Аннотация: *Опубликовано в журнале "Искатель", Москва**Призер конкурса ВКР-6*
ЛИСЬЯ УСМЕШКА
Темные тени при свете луны мечутся, прячутся - время настало. Призраки ночи врываются в сны лисьей усмешкой и волчьим оскалом...
Длинные седые волосы, худое лицо с выступающими скулами, быстрый и цепкий взгляд исподлобья. Он производил впечатление очень уставшего, постоянно находящегося в сильном напряжении, человека.
- Эта печальная и таинственная история началась около полувека назад в нашем городе, - старик тяжело вздохнул и продолжил. - В одной солидной торговой фирме работал продавцом молодой мужчина - Якусити Оура. Заслужив трудолюбием и сообразительностью доверие хозяина фирмы Нацумэ, не имевшего сыновей, он со временем стал ближайшим помощником коммерсанта.
К тридцати годам, скопив небольшой капитал, Якусити начал подумывать о женитьбе. Была у него любовница - рыжеволосая красавица Таэко, молодая вдова, темпераментная и ласковая, но уж больно взбалмошная. Это немного раздражало и даже беспокоило флегматичного и суеверного Оуру. Рыжие, с медным отливом, волосы редко встречаются у японцев, и по поверьям их обладатели вспыльчивы и агрессивны. Тем не менее, Таэко нравилась Оуре, да и привык он к ней за несколько лет близких отношений. Дело потихоньку двигалось к свадьбе.
И тут Якусити послали по делам фирмы в Токио. Там в это время в университете заканчивала учебу дочь Нацумэ - Сино. Хозяин поручил помощнику передать дочери небольшую посылку. Оура встретился с Сино в кафе, они познакомились, пообщались... А дальше события приняли неожиданный оборот. Чувство между симпатичным молодым человеком и обаятельной девушкой вспыхнуло внезапно, как загорается сухой тростник от маленькой искры. Пока Оура находился в Токио, он все свободное время проводил с Сино, до такой степени их тянуло друг к другу. Расставшись, влюбленные начали переписываться, и вскоре Оура понял, что не может обходиться без Сино.
Как порядочный мужчина, Якусити явился к любовнице и все ей честно рассказал. Таэко, придя в бешенство от вести об измене любовника, разъяренной тигрицей набросилась на него, едва не выцарапав бедняге глаза. Напуганный вспышкой ярости, Оура поклялся себе больше никогда не встречаться с неуравновешенной женщиной.
Между тем, возвратившись, после окончания университета, домой, Сино сообщила о своих чувствах к Оуре отцу. Тот сначала рассердился, но потом, обдумав ситуацию, решил - Якусити будет хорошим зятем. Тем более что Нацумэ, расширяя бизнес, хотел открыть филиал фирмы в другом городе. Расчетливый торговец выдал дочь за помощника и вскоре отправил Оуру, ставшего членом семьи, руководить филиалом в город Катояма. Сино, естественно, последовала за мужем.
Через год у молодых родился мальчик, спустя еще пару лет Сино подарила мужу девочку. И тут, ранней весной, заболела мать Сино. Видя, как жена переживает, Оура отпустил ее вместе с маленькой дочкой погостить к родителям. Минуло несколько недель, мать выздоровела, и Сино с ребенком отправилась назад к мужу.
Поезд на станцию прибывал утром, и Якусити приехал на вокзал, чтобы встретить родных. Порывами дул сильный ветер, принося от близкой реки, где только что сошел лед, пронизывающую сырость. Оура мерз в ожидании поезда, нахохлившись и спрятав руки в карманы прорезиненного плаща. Его немного удивило, что на перроне, рядом с ним, топчутся, пытаясь согреться, трое полицейских. Едва состав остановился, представители закона торопливо поднялись в вагон, а проводник остался у двери, загораживая проход.
- В чем дело, уважаемый? - спросил Оура. - Почему нет пассажиров? И зачем здесь полицейские?
- Ох, господин, большая беда случилась, - ответил проводник. - В Сато к нам в вагон села молодая женщина с маленькой девочкой. Рано утром, перед станцией, я зашел к ним в купе, разбудить, и застал ужасную картину: мать и дитя были мертвы.
- Мертвы? - переспросил Оура, побледнев.
- Точнее, их кто-то убил. Задушил шарфом во время сна. Я, разумеется, немедленно доложил начальнику поезда, который и предупредил по рации полицию. Теперь состав задержат, а из вагона никого не выпустят, пока не опросят всех пассажиров. А вы кого-то встречаете?
Якусити молча кивнул головой - горло будто сдавило обручем. Проводник внимательно посмотрел на встревоженного мужчину и воскликнул:
- О, простите, неужели это ваши близкие?
- Да, - еле слышно вымолвил Оура. - Видимо, то моя жена и дочь.
Внезапно в вагоне раздался шум. Затем на перрон рыжей змеей выскользнула небольшая лисица - крутнувшись на месте, проворный зверек прыгнул на рельсы и исчез под вагоном. Несколько секунд спустя в тамбуре появился толстый полицейский.
- Вы видели? Где она? - спросил полицейский, отдуваясь.
