу всю энергетику или охранную систему дредноута, не стану. Кроме варианта с отключением питания имеются и другие задумки, но их реализация будет зависеть от обстоятельств.
  - Я пойду вместе с вами! - тоном, не терпящим возражений, заявила Марго.
  - Ты будешь гораздо нужнее нам здесь, на корабле, - настойчиво сказал Ченг.
  - Меня списывают на берег, и ты должен об этом знать, - заметила девушка.
  - Ты останешься, я обещаю. Нам нужен крепкий тыл. Кто-то должен следить за передвижением чужих, держать с нами связь, координировать действия. Лучше тебя, девочка, это никто не сделает. Предлагаю не терять больше времени, а прямо с этой минуты начать подготовку к вылазке.
  - Что я должна делать?
  - Нам нужны радиоуправляемые детонаторы, защитные пояса с контуром отвода разряда, наручные сканеры, портативные VHF-приемопередатчики, а также другая подходящая экипировка, включая следящее оборудование и герметичные дыхательные комплекты, - принялся объяснять механик. - Найди Мегеру - она поможет нам собраться. И забери у лейтенанта импульсный излучатель. А я пойду, поищу другую медведицу.
  Главную амазонку удалось найти на палубе в окружении небольшого числа своих подчиненных. На требование Ченга оставить Марго на корабле упрямица лишь нагло ухмыльнулась: Багира была не из тех женщин, которые меняют свое решение. Гордо осмотрев с ног до головы тщедушного мужчину, она заявила, что сама может прекрасно прикрыть тыл группе лазутчиков, собирающихся посетить звездолет чужих.
  - Я не доверяю тебе, - Ченг сказал последнюю фразу достаточно громко, чтобы ее слышали окружающие.
  - Вот как? - Багира оставалась равнодушной, но, по всему видать, внутри ее клокотал фонтан ненависти. Механик только что нажил себе врага и прекрасно это осознавал. - Я тоже тебе не доверяю.
  - Я не нуждаюсь в твоем доверии. Последний раз требую оставить Марго в экипаже до нашего возвращения, в противном случае "Борей" больше не тронется с места.
  - Жалкий шантажист! - зло прошипела Багира. - Ты не оставляешь мне выбора, но я за язык тебя не тянула: ты сказал - до возвращения. После возвращения даже духу ее не будет в моем экипаже, или...
  - Или экипаж будет уже не твой, - закончил фразу механик и заспешил прочь, дабы наконец заняться подготовкой к предстоящему путешествию.
  
  Глава 12.
  
  К утру все было готово. Амазонки здорово помогли Ченгу снарядиться в дорогу.
  Мегера полночи мастерила самодельные бомбы, используя штатное взрывчатое вещество из хранящегося на борту "Борея" боезапаса. Ей это не составило особого труда, но с запалами для бомб и дистанционными взрывателями пришлось повозиться.
  В умелых руках амазонки все это превратилось в компактные заряды, способные подрываться по заданному сигналу. Кроме того, девушка снабдила путешественников портативными VHF-передатчиками и целой кучей электронных штуковин, предназначенных для слежения и сканирования местности.
  Близняшки помогли Ченгу изготовить широкие медные пояса с волочащимися по полу металлическими цепочками. Эти пояса предназначались для защиты от испускаемых трубками гномов светящихся разрядов. Если разряды действительно имели электрическую природу, цепь, соприкасаясь с металлическим корпусом корабля, должна была отвести хотя бы часть энергии в обход тела. Насколько хорошо сработает подобная самодеятельность, Ченг понятия не имел.
  Ник принес импульсный излучатель, предложив путешественникам свои услуги. Юноша был еще слаб, но рвался в бой, надеясь исправить пошатнувшийся имидж Безухого Воина. Ченг согласился принять помощь Ника в качестве водителя вельбота, на котором решено было пройти вглубь материка по озерам. Двигатель вельбота как раз на днях восстановили близняшки, благодаря чему маленькое суденышко могло развить приличную скорость.
  Барбара, прознав о предстоящей отлучке любовника, обеспокоилась и взяла с Ченга слово не подвергать еще не до конца восстановившегося молодого человека опасности. Механик обещал всячески оберегать юношу, но, по всему видать, его обещание не возымело на Барбару никакого действия: она продолжала тревожиться.
  Чтобы избежать ненужных проводов с сопутствующими расставанию эмоциями, грузиться в вельбот начали рано утром, когда "Борей" еще спал. Но покинуть корабль незаметно так и не удалось. Только успели отойти от борта, как на корме появились Марго с Барбарой и остались стоять в лучах восходящего солнца, наблюдая за суденышком, пока оно не скрылось из глаз, нырнув в стелющийся над лесной протокой туман.
  Утренний лес еще только просыпался. Его тишину нарушало лишь равномерное тарахтение двигателя.
  Вельбот представлял собой открытый баркас. Такая конструкция позволяла путешественникам наблюдать проплывающие мимо красоты распускающегося весеннего леса, вдыхать его ароматы, смешанные с влажным утренним воздухом, и слушать пение десятков птиц, встречающих восход солнца, лучи которого пробивались между стволами вековых деревьев, указывая путь на юго-восток.
  Ник сидел в высоком кресле рулевого и держал курс согласно разложенной перед глазами карте. Бартон с Ченгом расположились на баке и хранили молчание, наслаждаясь великолепием окружающей природы.
  К вечеру вельбот достиг окончания своего водного маршрута. Большая часть пути осталась позади. Далее предстояло идти пешком. Ченг по VHF доложил Марго о начале движения по суше и тепло попрощался с Ником, велев ему возвращаться на "Борей".
  - Посматривай по сторонам, - предупредил Бартон. - Мне Кривая протока не понравилась.
  - А что там не так было? - поинтересовался Ник.
  - К ней сквозь заросли тропинка идет.
  - Может, звери на водопой ходят, - предположил Ченг.
  - Может, и звери, а может и люди. Так что - держи уши востро... Извини. - Бартон немного смутился, обратив внимание на изуродованное левое ухо молодого человека.
  - Все нормально, - махнул рукой Ник.
  На этом расстались. Наступающая ночь не смутила путешественников, резво зашагавших на юго-восток, в сторону дредноута чужих. Ник тоже не стал дожидаться утра и, проверив заряд силовых накопителей вельбота, направил его в обратную сторону, держа курс по намеченным заранее ориентирам, которые загодя нанес на карту.
  Кривой протоки молодой человек достиг, когда уже забрезжил рассвет. Памятуя о предупреждении Бартона, сбавил ход, осмотрелся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил.
  На малой скорости Ник завел вельбот в узкий канал, соединяющий два лесных озера, и, когда уже заплыл за поворот, увидел, что протока перегорожена поваленным деревом. Позади послышался шум - еще одно дерево упало поперек канала, закрывая путь к отступлению. Ник не стал дожидаться, что произойдет дальше, и, быстро покинув свое место рулевого, перевалился за борт, полностью погрузившись в холодную воду протоки.
  А в этот момент с обеих сторон канала раздвинулись кусты, и около дюжины вооруженных арбалетами людей открыли стрельбу по маленькой рубке, в которой несколькими секундами ранее восседал Ник. Стрелы пробили пластиковый подволок вельбота будто картон и не оставили бы лейтенанту ни малейшего шанса, задержись он в своем кресле еще хоть немного.
  Заметив, что в вельботе никого нет, несколько нападавших спустились к воде, держа оружие наизготовку. Один коренастый бандит взбежал на поваленное дерево, лежащее поперек канала, и внимательно оглядел протоку, тщетно пытаясь что-то высмотреть в ее темной воде.
  - Бросай заряд, Хок, - предложил стоящему на дереве человеку один из нападавших. - Если не завалим беглого, то хоть оглушим.
  - Заткнись, Ред, - цыкнул коренастый. - Он мне живым нужен.
  - И зачем он тебе живым?
  - Есть у меня к нему вопросы. Про новое восточное поселение хочу порасспросить, - хмуро ответил Хок и обратился ко всей своей ватаге: - Чего встали? Разойдитесь вдоль канала. Найдите его.
  Это были последние слова Хока, произнесенные им в этом мире: как только его подручные разбрелись вдоль берегов канала, сидевший под стволом поваленного дерева Ник сбросил разбойника в протоку, резко дернув за голенище высокого сапога. Фактор неожиданности сыграл свою роль. Неготовый к поединку в сковывающей холодом воде бандит не сумел оказать должного сопротивления. Он умер быстро, не мучаясь: сильный удар ножом пробил широкую грудь Хока и вошел точно в сердце.
  Заколов одного из нападавших, Ник выскочил из воды и кинулся наутек, петляя меж кустов. Разбойники организовали погоню, но она закончилась неудачей. Беглец оказался на редкость вертким и выносливым: ему не стоило труда оторваться от преследования. Бандиты вернулись ни с чем. Оставалось довольствоваться захваченным вельботом, который они отогнали к шумевшему неподалеку водопаду. Там, под козырьком плоского скального выступа, находился их лагерь. Тело Хока так и осталось плавать в протоке.
  
  Глава 13
  
  У Бартона с Ченгом тоже не обошлось без приключений. К восходу солнца они отдалились от края озер на приличное расстояние и очутились в холмистой местности, посреди низкорослого леса. В его зарослях путешественники встретили огромного медведя-мутанта, недавно пробудившегося от зимней спячки. Бедняга тут же принял смерть от точно выпущенного Бартоном заряда высокотемпературной плазмы. Но выстрел не остался бесследным.
  Несмотря на имеющиеся у разведчиков резонаторы помех, мощный энергетический импульс излучателя проявился на сканерах инопланетного звездолета, и к месту гибели косолапого мишки вылетела платформа чужих. Во всяком случае, на сенсорах "Борея" высветилась быстро передвигающаяся в направлении разведгруппы точка. Марго сообщила о возможных гостях и, не мудрствуя лукаво, выпустила по неизвестному объекту управляемую ракету, наведя ее по устойчивой сенсорной отметке.
  Мощный взрыв заставил содрогнуться вековые сосны, повалил несколько деревьев, обрушил часть невысокого каменного образования. Его грохот прокатился по окрестностям, достигнув ушей не только двух разведчиков, но и колонистов Корвина, трудившихся в поте лица над обустройством нового поселения.
  Ракета метко поразила цель, и Марго передала координаты точки поражения, до которой пришлось идти целых полдня. Хотя можно было и не ходить: от платформы и ее экипажа осталось лишь предположительное место гибели, обозначенное вывороченными деревьями и разбросанными вокруг обломками. Явно раздосадованный Ченг, лишенный возможности пощупать руками инопланетную технику, сверился со своим индивидуальным дозиметром и сказал:
  - Судя по всему, внутри этой летающей штуковины находился весьма серьезный источник энергии. А вот какой именно - вопрос.
  - Хорошо рвануло, - заметил Бартон, указав на разгоравшийся в западной части леса пожар.
  - Пока капризная госпожа Удача на нашей стороне! - философски сообщил Ченг, обращая внимание на ветер, погнавший огонь в сторону дредноута.
  На следующее утро пожаром была объята огромная территория, и путешественники, опережающие огонь лишь на считанные часы, рассчитывали, что жар, дым и хаотический фон сильно осложнят работу сканеров звездолета сигуурийцев. Резонаторы помех давали им дополнительный шанс остаться незамеченными.
  Едкий дым, гонимый ветром в сторону дредноута, вносил некоторые неудобства: жег легкие, ел глаза, пропитывал одежду. Он был настолько густой, что, когда скрытые под его покровом разведчики уткнулись в холодный корпус инопланетного корабля, им пришлось двигаться почти на ощупь вдоль его контура. Так они достигли разбитой хвостовой части и оказались среди бурелома непонятной арматуры, трубопроводов и других покореженных конструкций, свисающих сверху.
  Здесь Бартон с Ченгом переоделись в герметичные защитные комплекты, пока оставив лица открытыми, и поверх костюмов надели широкие проводящие пояса с металлическими цепями.
  - Здесь располагался двигательный отсек, - сообщил Ченг.
  - Догадываюсь, - сказал Бартон.
  - А где-то за этой переборкой должен находиться один из энергетических отсеков. - Механик показал на металлическую стену и, стараясь производить как можно меньше шума, полез на верхние ярусы.
  Преодолев семь перекрытий, он пустил в дело компактный сканер, способный определять структуру и толщину материала переборки. Найдя самое слабое место, указал на него появившемуся следом Бартону.
  - Сделай мне отверстие сантиметра в три вот здесь, - распорядился Ченг и принялся доставать из своего вещевого мешка чудные электронные штучки, которыми его снабдила Мегера.
  Бартону два раза повторять не пришлось - через полминуты отверстие требуемого диаметра было прорезано при помощи все того же импульсного излучателя, что некогда послужил оружием на дуэли лейтенанту Шиллеру.
  Из образовавшейся дырки заструился слабый свет, пронзивший зеленоватым лучиком полумрак наступающего вечера. Ченг достал из вещевого мешка миниатюрный разведывательный дрон и запустил его в отверстие. На экране планшета сразу появилось изображение внутреннего отсека. Манипулируя небольшим джойстиком, механик управлял дроном, внимательно исследуя доступное пространство. Вскоре выяснилось, что энергетическое отделение имеет поистине грандиозные размеры и занимает шесть ярусов в высоту.
  Несмотря на большие габариты, внутри ощущалась некая стесненность. Помимо неимоверного количества главных и вспомогательных механизмов, здесь образовывали причудливый лабиринт сотни трубопроводов и трасс самого разного назначения. Эти конструкции переплетались на всех уровнях, проходя сквозь металлические решетки палуб, благодаря которым можно было видеть, что происходит на всех ярусах энергетического отделения.
  - Конечно, все не как у людей, - констатировал механик. - Но разобраться можно. Законы физики везде работают одинаково.
  - На средних решетках удобное место для входа. - Бартон ткнул пальцем в дисплей, заставив тем самым Ченга вернуть предыдущую картинку.
  - Нет, друг мой, не будем усложнять. Все гениальное - просто.
  - Куда уж проще - вырезать лаз, проникнуть вовнутрь и взорвать энергоблок?
  - Смотри сюда. - Ченг поднял дрон выше. - Видишь вот эту трассу? Похоже, это основная силовая магистраль уцелевшего сектора. Силовые линии, кабели управления, оптоволокно - все собрано в один здоровенный пучок. Судя по всему, после крушения живую часть корабля могли завязать именно на нее. Если перерезать магистраль в нескольких местах, есть хороший шанс обесточить весь активный сектор.
  - Лаз все равно придется выжигать.
  - На большой лаз много энергии излучателя уйдет, а она нам еще внутри может понадобиться. К тому же плазменный импульс могут заметить, не говоря об искрах, которые обязательно полетят вниз. Там как раз копошится парочка тварей. - Ченг направил дрон ниже. На дисплее появилось изображение странного пульта, за которым пристроились два гнома.
  - Какая мерзость! - констатировал Билл, все еще не помнивший свое весьма насыщенное подобными встречами прошлое. - Жаль, они не на линии огня.
  - Обозначь периметр лаза неглубокой канавкой, - велел механик и через VHF вышел на связь с Марго, предупредив девушку, что из утробы дредноута, возможно, скоро могут появиться коробочки.
  - Бей, как только вылетят наружу, - распорядился механик, после чего достал из рюкзака самодельное взрывчатое устройство, любовно изготовленное Мегерой, и аккуратно прилепил его к обшивке дредноута.
  Перед подрывом мужчины надели маски и включили автономные дыхательные блоки. Индикаторы запаса кислорода показали почти три часа работы.
  Активировав взрыватель, мужчины спрятались за толстой выгородкой какой-то развороченной конструкции, напоминавшей цистерну для хранения жидкости. После того как прогремел несильный взрыв, Бартон задвинул Ченга себе за спину.
  - Пришло мое время действовать, - сказал он и быстро нырнул внутрь инопланетного корабля через образованное взрывом отверстие.
  Едва Билл оказался в отсеке дредноута, анализатор защитного комплекта отметил резкий скачок аммиачной составляющей. Внутри стоял собачий холод, а откуда-то сверху доносился высокий звук, переплетавшийся с шумом работающих механизмов. Мозг наемника еще не успел толком обработать полученную органами чувств информацию, а тело уже приняло положенную для стрельбы позицию. Рука точно навела инфракрасную точку прицела на искомую силовую магистраль, палец почти автоматически нажал на курок излучателя, настроенного на импульс высокотемпературной плазмы.
  Через считанные секунды свет по всему отсеку стал гаснуть, а шум механизмов, лишенных питания, сошел на нет. Остался лишь сигнал тревоги, да зажглись тусклые аварийные светильники, выхватившие из темноты нужную магистраль, которую Бартон не переставал кромсать вдоль и поперек.
  - Довольно! - воскликнул появившийся за спиной Ченг. - Мне потом месяц придется все это восстанавливать.
  - А зачем? - удивился Бартон. - Зачем восстанавливать?
  - Как - зачем? - в свою очередь удивился Ченг. - Затем, что надо. Надо и все. И не спрашивай больше. Пошли лучше твоего друга искать.
  
  Глава 14
  
  Грохот взрыва платформы сигуурийцев докатился и до Ника.
  Юноша пребывал в довольно-таки паршивом настроении. Осознание очередного - уже второго кряду прокола больно ударило по самолюбию. Утрата плавсредства казалась сродни позору, и молодой человек даже не думал возвращаться на "Борей" без вельбота.
  Ник промок до нитки. После купания в холодной воде VHF-модуль не подавал признаков жизни; резонатор и индивидуальный дозиметр тоже пришлось отключить до просушки. Что работало - так это зажигалка. Еще к плюсам создавшегося положения можно было отнести наличие ручного компаса, бинокля и охотничьего ножа. Что ж, не так уж все плохо. В "Пепельном мире" бывало хуже.
  Молодой человек выбрал укромное место в одном из оврагов, где развел небольшой костер. Высушил одежду, разобрал VHF-модуль и осторожно просушил пострадавшие от воды узлы. По счастью, это ему удалось. После перезапуска аппарат ожил. Теперь он снова мог связываться с "Бореем".
  На корабле его потеряли. Барбара места себе не находила и все чаще стала появляться на мостике, где Марго обеспечивала связь с уплывшей на вельботе экспедицией. Когда после долгого молчания королева вновь услышала в эфире голос возлюбленного, возрадовалась несказанно и тут же потребовала, чтобы Ник немедленно возвращался на "Борей". Но тот сообщил о потере вельбота, предупредив, что, возможно, задержится на какое-то время.
  - Ты можешь определить его положение по радиосигналу? - поинтересовалась Барбара у Марго.
  - Уже определила, - ответила та, выводя на монитор электронную карту с красной точкой, обозначавшей молодого человека.
  - Но он находится посреди леса! - удивилась королева. - Если я правильно поняла?!
  - Вы поняли правильно, Ваше Величество, - ответила Марго и обратилась по радио к Нику. - Если ты думаешь вернуть вельбот, то тебе стоит идти на юго-запад, чтобы для начала хотя бы найти его.
  - Спасибо! - ответил молодой человек и отключил связь, отчего его отметка сразу пропала с мониторов "Борея".
  Попытка Марго снова отыскать его корабельными сенсорами тоже не увенчалась успехом. Заработавший резонатор, выданный Мегерой, создавал достаточно помех и ложных отметок, чтобы выделить одного человека на фоне леса оказалось непросто.
  - Что происходит? Куда он идет? Ты можешь мне объяснить? - в вопросах королевы слышалась нескрываемая тревога.
  - Вельбот находится примерно в шести километрах от лейтенанта, - ответила Марго. - Я засекла его по служебному маяку и телеметрии силовой системы. Вот он хорошо обозначен на карте.
  Причем еще несколько минут назад вельбот двигался.
  - А кто им мог управлять? Может, твой отец или Ченг?
  - Нет, они уже час как скрылись в брюхе дредноута.
  - Значит, вельбот захватили, - догадалась Барбара.
  - Вероятнее всего, - согласилась Марго.
  - А зачем ты указала Нику направление? - вне себя от волнения королева не могла придумать ничего лучше, как сорвать свое бессилие на девушке. - Ты, по сути, отправила его в лапы к похитителям!
  - Насколько я разбираюсь в людях, ваш лейтенант не собирается возвращаться на "Борей" без вельбота, - ответила амазонка. - Логово похитителей так или иначе он бы отыскал, просто на это у него ушло бы больше времени. Я же указала направление.
  - И что, он вступит в бой с теми бандитами? - не унималась Барбара. - А если их много и они вооружены?
  - Я думаю, их много, и они вооружены.
  - И ты так спокойно говоришь об этом?
  - А как я должна об этом говорить?
  Марго явно раздражала королеву, и та уже не могла скрывать своего раздражения.
  - Зови Багиру, - приказала Барбара. - Нам следует выслать к месту стоянки вельбота вооруженную группу амазонок.
  - Они не успеют, - отрубила Марго.
  - Что же тогда делать?
  - Ждать... Ждать, когда от лейтенанта поступят указания.
  - Какие еще указания?
  - Выпустить ракету в обозначенную цель. Если у него варит голова, а она у него варит, он сможет изыскать возможность уничтожить бандитов одним ударом.
  На какое-то время воцарилась тишина. Обе женщины старались не обращать друг на друга внимания. Марго уткнулась в монитор. Барбара смотрела сквозь лобовое стекло штурманского мостика на отделившуюся от берега лодку, за веслами которой сидел не кто иной, как Маркус Корвин.
  Через пятнадцать минут Дерзкий благополучно достиг "Борея" и предстал перед обеими дамами.
  - Что привело вас на наш корабль, Маркус? - спросила королева, не дав ему даже толком поприветствовать себя.
  - У меня два дела. Одно по хозяйству. Другое носит личный характер.
  - Я вас слушаю.
  - Неподалеку от основной колонии есть карьер. В нем много полезного добра. Я хочу там основать небольшой поселок.
  Багира появилась на мостике и слышала последнюю фразу Корвина.
  - Зачем? - спросила она, даже не поздоровавшись.
  - Карьер пригодится. Камень, металлолом, остатки старой техники. Если собираемся здесь жить, все это нам понадобится. А таскать металлолом туда-сюда каждый день смысла нет. Проще закрепиться на месте.
  Барбара ненадолго задумалась.
  - Сколько человек?
  - Для начала немного. Посмотрим, что из этого получится.
  - Хорошо. Разрешаю.
  - Благодарю, Ваше Величество.
  - Первый вопрос с повестки дня снят, - удовлетворенно заметила Барбара. - Теперь личная тема.
  Но тут Корвин немного смутился и посмотрел в сторону Марго. Девушка сложила руки на груди, чуть склонила набок голову и устремила взгляд на мужчину.
  - Ну что же вы, сударь? Не знаете, как начать? - Багира, прекрасно понимая неуместность своего присутствия, все же не могла упустить возможности съязвить. - Скажите: я старый солдат и не знаю слов любви.
  - Я солдат, но еще не старый, - спокойно произнес Дерзкий, продолжая смотреть на Марго. - А слов любви я действительно не знаю.
  - Мы вас оставим, - сказала королева, уходя с мостика в сопровождении своей верной телохранительницы. - Но ненадолго, я жду важных новостей.
  Оставшись наедине с предметом своей страсти, Дерзкий совсем растерялся и, не зная толком, как себя вести, рубанул со всей прямотой:
  - Давай, Маргарита, будем жить вместе.
  Корвин называл Марго на испанский манер, и ей такое имя даже нравилось.
  Но она не подала виду, продолжая молча смотреть на своего воздыхателя, отчего тот еще больше смутился.
  - Понятно. - Дерзкий горько усмехнулся: взгляд красавицы говорил сам за себя. - Рожей, видать, не вышел.
  Не желая больше подвергаться унижению, Корвин покинул мостик "Борея". И только он исчез, как заговорил канал связи с лейтенантом.
  - У меня тут компания плохих парней появилась, - докладывал Ник.
  - Догадываюсь, - находясь под впечатлением расставания с Дерзким, девушка ответила совсем не приветливо.
  - Мои приятели собрались у огня. Очень удобный момент накрыть всех разом.
  - Я не вижу их лагерь, - сказала Марго, увеличивая изображение нужного участка местности. - Рельеф закрывает.
  - Скорее всего, козырек кряжа. Иначе их бы сигуурийцы давно вычислили.
  - Зато тебя вижу достаточно четко. VHF дает устойчивый сигнал.
  - Тогда запиши направление по компасу и примерное расстояние.
  - Насколько примерное? - Чего не любила девушка в своем ратном деле, так это подобного рода выражения: "примерное", "приблизительное", "возможное" и иже с ними.
  - Сто - сто двадцать метров. Азимут - двести семь градусов.
  Марго отметила направление на мониторе радара и на несколько секунд замолчала.
  - Нет. Ракетой нельзя
  - Почему?
  - Потому что она накроет твоих приятелей, тебя, вельбот и приличный кусок леса в придачу.
  - А другие варианты?
  Марго задумалась и, открыв внутрисудовой канал, позвала Мегеру.
  - Что-то сломалось? - послышался голос.
  - Помнится, ты что-то говорила о корабельных дронах?
  На несколько секунд в канале воцарилась тишина.
  - Ну есть один. А зачем?
  - Нужно доставить посылку.
  - Координаты давай.
  Марго назвала координаты и добавила:
  - Цель под козырьком кряжа. Лейтенант примерно в ста двадцати метрах.
  - Поняла. Сейчас подниму дрон.
  - Сколько ему идти?
  - До этого района? Минут пять, если старичок не решит развалиться по дороге.
  - Очень обнадеживает.
  - Других у меня нет.
  Марго снова переключилась на Ника.
  - Слышал?
  - Более чем.
  - Тогда уходи оттуда и не геройствуй. Посылка прилетит минут через пять.
  - Роджер.
  Ник закончил сеанс связи. Его отметка еще некоторое время оставалась на карте, а затем снова растворилась среди помех.
  Спустя несколько минут с кормовой площадки "Борея", издавая характерный звук, стартовал небольшой реактивный аппарат. На мостике тут же появилась Барбара и набросилась на Марго с расспросами.
  - Все в порядке, - ответила девушка. - Сегодня вечером вы сможете заключить своего лейтенанта в объятия.
  Пропустив мимо ушей довольно хамский намек, королева облегченно вздохнула. Озабоченная своим любовником, она совсем забыла о Ченге, Бартоне и Циклопе, которые до сих пор пропадали внутри корабля инопланетян.
  
