Жена, нежданно вернувшаяся из командировки, застукала мужа с любовницей.
Бдительные соседи, услышав стуки и крики, вызвали полицию.
Прибывший на место происшествия наряд обнаружил открытую дверь в квартиру, два трупа (мужа и жены!) на кухне и окровавленный молоток для отбивания мяса.
Следующей ночью стуки и громкие звуки возобновились, причём с разных сторон стен квартиры бдительных соседей. Вызвали полицию.
Прибывший на место происшествия наряд обнаружил две распахнутые настежь двери в соседские квартиры. В первой были обнаружены разнополые молодёжные трупы с праздничными маленькими колпачками на головах, труп диджея на пульте, соединённом с мощными бумбоксами и савбуферами, и окровавленный перфоратор.
Во второй - два трупа гастарбайтеров в спецовках, следы ремонта, свежего сверления и окровавленные осколки бутылок шампанского из квартиры, где неудачно и громко отпраздновали день рождения.
"Вот и думай, что хочешь", - подумал следователь, на которого повесили расследование всех этих загадочных смертей. - Никогда мне не распутать этот клубок. Хоть сам иди и вешайся в самую первую квартиру, где ещё пока трупов нет. Хоп, а вот и зацепочка. Чего это бдительные соседи-то живые, когда вокруг одни мёртвые. И где вообще любовница, о которой бдительные соседи-пенсионеры на допросе рассказывали? Неужели это она всех порешила?"
В конце концов подозрения пали на чету соседей и ночную тишину в квартирах на четвёртом этаже. Тем более, когда выяснилось, что пожилой супруг ещё в доперестроечные времена работал мясником в кооперативном магазине, а его супруга - лаборанткой в школьном кабинете химии. Как при таком стечении обстоятельств могла уцелеть любовница соседского мужа, если в квартире подозреваемых к тому же обнаружили сексуальное кружевное бельё красного цвета, которое жадной старухе видимо жалко было выкидывать. А то, ишь, сушилось постиранное на балконе. Но, если честно, это была всего лишь версия.
А может убийца-любовница просто любила тишину...
Постскриптум. Вот если бы жена из первой квартиры осталась жива, она бы наверняка радовалась, что у её мужа больше никогда не будет любовниц.