Бонджорно Джозеф
Первая тень

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками Юристы. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Перевод 4-й книги из новеллы "Сверхъестественные встречи: Испытание и превращение Архула Гекстрофона" Джозефа "Джо" Бонджорно. Продолжение 3-й книги. "Сильмариллион" Звездных Войн продолжается: Галактику охватили первые масштабные войны, предводительница Архитекторов Тилотни продолжает путем интриг и разжигания розни стремиться к своей цели - стать богиней галактики, но и представители Тьмы становятся все сильнее, пока Целестиалы стоят в стороне. Перевод этой части завершен.
  "Давным-давно мне было видение. Я видел, как все народы укрепляются не в мудрости, а в своих низменных страстях и стремлении к разрушению. Я видел, как сила машин множится, пока один вооруженный до зубов человек не сравняется по мощи с целой армией. Я видел время, когда люди, упиваясь искусством убийства, так яростно сеяли смерть по всему миру, что каждая хорошая книга и каждое сокровище были обречены на уничтожение. Это видение было настолько ярким и волнующим, что я решил собрать здесь все прекрасное и культурное, что смогу сохранить, чтобы противостоять гибели, к которой стремительно движется мир".
  ~"Стражи пламени", верховный прелат Севенд Тестер
  
  "Рядом с невероятными силами, которые поднимались, сражались и рушились, человечество казалось лишь массой крошечных испуганных кузнечиков, прыгающих под ногами у сражающихся колоссов. И все же нужно помнить, что именно эти самые кузнечики, озлобленные, обезумевшие люди, первыми обрушили на нас весь этот древний ужас, возродив вековую космическую вражду, которая переросла в галактическую войну, в титаническую битву планет с планетами, невообразимую, немыслимую..."
  ~"Проклятый монолит", мастер-джедай Дэмиен Холт
  
  
  Эмпирейские войны
  
  Бесконечны и многообразны, как звезды на небе, истории, которые можно было бы поведать об эпохальных Космических войнах той древней и давно забытой эпохи.
   Если бы их записали, то количество доблестных подвигов, приключений и трагедий того времени заполнило бы целую библиотеку, ведь их отголоски слышны почти повсюду и по сей день, пусть даже в виде разрозненных фрагментов, сохранившихся в древних мифах, романах и легендах.
   Великолепный Ап помогал создавать таинственные летательные аппараты и корабли, похожие на грозных хищных птиц, которые парили над выбранными мирами, или на морских чудовищ, бороздящих океаны, или на насекомых, ползущих по раскаленным полям. Холодный Данда Син создал причудливые, вычурные баржи с мощным арсеналом оружия. Тилотни призвала гигантских стрекоз, колоссальных ос и других существ, которые могли бы служить эскортом и разведчиками. Архитекторы знали о существовании гиперпространства, но редко обращали на него внимание, поскольку межзвёздных врат было в избытке.
   Теперь Тилотни парила рядом с Холодным Дандой Сином и Великолепным Апом перед окнами, ведущими в миры Иллатуриона, и казалась гигантом среди гигантов: "Мерзкие порождения глубокой пустоты, отродья жутких и безрадостных бездн, вы были призваны в этот мир с определённой целью. Повинуйтесь мне и правьте как вассальные короли и королевы в тех славных мирах, в которых вам было отказано. Не подчинитесь мне или последуете за кем-то другим, и я превращу вас в отбросы для ненасытных орд, которые теперь служат вам! Идите же во имя Архитекторов! Начните с миров, которые обратились к нам за помощью. Поддержите всех, кто будет сражаться на нашей стороне в Великом Восстании! Подчините себе тех, кто готов, но принудите их к войне! А тех, кто принял наше предложение, но не хочет сражаться или подчиняться, усмиряйте силой!"
  Ап открыл Врата Бесконечности Квот, через которые хлынули поразительные армии.
  Син развернул порталы в Кададжийской сингулярности в секторе Корридан Ядра, в Чёрной дыре Себаддон и скоплении Тайус в Среднем Кольце, в Адском обруче и Тёмной зоне Ругаро во Внешнем Кольце; в Эндорских вратах, Чёрной дыре Квинтас, Тёмной звезде Мошау во Внешнем Кольце и на Краю Энтропии в Неизведанных регионах, вокруг которого стала вращаться Луна Грабежа. Но больше всего Син любил разумные чёрные дыры, Ультимы, такие как зловещее Лицо Пространства, или Пожиратели, как их называли те немногие, кому не посчастливилось с ними столкнуться. Через такие порталы отправлялись целые планеты и спутники, населённые смертоносными армиями изменённых рас и гибридов. Син возвращал их в миры их предков. Ужасные Сферы также использовались для открытия порталов в желаемых мирах, где не было врат или они были разрушены. Кроме того, в то время Великая Паутина Атлахначи тайно простиралась до самой Уртхи. Чтобы защитить Иное пространство, филарнитанцы служили стражами, а также прокладывали первые гиперпространственные маршруты и коридоры.
  Таргорограхт была самой коварной из Древних, и именно ей Тилотни доверила руководство стратегией военных кампаний, а также передвижением и распределением сил.
   В методичном уме Королевы Ночи галактика была разделена на гигантскую паутину, вспомогательную спиралевидную структуру из опорных и радиальных нитей, с помощью которой можно было координировать атаки. Пока что она сосредоточилась на том, чтобы уравнять силы армий Архитекторов и их противников, отправляя в разные миры подходящих бойцов, чтобы установить господство над населяющими их расами и создать базы для дальнейших операций, с которых их можно было бы легче перебрасывать на другие арены.
   Иерархический порядок улья позволил бы одержать быструю и решительную победу, но, за исключением многочисленной инсектоидной пехоты, большинство других рас не поддавались такой организации. Со временем она придумает, как их объединить, а до тех пор ей нужно учитывать тех, кто лучше всего послужит проводниками хаоса.
   Таким был Тайфоджем. Необузданная сила и ярость - это была та сила, которую она обычно не использовала, но с его помощью они быстрее достигнут своих целей. Тайфоджем отправил ксотианцев и занибарцев с Ксота во Внешнее кольцо, а йевет с Нового Ксота - осквернять скопление Курнахт, которое тогда называлось Храмом Бога и находилось недалеко от Глубокого Ядра. Когда он закончил рассеивать свои орды, Тайфоджем отправился переделывать галактику по своему образу и подобию. Она знала, что Архитекторы остановят его, если он зайдёт слишком далеко или попытается напасть на тех людей, к которым питал особую ненависть, ведь он никогда не забывал, что Тилотни принял облик человека и хотела его убить, но Королева Ночи должна была присматривать за ним на всякий случай.
  
   Из множества захватчиков, завоевателей и предателей, которых Архитекторы использовали в Космических войнах, вот лишь малая часть: куривары, барагвины, ям"рии, Иотран, Биттэфриан, Макурт, Чевин, Йинчорри, Айлон, Кобок, Койнит, Калиш, Дашаде, Тилуун, Авогви, Тунрот, Гавем, Зекс/Эсумиан, Т"сурр, Анну-дат, Мугаари, Араманди, Драаг, Гасерит, Борзог, Мулдрен, Бормтерран, Апшайдиан, Сомниан, Цикк, Дровиан, Лабой, Чиггнаш, Керестиан, Тарк, Аар"аа, Транск, Ветакк, Мефитисиан, Тикиарри, Дети Спящего, Недиджи, Тиспиасиан, Омера, Сентран, Екуб, Димиан, Волдж, Стеллан, Эйтак, Орфитан, Раката, Клантаани, Воррит, Муган, Савал, Хутлариан, Толиан, Гриск, Мондут, Килмаулси, Ксон, Ка"хрен, Дуг, Некрин, Крикен, Дж"хагга Ри Качатки, Уукааблиан, Муза, Седониан, Аб"Угартте, Хиитит, Они, Саньяссан, Йеветан, Эолиан, М"оннок, Виск, Глоуван, Лампроид, Эбранит, Криш, Геррн, Кхалла, Медуза, Лортан, Андакси, Малагарриан, Суоки-Суоки, Воллик, Инчичток, Криктаси, Бовориан, Фаранг, Варут, Хуралок, Сеюги, Крозурбиан, Муттани, Псадан, Минейрш, Бах"р Торк, Килидо, Горач, Аракациан, Оумни, Друкати, Ксорг, Монгдулиан, Орз, Друуг и несколько рептилоидных рас из Бесконечной империи.
   В безумной спешке, стремясь поскорее вступить в бой, Древние выпустили в Небесную реку демонов из Миров Праха и множество существ, выведенных с помощью генной инженерии в жутких камерах из внутренних органов, созданных Темными Силами. Таргорограхт не знала, что это за существа, и решила, что они принадлежат ее братьям и сестрам или Архитекторам. Полукровки и кабрионские расы, которых Враг бросил в бой, были разумными, чувствующими монстрами-нежитью, которых называли роззумами, хотя в то время у них не было такого названия, и разные народы называли их по-разному. Они сеяли смерть и ужас, нападая как на армии Архитекторов, так и на народы Небесной реки.
  Среди них были Малдонт, Дурголоск, Ага, Субтерот, Раттар, Алтагак, Бандиго, Кинтан Страйдер, Слар, Уампир, Тромпа, Горакс, Террога, Шенбит Крушитель костей, Гандарк, Разрушители Хом, Тангак, Доашим, Фаруун, минорианцы, Тота, Хейлвар, Огр, Туманное существо, Ксирасс, Пещерник, Дуркий, Маунгур, Скаталпен, Флешборер, Друк, Снивел, Хорнагонт, Тараск, Укурсиан, Геллбист, Сарлакк, Диввик, Фаннед-Роул, Имбат, Найтшрайк, Экотом, Оргон, Тербист, Безоар, Ксинкра, Галладиан, Акул, Рек, Вуррек, Пискатор, Арион, Маритима, Сасори, Гьяос, Кладос., Гарток, Сногар, Охотник за головами из Коромона, Сирингана, Драагакс, Ультаариан, Рогайпа, Тумнор, Керкоиден, Хабогад, Явенко, Иписестек, Урканин, Квамин, Армадид, Данчаф, Тролльбейн, Болотный змей, Мердет, Рогварт, Горгодон, Минатум, Чуга, Тэд, Х'Кал, Эмкл Фантом, Грааа'шад, Мрак и другие безымянные существа, такие как бестелесные щупальца, аморфные существа по прозвищу Слизни; существо, пришедшее на Аарис III; пожиратели Харибды; Светоизлучающие демоны; разумная планета Фаза; Страшные Ищейки и злобный бактериальный разум-улей по имени Целое.
  
  Хотя жестокость была присуща всем обитателям мрачного Иллатуриона, не все стали жестокими - ни Архитекторы, ни Древние не могли лишить существо свободы воли. Многие, стремясь лишь выжить, рассеялись по галактике, чтобы спрятаться и начать жизнь заново. Некоторые заняли нейтральную позицию в последовавших войнах, например адвозцы, посс'номины, д'амаранцы, гиперболарцы, филорды, куллессы, аднеремы и адарианцы (которые вытеснили почти человеческую расу клонеров, бежавших на Джиннорсил, в то время как их питомцы-адарцы очищали Омиддлон III). А некоторые даже присоединились к Союзным расам, например кхилы, двуглавые гиксы, леньюзы и киан'тары, которые вместе с морсами, готалами, риилебами и гадосами какое-то время служили посредниками, послами и дипломатами, пока не разразились Сумеречные войны и киан'тары не ушли в уединение на Шаум Хии.
  
