Аннотация: Мы мечтаем, чтобы жизнь стала сказкой. Но не всякая сказка имеет хороший конец. Осень, лес, корпоратив, идиотизм. Удастся ли хотя бы грибов собрать?
В сентябре в банке повеяло бедой. Начальников отделов вызывали в Тронный зал - так мы зовем переговорную комнату на верхнем этаже высотки, где заседает Правление. Поползли слухи, что нагрянет проверка, вскроет дыры в балансе, и тогда... В бухгалтерии и без проверок все издергались от бесконечных придирок и сокращений. Люди либо исчезают бесследно, либо чернеют лицами; кое-кто плотно сидит на антидепрессантах. У меня, к вашему сведению, левое веко дергается и зубы выпали намного раньше срока. Странно это: время-то нынче стабильное, если не сказать вольготное.
Наши руководители - мрачные персоны. Даже улыбки у них порой выглядят злобно, как у магов-некромантов, способных превратить живого в мертвого, а мертвого - в статью прибыли. За малейшую провинность сотрудника приглашают на 'проработку', после которой, не исключено, его кожей обтянут чье-нибудь кресло.
На этот раз заседание проходило в духе доброжелательности.
- У меня объявление, - торжественно произнесла начальница канцелярии, по совместительству ведьма-людоедка. - Поскольку к Новому году нас санируют, Новогодний корпоратив переносится на сентябрь. Проведем его с особым размахом.
- Ура! - две гурии из секретариата захлопали в ладоши.
Начальники отделов хранили скорбное молчание.
- Для этих целей весь персонал вывезут в лес...
Двое статных вице-президентов инстинктивно вцепились в подлокотники, а престарелый руководитель розницы пополз под стол. На корпоративном сленге эта формулировка традиционно означала погребение в неглубокой могиле под сосной.
- Прекратите панику! Запланирована симуляция... извините, имитация веселого средневекового праздника. Его решено совместить со сбором грибов. Вы же знаете, как наш Главный близко к сердцу принимает мифологию - лучше ему не перечить.
- Какие, к чертовой бабушке, грибы? - подал голос мой приятель Гена, начальник IT-отдела. От бессонных ночей и жизни среди серверов в темных комнатах он давно позеленел лицом и напоминал рептилоида. - С нашим зрением мы гриб от человека не отличим!
- Вас на месте проинструктируют. Походный инвентарь и маскарадные костюмы уже готовятся. Сценарий на подписи у Главного. Никто не открутится. Уважительными причинами отсутствия считаются только смерть или арест. Вопросы есть?
***
Костюмы закупали через хозяйственный отдел. На швах полиэстера торчали нитки и поролон, а изнутри несло обувным клеем. На заявленную славянскую тематику снабженцы забили болт. Правление для разнообразия нарядилось в модных клоунов из фильма 'Джокер'. Девушкам из секретариата достались шмотки а-ля Красная Шапочка: лаковые ботфорты на шпильках, облегающие шорты и пунцовые плащи с люрексом.
Операционный отдел превратили в стайку русалок со смешными резиновыми хвостами, отчего почтенные дамы стали похожи на крупную сельдь иваси. Брокеры перещеголяли всех: в костюмах лондонских денди, загримированные под вампиров со следами свежей крови у рта, они смотрели на нас со снобистским прищуром. Мне достался костюм пингвина. Слава богу, в комплекте шли резиновые галоши.
Весь наш паноптикум упаковали в автозаки с зарешеченными окнами. Как говорили греки, каков век, такова и колесница. Руководство катило отдельно, в 'Гелендвагенах', а главная ведьма из канцелярии летела над шоссе на электрической метле, замаскированной под скутер.
Чтобы узники не бунтовали, в дорогу выдали 'Эликсир Цветочной долины' от пивоваренного завода-партнера. Судя по этикетке, внутри содержался спирт-ректификат, ароматизатор 'Эль' и сироп боярышника. После первых ста граммов коллектив начал косить глазами и пускать слюну.