  Глава 15
  
  После обесточивания энергетического узла погас основной свет и замолчала большая часть работающих систем дредноута. Лишь кое-где продолжали гореть тусклые аварийные огни, запитанные от автономных источников.
  Защитное поле, окружающее цилиндр с заключенным в нем Диким Циклопом, исчезло, растаяло на глазах, будто его и не было.
  Но находившийся в полуобморочном состоянии пленник не придал факту исчезновения защиты никакого значения, посчитав его очередной галлюцинацией.
  Воспаленный мозг унес Циклопа далеко от реальности, поэтому, когда из полумрака выкатилась самоходная тележка, управляемая облаченным в закрытый костюм коротышкой, гигант остался безучастным. Он продолжал безвольно лежать, даже когда его мощное тело водрузили на поддон тележки и перевезли на операционный стол, стоявший неподалеку.
  В помещении, как ни странно, в тот момент был вполне пригодный для дыхания воздух, хотя запах нашатыря чувствовался довольно сильно. Возможно, воздух специально сюда закачали ради пленника.
  Последнее предположение Циклоп сделал, уже находясь в здравом уме и твердой памяти, которая вернулась к нему, видимо, в предчувствии очередных, еще более крупных неприятностей. Он даже попытался подняться, но неизвестный разряд, выпущенный из подвешенного к потолку прибора, напоминающего древний телескоп, полностью парализовал огромное тело. Сэм перестал ощущать руки и ноги и не имел никакой возможности пошевелиться, хотя, на удивление, соображать стал гораздо лучше.
  Циклоп не мог даже моргнуть, превратившись в неподвижный манекен, лежащий на пьедестале, вокруг которого сгрудились полдюжины тварей, облаченных в защитные одежды.
  Один из коротышек со знанием дела сделал разрез от солнечного сплетения до самого паха и запустил внутрь человеческого тела свои крючковатые пальцы. Остальные его коллеги немедленно задвигались, засвистели, защелкали. Бывший космический пират был настолько взбешен собственным бессилием, что просто не хотел жить. Он осознавал свою неспособность даже наложить на себя руки и теперь горько сожалел об утерянной возможности свести счеты с жизнью при помощи защитного поля цилиндра.
  Тем временем препарирование живого человека было в самом разгаре, и уже три твари копались во внутренностях Циклопа. Откуда-то сверху спустился целый лес проводов и капиллярных трубок, увенчанных иголками, электродами и другими непонятными приспособлениями. Коротышки со знанием дела подключали их к телу человека, и вскоре часть этих тонких линий словно подменила собой сосуды, поддерживая кровообращение и питание мозга от скрытых в полумраке аппаратов. Родное сердце, судя по всему, было временно остановлено.
  Что именно делали с ним твари, Циклоп понять уже не мог. В какой-то момент сознание начало стремительно меркнуть. Может, подействовали введенные препараты, может, организм просто не выдержал чудовищной нагрузки. Долгожданное забытье наконец пришло. Последним, что услышал человек, был сильный хлопок, напоминавший взрыв, прогремевший где-то снаружи.
  - Это, наверное, дочурка моя работает, - радостно сказал Бартон, услышав взрыв доставившего посылку дрона. Голос его прозвучал приглушенно из-за лицевой части защитного костюма.
  Они с Ченгом все никак не могли выбраться из отсека энергетического узла, где их блокировали гномы. Твари на удивление быстро сбежались к месту аварии и наседали снизу, карабкаясь по многочисленным трапам, ведущим наверх. Билл уже насчитал с десяток трупов и продолжал вести отстрел. А Ченг мог похвастаться полудюжиной пораженных им инопланетян, попавших под удачно брошенную на нижние плиты бомбу.
  В свою очередь гномы тоже палили из трубок, но большая часть ломаных разрядов срывалась на окружавшие людей металлоконструкции. Правда, один из разрядов все же достиг Ченга. Не погиб он лишь благодаря проводящему поясу: значительная часть энергии ушла через волочившуюся по решеткам металлическую цепочку в корпус корабля. Тем не менее после удара механик долго приходил в себя, укрывшись за массивной конструкцией, которую определил как часть вспомогательного контура.
  Бартон продолжал стрелять по сигуурийцам. Он слышал, что Ченг пытается ему что-то сказать, но не мог разобрать слов. В конце концов, пробрался к нему в укрытие.
  Пока он перебирался, снизу раздалось неприятное шипение, после чего палубой ниже рванула выпущенная тварями ракета, разметав на части какую-то конструкцию.
  - Мазила! - зло усмехнулся Бартон.
  Высунув голову из укрытия, наемник заметил, что ракета снесла один из двух ведущих на их решетки трапов.
  - Они охлаждают энергетический узел каким-то криогенным теплоносителем, - прокричал Ченг.
  - А мне-то какое дело? - Бартон метнул бомбу, проследив взглядом за ее полетом.
  Заряд удачно попал в трап, по которому на верхние плиты карабкались коротышки.
  Ченг даже присел от неожиданно прогремевшего взрыва, швырнувшего трап вместе с находившимися на нем тварями в центральный пролет и вниз.
  - Надо найти емкости, где хранятся запасы теплоносителя, - сказал он, придя в себя после взрыва.
  - При чем тут хладагент? - спросил Бартон, указывая на другое укрытие, находившееся за большой выгородкой.
  - Надо почаще менять позицию, - объяснил он, увлекая за собой Ченга.
  Люди быстро перебежали в указанном Биллом направлении и весьма своевременно: следующая ракета рванула в том самом месте, где они всего минуту назад стояли. Теперь там образовался огромный, едва различимый в клубах едкого дыма проем, в который рухнула часть вспомогательного контура энергетического узла или то, что от нее осталось.
  - Мне теперь этот отсек вовек не восстановить. - Видя, как один за другим выходят из строя механизмы, Ченг явно испытывал мучительные страдания, отражавшиеся на его лице.
  - Забудь! Скажи лучше, что там за тема с хладагентом?
  - Он прогонит тварей с нижних плит, - сказал Ченг, зорко глядя по сторонам. - Вон там, на средних решетках, большая цистерна. Видишь?
  Бартон посмотрел в указанном направлении и коротко кивнул, дав понять, что больше ничего объяснять не надо. После этого он выскочил из укрытия и несколькими прыжками достиг позиции, откуда было удобно вести огонь по указанному объекту. Отстрелявшись, метнулся назад, не замечая, как из разорванной плазменным импульсом цистерны под давлением вырвался неизвестный криогенный теплоноситель. Мгновенно испаряясь, он тяжелыми клубами пополз вниз, затапливая нижние ярусы отсека ледяным туманом.
  Даже облаченные в защитные костюмы гномы поспешно отступали от наступающего холода, как черти от ладана. На металле мгновенно выступал иней, сочленения их скафандров покрывались ледяной коркой, движения становились все более скованными. Буквально через несколько минут наступила тишина, нарушаемая лишь шипением выходящего из цистерны теплоносителя. Густой клубящийся туман заполнил почти половину отсека, поглотив четыре нижних яруса, создавая иллюзию разверзшейся под ногами бездны.
  Люди перевели дух, осмотрелись.
  - Надо идти искать Циклопа, - сказал Бартон, запуская свой наручный сканер. - Тебе лучше остаться здесь. Все равно излучатель только один. Зачем рисковать?
  - Ну уж нет! - возмутился Ченг. - Мы пойдем вместе.
  Бартон настроил сканер на максимальную мощность и обнаружил через два смежных отсека еще одно большое помещение, уступавшее энергетическому лишь по высоте.
  - Нам следует посетить этот просторный зал, - сделал вывод Бартон. - Возможно, там имеются какие-нибудь важные для тварей штуковины.
  - Вполне вероятно! - согласился Ченг и указал на закрытый выход из отсека, находившийся ярусом выше. - Нам придется воспользоваться той дверью. Вниз хода нет.
  - Опять резать? - спросил Билл, разглядывая герметичную створку. - Еще пара-тройка таких дверей, и у нас сядет батарея излучателя, а запасной нет.
  - Ты, Билл, может, и крутой воин, но с абстрактным мышлением у тебя туговато. Не в обиду будет тебе сказано, - произнес Ченг, направляясь к выходу. - А все почему? Да потому, что далек ты от техники, дружище.
  - От техники я, может, и далек, зато тебя, Дик, насквозь вижу. - Бартон не обиделся и спокойно стоял за спиной у напарника, наблюдая, как тот просвечивает переборку вокруг двери своим сканером. - Пазухи у тебя забиты, поясница ни к черту, суставы тоже чем-то недовольны. Продолжать?
  - В нашем возрасте уже абсолютно здоровых людей нет и быть не может. Если ты проснулся утром, а у тебя ничего не болит, значит, ты проснулся в морге.
   Ченг закончил обследовать переборку и указал Бартону на точку слева от створки.
  - Здесь проходит какая-то магистраль, - пояснил он. - Судя по всему, она связана с механизмом затвора. Если я правильно понял их систему, достаточно прожечь вот здесь: давление упадет, а дверь можно будет сдвинуть вручную.
  Буквально через секунды мощная струя сжатого газа с неприятным свистом ударила из небольшого отверстия, вырезанного излучателем. Ченг оказался прав: створку даже не пришлось отодвигать руками - она сама поползла в сторону, открывая взору людей невысокий, исчезающий за поворотом коридор, обозначенный тусклыми фонарями аварийного освещения.
  Чтобы двигаться по коридору, Бартону пришлось пригнуть голову. Ченг тоже не помещался в полный рост, поэтому шел на полусогнутых ногах.
  Зайдя за поворот, лазутчики наткнулись на еще одну закрытую дверь, с которой справились меньше чем за минуту. Створка отъехала, открыв тесное помещение, уставленное неизвестным оборудованием.
  Среди машин сновали четыре твари. При виде людей гномы бросились наутек. Однако Бартон успел подстрелить пару коротышек, остальные сумели исчезнуть в смежном отсеке, задраив за собой еще одну створку.
  - Дальше не пойдем. То большое помещение должно быть где-то под нами. Все эти агрегаты, похоже, поддерживают в нем нужный микроклимат и запитаны от какого-то аварийного источника, - сказал Ченг, снова доставая из мешка аппаратуру наблюдения.
  На сей раз он запустил мини-дрона в вентиляционное отверстие, ведущее вниз.
  Там располагалось помещение с двумя огромными бассейнами, заполненными разнородной желеобразной массой, выпиравшей наружу подобно поднявшемуся тесту. Судя по всему, содержимое бассейнов каким-то образом было связано с производством пищи. Во всяком случае, к такому выводу пришел Ченг после внимательного обследования нижнего отсека.
  - Трупы людей и животных кидают в ванну с коричневой субстанцией, тем самым поддерживая ее жизнедеятельность и рост, - говорил он Бартону, указывая на дисплей. - Не удивлюсь, если туда же в последний путь отправляют и состарившихся сигуурийцев. А зеленое вещество в другом бассейне, похоже, перерабатывает всякого рода растения.
  - Так гномы что, едят эту гадость? - сморщился Билл.
  - Похоже на то. Выращивают и едят, - спокойно ответил механик.
  - Может, они и Сэма уже сожрали? Хотя нет. Я бы почувствовал.
  - Как ты можешь чувствовать?
  - Сам не знаю. Просто чувствую, что он жив. Будто между нами существует какая-то связь, которую я и сам объяснить не могу, - признался Бартон.
  - Ну посуди сам, как он смог выжить без воздуха?
  - У него организм не такой, как у нас. Циклоп может долго обходиться без необходимых обычному человеку компонентов, а возможно, даже регенерировать поврежденные ткани. Я, сам того не желая, пришел к таким выводам благодаря своей новой экстрасенсорной способности.
  - Интересно! Очень интересно! - задумался Ченг.
  - Что интересно?
  - Друг твой от молнии гномов не погиб. В ядовитой атмосфере корабля не задохнулся, во всяком случае, ты так утверждаешь.
  Ченг задумался на секунду и спросил:
  - И глаза у него нет. Правого, наверное?
  - Да правого, - кивнул Билл. - А что?
  - Не будем отвлекаться от цели нашего путешествия, - сменил тему Ченг, выводя на дисплей изображение огромного герметичного резервуара. К нему подходило несколько толстых трубопроводов, терявшихся где-то под потолком нижнего отсека. - Похоже, перед нами запас дыхательной смеси.
  Ченг еще некоторое время водил мини-дроном над бассейнами, разглядывая переплетение трубопроводов, уходивших вверх. Проследив их направление, механик поднял голову и оглядел окружавшие людей агрегаты.
  - Так вот для чего нужна вся эта машинерия, - пробормотал он. - Мы сидим прямо над резервуаром с дыхательной смесью. А здесь у них технический ярус, что-то типа вентиляторной. Я даже представить не мог, что нам так повезет.
  Вернув дрон, Ченг прошел вдоль ряда механизмов и коллекторов, внимательно разглядывая соединявшиеся с ними магистрали.
  - Похоже, отсюда они распределяют дыхательную смесь по всему обитаемому сектору.
  - И что предлагаешь?
  - Испортить им воздух.
  - Отравить?
  - Зачем? - Ченг покачал головой. - Достаточно нарушить состав смеси. Если заставить систему сбрасывать их атмосферу и подмешивать земной воздух, очень скоро без скафандров здесь станет нечем дышать. Во всяком случае, для них.
  Писк сканера на запястье Бартона прервал диалог. На миниатюрном дисплее высветилось около дюжины красных точек, быстро двигавшихся к помещению со стороны носовой части корабля.
  - Действуй, дружище, а я прикрою, - сказал наемник и кинулся к закрытой двери.
  Он установил оставшееся самодельное взрывное устройство. Воткнув в него дистанционный детонатор, отошел за укрытие и привел заряд в действие, не дожидаясь, когда створка отъедет в сторону.
  Далее была перестрелка, закончившаяся полным поражением гномов. Оглушенные взрывом и сбитые с толку, они всей ватагой оказались на линии огня - в тесном коридоре. А когда сообразили, что следует отступать, и ринулись к ближайшему повороту, было уже поздно: излучатель в многоопытных руках Бартона работал безотказно.
  - Эти ребята не имеют ни малейшего представления о тактике боя в стесненных условиях, - заключил Билл, обращаясь к своему напарнику, возившемуся у коллекторов системы жизнеобеспечения.
  - Возможно, им просто неоткуда его иметь, - откликнулся Ченг. - Если это потомки тех, кто уцелел после падения дредноута, то они настоящей войны никогда не видели, в боевых действиях участия не принимали. Ведут себя как дилетанты. Я начал это подозревать еще тогда, когда увидел, как они палят из ракетниц в собственном энергетическом отсеке.
  За разговорами Ченг закончил возиться с установкой жизнеобеспечения. Он перекрыл подачу дыхательной смеси из резервуара, открыл аварийный сброс и заставил систему забирать воздух из давно разгерметизированных отсеков, сообщавшихся с внешней атмосферой. Вентиляторы недовольно загудели, прогоняя через магистрали чуждую сигуурийцам земную смесь.
  - Готово, - удовлетворенно сказал механик. - Теперь их собственная система вентиляции сама выкурит их с корабля.
  После этого Ченг вместе с Бартоном направился обратно в отсек энергетического узла, а оттуда наружу.
  Пасмурный день был в самом разгаре. Над лесом шумел сильный, но теплый дождь, окончательно прибивший недавний пожар. Выбравшись из дредноута, Ченг с Бартоном сняли лицевые части защитных костюмов и полной грудью вдохнули свежий, очищенный дождем воздух.
  Тем временем в обитаемом секторе дредноута привычная для сигуурийцев атмосфера быстро меняла состав. Аммиачная смесь уходила через открытые магистрали, а на ее место поступал земной воздух. Коротышки начали покидать отсеки. Непригоднай для дыхания атмосфера гнала их прочь из обитаемого сектора звездолета. Некоторые гномы облачились в скафандры, прошли через шлюзовую камеру и покинули корабль, погрузившись на летающую платформу. После этого жить им оставалось ровно столько, сколько требовалось выпущенной с "Борея" ракете, чтобы настигнуть цель.
  Кое-кто из коротышек подался в лес пешком, сообразив, что поднявшиеся в воздух платформы немедленно становятся объектами для корабельного оружия. Ушедших в лес сигуурийцев никто не преследовал: Бартон и Ченг снова нырнули в утробу звездолета, чтобы наконец отыскать Дикого Циклопа, а заодно разобраться с теми, кто успел укрыться в отсеках с автономным жизнеобеспечением.
  Нашли Циклопа уже поздним вечером, после того как пожгли засевших на мостике сигуурийцев и обследовали большую часть обитаемого сектора. Гигант лежал на низком пьедестале в отсеке, который с большой натяжкой можно было назвать медицинским. Дыхание его то и дело прерывалось, а пульс едва прощупывался.
  В обитаемом секторе дредноута все еще стояла тяжелая, раздражающая легкие атмосфера. Тело Циклопа погрузили на подвернувшуюся самоходную тележку и вывезли наружу через главный шлюз корабля.
  Снаружи стояла тихая лунная ночь.
  Бартон и Ченг сняли защитную одежду. Натаскали сухого валежника и развели костер.
  Вильям с тревогой смотрел на неподвижную тушу одноглазого друга.
  - Плохо дело, Дик! - произнес он. - С Циклопом что-то не так.
  - Что именно не так? - поинтересовался механик.
  - Пока не знаю. Просто чувствую, что с ним творится какая-то чертовщина. Оставь нас двоих. Утром увидимся, - Бартон был на редкость серьезен.
  Ченг лишь кивнул в знак согласия и исчез внутри корабля, оставив на берегу своего напарника, склонившегося над огромным бесчувственным телом Циклопа.
  
  Глава 16.
  
  В тот вечер Вильям повторил попытку, некогда предпринятую с О'Ниллом, но на этот раз старался лучше контролировать себя. Сосредоточившись на тех участках огромного тела Циклопа, где ощущал что-то неладное, Бартон положил на них ладони и попытался представить, будто передает другу часть собственной силы. Вскоре ему снова начало казаться, что ладони нагреваются и тепло медленно уходит куда-то внутрь. Происходило ли это на самом деле, Билл не знал. Тем не менее он продолжал до тех пор, пока окончательно не вымотался и не забылся тяжелым сном, привалившись рядом со своим другом.
  Проснулся Билл еще затемно оттого, что почувствовал ужасный голод. Достал из рюкзака кусок вяленого мяса и принялся жевать. Заморив червяка, тяжко поднялся и пошел к присмотренному накануне ручью, бегущему с невысокой сопки. Принялся умываться почти ледяной водой, получая от этого неописуемое наслаждение. Хотелось погружать лицо в воду еще и еще, смывая остатки сна вместе с дурными предчувствиями. В конце концов Бартон разделся до пояса и плескался довольно продолжительное время, а когда, получив заряд бодрости, вернулся к своей поклаже, то заметил, что Циклопа рядом нет.
  В разгорающемся свете зари Биллу не составило труда обнаружить следы гиганта, ведущие в сторону дредноута. А вот внутри звездолета, имевшего сотни отсеков, расположенных на двенадцати ярусах, искать человека было все равно что иголку в стоге сена. Но Бартон догадывался, куда направился Циклоп, догадывался и одновременно боялся убедиться в своей правоте.
  Билл нашел своего друга в зале с кормушками сигуурийцев, у бассейна с коричневой губчатой массой, напоминавшей живой организм. Желеобразное вещество постоянно двигалось. Оно то вздымалось вверх, образуя пики одновременно в нескольких местах, то закручивало воронки, то тянуло тонкие щупальца к стоявшему рядом Циклопу. А тот без страха отрывал от них большие куски коричневой массы и с жадностью запихивал себе в рот.
  - Здравствуй, Сэм! - Голос Бартона гулко прозвучал под сводами зала.
  - Привет, Билл! - казалось, Циклоп даже не удивился встрече. - Какими судьбами тебя сюда занесло?
  - Мимо проходил.
  - А куда гномы подевались? - Гигант не переставал уплетать коричневую гадость. - Ты извини, я голодный, как слон.
  - Это люди. Ты ешь людей, - спокойно произнес Бартон.
  - Догадываюсь. - Циклоп прекратил обжираться, постоял, чуть задумавшись, и отпрянул в сторону. Стал пятиться от бассейна, стряхивая с кистей желеобразное вещество. - Со мной что-то происходит? Что-то не так, Билл. Я нестерпимо хочу есть именно эту дрянь.
  - Это не ты, Сэм. Не ты хочешь. А тот, кто сидит внутри тебя.
  - Что? - Циклоп наклонил голову набок и тупо уставился на Бартона.
  - Внутри тебя сидит маленькая тварь, - рубанул Билл. - Я чувствую ее.
  - Значит, они что-то в меня вживили... Эмбрион? - На одноглазом гиганте не было лица. - Но зачем?
  Наступила тишина. Циклоп как-то чересчур внимательно посмотрел на ванну с коричневой "брынзой". Почувствовав неладное, Бартон ускорил шаг, стараясь как можно быстрее приблизиться к другу. Ничего не замечавший, кроме плещущейся "брынзы", Сэм вдруг испустил дикий крик и бросился к бассейну с коричневой гадостью, которая будто приглашала его к себе, протягивая навстречу десятки мерзких щупалец. Билл успел в прыжке сбить гиганта с ног, обхватив его широкий корпус обеими руками. Но не тут-то было: вскочивший Циклоп, не прилагая особых усилий, одним движением могучего торса сбросил с себя Бартона и уже собирался продолжить свой путь к бассейну, как вдруг резко дернулся, будто от удара током, закатил глаза и как подкошенный рухнул на пол.
  События развивались настолько стремительно, что Бартон не сразу понял, что произошло с его другом, даже когда рядом появился Ченг с сигуурийской трубкой наперевес.
  - Я выставил минимальную мощность разряда. - Механик нагнулся над тушей Циклопа и приложил пальцы к его бычьей шее. - Подумал: если в прошлый раз выдюжил, то и теперь обойдется.
  - Похоже, все в порядке. - Бартону достаточно было лишь взглянуть на друга, уже начавшего подавать признаки жизни. - Связать его, что ли?
  - Не поможет, - проворчал Ченг, доставая индивидуальную аптечку. - Вколи для начала успокаивающий тюбик. А лучше два.
  Билл задумчиво почесал подбородок, глядя на распластавшееся у ног огромное тело.
  - Мне кажется, все три надо колоть.
  Так и поступили. Циклоп получил три успокаивающих инъекции. После этого его снова погрузили на тележку и повезли на свежий воздух.
  Снаружи уже рассвело. Моросивший с вечера дождь оставил после себя лишь мокрую прибрежную гальку, и день обещал быть солнечным.
  Циклоп начал приходить в себя еще по дороге к ручью. Окончательно очухался после того, как Бартон несколько раз плеснул ему в лицо холодной водой.
  - Не рано ли на тот свет собрался, Сэм? - укоризненно покачал головой Бартон. - Мы тут тебя выручали, переживали за тебя. Сами чуть не погибли, а ты вон что вытворяешь. Нехорошо! Ой, как нехорошо, Сэм!
  Циклоп упрямо молчал, погрузившись в свои невеселые мысли.
  - Не пойму - откуда столько пессимизма? - продолжил Билл. - Жизнь, можно сказать, только налаживается. Тобой вон уже одна дама интересовалась. Очень даже ничего, я тебе скажу. Девушка в теле, как раз твой размер. Во всяком случае, есть за что подержаться. Доктор у нас опытный появился, вырежет тебе эмбрион в лучшем виде, забудешь о нем. Будто и не было никогда.
  - Не обманывай меня, Билл, - хрипло произнес лежащий на тележке Циклоп. - Не умеешь ты врать.
  - Да вот у Ченга можешь спросить, если мне не веришь! Мегерой девушку зовут. Вернее, Мегера - это позывной, а имя у нее Кэтрин.
  - Эмбрион мне уже не удалить. - Сэм не обратил внимания на последнюю реплику друга и продолжал лежать, глядя в очистившееся от туч небо. - Я его чувствую, Билл. Он будто пророс в меня, зацепился за все внутри. Теперь остается только руки на себя наложить, чтобы презрения "галактического братства" избежать.
  - При чем тут презрение?
  - Я не смогу с этим жить. Представь, на Фомальгауте, пойдет слух, будто от Дикого Циклопа отпочковался маленький ублюдок.
  Насколько помнил Бартон, Фомальгаут считался негласным пристанищем Галактического Братства - вольных капитанов, корсаров и пиратов. Там Циклопа знали и уважали, и, видимо, этим уважением он дорожил. Звание "лучший отец инопланетянина" наверняка подпортило бы репутацию известного пирата.
  - Есть еще один вариант, - вступил в разговор Ченг. - Останься со мной на дредноуте. Остальным скажем, что Дикий Циклоп погиб.
  - А ты что, остаешься? - удивился Бартон.
  - Да, остаюсь! Я уже не нужен на "Борее", там без меня справятся. А здесь принесу гораздо больше пользы колонии. На дредноуте полно станков и оборудования для производства высокотехнологичных устройств. Я должен во всем этом разобраться, восстановить энергетический узел, наладить бесперебойное питание уцелевших систем. Организовать литье металла и синтез полимеров. Провести энергию в поселение. Предстоит много чего сделать - мне до конца жизни хватит.
  - Ты предлагаешь мне остаться с тобой? - Циклоп перестал смотреть в небо и повернул голову в сторону механика. - Но я даже не знаю тебя. Первый раз вижу.
  - Спокойно, приятель! - улыбнулся Бартон. - Этому человеку ты можешь доверять как мне. Если бы не Ченг, мы бы сейчас с тобой не разговаривали.
  - А ты? Не останешься? - с надеждой спросил Циклоп, повернув голову к другу.
  - По большому счету, могу, - задумчиво произнес Бартон. - Но мне нужно забрать Марго.
  - Можешь взять из корабельного ангара оставшуюся платформу, - сказал Ченг. - Слетаешь за дочерью. Я еще ночью проверил ее энергоблок, вооружение и грузовое устройство. Все работает.
  - Здорово! - Бартон радовался возможности прокатиться на внеземном аппарате, как малый ребенок.
  - Я еще вот что не понял, - снова вступил в разговор Циклоп. - Сейчас скажем всем, что я погиб. А потом как?
  - Когда потом? - спросил Ченг.
  - Когда отпочкуется от меня эта инопланетная тварь и я снова смогу вернуться к людям.
  - Скажем, что ты воскрес, - не моргнув глазом, выдал Ченг. - Или выполнял секретную миссию. Там по ходу дела разберемся, как лучше соврать.
  - Эх, жаль, к тому времени Мегера за другого замуж выйдет! - вздохнул Бартон.
  - Я тебя прошу, Билл! - Сморщился Циклоп. - Мне сейчас не до амурных дел.
  
  Глава 17.
  
  Кельвина О'Нилла амурные дела уже тоже не волновали. Просто в один далеко не прекрасный момент он поймал на себе взгляд Багиры, вздумавшей навестить своего бывшего любовника в лазарете, и понял, что больше никогда эта женщина не ляжет с ним в одну постель.
  Красивое лицо Черной Пантеры было как открытая книга, в которой читались сожаление, отвращение и жалость. А в карих глазах, будто в зеркале, отразилось бледное лицо Кельвина, покрытые недельной щетиной щеки, потрескавшиеся сухие губы, грязные всклоченные волосы. Это лишь то, что лежало на поверхности и уже отталкивало женщину от некогда уверенного в себе красавца. А если сбросить одеяло?
  - Королева планирует совершить поход в земли Мелового Берега. - Багира отвела взгляд. - Вожди дикарей должны понести наказание за совершенные злодеяния и стать нашими данниками. Тебе выпадает высокая честь быть наместником королевы Кастора в Южной Британии.
  - Честь действительно высокая, - горько промолвил О'Нилл. - Как же королева вспомнила обо мне? А может, подсказал кто?
  Багира вскинула голову и посмотрела Кельвину в глаза:
  - Ваш ответ?
  - Конечно же, я согласен.
  На этом их последний разговор закончился. Черная Пантера тут же ушла, пожелав О'Ниллу скорейшего выздоровления. Но, уходя, как-то уж слишком озабоченно взглянула на мужчину, лежавшего на соседней койке. Видимо, небезразличен ей был этот мужчина. Хотя он вроде тоже оброс, да и попахивает от него не лучше. К тому же все еще в коме, и неизвестно, выйдет ли из нее. Говорят, Бартон может помочь ему. Еще говорят, Бартон вытащил О'Нилла. Все ждут возвращения Бартона.
  И вот Бартон возвращается. Марго получила сообщение, что ее отец вылетел на платформе гномов и палить по ней ракетами не следует. Но встречу пришлось на время отложить: Корвин, настроенный на цифровой радиоканал "Борея", слышал переговоры Марго и Бартона. Он вышел с Биллом на связь и попросил сделать небольшой крюк к карьеру.
  - Пару дней назад туда пятеро моих людей ушли вместе с девчонкой из бывших амазонок, - говорил он уже находившемуся в пути Биллу. - А сегодня утром связь с ними пропала.
  - С какой именно девчонкой? - вмешалась Марго.
  - Сабрина ее зовут.
  - Знаю такую. И какого черта ты отправил ее в карьер?
  - Я никого никуда не отправлял. Сама напросилась. У нее там парень.
  - Надо же. Вы едва успели высадиться на Землю, а ваши доблестные воины уже приступили к освоению местного женского населения.
  - Служба службой, а колонизацию кто-то должен начинать, - невозмутимо ответил Дерзкий.
  - Какая самоотверженность. Надеюсь, медали за это тоже предусмотрены?
  - Если Ее Величество учредит - отказываться не станем.
  - Главное, чтобы за особые заслуги перед бывшими амазонками тебя самого не наградили посмертно.
  - А ты переживаешь?
  - Мечтай.
  - Уже.
  - Хватит! - вмешался Вильям. - Хватит засорять эфир своими разборками.
  На несколько секунд эфир подозрительно затих.
  - Бартон, лети к карьеру, - наконец сухо произнес Дерзкий.
  - И не отвлекайся на глупости, - одновременно с ним сказала Марго.
  Дальнейший полет проходил в полной тишине.
  Через пару часов показался карьер. Он был просто огромен. Бартон насчитал четыре яруса серпантина, закручивающегося многокилометровой спиралью по стенам гигантской воронки. Около сотни единиц развалившейся техники предков, раскиданной по внутренним склонам глубокого конуса и сгрудившейся наверху, отметились на портативном сканере Билла.
  Над карьером кружило воронье, указывая Бартону, куда следует держать путь.
  Черные бестии носились над трупами бывших колонистов, теперь ставших пищей для птиц да волков. Сбежавшиеся со всей округи хищники толпились вокруг обглоданных тел и не обращали никакого внимания на зависшую над ними платформу Билла.
  Люди Корвина приняли смерть на одном из верхних ярусов карьера. Сабрины нигде не было видно. Зато недавние следы босых человеческих ног попадались повсюду и вели вглубь огромной ямы.
  - Что там у тебя, Бартон? - В наушнике прозвучал тревожный голос Марго, которая никак не хотела звать Вильяма отцом. Самого Бартона такая фамильярность ничуть не смущала.
  - Ты все еще на корабле, солнце мое? - Билл знал, что их разговор слушают по крайней мере еще два человека, и не торопился докладывать точную обстановку.
  - Я останусь здесь до твоего возвращения. И не называй меня солнцем.
  - Хорошо, зайка, не буду!
  - И зайкой меня тоже не называй! - В голосе Марго уже слышалось раздражение. - Доложи обстановку, в конце-то концов.
  - Пока докладывать особо нечего. Имею пять двухсотых. Девушка не обнаружена. Продолжаю поиск.
  - Ты хочешь сказать, что мои люди мертвы? - донесся из эфира голос Дерзкого.
  - Мертвее не бывает! - произнес Бартон и направил платформу по следам напавших на колонистов людей, а может, и нелюдей: уж больно косолапили прошедшие здесь недавно существа.
  Следы вели вглубь карьера, почти к самому дну, где темнел вход в подземелье.
  Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, какие неприятности могут поджидать несведущего человека в той черной дыре, но терять время на долгую подготовку к вылазке Бартон не хотел: в руках неизвестных похитителей находилась девчонка, за которую переживала Марго.
  Бартон осмотрел свой мешок со снаряжением. Пристегнул к ноге чехол с острым десантным ножом. Прицепил к поясу две бомбы, оставшиеся после путешествия в инопланетный звездолет. Проверил индикатор заряда и поставил импульсный излучатель на максимальную мощность. Закрепил за спиной сигуурийскую трубку. Опробовал застежки притороченного к руке портативного сканера. Вставил в глаза инфракрасные линзы ночного видения.
  Осмотрел себя. Попрыгал. Все удобно, ничего не мешает - можно идти.
  Но перед тем, как исчезнуть в подземелье, Бартон вызвал по радио Ченга, сообщил координаты и велел, если через сутки не выйдет на связь, организовать доставку платформы обратно к дредноуту. Терять такой аппарат было бы непростительной роскошью.
  Тут же эфир наполнился кучей вопросов, задаваемых Ченгом и Марго. Они сыпались вперемешку с советами, причем порой совсем некомпетентными. Биллу пришлось отключиться от канала связи, сославшись на временную неисправность радиостанции.
  Закончив переговоры, Бартон шагнул в подземелье, оказавшись в начале невысокого сводчатого коридора, вырубленного в толще известняка. Коридор был явно рукотворным и вел в огромный лабиринт карстовых пещер, за многие века промытых подземными водами. Сканер различал ближайшие ответвления и крупные пустоты впереди, но дальше изображение быстро терялось в толще породы. До первых пещер Билл рассчитывал добраться менее чем за полчаса быстрой ходьбы.
  Но быстрой ходьбы не получилось: приходилось внимательно смотреть под ноги. Недавно прошедшие здесь существа понаставили нехитрых, но весьма неприятных ловушек. Тонкие растяжки приводили в действие самострелы, спрятанные в нишах стен, а одна должна была обрушить на голову неосторожного путника несколько увесистых камней. Рисковать не стоило, поэтому Бартон убил больше часа, прежде чем добрался до первых пещер, обезвредив по дороге четыре ловушки.
  Судя по показаниям сканера, живых существ поблизости не наблюдалось. Зато где-то впереди шумела узкая подземная река. Ее берега местами мерцали слабым зеленоватым светом слизистых колоний, разросшихся на влажном известняке. По пещерам гулял ощутимый сквозняк, то усиливавшийся, то почти исчезавший. Видимо, огромный лабиринт имел немало трещин, провалов и выходов на поверхность.
  Бартон пошел вдоль реки, настроив портативный сканер на максимальную чувствительность. Фонарь включать не стал: инфракрасные линзы, которыми снабдила его заботливая Мегера, позволяли достаточно четко видеть дорогу и различать окружающие предметы.
  Вскоре дисплей сканера запестрел сотнями красных, хаотично двигавшихся точек. Еще через какое-то время сквозь шум воды Билл начал различать звуки большого человеческого поселения. Наемник мог поклясться, что даже слышал мычание коров. Впереди лежал совсем немаленький подземный город, раскинувшийся под огромным сводом карстовой пещеры.
  С одной стороны город примыкал к уходящей ввысь известняковой стене, а с остальных трех был обнесен высокой оградой, сложенной из грубо отесанного камня. Внутри поселения виднелось широкое озеро, куда впадала река, бегущая из пещер. Со стороны реки располагались городские ворота, закрытые толстой металлической решеткой. Как и положено, возле них несли караул двое стражников с мощными арбалетами наперевес.
  Чуть в стороне была устроена открытая сверху каменная огневая позиция. В широкой амбразуре стоял тяжелый стационарный стреломет, похожий на небольшую баллисту. Толстое деревянное ложе, массивные плечи из нескольких соединенных пластин и ворот для натяжения тетивы не оставляли сомнений: выпущенный из такой штуковины болт вполне мог прошить человека насквозь.
  Стараясь не шуметь, Бартон, державшийся на приличном расстоянии от ворот, укрылся за одним из многочисленных валунов и приложил к глазам небольшой бинокль со встроенным прибором ночного видения. Хотя особой нужды в ночном зрении не было: поселение освещали многочисленные металлические жаровни с поддувалом, расставленные по всей огромной пещере на разных ее уровнях. Топливом служил уголь, добываемый, видимо, где-то неподалеку. Дым от жаровен не скапливался под сводом, а медленно тянулся вверх, к многочисленным трещинам и естественным шахтам, обеспечивавшим постоянную циркуляцию воздуха.
  Архитектурными изысками город не отличался: большая часть его весьма пестрых строений была сложена из камня и дополнена подручным материалом, доставленным с поверхности, - бревнами, досками, металлическими пластинами, кусками старых конструкций и прочим строительным хламом. На многих ярусах уходящей ввысь известняковой стены виднелись рукотворные, выдолбленные прямо в породе помещения, также служившие жильем. Помимо этого, в отдельной большой пещере угадывался тронный зал, вход в который обозначался высокой сводчатой аркой, украшенной грубым орнаментом и лепниной.
  Существа, обитавшие в подземном городе, имели неприятно белую кожу, редкую растительность на голове, невысокий рост и большие выпуклые глаза. Одежда их не отличалась богатством и порой состояла лишь из набедренных повязок, чему немало способствовала царившая под землей жара.
  Альбиносы все еще оставались людьми, хотя века жизни в полной изоляции не прошли бесследно. Наследственные изменения, возникавшие из поколения в поколение, закреплялись жестким естественным отбором. Подземные жители плохо переносили прямой солнечный свет, зато прекрасно ориентировались в темноте. Большие открытые пространства вызывали у них явный дискомфорт, но под каменными сводами эти существа чувствовали себя как рыбы в воде.
  Уклад их жизни при этом оставался вполне человеческим, хотя и весьма диким. Альбиносы держали скотину и птицу, охотились на многочисленных подземных тварей, разводили грибы и съедобные лишайники, добывали из открытых недр необходимые ресурсы. Из дерева, металла, сухожилий и прочего доступного материала они изготовляли оружие, инструменты и нехитрые механизмы.
  Не забывали альбиносы делать вылазки и на поверхность. Стычка с колонистами служила тому подтверждением. На людей Дерзкого они напали под покровом темноты, вооружившись арбалетами, копьями и дротиками, а затем утащили Сабрину в свое подземелье.
  Судя по серьезным оборонительным сооружениям вокруг города, оружие было нужно альбиносам не только для набегов на поверхность. В огромном лабиринте подземных пещер шла постоянная борьба - с хищными животными и, судя по всему, с другими племенами, обитавшими где-то в глубине этого скрытого мира.
  Бартон давно ощущал идущий снизу геотермальный жар. Несмотря на гулявший по пещерам сквозняк, воздух в поселении был тяжелым, пропитанным дымом угольных жаровен, и Биллу явно не хватало кислорода. Долго находиться здесь нормальному человеку было бы нелегко. К тому же где-то поблизости здорово обижали девчонку - Бартон явственно чувствовал исходящие от Сабрины волны страха и ненависти.
  Пора было действовать. Судя по тому, что в поселении сновали в основном женщины, старики и немногочисленные вооруженные мужчины, большая часть местных боевиков сейчас отдыхала. Возможно, альбиносы действительно предпочитали выходить на поверхность по ночам. Сканер показывал повышенную суету возле большой пещеры в глубине города.
  Убрать стражников у ворот не составило особого труда: два импульса высокотемпературной плазмы точно достигли целей. Бартон подобрался к стене, воспользовался выступами между камнями и быстро перелез через нее.
  Дальше он отдался на волю выработанным годами рефлексам наемника, превратившись в машину убийства. Понимая, что главный его козырь - внезапность, Билл сразу рванул вглубь поселения.
  Почти одновременно ударил набат, и город пришел в движение.
  Две бомбы, брошенные в разные стороны, внесли еще большую неразбериху.
  Воспользовавшись паникой, Бартон быстро передвигался между постройками, стараясь как можно чаще менять укрытия. Стрелял он с двух рук - из своего безотказного импульсного излучателя и сигуурийской трубки. Последнюю Билл перевел в режим цепного разряда, оказавшийся особенно эффективным против кучковавшихся противников. Ломаная молния перескакивала с одного тела на другое, поражая сразу несколько целей и заставляя остальных в ужасе разбегаться.
  Следует отдать должное альбиносам, сумевшим оказать отпор нежданному неприятелю. Твари быстро рассредоточились по городу, укрывшись за постройками, и принялись осыпать Бартона арбалетными болтами и стрелами. Из-за каменных ограждений полетели тяжелые дротики, а со стороны ворот несколько раз гулко щелкнул стационарный стреломет, посылая в его сторону массивные болты.
  Но было уже поздно. Бартон достиг большой пещеры, в которой располагалась резиденция местного царька, устроил там переполох, уложив дюжину вооруженных стражников. Затем захватил главу альбиносов в качестве заложника, прикрывшись его мерзким телом от сгрудившихся у входа в тронный зал боевиков, у которых хватило ума не стрелять по своему вождю. Возникла немая сцена.
  То, что в руках Бартона находился вождь дикарей, не подвергалось никакому сомнению. Главный альбинос отличался высоким ростом, носил более приличную одежду, а кроме того, с ног до головы был увешан нелепыми украшениями, свидетельствовавшими о его боевых подвигах. Недавно отрезанные пальцы, принадлежавшие людям Дерзкого, тоже висели среди прочих трофеев на его огромном ожерелье.
  Дикарь вел себя на удивление спокойно, несмотря на приставленный к его лысому черепу излучатель. В поведении вождя чувствовалось даже некое презрение к жизни, и Бартон уже всерьез начал опасаться, что сгрудившиеся у входа вооруженные альбиносы не станут щадить своего предводителя и нашпигуют болтами его вместе с человеком.
  Наемник не стал дожидаться окончания немой сцены, сопровождаемой мучительным мыслительным процессом в головах альбиносов, и принял меры. В плотно стоящую у входа толпу ударил мощнейший заряд, выпущенный из сигуурийской трубки. Результат выстрела превзошел все ожидания. Более двух десятков альбиносов превратились в единую электрическую цепь. Разряд перескакивал с одного тела на другое, твари забились в предсмертных конвульсиях и на глазах своего предводителя попадали друг на друга, образовав кучу подгоревшей, источающей едкий дым плоти.
  От увиденного, поражающего своей нереальностью действа вождь альбиносов впал в ступор и пребывал в нем до тех пор, пока сильнейший удар кулаком Бартона в правое ухо не отправил его в глубокий нокаут.
  Уложив вождя, Билл бросил взгляд на дисплей сканера. Оставшиеся в живых твари в панике покидали поселение. Бартон поспешил на поиски пропавшей амазонки.
  Пещера предводителя альбиносов оказалась не такой уж огромной: кроме тронного зала в ней имелись личные покои и помещение гарема, где помимо жавшихся по углам белокожих наложниц находилась Сабрина. Лишенная одежды, она лежала на деревянном топчане и тихо постанывала. При виде худого угловатого тела, сплошь покрытого синяками и кровоподтеками, Бартон пришел в неописуемую ярость. Наемник едва не потерял контроль над собой: он готов был вернуться в тронный зал и раздавить валявшуюся там бледную гадину, но все же сумел побороть первый порыв и кинулся к девушке.
  Бартон заботливо накрыл ее своей курткой и, бережно взяв на руки, понес прочь.
  Проходя через тронный зал мимо лежавшего с запрокинутой головой вождя, он все же не смог побороть кипевшую внутри ненависть и давящим ударом десантного ботинка вдавил выступающий кадык мерзкой твари в горло.
  