  БЕЛЛА СИДЕРЕЯ
  
  Некоторым хищным силам, служившим Архитекторам, они могли казаться странными и нелепыми, но Архитекторы намеренно создавали такое впечатление, поскольку им было выгодно, чтобы их недооценивали. Тем, кто выходил за рамки установленных Архитекторами правил, порой приходилось дорого за это расплачиваться.
  Тилотни тоже не слишком верила в своих так называемых отпрысков, за исключением Таргорограт, которой двигало столь же сильное стремление к величию, как и ею самой. То, что она стремилась возвысить свое постоянно растущее потомство, было вполне ожидаемо. Как только Тилотни захватит власть над всей галактикой, она в качестве награды завещает Иллатурион своим отпрыскам. После этого она отправит свои войска против запретных миров, которыми правят таинственные архонты. Однако события развивались быстрее, чем она ожидала. Возможно, ей следовало напасть на них первыми, пока они находились в зачаточном состоянии, пока их сила была ограничена. Но Древние Силы скрывали свои действия и действия своих самых важных подопечных, и Тилотни подозревала, что они могут переиграть ее и показать ей доселе неизвестную слабость.
  Вместе с огромными легионами, которые она держала в резерве, Тилотни не позволила Мнггал-Мнггал и сородичам Оорадрила покинуть Иллатурион, и Апу было приказано запечатать ворота. Она приложила немало усилий, чтобы убедить их, что они будут служить ей арьергардом в случае нападения невидимых врагов, но правда заключалась в том, что она не доверяла их голоду и кипящей злобе. И они тоже это знали, но Оорадрил подобострастно уступил и улетел со своим отрядом, чтобы организовать побег.
  "Пусть Сородичи делают, что хотят", - посоветовал Син. - "Их сила зависит от глупцов, которые им поклоняются".
  "А что с теми, кто служит нам? Они тоже глупцы?"
  "Нет, если ты дашь им то, что обещал..."
  
  Мнггал-Мнггал не мог пересечь звезды по собственной воле; для этого ему понадобился бы корабль или врата. Некоторые его части могли быть вызваны тайными усилиями черной науки, но сам он не мог перейти из одной области в другую без каких-либо внешних средств поддержки, поскольку Великолепному Апу хватило предусмотрительности принять меры предосторожности в отношении этой области.
  Подлетев к Великолепному Апу в форме звездчатого девятиугольника, центральный круг которого превратился в аполлоническую накладку с шестью глазами, окружающими пасть с множеством зубов, он сказал: "О Лучезарный Апу, по какому странному делу ты отправляешься в путь?"
   "Что тебе от меня нужно?" - холодно ответил Ап.
   "Ничего особенного, мой щедрый Покровитель... всего лишь кратчайший путь в густонаселенный мир... Почему же ты, великий Апоргомон, медлишь и не даруешь мне то, что принадлежит мне по праву? Может быть, теперь, когда ты избавился от одного своего отростка, тебя волнуют более возвышенные материи?"
   "Это мое личное дело", - Великолепный Ап задумался, не было ли в его словах двойного смысла. До недавнего времени Ап следовал наставлениям Тилотни, но потом решил, что под ее руководством он научился всему, чему мог. Желая достичь более высокого состояния, он избавился от части себя, которая, по его мнению, была ему больше не нужна: от апатии.
   Теперь, когда ее не стало, внутри него что-то зазвучало, что-то, что некоторые назвали бы совестью. Но что имел в виду Мнггал-Мнггал - это или что-то другое?
  "Подумай, Торжествующий Пришелец, о сибаритствующей человеческой расе. Разве их добыча не высматривает их, тех, кто убивает ради забавы, украшая свои дома частями тел убитых? Спроси себя, мой Альфа Аподис, разве они не угнетают и не уничтожают друг друга по приказу своих признанных лидеров? Разве они не очарованы тенями внутри и снаружи, из-за которых даже Целестиалы считают их отвратительными? Подумай вот о чём, яркая звезда Ап: разве я не имею права убивать и пожирать тех, кто ниже меня, не испытывая жалости к их жалким жизням? Разве я не гораздо привлекательнее их? Возможно, я был послан как аптекарь, чтобы положить конец их лихорадке, и если так, то разве я не соответствую природе, великому творению Вселенной?"
  "Софистика не может исказить истину".
  "И что же это за истина, мой Аподис?"
  "Ты - противоположность природы, ты - пожирающий всё на своём пути рак".
  "Блестящий Аполлинер, ты всегда был прагматичен и жаждал знаний не меньше меня!" - Губы Пожирателя изогнулись в тревожной улыбке, а затем все его тело превратилось в колышущийся сгусток глаз и кривящихся ртов: "Воистину, я приблизился ко многим великим умам из потустороннего мира, на многих оказал влияние, и великие дела они творили!"
   Великолепный Ап считался среди своих коллег выдающимся интеллектуалом, пусть и не слишком мудрым. Он не знал, изменилось ли что-то с тех пор, но эта сущность считала себя умнее всех остальных. Это было не так. "Величайшая подделка и эрзац-история из потустороннего мира, запятнанная ложью, интересует меня не больше, чем грязь в шахтах, сточных канавах и окутанных туманом болотах".
   "Умная сентенция, мой несравненный Апастамба! А вот еще одна: опрометчивость - удел юности, не так ли? А лживость - это серебряный язык великого искусства! А теперь скажи мне, тот, кто не приемлет притворства: как поживает твой тайный клад, твое неизменное и иррациональное детище? Знай, что так же, как ты знаешь тайную правду о моем прошлом и о порожденном Ап-хоте, из которого я появился... я знаю о твоей скрытой сути!"
  Если Великолепный Ап и удивился, то не подал виду. "Ты же не станешь отрицать, что я могу повернуть дни вспять, и тогда ты перестанешь представлять угрозу".
  Дрожащая протоплазменная масса рассмеялась. "Ты не можешь использовать такой априоризм, апоплексичный Апсу, потому что уже сделал бы это, если бы твой апотропейный моральный компас не оттягивал тебе голову! Он больше не позволяет тебе подчинять время и пространство своей бескрылой воле! Вот почему те, у кого нет такого непрактичногообременения, всегда будут в выигрыше".
  Великолепный Ап сдался. "Я тоже не без греха... Очень хорошо. Безумию должен быть положен конец". Ап перенёс Мнггала-Мнггала в необитаемый мир, который он назвал Мортиганом, искривив пространство вокруг него так, чтобы союзники не могли легко его покинуть. Позже этот мир получил название Мугг-Фэллоу, что является искажением имени ненавистного Пожирателя и дало начало имени хаттского бога Мога.
   Мнггал-Мнггал знал, что Великолепный Ап попытается его обмануть, и заранее оставил после себя несколько маленьких частичек - крошечных гнойников, которые росли на теле некоторых низших форм жизни на Иллатурионе и на которые никто не обращал внимания. Поглощая их, они раздувались и превращались в массу отвратительных тканей, пульсирующих внутренностей и множества глаз, и так он начал распространяться. Так появились потомки Мнггала-Мнггала, которые на самом деле были лишь продолжением его разума, питающиеся и накапливающие знания. А пока Пожиратель будет ждать, пока не найдёт способ покинуть Мортиган. Ни один защитный барьер не сможет сдерживать его вечно.
  
  КОНКЛАВ ПЕРВОРОЖДЕНННЫХ
  
  Под предводительством великого лидера сикму Безвика Клак"дора Совет Перворожденных пригласил глав всех Старших Рас собраться на Бараке, планете в Глубинном Ядре, которая позже стала известна как Хад Аббадон. Первые дебаты на Конклаве Перворожденных были жаркими, ведь в сердца членов Совета проникли страх и жажда возмездия, а также гордыня, и на тот момент уже сформировались четыре основные фракции:
  
  "Решительные" представляли фракцию, верную заветам Целестиалов. Они не прибегали к насилию, но согласились разработать методы нелетальной защиты своих и других миров.
  
  "Рассудительные" были готовы бороться с любыми угрозами в галактике. Их также называли "Объединенными расами".
  
  "Отступники" отвергли все прежние связи и примкнули к силам противника.
  
  Наконец, "Отрекшиеся" решили разорвать все связи с остальными.
  
  Среди "Рассудительных" возникли разногласия по поводу методов и способов борьбы с "Врагом". Стоит ли наносить превентивные удары? Что им делать с ранеными противниками? Стоит ли им соглашаться на мирные соглашения с вражескими силами, если это означает союз с Архитекторами? Какой должна быть политика в отношении людей? Гражданских лиц? Неразумных существ?
  Квоты, в свою очередь, были потрясены, узнав, что их врата были использованы для столь бесчестных целей, и это стоило им некогда тесной дружбы с гри. Пристыженные квоты переименовали себя в ква и решили как-то загладить свою вину. Гри не винили их за то, что они доверились Архитекторам, а скорее за то, что они не уничтожили Врата Бесконечности, как только стало известно о фальшивости тех, как Целестиалов. И не осталось незамеченным, что Врата Бесконечности в мирах ква были модифицированы таким образом, чтобы их можно было использовать в качестве оружия в случае угрозы со стороны враждебных сил.
   В разгар споров Решительные выступали за мирное урегулирование, где это было возможно. Асогианцы были одними из самых миролюбивых их представителей и напоминали своим собратьям, что почти все Старшие расы обладали способностями, позволявшими усмирять нападающих без применения смертоносной силы. К сожалению, к этому моменту "Рассудительные" во главе с представителем Эрутроса Вартом Джеком Анноником устали от споров, поскольку уже слышали, как диатимы произносят особенно страстные речи на эту тему.
  Хотя некоторые разделяли эту точку зрения, большинство оставалось при своем мнении, особенно теперь, когда они видели, как в разных мирах появляются злобные драконы и враждебные силы. До них дошли слухи об оборотнях, что еще больше усложняло ситуацию.
  
  Тем не менее асогианцы терпеливо объясняли своим нетерпеливым коллегам, что намерены разработать ненасильственные методы борьбы с теми, кто может прийти в их миры со злыми намерениями.
  
  "Если я правильно понимаю, как обстоят дела на Вомстре, это довольно долгий процесс, - сказал Клак"дор, с сомнением качая головой. - Я, конечно, не хочу никого обидеть, но асогианцы не славятся своей расторопностью".
  