- Убежала, - проводник махнул рукой. - Откуда здесь взялась лиса?
- Вы у меня хотите узнать? - ехидно процедил блюститель порядка. - Сами ничего не понимаем. Опрашивали пассажиров, подошли к купе, где, согласно билету, должна была ехать одинокая женщина. Открыли дверь - оттуда выскочила эта рыжая бестия, а девицы нет. Чудеса, да и только... Она могла раньше сойти?
Железнодорожник, сдвинув на лоб форменную фуражку, с озадаченным видом почесал затылок:
- Не знаю... Билет она купила до самого Токио, поэтому я к ней в купе не заглядывал. А за ночь было несколько остановок... За всеми пассажирами на стоянке не уследишь.
- Внимательнее надо к обязанностям относиться, - пробурчал толстяк.
Проводник невольно вытянулся в струнку, выпрямив позвоночник. Затем тронул полицейского за рукав и, показав глазами на Оуру, услужливо доложил:
- Вот, господин полицейский, этот мужчина встречает жену и маленькую дочку. Ну, вы понимаете...
На широком лице полицейского появилась гримаса, очевидно призванная выразить сочувствие. Он покосился на Якусити и неуверенно протянул:
- Хорошо... То есть, хотел сказать - трагедия, конечно... - снова запнулся. Махнул рукой. - Короче, вам необходимо посмотреть и опознать ... э-э, тела.
Вслед за полицейским Оура поднялся в вагон. Заглянув в купе, сильный и здоровый тридцатипятилетний мужчина едва не потерял сознание. Ведь всего около месяца назад, на этой же станции, он провожал горячо любимых Сино и малютку. Тогда казалось - разлука будет недолгой. Оура вспомнил, как на прощание поцеловал кроху в носик, и по его щекам потекли слезы. Проводник принес стакан воды. Все было ясно без слов.
Тонкую и нежную шею Сино удавкой перетягивал розовый шарф.
- Кажется, я догадываюсь, кто мог их убить, - тихо произнес, раздавленный страшным горем, муж и отец.
- Похожий шарф, - показал на шею жены, - был когда-то подарен мною женщине по имени Таэко.
- Вы полагаете, что эта женщина способна на такое жестокое преступление? - недоверчиво спросил старший полицейский.
- Мне трудно в это поверить, - выдавил из себя Оура. - Когда-то я ее любил. Но сейчас мне кажется, что Таэко способна на любые поступки под воздействием гнева. Кроме того, я слышал, что в одном из купе ехала молодая женщина. Потом она исчезла. Как она выглядела?
- У нее были темно-рыжие волосы, - сообщил проводник.
Оура взволнованно посмотрел на полицейских, кивнул головой:
- И Таэко - рыжая. Я даже называл ее "моя лисичка".
- Вы знаете, где она может находиться?
- Я с ней давно не виделся. Но жила она в Сато. Я уже не помню точно адреса, но могу показать на месте.
Якусити и полицейские ближайшим поездом выехали в Сато. Очутившись в городе вечером того же дня, они сразу направились в дом, указанный Якусити. Там выяснилось - квартиру Таэко давно снимают другие люди: соседка, пожилая женщина, сообщила, что Таэко погибла еще несколько лет назад, прыгнув с моста в реку. Труп так и не нашли.
- Вы не уточните, когда это произошло? - в возбуждении спросил Оура.
- Четыре года минуло с той весны, - подумав и посчитав на пальцах, ответила женщина.
- Как раз тогда, когда я справлял свадьбу, - пробормотал под нос бывший любовник.
- Последние дни перед гибелью она вела себя словно помешанная, и постоянно говорила о страшной мести, - добавила соседка.
- Я понял, кто совершил убийство - юрэй* Таэко! - воскликнул Оура. Глаза его лихорадочно блестели.
Полицейские переглянулись между собой: да, от горя несчастный совсем потерял голову.
- Мы очень сочувствуем вам, Оура-сан, - заметил старший полицейский. - Но мы не можем возбуждать уголовное дело против призрака. Поймите, в наши дни такое суждение - очевидный предрассудок. Лучше забудьте о нем. Мы приложим максимум усилий, чтобы поймать настоящего убийцу.
Но, увы, все розыски оказались тщетны.
Рассказчик замолчал. Последние слова дались ему с заметным трудом. Они сидели втроем в беседке около буддийского храма, на ступенях которого и разговорились: супружеская пара из Германии (японисты Эльза и Курт), собирающая материалы для книги о японском фольклоре, и старик в белом обветшалом кимоно.
- А дальше? - наконец не выдержала Курт. - Что стало с Оурой, его маленьким сыном?
Старик поднял выцветшие глаза:
- Что дальше? Оура похоронил жену и дочь. Затем написал записку родителям Сино, где попросил их заботиться о внуке. После этого пришел на кладбище и покончил с собой.
- Какой ужас! - поразилась Эльза. - Но, зачем он так поступил?