  Глава 18.
  
  К утру следующего дня Бартон достиг поселения колонистов и передал Корвину кое-какой захваченный на дредноуте арсенал сигуурийцев.
  - У пещерных альбиносов можно поживиться скарбом и скотиной, - сообщил он Дерзкому, подробно описав маршрут к подземному городу.
  Сабрина сидела в трюме платформы и казалась безучастной ко всему происходящему. Из одежды на ней была лишь объемная куртка Билла, в которую она куталась, крепко уцепившись за обшлага. Глядя на ее изможденную фигуру, Дерзкий чувствовал себя совсем погано. Давящее ощущение вины перед изнасилованной альбиносами амазонкой усугублялось потерей еще пятерых воинов, сумевших пройти через кровавую битву с рейдерами, но погибших от рук каких-то пещерных дикарей.
  Корвин призвал с дюжину воинов и принялся снаряжаться в дорогу. Он сам хотел наказать оставшихся альбиносов, а заодно забрать из их поселения все, что можно было унести.
  Платформа Бартона была ему очень нужна, и после долгих уговоров наемник согласился одолжить ее на сутки.
  После этого Билл взял Сабрину на руки и направился к недавно срубленному плавучему причалу, куда приближался высланный с "Борея" вельбот под управлением Клио.
  Прибыв на "Борей", Бартон передал Сабрину на попечение доктора Анри. Сам тут же попал под каблук собственной дочери. Марго набросилась на отца, устроив ему разнос за легкомысленное поведение в пещерах, но затем остыла и повелела мыться, есть и спать.
  Ближе к вечеру Билл явился на доклад к королеве и вкратце обрисовал ей свои последние приключения.
  - Ваши подвиги на Земле, Вильям Бартон, говорят сами за себя. Их трудно переоценить. - Барбара снова восседала в своем высоком кресле на мостике "Борея". По правую руку от королевы стоял ее молодой фаворит, место слева занимала Багира. - Мне нужны такие преданные и честные люди, как вы. В будущей империи я хотела бы видеть вас командующим моими наземными силами.
  - Благодарю за высокую честь, Ваше Величество, но я не умею командовать людьми, - твердо произнес Бартон, стоя навытяжку перед королевой Озерного края. Именно так с недавних пор стали величать Барбару.
  - Жаль! - вздохнула королева. - Я должна расценить ваши последние слова как отказ.
  - Еще раз прошу уволить меня от каких бы то ни было командирских постов.
  - Еще раз говорю - жаль, - в голосе Барбары стало проскальзывать раздражение. - А как насчет того, чтобы присоединиться к предстоящему походу на рейдеров?
  - У меня имеется одно условие, - сказал Бартон.
  - Условие? - нахмурилась королева. - Может, все-таки просьба? Дружеская просьба?
  - Нет. Это условие. - Бартон упрямо стоял на своем, вызывая неодобрительные взгляды присутствующих.
  - Ты не должен диктовать свои условия королеве, - сверкнула глазами Багира.
  - Это будет единственным.
  - Говорите, - кивнула Барбара.
  - Маргарет должна оставаться со мной на борту "Борея".
  - Не волнуйся за нее, Билл. Она уже большая девочка, - сказала Багира. - К тому же на берегу есть кому за ней присмотреть.
  - Без нее я никуда не поплыву.
  - Я не принимаю ультиматумов, Вильям, - строго сказала Барбара. - Иначе грош мне цена как королеве. Вы должны это понимать.
  - Чтобы избежать подобного рода ультиматумов, вам стоит быть более разборчивой в выборе своих приближенных. - Бартон отвесил поклон и, не дожидаясь ответа, покинул мостик "Борея", оставив на штурманском столе излучатель лейтенанта.
  Ник с внутренней горечью наблюдал за происходящим. Он было хотел остановить наемника, объясниться и покончить с ненужными мелочными дрязгами, мешавшими общему делу, но ситуация не позволяла нарушить выбранную королевой линию поведения. Юноша остался стоять подле своей возлюбленной и лишь недоверчиво посмотрел в сторону Багиры, которая в тот момент не могла скрыть торжествующей улыбки: королева все-таки пошла у нее на поводу.
  Бартон же направился в госпиталь - навестить О'Нилла, а заодно и попрощаться.
  Кельвин быстро шел на поправку и уже мог совершать прогулки по палубе. Анри обещал вскорости выписать его из лазарета, предложив для проживания одну из освободившихся после сокращения экипажа кают.
  Увидав Вильяма, О'Нилл искренне обрадовался и даже обнял своего спасителя оставшейся рукой.
  - Что думаешь теперь делать? - поинтересовался он у Бартона, узнав о намерении наемника покинуть "Борей".
  - Жить, - Вильям вздохнул полной грудью. - Просто жить. Желательно вдали от людей.
  - В леса подашься?
  - Да, вернусь к Ченгу.
  - А Марго?
  - С ней сегодня все решилось. Не хотят ее оставлять в экипаже... Заберу с собой.
  - Марго уже взрослая. У нее своя жизнь. Ей семью заводить пора.
  - Знаю, - Билл махнул рукой. - Вон, и Дерзкий уже к ней сватается.
  - А она?
  - Отворот ему дала.
  - А что так?
  - У нее, оказывается, какой-то суженый есть. Она его ждет.
  - Так же не бывает! - усомнился О'Нилл.
  - Вот и я ей говорю - не бывает, - вздохнул Бартон. - А она слушать меня не хочет и верит, что суженый обязательно ее отыщет, даже на Земле.
  - Весьма призрачная надежда, мне кажется.
  - Я тоже так думаю, - согласился Билл. - Но поделать с этим ничего не могу. Пусть она ждет своего принца на белом звездолете, а я присмотрю хотя бы за ней. Тем паче что весь сыр-бор поднялся из-за меня. Сам не пойму, почему именно я стал яблоком раздора между Марго и Багирой.
  При упоминании Черной Пантеры О'Нилл тяжко вздохнул и, указав своему собеседнику на лежавшего на соседней койке Жересса, тихо спросил:
  - Ты не мог бы помочь этому человеку?
  Бартон без каких-либо видимых эмоций взглянул на неподвижное тело Жересса. Некоторое время он пристально всматривался в него, будто пытался уловить нечто недоступное обычным чувствам, затем несколько раз приложил ладони к голове больного. В какой-то момент Биллу снова показалось, что руки начинают нагреваться. Он сосредоточился, пытаясь направить это тепло туда, где ощущал какую-то аномалию.
  Через несколько минут у Жересса участился пульс, ожили пики индикатора мозговой деятельности, поползло вверх давление. Что именно вызвало эту реакцию, Бартон и сам не знал.
  - Значит, ты и меня таким образом с того света вытащил! - Восхищение и признательность читались в глазах О'Нилла. - Теперь я твой должник по гроб жизни.
  - Забудь!
  Кельвин хотел что-то ответить, но в этот момент дверь лазарета открылась, и внутрь вошел Анри.
  Доктор машинально бросил взгляд на монитор Жересса, остановился, затем медленно перевел глаза на Бартона.
  - Только не говорите мне, что снова лечили человека руками.
  - А если скажу? - Бартон не хотел больше ругаться с доктором, понимая, что обязан ему жизнью и даже стыдился своей несдержанности при последней встрече.
  Анри подошел ближе к койке, еще раз посмотрел на показатели и задумчиво потер подбородок.
  - Любопытно... Очень любопытно.
  - Что именно?
  - Когда в Тилсбери я вас собирал по частям, то установил нейросетевой модуль в область правого теменно-височного стыка и связал его с островковой корой. Он должен был компенсировать поврежденные сенсорные связи и помогать диагностическому блоку собирать информацию о состоянии вашего организма.
  - И?
  - И совершенно точно не должен был превратить вас в экстрасенса. И уж тем более не должен был позволять вам лечить чужие болезни через ладони.
  - Значит, опять что-то пошло не по плану?
  Анри посмотрел на него с укоризной.
  - Не могу сказать насчет плана, но в техническом описании модуля слова "чудотворец" точно не было. А чтобы определить, действительно ли именно мой имплант стал причиной ваших способностей, нужны серьезные исследования.
  - На что это ты намекаешь, док?
  - Я не намекаю. Я предлагаю вам принять участие в тестах, результаты которых могут произвести настоящий переворот в нейрохирургии, имплантологии, да и вообще во всей медицинской науке.
  Бартон лишь улыбнулся, затем по-приятельски хлопнул Анри по плечу, пожал левую руку Кельвину и со словами:
  - Не поминайте лихом! - отправился к вельботу, в котором его уже ожидала дочь.
  Марго, беззаботно болтавшая с Клио, при виде отца радостно улыбнулась. Ее собеседница запустила двигатель и, дождавшись, когда Билл займет место на носовой банке, ловко отвела вельбот от борта "Борея", направив его к берегу, где ожидала сигуурийская платформа.
  У платформы Бартона и Марго поджидал Дерзкий. Он со своими людьми только что вернулся из города альбиносов и едва успел выгрузить из трюма захваченное там добро.
  - Накрошил ты в тех пещерах тварей, однако! - обратился Корвин к Бартону, когда тот покинул шлюпку и подошел к летательному аппарату. - Как тебе такое удалось - ума не приложу! Их там почитай не одна сотня полегла, а на тебе ни царапины!
  - Типун тебе на язык, - сказала Марго.
  - Спасибо на добром слове, красавица! Наконец удосужилась заговорить со мной! - улыбнулся Дерзкий. - Никак уезжаешь?
  - Уезжаю, - девушка сложила руки на груди, чуть наклонила голову и приготовилась отбиваться от очередных назойливых предложений Корвина.
  Но тот лишь сказал:
  - Я буду тебя ждать, Маргарита!
  И заспешил по делам, хлопнув на прощание Бартона по плечу.
  - Глупо, Маркус! - крикнула вслед уходящему воздыхателю Марго и, перекинув через борт летательного аппарата свой увесистый рюкзак, забралась внутрь через откинутый боковой люк.
  Билл растерянно посмотрел вслед удаляющемуся Дерзкому и тоже полез на платформу.
  - Корвин мужественный и смелый офицер, герой последнего космического сражения на орбите Геры, - назидательно произнес он. - К тому же не лишен привлекательности. Любая бы за него пошла. А ты чего выделываешься?
  - Я уже говорила, что жду своего Мастера. И забудем эту тему, пожалуйста.
  При слове "Мастер" Бартон насторожился. На уровне подсознания он чувствовал какой-то негатив, связанный с этим словом, но чем он был вызван, объяснить себе не мог.
   Платформа тронулась. Марго встала рядом с Бартоном возле пульта управления, что представлял из себя прозрачную сферу. На ней лежала широкая ладонь отца. И Марго, поддавшись порыву, положила свою ладошку сверху, подставив зардевшееся лицо встречному потоку свежего воздуха.
  Ее длинные светло-русые волосы развевались по ветру, голубые глаза горели каким-то внутренним огнем. Марго напоминала прекрасную ведьму, летящую по небу в манящую неизвестность. Во всяком случае, именно такие ассоциации почему-то возникли у ее отца, который в это время управлял платформой, держа курс вглубь материка, к разбитому инопланетному кораблю.
  Бартон в ту минуту был счастлив как никогда и ему хотелось крикнуть: "Остановись, мгновение, ты прекрасно".
  Не в силах больше сдерживать переполнявшие его душу эмоции, он признался дочери:
  - Это лучший момент моей жизни.
  - Ты же не помнишь свою жизнь, - девушка даже не повернулась к отцу, продолжая наслаждаться полетом. - Значит, не можешь утверждать.
  - Могу, Маргарет, могу! Потому как чувствую, что нашел причину, ради которой следует продолжить свое существование в этом безумном мире.
  - Я тебя прошу! - Марго снисходительно улыбнулась. - Имидж сентиментального убийцы альбиносов тебе никак не идет. Лучше уж снова начни разводить цветы.
  - Всенепременно, дочь моя. Цветы - это гармония и красота. Без этих двух составляющих наша жизнь давно превратилась бы в жуткий хаос.
  - А ты философ, Бартон. Где только ты раньше был со своей философией?
  - Не помню, где был. И не хочу вспоминать. Не хочу жить прошлым. Сейчас меня интересует будущее.
  - А у тебя оно есть?
  Бартон посмотрел на нее и улыбнулся.
  - Теперь есть.
  Марго больше не хотела ничего говорить. Полет навстречу заходящему солнцу доставлял ей неописуемую радость. Девушка полностью абстрагировалась от реалий окружающего мира, очистила разум от ненужных переживаний и просто летела над землей навстречу неведомой жизни.
  На фоне ярко-красного диска заходящего солнца платформа выделялась особенно отчетливо. Ей вслед смотрели десятки глаз. Люди испытывали разные чувства, глядя, как парят над землей два счастливых человека, нашедшие друг друга в этой огромной вселенной.
  Дерзкий ощущал утрату. О'Нилл радовался за друзей. Мегера завидовала белой завистью. Багира корила себя, но никому бы в этом не призналась. Барбару улетающая платформа занимала куда меньше, чем приближавшаяся ночь и предвкушение встречи с возлюбленным. Ник тоже с нетерпением ждал той минуты, когда останется со своей женщиной наедине. Тем не менее на душе у него скребли кошки.
  Мальвина просто плакала и стояла на корме "Борея" до тех пор, пока летательный аппарат чужих не превратился в едва различимую точку и окончательно не растворился в наступивших сумерках.
  
  Постскриптум
  
  
  Кай Ровен узнал ее не сразу.
  Женщина, вошедшая в кабинет, мало напоминала ту беременную посетительницу, которая несколько месяцев назад сидела напротив него, положив ладонь на живот. Коротко остриженные волосы, темная куртка, облегающие брюки, высокие ботинки. Двигалась она теперь иначе - уверенно, будто нижние уровни Цереры давно перестали казаться ей чужими.
  Ровен отложил в сторону терминал.
  - А вы изменились, мисс.
  - Нашли?
  Ни приветствия, ни попытки поддержать разговор.
  Контрабандист усмехнулся.
  - Нашли вашего парня.
  Зои остановилась.
  На какую-то секунду ее уверенность исчезла.
  - Он жив?
  - Во всяком случае, был жив, когда наш аппарат поймал его сигнатуру.
  Ровен развернул к ней терминал.
  На экране появилось изображение Артура Гаррисона. Снятое с большого расстояния, зернистое, не слишком четкое - но Зои узнала его сразу.
  Она приблизилась к столу.
  - Вы связались с ним?
  - Ненадолго. Через его нейроимплант. Передали, кто его ищет, и дали возможность оставить сообщение.
  Ровен коснулся экрана.
  - Хотите услышать?
  Зои кивнула.
  В динамике раздался голос Гаррисона. Помехи съедали отдельные звуки, но слова оставались различимыми:
  - Зои, я жив. Не пытайся вытащить меня отсюда. Если действительно можешь помочь, нужны оружие, боеприпасы, медикаменты...
  Дальше следовал короткий перечень.
  Сообщение оборвалось.
  Зои еще несколько секунд смотрела на экран.
  - Это все?
  - Все, что успел передать.
  Она медленно опустилась в кресло.
  - Можно доставить ему то, что он просит?
  Ровен внимательно посмотрел на нее.
  - Вы хотите, чтобы я доставил на Землю оружие?
  - Да.
  - И боеприпасы?
  - Да.
  - И медикаменты?
  - Все, что он просит.
  Контрабандист откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы на животе.
  - Можно.
  Зои подняла глаза.
  - Правда?
  - Мисс, для нас нет ничего невозможного.
  Он сделал короткую паузу.
  - Бывает только слишком дорого.
  - Насколько дорого?
  Ровен назвал сумму.
  На этот раз Зои даже не попыталась торговаться.
  - Когда сможете отправить?
  Ровен приподнял бровь.
  - Сначала я бы спросил, есть ли у вас такие деньги.
  - Деньги будут.
  Контрабандист несколько секунд смотрел на нее, затем усмехнулся.
  - Вот теперь я точно вижу, что вы изменились.
  
  Часть 3. Побег.
  
  Глава 1.
  
  Зима выдалась в Озерном краю на редкость теплая и бесснежная. Лес слегка оголился, но не потерял своего зеленого окраса.
  Озера временами покрывались тонким ледком после ночных заморозков, но всякий раз оттаивали под действием дневной оттепели.
  Как-то поутру выпал снег. Он застал в лесу парочку весьма странных путников, отличных друг от друга в первую очередь размерами, а потом уже и всем остальным. Первый из лесных путешественников представлял собой свирепого с виду одноглазого двухметрового детину и был облачен в грубые одежды, пошитые из волчих шкур. Верзила мог бы запросто сойти за какого-нибудь доисторического варвара - гота или сакса. Вот только притороченная к спине трубка из гладкого блестящего металла с образом дикаря никоим образом не вязалась. Как не вязался компактный модуль связи: миниатюрный наушник в ухе и микрофон на воротнике меховой куртки.
  Гигант шел вразвалку и не торопился, чтобы не оторваться от своего спутника-маломерки. Коротышка имел настолько малый рост, что доставал верзиле лишь до колена. Он бежал вприпрыжку, держась за кожаный ремешок, свисающий с пояса большого человека. Одежда крохи также состояла из меха, но голова оставалась непокрытой и представляла собой лишенный растительности грушеобразный череп с постоянно двигающимися складками пупырчатой кожи, из которых временами появлялись то рот, то уши, скручивающиеся в причудливые формы.
  - Па-па! - сказал малыш своим свистящим голосом, заставив большого человека остановиться и посмотреть вниз.
  - Какой я тебе папа? - возмутился Циклоп. - Кто тебя такому слову научил?
  - Ченг, - коротко ответило существо.
  - Зови меня Сэм. Ясно?
  - Сэм, - повторил малыш. - Сэм - па-па. Па-па - Сэм.
  Циклоп лишь махнул рукой и продолжил путь в чащу леса, где с осени остались стоять увядшие заросли крапивы. Эту траву рвали для поддержания роста зеленой "брынзы", служившей основным источником пищи маленькому существу. Правда, коричневой "брынзой" малыша тоже время от времени баловали.
  - Вот тебе мешок, Сиг! За дело. - Циклоп кивнул в сторону крапивы.
  Существо, названное Сигом, тут же выхватило из рук человека мешок и, углубившись в заросли, принялось рвать крапиву. Но дело у малыша не спорилось: с такими темпами он мог провозиться до самого вечера.
  Гигант достал из-за голенища унта немалый тесак и тоже включился в работу. Не прошло и часа, как все взятые с собой мешки оказались забиты до отказа. С чувством выполненной работы Циклоп с Сигом двинулись в обратный путь - к ставшему им домом дредноуту, в котором, кроме них, обитали еще три затворника, а вернее будет сказать, два затворника и одна затворница. Причем последняя занимала весьма привилегированное положение домоправительницы.
  Марго вела хозяйство, ходила за скотиной, рукодельничала, стряпала, но помимо всего руководила отшельниками. В любой момент девушка могла взять в помощники первого попавшегося ей под руку обитателя звездолета, включая малыша Сига. И никто не вправе был ей отказать - даже вечно занятый своим железом Ченг. А тем более Бартон или Циклоп. Гигант, правда, иногда незлобиво ворчал, поминал ущемленные права мужского населения, вынужденного выполнять порой самую что ни на есть женскую работу. Но укоризненный взгляд голубых глаз Марго всякий раз заставлял бузотера прикусить язык.
  - Если твоему самолюбию претит подчиняться женщине - ты можешь уйти, - как-то сказала ему девушка. - Я тебя не держу.
  - И уйду, - пригрозил Циклоп. - Устроили здесь матриархат, понимаешь. Завтра же уйду.
  - То будет завтра, а сегодня иди, подои коз. Тем более что Сигу их молоко очень нравится.
  Упоминание о существе, три года назад появившемся на свет из утробы Циклопа, немного охладило пыл. Гигант, досадливо махнув рукой, пошел выполнять поручение девушки, которая крикнула вслед:
  - Загон козам уже пора подправить, а то и новый сделать. Рядом с зеленой кормушкой очень удобное место. Наша скотина ту инопланетную "брынзу" только так уплетает.
  На следующий день Циклоп, естественно, никуда не ушел, как не ушел и в последующие дни. Со временем бывший космический корсар смирился со своим положением подчиненного и с головой погряз в рутине хозяйственных дел. Заготовка кормов стала постоянной обязанностью Циклопа. Летом он собирал ягоды, грибы, орехи да коренья. Косил сено специально изготовленной Ченгом сенокосилкой. Добывал мед из диких ульев, а со временем сам организовал пасеку неподалеку от корабля. Зимой гигант промышлял зверя, ловил рыбу, скорняжничал и занимался другими нужными в большом хозяйстве работами.
  Рядом с Циклопом почти всегда кто-то находился - будь то друг Билл, малыш Сиги или неугомонный Ченг. Со всеми из них у Сэма были весьма теплые отношения. Да и Марго он любил как дочь. Только виду не показывал.
  В тот день они с Сигом принесли крапиву и загрузили ее в бассейн с зеленой "брынзой". Отпустив малыша побегать по звездолету, Циклоп направился к Ченгу: надо было помочь отремонтировать систему поддержания микроклимата в одной из оранжерей, где произрастали овощи, фрукты, а еще был разбит небольшой цветник Бартона. Но до конца завершить ремонтные работы им так и не удалось: в гости к затворникам пожаловал Дерзкий, о чем и сообщил, выйдя на связь по общему каналу.
  Дерзкий прилетел на восстановленной сигуурийской платформе, которую Ченг несколько лет назад передал в дар колонии. Он был гладко выбрит, подтянут, одет в свой, хотя и старый, но все еще ладно сидящий капитанский камзол.
  Увидев Маргариту, облаченную в простое домотканое платье, Корвин не смог скрыть эмоций.
  - Ты чертовски похорошела за эти годы, - сказал он, когда все обитатели звездолета, за исключением Сига, собрались снаружи дредноута - у входного шлюза.
  Девушка ничего не ответила, приняв свою любимую позу со скрещенными на груди руками.
  - Я прилетел попрощаться и обговорить кое-какие хозяйственные вопросы, - продолжил Дерзкий.
  - Что значит - попрощаться? - вдруг спросила Марго. - Насколько я знаю, ты вроде как губернатор Озерного Града и при дворе обитаешь.
  - Я просил королеву отправить меня в подземный город. Туда сейчас снаряжается экспедиция.
  - С какой целью? - продолжала допрос Марго.
  - У нас появилась небольшая проблема - колонию терроризируют люди Гаррисона.
  - Гаррисон! - воскликнул Циклоп. - Да это тот самый кретин, которого мы пленили еще при первой стычке с дикарями.
  - Он самый, - кивнул Корвин. - Около года назад Гаррисону дали свободу, на чем давно настаивал ваш механик...
  - Ну, знаешь, - перебил Дерзкого Ченг. - Он все-таки был моим сослуживцем на станции. Ты вон за своих парней тоже горой стоишь.
  - Стою горой, - кивнул Дерзкий. - Только все мои ребята королеве служат, а твой сослуживец подался в леса и сколотил довольно мощную банду. Теперь его люди захватили обнаруженные Бартоном пещеры. Укрепились в них и начали совершать набеги на Озерный Град. На поверку оказалось, что под землей на сотни миль тянется разветвленная сеть естественных пещер и старых рукотворных проходов. Нам пока не удается выкурить бандитов из их логова. Безухий Воин со своей армией терпит поражение за поражением.
  - Вот и пусть воюет. Тебя-то куда понесло, Маркус? Ты же не пехотинец, ты - астронавт. - В голосе Марго прозвучали тревожные нотки.
  - Очень интересно! - ухмыльнулся Корвин. - С каких это пор ты стала проявлять заботу о моей скромной персоне?
  - Запечатайте Гаррисона в подземелье, и дело с концом, - раздраженно сказал механик.
  - Не все так просто. Королева планирует поход в Северные Альпы. Прямой путь перекрывает сильно зараженная зона. А через сеть пещер можно пройти под ней и выйти уже с другой стороны.
  - А на кой черт сдались вам Альпы? - не унимался Ченг.
  - Этой весной будет уже четыре года, как на мостике "Борея" ты, механик, говорил совсем другие вещи, - произнес Дерзкий. - Напомнить?
  - Я помню, не стоит, - ответил Ченг.
  - Тогда зачем все эти вопросы, когда ты сам заронил зерно великодержавия, сказав, что с оружием сигуурийцев мы покорим весь мир? Не пора ли ответить за свои слова, механик?
  - Что за предъява, приятель? - вопросил хранивший молчание до сего момента Бартон.
  - Все правильно, Билл! За свои слова надо отвечать. И я отвечу. Слушай же, командир. - Ченг недобро улыбнулся, глядя прямо в глаза Корвина. - Беда королевы в том, что ее окружают недалекие люди. Недалекие - не в том смысле, что глупые, а в том, что совершенно не умеют представить, как следует вести экспансию в условиях зараженной Земли.
  - Ну а ты, естественно, знаешь!
  - Во всяком случае, имею некое представление.
  - А у нас что не так - просвети?
  - Приведу пример. Лейтенант Шиллер...
  - Генерал! Генерал Шиллер, - перебил своего собеседника Дерзкий и, предвидя, о ком будет идти речь, добавил: - А Жересс на сегодня - адмирал! Это вам для информации.
  - Замечательно! - Ченг воспринял новости и продолжил: - Итак, генерал Шиллер с адмиралом Жерессом, имея при себе излучатель, довольно-таки мощное оружие, чуть не погибли в скандинавских пещерах. Тем не менее горький опыт прошлых ошибок их ничему не научил, и они готовы вести в подземелья несведущих людей, лишь бы удовлетворить похоть своих женщин.
  - Багира уже давно от дел отошла, ее похоть Жересс иным способом удовлетворяет. - Дерзкий посмотрел на Марго, которая при его последних словах потупила глаза. - К тому же Безухий Воин на сей момент уже не в фаворе, так что женщины здесь ни при чем. И ты, механик, морали мне не читай, а выкладывай конкретные предложения.
  - Предложений у меня достаточно много. Но в первую очередь следует усвоить основную тенденцию развития нашей маленькой державы. Я имею в виду техническое обеспечение во всех направлениях - будь то военная сфера или гражданское строительство. - Ченг сел на своего любимого конька. - Более года назад мы подвели к городу линию электропередачи. Энергия от реактора инопланетного звездолета стала доступна людям. Результат не замедлил сказаться - произошел резкий скачок производства. За короткое время Озерный Град стал самым благоустроенным местом жительства на всей Земле. Вот наглядный пример технического прогресса в мирном секторе. О военных операциях я уже не говорю. Стоит лишь вспомнить поход "Борея" к Меловому Берегу. Корабль поставил всю Британию на колени лишь одним своим видом. Багире можно было даже не жечь эти жалкие села рейдеров. Дикари и так бы принесли голову Бешеного Волка ей на блюде.
  - Давай конкретнее.
  - Если не удается взять наскоком, нужно выкурить бандитов из пещер, - предложил Ченг. - Другое дело, что газа понадобится много. Мне потребуется неделя, чтобы отремонтировать установку для производства аммиачной смеси.
  - Через неделю меня уже здесь не будет, - произнес Дерзкий. - Дело решенное - я назначен управляющим Альпами от имени королевы Озерного края. На днях мы выдвигаемся к пещерам и начинаем прорыв.
  - Ну что тут поделаешь, - тяжко вздохнул Ченг. - Естественно, меня теперь никто слушать не станет. Но я со своими советами тоже навязываться не собираюсь: благими намерениями вымощена дорога - всем известно куда.
  - Мудрое решение, - заметил Корвин. - Оставим ненужные споры. Я прибыл, чтобы просить вас выделить нам трубки сигуурийцев. Банда Гаррисона хорошо вооружена.
  - Откуда у них оружие? - поинтересовался Бартон.
  - Понятия не имею, - пожал плечами Дерзкий.
  - Сколько трубок вам надо? - спросил Ченг.
  - В поход пойдет две сотни бойцов. У нас около двадцати трубок. Остальное оружие примитивное.
  - Могу выделить лишь десяток излучателей гномов.
  - И на том спасибо.
  - Кто городом теперь управлять будет? - поинтересовался Бартон.
  - Ван Гуллит стал губернатором, - ответил Дерзкий. - Его жена Клио передавала вам привет.
  - Как она? - спросила Марго.
  - На сносях.
  - Опять? - девушка удивленно уставилась на своего собеседника. - Это уже второй будет. Они там что, совсем рехнулись на почве деторождения?
  - Дело молодое, - вздохнул Дерзкий. - Тем паче есть с кого пример брать. Ваша главная амазонка сама превратилась в машину по производству маленьких Жерессов. Да и королева недавно девочку родила.
  - А близняшки мои как поживают? - поинтересовался Ченг.
  - У них все нормально. Они со своими кавалерами на корабле живут. Парни головастые попались - в технике здорово волокут, да и в оружии знают толк. Один из них банковские сети взламывал. Другой угоном космических кораблей промышлял.
  - А Сабрина? - поинтересовался Бартон.
  - У нее тоже все нормально, ее альбиносику уже четвертый год пошел.
  Во взгляде Корвина стала прослеживаться некая безысходность: пора было говорить основную новость, ради которой он и совершил свой дальний вояж.
  - В общем, все амазонки нашли себе вторую половину, лишь Маргарита до сего дня без мужчины оставалась.
  - Что значит - до сего дня? - Марго недоумевала.
  - Приплыл твой капитан Грей, - вздохнул Дерзкий. - На корабле под алыми парусами.
  - Такими вещами не шутят, приятель! - произнес Бартон.
  - Упаси меня боже шутить.
  - Рассказывай, - повелела Корвину побледневшая девушка.
  Тот снова вздохнул и начал рассказ:
  - На днях с Карибского архипелага пришел к нам старый парусник. На нем один человек. Этого парня, несмотря на все его просьбы высадить к нам, отправили этапом на Карибы. Но он не смирился. Угнал парусник. Совершил на нем побег. Причем угнал его у самого зажиточного тамошнего жителя, который именовал себя не иначе как Королем Карибских Островов. До нас добирался чуть ли не два месяца. То и понятно: зима, шторма, плюс зараженную зону нужно было обогнуть, а это немалый крюк, я вам скажу. Ума не приложу, как он вообще на этой посудине пересек океан. На ней, разве что, между островами ходить, в открытое море мог сунуться только сумасшедший. Еще непонятно, чем он все это время питался. Тем не менее как-то доплыл. И первый вопрос ступившего на нашу землю незнакомца был о Марго Цэр. Королева приняла путешественника в своем дворце. Благосклонно выслушала. Но прежде, чем открыть вновь прибывшему Ромео местоположение его Джульетты, пожелала удостовериться, захочет ли невеста принять своего жениха. Поэтому меня к вам и отправили.
  - Его имя? - жестко спросила девушка.
  - Незнакомец назвался Маратом.
  - Это он, - выдохнула Марго и, чтобы притушить головокружение, прикрыла глаза.
  - Я в этой истории одного не могу понять, - Бартон задумчиво почесал подбородок. - Откуда тот парень узнал, где именно следует искать Марго?
  - Я оставила ему сообщение в сети через терминал "Медузы", - произнесла все еще бледная девушка.
  - Кто он такой, черт его дери? - пробасил Циклоп. - Сбежать на корыте карибского царька. Да еще два месяца болтаться на нем посреди штормующего моря - это, я вам скажу, не каждому под силу.
  - Он служил в каком-то элитном, особо секретном подразделении, - сказала девушка. - Какого рода подразделение, я не знаю.
  - Мастер! - Билл хлопнул себя по лбу. - Вот я и вспомнил: Мастерами называли полулюдей, созданных для войны на планетах, малопригодных для человека.
  - Что значит полулюдей? - вопросил Циклоп, заметив, как еще больше побледнела девушка. - Не знаешь толком - не говори. Наслушаются баек, потом других пугают.
  - Ты не обратил внимания на правый глаз пришельца? - поинтересовался у Дерзкого Ченг.
  - Марат этот был в темных очках.
  - Что, и с королевой говорил в очках? - не унимался Ченг.
  - Не знаю, - огрызнулся Дерзкий, явно не понимая, при чем тут глаза.
  Видя его недоумение, Ченг попытался разъяснить:
  - Если пришелец - Мастер, у него должен отсутствовать правый глаз. Их нейробиологический имплант настолько глубоко интегрирован в мозг, что удалить его возможно лишь через глаз.
  - А зачем удалять тот имплант? - поинтересовался Бартон, весьма подозрительно глядя на черную перевязь, закрывающую пустую глазницу Циклопа.
  - Долго объяснять, - ответил Ченг. - Имплант выполняет огромное количество функций. Влияет на точность стрельбы. Улучшает реакцию. Служит своеобразным анализатором тех или иных ситуаций. Позволяет с первого взгляда определять дистанцию, размеры и дает еще кучу всякой информации. Но собратья по оружию легко могут вычислить Мастера по его импланту. У них не принято покидать подразделение, во всяком случае живым. И эти же собратья могут навязывать свою волю посредством все того же импланта. Поэтому, чтобы обрести независимость и оградить свой мозг от проникновения извне, беглый Мастер в первую очередь должен избавиться от своего импланта. А для этого приходится жертвовать глазом.
  - У Марата оба глаза всегда были на месте, - заметила Марго.
  - Всегда - это когда? - спросил Ченг, но ответа не получил.
  - Чем еще Мастера отличаются от простого человека, кроме встроенного импланта? - Бартон понимал, что сейчас решается судьба его дочери, и хотел расставить все точки над i.
  - Мастер - это продукт генной инженерии, - не переставал удивлять своими познаниями Ченг. - Причем весьма совершенный. Его организм способен выдерживать такое, от чего обычный человек давно бы умер. Наш друг Циклоп больше недели обходился почти без воды и пригодного для дыхания воздуха и, как видите, остался жив.
  - Добавь еще, что разряд молнии меня не взял, - улыбнулся гигант. - Это уже заслуга лепил, которые мое тело после рождения совершенствовали.
  - И ты тоже - мутант?! - В глазах Марго читался ужас.
  - Я - человек и всегда себя таковым считал. Хотя и созревал в банке со специальным раствором. - Циклоп с теплотой посмотрел на Марго. - Ты не бойся нас, девочка, ничто человеческое нам не чуждо. В том числе и чувства к женщине. Твой парень отыскал тебя на краю Вселенной, отказался от своего прошлого, добровольно пошел на каторгу, а это дорогого стоит.
  - Как у вас, ребята, обстоят дела с потомством? - не унимался Бартон.
  - Увы, дружище! - Циклоп развел руками. - Природа не прощает экспериментов над своими созданиями. Мастера бесплодны.
  После последней фразы девушка уже была не в силах держать в себе переполнявшие ее эмоции и разревелась, уткнувшись в плечо отца. А тот, заботливо обняв ее одной рукой, обратился к Дерзкому, указывая головой на дочь:
  - Видишь, какое дело, приятель. Так что ты не обессудь. Скажи Марату, что нам нужно время подумать.
  - Ясное дело, скажу, - пожал плечами Дерзкий.
  Корвин чувствовал себя явно не в своей тарелке и не придумал ничего лучшего, чем направиться к своей платформе, но был остановлен возгласом Ченга:
  - Пойдем, поможешь принести оружие.
  Дерзкий проследовал за механиком в один из отсеков дредноута, где размещался арсенал.
  Настроение у Корвина было довольно паскудным, а тут еще Ченг снова полез в душу.
  - Я так понимаю, ты сам напросился в эту экспедицию? - спросил механик, загружая на самоходную тележку трубки гномов.
  - Какая разница?
  - Разницы никакой. Только за свою женщину надо бороться до конца.
  - Тебе-то что за дело?
  Ченг одарил собеседника проницательным взглядом, в котором уже не было давней неприязни, но чувствовалось искреннее участие. На Корвина смотрел пожилой человек, так и не нашедший в жизни свою вторую половину.
  Наконец вернулись к платформе и загрузили на нее оружие. Все отшельники уже куда-то подевались, и Дерзкого провожал один лишь Ченг.
  - Надеюсь... - начал было механик.
  - Я умею держать язык за зубами - не волнуйся, - зло перебил его Дерзкий. - Кстати, маленького инопланетянина могли бы от меня не прятать - я о нем давно знаю.
  - Каким это образом ты узнал?
  - По роду своей деятельности мне приходится постоянно рассылать разведчиков и дозорных. Один из них случайно нарвался в лесу на Циклопа и его маленького друга.
  - Случайно, говоришь.
  - Я не шпионю, поверь, - огрызнулся Дерзкий. - А вот с орбиты за вами наверняка наблюдают.
  - С орбиты, может, и наблюдают, но Сига им не разглядеть. А разведывательные дроны "Медузы" мы замечаем заранее и на это время прячем малыша.
  - Откуда он у вас взялся? Почему не убьете его?
  - Друзей не убивают и не предают, - сказал Ченг и отправился прочь.
  - Один - инопланетянин. Другой - мутант. Третий - беспамятный экстрасенс. А четвертый - помешанный на своем железе механик. Весьма подходящее окружение для красивой девушки, давшей обет верности еще одному ненормальному, - Дерзкий озвучил крутившуюся в голове мысль вслух, но где-то в глубине души осознавал, что сам мечтает стать частью этой странной компании.
  Он поднял платформу над лесом и, последний раз бросив взгляд в сторону дредноута, взял курс на Озерный Град.
  Улетая восвояси, Дерзкий терзал себя сомнениями. Наверное, ему стоило остаться с девушкой. Дождаться ее окончательного решения. Но дела государства не терпели промедления, тем паче что Корвин сам вызвался принять участие в предстоящей операции. Завтра он покинет край озер и, вполне возможно, уже никогда сюда не вернется.
  