  "Чтобы вырастить необходимые элементы, потребуется время, - объяснил Джанноа, представитель асогианцев. - Однако, работая сообща, мы сможем добиться результата быстрее. Как только мы разработаем успешный прототип на основе биологических материалов нашего мира, мы сможем перенести их в каждый из ваших миров и создать аналогичные образцы. Растительный мир по всей галактике - это чудо изобретательности. Если использовать его во благо, он вас поразит."
  "Не смотрите на нас свысока, как на низшие расы", - возмутился представитель муунов Спирем Аргон. - "Мы всё об этом знаем".
  Раздались неодобрительные возгласы в ответ на высокомерие мууна и использование им этого термина.
   "Ну-ну, Спирем", - примирительно сказал Анноник, приподняв щупальца на щеках с притворно смущённым выражением на кирпично-красном лице. - "Давайте дадим нашим коллегам возможность высказаться". - Он погладил одно из щупалец и добавил: "Мы должны выслушать все идеи, прежде чем решить, как лучше поступить".
  - Учитывая, что существует множество молодых рас, - вмешался представитель синитинов Конджо Нт"тосш, резко осадив Аргона и обращаясь к асогианцу, - на то, что вы предлагаете, уйдут десятилетия, не меньше. К тому времени Архитекторы оставят нам лишь опустошённые миры!
  "И даже в этом случае, - вмешался К"рел Восходящий, Кел"таркПей, подхватывая нить разговора, - можете ли вы гарантировать, что эта биотехнология сможет отражать разрушительные взрывы, подобные тому, что уничтожил Алашан?"
  "Не можем, - признал Джанноа. - На данный момент мы знаем только то, что можем создать биоинженерную систему для отражения сил зла, но не можем с уверенностью сказать, что именно мы или вы сможем создать для защиты от атак с большого расстояния... хотя следует отметить, что технология преобразования Врат Бесконечности в оружие чрезвычайно сложна. Даже ква признали, что не понимают, как этого удалось добиться людям на Паксе".
  Кел"таркПей пренебрежительно хмыкнул. "Если это удалось людям, то это лишь вопрос времени, когда это смогут сделать и другие".
  Некоторые печально покачали головами, собираясь перейти к другим вопросам. План асогиан был отвергнут в пользу более быстрых методов, предложенных другими расами. Рассудительные, к которым на тот момент относилось тридцать рас-предшественников, решили, что они создадут собственное оружие и средства защиты и поделятся ими друг с другом и со своими потомками. Они начнут испытания в глубоких и безлюдных расщелинах планеты Коронис. Это решение было одобрено не всеми, а некоторые даже ожидали, что Совет разрешит им обратиться к Архитектору за оружием, поскольку именно Онрай предупредила их об опасных ордах из-за пределов их мира, но большинство решительно отвергло эту идею. Тем не менее эти непокорные Перворождённые выражали своё согласие до тех пор, пока не вернулись в свои родные миры и не призвали Архитекторов. Так росло число Отступников и Отрёкшихся.
   Это стало плохим примером для многих молодых рас. Звёздные храмы по всей галактике были переполнены жертвами, приносимыми в ходе кровавых ритуалов, поскольку множество цивилизаций просили у Архитекторов "подарков" в виде физических улучшений, пирамидальных голокронов с ключами к прогрессу, причудливых машин, оружия и возможности создавать хищных зверей из местной фауны, чтобы использовать их в качестве защитников и охранников.
   Тем, кто был замечен в получении помощи от Архитекторов, было запрещено участвовать в заседаниях Совета. Хуже того, падение некоторых дочерних рас заставило их прародителей усомниться во всех своих потомках. Подобным образом, падение некоторых Перворожденных рас заставило их потомков усомниться в своей расе-прародительнице. Так же поступили и Решительные.
  Создатели Сикму (позже известные как Биты) за много лет до этого создали с помощью биоинженерии Тизл, коллективный разум, основанный на энергии, который использовался в качестве средства связи для разнообразных рас, населяющих звезды. Теперь, в надвигающейся буре войны, Тизл будет служить именно в этом качестве и в качестве мощного средства постановки помех.
  Чтобы усилить раскол и разорвать связь между Союзными расами и их растущим числом противников, Тилотни, у которой были глаза и уши на заседаниях Совета с помощью своих оборотней, проследила за тем, чтобы древний язык Предтеч, на котором говорили Рассудительные, Отступники, Отрекшиеся и ее собственные силы, был заменен на различные языки, и в то же время она поручила Апу разработать
  новый торговый язык, с помощью которого ее союзники могли бы общаться и координировать свои действия.
  Не видя необходимости изобретать новый язык, когда было доступно так много старых из Первичного измерения, Ап просто перенес древний язык в Небесную реку. Он назвал его апиру, и, несмотря на намерения Тилотни, этот язык стал использоваться многими
  расами Альянса. Позднее роззумы переняли ур-киттит, почерневший язык Ситлана из древнего Первичного мира, хотя многих из них также учились апиру и универсальному языку людей.
   О сложном пути развития универсального и базового языков на протяжении веков рассказала доктор Миланда Ворган, доцент кафедры ксенолингвистики в Университете Чармата. Известно, что с образованием нескольких древних дореспубликанских государств, объединявших системы из разных секторов и регионов, таких как Звездная Федерация с центром на Канопусе и Галактическая Федерация Миров с центром на Паксе, человеческие языки земных миров, и особенно нотранский, распространили универсальный язык, превратив его в Старый Галактический Стандарт. Во время Альсаканских конфликтов он пошёл ещё дальше, вытеснив апиру и другие региональные торговые языки (хотя и не полностью), и слился с распространёнными нечеловеческими торговыми языками.
  Спустя много тысячелетий после того, как эта раса, появившаяся, казалось бы, из ниоткуда, распространилась по десяти тысячам и более локациям, она стала галактическим стандартом, известным сегодня как бейсик. То, что сейчас называют высоким галактическим, было не чем иным, как возрождённым древним лингва франка, который использовался элитой, чтобы подчеркнуть своё отличие от простого народа.
  
   По мере того как язык и письменность Предтеч (позже названный Первым языком и сохранившийся только у Решительных) приходили в упадок и были забыты всеми, кроме немногих, а более формальные логографические системы письменности отдельных рас не получили распространения за пределами их собственных народов, возникла необходимость в едином алфавите. После того как вуккарский филолог Найсинеоф адаптировал его для использования вместе с бейсиком, он быстро распространился и стал повсеместным.
  
  Раскол Небесной реки
  
  ОТВЕТ РАССУДИТЕЛЬНЫХ
  
  В ответ на кошмарную волну вторжений, захлестнувшую галактику, физически сильные расы заявили о себе. Среди первых добровольцев были потомки Перворожденных Ксаджиков, в том числе Лесные народы: вуки, тома, юну (также известные как парагараны) и юзземы; Народы Джунглей: корданы (также известные как ма"алкерриты), калароны, бузчубы и бендоны (также известные как ревущие древесные народы); и Снежные народы: гигораны, акуриане, тчеллы и тальцы.
  
  Их сопровождали Сефи, Норд, Кумумга, Ворксер (известные как Прядильщики), Таурид, Ирашу, Конджени, Велмок, Ласат, Темпестро, Феорин, Нелваан, Грифон, Свиврени, Балинака, Ферро, Армалат, Коваллон, Триании, Мерисиан, Согован (также известный как Мантрин), Наджиб, Брубб, Кентра, Грифс'гар, Пенгауани, Налрони, Изангрим, Итуллан, Талормайн, Крагмолоид, Зехетбра, Эквани, калаанит, Шатрас, Мультитопос, Уреаллиан, Кобброн, Ифариан-Да'Лор, Тейрасан, Делраккин, Варвван, Периплин, арицетрийцы, ригелиане, креонец, луксанец, пинуркианец, Сессехселлах, Блеммяэ (и их осьминожьи симбионты), Сибилаари, мантеллиан, мантеллианский Саврип, Таронг, Обли, Слудир, Кюзо, Назрен, Морлинг, Одририан, Эр'Стейсиан, Шиставане, Фильвиан, Пурсиан, Укиан, Готиард, Рант, Мурачаун, Сахилиндели, Хоук, Филордус, Херглик, Пендаланориан и множество других великих Грималкинских рас. Рассудительные называли их Истребителями Ашлы, но другие дали им имя Звёздные Воины в честь легендарных стражей Древних Богов. Они отправляли их через Гиперврата на нуждающиеся в помощи планеты и системы.
   Надвигались жуткие туманы, скрывавшие невообразимые ужасы, тени, что рыскали в эфире снов, искушая и наводя ужас, а перед армиями незаметно посылали телепатических этумвиров с черепами вместо голов - кошмарных демонов Дроксины. Они были бичом многих миров и затуманивали разум их обитателей, чтобы их было легче победить или изгнать. А на Лаэ Клоттис их кошмары были настолько сильны, что жители выкололи себе глаза!
   Делорфов и других отправили бороться с пагубным влиянием этумвиров, а в это время началось строительство Космических Турбин - первых из Двигателей Защиты. Эти огромные устройства могли перераспределять и менять положение планет, чтобы затруднить противнику тайное проникновение в беззащитные системы. На это уходило много времени, но это принесло пользу тем секторам, где они были установлены.
  Космические турбины также использовались для борьбы с жуткими техноорганическими сосудами Врага, причудливыми конструкциями вроде Старых машин - разумными чудовищами, созданными из тканей и генетических схем убитых воинов. Ученые тысячелетиями считали их просто древними космическими кораблями, но во время Эмпирейских войн они заставили Перворожденных содрогнуться, потому что они пожирали души, выпускали на волю чудовищ и перевозили рабов и врата через звездные пространства.
   Во время второй волны Таргорограхт выпустил на волю Колоссов Иллатуриона!
   Огромные существа обрушились на миры и измученные войной народы; разбухшие орды - бесформенные и безумные - заполонили пустоши; резиновые пожиратели трупов окрасили в красный цвет озера, реки и моря. Как и в случае с первой волной, мирам, которые вступали с ними в союз, было позволено присоединиться к ним, а те, кто подчинялся, становились рабами, а те, кто сопротивлялся, сталкивались с войной и угрозой смерти.
  В ответ на эти зверства против них были брошены гигантские расы: звёздные драконы и морваки, гигантские ранкоры, элиды, нибрей, драконьи слизни, пурргилы, гуаишуло (позже их стали называть ксиуло и зилло) и другие, призванные дать отпор или уничтожить гигантских врагов, заполонивших эти земли.
  
   Следуя примеру своей госпожи, Таргорограхт не стала посылать в бой все свои рои. Ягаев, фэров и иг"с'з"с'зз"сзов (или игзианцев) она использовала в качестве корабелов, в соответствии с их талантами. Кроме того, у неё было недостаточно сил, чтобы одолеть противника одной лишь военной мощью, но она поняла, что многих можно склонить на свою сторону с помощью соблазнов, запугивания и внедрения.
   В третьей волне Таргорограхт выпустила на волю своих нитокрис - собирательное название множества насекомоподобных и паукообразных рас из Небесной реки, Иллатуриона и Миров Праха, которые принадлежали ей или были вынуждены служить ей. В их число вошли разумные и частично разумные расы: ракааны, икнаиды, эварриане, нарджамы, гуткурры, кратники, ночные пауки, овионы, молаторы, баторы, тарго, лакранцы, нимпы, критокианцы, бартокки, дрохи, полвочи, тзаки, цитлики, сик-сикси, ассемблеры, боевые арахниды, налритяне, флакакс, вашаны, пуреллы, ноэхоны, тлонианцы, хиаллы, бриззиты, урканы, пещерные пауки, мантаворы, энтималы, илвраты, критоллаки, тогнаты, сикурдиане, аменги, коликоиды, кобоки, симбионты аберсинов, невиотские пчёлы, арахны, спидрены, рахни, камарианцы, хироми, суманы, тёмные гнёзда, нивксские "люди-тени", лайлеки, ворлуки, тауриллы, галаганцы, ригерианцы, клендатниды, кри-ва и многие другие. Проносясь из одной цивилизации в другую, нитокрисы уничтожали сады, фермы и поля.
  Рассудительные отправили Араквиа, карранцев, килликов, кьегов и ихтитонцев защищать ценные источники продовольствия, а ква отправили своих паукообразных сородичей, кватов, обращать врагов в свою веру, ведь в галактике всегда было больше доброжелательных рас, чем враждебных, и они быстро объединились, чтобы положить конец натиску Королевы Ночи.
  
