Рукав реки прошит, и нить
валов, как соль, сера,
кормой и носом ибо плыть
должна флотов гора.
Трещотка ленточек в висок
старается влететь,
и море глаз струит поток
на памятника медь.
Брегов величьем поражен,
от финских рыбарей
шел под водою Посейдон,
и вот предел морей.
И в небе с ангелов средой
вот оттого ввиду
дворцовый грот своей иглой
царапает звезду.
И склянки бьются, лишь бы балл
не значил "сильный шторм",
когда понадобится даль,
чтоб растворился дом.
Хоть светел судна легкий киль,
но ил - не то, погост,
как дому - реки до стропил:
ни очага, ни звезд.