  Глава 2.
  
  Предчувствия обманули Корвина. Поход в Северные Альпы через пещеры пришлось на время отложить: дальнейшие события показали полную зависимость каторжан от своего грозного орбитального надзирателя и обнажили всю слабость поселенцев - их неспособность защитить себя от посягательств из космоса.
  Пока Дерзкий гостил у затворников, Крикси вышел на связь с Жерессом и предложил встретиться в виртуальном мире. Нику тоже разрешили присутствовать при разговоре.
  Сошлись в знакомом для всех месте - у костра, что горел посреди лагеря наемников из Пепельного мира. Гомез и компания обрадовались новой встрече с крутым рубакой Леоном, которого уже не чаяли увидеть. Ника узнали, правда, особой радости не выказали. На Крикси же просто никто не обратил внимания.
  Полковник сухо поздоровался со своими бывшими подчиненными и сразу перешел к делу:
  - К "Медузе" будут смонтированы еще два больших модуля и шлюзовые доки для пассажирских кораблей.
  - Неужели Землю решили заселить нормальными колонистами? - поинтересовался Ник.
  - К сожалению, нет! Тут другое дело, - принялся объяснять Крикси. - Наша планета становится туристической меккой. Да, да! Вы не ослышались... Оказывается, во Вселенной довольно-таки много толстосумов, желающих посетить колыбель человечества. Побродить по ее зараженным зонам. Осмотреть разрушенные города. Пролететь по местам гибели инопланетных и земных звездолетов.
  То, что Крикси взволнован, было видно невооруженным глазом.
  - Спрос рождает предложение, как сказал один древний экономист, - продолжил свой спич полковник. - Нашлись некие предприимчивые люди, организовали компанию "Экстремал-тур", или что-то типа этого, и решили создать на орбите Земли туристический комплекс... Под это дело появилось акционерное общество... Главными учредителями стали руководители программы реабилитации планеты... Все достаточно быстро завертелось. И вот вам результат - транспорт, загруженный модулями комплекса, уже в Солнечной системе. В ближайшие дни он должен пристыковаться к "Медузе". На борту вместе с монтажниками и обслуживающим персоналом находится батальон десантников. Эти парни призваны охранять потенциальных туристов, поэтому будут подчиняться напрямую Тимбервуду. С недавнего времени он руководит новым проектом и отвечает в том числе за его безопасность. В этом вопросе он наделен практически неограниченными полномочиями. Ради такого случая его даже повысили в звании. Я как начальник станции нахожусь в непосредственном подчинении контр-адмирала Тимбервуда-младшего...
  Крикси сделал паузу и произнес с нескрываемым сарказмом:
  - Буквально только что вышел первый приказ Тимбервуда - уничтожить "Борей" как потенциально опасный для орбитального комплекса объект.
  - Скотина! - воскликнул Ник. - Ну какая же скотина этот ваш Тимбервуд.
  - Он не мой, смею заметить.
  - И что - вы будете стрелять? - спросил Жересс.
  - Я обязан выполнить приказ, - ответил Крикси. - Если не я, то тот же Земескис с удовольствием сядет за фотонную пушку. Только боюсь, что этот человек меры не знает и заодно сожжет весь ваш недавно отстроенный городок.
  После этих слов напускная невозмутимость Жересса исчезла. Его лицо приобрело землистый оттенок.
  - Спасибо, что предупредили, Фрэнк. Сколько у нас времени?
  - Приблизительно через полтора часа "Медуза" выйдет на точку атаки. К этому моменту реактор должен быть заглушен. В противном случае мы получим еще один зараженный участок.
  - А по дредноуту не было приказа стрелять? - поинтересовался Ник.
  - Он, как ни странно, привлекает организаторов проекта своим инопланетным колоритом. Они считают его потенциальным объектом паломничества туристов. Поэтому разрабатывается войсковая операция по захвату звездолета чужих. Предупредите Ченга и остальных: за ними теперь пристально наблюдают.
  - Да, конечно, - кивнул молодой человек.
  - И это... Жересс... - Крикси многозначительно помолчал и посмотрел на своего собеседника. - Надеюсь, все пройдет без глупостей.
  - Само собой, полковник. - Жересс вспомнил, как четыре года назад грозил сбить "Медузу", и немного устыдился той своей несдержанности.
  На этом расстались. Крикси отключился, оказавшись в своей каюте на орбитальной станции, а Жересс с Ником вернулись на мостик "Борея", откуда выходили в сеть.
  Время поджимало. Надо было срочно организовать эвакуацию экипажа, собрать оружие и самые необходимые вещи. Жересс сыграл общесудовую тревогу и приказал всем покинуть корабль. Близняшки получили персональное распоряжение - заглушить реактор и сделать все, чтобы предотвратить радиационное загрязнение близлежащей акватории.
  Около двадцати обитателей "Борея" спешно собирали свой скарб и грузились на вельбот, которому предстояло совершить четыре рейса, чтобы доставить всех членов экипажа на берег. За отведенное время с судна вывезли не только людей с пожитками, но и медицинскую аппаратуру, слесарный инструмент и даже электронную начинку бортового компьютера.
  Близняшки успели заглушить реактор и доложили об этом Жерессу.
  Он последним покинул корабль. Нарочито медленно, презрев мелочную сутолоку, спустился в вельбот по штормтрапу. Постоял минуту, обозревая оставленный "Борей". Наконец дал отмашку сидевшей у руля Клио, разрешая отчаливать.
  Почти все население Озерного Града высыпало на берег и наблюдало, как завершающий эвакуацию вельбот с Жерессом на борту отошел от корабля и взял курс к плавучему причалу города.
  "Борей" сиротливо стоял на внутреннем рейде. Ветер начал разворачивать его носом в сторону берега. Судно слегка закачалось, будто прощаясь с экипажем, и в этот момент несколько зарядов, выпущенных из фотонных пушек "Медузы", сверкнули яркими штрихами из-за туч. Они ударили сверху под острым углом и прошили носовую часть, вскрыв один за другим передние водонепроницаемые отсеки.
  Корабль клюнул вперед, задрал корму и стремительно пошел вниз, оставляя за собой большую воронку.
  Когда свинцовые воды озера сомкнулись над ним, он еще долго напоминал о себе, посылая на поверхность воздушные пузыри.
  Многие амазонки, наблюдавшие гибель своего первого земного дома, плакали. Багира тоже оказалась в их числе. Она стояла, держа годовалого сына, и ничуть не стеснялась катящихся по щекам слез.
  За подол ее широкой юбки держалась старшая дочь Ирен. Трехлетней девочке было немного не по себе от большого скопления народа, и она испуганно прижалась к матери. Но при виде отца, высаживающегося на берег из подошедшего вельбота, малышка радостно залепетала, указывая в его сторону пухлой ручкой. Жересс заметил дочку и, подойдя к ней, бережно взял девочку на руки. Обнял заплаканную жену и повел семейство к своему стоявшему неподалеку домику - небольшому, но уютному.
  Настроение у Жересса было настолько поганым, насколько может быть поганым настроение капитана, только что потерявшего свой корабль. Естественно, он, как всегда, молчал и не выказывал эмоций, но Багира знала, какие страсти бушуют у ее мужа внутри, поэтому не лезла с лишними расспросами.
  За последние годы Амара научилась быть примерной супругой, превратившись в достаточно покладистую для своего мужчины женщину. Но только с ним. Остальные представители сильного пола видели в Багире все такую же стервозную и склочную бабенку, каковой она была, когда прибыла на Землю. Своих бывших подчиненных она тоже особо не привечала, поэтому подругами так и не обзавелась. На королеву она больше не оказывала прежнего влияния: с рождением первого ребенка главная амазонка отошла от дел и занялась домом.
  Да и Барбара больше не нуждалась в услугах своей телохранительницы, поскольку через год после прибытия на Землю при королеве появился старый соратник отца, верный пес графа Орлова - Ганс Фарад. Этот человек поклялся у смертного одра своего хозяина позаботиться о его дочери. И выполнил обещание - добровольно пошел этапом, разыскал Барбару и, пренебрегая ее пожеланиями, возглавил личную охрану королевы Озерного края. При этом отобрал под свое начало самых отъявленных головорезов, которые, как ни странно, беспрекословно слушались Фарада и держали порядок во всем маленьком государстве, не допуская беспредела среди ссыльных поселенцев.
  Фарад одновременно занимал негласный пост главы тайной полиции и слыл этаким серым кардиналом. Все приближенные королевы, прежде чем занять сколько-нибудь важную должность, проходили у него тщательную проверку. Именно с его подачи при дворе появился управляющий - им стал один известный в определенных кругах экономист. Затем нашли мажордома и прислугу. Для наследника Ганс тщательно отобрал гувернантку и учителей. Архитектор, создававший хоромы достаточно скромного дворца, тоже прошел отбор.
  Перемены коснулись всех. Из старой гвардии при дворе остались лишь Дерзкий да Ник. Последний командовал вооруженными силами Озерного края. Кроме того, Безухий Воин был отцом младшей дочери королевы и до недавних пор был фаворитом ее величества. Вот только это место ему пришлось уступить более пригожему и утонченному кавалеру, коим явился некий Риккардо де Альмейра - молодой офицер, сосланный на каторгу по навету завистников. Во всяком случае, так принято было считать.
  К разрыву привели постоянные отлучки Ника: неугомонная тяга к приключениям заставляла его совершать всевозможные походы во главе своей небольшой, но хорошо вооруженной армии. Многие его вылазки завершались успехом, и за Безухим Воином закрепилась слава удачливого полководца. Но место в королевской постели оказалось навсегда утрачено, поскольку чувственная натура Барбары не могла долго находиться без мужского внимания.
  Ник тяжело пережил измену своей возлюбленной. Он даже подумывал вызвать нового придворного франта на поединок, но минутный порыв ненависти к де Альмейре придушило осознание того, что былых отношений уже не вернуть. Даже если нынешний избранник Барбары погибнет, на смену ему придет другой - свято место пусто не бывает.
  Чтобы как-то приглушить боль утраты, Ник с головой ушел в службу. Но и здесь коса нашла на камень. Его армия потерпела несколько поражений подряд от засевших в пещерах бандитов. Давно задуманный поход в Альпы, который планировалось совершить через подземелье, оказался под угрозой. Неудачи больно задели самолюбие молодого генерала, а заодно подпортили его репутацию при дворе. Ник был на грани отчаяния. Неожиданно на помощь пришел не кто иной, как Ганс Фарад.
  Начальник охраны предложил Нику сотрудничество, но цена была высока: прежде всего ему предстояло прослыть предателем. В тот момент Ник к такому еще не был готов и сразу согласия не дал.
  Тем временем с Карибских островов в Озерный Град прибыл Марат. Этот довольно загадочный человек разыскивал Марго. После его появления Дерзкий упросил королеву снять его с должности губернатора и назначить управляющим в Альпах. Подготовку к экспедиции ускорили, но тут последовал удар по "Борею" из космоса.
  Как только корабль ушел на дно, Безухий Воин отправился к начальнику охраны с докладом о беседе с Крикси.
  Фарад принял его в новом дворце - в личной канцелярии.
  Гнетущая атмосфера темного кабинета не располагала к душевному разговору. Ник сел напротив своего тучного собеседника и подробно рассказал о последних событиях.
  Когда он закончил, несколько секунд было слышно лишь хриплое посвистывание в груди Фарада.
  - Как насчет нашего плана действий? - наконец спросил начальник охраны.
  - Я в деле, - кивнул Ник.
  - Вот и славно, - прохрипел Фарад и ненадолго задумался. Затем вновь обратился к Нику:
  - Желательно бы напоследок устроить какой-нибудь малозначительный скандальчик. Сыграть обиженного любовника, к примеру.
  - Я не актер, смею заметить.
  - Вам и не надо быть актером. То, что вы глубоко страдаете, написано у вас на лбу.
  - А нельзя ли просто дезертировать? Зачем устраивать весь этот водевиль?
  - Вас должны арестовать. Дальше - побег и прямая дорога к Гаррисону. Нужна правдоподобная картина предательства: у бандитов наверняка имеются уши в Озерном Граде.
  - Стало быть, они уже знают, что "Борей" вместе со всеми своими радарами и боевыми комплексами покоится на дне.
  - Совершенно верно. - Заплывшие глаза Фарада неприятно буравили Ника. - Город остался без прикрытия. Нам следует ожидать нападения.
  - Медлить нельзя, - согласился Ник. - Но как же быть с отшельниками?
  - А что не так с отшельниками?
  - Дредноут скоро попытаются захватить. Я просто обязан предупредить Ченга и остальных. По связи такое передавать нельзя - эфир наверняка слушают.
  Фарад не ответил. По всему видать, ему не было никакого дела до этой компании. Нику пришлось напомнить:
  - Он снабжает город электричеством и оружием. Там живут близкие мне люди.
  - Я пошлю на выселки человека, - пообещал начальник охраны.
  - Пусть это будет Жересс.
  - Я как-нибудь сам решу, кто это будет, - раздраженно произнес Фарад. - К слову, на дредноут направился некий Марат. Сей господин наплевал на запрет королевы и ушел искать свою даму сердца.
  - Амурные дела меня не касаются.
  - Хорошо, если бы дела были только амурными.
  - Никак вы его в чем-то подозреваете?
  - Подозревать - это моя непосредственная обязанность, - ворчливо проговорил Фарад. - Я порой сам себя подозреваю. Но есть еще чутье сторожевого пса.
  - Я не вправе подвергать сомнению чутье сторожевого пса. Но надеюсь, что в мое отсутствие вы не бросите обитателей дредноута на произвол судьбы.
  - Обещаю, - нехотя согласился Фарад.
  - Я рад. Ваше слово, как известно, тверже камня.
  - Лесть сейчас неуместна, молодой человек, - спокойно сказал начальник охраны. - Давайте уже начинать игру.
  - Давайте! - легко согласился Ник.
  Какое-то время обговаривали детали предстоящего дела, после чего удовлетворенный Фарад отпустил Ника.
  В тот же вечер Ник испросил аудиенции у королевы. Барбара приняла его в небольшом тронном зале, где, кроме нее, присутствовали приближенные, включая нового фаворита. После недавних событий настроение у всех было подавленным, но паники не было. Ник счел это хорошим знаком и без обиняков перешел к цели своего визита.
  - Я бы хотел просить вас об отставке, ваше величество! - сказал Ник, глядя прямо в милые сердцу зеленые глаза.
  - Бежите с тонущего корабля, генерал? - поинтересовался де Альмейра.
  - Я разговариваю не с вами, сеньор выскочка! - Ник даже не посмотрел в сторону соперника. - А вашу последнюю фразу считаю обвинением в трусости и, естественно, требую сатисфакции.
  - Ник! - вскричала Барбара. - Когда ты прекратишь свои мальчишеские выходки? Обещай мне сейчас же, что не будешь драться с Риккардо.
  - Отчего же, моя королева! - ухмыльнулся де Альмейра. - Малыш Ники хочет получить удовлетворение, и я его удовлетворю.
  - Убь-ю-ю су-у-ку! - дико заорал Безухий Воин, доставая свой импульсный излучатель.
  В зале поднялся нешуточный переполох. Придворные с криками и визгами бросились врассыпную, опрокидывая мебель, а де Альмейра, коему и предназначалась угроза, картинно закрыл Барбару грудью, тем самым поставив ее на линию огня. Выстрелить Нику так и не удалось: его быстро скрутили набежавшие люди Фарада и без лишних слов отвели в подвал дворца, где посадили под замок.
  Весть о покушении на королеву тотчас разлетелась по городу и дошла до Дерзкого. Он только прилетел с выселок и находился в новых казармах, где выгружал привезенное на платформе оружие. Дерзкий просто отказывался верить своим ушам, когда ему сообщили, что Безухий Воин пытался застрелить ее величество. Однако вскоре из дворца пришло уведомление о назначении Маркуса Корвина командующим сухопутными войсками Озерного края.
  
  Глава 3.
  
  На следующее утро заключенного Ника Шиллера осмотрел придворный доктор Анри. Он сообщил ее величеству, что Безухий Воин находится в здравом уме и доброй памяти, а случившееся можно объяснить нервным срывом, вызванным сильными душевными переживаниями.
  Барбара сама находилась на грани истерики и почти не участвовала в разговоре. Зато стоявший рядом де Альмейра разразился гневной тирадой.
  - Такому гнусному поступку не может быть оправдания, - зло произнес фаворит, глядя прямо в глаза Анри. - Этот, с позволения сказать, господин поднял руку на ту, которой поклялся служить верой и правдой. Шиллер - клятвопреступник и должен понести наказание за свое преступление. Повесить мерзавца!
  - Смею напомнить, что Ник - отец дочери ее величества, - неожиданно ляпнул Анри и сам удивился своей бестактности. - К тому же он уверяет, что собирался поджарить именно вас, Риккардо. А королеву под удар поставили уже вы.
  - Я защищал любимую женщину! - выкрикнул де Альмейра.
  - Выстрел прошил бы вас насквозь и поразил Барбару, стоявшую у вас за спиной. Вот почему Безухий Воин не стал стрелять.
  - На что ты намекаешь, пидор? - де Альмейра выхватил дуэльный клинок и был готов пронзить обнаглевшего доктора, но тут прозвучал властный голос Фарада, подействовавший на вспыльчивого фаворита как холодный душ.
  - Прекратить! - гаркнул начальник охраны. - Возьмите себя в руки, сударь. Не уподобляйтесь Шиллеру.
  Де Альмейра убрал свой дуэльный клинок, но его взгляд ясно давал понять, что Анри дорого заплатит за свою дерзость. Ходили слухи, что у нынешнего фаворита есть верные люди в городе, готовые исполнить любое его поручение, в том числе самое грязное. Теперь доктору оставалось лишь проклинать собственную несдержанность.
  Обескураженный Анри покинул дворец и побрел, не разбирая дороги. Его гложила обида: столько лет он бескорыстно помогал людям, но так и не нашел среди них понимания. У него не было ни друзей, ни покровителей, способных защитить. Здравый смысл подсказывал: из города надо исчезнуть.
  От тяжких размышлений Анри отвлек посыльный Фарада с приглашением на приватную беседу. Подобные приглашения нельзя было игнорировать, и Анри повернул обратно во дворец.
  Фарад принял гостя все в том же кабинете, где еще накануне беседовал с Безухим Воином. Несколько секунд молча изучал собеседника. Затем произнес:
  - Ох уж эти ваши благородные штучки... Вы хоть понимаете, что нажили смертного врага?
  - Понимаю, - хмуро кивнул доктор.
  - И что думаете делать?
  - Не знаю, - честно признался Анри.
  - Не желаете ли поработать на меня?
  - Даже если вы предложите мне протекцию, я не собираюсь ни за кем шпионить. - Доктор чувствовал себя неуютно под пристальным взглядом Фарада, но самообладания не терял.
  - Зачем же сразу шпионить? У меня есть для вас поручение иного рода. Нужно передать кое-какую информацию Ченгу.
  - У вас что, посыльных нет?
  - Посыльные у меня есть. Просто я хочу спасти вам жизнь. После сегодняшней сцены де Альмейра вас так просто не оставит. Уж поверьте на слово - я знаю, о чем говорю.
  - А при чем тут обитатели дредноута?
  - Люди на выселках, насколько мне известно, в защите вам не откажут.
  - Возможно, - неуверенно согласился Анри, вспомнив, что у них с Бартоном не раз возникали разногласия из-за странной манеры беспамятного наемника лечить людей руками.
  - Сразу хочу предупредить: сведения предназначены только для обитателей дредноута и ни для кого более.
  - Я понимаю.
  - Вот и хорошо, - сказал Фарад и подробно изложил Анри содержание вчерашнего разговора Ника с Крикси.
  - До дредноута вас проводят, - продолжил начальник охраны. - Какое-то время вам лучше оставаться на выселках.
  - Я тоже так думаю.
  - Вот и договорились. - Фарад тяжело поднялся, давая понять, что беседа окончена. - Я обо всем распоряжусь. Мои люди выведут вас из города к озеру, где будет ждать вельбот.
  - А с причала нельзя отправиться?
  - Нельзя, - коротко отрубил Фарад.
  На этом расстались. К обеду Анри покинул Озерный край.
  А вечером город облетела новая весть - Безухий Воин бежал из-под стражи. По официальной версии, Шиллер воспользовался оружием, которое якобы пронес ему в камеру доктор Анри, ранил охранника и скрылся в неизвестном направлении. Отправленная на поиски платформа вернулась ни с чем.
  Де Альмейра пришел в такую ярость, что не побоялся высказать Фараду в лицо все, что думал о его службе, упустившей заключенного. Затем потребовал немедленно арестовать доктора, но Анри к тому времени уже и след простыл.
  
