После дождя в ночи, как пятна глаз,
в чьем темном плеске капелек роса
по глине ручейками собралась,
в деревне лужи смотрят в небеса.
Скрипит колодец, как старик-ворчун,
но звездам в клетях тучек не до песен.
Лишь серп, на пальцы накрутив латунь,
понурившимся избам цепи свесил.
И тропы, уходящие к холмам,
крадутся лабиринтом, до краев
наполнившимся тьмой, - (а не к домам), -
в безмолвный мир окраинных лесов.