Огонь свечи углы в избе мрачил.
Мой взгляд спас стену словно проявитель,
где жар от остывающей печи
просушивал боровики на нитях.
Скрип половицы кресло выдавал
на кухню двери ночью отворенной,
где мебель и плиту уничтожал
кромешный мрак, за шторой затаенный.
Вода с дна кружки капала в ведро.
Попискивала тонко мышь в подполье.
Тень от метлы казалась мне багром.
Звезда на небе проступала солью.
Притом, что до буфета пять шагов,
чтоб щелкнуть выключателем от лампы,
потусторонний мир стенных часов
там повисал меж сном и явью дамбой.