  Глава 4
  
  - Да чтоб вас всех разгерметизировало! Когда уже эти кретины оставят нас в покое? - пробасил Дикий Циклоп после того, как собравшиеся на мостике инопланетного корабля затворники выслушали новости, которые принес только что прибывший доктор Анри.
  - Опять война, - вздохнул Бартон.
  - Да не будет никакой войны, - успокоил всех Ченг. - Десантники не спустятся к нам на парашютах, а прилетят на челноке. Мы собьем его еще на подлете к поверхности. Это труда не составит. Другое дело - захватить.
  - Ну да! Конечно! Все очень просто, - развел руками Бартон. - Мы захватим челнок. Потом захватим станцию. А заодно и пристыкованный к ней звездолет.
  - Скорее всего, это будет грузовик с модулями нового комплекса на борту, - задумчиво произнес Ченг. - Вот только на гиперпрыжок энергетического запаса не хватит.
  - На Церере должна быть заправка, - заметил Циклоп.
  - Знаю, - отмахнулся Ченг. - Но там сперва потребуют оплату и оформленный коносамент. Иначе никто нас заправлять не станет.
  - О чем вы вообще говорите? - воскликнула Марго. - Какой коносамент? Какая заправка? И каким образом вы собираетесь захватывать "Медузу"?
  - Маргарет, хочу тебе заметить, что сейчас мы лишь разрабатываем стратегию дальнейших действий. Формируем, так сказать, линию поведения в сложившихся условиях, - ответил Ченг. - Детали операции обсудим позже.
  - Вооруженный до зубов батальон звездной пехоты - это вам не детали, а очень серьезная проблема, - рассудительно произнесла девушка. - И весьма самонадеянно рассчитывать, что нам удастся отбить у них челнок.
  - Не все так плохо. У нас есть чем встретить непрошенных гостей.
  - Послушай, Дик! Я, конечно, уважаю твой инженерный талант. Но поверь - одних самодельных бомбочек в этой войне будет недостаточно.
  Последняя фраза дочери заставила Бартона задуматься о том, чем еще они располагают. Почесав подбородок, он обратился к Циклопу:
  - Твой личный имплант все еще у тебя в правом плече.
  - Ты его чувствуешь.
  - Да. Видимо, благодаря ему я все время знал, что ты жив.
  Верзила с теплотой посмотрел на своего друга.
  - А какого черта ты вообще хранишь его в теле? - спросила Марго. - Нельзя было оставить где-нибудь еще?
  - Нельзя, - пробасил гигант. - Это не кусок железа. Живой части импланта нужна ткань и кровоснабжение. Иначе она погибнет.
  - Значит, имплант можно вернуть на старое место? - спросил Бартон.
  - После удаления часть нейронных связей была разрушена. Понадобится сложная операция. Подключать и настраивать такую систему должен человек, который хорошо знает, как она устроена.
  - Моя основная специализация - нейробиология, - вступил в разговор доктор Анри, хотя пока не имел представления, о каком импланте идет речь.
  - И в этом ты тоже разбираешься? - недовольно проворчал Ченг. - Мне ты говорил, что до врачебной практики работал ксенобиологом.
  - Представь себе, работал, - огрызнулся Анри.
  - Какой богатый опыт! - Бартон тоже не преминул воспользоваться случаем, чтобы уколоть доктора. Впрочем, в профессиональных талантах Анри он сомневался куда меньше, чем старался показать. В конце концов, доктор уже однажды засунул какую-то железку в его собственный череп - и после этого бывший наемник обнаружил у себя способности, о которых прежде даже не подозревал.
  - Пьер просто душка, - улыбнулась Марго, заслужив признательный взгляд Анри. - Вон и Безухого Воина он на ноги поставил, и тебя, Бартон, починил. Не пойму, откуда у вас столько негатива к нему. Хотя догадаться несложно... Но вернемся к делу. Допустим, Сэму удастся снова подключиться к собственному импланту. Что это нам даст?
  - Получите супермена, способного стрелять быстрее и точнее обычного человека, мгновенно оценивать обстановку, просчитывать угрозы и уходить с линии огня еще до выстрела. Реакция, координация, скорость обработки информации - все выходит на совершенно другой уровень, - объяснил Циклоп.
  - А ты сам хочешь вновь превратиться в такого супермена? - Голубые глаза Марго светились искренним сочувствием.
  - Разве что ненадолго, - нехотя согласился гигант.
  - У меня возникла одна идея, - задумчиво произнес Ченг. - Можно попробовать собрать внешний нейроинтерфейс и временно связать имплант с нервной системой, не возвращая его в череп. Тогда трепанация вообще не понадобится.
  - С нейробиологической частью я, пожалуй, справлюсь, но внешний интерфейс придется собирать почти с нуля. Это уже не медицина. Здесь нужен специалист по искусственным нейросистемам. - сказал Анри.
  - Нам нужна Мегера, - предложила Марго. - Она как раз в подобных вещах разбирается. Чем Кэтрин сейчас занимается?
  - После гибели "Борея" Мегера осталась не у дел. Семейная жизнь у нее тоже как-то не заладилась. Так что, думаю, она вполне может к нам присоединиться. Но...
  Анри замолчал на полуслове: дверь на мостик отъехала в сторону, и на пороге появился Сиг.
  Малыш, сразу оказавшийся в центре всеобщего внимания, подбежал к Марго и дернул ее за подол платья. Девушка улыбнулась и подняла его на руки. У изумленного Анри непроизвольно отвисла челюсть.
  - Познакомься, Сиг, это Пьер, - Марго указала на Анри.
  - Пь-ер, - повторил кроха, сопроводив фразу свистом.
  - И ты, доктор, познакомься с нашим малышом Сиги.
  - Очень приятно, - смущенно произнес Анри.
  - Так что там с Кэт? - снова спросила Марго.
  - Я же сказал - она сейчас не у дел. Но чтобы пригласить Мегеру, нужно получить согласие королевы.
  - Думаю, здесь проблем не возникнет, - прервал доктора Ченг. - Барбара вряд ли нам откажет. В конце концов, мы снабжаем Озерный город электричеством. Я сам отправлюсь за Мегерой.
  - Боюсь, королеве сейчас не до нас, - вздохнул Анри и рассказал о случившемся во дворце.
  - Не верю, что Ник слетел с катушек, - задумчиво произнес Ченг, выслушав доктора. - Совсем на него не похоже.
  - Сейчас Безухий Воин сидит под стражей. А королева находится на грани нервного срыва, да и новый фаворит только подливает масла в огонь... Собственно, поэтому я и вынужден просить вас об убежище.
  - О чем разговор, Пьер. Живи у нас столько, сколько посчитаешь нужным. Всем необходимым мы тебя снабдим. - Марго отпустила Сига на палубу и обвела присутствующих вопросительным взглядом. Не встретив возражений, спросила: - Только я не понимаю причины твоего бегства.
  - Защищая честь Безухого Воина, я умудрился нажить себе врага - де Альмейру, - печально произнес Анри.
  - Как у вас там все сложно, - заметил Бартон. - Интриги, покушения, борьба за власть. Хорошо, что я не остался на службе ее величества.
  - Мы так или иначе все служим королеве, - нравоучительно сказал Ченг. - Если у Барбары сейчас другие заботы, придется поговорить с Фарадом.
  - Неплохая мысль, - согласился Анри. - Вопрос с Мегерой он вполне может уладить.
  - Хорошо. Допустим, мы заполучили Мегеру и сделали из Циклопа супермена. Но проблему это не решит, - произнесла Марго. - Одного Мастера нам будет недостаточно. Нужна еще и пехота Озерного края.
  - А где сейчас Марат? - спросил Циклоп у доктора.
  - В пути... Он идет сюда.
  После слов Анри Марго заметно переменилась. Ушла в себя и, казалось, потеряла интерес ко всему происходящему. Бартон лишь плюнул в сердцах. Циклоп же подытожил:
  - Значит, нас будет двое.
  - Ладно, я полетел, - засобирался Ченг. - Попробую выпросить у Фарада бойцов.
  - Когда будешь возвращаться, запеленгуй этого шатающегося по лесу Мастера, - бросил ему вслед Бартон. - Пора наконец увидеться да объясниться.
  Ченг лишь кивнул, но заняться поисками так и не успел: Марат сам вышел к дредноуту вскоре после того, как механик улетел на платформе в Озерный город.
  Внешняя охранная система зафиксировала приближающегося человека и выдала сигнал тревоги. На одной из информационных поверхностей инопланетного мостика появилось его изображение.
  Марго встретила Марата прямо у входного шлюза, но вопреки ожиданиям не бросилась ему на шею. Она сухо поздоровалась с явно обрадованным встрече мужчиной и попросила снять очки. Тот выполнил просьбу. Оба глаза были на месте - живые, блестящие, совершенно невредимые.
  - Так ты мутант или нет? - спросила растерявшаяся Марго, ожидавшая увидеть одну пустую глазницу.
  - Если ты имеешь в виду изменения в моих генах - да. Я генный мутант, - спокойно ответил Марат.
  - Почему ты раньше не говорил мне об этом?
  - Разве для тебя это так важно?
  - Не знаю. - Марго готова была вновь разреветься, но тут подошел Циклоп с Бартоном.
  Гигант по-приятельски хлопнул коллегу по плечу и пробасил:
  - Ты вовремя появился, парень. У нас, видишь ли, намечается небольшая война. По этому поводу здешние умники решили ненадолго вернуть мне былую прыть - подключить старый имплант через внешний интерфейс. Так что повоюем. Не желаешь составить компанию?
  - Отчего же нет, - улыбнулся Марат. - Давно мечтал стать напарником легендарного Циклопа.
  Бартон молчал, не сводя глаз с незнакомца. Имплант в голове Мастера ощущался особенно отчетливо. Время от времени его активность менялась, и каждый раз почти одновременно оживал браслет на запястье Марата.
  Марат заметил настороженный взгляд отца своей девушки, но виду не подал.
  
  Глава 5.
  
  Третьи сутки Безухий Воин пробирался к Подземному городу. Молодой человек старался держаться лесистой местности, несмотря на то что в тех местах водились волки и другие хищники. К счастью, оружие у Ника было. Излучатель он нашел в тайнике своей камеры. Там же обнаружил сканер, резонатор и шокер - им он обезвредил охранника. Переоделся в его форму и покинул замок через потайной ход, ведущий за пределы города.
  Фарад сделал все, чтобы побег обнаружили как можно позже, тем самым обеспечив Нику приличный запас времени. Посланная за ним погоня так и не увенчалась успехом, хотя искали беглеца довольно грамотно. Платформа шла по расширяющейся спирали вокруг города, но резонатор создавал помехи и ложные сигналы, мешая сканеру засечь беглеца.
  Поисковой платформой управлял Корвин. К его великой радости, беглеца обнаружить так и не удалось.
  Кроме платформы на розыски были направлены четыре группы. Одной из них даже удалось взять след, но он привел поисковиков к гиблой трясине.
  В смертельно опасную топь они соваться не решились. Поэтому было объявлено, что беглеца загнали в болота, где он и нашел свою смерть.
  Все шло точно так, как и планировал прозорливый Фарад. Бредущему по лесу Нику оставалось лишь гадать, что сейчас чувствовала Барбара, узнавшая о смерти своего бывшего возлюбленного.
  Дорогу к карьеру молодой человек знал хорошо: ему уже несколько раз приходилось водить свою маленькую армию этим путем. Другое дело, что все походы заканчивались поражением.
  Карьер окружала хорошо продуманная линия обороны. Замаскированные огневые позиции, наблюдательные посты и инженерные заграждения прикрывали подходы со всех направлений. Однако это была лишь видимая часть айсберга. Основные силы банды находились под землей - в том самом городе, который почти четыре года назад обнаружил Бартон.
  Уже на подходе к карьеру Ника обнаружил дозор банды. Сам он их тоже засек. Поэтому появление пятерых вооруженных головорезов неожиданностью для него не стало.
  Его узнали сразу. Обезоружили, тщательно обыскали, а затем принялись избивать.
  Пока четверо громил бутузили своего давнего врага, пятый стоял в стороне и следил, чтобы товарищи не переусердствовали.
  - Калечить не надо, а то на себе придется тащить, - предупредил он своих бойцов.
  Те послушались. Отстали от уже находившегося в полуобморочном состоянии Ника и тычками прикладов погнали его к базе.
  Всю дорогу Ник шатался будто пьяный. Каждый шаг давался с трудом. Перед глазами все плыло. Ныли сломанные ребра. Кровавая слюна текла из разбитого рта. Уже перед входом в подземелье он свалился, потеряв сознание. Дальше его тащили волоком.
  Очнулся Безухий Воин на полу металлической клетки. Она стояла в тесной камере, вырубленной в известняке. Возле выхода жарко горел костер, у которого сидел вооруженный охранник.
  Громила увидел, что молодой человек пришел в себя. Отпер клетку, вытащил Ника наружу и повел на допрос к вожаку.
  Гаррисон находился в тронном зале. Рядом с ним стояли несколько человек - судя по всему, главари отдельных отрядов.
  Это был статный мужчина с густой шевелюрой темных волос. На исчерченном шрамами лице застыло деланное спокойствие, но бесноватые глаза выдавали скрытое напряжение.
  В прошлом Гаррисон служил на "Медузе". Однажды он сорвался, напал на Крикси, после чего его этапировали на Землю. Затем он добровольно пришел к Клану Мелового Берега, прошел Отбор и вместе с рейдерами участвовал в набегах, пока не попал в плен. В Озерном городе Гаррисон находился на положении невольника и трудился на благо колонии. Работал исправно, враждебности не проявлял. На его счастье, за бывшего сослуживца хлопотал Ченг и в конце концов добился его освобождения.
  Но жить среди людей Гаррисон не собирался. Подался в леса, сколотил ватагу лихих людей и стал промышлять разбоем.
  Оружие появилось позже. Зои, возлюбленная Гаррисона и мать его ребенка, сумела связаться с контрабандистами Цереры и оплатить заказ. Контрабанду спрятали среди обычного груза одного из транспортов, направлявшихся к "Медузе", а затем сбросили на Землю в небольшой грузовой капсуле.
  Время и место Гаррисон выбрал сам. Бывший офицер "Медузы" хорошо знал режим орбитального наблюдения и сумел подобрать короткое окно, когда нужный участок поверхности оставался практически без контроля.
  Капсула опустилась в лесах, где ее уже ждали люди Гаррисона.
  Когда ящики вскрыли, он некоторое время молча смотрел на их содержимое, не веря собственной удаче. Невероятно, но контрабандисты выполнили заказ полностью. Зои за все заплатила. Откуда у нее взялись такие деньги, он не знал: в тот момент это занимало его меньше всего.
  Он получил именно то, что хотел. Современное оружие быстро превратило его банду в силу, с которой вынуждена была считаться даже регулярная армия Озерного края.
  Но останавливаться главарь банды не собирался. Ближайшей его целью был трон Барбары. Пока же ему приходилось довольствоваться троном бывшего царька альбиносов. На нем он и сидел, когда в зал ввели Безухого Воина.
  Тронный зал когда-то, должно быть, выглядел внушительно. Теперь по стенам тянулись провода, в нишах коптили факелы, возле древних каменных колонн валялись ящики с боеприпасами и пустые бутылки. На ступенях трона кто-то сушил мокрые сапоги. Ник невольно усмехнулся. От былого величия альбиносов осталось немного, зато новые хозяева чувствовали себя здесь вполне уютно.
  - Вы не поверите, но я чертовски рад вас видеть, господин Шиллер, - сказал Гаррисон, разглядывая Ника, чье лицо превратилось в один сплошной синяк. - Вы уж не держите зла на моих парней. Их можно понять, если учесть, сколько неприятностей вы нам доставили.
  - Я и не ждал радушного приема. - Распухшие губы Ника едва шевелились.
  - Не ждал радушного приема, но все равно шел.
  - Мне некуда было деваться.
  - Ну да, конечно. Куда еще может податься тот, кто едва не пристрелил королеву? Только к бандиту Гаррисону. Как видишь, я неплохо осведомлен обо всем, что творится в городе.
  - Это освобождает меня от ненужных объяснений.
  - Ничуть, - Гаррисон переменил тон. - Ты ошибаешься, если думаешь, что я так легко поверю в сказку о несчастной любви.
  - А что не так в этой сказке?
  - Я не верю, что такой помешанный на благородстве офицер мог стрелять в женщину, у которой от него ребенок.
  - Я не стрелял в Барбару. Я хотел пристрелить де Альмейру, но он встал перед ней.
  - Вот даже как? - ухмыльнулся бандит. - Воистину шекспировские страсти кипят в вашем замке. Ну а с чего тебе вообще вздумалось хвататься за оружие?
  - Нервы сдали, - коротко ответил Ник.
  - Ну да, нервы, - картинно вздохнул бандит. - А с чего бы это?
  - Де Альмейра грязно меня оскорбил.
  - Всего лишь?
  Ник ответил не сразу. Какое-то время он собирался с мыслями, потом заговорил:
  - Это сложно понять. Просто в какой-то момент все навалилось разом. Сначала Барбара... Потом одно поражение за другим от ваших людей. На меня стали смотреть как на неудачника. Друзья отвернулись, близких рядом не осталось. Что бы я ни делал, становилось только хуже. А потом внутри что-то сломалось, - говорил Ник и видел в шальных глазах Гаррисона понимание. Фарад в своем деле был дока. Он точно рассчитал, на что надавить. - Стычка с фаворитом стала последней каплей... Я отчаялся!
  Ложь редко бывает убедительной сама по себе. Ей нужны правда, память и немного боли - тогда она начинает дышать как живая. Ник это знал. Самая надежная легенда всегда строилась не на выдумке, а на том, что действительно случилось, только повернуто было немного иначе.
  - Расскажи о побеге, - потребовал Гаррисон.
  - Меня поместили в подвал замка. На следующий день королева прислала ко мне своего доктора, чтобы тот проверил мое душевное состояние. Доктор Анри - мой старый друг. Ему удалось пронести в камеру оружие. Я обезвредил охранника, переоделся в его форму и ушел через потайной ход. Вот, собственно, и весь побег.
  - А чего ты хочешь от меня? - спросил Гаррисон.
  - Барбару. И голову де Альмейры.
  - А что получу я?
  - Озерный край.
  Повисла тягостная пауза. Гаррисон призадумался. При всей своей импульсивности он отлично понимал, что перед ним опытный военный, знающий Озерный край изнутри и способный принести немало пользы. Но принимать в союзники вчерашнего врага, не проверив его, было бы глупо. Поэтому главарь банды не торопился с ответом и лишь подал знак стражнику. Ника увели обратно в клеть.
  
  Глава 6.
  
  После того как старинный корабль землян был потоплен ударом с орбиты, Тимбервуд задрал нос и стал попросту игнорировать Крикси. Мало того, повышенный до контр-адмирала, он принялся подминать под себя персонал "Медузы" во всем, что касалось нового проекта и его безопасности.
  Через какое-то время Мистер Устав почувствовал, что остается в полном одиночестве. Подчиненные все меньше считались со своим непосредственным начальником и все чаще пренебрегали его распоряжениями. Земескис даже позволял себе хамить и отпускать в адрес полковника оскорбительные замечания. Вопиющие нарушения воинской дисциплины не могли не вызывать праведного гнева. Но вместо того чтобы строчить рапорты и требовать от начальства примерно наказать обнаглевших офицеров, Крикси замкнулся в себе. Он стал неразговорчивым, подозрительным и раздражительным, временами срывался на окружающих, хотя обязанности начальника станции продолжал выполнять.
  Тем временем к "Медузе" пристыковался огромный космический грузовик. Помимо конструкций и оборудования, на его борту находилась уйма людей. В первую очередь это была бригада монтажников, которым предстояло работать в открытом космосе - собирать новый орбитальный туристический комплекс. Кроме мастеровых и немногочисленного экипажа, на транспорте прибыл батальон звездных десантников с предписанием поступить в непосредственное подчинение Тимбервуду.
  Вместе с ними прилетел Серж Арно - уполномоченный совета директоров компании, занимавшейся созданием туристического комплекса.
  Этот довольно бесцеремонный тип сразу дал понять окружающим, что считаться с ним придется. В первый вечер после прибытия он устроил у себя в апартаментах фуршет, на который пригласил старших офицеров станции и командира десантников Дугласа. Крикси приглашение проигнорировал. Он заперся у себя в кабинете, не желая слышать ни о новом уполномоченном, ни о делах, связанных с новым проектом.
  - Зовите меня Серж, - представился Арно Тимбервуду, Ливси и Земескису, после чего указал на Дугласа. - А это старина Мартин.
  - Мне кажется, я уже слышал о вас, майор, - обратился Тимбервуд к десантнику, протягивая руку.
  - Возможно. - Обезображенное шрамами лицо майора не выражало никаких эмоций.
  - Это тот самый Дуглас, который положил батальон звездной пехоты у замка Тилсбери, - пояснил Земескис.
  - Вот как! - Во взгляде контр-адмирала мелькнуло недоумение. - Насколько мне известно, там была адская мясорубка. Никто не уцелел.
  - Меня собрали буквально по кускам, - произнес майор.
  - Как все же тесно во Вселенной! - философски заметил Ливси. - Судьба снова и снова сводит людей, дороги которых, казалось бы, навсегда разошлись.
  - Не все зависит от фатума. Майор наверняка сам напросился в эту экспедицию, - нагло усмехнулся Земескис. - Души погибших взывают к отмщению, не дают спать по ночам.
  - Это не вашего ума дело, лейтенант. - Холодный взгляд Дугласа заставил рыжего выскочку прикусить язык.
  Назревала ссора, которая никак не входила в планы Арно. При других обстоятельствах Серж, возможно, и сам подлил бы масла в огонь, но только не сейчас.
  Чтобы не дать перепалке разгореться, хозяин указал на кресла, расставленные вокруг накрытого стола.
  - Предлагаю выпить за знакомство, господа. А заодно обсудить наше дальнейшее сотрудничество.
  Присутствующие лениво заняли места. Вестовой разлил по бокалам выдержанное красное вино.
  В этот момент терминал связи подал сигнал. Пришло сообщение с Цереры. Арно быстро пробежал его глазами.
  - От Зои Карпентер, - сказал он. - Имя вам о чем-нибудь говорит?
  Тимбервуд отрицательно покачал головой.
  - Кажется, слышал, - отозвался Земескис. - Она когда-то работала на станции экологом?
  - Именно. И, скажу я вам, оказалась весьма предприимчивой дамочкой. Первой разглядела в Земле не каторгу, а возможность заработать. Нашла нужных людей, свела будущих инвесторов - и дело завертелось.
  - И что получила за старания? - спросил Ливси.
  - Долю в компании. А теперь ведает снабжением с Цереры. Поставщики, контракты, грузы - все проходит через нее.
  - Действительно предприимчивая, - проворчал Тимбервуд.
  - За успех нашего предприятия. - Арно поднял бокал.
  Офицеры выпили, после чего Серж отослал вестового.
  - Нам не нужны лишние уши, - пояснил он. - Теперь о серьезном. Руководство проекта рассматривает операцию по захвату Озерного края и дредноута чужих. Рейсы транспортов, доставляющих на Землю новые партии каторжан, временно прекращены. Нам предстоит подготовить план высадки.
  - А каковы ваши полномочия, господин Арно? - поинтересовался Тимбервуд.
  - Я уполномочен советом директоров представлять здесь интересы компании. В этом вы могли убедиться по предоставленным документам.
  - То, что вы представляете заказчика, еще не дает вам права вмешиваться в военные дела, - не унимался контр-адмирал.
  - Командовать вашими людьми я не собираюсь, - спокойно ответил Арно. - Но операция непосредственно затрагивает интересы проекта и финансируется компанией. Поэтому без согласования начинать ее никто не будет.
  - И что именно вы намерены согласовывать?
  - Для начала мне нужны нормальные разведданные. Компания уже предприняла некоторые шаги.
  - Какие именно? - Тимбервуд явно раздражался. В его дела снова вмешивался гражданский, да еще и с полномочиями, которые невозможно было просто проигнорировать.
  - На Землю заранее отправили агента. Кое-что он уже передал, сейчас я жду новых сведений. До тех пор, пока я их не получу, никаких войсковых операций не будет.
  - Вот даже как? - Тимбервуд поставил бокал на стол.
  - Именно так, адмирал.
  - Вы что себе позволяете, господин Арно? Какое право вы имеете указывать мне, когда проводить операцию? Вы думаете, мы здесь без дела сидим? У нас тоже работает разведка, и мы прекрасно знаем, что происходит на поверхности. Буквально перед вашим появлением был уничтожен старинный корабль землян, представлявший прямую угрозу будущему орбитальному комплексу.
  - А вот здесь поподробнее. - Арно с нескрываемым любопытством посмотрел на собеседника. - Какой такой старинный корабль землян вы уничтожили?
  - Мы утопили плавучую базу, нашпигованную оружием дальнего действия.
  - Постойте... Вы хотите сказать, что древний корабль был на плаву?
  - Не просто на плаву. Эта посудина могла совершать дальние походы.
  - И вы пустили на дно этот поистине исторический экземпляр?
  - Мы пустили на дно потенциально опасный объект, - Тимбервуд вдруг ощутил, что оправдывается как нашкодивший школяр.
  - Вы уничтожили ценнейший исторический объект. Возможно, единственный в своем роде. Вы вандал, Тимбервуд.
  - Да как вы смеете! - От возмущения контр-адмирал лишился дара речи. Он вскочил и принялся раздувать щеки, тщетно подыскивая нужные слова.
  - Представьте себе - смею, - развел руками Серж. - Еще как смею. Этот корабль был уникален уже тем, что спустя век его удалось восстановить и снова вывести в море. Он запросто мог стать одной из главных исторических достопримечательностей Земли. Объектом паломничества туристов. Но благодаря вашим необдуманным действиям человечество навсегда утратило еще один памятник прошлого.
  - Вы сами-то верите тому, о чем говорите? - встал на защиту своего начальника Ливси.
  - Представьте себе - верю. Причем настолько, что готов доложить наверх об этом самоуправстве.
  После этих слов на широком лбу контр-адмирала выступила испарина, а лицо приобрело землистый оттенок.
  - Кроме того, - продолжил Серж, - мой человек уже передал с поверхности кое-какие сведения. Судя по ним, вы, Тимбервуд, весьма смутно представляете, что на самом деле творится в каторжных поселениях.
  - Но-но, - возмутился адмирал и снова принялся раздувать щеки. - Попрошу вас, господин фирмач, прекратить совать нос не в свое дело.
  - Я буду совать свой нос туда, куда посчитаю нужным, - жестко парировал Арно. - Потому что личный состав станции понятия не имеет о реальном положении дел на Земле.
  - Не передергивайте, Арно! Я прекрасно осведомлен обо всем, что происходит на поверхности.
  - Тогда расскажите мне об Озерном городе.
  - Почему я должен вам что-то рассказывать, черт подери?
  - Чтобы доказать свою компетентность.
  - Ну хорошо, я расскажу вам, господин прилипала. Лишь бы вы отстали. - Тимбервуда уже трясло от бешенства. Стараясь взять себя в руки, он несколько раз глубоко вздохнул и продолжил: - Озерный город - наиболее крупное и благоустроенное поселение на Земле. Население достигает двух тысяч человек и продолжает расти. Во главе поселения стоит королева. Имеется небольшое, но достаточно дисциплинированное вооруженное формирование.
  - Насколько небольшое? - перебил его Серж.
  - Около трех сотен бойцов.
  - Чем вооружены?
  - В основном самодельным оружием.
  - А так называемые "трубки сигуурийцев"?
  - Не понимаю, о чем вы.
  - Вот именно. Вы не знаете ни черта, - зло проговорил Серж. - У отрядов Озерного края порядка тридцати таких трубок. Кроме того, у них есть сигуурийская платформа. А неподалеку от города в подземельях сидят бандиты, тоже вооруженные до зубов.
  - Почему я должен вам верить? - Тимбервуд упрямо не хотел сдаваться, хотя уже понимал: прилетевший фирмач знает слишком много.
  - Можете не верить мне сейчас. Но имеющиеся сведения я в любом случае передам наверх. - Арно сделал многозначительную паузу. - Заодно стоило бы сообщить о явной некомпетентности руководства станции. Тем не менее мне не хочется начинать наше сотрудничество с конфликта. Я готов закрыть глаза на этот акт вандализма, посчитав его досадным недоразумением. Готов не придавать значения и упущениям вашей разведки. Но, в свою очередь, жду от вас, господа, такого же понимания.
  - Шантаж, - прохрипел Тимбервуд. - Просто до неприличия неприкрытый шантаж. Можете докладывать своему начальству все, что вам заблагорассудится. Меня ваши кляузы никоим образом не волнуют. Только я не понимаю, чего конкретно вы от нас хотите?
  - Я уже говорил. Вы, верно, не расслышали. Нужно дождаться донесения с Земли от моего человека, - терпеливо повторил Арно.
  - Откуда у вас такая уверенность, что ваш человек вообще жив и выполняет поставленную задачу?
  - Его имплант имеет индивидуальную сигнатуру. Последний раз ее зафиксировали в районе дредноута. Затем сигнал пропал.
  - И из этого вы заключили, что он проник внутрь?
  - Именно.
  - А если он просто погиб?
  - Тогда тем более стоит дождаться условленного срока, прежде чем посылать туда людей вслепую. - Серж одним махом осушил бокал и даже крякнул от удовольствия. - Если мой человек жив, он передаст сведения. А когда имеешь на руках нормальные разведданные, как-то сподручнее идти в бой. Верно я говорю, Мартин?
  Арно повернулся к майору Дугласу. Тот ничего не ответил, лишь бросил на собеседника пронзительный, полный боли взгляд.
  
  Глава 7
  
  Ченг давно не бывал в Озерном городе и теперь едва узнавал поселение, за несколько лет превратившееся из разрушенной деревни в благоустроенный город с развитой инфраструктурой.
  Жизнь здесь била ключом - во многом благодаря стараниям механика, когда-то сумевшего наладить подачу электричества.
  Ченг с интересом бродил среди плавилен, кузниц, пилорам и небольших мастерских. Давал советы ремесленникам, объяснял, как лучше работать. Его, естественно, частенько гнали прочь - мало кто помнил небритого механика, считавшего своим долгом совать нос в чужие дела. Но Ченг не обижался и продолжал обход, постепенно забывая об основной цели своего визита.
  Так он вышел к верфи, где закладывали большую двухмачтовую шхуну. Руководил работами Жересс. Он поначалу не поверил собственным глазам. А когда убедился, что перед ним и впрямь его механик, неимоверно обрадовался и принялся мять старину Дика в объятиях.
  Вскоре к Жерессу присоединились находившиеся неподалеку близняшки. Зита и Гита радостно защебетали, повисли на шее у бывшего наставника и принялись мусолить его небритые щеки. Вслед за ними Ченга окружили еще с десяток знакомых и незнакомых людей. Все наперебой приветствовали его, жали руки, хлопали по плечам. Механик совсем растрогался и окончательно решил, что не сможет сбежать с каторги, бросив здесь товарищей по несчастью.
  Надо вывозить всех. С этой мыслью Ченг направился во дворец, где попросил аудиенции у Ганса Фарада. Начальник личной охраны королевы тут же принял знаменитого затворника у себя в кабинете и внимательно выслушал. Однако с ответом не спешил - держал паузу. Нетерпеливый Ченг долго молчать не мог.
  - Я хочу, чтобы вы уяснили лишь одну вещь, - горячился механик. - Если попытка захвата "Медузы" закончится провалом, вы в любом случае останетесь вне подозрения. Нападение организовали изгои, живущие в подбитом звездолете. Королева Барбара здесь ни при чем.
  - На орбите находятся неадекватные люди. - Непроницаемое лицо Фарада едва просматривалось в полутьме кабинета, отчего Ченг чувствовал себя не совсем уютно. - По моим сведениям, Тимбервуд человек неуравновешенный и мстительный. В ярости он способен сначала пожечь весь Озерный город, а потом уже разбираться, кто при делах, а кто нет.
  - Эвакуируйте королеву на время операции, - не сдавался Ченг.
  Снова повисла тягучая тишина, в которой явственно слышалось хрипло-свистящее дыхание Фарада. Ченг уже хотел вновь напомнить о себе, когда начальник охраны произнес:
  - Надо бы прояснить кое-какие детали.
  - Я к вашим услугам.
  - Как мы сможем определить место высадки десанта?
  - Я хорошо знаю Абаму, - принялся объяснять Ченг. - Он всегда сажает челнок на одну и ту же площадку. Туда он уже десяток раз доставлял каторжан, сосланных в Озерный край.
  - Допустим, - кивнул Фарад. - Я и сам склоняюсь к такой мысли. В бортовом компьютере наверняка сохранена программа посадки на эту площадку. Но после того как десантирование закончится, Абама улетит.
  - Не улетит. Мы лишим его этой возможности.
  - Каким образом?
  - Я соберу импульсный подавитель. Глушилку, если проще. Она на время нарушит работу бортовой электроники и системы управления. Челнок никуда не денется, пока автоматика не придет в себя.
  - Десантники быстро определят источник воздействия и сделают все возможное, чтобы уничтожить установку. Скорее всего, сразу передадут координаты. "Медуза" наверняка будет обеспечивать высадку. Ей не составит труда ударить по позиции глушилки.
  Последняя фраза вызвала у Ченга невольное уважение: начальник охраны явно разбирался в военном деле.
  - Одновременно поставим помехи на канал связи с "Медузой".
  - Надолго этого не хватит. Они сменят режим связи.
  - Мне и не нужно надолго. Главное - выиграть несколько минут. Дальнейшее зависит от нашей группы захвата.
  - Которая, если я правильно понимаю, состоит из горстки людей.
  - Именно. Но в нашем случае залогом успеха должны стать внезапность и техническое оснащение, а не количество бойцов. К тому же я надеюсь на ваше содействие.
  - Как вы узнаете время операции? - Фарад пропустил последнюю фразу мимо ушей.
  - Я уповаю на помощь Крикси. Но даже если начальник станции откажется сотрудничать, мы всегда сможем воспользоваться своим пучковым радаром.
  - С орбиты наверняка будут следить за челноком.
  - На дворе зима. Возможно, небо поможет - закроет облаками наш участок поверхности от глаз орбитальных надзирателей.
  - Вам все это не кажется авантюрой?
  - Кажется, - честно признался механик и, как ни странно, вызвал уважительный взгляд собеседника. - Последние годы моей жизни - одна сплошная авантюра.
  - Вы же можете попросту сбить челнок.
  - Можем. Но тогда мы лишимся шанса. Пусть призрачного, но шанса.
  Снова повисла пауза, после которой Фарад сказал:
  - В настоящий момент я не могу помочь вам пехотой: город терроризируют бандиты. После гибели "Борея" они наверняка активизируются.
  - Я не хотел вам об этом напоминать, но "Борей" был моим детищем. Он спас многих каторжан, в том числе королеву. Вам не кажется, что было бы весьма любезно со стороны ее величества отплатить добром за услугу? Тем более что значительную часть оружия для вашей армии добыл я.
  - То, что вы вооружили нашу армию, не дает вам права вести ее на заведомую смерть, - строго сказал Фарад. - Я ценю ваши заслуги. Но и вы должны войти в мое положение. Я поклялся своему другу оберегать его дочь. И выполню обещание, чего бы мне это ни стоило. Кстати, вы с таким же успехом можете попросить помощи у Гаррисона. Насколько мне известно, именно вы хлопотали о его освобождении.
  - Мне это уже ставили в упрек, - горько улыбнулся Ченг. - Я надеялся, что вы будете выше этого. Ошибся.
  - А я надеялся, что вы не станете хвастать своими заслугами.
  На лице Фарада мелькнула досада. После очередной паузы он нехотя пообещал:
  - Как только проблема с бандитами будет решена, мы вернемся к вашей просьбе.
  - Боюсь, будет уже поздно.
  - А вы не бойтесь.
  - Коли с бойцами туго, дайте хотя бы Мегеру в помощь, - сдался Ченг. - И еще мне нужен вычислительный модуль бортового компьютера "Борея".
  - Я распоряжусь насчет Мегеры. А модуль вы сможете забрать у Жересса.
  - И на том спасибо! - произнес механик и хотел было откланяться, но Фарад не торопился прощаться.
  - К вам на выселки направился некто Марат.
  - Сдается мне, он уже на месте. Никак вы его в чем-то подозреваете? - Несколько дней назад о том же спрашивал Фарада Ник.
  - Подозревать - моя профессия. Вас я тоже подозреваю. Но есть еще чутье сторожевого пса.
  - Вы меня озадачили. Пожалуй, я склонен верить вашей интуиции. Но хотелось бы все же понять, на чем она основана.
  - Не все гладко в той истории побега с Карибского архипелага.
  - Дело в том, что Марат - Мастер. Супермен, иными словами, - принялся объяснять Ченг.
  - Да знаю я, - отмахнулся Фарад. - Только почему его с чипом в башке на каторгу пропустили? Почему товарищи по оружию до сих пор его не нашли? У них ведь беглых не привечают.
  - Мне пока сложно ответить на эти вопросы. Но в шпионов я, честно говоря, не верю.
  - А зря. Вот запомните код моего личного канала связи. Думаю, вам пригодится. - Фарад написал на листе несколько цифр и показал запись Ченгу, после чего подпалил лист от стоявшей на столе свечи. - Как только возникнут проблемы, выходите на связь.
  Начальник охраны тяжко вздохнул и тяжело поднялся, давая понять, что аудиенция окончена.
  Озадаченный механик откланялся и уже на пороге кабинета услышал брошенную Фарадом вслед фразу: "Через чип можно ведь и его хозяина запрограммировать".
  Последние слова будто сбросили пелену с затуманенного мозга, и в голову полезли нехорошие мысли. Ченг сам не свой выбежал на улицу и, терзаемый дурным предчувствием, направился к Жерессу.
  Уже смеркалось, когда механик возник на пороге дома бывших капитанов "Борея". Именно капитанов, поскольку Багира тоже командовала легендарным кораблем и, по большому счету, именно под ее началом "Борей" совершил наиболее значимые походы. Тем не менее слава супруги никоим образом не вызывала у Жересса ревности. Впрочем, гордости тоже. Во всяком случае, так казалось Багире, ведь душа Жересса была потемками не только для окружающих, но и для нее самой.
  Ченга поразили перемены в облике Черной Пантеры. Багира пополнела - обабилась, на лице появился нехарактерный румянец, а раскосые глаза светились каким-то плутовским блеском. Это была уже не кошка, гуляющая сама по себе, а чувственная женщина, которая, впрочем, не выказала особого гостеприимства при появлении давнего недоброжелателя. Жересс, напротив, встретил его радушно. Облепленный детьми, он провел Ченга в просторную горницу, усадил за широкий дубовый стол и повелел супруге принести еды.
  - Да недосуг мне, Леон, - отнекивался механик. - На душе неспокойно. Пора лететь обратно. К тебе лишь на минуту забежал.
  - Минута уже прошла, - напомнила Багира, унося детей.
  - Помолчи, Амара, - спокойно сказал Жересс и обратился к гостю. - Я все знаю. Дредноут будут атаковать. Чем я могу помочь?
  - Нужен снятый с борта погибшего "Борея" компьютер.
  - Компьютер у меня в чулане. Можешь забирать. Но я имел в виду помощь другого рода.
  - Какого еще другого рода? - вернувшаяся в горницу Багира снова превратилась в дикую кошку. - Смею напомнить, Лео, что у тебя двое детей.
  - Мы справимся, - примирительно сказал Ченг, пытаясь предотвратить назревающий скандал. - Мы обязательно справимся. Я сейчас уйду, только скажите мне, что с Ником.
  - Спятил твой Ник, - сообщила Багира. - Пальбу открыл во дворце.
  - Это я знаю. А сейчас он где?
  - Говорят, погиб. Утонул в болотах. - Жересс нежно обнял супругу за плечи и проводил к выходу из горницы.
  - В болотах?
  - Ну да. После побега его загнали в трясину. Там он и пропал.
  - Так он что, бежал?
  - Ты, выходит, ничего не знаешь, - вздохнул Жересс. - Ник сбежал из-под стражи. Помог ему Анри. Доктор пронес в камеру оружие.
  - Не может быть. - Ченг был просто поражен услышанным. - Тут что-то не так. Побег мог организовать кто угодно, но только не Анри.
  - Я тоже так думаю. - Жересс многозначительно посмотрел на собеседника.
  На этом расстались.
  Вечером того же дня платформа Ченга покинула Озерный город. Вместе с озадаченным механиком на ее борту находилась Мегера. Она была крайне раздражена и ничего не знала о конкретной цели столь позднего путешествия.
  
