Уставшая и расстроенная, я села на первую попавшуюся скамеечку в окружённом пятиэтажками дворике, в который мне пришлось свернуть с главного проспекта, чтобы не идти на виду у прохожих с заплаканными глазами.
- Тётя, возьмите мороженое. А вас как зовут?
Напротив меня стояла курносая девочка, лет шести. Она протягивала мне недоеденное мороженое, и взгляд её выражал озабоченность.
- София, не приставай к людям, - из окна раздался сердитый женский голос.
Не обращая на него внимания, девочка расположилась рядом со мной и сказала доверительно:
- Это моя мама. Я её очень люблю. Она всегда такая. Я к этому уже привыкла.
Вопросительно заглядывая мне в глаза спросила:
- У вас что-то случилось?
В ответ ей я могла только улыбнуться. Разве ребёнок сможет помочь в такой ситуации.
Однако бездонные ярко - синие глаза лучились искренностью и заботой, которую малышка пыталась подарить мне, совершенно незнакомому человеку.
- Однажды я выкупила у мальчишек котёнка, которого они мучали. Я совершила ради этого плохой поступок. Одолжила тайком денег у мамы. Но я обещала себе, что верну ей всё и даже больше, когда вырасту. Я принесла котёнка домой, а мама меня за это ругала и хотела выбросить моего дружочка. Мне пришлось притвориться больной - только тогда мама согласилась оставить котика дома.
- Да вон он, смотрите, на дерево залез. Он ещё дикий. Не привык к людям. Но меня слушается. Тим, Тим...
Девочка поманила котёнка, но тот, цепко держась за ствол дерева, видимо, боялся меня и слезть не рискнул - только, насторожив ушки, оглянулся.
- А когда на берегу озера я нашла маленького-маленького лягушонка и показала маме, она сказал, что это гадость. Но он был такой миленький, такой беззащитный. Вдруг его кто-нибудь съест?
Нахмурив брови, девочка серьёзно продолжила:
- А ещё мне нравится раздавать маленьким детям леденцы, конфеты и печенье. И куклы, и пупсики свои я все раздарила. И шарики. Мама сказала, что больше не станет покупать мне игрушки, потому что я такая...
Девочка на секунду задумалась о том, какая она.
Я внимательно, не перебивая, слушала монолог - образец трогательной доброты.
- Знаете, а мне мама уже доверяет покупать хлеб. Однажды я скормила воробьям целую булку. Они всегда такие голодные. А я могу и чёрный хлеб есть. Но меня, как всегда, отругали.
София вздохнула
- В этом году я пойду в школу, потому что я взрослая. Уже умею читать, немножечко писать и учу малышей во дворе. Я попросила у мамы, чтобы она мне специально мелки купила. Глядите.
София показала на асфальт, сплошь испещрённый разноцветными корявыми и такими трогательными буквами, словами и цифрами.
- Да что я вам всё о себе рассказываю. Тётя, я знаю, у вас всё будет хорошо. У меня тоже когда-то было плохо. Но всё стало хорошо. У меня появилась новая мама, хотя я уже и не надеялась...
Девочка продолжала мило щебетать, а я открыла сумочку, достала из неё калькулятор, новый блокнот и ручку, купленые накануне, и протянула девочке:
- Возьми. Будете играть в школу по-настоящему.
София взяла предложенное совершенно без стеснения, приняв как должное.
- Спасибо, тётя. Вы хорошая. Только мама меня почему-то часто ругает. Вы не знаете почему?
Вопрос повис в воздухе.
Что я могла ей ответить: что в нашем обществе так не принято, что щедрость души осталась у нас где-то на задворках?
Я не хотела разочаровывать раньше времени милую, добрую, наивную и рано повзрослевшую девочку. София не замкнулась в себе под тяжестью утраты. Познать зло ей всегда помогут.
Но больше всего я уверена в том, что она продолжит сеять вокруг себя доброту и взамен пожинать то, что сеет пока ещё неосознанно, по велению щедрого сердца...
11.09.2015 г.
Автор: Ольга Валентиновна Крюкова
Все права на произведение защищены.
Произведение предназначено для личного прочтения.
Все иные действия с текстом произведения только с разрешения и по согласованию с Автором или законными наследниками.
Цитирование в допустимом Законом объёме, в том числе в вольном пересказе и иной интерпретации - с указанием Автора.
Самиздат
( С) Copyright: Ольга Валентиновна Крюкова, 2018
![[]](/img/k/krjukowa_o_w/a-10/img_1430.jpg)