   Когда бесчисленные демонические существа приземлялись в городах по своему выбору, объявляя себя императорами и посланниками богов, Совет Перворожденных был ошеломлен. Их неспособность оказать помощь стольким пострадавшим привела к недовольству, разногласиям, расколу и разобщенности. Многие осуждали Отрекшихся за то, что те прятали или уничтожали свои технологии, чтобы ими не могли воспользоваться противники, а Решительных - за то, что те отказывались брать в руки оружие и защищать своих сородичей. Однако, несмотря на все разногласия, многие сектора были предоставлены сами себе и вынуждены были сражаться или искать помощи где угодно.
   Земные миры тоже не остались в стороне. На Уртху должно было обрушиться массовое вторжение под предводительством сармаков и одного из гигантских мутировавших урорских змеев со своими рабами. Не зная о масштабной галактической войне, некоторые обвиняли противоборствующие государства, другие планеты в системе или даже мутации, вызванные космическими лучами. Но эти вторжения замалчивались алчными правительствами и назывались мистификациями. Однако позже в бой вступили люди... с обеих сторон конфликта.
  
  МЕЧТАТЕЛИ В ЗВЕЗДНОМ НЕБЕ
  
  Галактика распалась на части, и там, где когда-то царила дружба, воцарилось недоверие.
  Многочисленные сектора, системы и миры стали независимыми государствами, провозгласившими свой суверенитет... Но за это всегда приходилось платить.
  В то время появилось несколько космических сущностей, которые не были согласны с предначертанным Целестиалами мирным курсом. Их называли Глашатаями Бесконечности или Великими, потому что они были богами Онейрихора, но здесь, на Великом Собрании Целестиалов, их называли просто Семью. Они пришли просить Осиархов не оставлять своих отпрысков беззащитными перед лицом растущей угрозы. Не удовлетворившись полученными ответами, они разгорячились и вступили в спор.
  "Вы хотите, чтобы они страдали и умирали?" - возмутился Лориан.
  "Они нарушили закон, и это не Земли Снов, Нат-Хортат, - ответил Вуцек с едва скрываемым раздражением, - или как там тебя теперь зовут. Они знали, чем это грозит, а мы подчиняемся высшим законам".
  - Здесь меня знают как Лориана, и наши миры не так уж сильно отличаются. Вы прекрасно знаете, что те из вас, кто сотворил этот космос, при желании могли бы ради благой цели нарушить законы, - возразил он.
   "Нарушить? Вступить в войну - значит нарушить Вечный Уговор, - возразил Ллуксос, - пойти против воли Верховного Создателя!"
   Лориан согласился с этим доводом. "Я прошу лишь о том, чтобы вы дали им средства для самозащиты". Остальные шестеро хранили молчание, предоставив Лориану говорить за них.
   Они испытывали смешанные чувства, как и подобает их природе.
   "Вы считаете нас настолько наивными, что мы не в состоянии отличить средства защиты от орудий смерти?" - возмутился Ллуксос.
   "Чтобы противостоять тёмным обитателям преисподней, необходимо последнее!"
   "А что, если они попадут в руки Врага?" - терпеливо спросил Ксурз. Когда Лориан не ответил, он продолжил. "Чтобы защититься от коварства Тёмных Сил, Присутствие само призвало Избранных. Валдилары создали благородную линию Магов, Мондошаванов и других Стражей, усиленных Уиллами, чтобы они служили Защитниками; и таким доверенным лицам были розданы Ясные Глаза, Кольца Света, Знаки Старейшин, прялки, пылающие мечи, позолоченные шлемы, пергаменты и другие усиленные кристаллы-амулеты, и объекты. Но даже за этим охотятся Враги...
  "Боюсь, что этого будет недостаточно... - Сказал Лориан, глядя на звезды. - "Царство Грез граничит с Царством Кошмаров. Это происходило с тех пор, как мы прибыли сюда, но теперь к этому присоединилась Внешняя Тьма, потому что Враг привел сюда упырей и
  демонов, чтобы они населили ее, наполнив всем ужасом, порожденным умами их жертв, и этот ужас и отчаяние питают тех, кто наблюдает за происходящим. Я чувствую нарастающие потоки, бушующую бездну, жаждущую освобождения, шепчущую тьму..."
  "Именно по этой причине мы обратились к вам за помощью", - заявил Ллуксос. "Это духовная битва, которую мы ведем, не из-за костей и крови, не из-за плоти и нервов. Если мы выйдем за рамки того, что уже сделали, того, что было дозволено Всевышним, то с тем же успехом можем и сами вступить в битву!
   "Погибнут триллионы..."
   "Они погибнут в любом случае, - заявил Ксурз, - и, скорее всего, их будет гораздо больше. Знаете, что произошло, когда я впервые дал крылья карантским вождям Оровара, запертым в Великой Разломной Долине? Использовали ли они свою новую силу, чтобы вывести свой народ из глубокого каньона на свободу? Нет, они поработили своих собратьев и развязали войну против птотов, своих некогда миролюбивых соседей-троглодитов".
   "Если бы наши потомки слушали и учились, - сказал Вуцек, - они бы не оказались в таком затруднительном положении. Мы многое им дали, но они уже не младенцы. Не нам ограждать их от последствий их ужасных решений".
   "Разве нечестивые Малевои не укрылись на Андовайне, - возмутился Лориан, - вместо того чтобы быть заключенными в темницу, как безумные титаны?"
   "Как и в случае с людьми, не нам решать, какое наказание понесут вальдилары. Их судьба скрыта от наших глаз. Известно лишь, что им еще предстоит сыграть свою роль в жизни грядущего Избранного".
  "Может, мы хотя бы вернем народам ту защиту, которая у них была?"
  "А что будет, когда они в следующий раз нарушат закон?" - спросила Маруц. - "А что будет после этого? Вы хотите, чтобы мы сражались как их личные воины? Чтобы мы уподобились домашним божествам и воевали друг с другом за земли и ресурсы? Нет, Лориан, ты прекрасно знаешь, что то, о чем ты просишь, уже было испробовано и не принесло результатов".
  "Я прошу лишь о ресурсах, чтобы они могли победить!" - воскликнул он.
  "Ты просишь о снисхождении, - горячо возразил Ллуксос, - и тем самым переступаешь черту неповиновения. Где твоя вера, Лориан? А вы, остальные, где ваша память? Вы потеряли ее на равнинах Ленга? Она уплыла по реке Янн? Вы обронили ее, когда танцевали на вершине Нгранека? То, что ты предлагаешь, лишь продлит конфликт и страдания - или ты думаешь, что на этот раз все будет по-другому?"
  Лориан молчал. Все, что они говорили, было правдой. И всё же он чувствовал... негодование, эмоции, даже что-то человеческое...
  "Пока нам не прикажут иное, - заявил Ллуксос, - мы не выйдем за рамки Устава".
  На этом вопрос был закрыт. Не было нужды говорить, что, если Глашатаи Бесконечности продолжат упорствовать в своём безумии, то сделают это на свой страх и риск. Лориан и шестеро ушли, опустив головы, на их лицах читалась смесь гнева, печали, меланхолии, апатии, тоски и задумчивости.
  "Это не неповиновение, - настаивал Лориан, настроение которого менялось от возмущения до упрямства. - И всё же они правы в том, что оружие может попасть не в те руки. Но что, если есть другой путь? Наши потомки не могут этого знать, но мы, по крайней мере, дадим им шанс. Если Создатель может взрастить Избранных для галактики, то почему мы не можем сделать то же самое?"
  Чтобы не бросать открытый вызов Осиархам, Лориан и шестеро превратили своих потомков в полуматериальные, полуэнергетические существа, которые сами по себе стали оружием. Только после этого они рассказали этим расам, что с ними сделали и как их возвысили.
  Вхорлы, похожие на кальмаров головоногие моллюски, отреагировали с тревогой и страхом, а Ксадо, паукообразные иглокожие - с гневным возмущением.
   У других реакция была разной. Некоторые даже обрадовались.
  Всё могло бы сложиться хорошо, если бы новые способности не изменили их мышление и поведение. Вхорлы были одержимы идеей, что раз уж они вознеслись до божественного статуса - а они считали это правдой, потому что теперь могли менять облик - то должны жить среди своих собратьев-богов.
  Вооружившись дарованными им способностями, они начали строительство огромных Врат Богов, Великих Врат, которые должны были перенести их в Невидимое Царство Целестиалов. Они убедили Ксадо помочь им в этом начинании. Вместе с фракцией Ксаксакс, с которой они подружились, они стали известны как Триада и продолжили сеять в галактике ещё больше несчастья и страданий.
  