  Глава 8.
  
  
  В то время когда Ченг вел непростую беседу с Фарадом, в каюте Сержа Арно терминал сообщил о приеме зашифрованного пакета с поверхности. Очередное окно связи длилось всего несколько секунд, но этого вполне хватило, чтобы принять донесение. Серж проверил идентификатор отправителя, вывел сообщение на планшет, быстро пробежал его глазами, после чего вызвал к себе Дугласа.
  - Здесь вы найдете имена ваших врагов. Сэм Грин, он же Дикий Циклоп, и наемник Билл Бартон. Эти двое уничтожили вашу роту под стенами замка Тилсбери, - сказал Серж, протягивая представшему перед ним десантнику планшет с донесением. - Мой человек спрашивает, что с ними делать.
  - В смысле? - Побледневший майор взял планшет и принялся читать.
  - Их можно банально убить, а можно взять в плен, - объяснил Арно. - Судьба этих людей сейчас в ваших руках.
  Дуглас растерялся и не знал, что сказать.
  - Я знаю, каково вам сейчас. - Серж так и не дождался ответа. - Вы наверняка чувствуете опустошение, ибо, по себе знаю, нет ничего иррациональнее мести.
  Дуглас пропустил мимо ушей философскую выкладку собеседника и произнес:
  - Здесь сказано, что в группе каторжан присутствует женщина - Маргарет Цер.
  - Ваше нежданно проснувшееся джентльменство, по крайней мере, неуместно в данной ситуации. Лес рубят - щепки летят. К тому же Марго из тех самых пресловутых "Амазонок Минкара". Насколько мне известно, на Зее вы не были столь щепетильны, когда собирались уничтожить это женское подразделение.
  - На Зее у меня не было на руках данных разведки. Впрочем, это звучит как оправдание, а оправдываться в своих действиях я не намерен.
  - Не надо оправдываться. Скажите лучше, что делать с обитателями инопланетного корабля?
  - Я должен сам совершить возмездие. - Майор зло сверкнул глазами. - Если, конечно, вашему супермену под силу пленить людей, знающих толк в военном деле.
  - Думаю, под силу. К тому же мне нужно получить от них кое-какие сведения.
  - Тут сказано, что каторжане ждут нападения роты звездной пехоты, - недоуменно произнес Дуглас. - Похоже, кто-то сливает информацию.
  - Вот и я о том же. - Серж вызвал вестового и велел ему пригласить Тимбервуда.
  Приглашение выскочки Арно привело контр-адмирала в раздраженное состояние. Захотелось послать наглеца куда подальше. Но здравый смысл подсказывал, что с негодяем придется считаться. Поэтому Тимбервуд нехотя направил свои стопы на пристыкованный к станции космический грузовик - в апартаменты Сержа, где кроме самого хозяина уже находился майор Дуглас.
  - Адмирал! - Арно даже не поприветствовал гостя, лишь указал ему на кресло и сразу взял быка за рога. - Я должен передать вам новые данные с поверхности и обсудить дальнейшие действия.
  - Вы можете передать информацию. А план действий мы уж как-нибудь без вас разработаем. - Тимбервуд просто кипел от негодования и никак не мог обуздать переполняющее его чувство презрения к гражданскому щелкоперу.
  - Как-то не совсем корректно получается. Не по-джентльменски, я бы сказал. Вы, Тимбервуд, хотите чужими руками жар загрести.
  - Что вы имеете в виду? Зачем лезете в дела военные, если ничего в них не понимаете?
  - Ваша беда, адмирал, в том, что вы ни черта не знаете и не хотите знать. Вы даже не удосужились отыскать в доступных электронных архивах мое досье. В противном случае вам было бы известно, что ваш покорный слуга в недавнем прошлом являлся боевым офицером и принимал участие в нескольких кампаниях. После чего вышел в отставку в чине штабс-капитана.
  - Ваши прошлые заслуги ни о чем не говорят: в настоящий момент вы сугубо гражданский человек и не имеете права распоряжаться вверенным мне подразделением.
  - Распоряжаться вашими людьми - нет. Но допустить, чтобы вы, не зная реального положения дел, послали парней на заведомую смерть, я тоже не могу.
  - Я не верю, что горстка затворников инопланетного корабля может оказать должное сопротивление роте звездных десантников.
  - Еще как сможет, - ухмыльнулся Серж. - У этих затворников уже целый план захвата челнока сложился. И если бы не мой агент, неизвестно, как бы все дело повернулось. Эти, как вы сказали, затворники собирались ждать нас на месте высадки.
  - Откуда они узнали о наших намерениях? - Тимбервуд удивленно вскинул брови. - Откуда они вообще узнали о присутствии на орбите военных?
  - А это уже вас следует спросить, - Серж подозрительно посмотрел на собеседника. - Утечка информации произошла именно со станции, на которой, смею заметить, вы, Тимбервуд, отвечаете за безопасность.
  - У вас, Арно, никак мания преследования или вы в шпионов не наигрались?
  - А ну молчать! - Серж явно вышел из себя и уже не мог сдерживать злость. - На станции вообще творится черт знает что. И вы после всего этого еще хотите руководить операцией. Да вас за такую безалаберность самого следует на каторгу послать.
  Распалившийся Арно вдруг повернулся к одиноко стоявшему в дальнем углу Дугласу и выкрикнул, указывая в сторону контр-адмирала:
  - Под арест его! До полного выяснения обстоятельств.
  Еще мгновение назад лицо Тимбервуда было красным от негодования. Теперь оно на глазах побледнело, подбородок затрясся, а широкий лоб покрылся испариной.
  - Избавьте меня от подобных распоряжений, - спокойно сказал майор. - Я человек военный и должен выполнять приказы. А здесь приказывать мне может лишь контр-адмирал.
  - Ну да! - кивнул Арно. - Вот она, военная дисциплина. Пусть адмирал погряз в темных делишках, но приказывать все равно будет он.
  - Именно так, - кивнул Дуглас.
  - Скоро я узнаю, откуда у каторжан появилась секретная информация, а пока больше вас не задерживаю.
  Серж подошел к двери и открыл ее, нажав кнопку пневмозамка, тем самым давая понять, что аудиенция окончена. Тимбервуд вскинул голову и гордо прошагал мимо Арно, заложив руки за спину.
  Вслед за контр-адмиралом направился восвояси Дуглас. Но перед тем как уйти, он задержался у открытой двери и задумчиво произнес:
  - Мне кажется, вы выходите за рамки своих полномочий. Создается впечатление, что у вас на поверхности имеется какое-то личное дело.
  - Что ж! Не стану скрывать. Я преследовал свои меркантильные интересы, когда вступил в эту экспедицию и организовал разведывательную операцию. Поэтому намерен пойти вместе с вами, майор.
  - Возражать не стану. Только хочу предупредить: во время операции я не терплю неповиновения.
  - Не волнуйтесь - единоначалие будет соблюдено.
  
  
  Глава 9.
  
  Платформа с Ченгом и Мегерой летела над темным редколесьем. Механик был взволнован. Его тревога передалась спутнице.
  Непроглядная темень вокруг, пронизывающий холодный ветер вкупе с моросящим дождем настроения не прибавляли. Мегера жалась на корме. Ченг стоял у пульта управления на носу баржи, спиной к Мегере.
  - Что-то не так, - сказала спина. - С дредноута со мной до сих пор никто не вышел на связь.
  - Спят давно все, - проворчала Мегера.
  - У нас так рано спать не ложатся, - парировала спина.
  - Тогда сам покричи своих отшельников.
  Ченг последовал совету и вызвал базу. Ему тут же ответила Марго.
  - Слышу тебя, Ричард, - прозвучал в эфире ее усталый голос.
  - Вот те раз! Так ты теперь Ричард у нас? - съязвила Мегера.
  Марго Ченга никогда полным именем не называла. Звала коротко - Дик. Это еще больше встревожило механика.
  - Как там твой Ромео?.. Нашелся? - Ченг придал своему голосу непринужденный тон.
  - Да он тут... - Марго закашлялась, потом пояснила: - На дредноуте.
  - Ясно... Все, значит, нормально... Тогда я отключаюсь... Да... Чуть не забыл. Королева просила прислать тюльпанов из нашей оранжереи. Они еще не начали распускаться?
  - Они как раз распускаются. Придется тебе завернуться во второй раз. - Ответ был неправдоподобным, впрочем, как и вопрос: в оранжерее Бартона не было тюльпанов и в помине.
  - Вот же незадача.
  - А ты чего запозднился? - поинтересовалась Марго.
  - Мне в городе до утра придется задержаться, - сказал Ченг. - Наш вопрос решится только завтра.
  - Ясно, ждем тебя к обеду. Я сегодня грибовницу приготовила специально для тебя и Сига.
  Последняя фраза Марго уже явно давала понять, что на борту дредноута не все в порядке: ни Ченг, ни Сиг грибы на дух не переваривали.
  - Вот оно, чутье сторожевого пса, - проворчал механик и круто развернул платформу на север.
  - Что происходит? Ты можешь толком объяснить? - спросила Мегера.
  - Про Марата слышала? - вопросом на вопрос ответил Ченг, все еще не удосужившийся повернуться лицом к собеседнице.
  - Ну, был такой в городке недавно.
  - Теперь он у нас гостит.
  - И что из того?
  - Сдается мне, он держит Марго на прицеле. Или навел оружие на ее отца.
  - Да ну-у!? - Мегера уже успела отвыкнуть от приключений и даже слегка опешила. - А цель?
  - Долго объяснять. - Механик наконец перевел платформу на автопилот и подошел к женщине. - Надо теперь думать, как наших заложников вызволить. Этот Марат - непростой противник. Он Мастером считается, если ты вообще знаешь, кто такие Мастера.
  - Не знаю. Но если он всех твоих в одиночку повязал, нам его не одолеть.
  - Нельзя быть столь категоричной. Надо хотя бы попытаться обмануть его. - Ченг ушел в себя и какое-то время не обращал внимания на пассажирку. Наконец ожил. Заговорил:
  - Сейчас мы обойдем дредноут с севера и спрячем платформу за дальним кряжем. Там складка местности и редколесье - сканерам будет сложнее ее обнаружить. Дальше я пойду пешком, а ты меня подождешь.
  - Так у вас там еще ведь куча сенсоров понатыкано. Наверняка запеленгуют.
  - А ты поройся в мешке. Может, резонатор найдешь.
  - Да уж найду, - проворчала Мегера, развязывая свой неподъемный рюкзак.
  Через минуту она протянула Ченгу резонатор. Механик убрал его в вещмешок, затем порылся среди инструментов и прихватил широкую отвертку.
  - А почему ты думаешь, что тот Мастер оставил ваших мужчин в живых? - спросила Мегера.
  - Насколько я знаю Марго, она вряд ли пошла бы на сотрудничество с убийцей близких ей людей, - пояснил Ченг. - За отца или Циклопа она Марату точно глаза выцарапает. И не посмотрит, что он Мастер.
  Через пару часов впереди показался темный силуэт каменистого кряжа. Ченг обогнул его с севера и посадил платформу на твердом грунте среди редколесья. Кряж и редколесье должны были хотя бы отчасти укрыть машину от сканеров дредноута.
  Ченг велел Мегере следить за эфиром и направился к кораблю. До него пришлось идти еще около получаса.
  Он старался держаться вне зоны обзора камер внешнего наблюдения и вышел к развороченной корме корабля - к тому самому месту, откуда почти четыре года назад начался захват инопланетного звездолета. Механику предстояло повторить уже пройденный путь, и он, не мешкая, вскарабкался к лазу, вырезанному еще Бартоном в кормовой переборке.
  Лаз Ченг когда-то собственноручно закрыл металлическим листом. Он просунул широкую отвертку под край, с усилием отогнул металл, затем сорвал лист с креплений. К счастью, охранную сигнализацию в кормовой части Ченг установить так и не успел, поэтому продолжил путь никем не замеченный.
  Первым делом он пробрался в медицинский отсек. Там отыскал контейнер с сильнодействующим ингаляционным анестетиком и дыхательную маску, после чего направился к узлу вентиляции.
  Нужный воздуховод он обнаружил не сразу. Но, в конце концов, добрался до вентиляционного канала, который подавал воздух непосредственно на мостик.
  Механик надел маску, вскрыл сервисный патрубок, ввел в него препарат и снова закрыл.
  Затем включил связь.
  - Дай поговорить мне с этим отмороженным Мастером, - потребовал он. - Я знаю, он держит вас на мушке.
  - Что ты хочешь мне сказать? - спросил незнакомый голос, судя по всему, принадлежавший Марату.
  - Хочу сказать, что ты редчайшая скотина, Мастер. Впрочем, какой ты к дьяволу Мастер? Так, запрограммированный кусок метаплазмы, лишенный всех человеческих чувств.
  - Выбирай выражения. У меня все-таки твои друзья. И их жизнь напрямую зависит от твоих дальнейших действий.
  Марат говорил самоуверенно, и Ченг на секунду усомнился в успехе своей затеи. А если анестетик на Мастера не подействует?
  Он прогнал нехорошую мысль.
  - Жалкий шантажист - вот кто ты есть на самом деле. Неужели ты убьешь женщину, которую когда-то любил? И которая любила тебя?
  - Ты же сам определил меня как лишенный чувств кусок метаплазмы. Следовательно, моральными принципами я не отягощен и...
  Марат оборвал фразу.
  Несколько секунд в эфире стояла тишина.
  - Что происходит?.. - Голос изменился. - Это твои проделки, урод?
  - Какие еще проделки? - У Ченга на миг сердце ухнуло куда-то вниз.
  - Меняется химический состав воздуха... Твои люди уже без сознания...
  - А ты? - отчаянно выкрикнул механик. - Какого черта тебя не взяла эта дрянь?
  - Сейчас... я... буду убивать...
  Ответа не последовало.
  Ноги предательски ослабели, но Ченг ринулся к мостику. Пробегая мимо большого зала с кормушками, он краем глаза заметил Сига. Малыш прятался в оранжерее Бартона среди густой растительности и не вышел даже при виде механика. Ченг лишь махнул ему рукой и побежал дальше, углубившись в нескончаемый лабиринт коридоров.
  Бег давался нелегко: грудь ходила ходуном, пот застилал глаза, а от нервного напряжения все тело била мелкая дрожь. Наконец впереди показалась дверь мостика. Ченг немного отдышался, вскинул трубку сигуурийцев и нажал кнопку привода. Створка плавно ушла в сторону, открывая картину спящего царства.
  Спали все. Трое мужчин развалились в нелепых позах вокруг толстого пиллерса, к которому были пристегнуты наручниками. За пультом связи, откинувшись на спинку высокого кресла, спала Марго. У ее ног, подобно преданному псу, лежал Марат. В руке он сжимал импульсный пистолет, который так и не успел пустить в дело.
  При появлении Ченга Марат едва заметно шевельнулся. Видимо, где-то на границе сознания сработал рефлекс на открывшуюся дверь. Этого движения оказалось достаточно. Не раздумывая, механик ударил его разрядом из трубки.
  Марат обмяк.
  Ченг несколько секунд не двигался, прислушиваясь к собственному дыханию. Он очень надеялся, что не убил Мастера, а только лишил его сознания. Механик осторожно подошел к телу, нащупал пульс на шее спящего врага. Марат был жив. От сердца отлегло.
  Предстояло многое сделать. Ченг вызвал Мегеру. Пока она добиралась до дредноута, он отыскал старую самоходную тележку - ту самую, которой почти четыре года назад пользовались при перевозке Циклопа. На тележке он одного за другим вывез спящих друзей наружу и уложил у входа в корабль.
  - Что так долго? - проворчал Ченг, когда Мегера наконец неуклюже посадила платформу рядом с дредноутом.
  - Ты же не объяснил, как этой штукой управлять, - огрызнулась амазонка и принялась выгружать свои вещи.
  Ченг подошел к неприлично храпевшему Циклопу, опустился рядом и ножом распорол одежду на его правом плече.
  - Ты чего делаешь? - насторожилась Мегера.
  Механик не ответил.
  Он нащупал под кожей небольшое твердое уплотнение и сделал глубокий разрез. Показалась кровь. Ченг раздвинул края раны пальцами и ухватил скрытый в тканях имплант.
  Мегера замерла.
  Это была вовсе не электронная плата, как можно было ожидать. Небольшой темный узел оплетали тонкие полупрозрачные отростки, вросшие в мышцы. Некоторые из них едва заметно сокращались сами по себе.
  Ченг потянул.
  Отростки напряглись, цепляясь за ткани. Затем один за другим они начали отделяться от тканей. Имплант будто пытаясь удержаться в теле хозяина.
  - Твою мать... - тихо выдохнула Мегера.
  Ее глаза округлились.
  Последний отросток оторвался. Ченг поднял имплант на уровень глаз. Освобожденный от человеческой плоти умный модуль продолжал едва заметно шевелиться. Тонкая нить скользнула по перчатке и потянулась к запястью, будто пыталась найти новую живую ткань.
  Амазонка невольно отступила.
  - Оно что... живое?
  Ченг ничего не ответил. Положил имплант на ближайший камень и несколькими ударами рукояти ножа превратил его в месиво из темных осколков и раздавленной биоткани.
  - Ты совсем спятил? - Мегера ошеломленно смотрела то на него, то на остатки импланта.
  - Никто не вправе навязывать свою волю другому человеку, - спокойно сказал Ченг. - Не вправе превращать человека в послушного робота. Если существует хоть малейшая возможность вторжения в разум извне, ее надо уничтожить. Даже если этим мы лишаемся возможности снова превратить Циклопа в супермена.
  - Значит, и этот ваш верзила тоже мутант? - Теперь Мегера смотрела на Циклопа настороженно.
  - Он в первую очередь человек. И мне неважно, как устроены его гены. Важна не форма, а содержание. - Ченг вытер нож. - В нашем медотсеке валяется еще один Мастер. Вот тот мутировал не столько генетически, сколько морально.
  - И что ты собираешься с ним делать?
  - Убить не могу. В его черепе такой же имплант, как тот, что я только что раздавил. Он связан с терминалом в браслете, через который Марат общался со своими кураторами. Перед сеансом терминал проверяет имплант. Если Марат умрет, при следующей связи на орбите поймут, что их агент провалился.
  Мегера спросила:
  - Что ты задумал?
  - Хочу поиграть.
  - Во что?
  - В игру "Кто умнее". У нас есть Марат, его имплант, терминал и ты. - Ченг пристально посмотрел на Мегеру. - Шансы я бы оценил пятьдесят на пятьдесят.
  - Меня ты явно переоцениваешь.
  - Отчего же? Насколько я знаю, в "Амазонках" ты считалась крупным специалистом по защищенным системам.
  - Считалась. Только мой пакет уже года четыре как не обновлялся.
  - Знаешь, где достать обновления?
  - Возможно. - Мегера на секунду задумалась. - Была у меня одна закрытая площадка. Если она еще существует, там найдется все, что нужно.
  - Так в чем проблема?
  - В цене. Такие вещи бесплатно не раздают.
  - Сколько?
  Мегера назвала цифру.
  - И это еще по минимуму.
  Ченг несколько секунд молчал.
  - Я заплачу.
  Амазонка недоверчиво посмотрела на него.
  - Дик, ты понимаешь, о чем речь? За эти деньги можно купить целый рудный астероид. У тебя действительно столько есть?
  - Есть.
  - Но откуда?
  - Тебе не кажется, что задавать подобные вопросы немного бестактно? - улыбнулся Ченг.
  - И все же?
  - Заработал. Такой ответ тебя устроит?
  Мегера уставилась на него:
  - И ты готов спустить все это ради своей затеи?
  - Если она поможет нам выбраться с Земли - готов.
  Мегера помолчала.
  - Тогда остается выйти в сеть.
  - Попробую связаться с Крикси. Думаю, обычный канал он нам откроет.
  Ченг обвел взглядом лежащих на земле товарищей.
  - Будим Анри. Остальные пока пусть спят.
  
  Глава 10.
  
  После разговора с Гаррисоном Ник еще сутки просидел в клетке. Условия содержания были довольно скотскими. Молодого человека морили голодом, не давали воды и, казалось, о нем вообще забыли. Но впечатление было обманчивым. За недолгое знакомство Безухий Воин успел понять, что Гаррисон вспыльчив и легко загорается новыми идеями, поэтому подозревал: предложение пленника главаря бандитов заинтриговало. Подозрение подтвердилось. Ника накормили, туго перебинтовали саднивший бок и отвели к подземному озеру умыться.
  Вскоре посвежевший пленник вновь предстал перед главарем банды.
  Гаррисон стоял, облокотившись на широкий стол с разложенной картой Озерного края.
  Карта была вырисована весьма искусно. На ней были подробно обозначены реки, озера, леса, места проживания людей и военные объекты. Судя по всему, ее не перерисовывали целиком, а по мере необходимости дополняли и исправляли: даже "Борей" все еще стоял на рейде, а зона покрытия его радаров была отмечена пунктиром.
  - Вчера мои люди пытались перерезать линию электропередачи. Их засекли и пожгли с платформы, - хмуро произнес Гаррисон. - Чем их обнаружили? Ведь "Борей" утонул.
  - На этой карте нет сенсоров, фиксирующих движение.
  - Так отметь их. - Главарь протянул молодому человеку тонко выструганную угольную палочку.
  - Я отмечу только те, о которых знаю, - сказал Ник и принялся ставить на карте крестики.
  Закончив, пояснил:
  - Кроме них, некоторые участки контролируют системы инопланетного корабля.
  - Причем тут корабль чужих?
  - Данные с дредноута могут поступать защитникам. Но есть участок, где каменная гряда сильно мешает сканированию. - Ник указал на возвышенность, тянувшуюся с севера на юг. - Вдоль нее можно незаметно выйти к северо-западной окраине Озерного города. С той стороны нападения ждут меньше всего.
  - К чему ты клонишь?
  - Твоей ватаге вполне по зубам захватить Озерный город.
  - Ты за кого меня держишь? - раздраженно спросил Гаррисон. - У вас бойцов вдвое больше, чем у меня. Думаешь, я добровольно пойду на верную смерть?
  - На днях основные силы выйдут в поход. Оборонять его останутся лишь новобранцы. Если хочешь добиться успеха, стоит поторопиться. Другого шанса может не представиться.
  - Вот даже как! - Гаррисон постарался скрыть волнение.
  - Ты никогда не задумывался, почему ваши пещеры не бомбил "Борей"? - неожиданно спросил Ник.
  Гаррисон явно растерялся.
  - А какой в этом смысл? Под землей нам бомбы не страшны.
  - Но ракетный удар мог запечатать входы в подземелье, завалить штольни и лазы.
  Бандиты, слушавшие разговор, заметно напряглись.
  - "Борей" лежит на дне, так что нечего нас пугать, - прошипел Гаррисон. - Ты дело говори.
  - От участи быть похороненными заживо вас спасла королева. В тот момент она собиралась идти в Северные Альпы. Безопасный путь туда проходил только через ваши пещеры. Ее величество не позволила бомбить стратегически важный проход и распорядилась провести войсковую операцию. Но всякий раз, когда мы пытались пробиться к входам, ваши люди отбрасывали нас еще на подступах. Потери становились слишком велики, и в конце концов от экспансии пришлось отказаться. Тогда вас решили просто запереть под землей: ракетными ударами "Борея" обрушить входы и основные штольни. Но тут корабль погиб. Для нас это стало серьезнейшей потерей: дальние подступы к Озерному городу оказались открыты для врага. Медлить было нельзя. Теперь готовится новый поход. На этот раз никто не полезет за вами в пещеры. Вас загонят под землю, а потом обрушат своды над вашей базой и завалят известные выходы. Взрывчатки у нас хватает. Этот район и ближайшие галереи хорошо разведаны. Нашлись и подрывники, которые знают, куда заложить заряды... Вот почему у вас остался последний шанс взять Озерный город.
  На несколько секунд все замолчали. Снаружи доносились лишь приглушенные звуки подземного поселения. Следовало отдать должное Гаррисону: когда он заговорил, голос звучал спокойно.
  - То, что ты сказал, нужно проверить.
  Ник лишь пожал плечами:
  - Да, конечно, проверяй. Потеряешь еще пару дней. Вполне возможно, Корвин уже грузит на платформу инженерные заряды, а его люди только и ждут сигнала к походу.
  - Не бери меня на испуг. Я не двинусь с места, пока не удостоверюсь.
  - Мне плевать. Никого уговаривать не собираюсь. Считай, что я уже спас ваши шкуры, предупредив об опасности. По крайней мере, у вас останется возможность уйти вглубь подземелий или в те же Альпы, прежде чем своды рухнут.
  - Заткнись и убирайся. - Гаррисон указал на выход. - Когда понадобишься, позову.
  Ник снова пожал плечами и вышел из тронного зала. Стражник, доставивший пленника в резиденцию главаря, обратно в клеть его не повел. На окраине подземного города он остановился у будки, сколоченной из листов ржавого железа, и жестом указал на дверь. Судя по всему, отныне Безухому Воину предстояло жить здесь. Внутри было тесно и пусто: на грязном полу валялась лишь соломенная циновка. Заходить Ник не стал и отправился бродить по окрестностям, ловя на себе недружелюбные взгляды бандитов.
  Здесь шла своя, вполне налаженная жизнь. Хозяйство, скотина, мастерские - все как у людей. В ржавых будках ютились рядовые бандиты, бараки отвели невольникам. Каменные дома занимали заслуженные ветераны разбойного дела, а в квартирах, выдолбленных в известняковой стене, разместились вожди со своими наложницами и прислугой. За порядком и обороной тоже следили: на нескольких вышках дежурили часовые, у ворот прохаживалась стража.
  Где-то здесь Бартон устроил свое знаменитое избиение альбиносов. Ник представил, как Билл пробивался к дворцу: палил с двух рук, метал бомбы, сновал между строениями. Великий все-таки воин. Куда там бывшему главнокомандующему Шиллеру, который не то что в город - даже к самим пещерам пробиться не смог.
  Погруженный в невеселые мысли, Ник вышел к озеру в самом центре поселения и присел у воды. Со стороны южной стены ударили в набат. Тут же послышались треск пулеметных очередей, взрывы гранат, крики и брань. Бандиты высыпали из будок и проходов и бросились в сторону завязавшегося боя.
  Переполох вызвала небольшая группа альбиносов, появившаяся у городских стен. Мутанты пришли, судя по всему, издалека: насколько знал Безухий Воин, в радиусе двадцати километров никто из них не жил. Впрочем, пещеры представляли собой целый подземный мир, и никто толком не знал, насколько он велик и кем заселен.
  Бой оказался скоротечным. Шум быстро стих, и бандиты стали расходиться. К Нику подошел грязный, нечесаный тип в лохмотьях и, ткнув его в спину крючковатым пальцем, прошепелявил:
  - Бабу хосес?
  - Не хочу, - отмахнулся молодой человек.
  - Городская баба. Хоросая, - не унимался грязнуля.
  - Городская? - Ник насторожился.
  - Угу.
  - А ну веди.
  Ник последовал за оборванцем, который привел его к небольшому сараю. У входа на низком табурете сидел громила-сутенер. Он бросил чумазому проводнику корку хлеба и, полоснув Ника недобрым взглядом, спросил:
  - Что у тебя есть?
  - Ничего, - признался молодой человек.
  - А какого хера тогда приперся?
  - Мне нужно взглянуть на женщину.
  - Сперва заплати. Давай патроны или жратву. Деньги, что чеканят в городе, тоже сойдут.
  - Сейчас заплачу.
  Ник с силой припечатал сутенера ногой в правую скулу. Что-то хрустнуло. Взвыв от боли, громила повалился с табурета, а его карабин, беспечно прислоненный к стене сарая, перекочевал в руки Безухого Воина.
  Не теряя времени, Ник сорвал заплесневелую шкуру, закрывавшую вход. Тусклый свет из прохода выхватил из темноты силуэт худощавой обнаженной девушки. Она сидела в углу, съежившись в комок. На руках темнели синяки, ноги были покрыты ссадинами. Голова была низко опущена, и спутанные фиолетовые волосы закрывали лицо.
  - Мальвина, - выдохнул Ник и услышал, как за спиной щелкнул затвор штурмовой винтовки.
  - Брось ствол, парень.
  Стражник, охранявший его недавнюю клеть, держал Ника на прицеле. Безухий Воин знал, что за ним следят, поэтому появление бандита не удивило. Он отбросил карабин и твердо сказал:
  - Я должен забрать эту девушку.
  Стражник лишь мотнул головой и указал стволом на проход.
  - Я не уйду без нее. Можешь стрелять.
  Между тем очухался сутенер. Он тяжело поднялся, схватил карабин и попытался огреть прикладом своего обидчика. Ник ловко увернулся и несколькими отработанными движениями снова уложил громилу.
  Стражник, до сих пор наблюдавший за происходящим, пальнул в воздух. На выстрел сбежались бандиты. Безухому Воину заломили руки и вернули в клеть.
  
  Глава 11.
  
