Чистота голубизны в сверканье ясных брызг,
Отчуждённость пустоты, скользящей вверх и вниз.
Всепронзающий огонь в глазах людей,
И сплетенье с тишиной снастей.
Тот корабль, что плывёт, - стоит,
И кому есть, что сказать, - говорит.
Тот, кто хочет только петь, - поёт,
Тот, кто хочет только жить, - живёт.
Только он в пути. Странник, как всегда.
И на небосводе есть его звезда.
Корабли проходят мимо, как туман,
Замечая лишь пустой океан.
Пусть привыкло время спешить,
Но корабль не будет платить.
Для него и век, что полдня,
Как искра большого огня.
Кто легенду знает - поёт,
Кто боится смерти - живёт.
Только он один - счастье и тоска.
Он с Земли идёт в небеса.
Русалка Спути лениво окинула взглядом проплывающий корабль и в удивлении пристукнула хвостом по камню, на котором возлежала последние часа два. Во-первых, корабль был прозрачен, словно состоял из воды (а так оно, скорее всего, и было). Ну, это ещё ладно: мало ли русалка за свою жизнь кораблей-призраков перевидала - считать замучаешься! Но вот, во-вторых... во-вторых, глаза каждого члена экипажа горели радостью и решимостью, как если б все они имели некую вполне определённую цель и стремились к ней. И, наконец в-третьих, они совершенно не обращали на Спути внимания. На русалку-то!!! Это вызывало вполне понятное недоумение и раздражение.
- Капитан! Эй, Капитан! - звонко окликнула она. Вообще-то Спути была русалкой приличной и первой с чужими не заговаривала (Если только не собиралась, конечно, выкинуть одну из своих русалочьих шуточек, как то: завести корабль куда подальше и скрыться или, к примеру, посадить его на мель). Однако сейчас был экстраординарный случай.
- Да? - неохотно отозвался высокий полупрозрачный человек в ботфортах. Он был единственным на борту, чьи глаза смотрели не только радостно, но и настороженно.
- В куда путь держишь? - нарочито неправильно спросила русалка.
- В никуда и всюду, - ей в тон ответил Капитан.
- И имени своего не скажешь?
- А зачем?.. Только суть может изменить имя, но не наоборот.
- Вот как... - задумчиво потянула Спути, не зная, что бы ещё спросить. Корабль, тем временем, вежливо оставался на месте, ожидая следующего вопроса. И тут её осенило: - Слушай, Капитан, но ведь это же не о тебе, правда, - 'он с Земли идёт в небеса'?
- Обо мне, - чуть усмехнувшись, согласился он, - но не только и не столько. Обо мне, о корабле, о команде. Мы все часть этого.
Будь русалка человеческой девушкой, она бы подпрыгнула от изумления и любопытства, а так не смогла (хвост мешался). Оставалось только хлопнуть в ладоши.
- И ты всё плывёшь и плывёшь в небо?!
- Вот ещё! Там я уже побывал, - Капитан улыбнулся немного шире.
- Побывал? И вернулся?! - не поверила Спути. - Почему?!!
- Мой дом - море, а не небо, - уже достаточно добродушно объяснил ей собеседник. - Наш дом.
Недоумение на лице русалки, видимо, отразилось настолько отчётливо, что Капитан внезапно засмеялся. Так заразительно, что Спути наблюдала за ним, как заворожённая. Тем временем, к Капитану присоединилась и его команда, и, казалось, даже корабль. А потом видение осыпалось в океан мириадом сверкающих брызг, таких же чистых и искренних, как только что звучавший смех.
- А-а-а... э-э-э... - глубокомысленно протянула русалка и добавила: - Э-э-э... эх, люди!..
Она грациозно соскользнула со своего валуна и исчезла в водной глуби, не менее загадочной, чем сами небеса.
И приплыл корабль туда,
Где провёл когда-то года.
Он навек повенчан с водой,
Он с небес вернулся домой.
22.11.04