  ОБМАНЫВАТЬ, ЗАВЛЕКАТЬ, ЗАПУТЫВАТЬ
  
  Независимо друг от друга астрономы с Дуро и Клак"дора VII обнаружили аномалию. Они ещё не знали, что это может означать, но, узнав, что другая команда сделала такое же открытие, поделились информацией и объединили усилия. Их старейшины, которые посоветовались с Конклавом и получили предупреждение не вмешиваться, велели им на время оставить аномалию в покое, чтобы её можно было изучить более тщательно. Не обращая внимания на этот совет, они с одержимостью продолжали идти к своей цели, углубляясь в сложную неевклидову геометрию, которая показала, что аномалия - это окно, ведущее в скрытое измерение. После тщательного планирования они сконструировали пушку, которая должна была выстрелить небольшое судно прямо в чёрное сердце этого неизведанного мира. Команда с Дуро и Сикму в радостном предвкушении готовилась к путешествию...
   Мууны были скрытной математической расой, которая становилась всё более высокомерной по мере того, как они клонировали себя и ставили эксперименты на своих клонах. Полагая, что смогут перехитрить Архитекторов, как это пытались сделать другие, научная группа приступила к разработке устройств невероятной мощности, способных проделать дыру в непостижимом Пространстве между пространствами. Но это был всего лишь приказ, отданный шёпотом их истинными хозяевами с другой стороны...
  Каминоанец, известный как Супрема, хотел узнать больше об этих Архитекторах, чья сила набирала мощь во вселенной. Если за ними было будущее, он должен был узнать об этом и примкнуть к нему. Решив, что поговорит с ними лично, он приказал пролить много крови своих слуг. Но к тому времени, как прибыла Тилотни, Супремы уже и след простыл. Супрема никогда не отличался терпением и поднялся на борт невиданного прежде корабля в форме летающей тарелки, который, как он полагал, прилетел за ним. Надо признать, его несколько смутило присутствие на борту тринадцати высоких существ с тонкими конечностями и глазами чернее бездны, но было уже слишком поздно...
  Дни пролетали, как огненные облака, с пугающей скоростью проносящиеся над горящими лесами и полями.
   Соберите свой народ для жатвы! Существо, которое телепатически отдавало приказы своим пленникам, называлось просто - Межпространственное Существо. Его подданные беспрекословно подчинялись, их воспоминания о пытках и экспериментах были далеки, как самые далекие звезды. По их мнению, Межпространственные Существа были высшей властью.
  Мууны оказались наиболее успешными, поскольку их тайно выводили именно для этой цели.
  Они создали технократию под руководством Межпространственных существ, а часть их народа была отправлена в Пайгу, систему Лонтелла, и на Тон Муунд в секторе Пакс Центральных миров, якобы спасаясь от преследования.
   Дуро и сикму не обладали политической властью, но смогли убедить часть своего народа присоединиться к "Великому начинанию, которое произведет революцию в галактике".
  Напротив, планам Супремы помешали айвхи, которые раскрыли его истинные намерения и вынудили его вернуться к своим хозяевам вместе с женой и детьми. В качестве наказания каминоанцам была отправлена голова Супремы вместе с жутким аватаром Древнего, которого они называли Темным Титаном, и он бесшумно погрузился в их моря.
   В результате тайных процедур оплодотворения, которым подверглись дуро, сикму, мууны и каминоанцы, иногда с использованием вирусного соединения, появились различные физически измененные и психически обработанные расы. Хотя генетический материал, полученный от других собранных рас, включая людей, привел к появлению целого ряда новых типов, большинство из них имели странное сходство во внешности. В будущем они будут известны как "Серые", хотя общее название, которое дали им их жестокие хозяева, было астаты. Что касается их индивидуальных имен, то они были выбраны самостоятельно или даны теми, кто с ними сталкивался. Так появились ксанцы, зетанцы, зенорцы, зеуолы, Стрибы, стриберы, сколарианцы, теллурианцы, Ври, вараши, венарианцы, ретикуляне, рунанцы, Прины, Френки, Эсфини, абиниши, Арилу, Х'Харны, майлнобы, каватурцы и другие.
  
  Абиныши были посланы шпионить за Центральными мирами, но большинство из них отправлялись на секретные миссии по всей огромной вселенной, чтобы похищать, исследовать и психологически обессиливать свою жертву. Если бы их обнаружили другие, помимо их целей, и их было бы больше, они могли бы убивать. В противном случае они должны были изображать из себя нейтральных или даже доброжелательных существ, простых соседей по галактике.
  Гибриды наслаждались своей работой, и лишь немногие из них задумывались о том, что можно разорвать связь со своими хозяевами, для чего в некоторых случаях требовалось избавиться от чистого черного вируса, который ментально их с ними связывал.
   Из тех немногих, кто решился на это, некоторые сбежали и попытались скрыть свое происхождение. Так поступили теллурийцы, которые бежали на Массулу и сменили название на саларианцы.
   Другие пытались противостоять Астате. Сколарианцы отправились на третью планету системы Терра I, чтобы помочь людям в борьбе с так называемыми капонийцами. Стриберы, раса, способная дышать под водой, ушли в моря Терры I (пока из-за растущего загрязнения окружающей среды им не пришлось перебраться на Джулсуджод III, а затем на Искалон). А после того, как злобных ксанов отправили с Ксантиира на бывшую планету Сефи в Среднем Кольце, чтобы они обучали дизанских ведьм, несогласные ксаны вместо этого отправились на планету во Внешнем Кольце в секторе Корва, которую они назвали Ксантаром, а затем сменили название на свое прежнее. Примерно в это же время они начали тесное сотрудничество с асогианцами.
  
   Но их бывший хозяин, прекрасно осведомленный об этом, позволил событиям развиваться своим чередом...
  
  ВЛАСТИТЕЛИ ОБМАНА
  
  Некоторое время спустя Межпространственное Существо обратилось к Ксантарам с предложением дружбы и рассказало свою историю. Ктир, как он себя называл, утверждал, что порвал со своими жестокими соратниками, которые, как он признался, были ссеттогианами. Чтобы доказать искренность своих намерений, он поделился с ними обширными знаниями и оказал помощь в различных вопросах. Судя по всему, Ктир раскаялся в своих прежних поступках и отвечал на их вопросы так, что они остались довольны. Он объяснил, что его раса - это учёные из другого измерения, которым было поручено создать солдат для Архитекторов. Поскольку его мудрость и помощь не раз доказывали свою ценность, Ксантары, не подозревавшие об истинной природе Ктира, начали ему доверять.
   В поисках искупления Ксантары сосредоточились на Целестиалах и пророчестве об Избранных и с помощью эзотерических методов нашли того, кто обитал в другом, далёком измерении. В то время как их союзники-асогианцы были готовы позволить пророчествам сбываться естественным образом, Ксантарами двигало чувство неотложности. Поэтому они попросили Ктира возглавить их миссию по доставке в Небесную реку этого Избранного, которого они называли Сыном Хендера.
  Владыки Люцидулума, правившие Воместрой, не желали делиться своими знаниями о межпространственных перемещениях, которыми их наделили Целестиалы в незапамятные времена. Ведь свобода странствовать по неизмеримым просторам, длинам, глубинам и высотам вселенной, в том числе и Первичного мира, была благом, доступным немногим. Асогианцы доверяли своей связи с Силой больше, чем внешним проявлениям, и веками никто не мог раскрыть их секрет исследования странных миров за пределами Небесной реки, где они собирали растения и знания...
  Но ксантарцы знали, и ничто не могло их остановить. Используя стелс-технологии, разработанные по инструкциям Ктира, ксантарский разведывательный корабль тайно последовал за асогианскими кораблями Xrus-Ones (это и есть Великие корабли Воместры) к скрытому месту под названием Нахаз Эрду, что переводится как "Водоворот времени". Оно представляло собой нечто вроде черной дыры и находилось в созвездии, известном как Путь к Беспредельности. Оттуда ссеттогианцы должны были повести свой флот к единственному миру Избранного!
   Если бы у Ктира были человеческие глаза, он бы сейчас закатил их от удивления. Ксантарцы не устраивали красочных миганий своих кораблей, как он предпочитал. Их раса всегда предпочитала скрытность. Но ксантарцы объяснили, что хотят привлечь к себе людей. Хотя их методы были ему не по душе, они, по крайней мере, подчинились его требованию привести с собой других людей. Хотя ксантарцев интересовал только Избранный, Ктир убедил их, что сможет лучше понять, действительно ли это существо является Избранным, сравнив его с несколькими другими.
  Кроме того, людям необходимо общение, и они, как правило, чувствуют себя счастливее в компании. Поскольку этот довод показался им разумным, они согласились пригласить нескольких человек.
   После того как они телепатически выбрали несколько многообещающих кандидатов, за которыми некоторое время наблюдали издалека, эта группа людей собралась на горе, которую Ктир не без оснований назвал Башней Дьявола, в ожидании прибытия инопланетян. Ксантарцы исполнили музыкальный рефрен в качестве приветствия и приглашения подняться на борт, и люди подсознательно поняли его. После того как люди поднялись на борт, Ктир стал внимательно следить за объектом их одержимости - Сыном Хендера. Как ни странно, он был потомком того самого человека, который впервые пробудил их от многовекового сна, вернув им украденный череп! Возможно, этот Сын Хендера все-таки был Избранным! Он уже несколько раз избежал смерти, в том числе во время нападения агрессивного клона мегалодона корпорации "ИнГен". Это свидетельствовало о том, что он обладал чем-то, какой-то неуловимой силой, которую они могли бы использовать в своих целях.
   К тому времени, как ксантары разгадали уловку сеттоджианца, было уже слишком поздно.
   Повсюду валялись тела ксантаров с вывернутыми шеями, пронзенными толстыми телами и оторванными костлявыми конечностями. Ксантары думали, что их больше, но когда они попытались одолеть его, то обнаружили, что Ктир не один, а тринадцать!
   Существо исчезло. К счастью, Сын Хендера был цел и невредим, но Ктир забрал его генетическое семя, которое было получено во время одного из ярких видений, и ушел не один. Он забрал с собой одного из ученых, которых они взяли на борт, того самого, что создал клона мегалодона. Ктир выбрал его за впечатляющий подвиг, который тот совершил в столь прозаичном мире, и собирался использовать этот навык. Располагая большими ресурсами и сосредоточившись на генетических образцах, собранных на Траммисе III и измененных таким образом, чтобы сделать их более склонными к страху и агрессии, ученый приступил к созданию хищников, которые, вырвавшись на свободу или будучи выпущенными на волю, могли бы уничтожить человеческую расу. Его работа началась на Терре I. Там он приступил к выведению существ, которые, как считалось, давно вымерли.
   Удрученные Ксантары сначала привели Сына Хендера на Уртху, чтобы тот сделал то, что обычно делают Избранные. Затем они отправились на Воместру, чтобы исповедаться в своих грехах и найти способ исправить содеянное. Выслушав их историю, Владыки Люцидулума проявили милосердие и простили их, объяснив, что их миссия не была провальной, ведь они привели этого Избранного в такое место, где его потомки принесут много света в галактику, которой его так не хватает. Но они также дали понять, что ни Ктира, ни сеттоджианцев никогда не существовало. Межпространственное существо и предшественник Астаты было известно под несколькими именами: Крат, Ка-рат, Сариэль, Захар и Квачил Уттаус, Попирающий Пыль. Из Древних он был Владыкой Обмана и Абсолютной Порчи. Они сообщили об этом Ксантарам, чтобы те не чувствовали себя обремененными чувством вины, но вместо этого это побудило их не прекращать поиски способа остановить этого обманщика.
   Но за это пришлось заплатить высокую цену, ведь он, в свою очередь, натравил некроманта Ксана и других на Ксантаров, чтобы те безжалостно выслеживали и убивали их. И прежде чем эта война закончилась геноцидом Ксантаров, асогианцы предоставили им редкую возможность попасть в Мир между мирами. Оттуда они отправились в изначальный мир людей, существовавший в незапамятные времена, чтобы остановить пробуждение Захара.
  
   Несмотря на их благие намерения, все их попытки украсть череп Захара или даже похитить археолога, который впоследствии его найдет, закончились неудачей.
   Как им было сказано, но они смогли убедиться в этом только на собственном опыте, историю нельзя переписать. И Древних не так-то просто остановить, ведь время явить их миру стремительно приближалось. Все должно было начаться с оскверненного семени Избранного, похищенного Захаром и воплотившегося в потомке Сета...
  