  
  Бартон пришел в себя оттого, что Дикий Циклоп поливал холодной водой его чугунок, называемый головой. Билл с трудом разлепил глаза и увидел над собой размытый силуэт гиганта.
  - Просыпайся, Билл, - пробасил верзила. - Мы все крупно облажались. Старина Ченг снова спас наши задницы... Стыд-то какой.
  Бартон не успел ничего ответить: стоило приподняться, как к горлу подкатила тошнота.
  Какое-то время Билл изрыгал желчь и плевался, ловя на себе сочувствующий взгляд Циклопа. Слава богу, Марго не видела этого позора. Девушка еще не пришла в себя и лежала неподалеку на заботливо постеленном матрасе, укрытая толстой медвежьей шкурой. Рядом сидел печальный Сиг. О его настроении красноречиво говорил рисунок складок на лице.
  - Не переживай, Сиги, - сказал Циклоп. - Марго скоро проснется.
  - Ченг... спас... на-ши... зад-ни-цы, - просвистел малыш.
  - Верно, - кивнул верзила. - Что мне в тебе нравится, парень, так это способность сразу ухватить суть происходящего.
  - А где сам Ченг? - Бартон перестал плеваться и глубоко втянул морозный воздух.
  - В медотсеке... Они с Мегерой пытаются хакнуть браслет Мастера, а наш славный доктор держит его под мощной седацией.
  - Браслет этого недоноска как-то связан с имплантом?
  - Связан. Это агентурный терминал. Через него Марат получал задания и отправлял донесения на орбиту.
  - Я так и думал, - сказал Бартон. - Что теперь?
  - А теперь самое интересное. Терминал работает только со своим Мастером. Перед сеансом через имплант проверяет, жив ли хозяин.
  - Значит, если Мастера убить...
  - Терминал не пройдет проверку. На орбите поймут, что их агент провалился.
  - Мы не должны его убивать, - подала слабый голос Марго.
  Она уже пришла в себя и некоторое время просто лежала, не вмешиваясь в разговор.
  - Ведь он нас не убил.
  Бледная и растрепанная, Марго выбралась из-под шкуры, неуверенно поднялась на ноги и молча направилась к ручью, всем своим видом давая понять, что хочет побыть одна.
  Проводив дочь взглядом, Бартон сказал:
  - Я этого недоноска своими руками готов разорвать. Он растоптал надежды Марго. Наплевал ей в душу. Заставил мою девочку страдать. Не прощу.
  - Только одного не понимаю, - задумчиво произнес Циклоп. - Почему он так быстро раскрылся? Даже про Ченга толком ничего не выяснил и вдруг начал укладывать нас своим парализатором.
  - Из-за меня, наверное, - устало сказал Бартон. - Я заметил, что всякий раз, когда оживает браслет, меняется активность импланта
  - Этот иуда понял, что ты что-то заподозрил?
  - Похоже. И решил не ждать, пока я окончательно разберусь, что к чему: парализовал меня прямо в оранжерее.
  - А меня этот засранец обездвижил, когда я коз стриг, - пожаловался Циклоп.
  На этом обмен информацией закончился.
  Ветер завывал все сильнее, мороз крепчал. Бартон, Циклоп и Сиг ждали Марго. Девушка появилась из темноты, когда Билл уже начал беспокоиться. Не сказав ни слова, она прошла внутрь дредноута.
  Остальные поднялись следом и направились к медотсеку, где Мегера уже несколько часов пыталась подобрать ключ к зашифрованным сообщениям, хранившимся в памяти терминала Мастера
  Сам Марат лежал под глубокой седацией, а за его состоянием следил Анри.
  Ченг свою часть работы уже выполнил: связался с "Медузой", получил выход в сеть, потратил почти все свои накопления на обновление пакета и теперь ждал результата. Нервничал он заметно, но Мегеру не торопил.
  Марго подошла к ложу, на котором лежал ее бывший возлюбленный. По ее лицу трудно было понять, что она чувствует.
  - Пульс очень редкий, - зачем-то сообщил Анри. - Возможно, я переборщил с дозой.
  - Не волнуйся, док, - пробасил Циклоп. - Это всего лишь адаптивная защита организма.
  Мегера отвлеклась от работы и попросила остальных уйти. Ченг засуетился, вывел всех из медотсека и ушел сам.
  К утру Мегере удалось подобрать ключ.
  Она вызвала Ченга, и тот явился почти сразу. Амазонка сидела на прежнем месте - осунувшаяся, с красными от недосыпа глазами.
  - Смотри. - Мегера вывела на дисплей последнее входящее сообщение. - Ему велят выяснить, кто из персонала "Медузы" предупредил каторжан о готовящемся захвате дредноута.
  - Вот же сукин сын, - выругался Ченг. - Значит, настучать уже успел. Не знаю даже, что ответить. Никого подставлять не хочется.
  - Давай на Рыжего стрелки переведем, - предложила Мегера.
  - Что за Рыжий?
  - Земескис. Он место Безухого Воина занял.
  - Откуда знаешь?
  - Этапированные рассказывали.
  - Ладно, пусть будет Рыжий, - согласился Ченг. - Только боюсь, не поверят.
  - Поверят. Пока у нас есть выход в сеть, я залезу в личный терминал Земескиса и оставлю там кое-что интересное.
  - А получится?
  - Дик, мы только что скачали самый мощный хак в Галактике, а ты еще сомневаешься?
  Ченг задумался.
  - Так может, заодно и бортовую систему челнока Абамы крякнешь?
  - Да что за спешка, черт возьми? - возмутилась амазонка. - Я уже который день глаз нормально сомкнуть не могу.
  - Мегерочка, - Ченг перешел на просительный тон. - Такой шанс нельзя упускать. Кроме тебя туда никто не проберется. Ты уж постарайся. А потом спи сколько твоей душеньке угодно.
  - С вами поспишь, - проворчала Мегера и вернулась к работе.
  
  Глава 12.
  
  
  С некоторых пор Безухий Воин стал замечать, что охранявший его бандит не проявляет к нему агрессии.
  - Как хоть тебя звать, гангстер? - спросил Ник у своего стражника, который сидел у небольшого костра рядом с клеткой и готовил какое-то варево в алюминиевом котелке.
  - Я - Брейкер, - бандит даже не повернулся в сторону заключенного.
  - За что наказали девчонку, Брейкер? - Жалкая фигурка Мальвины до сих пор стояла перед глазами молодого человека.
  - Она вожака обидела.
  - Член ему оторвала, что ли?
  Брейкер неожиданно улыбнулся и ответил:
  - Может, и член. Что-то меж ними не срослось, и Артур отдал ее ребятам на забаву.
  - Скажи своему вожаку, что я не буду с ним сотрудничать, пока не получу девушку.
  - Сам скажи, - отмахнулся бандит.
  - Тогда отведи меня к нему.
  - Не время еще.
  Нику оставалось лишь ждать. Вскоре в городе забил набат. Воинство Гаррисона срочно готовилось покинуть насиженное место и выйти в поход. Информация, переданная Безухим Воином, подтвердилась. Лазутчики Гаррисона сообщили, что армия Озерного края вот-вот выдвинется к пещерам с инженерными зарядами. Среди бандитов возник разлад. Многие настаивали на отходе вглубь подземелий, однако сам Гаррисон был одержим идеей захвата Озерного города и слышать не хотел об отступлении. Главарь сам пришел к Нику и, стоя по ту сторону клетки, сказал:
  - Ты должен помочь мне или сдохнуть.
  - Все мы когда-нибудь сдохнем. - Ник с достоинством посмотрел на Гаррисона. - Просто кто-то это сделает раньше, а кто-то позже.
  - Ты, кажется, предлагал сотрудничество.
  - Я не отказываюсь сотрудничать. Но считаю, что за свою помощь вправе требовать привилегий.
  - Чего ты хочешь? - Гаррисон явно торопился.
  - Верните мое снаряжение - это раз. Дайте мне полномочия одного из ваших офицеров - это два. И отпустите Мальвину - это три.
  - Я согласен, - неожиданно уступил главарь. - Только девчонка пойдет с нами. Мы освободим ее, когда овладеем городом. С твоих слов, мы ведь должны им овладеть, не так ли?
  - Должны. Мы даже можем обойтись малой кровью. Для этого нужно всего лишь захватить королевский дворец.
  - Я уже думал об этом. Но дворец - наиболее охраняемый объект. Он должен быть неприступен.
  - Это лишь на первый взгляд. Я знаю дворец как свои пять пальцев. Если грамотно построить атаку, то его можно взять с полусотней бойцов.
  - Ну, смотри, - угрожающе произнес Гаррисон, подавая сигнал стражнику, чтобы тот открыл клеть. - Если ты меня подставишь, то и тебя, и девчонку на куски порежут.
  - Не сомневаюсь, - ухмыльнулся Ник, покидая клетку.
  Он сразу проследовал за главарем к арсеналу. Там Безухий Воин получил назад свое снаряжение и присоединился к покидающим город бандитам. Ему сразу определили место проводника в авангарде. Колонна тронулась в путь и довольно быстро вышла на дно карьера, а затем змеей потянулась по его серпантину наверх.
  Когда достигли поверхности, случилась небольшая задержка: бандиты погнали невольников в окружающие карьер доты и пулеметные гнезда. Смертников приковывали толстыми цепями, вгоняя в грунт мощные штыри. Нику было не совсем понятно, на что рассчитывал Гаррисон, оставляя рабов на первом рубеже обороны: патронов им не дали, опасаясь выстрелов в спину. Видимо, так он хотел создать видимость занятого рубежа, выиграть время и задержать армию Озерного края у карьера.
  Пока длилась заминка, Безухий Воин отыскал Мальвину. Девушка находилась в обозе вместе с другими наложницами и скарбом. На ней были надеты чьи-то мужские обноски, а изможденное лицо выражало полное безразличие ко всему происходящему. Но безразличие оказалось наигранным. Когда Ник подошел к Мальвине, он услышал в свой адрес емкое: "Иуда". Следом девушка плюнула ему в лицо. Молодому человеку осталось лишь утереться и отойти. Гаррисон, наблюдавший сцену со стороны, злорадно заметил:
  - Благими намерениями вымощена дорога в ад.
  
  
  Глава 13
  
  
  Устроив себе самоизоляцию, Крикси временами просто изнывал от одиночества и, чтобы как-то убить время, уходил в виртуальный мир. На станции о полковнике, казалось, забыли, и теперь Мистер Устав пытался наладить контакт с шайкой Гомеза. Правда, ему это так и не удалось.
  В один прекрасный день настойчивый стук в дверь заставил начальника станции покинуть "Пепельный мир" и вернуться в трехмерное пространство своего кабинета.
  Быстро придя в себя, полковник отворил заблокированную изнутри дверь.
  На пороге стояли двое мужчин. Один из них представился Сержем Арно, а другой оказался связистом-десантником, которому было поручено проверить компьютер начальника станции.
  - А какие, собственно, у вас полномочия, господин Арно? - спросил Крикси, узнав цель визита.
  - Опять за рыбу деньги, - вздохнул Серж и завел уже заученную песню о представителе заказчика и засланном на Землю шпионе.
  Наконец Серж закончил:
  - С "Медузы" произошла утечка секретных сведений. Сейчас уже доподлинно известно, что информация была передана с терминала лейтенанта Земескиса. Он взят под стражу. Тем не менее мы должны проверить все находящиеся на станции компьютеры.
  - Пойдите вон, - сказал полковник и нажал клавишу пневмозакрытия.
  Створка двери задвинулась прямо перед носом оторопевшего Арно. Сержу оставалось лишь выругаться и направиться в каюту Ливси.
  Оставшись в одиночестве, полковник не на шутку встревожился. Первым делом он закрыл доступ к сети "Медузы" для вычислительного модуля, снятого с "Борея". Затем, не мешкая, сменил системный диск своего компьютера. На старом могли сохраниться данные о тех сеансах, через которые Крикси предупреждал Жереса и Ника о готовящемся уничтожении "Борея" и операции против дредноута. Диск незамедлительно отправился в утилизационную установку.
  Закончив заметать следы, Крикси немного успокоился и уже собирался вернуться к прерванной игре, когда вахтенный офицер доложил о срочном сообщении от начальства.
  Руководство проекта прислало приказ об отстранении Тимбервуда от занимаемой должности до выяснения обстоятельств. Для расследования на станцию уже вылетела специально созданная следственная группа. В том же приказе сообщалось о новом назначении: Серж Арно получил звание майора и полномочия руководителя операции по разоружению Озерного края. Полковнику Крикси предписывалось оказывать ему всяческое содействие.
  О своем повышении Арно узнал из уст начальника станции и тут же потребовал извинений за хамское поведение. Но Крикси и не подумал их приносить.
  - В войсках существует субординация, молодой человек, - сказал Крикси. - И вам следует знать, что я не могу допустить неизвестную мне персону к компьютеру, на котором содержится секретная информация.
  - Теперь персона вам известна. - Серж протянул ему приказ о своем назначении.
  - Теперь известна.
  - И?
  - Вы можете подвергнуть меня унижению - покопаться в моих личных файлах...
  - Не стоит давить на мое благородство, полковник, - жестко сказал Арно. - Сейчас мне нужны ваши действия.
  - Какого рода действия, позвольте узнать?
  - Измените орбиту "Медузы" так, чтобы к завтрашнему вечеру станция прошла над районом Озерного города.
  - Я выполню ваше распоряжение. Разрешите откланяться.
  Серж проводил полковника недобрым взглядом и, переодевшись в мундир с майорскими знаками различия, направился в карцер к Земескису.
  Лейтенант отрицал свою причастность к утечке секретных сведений и твердил о провокации.
  - Какая еще провокация? - спросил раздраженный Серж. - Из достоверного источника на поверхности получено сообщение, что именно вы передали сведения о готовящемся десантировании.
  - Врут!
  - Кроме того, в системных журналах вашего терминала обнаружен след зашифрованного исходящего пакета на поверхность.
  - Быть того не может.
  - Сам пакет удален, но запись об отправке осталась.
  - Я понятия не имею, о чем вы говорите, - упрямился арестант.
  - Мне придется допросить вас с пристрастием, - жестко сказал Серж.
  - Ну послушайте, - взмолился Земескис. - Вы же далеко не глупый человек и должны понимать, что у меня нет никаких мотивов для совершения воинского преступления.
  - Они у вас как раз есть. Я могу назвать десяток причин, из-за которых вы пошли на предательство. И первая - желание поквитаться за свою незавидную участь вертухая.
  - Бред! - Земескис был на грани отчаяния.
  - Сейчас мы это выясним.
  Тимбервуд успел санкционировать нейрофармакологический допрос еще до своего отстранения. Охранники ввели Земескису препарат, который по старинке продолжали называть "сывороткой правды".
  Через несколько минут лейтенант обмяк, речь стала заторможенной, а сопротивляться допросу он почти перестал. Однако ожидаемых признаний Арно так и не получил. Земескис снова и снова отрицал свою причастность к утечке.
  Серж был вне себя от гнева и, решив, что доза оказалась недостаточной, велел усилить воздействие.
  Во второй раз явно переборщили. Земескис перестал отвечать на вопросы по существу, гримасничал, смеялся невпопад и вообще вел себя как человек, совершенно потерявший связь с происходящим.
  Раздосадованный Серж вернулся в свои апартаменты и вызвал к себе Дугласа.
  - Я, кажется, говорил вам, майор, что единоначалие будет соблюдено. - Арно указал десантнику на кресло.
  Но тот остался стоять.
  - Жду ваших распоряжений.
  - Разделите роту примерно поровну, - голос Сержа принял приказной тон. - Первой группой будете руководить непосредственно вы. Вторая поступит в мое распоряжение. После десантирования мы разделимся. Вашему подразделению ставится задача взять под контроль дредноут инопланетян. Я со своими людьми направлюсь в Озерный город. Место высадки определит Абама с учетом наших дальнейших маршрутов и возможностей челнока. Вопросы?
  - Если, как вы утверждаете, обитатели дредноута уже обезврежены, то отпадает всякий смысл захватывать инопланетный корабль. Достаточно будет выставить пост.
  - А если обезврежены не все?
  - Разве вы не уверены в своем человеке?
  - В своем агенте я уверен. Но после допроса Земескиса кое-какие сомнения у меня все же появились. Вот почему считаю целесообразным проведение войсковой операции.
  - Тогда я должен знать задачу вашей группы.
  - Разоружить армию Озерного края и склонить местное население к сотрудничеству.
  - Вы хотите заставить каторжан сотрудничать с их надзирателями?
  - А почему бы и нет? И что, собственно, вы понимаете под словом "каторжанин"? - Серж пристально посмотрел на майора. - Если вы думаете, что жители Озерного города считают себя людьми обделенными, то ошибаетесь. У них вполне человеческая жизнь, которой могут позавидовать многие из ваших бойцов, не имеющие ни семьи, ни угла. Поселенцы не захотят потерять то, что им удалось приобрести за последние годы. Поэтому пойдут на сотрудничество.
  - Я могу поспорить с вами, Серж, - сказал Дуглас. - Вы ставите во главу угла материальную сторону их жизни.
  - Почему материальную? Не только. Многие каторжане нашли на Земле свою вторую половину, у них родились дети.
  - Но дети родились в неволе. И на самом деле поселенцы остаются людьми несвободными, глубоко зависимыми от своего орбитального надзирателя. Эта зависимость довлеет над каждым из них.
  - Мы все в той или иной мере несвободны, Мартин, - философски заметил Арно. - И у каждого из нас есть свой надзиратель. По большому счету, вся наша жизнь - каторга.
  Он помолчал и продолжил:
  - Но давайте оставим ненужные споры. В переговорах с каторжанами у меня будет весьма весомый аргумент в виде полусотни вооруженных десантников. И уж если быть до конца откровенным, есть еще одно обстоятельство в мою пользу. Когда-то я знавал королеву и начальника ее охраны, Ганса Фарада. Они вполне здравомыслящие люди. Мне не составит труда найти с ними общий язык.
  - Ну что ж. Тогда разрешите узнать время проведения операции.
  - По моим подсчетам уже завтра "Медуза" пройдет над нужным районом. Высадку назначим на вечер.
  Дуглас больше не стал задавать вопросов и удалился к своим парням готовиться к высадке.
  Арно засел за компьютер, набивая в специальную программу новое задание для Марата. Это не отняло много времени. Перепроверив данные, Серж отправил пакет на Землю.
  
  Глава 14
  
  Сигнал с орбиты принял агентурный терминал на запястье Мастера. Сам шпион лежал в медотсеке дредноута, крепко стянутый ремнями и погруженный в глубокую седацию. Анри присматривал за пленником, поддерживая его в бессознательном состоянии, кроме того, следил за жизненными показателями.
  Перед сеансом терминал привычно связался с имплантом хозяина и удостоверился, что тот жив. После этого зашифрованный пакет попал в руки Мегеры.
  Она уже достаточно хорошо разобралась в системе, чтобы не только читать входящие сообщения, но и формировать ответы от имени Марата.
  Новое задание было предельно простым: ждать группу захвата.
  Мегера отправила на орбиту подтверждение о получении и вызвала Ченга.
  Узнав последние новости, механик поспешил на мостик и включил пучковый радар. С его помощью он обнаружил изменившую орбиту "Медузу". Станция входила в северное полушарие.
  - Ну вот и началось. - Механик подал сигнал общего сбора.
  Команда быстро собралась на мостике. Пришел даже малыш Сиги.
  Ченг сообщил об активизации противника и добавил:
  - Супермена мы из Циклопа так и не сделали. Другой супермен оказался предателем. Армия Озерного края нас не поддерживает. Поэтому первоначальный план захвата придется слегка изменить. В драку мы вступать не будем, но челноку улететь не дадим.
  - Неужели ты надеешься на успех? - спросила Мегера.
  - Надежда умирает последней, - заметил Ченг.
  - Выкладывай свои соображения, - сказал Бартон.
  - План таков. Как только челнок отделится от станции, мы начнем его отслеживать.
  - Каким образом? - перебила механика хмурая Марго.
  - Благодаря Мегере в бортовой системе Абамы теперь сидит наша закладка, - объяснил Ченг. - Как только в систему загрузят полетное задание, мы увидим район посадки. Плюс будем вести челнок радаром.
  - Допустим, это сработает, - кивнула Мегера. - Что потом?
  - Всей дружной компанией вылетаем на платформе к месту высадки. Ждем, пока десантники уйдут от челнока. После этого применяем мою чудо-машинку: направленный импульс на несколько минут нарушит работу части авионики и системы запуска. Одновременно поставим помеху на связь с "Медузой".
  - А если не успеем к месту посадки?
  - Тогда придется импровизировать. На взлете бить не станем. Мне нужен целый челнок, а не груда обломков.
  - Хорошо. Ты посадил электронику. И что дальше?
  - Основной десант к тому времени уже уйдет выполнять задачу. Возле челнока останутся экипаж и, возможно, караул. С ними, думаю, мы управимся раньше, чем системы восстановятся.
  - На словах все красиво получается, - не унималась Мегера. - Но как будет на самом деле?
  - Я не хочу больше никого уговаривать, - устало произнес Ченг. - Или мы вступаем в объявленную нам войну, или сдаемся на милость победителя.
  - Думаю, милости не будет, - заметил Бартон. - Мы должны сражаться.
  - Я предпочитаю драться, - пробасил Циклоп.
  - Мы уже имели плачевный опыт на Зее, - сказала Марго. - Хватит наступать на грабли. Будем воевать.
  - Да я же не против, - смутилась Мегера. - Просто хотела внести ясность.
  - Ну вот и внесла, - заключил Ченг.
  - Есть еще одна проблема, - задумчиво произнес Бартон. - Проникновение на саму станцию из шлюзового отсека.
  - Я думаю, для нас это уже не проблема. - Ченг посмотрел на Мегеру. - Я прав, Кэтрин?
  - Если возьмем челнок целым, его штатные идентификаторы дадут мне точку входа в сеть станции, - сказала Мегера. - Дальше попробую подменить камеры и провести вас до центрального поста.
  - А двери? - спросил Бартон.
  - Если челнок пустят в шлюз, с дверями я разберусь.
  Несколько секунд все молчали, обдумывая предстоящую операцию.
  - С Маратом что будем делать? - задала наболевший вопрос Марго.
  - К сожалению, этого пса придется оставить его хозяевам, - жестко сказал Билл. - На его счастье, пока идет операция, убивать его нельзя.
  - Если вопросов больше нет, начинаем готовиться к захвату челнока, - подвел итог Ченг.
  
  Глава 15.
  
  Когда "Медуза" достигла заданной точки, Крикси распорядился прекратить дрейф и держать станцию над районом Озерного края. Сам же засел за пультом внешнего наблюдения, пытаясь рассмотреть сквозь перистые облака поверхность Земли.
  Как назло, облачность была довольно обширной, а с севера надвигался циклон, грозивший надолго зашторить район проведения операции.
  Крикси переключал оптические каналы, менял увеличение, накладывал координатную сетку, совмещая видимое изображение с инфракрасным.
  В конце концов полковнику удалось получить нужную информацию. Он вызвал Арно и сообщил ему о движении двух групп людей.
  - Первая группа насчитывает около двух сотен человек и следует на юго-восток от города, - доложил Крикси, выводя на дисплей электронную карту Озерного края. - Вторая группа находится значительно южнее и идет в противоположном направлении. К вечеру она достигнет района предполагаемой высадки.
  - И что это все может значить? - спросил Серж.
  - Понятия не имею, - ответил Крикси, но прозвучало это совсем неубедительно.
  - Сдается мне, что у вас все же есть мнение на этот счет. - Серж подозрительно посмотрел на полковника.
  - У меня есть предположение, но в нашем случае нужно оперировать конкретными данными, а не строить догадки.
  - И все же я бы хотел услышать догадки.
  - Извольте... Вот здесь располагается старый карьер. - Крикси указал на карту. - Последнее время в его районе происходили боевые действия. Каторжане, идущие из города, как раз держат путь к карьеру.
  - А куда направляется другая группа?
  - Этого я не знаю.
  - Предположим, армия Озерного города вышла в поход к логову бандитов. По моим сведениям, они окопались где-то под землей. Возможно, даже в том самом карьере, - принялся рассуждать Арно. - Что из этого следует?
  - Город остался без должной защиты - вот что из этого следует, - ворчливо сказал Крикси. - Более удобного момента для захвата может и не быть.
  - Согласен, - задумчиво произнес Серж. - Только что там за люди идут к месту десантирования?
  - Это вы можете выяснить, когда окажетесь на поверхности.
  - Уж поверьте, выясню, - сказал Серж. - Но мне нужен крепкий тыл на станции. К сожалению, здесь нет офицеров, коим бы я мог доверять. Поэтому высадку будут обеспечивать люди Дугласа. А вам, полковник, надлежит оказывать им всяческое содействие. Это приказ.
  - Я выполню ваш приказ, майор, - раздраженно пообещал Крикси и демонстративно направился прочь.
  Арно лишь проводил полковника взглядом и пошел готовиться к предстоящей операции.
  Вечером челнок Абамы отстыковался от станции и взял курс к точке десантирования. На борту находилась сотня звездных десантников, экипированных в мощные боевые экзокостюмы, способные выдержать плазменный удар и снабженные тяжелыми ранцевыми энергоблоками, импульсными накопителями, навигацией и связью. Каждый десантник представлял собой почти непробиваемую машину, несущую смерть, что вселяло полную уверенность в успехе операции.
  В это время Ник шел по лесу во главе разбойного воинства.
  Все его мысли были заняты упрямой девчонкой, находившейся в арьергарде колонны.
  Безухий Воин исполнил свою задачу - выманил бандитов из их логова. Теперь можно было уходить. Несколько раз ему уже представлялась такая возможность. И всякий раз Ник ее не использовал, опасаясь за судьбу Мальвины.
  Фарад наверняка уже знал о местоположении бандитов. Люди Дерзкого, должно быть, развернулись наперерез армии Гаррисона. К утру следовало ожидать атаки, а вместе с ней - разоблачения и неминуемой смерти.
  Сумерки уже сгустились, но бандиты даже не думали становиться на привал. Колонна двигалась вдоль каменной гряды, освещая путь факелами. Ник шел бок о бок с вожаком банды и напряженно соображал, как выбраться из ловушки. Надо было спасти себя и девчонку. Ни одного путного решения в голову не приходило. В конце концов Безухий Воин решил взять Гаррисона в заложники и уже хотел совершить задуманное, когда его сканер пискнул, высветив отметку спускающегося челнока Абамы.
  - К нам пожаловала новая партия каторжан, - сказал Ник Гаррисону, указывая на светлую точку в вечернем небе. - Ты счастливый, сукин сын, Артур. Возможность захватить челнок выпадает не каждый день.
  - Карту! - вне себя от возбуждения выкрикнул вожак бандитов.
  Кто-то развернул карту, поднес огонь.
  - Где он сядет? Как думаешь? - обратился Гаррисон к Безухому Воину.
  - А что тут думать? Вот поляна в полумиле от нас, - Молодой человек ткнул в карту. - Больше поблизости удобных мест нет.
  Главарь бандитов сразу потерял интерес к Нику и принялся отдавать команды своим бригадирам. Предстояло совершить нешуточный марш-бросок.
  Оставив охранение и обоз, вся банда ринулась к предполагаемому месту посадки.
  
  Глава 16.
  
  Стремительный спуск занял около часа. Еще полчаса Абама выходил в заданный район. Челнок завис над местом приземления, развернул сопла двигателей вертикально и, выпустив амортизационную платформу, плавно сел на поверхность.
  Как только раздраили люк, десантники посыпались наружу, на ходу считывая данные встроенных в костюмы сканеров.
  Как оказалось их тут ждали. Площадку окружили каторжане, вооруженные карабинами. Они сразу открыли огонь. Пули защелкали по броне экзокостюмов, не причиняя десантникам заметного вреда.
  Убедившись, что оружие против десантников практически бесполезно, люди Гаррисона бросились врассыпную.
  Арно приказал открыть огонь на поражение и по возможности взять языка. Вот только с последним не вышло. Тяжелые экзокостюмы позволяли двигаться достаточно быстро, однако в лесу заметно уступали в маневренности людям Гаррисона. Бандиты, огрызаясь огнем карабинов, быстро растворялись среди деревьев.
  Дуглас не стал ввязываться в бой. И увел свою половин роты в сторону дредноута.
  Арно с оставшимися десантниками продолжил преследование разбегающихся каторжан. Выстроившись в боевой порядок, они били по отходящим каторжанам плазменными излучателями и лучеметами. В нескольких местах лес вспыхнул.
  Связавшись с "Медузой", Арно задал нужные координаты и приказал поддержать своих парней ударом с орбиты. Его приказ был тотчас исполнен - на головы бандитов с неба посыпался огненный дождь. Вскоре люди Гаррисона оказались в пылающем кольце и гибли десятками.
  Пожар быстро охватил прилегающую территорию. Стало светло как днем. Мириады искр взметнулись высоко вверх, а зарево было видно далеко за пределами района боя.
  Десантникам в их герметичных костюмах огонь был не страшен. Они продолжали прочесывать лес, углубляясь в самое пекло пожара. В пылу боя никто не обратил внимания на челнок, который попытался оторваться от поверхности. Но, едва поднявшись на несколько метров, машина вдруг потеряла тягу и неуклюже шлепнулась обратно, повредив посадочные сопла. Спохватились лишь тогда, когда Абама доложил о случившемся инциденте. Сержу в тот момент было не до проблем Абамы.
  - Чини свой тарантас, - грубо рявкнул он в эфир, обращаясь к командиру челнока. - Чем скорее ты это сделаешь, тем меньше у тебя шансов оказаться на каторге.
  Горел лес, чадила земля, плавились камни. Ник потерялся в плотной завесе гари и шел к оставленному бандитами обозу, сверяясь с наручным сканером. Едкий дым заставлял глаза слезиться. Невыносимо жгло легкие. Курились волосы на голове.
  Среди огненного хаоса он каким-то чудом отыскал Мальвину. Девушка лежала, уткнувшись носом в торф, но все еще подавала признаки жизни. Безухий Воин рывком поднял несносную девчонку с земли и потащил за собой, на ходу объясняя ей, что все это время работал под прикрытием. Поняла она или нет - было уже не важно. Главное, что шла и не сопротивлялась.
  - Зачем ты со мной связался? - вдруг выкрикнула Мальвина. - Ведь ты такой крутой.
  - В Озерном королевстве своих на войне не бросают, - ответил Ник и потащил девушку дальше.
  Огонь был повсюду, и пробиться сквозь него не представлялось никакой возможности. Ник заметил расщелину в скальной породе и потащил свою спутницу туда. Укрытие оказалось неглубоким, но пламя туда не добиралось.
  Молодые люди лежали, плотно прижавшись друг к другу. Вдыхали воздух, пропитанный едким дымом, чувствуя, как на них накатывает забытье. Сон был сродни смерти, и Безухий Воин изо всех сил старался не отключиться. Говорил без умолку, рассказывая засыпающей девушке о своей жизни на планете Кулой, об учебе в Императорской академии и о службе на "Медузе".
  - Ведь мы умрем, Ник? - вдруг прошептала девочка с голубыми волосами.
  - Наверное, умрем, - спокойно ответил молодой человек.
  - Тогда мне следует попросить у тебя прощения. Помнишь, на станции я назвала тебя козлом. За Иуду - тоже прости.
  - Пустое, - улыбнулся Ник. - Скажи лучше, как ты у бандюков оказалась?
  - Влюбилась. - Мальвина лежала с закрытыми глазами, а ее лицо представляло собой восковую маску. - Втюрилась в человека, который старше меня намного лет. Страдала сильно от безответной любви. В какой-то момент решила пойти к нему - признаться, а там уж будь что будет. Наплевала на службу и отправилась на выселки. По дороге к дредноуту меня повязали бандиты.
  - Повезло Бартону! - снова улыбнулся Ник.
  - Почему это ему повезло? - Мальвина открыла глаза.
  - Ну как же?! Такая девчонка по нему сохнет.
  - Ты это от чистого сердца говоришь?
  - Перед смертью не лукавят. - Ник пристально посмотрел в ее васильковые глаза.
  Девушка смутилась от такого откровенного взгляда и прошептала:
  - Не смотри ты на меня. И вообще я спать хочу.
  - Спать нельзя, - сказал Ник. - Давай лучше болтать.
  - О чем?
  - Да неважно. Просто разговаривать. Ни о чем.
  Они еще долго лежали, вспоминая свою жизнь. Делились сокровенным, пока не стали впадать в забытье. Сквозь накатившую дрему Безухий Воин услышал какое-то шевеление снаружи и, превозмогая головокружение, выполз из расщелины. Его сразу подхватили десантники. Надели респиратор. Отвели к находившемуся неподалеку командиру.
  Серж стоял посреди пылающего леса, смотрел на Ника сквозь стекло гермошлема и не верил своим глазам.
  - Там девушка. - Молодой человек не узнал Арно за стеклом гермошлема. Он указывал в сторону расщелины и говорил: - Она не при делах. Вы должны ей помочь. Вы же люди, черт вас подери.
  
  Глава 17.
  