Начальница внутреннего контроля встала в проходе и развернула методичку, отпечатанную в виде красивого буклета.
- Знаете ли вы, коллеги, кто такой царь Валгаллы? - спросила она. Голоса в автобусе мигом стихли, и мерный гул мотора показался зловещим. - Нет, это не тот, на кого вы подумали, - она изобразила кислую улыбку. - Это Серый карлик, начальник царства мертвых, где 'души воинов вкушают вина в сонме девственниц с лебедиными крыльями'. У карлика имеется прозрачная кляча - Бледный Конь. Это магический транспорт, переносящий седока через границу миров. Вам ясно?
Кредитчики в образе оленей согласно закивали пенопластовыми рогами. Остальные удивленно промолчали.
- Наш Председатель, Симеон Магометович, сегодня в лесу играет роль светлого князя Ярослава. В сценарии он описан как 'златовласый богатырь с лазурным взором, тускнеющим лишь в минуты гнева'. Он строг и справедлив, как полагается истинно русским князьям: если и сажает на кол вассалов, то исключительно за измену. С рядовых казнокрадов просто велит живьем содрать кожу. Так вот, по легенде Ярослав на охоте встречает Бледного Коня...
Начальница контроля сделала паузу, высматривая потенциальных шутников. Пассажиры автозака дружно уставились в пол.
- Так вот, видит князь измождённую клячу, у которой скелет сквозь шкуру просвечивает, - продолжала докладчица, - а через седло перекинут роскошный византийский плащ из серой парчи, отороченный песцами. Реквизит, к слову, заказали на меховой фабрике имени Героев Панфиловцев. Наш князь, исключительно ради забавы, вскарабкался в чужое седло, накрылся парчой и помчался. В наказание за дерзость Ярослава отправят в Валгаллу, где он, используя природное обаяние, возглавит морозильный цех, где спасают от тлена мертвых воинов. Вдобавок покорит сердце летаргической дамы Юноны. Её роль исполняет Клара Ивановна из оперблока.
В этом месте олени из кредитного позволили себе ехидно хрюкнуть, и автозак наконец накрыла спасительная волна доброго корпоративного смеха.
- Собственно, коллеги, цель нашего выезда - вернуть Ярослава назад, пока Серый карлик, правящий теперь в его обличии, окончательно не разорил государство славян. Потому что, цитирую легенду: 'плохи стали дела отечества, скудны удои, в казематах чахнут верные витязи, попавшие туда по навету, в селеньях запахло мертвечиной, нищета и поборы - вот удел простых граждан'. Вернуть Князя можно, только отправив гонца. Но поскольку Бледный Конь заблокирован, мы все соберемся у костра и сварим зелье из волшебного гриба под названием 'говнопил'... извините, 'гимнопил Юноны'. Вопросы есть?
***
По прибытии в сказочный лес, раскинувшийся где-то на краю Владимирской области, нас построили в две шеренги. Инструктаж проводил знакомый по майским полевым стрельбищам отставной полковник. Одетый в камуфляж, он примотал ко лбу картонный клюв ворона.
- Попрошу отнестись к мои словам серьезно, - начал полковник, прохаживаясь вдоль шеренги и заложив руки за спину. - Обстановка в лесу неблагоприятная: туман, видимость нулевая. В местных водоемах обнаружены холерные бациллы, так что сырую воду пить не советую. Некоторые виды ядовитых грибов сильно мутировали из-за экологии, прут прямо как борщевик. Прошу грибами не злоупотреблять: возможны галлюцинации, потеря ориентации в пространстве и припадки. И вообще, будьте бдительны на болотах...
- Да ясно нам все! Кончай базар! - заорали кредитные олени. Им явно не терпелось начать междусобойчик.