  Рабы Бесконечной Ночи
  
  УВЕРТЕНЦЫ С ПАКСА
  
  Кител Хан, любимый монарх Атризии, возглавил небольшую делегацию, отправившуюся в Пакс, чтобы встретиться с правителями и послами на Полномочном Плексусе - ежегодном собрании лидеров Человечества, осведомлённых о важнейших событиях в галактике и связанных друг с другом политическими или коммерческими узами.
   Но у Китела Хана была своя цель: изучить и оценить этих послов как потенциальных союзников или противников. Будучи превосходным знатоком человеческих характеров, как его научили наставники, обладая эйдетической памятью и способностью излучать дружелюбие и кажущуюся бесхитростность, благодаря чему люди чувствовали себя комфортно в его обществе, он исподтишка прислушивался к каждому упрямому глупцу, вежливо улыбаясь и кивая, притворяясь покладистым и даже немного недалёким.
   Зная, что происхождение его народа вызовет вопросы, Кител Хан придумал правдоподобную историю о переселении его предков с Тао во Внешнем Кольце, а ещё раньше - с Нотрона, поскольку благоразумно решил скрыть существование Раваата. Имея на Атризии достаточно сильную армию - о чём свидетельствовала внушительная на вид фаланга, с которой он прибыл - Кител Хан мог не слишком беспокоиться о жадности некоторых своих коллег-правителей, ведь вокруг было множество миров, которые они жаждали захватить.
   На Атризии хватало своих проблем, в том числе тайное общество, скрывавшееся в высших кругах и поклонявшееся Древней Немезиде. Узнав об их существовании, дед Китела Хана без промедления арестовал их и выслал с Атризии на тюремном корабле. По легенде, кристаллическое существо привело их на планету, которую они называли Сёгун. На Сёгуне располагалась колония толианцев, и вместе с изгнанниками они образовали техно-мистическое общество, величайшим достижением которого было создание гигантских роботов-воинов.
   Кител недолюбливал нынешнего правителя Пакса. Премьер-министр Ааргау был наглым, порочным и коррумпированным типом, и почти все подхалимы и прихлебатели, работавшие на него, были такими же безнравственными. Из тех, кто управлял мирами в Ядре и за его пределами, многие были просто глупы, намеренно невежественны или малодушны; большинство даже не любили друг друга, хотя жажда власти, престижа и богатства связывала их.
  Что же касается лорда Найла, Верховного мага Сетанцев, то он был совершенно другим зверем и значительно более опасным. Найл был опасно близок к разгадке истинной натуры Китела, и если бы не мудрые мудрецы Китела, которые наложили на него слой очарования, малоизвестное заклинание, которое создавало видимость простой обыденности, он мог бы столкнуться с неприятностями.
  - Возможно, вы сможете помочь развеять некоторые слухи, которые ходят о вашем народе, - вкрадчиво произнес лорд Найл. - Говорят, что они родом не из Атризии. Интересно, из какого мира вы на самом деле родом?
  Со всей искренностью, на какую был способен, Кител сказал: "Мало кто знает наверняка, где впервые появились люди. Я слышал, что Пакс - это именно то место. Но, говоря о слухах, ходили слухи, что ваш отец, король, пытался поймать Дракона. Как бы впечатляюще это ни звучало, это кажется опасной игрой!"
  Это вызвало у Найла загадочный взгляд. "Мы относимся к нашим играм довольно серьёзно. Рано или поздно, Сет всегда добивается своего".
  "Драконов не так-то просто приручить, - ответил он с непринуждённой улыбкой. - Говорят, они умны и даже могут говорить".
  "В вашей культуре этих существ почитают, не так ли?"
   "Мы почитаем всех живых существ".
   "У нас это не принято. Звери - низшие существа, мы поступаем с ними так, как нам вздумается".
  "Весьма любопытный обычай!" - вмешался король Торус, разразившись громким смехом.
   Кител считал альтерранцев довольно безобидными, хоть и тщеславными и напыщенными, хотя король Торус и королева Неллис из Дома Алдерменов казались несколько иными.
   Лорд Найл с кислым выражением лица ответил: "Да, конечно", - и отошёл.
  "Остерегайтесь его", - заговорщицки сказал король Торус, когда тот отошёл.
   Возможно, не все на этом съезде были алчными интриганами. Кител Хан проверил эту гипотезу, рассказав престарелым королю и королеве о своих опасениях по поводу возможного переселения людей из-за начавшейся войны. В то время это была довольно безобидная тема для разговора, и её часто встречали с притворным сочувствием, но король Торус и королева Неллис искренне предложили свою помощь и уже выделили большую территорию в качестве убежища для тех, кто может лишиться крова из-за войны.
  "Пожалуйста, простите меня, если я переступаю границы дозволенного, ведь я не хочу показаться излишне любопытным, - начал Кител, - но мне дали понять, что вы уже делите этот Алдераан с другими. Как ваши соседи, киллики, относятся к тому, что в их мире живут некиллики?"
  "Это справедливый вопрос, Кител Хан, - задумчиво ответил Торус, - особенно учитывая, что в наши дни многие инопланетяне не слишком жалуют людей. Киллики по своей природе коллективисты, но я посоветовался с теми, кого они назначили говорить от их имени. По их словам, "Ороборо" - так они называли Алдераан до того, как моя внучка переименовала его - "планеты - это не собственность, а живые организмы, которые заслуживают глубокого уважения". Не могу сказать, что я с ними не согласен, хотя обычно я не разделяю эту точку зрения. Возможно, вы тоже считаете меня старым дураком".
  "Вовсе нет, - ответил Кител. - Наш народ испытывает те же чувства по отношению к Атрисии".
  "Я восхищаюсь этим, Кител, - заявил Торус. - Правда, восхищаюсь. И мне бы хотелось, чтобы таких, как мы, было больше, а не эта стая стервятников, с которой нам приходится иметь дело!"
  "Лучше отложить этот разговор до тех пор, пока мы не останемся наедине, - предупредила королева Неллис. - От этого типа, - она перевела взгляд на Найла, - у меня мурашки по коже. Я очень надеюсь, что вы приедете к нам в гости на Алдераан. Боюсь, мой муж прав: у нас может быть много союзников, но мало друзей, если вы понимаете, о чём я".
  
  Убедившись, что его визит принёс хоть какую-то пользу, Кител Хан вернулся домой.
  Впоследствии он принял предложение королевской четы и в последующие годы неоднократно встречался с ними и их семьёй. Старший сын Китела, принц Джар"Кай, даже женился на принцессе Авишан, старшей внучке Торуса, и у них родились благородные наследники, которые доблестно сражались на стороне Рассудительных.
  
