Утро казалось тихим и безмятежным. Но мы не позволяли себе обманываться. Все будет, как всегда.
Штурма не избежать. И мы были готовы.
Каждый четко помнил свою позицию, каждый знал, что ему делать. Наше спасение было в слаженности действий, и никто не хотел подвести товарищей.
Противник пошел на приступ.
... Пока все шло относительно неплохо. Я поймал себя на этой мысли и стал судорожно искать дерево, но стучать уже было поздно.
- У нас прорыв на первом этаже. - Саша со злостью швырнул трубку. - Кто пойдет?
Я на секунду задумался.
- Толстой. Справишься, Коля? Там ветераны напирают, как обычно.
- Обижаешь. - Толстой уже стоял у двери. - Ну, не поминайте лихом.
... - Дима, штаб требует твою оценку по всем фронтам, - Тамара протянула распечатку. - Срочно.
- Тома, да пошли ты их!
- Посылала уже. - Она пожала плечами. - Не идут.
... После полудня мы получили долгожданную передышку. Но расслабляться было некогда. Люди терпели, а вот техника не выдерживала, и ремонтники куда-то запропастились. В ярости я саданул кулаком в стену и теперь слизывал кровь с разбитых костяшек. Положение было паскудным.
... Нет, положение было почти безнадежным. Я все-таки сглазил, штурм сегодня шел с удвоенной силой. Людей не хватало, и в выстроенной обороне стали появляться прорехи.
- Леха где?
- Так на выезде с утра, - удивился Огородов. - Еще не возвращался.
- Дьявол! Знаешь, Саня, я боюсь, сегодня мы можем не выстоять.
... Но мы выстояли. Я молча пожал всем руки. Слова были не нужны, все и так знали, что завтра нас ждет новый бой, и вряд ли будет легче, чем сегодня. Но завтра будет завтра, а сегодня мы - герои.
Охрана оттесняла за дверь последних клиентов. Рабочий день отдела кредитования физических лиц закончился.