- Ну что ж... если вы все знаете... помоги вам бог, - полковник вздохнул. - Мобильные телефоны сдаем в контейнеры у автобусов, чтобы они не отвлекали вас от единения с природой. Ведерки для сбора грибов получите у организаторов. Точки сбора обозначены на картах крестиками...
- Отвали, полковник! Душа горит! - донеслось из рядов айтишников-рептилоидов.
- Закругляюсь! Последнее: держите себя в руках. В трудное для страны время мы укрепляем народный эпос, который в виде сказаний, мифов и былин передан нам предками и служит скрепами нашей великой истории...
Полковника уже никто не слушал. Одуревшая от свежего воздуха толпа, расталкивая друг друга локтями, рванула к пунктам выдачи инвентаря.
Признаться, от 'Эликсира' меня знатно повело. В глазах зарябило, я безнадежно отстал от своей бухгалтерии. Помню лишь, как брокеры-вампиры ныкали под сгнившей березой ящик водки. Промелькнула группа наших 'Джокеров' - члены Правления шагали под зонтами, а вокруг них сомкнулось кольцо охраны.
Лесная чаща пропиталась сыростью. Где-то вдали тревожно закричала кукушка. Только кричала она не привычное 'ку-ку', а испускала странные гортанные звуки, похожие на слово 'Йошкар-Ола'. Я вымотался и промок.
Поплутав по зарослям, я наткнулся на Клавочку из секретариата. Она сидела в пафосных шмотках Красной Шапочки на мокром пне и выла, размазывая тушь. Капроновые колготки были изорваны, а дизайнерский пунцовый плащ обгорел на животе.
- Что с тобой? - спросил я.
- Сначала в боярышник колючий занесло, - всхлипнула она, - а потом костер пыталась разжечь... методичкой этой грёбаной, а она как вспыхнет...
Пока я ее утешал, из тумана вывалился промокший и вдрызг пьяный Гена. С головы программиста мокрыми зелеными кусками свисал поролон. Мы устроились на поваленной сосне, подстелив под себя оторванный полутораметровый хвост Гены. Темнело стремительно. От сырости у всех троих застучали зубы. Зажигалку Клавочка потеряла, огонь развести было нечем. В темноте хрустели ветки, а из чащи периодически доносились вскрики. От страха мы прижимались друг к другу.
Когда пришла ночь, сквозь ветки стал заметен неверный огонек. Мы рванули туда как полоумные. На прогалине догорал костер. На брезентовой подстилке валялись остатки пиршества: заветренные бутерброды со шпротами, помятый укроп, пластиковые контейнеры с оливье. У самого огня на раскладном стульчике замерла полная женщина в бутафорских латах из дешевого пластика. Я узнал Аллу из Отдела залогов.
- Почему ты одна? Где все? - спросила Клавочка.
- Не знаю, - тихо ответила Алла, глядя на угли. - Все ушли куда-то в темноту. Испугались чего-то.
- А ты чего не ушла?
- Ноги подкосились от страха, - Алла всхлипнула.
Мы с Геной принялись собирать валежник. Подбросили дров, и жизнь немного наладилась. В кустах обнаружилась брошенная кем-то сумка с алкоголем и консервированная сайра в ящике. Наевшись, мы вчетвером забрались в палатку и легли вповалку.
Уже засыпая, мы снова услышали, как вокруг лагеря хрустят ветки. Снова кто-то коротко вскрикнул в тумане, а после долгой паузы бахнули два выстрела. Гена на четвереньках пополз к выходу, высунулся из палатки, но ничего не разглядел.
- Помните, что полковник про грибы говорил? - подала голос из темноты Алла.
- Да чушь он нес, - пробормотал пьяный Гена, укладываясь обратно. - Бред параноидальный... скрепы, мифы, бациллы, яды... Я ж нашел грибы, пока по болоту шлялся. Сожрал сырыми. Никаких галлюцинаций. Только в кишках весь вечер бурлит.
- Давайте спать, пожалуйста, мне страшно, - попросила Клавочка.