- Во-первых, он чувствовал глубокую вину за смерть близких. Во-вторых, Оура был убежден: жену и дочь задушил юрэй Таэко. Зная мстительный характер любовницы, Оура считал - она не остановится, пока не убьет и сына. Обычный человек не может бороться с привидением. Поэтому, желая защитить мальчика, находящийся в отчаянье отец решил сам стать призраком, совершив самоубийство... С тех пор, уже более полувека, две неупокоенные души мечутся каждую ночь, карауля друг друга: Оура - в образе волка, Таэко - в образе лисы. Чаще всего их замечают на кладбище, иногда - на берегу реки.
- А про оборотней вам откуда известно? - с недоверчивой улыбкой спросил Курт. - Неужели сами видели?
- Здесь многие видели, - собеседник показал рукой на храм. - Река там, сразу за кладбищем.
- И сколько подобное может продолжаться? - продолжал допытываться Курт. - Призраки когда-нибудь успокаиваются?
- Кому про то ведомо? Возможно, душа Оуры получит покой, когда своей смертью умрет его сын. О Таэко - не могу гадать.
- Да-а, этак всю страну привидения заполнят.
- В Японии, действительно, много призраков, - словно не замечая иронии, ответил старик. Почти неподвижное, иссеченное морщинами, мертвенно бледное лицо напоминало гипсовую маску. - А сейчас, простите, мне надо идти. Скоро стемнеет.
Они попрощались. Старик медленно двинулся к воротам. Длинные полы кимоно стелились по плитке, скрывая ступни, и казалось - мужчина не идет, а плывет над дорожкой.
- Странная мысль, Эльза, для профессора лингвистики и убежденного скептика, но иногда я готов поверить в существование потусторонних сил, - поглаживая резную голову дракона, венчающую балясину, с недоумением пробурчал Курт.
- Ничего странного, дорогой муженек. Сколько раз тебе повторять? У скептиков нет убеждений, но рано или поздно каждый скептик задумывается о душе. Возможно, ты уже дозрел до этой стадии? - жена отреагировала с ехидцей и незамедлительно, будто продолжая старый спор. Но Курт, почувствовав настроение супруги, промолчал.
Эльза прослушала кусочек аудиозаписи, удовлетворенно хмыкнув, засунула диктофон в сумку. Достала сигареты и вдруг хлопнула себя ладонью по лбу:
- Мой Бог, мы не выяснили, как его зовут.
- Сие настолько важно? - занятый своими мыслями, муж отозвался не сразу и с заметной неохотой.
Эльза укоризненно покачала головой:
- Курт, твоя изящная ирония не уместна. Мы же ученые, а не беллетристы какие-нибудь. Кстати, и сфотографировать его не мешало бы. Опять ты забыл.
- Не переживай. Сейчас спросим у служителей храма, старика здесь должны знать.
Муж выглянул из беседки. Вечерело. Темно-розовое солнце с медным отливом присаживалось на верхушку близкой горы. На небольшой площади почти никого не было, кроме нескольких праздных туристов, и лишь в стороне, у клумбы, поливала рассаду из маленькой лейки худенькая старушка. Супруги подошли к ней.
- Извините за беспокойство, - начала Эльза. - Мы только что разговаривали вот там, в беседке, с пожилым человеком. Высокий, седой, в белом кимоно, почти таком, как у вас. Наверное, монах. Может быть, вы его знаете?
- Как его имя? - рассеянно спросила японка.
- В том-то и дело - мы забыли выяснить.
- Тут бывает много монахов-паломников, - старушка поставила лейку на дорожку и выпрямилась. - О чем у вас шла речь?
- Мы ученые, собираем фольклор: всякие предания, сказания, - Эльза приветливо улыбнулась, но японка не отреагировала, сосредоточено слушая. - Монах рассказал очень интересную историю, настоящий кайдан, о жестокой мести. Призрак покинутой любовницы убил жену и дочь одного мужчины.
- Как звали мужчину? - в голосе собеседницы появилось любопытство.
- Якусити Оура. Так вы нам поможете?
- Я, кажется, догадываюсь, о ком вы говорите, - старушка хитро посмотрела на иностранцев, и по ее узким лисьим губам скользнула злая усмешка. - Бедняга тронулся умом после гибели жены и дочери. Не советую вам его искать.
- Но, почему?
- Потому что он еще никому не рассказывал свою историю дважды.
Резко оборвав разговор, старушка взяла лейку и засеменила по дорожке. Через несколько мгновений ее сгорбленная фигурка растворилась в наступивших сумерках. Площадь перед храмом совсем опустела...
Внезапно со стороны кладбища раздался волчий вой. Тоскливый и угрюмый, он разносил по воздуху неизбывную печаль и пронзительный холод вечного одиночества.
- А все-таки, моя дорогая, загадочные они люди, эти японцы, - задумчиво произнес Курт и поежился. - Для меня их острова слишком обитаемы. Пожалуй, в гостинице я выпью немного водки.
... Поздний прохожий - домой поспеши. Зря ты плутаешь порою ночною. Шорох услышал - замри, не дыши. Призрак стоит за твоею спиною.
*Юрэй - душа умершего человека; призрак человека, в момент смерти лишенного покоя (внезапная смерть в результате убийства, гибели в сражении или самоубийства).