Докучливый дождь омывал неоготические стены прямо посреди хмурого Иванова. Прохожий, кутаясь в плащ, покосился на полуразрушенную башню. Более ста лет назад в стенах усадьбы Александр Дюрингер принимал балерин и слушал крики попугаев. Теперь же там были лишь ветхие коммуналки, где мерно звенели чайные ложки. Под ногами немногочисленных жильцов навсегда уснули тайны: призрак хозяйки и замурованный подземный ход.
Особняк молчал, пряча осколки чужого модерна в крае сурового конструктивизма...