  
  Пожар бушевал всю ночь и грозил охватить огромную территорию леса. Но к утру пришел циклон, сопровождаемый сильным дождем. Он предотвратил распространение пламени. Огонь начал медленно затухать, оставляя после себя густой дым, гонимый порывистым ветром в сторону побережья. В непроглядном едком мареве не было видно даже вытянутой руки, и ремонт поврежденных сопел челнока совсем не спорился. Абама со своими помощниками не могли быстро справиться с неисправностью и были на взводе. Никто толком не понимал, что произошло с их кораблем. Бортовой компьютер зафиксировал кратковременный сбой сразу нескольких систем, после чего челнок потерял тягу и рухнул обратно на поверхность, незначительно повредив сопла.
  На станции имелись другие челноки, но вызвать подмогу означало расписаться в собственном бессилии. Самолюбие Абамы такого пока не позволяло. Поэтому просьбу о помощи откладывали до последнего, пытаясь решить проблему своими силами.
  К полудню дым слегка рассеялся, а дело пошло на лад.
  Абама вылез из-под брюха своего летательного аппарата и поспешил в кабину пилота проверить двигатели. Все работало исправно, и командир челнока доложил на станцию о завершении ремонтных работ, а также о скором возвращении. Отключив связь, он услышал какое-то движение за спиной. Из заполненного дымом пассажирского отсека к нему двигался неизвестный одноглазый громила. Каким образом незнакомец проник на корабль, Абама не представлял: вокруг челнока стоял караул. Сбитый с толку, он хотел крикнуть в эфир, но сделать этого не успел. Что-то большое и твердое ударило его в правое ухо, и свет погас.
  - А без мордобоя нельзя было обойтись? - язвительно спросила Мегера, обращаясь к стоявшему над распростертым телом Циклопу. Они с Марго повязали помощников Абамы снаружи. Бить не стали. У пилотов забрали личные коммуникаторы, терминалы и аварийные маяки, предупредив, чтобы не делали глупостей.
  - Нельзя, - рявкнул гигант. - И ты, женщина, не суйся в мои дела. Как воевать, я и без тебя знаю.
  - Она же мегера, - улыбнулся Бартон. - И это уже не позывной, а состояние души.
  - А ты беспамятный экстрасенс, вот ты кто, - незлобиво отпарировала Мегера.
  - Как там у вас дела? - поинтересовался откуда-то издалека Ченг. Он вместе с Сигом и Анри находился на платформе и внимательно слушал разговоры своих коллег по радио.
  - Да все нормально, - ответил Бартон. - Ждем вас у челнока. Сейчас Сэм проверит систему - и полетим.
  Ченг был на седьмом небе от счастья: пока все складывалось именно так, как он задумал.
  Началось с того, что платформа с группой захвата подошла к месту проведения операции незамеченной. Помехи от бушевавшего пожара и общая неразбериха сыграли им на руку: все внимание десантников было приковано к людям Гаррисона, которые увели основные силы от места высадки.
  В планы Абамы участие в бою не входило, поэтому он поспешил вернуться на станцию. Но стоило челноку оторваться от земли на несколько метров, как сработала заранее внедренная Мегерой закладка, а Ченг включил направленный импульсный подавитель. Сбой затронул авионику и управление тягой. Автоматика перешла в аварийный режим, а связь с "Медузой" оказалась заглушена. Челнок потерял тягу и тяжело шлепнулся обратно на поверхность, повредив посадочные сопла.
  Пока Абама с помощниками занимался ремонтом, платформа оставалась неподалеку, скрываясь от сканеров десантников.
  Арно, несмотря на проблемы с бандитами, все же оставил у челнока четырех караульных. Те грамотно заняли позиции вокруг корабля.
  
  Когда ремонт подошел к концу, установленный на сигуурийской платформе излучатель открыл огонь первым. Караульные не ожидали нападения с тыла. Несколько мощных импульсов перегрузили защитные поля экзокостюмов, а следующие вывели десантников из строя, прежде чем те успели организовать сопротивление.
  После этого команда Циклопа без особого труда овладела летательным аппаратом.
  Теперь челнок был в руках отшельников. Предстояла завершающая часть авантюры - захват станции и всего орбитального комплекса.
  С платформы сняли излучатель, перенесли его в челнок, после чего туда же погрузились остальные участники операции - Ченг, Анри и Сиг.
  Абаму сотоварищи пришлось оставить на поверхности. Командир экипажа пришел в себя еще до начала предстартовой подготовки. Он был связан и лишен средств связи.
  Циклоп помахал оставшимся на земле людям через иллюминатор, деловито запустил двигатели и, сверившись с приборами, начал подъем челнока.
  Кресло второго пилота занимала Мегера. Она устроилась за бортовым компьютером и, используя штатные идентификаторы челнока, начала готовить точку входа в сеть "Медузы". Нужно было подменить изображение камер наблюдения и открыть группе дорогу к центральному посту. Недавно скачанный с черного рынка нелегальный пакет взлома весьма помогал ей в этом деле.
  Остальные члены группы, включая ничего не понимающего Сига, находились в пассажирском отсеке. Они собрались вокруг Ченга, который чертил план "Медузы".
  - Полеты стали рутиной, и обычно Абаму никто не встречает, - объяснял механик. - Но шлюз и коридоры находятся под автоматическим наблюдением. Если система поднимет тревогу, нас запрут еще до того, как мы попадем на станцию.
  - Пусть Бартон и Анри переоденутся в костюмы пилотов, - предложила Марго. - И ты тоже. Если случайно столкнетесь с кем-нибудь в коридоре, лишние несколько секунд нам не помешают.
  - Камерами я уже занимаюсь, - отозвалась из кабины Мегера. - Челнок идет под штатными идентификаторами. Как только нас примут в шлюз, попробую подменить изображение и открыть вам дорогу до центрального поста.
  - А если не получится? - спросил Бартон.
  - Тогда вы об этом узнаете очень быстро.
  - Только давайте обойдемся без лишней крови. - Ченг посмотрел на Бартона.
  - С безоружными мы не воюем, - твердо сказал наемник. - А по вооруженным будем стрелять однозначно.
  Между тем с каждой минутой план освобождения становился все реальнее.
  Поначалу Циклоп неуверенно управлял челноком: сказались годы отсутствия практики. Впрочем, большую часть полета вела автоматика, и к моменту выхода в стратосферу гигант уже освоился. Сближение со станцией и стыковку он доверил штатной системе.
  В шлюзовой камере "Медузы" не было ни души. Челнок прошел штатную идентификацию, и внешние створки шлюза открылись. Машина вошла внутрь. Створки закрылись, давление выровнялось.
  Через несколько секунд в наушниках раздался голос Мегеры:
  - Камеры мои. Двери тоже. Можете выходить.
  Переодетые в костюмы пилотов Ченг, Анри и Бартон покинули челнок и быстро направились по шлюзовому коридору к станции.
  Когда троица добралась до внутренней гермодвери, замок коротко щелкнул, и створки разошлись.
  - Дальше я вас проведу, - сообщила Мегера. - До центрального поста путь открыт.
  Анри и Ченг остались во внутреннем коридоре дожидаться остальных членов группы. Бартон один пошел дальше. Мегера продолжала вести его через систему наблюдения, подменяя изображение с камер и открывая нужные двери. Никем не замеченный, он быстро добрался до центрального поста.
  Трое людей Дугласа сидели за пультами, держали связь с десантом на поверхности и следили за ходом операции. Оружие было при них, но нападения изнутри станции они совершенно не ожидали. Бартон ворвался в центральный пост и открыл огонь первым. Все трое остались лежать на месте, даже не успев толком понять, что произошло.
  Находившийся там же Крикси оружия при себе не имел. Увидев ворвавшегося незнакомца, полковник метнулся к пульту, но Бартон оказался быстрее. Он оглушил Крикси ударом и сообщил Мегере, что центральный пост взят.
  Когда Мистер Устав пришел в себя, то увидел заботливо склонившуюся над ним Марго.
  - Станция захвачена, - сообщила девушка. - Вам, полковник, следует пройти в карцер. Или начать сотрудничество с нами.
  - Черт знает что творится... - У Крикси все плыло перед глазами. Он лишь махнул рукой и промычал: - В карцер.
  До карцера полковник шел нетвердой походкой в сопровождении Марго. Кроме Крикси, под замок согнали весь штатный персонал "Медузы". После чего Циклоп с Мегерой, Марго, Бартоном и Анри отправились наводить порядок на пристыкованном грузовике, а дальше - на модулях нового туристического комплекса.
  Ченг с испуганным Сигом остался в центральном посту управления станцией и засел за мониторы внешнего слежения. Правда, оптика почти ничего не показывала: в низких слоях атмосферы бушевал циклон.
  Ченг вспомнил код Ганса Фарада и вышел на связь. Рассказал начальнику охраны последние новости. Спросил об обстановке на поверхности.
  - К нам идет вооруженный до зубов отряд звездной пехоты, - сказал Фарад. - Сейчас они в тридцати девяти километрах к юго-востоку от города.
  - Я попробую засечь их по характерной энергетической сигнатуре защитных полей.
  - Засечь мало. Нужно еще и уничтожить.
  - Может, хватит смертей. Нельзя ли договориться? - строго спросил механик.
  - Я сомневаюсь, что они сложат оружие. Нужны весомые аргументы. Продемонстрируйте их, и, возможно, мы избежим ненужного кровопролития.
  - Хорошо. Я попробую.
  - Буду рад помощи, - спокойно сказал Фарад.
  Ченг не ответил. Он отключил связь и проворчал, обращаясь к Сигу:
  - Ты слышал? Он будет рад помощи! А когда нам была нужна его помощь, он не был рад.
  
  Глава 18.
  
  Ник вновь брел по лесу во главе колонны. Только на сей раз колонна состояла из тяжело вооруженных десантников, поэтому по лесу двигалась не так расторопно, как хотелось бы. Мальвина находилась рядом и держала молодого человека за руку, кидая опасливые взгляды в сторону командира пехотинцев. А тот, в свою очередь, пожирал Безухого Воина полными ненависти глазами. Арно уже подробно допросил своих пленников и теперь использовал их в качестве провожатых. Ник давно узнал Сержа, но виду не подавал. Впрочем, Арно тоже не торопился открыться.
  Хмурый дождливый день перевалил уже за свою вторую половину, когда вышли из зоны дыма и можно было снять маски респираторов, отстегнуть гермошлемы. Десантники устроили небольшой привал. Достали сухпаек. Принялись перекусывать. Девушку с Ником тоже угостили. Правда, из-за пристального взгляда Арно еда в горло не лезла.
  - Что ты пялишься на меня? - спросил Сержа молодой человек.
  - Решаю, какой тебя смерти предать.
  - А чего тут решать? - усмехнулся Ник. - В честном поединке тебе меня не одолеть. Остается расстрелять.
  - Провоцируешь? - Где-то в глубине души Сержа нежданно всколыхнулось предательское чувство уважения к своему извечному сопернику, который добровольно последовал на каторгу за своей возлюбленной. - Снова поединка хочешь?
  - Не хочу, - честно признался Ник. - Я уже ничего в этой жизни для себя не хочу. Вот девочку с голубыми волосами королеве передайте, и на том спасибо.
  Мальвина сидела рядом с молодым человеком, обхватив его руку, и исподлобья глядела на Сержа.
  - А как поживает ее величество? - Арно вдруг перевел разговор в другое русло. - И почему она позволяет тебе шататься по лесу в компании негодяев?
  - Ты лучше у самой королевы об этом расспроси. Ведь ты за этим сюда пожаловал?
  - И за этим тоже.
  - Это ж как нужно было извернуться! Сколько совершить интриг и обманов, чтобы достичь каторги! И ради чего? Ради того, чтобы унизить некогда желанную женщину. Показать превосходство. Потешить свое извращенное эго.
  - Ты лучше не испытывай мое терпение, парень, - зло сказал Серж. - А то ведь точно пальну в твою тупую башку...
  В тактическом канале связи вдруг раздался незнакомый голос:
  - Господа десантники, вы находитесь под прицелом пушек "Медузы". Поэтому во избежание ненужного кровопролития сложите оружие и ждите переговорщиков.
  - Это кто такой со мной разговаривает? - Серж серьезно полагал, что имеет место шутка. - Прекрати засорять канал, иначе окажешься на каторге.
  - Я только что с нее вернулся. Еще раз повторяю для тех, кто не понял. Станция захвачена. Сложите оружие и сдавайтесь людям Ганса Фарада.
  В подтверждение своих слов говоривший ударил из фотонной пушки "Медузы". Мощный импульс угодил в вековой дуб, который тут же исчез, а на его месте образовалась огромная пылающая воронка.
  - Я поставил максимальную мощность излучения, - объяснил свои действия незнакомец. - Защитное поле ваших костюмов не сможет отразить такой удар.
  - Сволочь, - взбесился Арно. - Как же ты, паскуда, мог захватить станцию?
  - Ваш добрый Абама предоставил мне челнок.
  - Кто ты такой? Черт тебя подери! - вне себя от злости прокричал Арно.
  - Ричард Ченг, к вашим услугам.
  - Послушай, Ченг. Тебе имя Ник Шиллер о чем-нибудь говорит?
  - Шиллер погиб.
  - У тебя неверные сведения. В настоящий момент он у меня в руках вместе с девчонкой с фиолетовыми волосами. Если хоть один из моих людей пострадает, я убью и Шиллера, и девчонку.
  - Я не дам тебе пройти к городу даже ценой жизни Безухого Воина и Мальвины.
  - Сукин сын, - выругался Арно. - А как насчет сидельцев дредноута?
  - А что с ними не так?
  - Они в руках моих людей.
  - Они на станции. И передают тебе привет.
  - Врешь.
  - Вру, - согласился Ченг. - Привет они тебе не передают. Но находятся на станции. А твой пес Марат остался в заминированном дредноуте. Отсюда я отлично вижу сигнатуры твоих людей, которые приближаются к дредноуту. Они меня сейчас наверняка слышат. Мой им совет - остановитесь, пока не поздно, ребята.
  Серж в который раз выругался. Задуманное дело, коему он посвятил все последние годы жизни, летело в тартарары.
  - Как переменчива Удача! - философски подметил слышавший разговор Ник.
  - Заткнись, - крикнул Серж молодому человеку и обратился к Ченгу. - Мне нужны гарантии.
  - О гарантиях поговори с Фарадом, - сказал Ченг. - И больше ни шагу в направлении города.
  К вечеру появился Ганс Фарад. Он прилетел вместе с Маркусом Корвином на платформе. Сухо поздоровался с Арно и предложил разоружиться.
  - Так не пойдет. У меня определенное задание. И я обязан его выполнить. Разоружиться означает сбросить имеющиеся козыри, - сказал Серж.
  - Какого рода задание?
  - Я иду в Озерный город, чтобы предложить поселенцам сотрудничество. Суть дела я хотел бы изложить королеве лично.
  - Ты не в том положении, Серж, чтобы диктовать мне условия.
  - Я спас ваших людей. - Арно указал в сторону жавшихся друг к другу пленников. - И уничтожил бандитов, угрожавших городу. Вам не кажется, господин полковник, что за подобного рода услуги принято отвечать благодарностью?
  - Возможно, - нехотя согласился Фарад.
  - Буквально за последний час ты пытался дважды выменять наши жизни, - презрительно бросил Ник Сержу. - В этом вся твоя гнилая сущность, Арно. Все поступки ты меряешь своим аршином. И смотришь на совершенное тобой деяние лишь с точки зрения собственной выгоды.
  - В этой жизни за все надо платить или взимать плату. - Серж зло посмотрел на Ника. - А ты как был слюнтяем, так им и остался. Тебя могло ждать большое будущее. Но ты дал волю извращенному благородству. И в результате превратился в жалкого неудачника.
  - Отложите ваши споры на более удобное время, - вновь вступил в разговор Фарад. - Я согласен доставить господина Арно во дворец. Только твои люди, Серж, останутся на месте.
  - Шиллер с девчонкой тоже останутся на месте, - парировал Арно. - Это на тот случай, если с орбиты вздумают по нам палить.
  Фарад досадливо махнул рукой, давая понять, что согласен, и направился к платформе. Воспрявший духом Серж последовал за ним. Вскоре Маркус Корвин поднял летательный аппарат над лесом, взяв курс на Озерный город.
  В это время Дуглас даже не думал сдаваться. Он приказал своей группе рассредоточиться по лесу и искать укрытие. Ченг прекрасно видел маневр десантников на большом дисплее "Медузы". Несмотря на облачность, система слежения уверенно отмечала противника по характерным энергетическим сигнатурам защитных полей. Ченг взял отметки на автоматическое сопровождение и предупредил Дугласа:
  - Не дурите, парни. Сейчас идут переговоры. Соберитесь вместе и следуйте к основной группе.
  Предупреждение осталось без внимания. Прошло около получаса. Люди Дугласа продолжали двигаться к дредноуту, лишь сильнее рассредоточившись по лесу.
  Ченг еще раз вышел в эфир:
  - Последний раз предупреждаю. Остановитесь. Вы все у меня на прицеле.
  Ответа не последовало.
  Механик долго смотрел на красные точки, медленно ползущие по экрану, но так и не решился запустить программу уничтожения.
  Подошедший Бартон несколько секунд молча наблюдал за дисплеем.
  - Чего ждешь?
  - Они же люди, - тихо ответил Ченг. - Я не могу.
  - Ох уж этот твой пацифизм!
  Бартон отодвинул механика, заняв его место за пультом управления пушками и запустил программу атаки. Автоматика тут же начала отрабатывать заложенный алгоритм - брала в прицел маленькие красные точки, обозначавшие людей, и наводила бортовые орудия "Медузы" на цель. Уже через несколько секунд огненный шквал понесся к поверхности. Мощность излучения была так велика, что защитные поля десантных костюмов не могли ей противостоять.
  Через пару минут красных точек значительно поубавилось. Еще через какое-то время они исчезли полностью. На дисплее осталось лишь обширное розовое пятно, обозначавшее разгоревшийся лесной пожар.
  
  Глава 19
  
  
  Когда платформа прибыла в Озерный город, Серж уже знал о гибели группы Дугласа. Нелепые действия майора, бездарно положившего своих людей, вызывали у Сержа лишь злость и досаду. Но в предвкушении долгожданной встречи с Барбарой Арно уже не думал о жертвах, которыми пришлось за нее заплатить. Давние чувства вновь овладели Сержем. Перед глазами стояло роскошное податливое тело юной девушки, ради которой он совершил столь долгое путешествие.
  Арно стремительно вошел в тронный зал, где его ожидала Барбара. Больше всего в тот момент он боялся увидеть перед собой подурневшую, сломленную даму. Но на троне гордо восседала цветущая женщина, от которой трудно было оторвать глаз. Простое платье с глубоким декольте выгодно подчеркивало ее соблазнительные формы. Белые вьющиеся волосы были забраны в причудливую прическу, открывая гибкую шею. На лице угадывалась грусть, но зеленые глаза сверкали нескрываемым любопытством.
  За годы разлуки Барбара стала еще красивее. Пораженный Серж уже не мог сдержать своих чувств. Не говоря ни слова, он припал к руке желанной женщины и оставался в таком положении, пока королева не отняла ладонь.
  - Что все это значит? - спросила Барбара.
  - Это значит, что я искал тебя. - Арно выпрямился во весь рост.
  - Зачем?
  - Чтобы быть с тобой.
  - Очень мило с твоей стороны. Но, насколько я понимаю, тебе это не удастся. - Барбара перевела взгляд в сторону. Арно проследил за ним. В зале присутствовали Ганс Фарад со своими людьми и какой-то неизвестный Сержу щеголь.
  - Нельзя ли оставить нас одних, черт подери? - возмутился Серж.
  - Нельзя, - строго сказал Фарад.
  Щеголь состроил обиженную мину и демонстративно покинул зал.
  Арно вдруг почувствовал нелепость своего положения. Далеко не так Серж представлял эту встречу. Он должен был быть хозяином положения, диктовать свои условия, ставить ультиматумы. На деле вышло совсем по-другому. Перед королевой стоял безоружный, перепачканный сажей человек в грязном десантном костюме - совсем не тот триумфатор, каким Арно себя мнил.
  - Ваш Ченг спутал мне все карты, - горько улыбнулся Серж. - Перечеркнул годы надежд. Знала бы ты, Барбара, сколько трудов мне стоило добраться сюда.
  - Но ведь ты добрался. - Во взгляде Барбары мелькнуло сочувствие.
  - Добрался. Только толку от этого никакого.
  - А ты думал взять меня силой?
  - Думал, - честно признался Серж.
  - Но ведь насильно мил не будешь.
  - А я тебе и без всякого насилия был мил. Ты любила меня, Барбара. Любила как кошка. И до сих пор любишь.
  - Уходи, - повелела королева. - Убирайся вон.
  - Я не уйду, пока мы не договоримся. - Серж вызывающе вскинул подбородок. - Твой Шиллер находится в моих руках, и его дальнейшая жизнь зависит от тебя.
  - Так он жив? - Барбара непонимающе посмотрела на Фарада. - Ведь ты сказал, что он сгинул в болотах.
  - Жив, - ответил начальник охраны. - У Гаррисона он был. Бандитов из-под земли выманивал.
  Повисла пауза. Барбара переваривала новости.
  - И что теперь делать? - спросила королева Фарада.
  - Выслушать требования господина Арно, - спокойно ответил глава службы безопасности.
  - Говори, - повелела Барбара, полоснув Сержа недобрым взглядом.
  - Я должен установить контроль над Озерным краем и получить обратно орбитальный комплекс.
  - Это вполне приемлемые условия, - внезапно согласился Фарад.
  - Приемлемые! - удивилась королева.
  - Мы передадим господину Арно контроль над Озерным краем, вернем "Медузу". Но только после того, как покинем Солнечную систему.
  - Вы совершаете преступление, - заметил Арно. - Вас будут преследовать.
  - Ты плохо знаешь юриспруденцию, Серж, - сказал Фарад. - В своей Империи Барбара преступницей не является. Конфедераты отправили ее в ссылку без нормального суда, а на Землю она вообще попала в результате незаконной подмены маршрута. И если ты честный человек, то обязан помочь подданным своего императора.
  - Не стоит давить на мое благородство, полковник.
  - Нужно же, как-то договориться.
  - Знаешь, Фарад, - устало сказал Серж. - Мне, честно говоря, глубоко плевать на проект реабилитации, на интересы моей фирмы, на все тонкости юриспруденции. У меня была лишь одна цель - Барбара. Я не добился того, чего хотел. И теперь уже не важно, к какому решению мы придем.
  - Ты всегда был эгоистом, Серж, - сказала королева. - Тебя никогда по-настоящему не волновали нужды других людей. В первую очередь ты всегда думал о себе.
  - Все люди - эгоисты. Все живут ради удовольствий. И ты, Барбара, не исключение.
  - Возможно, я слабая женщина и не всегда умею справляться со своими желаниями. Но не все такие, Серж. Есть люди, для которых страсть - это не только желания тела. Ими движет что-то большее. Фарад, Ченг, Бартон, Жересс... Я могу назвать еще много достойных имен. И даже твой давний враг Шиллер - один из них.
  - Хватит, - отрубил Серж. - Хватит спорить. Все и так ясно. Я возвращаюсь к своим парням. Вы можете приступать к эвакуации. Чинить препятствий я не стану. Слово офицера.
  - Как насчет твоих пленников? - поинтересовался Фарад.
  - Пленников можете забрать.
  
  Глава 20
  
  Все последующие дни шла эвакуация обитателей Озерного края на орбиту. Челноки почти не простаивали, неустанно курсируя между поверхностью и "Медузой". Основную нагрузку взяли на себя Жересс и Маркус Корвин. Оба считались наиболее опытными пилотами. Иногда их подменял Циклоп, но гигант, несмотря на все свои достоинства, явно уступал профессиональным астронавтам в искусстве пилотирования, поэтому старался не проявлять инициативу и садился за штурвал лишь в крайних случаях.
  Другое дело, что такие случаи участились. Корвин неожиданно удостоился благосклонности Марго и все свободное время затворничал с ней в одной из кают станции. Бессонные ночи не прошли даром: Маркус окончательно перепутал день с ночью и пребывал в какой-то легкомысленной эйфории. Пришлось сделать скидку на личные обстоятельства и на время отстранить Корвина от полетов.
  Зато Жересс держался молодцом. Он вывез свое семейство одним из первых рейсов вместе с королевой. Барбара вновь сблизилась с Багирой, и обе временно поселились в одном из уже отстроенных модулей туристического комплекса. Их каюты располагались по соседству.
   Дети королевы и Багиры нашли общий язык с маленьким инопланетянином. Сиг стал объектом всеобщего внимания. Он покорил сердца земных женщин. Барбара заверила Циклопа, что примет непосредственное участие в дальнейшей судьбе малыша. Но пират сообщил, что насчет Сига у него другие планы.
  Сразу после захвата станции он предложил Ченгу доставить маленького инопланетянина в Сигуур - на прародину его народа. Ченг, как ни странно, согласился, но теперь обдумывал варианты проникновения во враждебную систему.
  - Предлагаю прыгнуть сначала в Фомальгаут, - выдал Циклоп. - А оттуда уже искать пути на Сигуур.
  - Фомальгаут? Там же пираты, - насторожился Ченг.
  - Ну да!
  - Я с пиратами дел иметь не желаю.
  Циклоп уставился на него единственным глазом.
  - Дик, ты только что захватил орбитальную станцию, угнал челнок и собираешься присвоить чужой корабль.
  - Это другое.
  - Конечно другое. Добро пожаловать в Братство.
  Ченг снова призадумался. Уже некоторое время он следил за появившимся в Солнечной системе круизным лайнером со следственной группой на борту, которая направлялась к "Медузе" для расследования и пока пребывала в счастливом неведении о реальном положении дел на станции.
  - Тогда полетим на этом. - Механик указал на навигационной карте точку, помеченную как "Конкордия".
  - Ты входишь во вкус, старина, - улыбнулся Циклоп.
  Ченг не видел особых проблем в захвате круизера. Гораздо больше его занимали переговоры с Крикси. От полковника во многом зависела дальнейшая судьба беглецов: чтобы захваченные корабли смогли покинуть Солнечную систему, требовалось пополнить энергетические запасы и оформить необходимые бумаги.
  У королевы на счетах оставалась приличная сумма, поэтому с оплатой проблем не предвиделось. Но Крикси упорно не желал помогать каторжанам. Фарад вместе с Ченгом пытались его переубедить. Прибывший на станцию Ник тоже присоединился к ним. Заверения, угрозы, давление на совесть - все шло в дело. Фарад пообещал Крикси высокую должность при дворе герцогини Минкара и другие преференции, но Мистер Устав оставался непреклонен. И все же под конец намекнул, что решить вопрос с дозаправкой на Церере и необходимыми грузовыми документами может некая Зои Карпентер.
  - Эта предприимчивая дамочка является снабженцем, шипчандлером, управляет логистическим хабом и еще черт знает чем, - сообщил Крикси. - А еще она мать ребенка Гаррисона.
  Ченг хорошо помнил Зои. Как помнил и то, что она его не любила еще со времен работы на станции в качестве эколога. Считала механика пьяницей и занудой, поэтому переговоры с ней возложили на Ника.
  Тот без обиняков вышел с Зои на связь и получил согласие организовать дозаправку на орбите Цереры и оформить необходимые документы. Но при одном условии: ей доставят Гаррисона.
  Оставалось найти самого Гаррисона. Задача оказалась не из простых. После разгрома банды он исчез, и никто толком не знал, куда подался ее бывший предводитель.
  Гонять над лесами челнок в надежде случайно заметить одного человека Ченг счел верхом расточительности. Поэтому поиски поручили Мегере. Та подняла несколько разведывательных дронов и вместе с амазонками принялась методично прочесывать район, где в последний раз видели уцелевших членов банды.
  Первый день результатов не принес. Дроны находили кострища, брошенные лежки, трупы, перепуганных животных и оставшихся в живых бандитов, которые при появлении машины в небе немедленно бросались в чащу. Гаррисона среди них не было.
  На вторые сутки Мегера уже начинала подозревать, что Зои Карпентер выбрала весьма изощренный способ отомстить Ченгу за старые обиды, заставив половину станции искать одного сумасшедшего на территории размером с небольшое государство.
  Гаррисона обнаружили ближе к вечеру. Один из дронов засек одинокую человеческую фигуру в нескольких десятках километров от бывшего лагеря банды. Мужчина брел вдоль заросшего оврага, то останавливался, то вдруг менял направление, словно спорил с невидимым проводником. Временами он что-то кричал в лес и размахивал руками.
  Узнать в этом человеке прежнего Гаррисона было непросто. Грязный, исхудавший, с всклокоченными волосами и совершенно безумным взглядом, он разговаривал сам с собой, кому-то угрожал и время от времени принимался хохотать без всякой видимой причины.
  За ним отправили челнок с амазонками. При виде вооруженных женщин бывший главарь банды сначала попытался спрятаться за деревом, потом потребовал немедленно доставить его к королеве Озерного Края, а через минуту заявил, что сам является королем и намерен всех присутствующих повесить.
  После этого вопрос о состоянии его рассудка можно было считать закрытым.
  Гаррисона обезоружили, связали и доставили на "Медузу".
  Когда Ник сообщил Зои, что ее условие выполнено, она потребовала показать пленника по связи.
  Несколько секунд Карпентер молча смотрела на человека, от которого когда-то родила ребенка.
  - Это он, - наконец сказала она. - Везите на Цереру.
  
  
  Эпилог
  
  Пока амазонки охотились за Гаррисоном, закончилась эвакуация из Озерного города. Правда, все вышло совсем не так, как представлял себе Ченг.
  Еще недавно он был уверен, что стоит только захватить "Медузу" и добраться до подходящего транспорта - и из города можно будет вывезти всех жителей. На деле людей оказалось слишком много.
  Механик несколько раз пересчитывал допустимую загрузку. С грузовика выгребли все, без чего можно было обойтись в полете, освободили часть служебных помещений, в каюты подселяли по два-три человека сверх расчетной вместимости. Потом начали приспосабливать под жилье грузовые отсеки. Ченг разрешал нарушать почти все мыслимые нормы, но цифры от этого не менялись.
  Системы жизнеобеспечения имели свой предел. Нужно было очищать атмосферу, удалять углекислоту, обеспечивать людей водой и оставлять хотя бы минимальный резерв на случай аварии. В какой-то момент очередной десяток пассажиров уже означал не тесноту и неудобства, а реальную опасность для всех остальных.
  Мечта вывезти из Озерного края всех его жителей оказалась такой же красивой, как и несбыточной. Можно было захватить станцию, угнать корабли, перехитрить десантников и даже заставить Мистера Устава нарушить собственные правила. Но арифметику обмануть не удавалось.
  На Озерном городе оставались люди, которых так и не удалось спасти.
  Те, кому повезло больше, уже заняли места и ждали, когда загруженный сверх нормы транспорт отчалит.
  И как только лайнер со следственной группой на борту пристыковался к станции, Жересс начал готовить транспорт к отлету. Всех прибывших с лайнера тем временем взяли под стражу.
  Наступили тягостные минуты расставания. Особенно тяжело они дались Бартону, который решил остаться в команде Циклопа.
  - Теперь есть кому о тебе позаботиться, - говорил Билл своей дочери. - Я не хочу быть лишним на вашем празднике жизни.
  - Не поняла, - нахмурилась Марго. - Что за пессимизм, Бартон?
  - Я тебе не Бартон, а родной отец, - вдруг разозлился Билл.
  Девушка смутилась. Глаза ее наполнились слезами.
  - Извини... папа. - Марго окончательно разревелась. - Я не хочу тебя больше терять... Пойми - не хочу! Зачем ты ставишь меня перед выбором?
  - Я тебя перед выбором не ставлю. - У Бартона тоже глаза были на мокром месте. - И почему ты думаешь, что потеряешь меня? Мы встретимся, Маргарет! Мы обязательно встретимся... Я же экстрасенс... Поэтому знаю наверняка.
  Билл проводил дочь до входа в космический грузовик, где ее ожидал Дерзкий, назначенный старшим помощником Жересса. Когда девушка переступила порог корабля, Корвин махнул Бартону рукой и дал по рации команду задраить шлюзовой люк. Но в последний момент наружу посыпались люди. То были Мегера, Анри и О'Нилл, решившие остаться в команде Циклопа.
  Как потом выяснилось, неуемный Шиллер тоже хотел присоединиться к отшельникам, но поддался на уговоры новой подруги, которая пошла на большую жертву, пообещав больше не красить волосы в неестественные цвета. Ник остался на транспорте.
  Когда перетасовка закончилась, шлюзовой люк захлопнулся, а корабль с каторжанами начал предполетную подготовку. Через некоторое время он отстыковался от станции, взяв курс на орбиту Цереры, где его ждала дозаправка перед прыжком в систему Минкар.
  Ченг и компания наблюдали за транспортом из центрального отсека "Медузы". Отшельникам тоже предстоял скорый полет. Их ждала неизвестная враждебная система Сигуур. Каторжане, покидавшие орбиту Земли, едва ли понимали, зачем этим неугомонным романтикам отказываться от спокойной, обустроенной жизни ради очередной авантюры. Зачем им снова рисковать? Что движет горсткой дерзких искателей приключений? И есть ли во всем этом смысл?
  Сами отшельники тоже не могли дать вразумительных ответов на эти вопросы. Они просто не умели оставаться в стороне. Им требовалось идти туда, где еще никто не был, вмешиваться в события, которые их не касались, и снова испытывать судьбу на прочность. Возможно, именно так они и понимали жизнь.
  В конце концов, какой смысл существовать во Вселенной, если не оставить в ней следа?
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"