Сколько в встречу домов, - а выходит каждый,
как беглец, искушать и корить от жажды,
всей толпой в пустыне чинить допрос
Моисею, поднявши граненый ярус
лица, как сквозящий стакан, чей градус
с Красного моря Улисс привез.
В облаках без манны дрейфует жернов;
Улисс, ненавистная богу жертва,
завернувшись в плащ, спит ничком на дне
корабля, не сумев себя уничтожить:
он в Хориве, воззрев горЕ, ничтоже
сумняшеся, ходу дает волне.
Махла, Ноа, Хогла, Милка, Фирца.
В башне с женским именем воплотиться
можно каждой; лептой в круговорот
забрести; позабыть берега с вещами.
Так дождей Иордан там течет, смущаем
белизной, в мостовую с глазниц пустот.
Клекот тучи не проведешь на мякине
колонн фасада, рябой лепнине;
случайном явлении из среды
нового века с брадатой просьбой, -
ужасаться впору от первых оспин
вплоть до подъема в реке воды.
Помолись, Улисс, чтоб тебе по средствам
оказалось вмешательство в мышцу сердца,
ибо блужданий конечен срок,
и даров не приемлют царевых, кроме
самого обрезанья в итоге хроник
крайней плоти сердца любви в залог.
26 апреля 2010
Примечания:
"...вот, Я стану пред тобою там на скале в Хориве, и ты ударишь в скалу, и пойдет из нее вода, и будет пить народ." Исход, XVII, 6.