И в одной тесной палатке, согревая друг друга, уснули четыре абсолютно разных существа: рептилоид с валькирией и пингвин с Красной Шапочкой.
***
К утру третьего дня у нас кончились припасы. Наша маленькая компания имела жалкий вид: опухшие лица, всклокоченные волосы, ободранный, пахнущий гарью поролон. Оставив за собой гору мусора, мы двинулись к автобусам, пытаясь ориентироваться по мху на деревьях. Ноги то и дело уходили по щиколотку в болотную жижу.
- Стойте! - вдруг крикнула Алла, когда мы вышли на затянутую туманом прогалину. - Так нельзя!
- Ты о чем, родная? - еле ворочая языком от усталости, спросила Клавочка.
- Мы обязаны спасти страну. Так в методичке написано.
- Похоже, она все-таки отравилась, - Гена выразительно покрутил пальцем у виска.
- Алла, ты дура? - Клавочка раздраженно передернула плечами. - Это же показуха для Симеона Магометовича. Мы все равно ничего сделать не можем.
- Все так говорят: 'ничего сделать не можем', - Алла упрямо поправила пластиковые латы на груди. - А кто-то должен его остановить.
- Кого?!
- Повелителя тьмы...
- Мальчики, - Клавочка устало вздохнула, повернувшись к нам, - сходите принесите ей ведерко этих 'говнопилов', пусть успокоится.
Мы с Геной углубились в чащу, стараясь не терять друг друга из виду. Грибов мне не попадалось, зато я наткнулся на чужую стоянку. Повсюду были следы погрома: двухместная палатка разорвана и повалена, в растоптанном кострище валялся расколотый остов гитары, вокруг - битое стекло. Посреди кучи жестяных банок в луже блевотины ничком лежал полный мужчина в грязном костюме кота. Он еле дышал и на оклики не реагировал.
Останавливаясь у каждого куста в приступе одышки, я короткими перебежками бросился назад к товарищам, синтепон моего пингвиньего наряда клочьями висел позади на колючих ветках.
Гена уже вернулся. В его пластиковом ведре лежали два огромных, сопливых гриба бледно-синего цвета.
- Ребята, там в кустах человек без сознания. Помощь нужна! - выдохнул я.
Мы замерли. Из тумана действительно доносился треск сучьев.
- Слава богу, люди, - облегченно вздохнула Алла. - Давайте закричим, пусть идут на голос...
- Стой, дура, - Гена дернул ее за руку.
Заросли раздвинулись. На прогалину одна за другой вышли три крупные фигуры в плотных брезентовых плащах-палатках. Капюшоны были опущены, на нас смотрели серые резиновые головы Фантомасов с прорезями для глаз. Тот, что шел впереди, поигрывал тяжелой бейсбольной битой.
- Бежим! - дурным голосом заорал Гена.
Мы ломанулись врассыпную. Задыхаясь и хватая ртом влажный воздух, я спотыкнулся о корень и полетел носом в болотную жижу. Поднимаясь, успел оглянуться: один из Фантомасов опустил биту на спину Гене. Программист ткнулся лицом в мох, его ведро перевернулось, и грибы покатились на траву. Чуть дальше, мелькая среди берез пунцовым плащом, стремглав неслась Клавочка.
В глубине леса глухо прозвучали выстрелы. Две тяжелые фигуры в брезенте возникли за спиной. Последнее, что отпечаталось в моей памяти, был хриплый голос:
- Глуши их, гадов!
***
Очнулся я на опушке, у автобусов. Здесь уже развернули полевой госпиталь. Сверху хлопали лопастями вертолеты, высокая трава у болота шла волнами. Военные врачи срезали ножницами одежду с пострадавших: хирурги матерились, пытаясь отодрать от кожи пригоревшую пластиковую чешую 'русалок' или освободить из пенопластовых рогов чью-то разбитую голову. Из болота вытащили двух утопленниц из оперблока - обеих, к счастью, откачали, и теперь они сидели с синими губами на расстеленном брезенте.