  ИСЧЕЗНУВШАЯ ЛУНА АЛДЕРААНА
  
  Сетане покинули Пакс, чтобы уединиться на Сете, задолго до этого. Их народ принадлежал к тайному обществу, известному как Хранилище Моря, а его верхушка - Хранилище Бездны. Сетане, мудрецы в капюшонах, богатые и могущественные, собрались под кровавой луной и повели процессию из своей подземной часовни в центр лабиринта, по пути бормоча непристойные литургии хтоническим богам. Для них наступал самый важный момент. Несмотря на все неудачи, им была дарована привилегия, которой не было ни у кого из их усердных слуг.
   Перед ними предстало явление, подобное сатиру с жуткими черными глазами, с драгоценным семенем того, кто был избран. Из этого семени должна была вырваться из глубинных колодцев и самых темных склепов одна из потусторонних сил, чтобы полностью проявиться во плоти, не просто как блуждающий дух, а как бог среди людей.
   Лорд Харод Ниалл был единственным отпрыском этого порочного союза (его мать умерла в муках при родах), но он не мог стать проводником. Его отец, король Ниалл, дождался, когда мальчику исполнится тринадцать лет. Пристыженный и разъярённый тем, что в его сыне так и не проявилась ожидаемая сущность, он схватил рапиру, чтобы пронзить его. Мудрецы Сета не могли этого допустить и наложили на него заклятие иссушения. Как только его кричащая плоть и внутренности мумифицировались, они поместили бывшего короля в Зал королей и провозгласили Харода Ниалла королём Сета.
   А затем они дали понять, что то, чего не смог сделать он, сможет его потомок.
   Именно поэтому он отправился от ворот в Сомертонской стране к величественным шпилям и куполам замка Леймарт, недавно построенного в человеческом поселении Ороборо, чтобы посвататься к альтерранской принцессе Лорне и пообещать однажды сделать её королевой.
   Принцесса Лорна была младшей из пяти дочерей своего отца. Весёлый и похожий на быка король Лампадиас был единственным наследником короля Торуса и королевы Неллис и недавно взошёл на престол после их смерти. Четыре планеты в системе принадлежали четырём дочерям Лампадиаса, а луна их мира - Лорне, пятой дочери, которая была для него "луной моего сердца", как он часто ей говорил. Его отец сначала назвал их мир Альдебараном из-за его сходства с легендарной звездой, но после того, как союзники-киллики стали называть его "альтерранским олдерменом с Альдебарана", совсем юная Лорна стала называть планету просто Алдерааном, и это название прижилось.
   Что касается сестёр Лорны, то старшая уже была замужем, а у трёх других было по несколько поклонников, хотя ни один из них не был подходящей партией для королевских зануд. Выбор был невелик, и Лорна с нетерпением ждала возможности найти кого-то, с кем можно было бы сбежать из этого прекрасного, но скучного мира, который выбрал для поселения её прадед, король Пар. Если не считать общества семьи, слуг и сбивающих с толку килликов с их бесконечными уроками жизни, здесь ей было особо нечем заняться.
   Поэтому она умоляла отца принять предложение лорда Найла. Она не очень хорошо его знала, но он был довольно симпатичным, относительно молодым и к тому же человеком.
   Король Лампадиас не хотел, чтобы его дочь была несчастна, но опасался её потерять, и в такие моменты он особенно сильно скучал по родителям. Его жена, королева Наир, происходила из рода Гризмалтов. Она одобрила этот союз, сославшись на то, что Ниал - тоже королевских кровей, богат, знатен и занимает высокое положение. Хотя это было все, что они знали о нем, королева считала первостепенной задачей найти подходящих мужей для своих дочерей в условиях жесткой конкуренции на брачном рынке. Более того, поскольку ее саму выдали замуж за Лампадиаса совсем юной, она понимала, что ее дочери нужно начать самостоятельную жизнь. Если бы король или королева поделились новостью о предложении лорда Ниала со своими атрисийскими родственниками, все могло бы сложиться иначе, но им это и в голову не пришло, и они дали свое благословение.
   Только Делайя, которая была старше Лорны на два года, осталась в замешательстве. "Я тебя не понимаю, сестра! Ты молода и красива, тебе всего семнадцать. Со временем ты сможешь заполучить любого молодого человека по своему выбору. Зачем ставить на кон свою жизнь из-за незнакомца?"
   "Лорд Ниал - мой избранник", - надменно ответила Лорна.
   "Ты ничего о нем не знаешь! Разве ты не хочешь выйти замуж за того, в кого влюблена?"
  "Любовь - это миф для маленьких девочек, которые всё ещё верят в сказки. А знаешь, что реально? Уехать из этого бесплодного мира туда, где жизнь полна азарта и интриг!"
  "Ты говоришь совсем как мама", - ответила Делайя. - "Алдераан не бесплоден. Он полон красоты и чудес. Просто ты этого больше не замечаешь. К тому же мы здесь не пленники. За этими воротами - бескрайние миры, которые можно исследовать! Раньше тебе это нравилось".
  "Да, ещё больше чужеземных миров, полных чудес", - раздражённо возразила Лорна. - "Это твой интерес, сестра. Ты всегда была исследователем и искателем приключений в наших играх и путешествиях. А я хочу быть королевой".
  "Ну и кто теперь верит в сказки?"
  Лорна лишь скривилась, и Делайя продолжила.
  "Кроме того, мне не нравится этот король Ниалл. В его глазах есть что-то такое... пустое или... фальшивое... У меня от него мурашки по коже".
  "Разве ты не понимаешь? Вот в чём разница между нами. Когда я смотрю в его глаза, я чувствую, что меня ждёт великое предназначение! Я знаю, что вместе мы изменим галактику!"
  Свадьба состоялась на Алдераане, после чего леди Лорна и те немногие ценные вещи, которыми она дорожила, переехали в поместье Хайдес в Сомертоне на Сете.
  Первые несколько месяцев все было чудесно, даже несмотря на то, что Сет был очень похож на Алдераан, только там не было ее сестер, слуг и родителей. Она даже скучала по килликам. Но через несколько месяцев эйфория от замужества прошла, и Лорна снова почувствовала себя одинокой и скучала. Ее муж часто уезжал по делам государственной важности, которые, по его словам, только утомили бы ее, а новые слуги были молчаливыми и суровыми. Более того, она начала подозревать, что они что-то от нее скрывают.
   Родственники Харода были еще хуже. Если его младший брат вел себя сдержанно и уклончиво, из-за чего казался просто застенчивым, то его сестра и бабушка смотрели на нее и разговаривали с ней так, что это не предвещало ничего хорошего, и Лорна начала чувствовать то, о чем когда-то говорила Делайя: будто за этими взглядами скрывается что-то пугающее. К счастью, они навещали ее нечасто. Что касается деревни, то там жили слуги, дальние родственники и работники, но, в отличие от беззаботных подданных ее отца, эти люди были замкнутыми и сдержанно-недружелюбными, и она предположила, что они завидуют своей новой королеве. Среди этих сетанцев она не нашла бы друзей.
   Поэтому она проводила время на их обширных землях и даже попыталась пройти лабиринт из живой изгороди, который находился в центре их поместья. По какой-то причине он не подходил ей по состоянию здоровья. Каждый раз, после нескольких минут блуждания по лабиринту, она начинала потеть и у нее кружилась голова, из-за чего ей неизменно приходилось уходить. А однажды утром, решив во что бы то ни стало пройти лабиринт, она приняла средство от тошноты и вошла в него. Очнулась она в постели, очевидно, потеряв сознание, и ее пришлось спасать, как сообщила ей довольно раздраженная личная горничная.
   В этом мире существовала по крайней мере еще одна инопланетная цивилизация - соллеу. Эти существа, отдаленно напоминающие рептилий, старательно избегали сетанцев. Лорд Ниалл говорил, что они иррациональны и отказываются становиться их подданными, из-за чего с годами стал относиться к ним с неприязнью. По крайней мере, это было что-то интересное, и, не зная, чем ещё заняться, и решив, что она могла бы стать хорошим дипломатом и связующим звеном между их народами, она отправилась к реке Скален, ориентируясь по найденной карте окрестностей.
   Она почувствовала запах влаги ещё до того, как увидела реку. Тихие воды журчали среди деревьев, рассказывая истории о свободе и веселье, но это были старые истории из прошлого, и внезапный холод напомнил ей, что время не на её стороне. Перебравшись вброд через неглубокую реку, она оказалась на берегу Соллеу и отправилась на поиски этого угрюмого народа.
   До их деревни было недалеко, и, хотя они удивились, увидев незнакомку, они приняли её радушно и с добротой, которой ей так не хватало. Соллеу жили в причудливых хижинах каплевидной формы, построенных из материала, похожего на гнёзда огненных ос. Хижины были водонепроницаемыми и могли выдержать ураган. Внутри каждой из них было несколько комнат, расположенных над полым слоем, в котором находились водопроводные трубы и система подачи воды из ближайшего колодца.
   Она была очарована обычаями Горного племени, названного так из-за ледяных голубых вершин, виднеющихся на севере и западе. Но, несмотря на все свои усилия, она так и не смогла уговорить их навестить ее по какой бы то ни было причине. Казалось, они тоже хранят какую-то тайну, но в их случае причиной были печаль и страх. Самое большее, чего Лорне удалось от них добиться, - это предупреждение от их шаманки: "Этот мир осквернен великим злом. Вам следует вернуться домой, пока еще есть время... пока семя не пустило корни... пока тень не распространилась... пока род Сета не разросся!"
   Когда муж вернулся домой тем вечером, она рассказала ему обо всем, что сделала за день, но решила не упоминать о своем визите. Она сама не понимала, почему ей так хочется это сделать, но чувствовала, что подвергает милых Соллеу какой-то опасности. Однако позже эта мысль показалась ей довольно странной.
  После следующих нескольких приятных, но недолгих дней Харод снова уехал, хотя на этот раз не без препирательств, в ходе которых она ясно дала понять, что одной из причин, по которой она согласилась выйти за него замуж, было то, что она не хотела целыми днями сидеть в замке без друзей и без дела. Он предложил устроить банкет и пригласить ее семью. Она имела в виду не вечеринку. Она хотела стать частью его жизни и сделать что-то значимое. Он настаивал на том, что так и будет, но затем почти небрежно добавил: "Есть вещи, которые ты не поймешь и не захочешь понять".
  После его отъезда она решила выяснить, что же это за вещи, которые она "не поймет". Без доступа к голонету она решила начать с тщательного обыска канцелярии и библиотеки - и черт бы побрал этих слуг! Теперь это был ее дом.
   Помимо обычных административных документов, в генеалогических книгах, реестрах и личных дневниках, которые она нашла в кабинете мужа, обнаружилось нечто странное - причудливая смесь религиозных верований и древней истории. Род Сетанцев был древним. Барон Джейми Ниалл сыграл важную роль в восхождении канцлера Желла на Уртхе. Сет само по себе было закодированным именем, вызывавшим мрачные ассоциации, а сетиты были известны как "дети гнева под черными крыльями Ситлана". Фамилия Ниалл происходила из престижной человеческой династии из "старого мира" - кораблестроителей, каменщиков, землевладельцев и мировых финансистов. Как и многие члены тайных братств, днем они ходили по коридорам власти, почитаемые как государственные служащие, а глубокой ночью практиковали телемические проклятия в Хранилище Моря.
   Скорее всего, это были просто мужские посиделки, приукрашенные для пущего эффекта; ее отец говорил, что некоторые представители элиты "Ядра" занимались подобными глупостями. Согласно записям, Харод происходил из древнего рода адептов, тридцать третьего по счету после Говарда МакНила, печально известного "мага из Маркато" и Мастера-строителя Свободы. Вооружившись этим именем, Лорна копнула глубже и нашла запись о том, что этот МакНил принес в жертву своего первенца сущности, которая позже проявилась через его второго ребенка и дочь.
   Лорна в ужасе оглядела зал заседаний. С наступлением сумерек в дальних углах зала, которые теперь казались полными наблюдающих глаз, удлинялись тени.
  Она убрала книги и направилась в столовую. Если она пропустит ужин, это вызовет подозрения, а ей хотелось узнать больше.
   За ужином, состоявшим из нескольких блюд, и бокалом вина урожая 24-летней выдержки из близлежащего Дорсета, она начала считать себя глупой провинциалкой.
   То, что она прочла, явно было метафорами и поэтическими выражениями какой-то необычной политеистической системы верований. Неудивительно, что он сказал, что она не поймёт. Что ж, значит, так тому и быть. Завтра она поищет что-нибудь в библиотеке и выяснит, в чём суть этих религиозных верований, прежде чем судить о них.
   Ночь она провела в беспокойных снах, в которых её преследовало нечто невидимое в извилистом старом особняке, оказавшемся мавзолеем. Голос шаманки Соллеу повторял её суровое предупреждение: нужно бежать, пока не поздно.
   На следующее утро она проснулась рано, муж был рядом. Она не помнила, как шла в их спальню и когда он вернулся домой. На самом деле она почти ничего не помнила после ужина. Он посмеялся над ее неспособностью удержать в руках бокал вина и поднялся, чтобы одеться для ранней встречи. На этот раз она не стала возражать, сказав, что может поспать подольше.
  "Я рад это слышать", - заявил он. - Теперь тебе не надо беспокоиться.
  - Что это значит? " рассмеялась она.
  Он искоса посмотрел на нее: - Я говорил тебе вчера вечером, что пришло заключение врача. Ты, должно быть, выпила несколько бокалов. Наш восьминедельный малыш совершенно здоров".
  Прежде чем выйти из комнаты, он взъерошил ей волосы и поцеловал в лоб, напомнив, что ей лучше быть поосторожнее с алкоголем.
  Лорна пошатнулась. На втором месяце беременности! Как это случилось? И все же он говорил об этом так, как будто я знала об этом с самого начала. Что-то здесь не так! Она оделась и отправилась в библиотеку. Пришло время исследовать этот Морской Свод.
  Среди редких книг, доступных Сетанскому Лорду, чья библиотека была весьма обширной, были и те, что содержали заклинания. Лорна пролистала страницы с инструкциями по кровавым ритуалам ису-ашмуд, которые даже при самых благоприятных обстоятельствах - при наличии добровольных участников - чаще всего заканчивались гибелью заклинателя. Но заклинание, отмеченное закладкой, относилось к еще более смертоносному ритуалу подчинения - крипкэту, также известному как ритуал безначатия. Существовало несколько способов наложения этого заклинания; самый опасный из них предполагал прямое воздействие на так называемые мидихлорианы с целью создания пустого сосуда, в котором мог бы поселиться бог. Для этого требовалось повредить и исказить органеллы, чтобы они слепо подчинялись магу, а не Уиллам.
   Всему этому должно было быть какое-то объяснение, и она продолжала поиски еще несколько часов, пока не наткнулась на небольшую рукописную книгу, спрятанную за томом большего размера. Она могла бы пройти мимо, но узнала символ на обложке из одного из просмотренных томов, посвященных иконе Хранилища Бездны - алый глаз, объятый пламенем, над которым две змеиные головы смотрят друг на друга.
  
  Ребенку обещано не служение ни Зотаккуа, ни Королю Демонов Ветра, ибо они уже пришли, а Ллойгер и Жар витают в ветрах. Как магистр Ордена Абзу, династия Найллов по-прежнему предана Двум Змеям, Клыкастым Богам: Ямм"ке, олицетворяющему Тьму и Повелителю Бездны, известному в других краях как Тамогоргос, и его супруге Лотан, Владычице Хаоса и Матери Мерзостей. Сегодня о них почти забыли, и вспоминают о них только в наших краях...
  Время соединения близко. Семь Врат распахнутся. Под праздничным сиянием восьмиконечных звезд, украшающих Темную Рощу, созданную и спрятанную в центре лабиринта, в освященном поместье Хайад в Сомертоне, он родится в крови.
  
