Выбор..........
Осень чудесная пора, но не тогда, когда вы спешите куда-то на каблуках и под проливным дождём.
Сапоги из глянцевой "крокодиловой" кожи отзывались гулким эхом железных набоек. Тяжёлые капли градом сыпались на песочную шотландку. Огромными усилиями она удержала в руках зонт:"Только по лужам на ветру я и не скакала" - девушка приостановилась и глубоко вдохнула успокаиваясь. Сегодня она должна, просто обязана, быть спокойной и выдержанной, иначе не видать ей работы как своих ушей.
- Не для того я разъехалась с родителями, чтобы по выходным просить у них денег на еду,- стук шагов на миг уподобился барабанной дроби, предвестнице событий.
Сегодня всё должно пройти на высоте, именно по этому она на каблуках и в непривычной юбке... Да уж, косметика и шпильки не лучший вариант для академии, где за пять минут надо пройти три квартала и допить кофе.
Улицы были пустынны. А кому, скажите, охота идти куда-то в такой ливень? Но необходимость многих выгоняет на улицу в самый неподходящий период.
- Ааапчи!..
- Будьте здоровы,- машинально вырвалась у неё эта фраза, только потом девушка подняла взгляд от мокрого асфальта и посмотрела на молодого прохожего.
Лишь на краткий момент эта картина вызвала у неё остолбенение: безжизненный, безразличный ко всему человек, мокрые джинсы и какой-то свитер, совершенно неуместный при такой непогоде, замёрзшие руки изо всех сил пытаются подкурить сигарету, но вогкая зажигалка напрочь отказывается работать, смутно знакомое лицо располосовали мокрые дорожки - отметины хозяина осени.
- Павлик?.. - в вопросе сквозила неуверенность, но её и след простыл, когда парень поднял потухшие зелёные глаза.
- Ирма?- она не видела его лет пять, ещё с тех пор, когда училась в школе.
В ту же секунду чаши весов заполнились новенькой должностью секретарши и помощью человеку, которого с трудом могла вспомнить.
-А чего ты под дождём мокнешь?- Павел удивленно оглядел пустую улицу, как будто и сам не понимал, как тут очутился и ещё раз чихнул.
-Так, идём! Я тут живу в паре кварталов, а-то воспаление подхватишь,- Ирма властно взяла зеленоглазого парнишку под локоть и потащила в обратную сторону.
"Плакала моя работа..."
-Проходи, там, в шкафу, должны быть тапочки,- блаженно улыбнувшись, девушка стянула каблуки и отправилась переодеваться.
Через пять минут на кухне свистел чайник, а Ирма в широких удобных штанах и красной майке заваривала кофе.
-Слушай, а у тебя зажигалки нету?
-Хм... - Ирма зашла в комнату и достала из ящика стола поцарапанный кубик зажигалки с фотографией Че Гевары, а из шкафа свитер в оленях и спортивные штаны - подарочки бывшего сожителя.
-Только не знаю, будет ли она работать, а-то валяется там ещё со школы. Кушать будешь?- разливая кофе, спросила хозяйка дома, когда Павел сменил промокшую одежду.
-Нет, спасибо,- отозвался Паша затянувшись.
-Ну, рассказывай...- проговорила девушка, усаживаясь в мягкое кресло-качалку, на такое же указывая парню.
Было уже давно за полночь, небо начало окрашиваться лиловым, а они всё говорили под аккомпанемент радио. Ирма потягивала чёрный горький напиток. Павел грустно смотрел на город за окном, он и сам не понимал, зачем рассказывает о себе почти незнакомому человеку.
-Скажи, а на кой чёрт, тебе всё это?- проговорил гость, не отрывая взгляда от окна.
-Что?
-Ну, приводить меня к себе, выслушивать всякие бредни? - Ирма невесело улыбнулась.
-Не считаю человеческую жизнь бредом больного шизофренией... - Павел выжидающе посмотрел на собеседницу. - Понимаешь, Паша, люди ведь разные, но в одном, их всех можно поделить на две неравные группы...
-Любим философствовать? - девушка одарила его лишь изничтожающим взглядом карих глаз и продолжила:
-Я вот, например, привыкла к некоторому одиночеству, мне для полноценности никто не нужен, хотя от компании не отказываюсь. А ты, яхонтовый мой, никогда не сможешь быть сам, тебе, Паша, нужен друг, с которым хоть раз в полгода можно поговорить по душам. Кто-то, кто будет стараться понять то, что ты сам в себе понять не в силах...
Так они и сидели под хрип радио, мерный плеск капель с крыши. Ирма пила кофе, Павел молча курил. А небольшая кухня медленно погружалась в вязкую серость осеннего утра.