На носилках рядами лежали окровавленные 'вампиры' с переломами, 'пингвины' с тяжелыми ушибами и зеленые айтишники-'рептилоиды' в состоянии делирия.
- Ну что, очухался, герой? - раздался над ухом бодрый голос.
Полковник присел рядом на траву. Картонный клюв ворона съехал ему на затылок, но снимать его он почему-то не стал.
- Врачи сказали, жить будешь. Легкое сотрясение. На, пригуби для дезинфекции, - он протянул мне тяжелую армейскую фляжку. - Сами виноваты, устроили тут дурдом. Вы же слышали выстрелы, видели, что люди пропадают. Почему молчали?
- Мы думали, все идет по методичке... Игры на свежем воздухе.
- Какие, к лешему, игры! - полковник махнул рукой в сторону рядов с носилками. - У нас один труп. Уже в морг отправили.
- Чей? - похолодел я.
- Актера этого московского, которого Симеон Магометович на роль Серого Карлика нанял. Тот сначала с руководством в палатке вискарь глушил, а на второй день пошел грибы собирать. И тут на него со столетней сосны рухнул ваш 'олень' из кредитного. Причем тяжелый, сука, ведущий аналитик, сто двадцать килограммов чистого веса. Аналитику хоть бы хны, мягко приземлился, а артиста - насмерть. Такие пироги.
- А 'олень' на дереве что делал?
- Со страху залез, ночью, когда стрелять начали. Залез, уснул и десантировался.
- Черт... - я приподнялся на локте. - Значит, Алла из залогов была права. Мы спасли страну. Символически. И Серого Карлика ликвидировали.
- Не знаю, что вы там спасли, следствие разберется, - полковник поправил картонный клюв. - По мне - вы просто с цепи сорвались. Забыли, в какой стране живете? Здесь расслабляться нельзя, особенно на свежем воздухе. Распустили слухи, будто по лесу живые мертвецы бродят. Хотя чему я удивляюсь - у вас же в корпоративной брошюре всё черным по белому расписано. Мифы, былины, князья этой, как ее, Вагины, то есть Валгаллы... С одной стороны, дело правильное. Народный эпос - это единственная скрепа, которая удерживает население от падения в пропасть. А с другой стороны - ну из ружей-то зачем палить друг в друга?
- Так вы же сами им ружья раздали!
- Так мы от медведей выдавали! По одному стволу на департамент. Кто ж знал, что страшнее пьяного банкира зверя в этих лесах нет? Благо, нашлись сознательные сотрудники. Буйных скрутили, спасателей по рации вызвали. Правда, коллекторы ваши... Вот у кого крышу сорвало безвозвратно. Те вообще соображалку потеряли. Нацепили резиновые маски Фантомасов, взяли биты и пошли зачищать леса от 'врагов'. Всех подряд метелили.
- Обезвредили их?
- А как же. Оформили и в изолятор упаковали.
- А грибов-то... хоть ведро собрали?
- Да притащили вон гору поганок, - полковник сплюнул в траву. - Выбросить всё к чертям.
Полковник поднялся, закурил и пошел вдоль рядов раненых, ласково подбадривая стонущих 'оленей' и 'русалок'. Профессионал своего дела, ничего не скажешь. Твердо знает, на чем держится порядок. Что касается коллекторов - к ним претензий нет, у ребят работа такая - людей прессовать.
Погибшего актера позже скромно похоронили. Алла из залогов искренне плакала у свежей могилы. Правда, в Правлении о покойном быстро пустили дурной слушок: дескать, и в сомнительных вечеринках участвовал, и вообще образ Карлика глубоко не прочувствовал. В конце концов, разве можно спасти корпоративное общество от тьмы, не принеся никого в жертву?
![гимнопил21 [ковальков]](/img/k/kowalxkow_t_n/gymnopil/gimnopil_21_24.jpg)