   Сердце Лорны сжалось от ужаса, и, читая дальше, она поняла, что это не просто стихи, а описание самой настоящей церемонии, настолько преступной, что она не могла даже думать о ее последствиях. Она знала лишь, что ей и ее нерожденному ребенку грозит опасность. Теперь она наконец поняла, что означали эти зловещие взгляды и завуалированные высказывания. Теперь она знала, чего ей не хотелось бы понимать.
   Она услышала какой-то звук и оглядела комнату, выискивая в темноте любопытные взгляды.
   Собравшись с духом, насколько это было возможно, потому что теперь она понимала, что все в этом доме - её враги, она вышла из библиотеки и направилась в свои покои, обдумывая по пути, что делать дальше. Если она возьмёт с собой хотя бы небольшую сумку, они поймут и, скорее всего, попытаются её остановить. Но и просто выйти через парадную дверь она тоже не могла. Уже стемнело, и такое странное поведение, несомненно, привлечёт к ней самое пристальное внимание. Нет, ей придётся набраться храбрости и переждать ночь. Утром она возьмёт только то, что сможет незаметно унести, и отправится через врата обратно на Алдераан.
  "Какой же я была дурой", - мрачно подумала она, сворачивая за угол.
  - Как ты себя чувствуешь сегодня вечером? - спросил лорд Ниалл, неожиданно появившись у неё за спиной. - Вижу, ты нервничаешь. Всё в порядке?
  - У меня все еще болит голова, - быстро ответила она, напомнив себе, что нужно улыбнуться. - Думаю, пока воздержусь от вина.
   - По крайней мере, до рождения ребенка, - добавил он с широкой улыбкой, положив руки ей на живот.
  - Да... Знаешь, я тут подумала. Может быть, нам стоит устроить какой-нибудь праздник. Я бы хотела снова увидеть свою семью.
  По правде говоря, эта идея только что пришла ей в голову, ей нужно было что-то сказать, что не выдало бы ее.
  - Возможно, это будет всего лишь небольшое собрание, а не большое мероприятие. Важно, чтобы ты
  не перенапрягалась.
  "Конечно", - решительно заявила она, не собираясь задерживаться на Сете
  дольше, чем на один день. "Я напишу приглашения утром". Она повернулась, чтобы уйти.
  "Ты уверена, что с тобой все в порядке?" Спросил Харод. "Ты сам на себя не похожа".
  "Ты, конечно, прав", - она повернулась, сознательно расслабляя тело. - "Полагаю, я просто беспокоюсь о ребенке".
  Это было правдой.
  "С ним все будет в порядке", - ответил Харод. - "Я буду рядом большую часть дня, если вам понадобится помощь".
  Ей пришлось выдавить улыбку, когда она услышала это.
  - Для разнообразия, никаких дел! - сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно, а заявление прозвучало непринужденно. - Это, должно быть, большое облегчение.
  - К сожалению, все не так прозаично, - нахмурился он. - Мы должны обеспечить безопасность у врат. Поступали угрозы, в основном политического характера, но тебе не о чем беспокоиться.
   - О, ну, это кажется... довольно радикальным. - Это было все, что она смогла выдавить из себя. Внутри у нее все упало. Врата были единственным способом попасть на планету или покинуть ее.
   - Ничего особенного. На многих планетах у врат теперь дежурит вооруженная охрана. Не хотелось бы, чтобы кто-то пришел и увел тебя у меня!
   - Думаю, ты прав, - ответила она. - Я лучше пойду в свою комнату и приведу себя в порядок перед ужином.
  Она повернулась, чтобы уйти, но он крепко обнял ее и поцеловал в губы.
   - Ты для меня особенная, Лорна... Надеюсь, ты это знаешь. А наш ребенок будет еще более особенным.
  Затем он исчез так же быстро, как и появился.
   Лорна вздохнула. Она чувствовала себя загнанной в угол, как птица, попавшая в паутину, только пауком был ее муж.
   О сне не могло быть и речи. Ей потребовались все силы, чтобы не выскочить с криком из особняка, но стоило ей зайти в уборную и увидеть, что муж все еще не спит, как эта мысль улетучилась. На следующее утро она встала совершенно разбитая, но провела день как обычно. После завтрака она начала писать приглашения. Она хотела попросить о помощи, но ее камеристка крутилась рядом, как муха, почуявшая запах мяса. Лорна не поверила, что та просто хочет помочь. Без сомнения, она шпионила для мужа. Приглашение родителям должно было быть безобидным. Даже зашифрованный призыв о помощи мог быть перехвачен и подверг бы ее опасности. Возможно, когда приедут ее родные, она сможет все им рассказать и уехать с ними!
  "Будет чудесный вечер, не правда ли, мэм?"
  "Что вы имеете в виду?" - Лорна нахмурилась. Ее камеристка никогда не поддерживала светскую беседу, только раздраженно ворчала: "Да, мэм", "Не лучшая идея, мэм" и "Как скажете, мэм", - и все это звучало как суровое неодобрение.
  - Просто вы ещё не познакомились со всеми членами королевской семьи, верно? С некоторыми, конечно, но клан довольно большой, и, без сомнения, приедут и их слуги. Учитывая все проблемы в галактике, я уверена, что они привезут с собой много охраны. На всякий случай!
   - А, понятно... - Она прекрасно поняла намёк. Сбежать с семьёй не получится. - Я... э-э... С нетерпением жду встречи со всеми вами.
  "Да неужели?" - усмехнулась та.
   "Ну что ж, пожалуй, я пойду и отнесу это на почту".
  "Если хотите, я могу сделать это за вас, чтобы вам не пришлось утруждаться".
  "Спасибо, но мне не помешает размяться".
   "Только не переусердствуйте! - назидательно сказала та. - Не стоит напрягать ребёнка".
   "До родов ещё семь месяцев. Думаю, небольшая прогулка мне не повредит".
   "Это ближе, чем ты думаешь!" - Она самодовольно посмотрела на Лорну, словно провоцируя её возразить.
   Лорна вышла из дома, убедившись, что за ней никто не идёт. Почта доставлялась курьерами через врата в различные миры, куда они направлялись. Точно так же в этой небольшой колонии почту, поступавшую через врата, складывали в почтовом отделении, а затем местные курьеры разносили её по адресам. У курьера на Сете было крошечное почтовое отделение с открытым окошком. Она никогда не видела Избавителя воочию, но, поскольку часто получала и отправляла письма родителям и сестрам, не сомневалась, что письма будут отправлены в положенный срок.
   Теперь у нее появился шанс вскрыть конверты и написать то, что она действительно хотела, но в этот момент перед ней возник Избавитель. Это был скрюченный старик, сгорбленный от возраста и пороков, от него сильно пахло табаком. Выражение его лица было таким же, как у разгневанной лрейды.
  "Я заберу это у вас, миледи", - сказал скрюченный старик. Она подумала, что он хотел сказать это вежливо, но прозвучало угрожающе.
   Отдав ему стопку приглашений, она развернулась и быстро зашагала прочь. Оглядевшись по сторонам и не увидев никого поблизости, она повернула на запад, направляясь к реке Скален. Когда-то там был мост, но соллеу разобрали его, когда пришли сетанцы. Она помнила тропинку, по которой можно было перейти реку вброд, и сняла обувь, продолжая оглядываться и прислушиваться, не идет ли кто. Когда она добралась до деревни, то выдохнула, даже не заметив, что задержала дыхание.
  Из центральной хижины вышла шаманка: "Мне жаль видеть, что ты все еще здесь..."
  "Я не понимала этого раньше", - попыталась сказать Лорна, прежде чем рухнуть в ее объятия, выплескивая в слезах часть ужаса и разочарования, которые она испытывала последние два дня. - "Мне нужна твоя помощь!"
  "Ты не знаешь, о чем просишь"... Я вижу, что ты беременна... и теперь врата охраняются. Мне следовало объяснить тебе все несколько месяцев назад, но я боялась, что ты сочтешь меня сумасшедшей и расскажешь ему."
  - Месяцев? Я разговаривала с тобой всего неделю или около того назад! Послушай, если это навязчиво, я... просто пойду дальше... Я не знаю, куда-нибудь, в любое место. Что это за дорога? - Лорна указала на запад, в направлении, противоположном замку. - Я не вернусь, и должен же быть кто-то или какое-то место, где я смогу спрятаться, пока не приедут мои родители.
  - Так ты найдешь только смерть. Многие племена соллеу стали враждебными после прихода сетанцев, потому что тогда они не скрывали своих нечестивых поступков, как делают это сейчас, и убили многих соллеу. Но горное племя уже высказалось! Ты можешь укрыться у нас, но я не знаю, насколько мы сможем помочь, когда они придут искать тебя. А они придут. Мы знаем о тайном месте, но они владеют черной магией и не прекратят поисков, потому что то, что ты носишь в себе, для них дороже, чем все богатства, которые они приобрели за все свои жестокие годы".
  "Почему этот ребенок так важен?"
  Но шаманка только печально посмотрела на нее: "Ты знаешь почему".
  В течение двух недель Лорна чувствовала себя немного спокойнее. Они отвезли ее в небольшой лагерь на севере, о котором, как они полагали, сетанцы не знали. Первую неделю Лорна провела в ужасе, шарахаясь от каждой тени; на второй она начала участвовать в общественной работе по дому; на третьей она почувствовала себя более непринужденно и уверилась, что все получится. И тут появились они, люди в капюшонах.
  Как они и репетировали, ее тайком спустили в колодец и спрятали в рощице за деревней. Но через день люди в капюшонах вернулись и на этот раз нашли ее и утащили с собой. Она заплакала, увидев, что хижины тех, кто дал ей приют, сожжены дотла. Тех, кого застали на улице, когда пришли сетанцы, зарубили и оставили гнить под открытым небом. Она искала шаманку, чтобы извиниться за то, что навлекла на них эту беду, но не смогла ее найти и вопреки всему надеялась, что шаманка и остальные спаслись.
   Лорну вернули в замок и насильно искупали под присмотром ухмыляющейся камеристки и еще одной служанки, которая ее удерживала, но в остальном не причинили ей вреда. У ее покоев и у дверей замка выставили стражу, а ей запретили пользоваться планшетом и письменными принадлежностями. Лорд Ниалл, взгляд которого стал ледяным, ясно дал ей понять, что, когда приедет ее семья, если она попытается сбежать или как-то их предупредить, он позаботится о том, чтобы всех их убили у нее на глазах.
   Настал день приема. Лорна изо всех сил старалась изобразить счастье, потому что это было еще одно условие, наложенное на нее, но ее сердце было разбито, когда она увидела своих мать, отца и сестер, нарядно одетых и радостных по поводу их воссоединения и появления на свет ребенка. Одна только Делайя заподозрила неладное, но самое большее, что Лорна могла сделать - это незаметно сунуть ей в карман подарок на память, простую монету, с таким видом, словно просила об этом помалкивать.
  Когда празднества закончились, ее семья вернулась домой, а Лорна впала в глубокую депрессию. Она пыталась придумать различные способы побега, но мысль о Соллеу не выходила у нее из головы. Она предполагала, что у нее будет больше времени, но вскоре это стало заметно. Прошло два месяца бесконечных дней и отупляющих ночей, и единственной милостью для нее было то, что Харод оставил ее в покое, хотя горничная и другие служанки следили за ней, как ястребы, чтобы она не причинила вреда себе или ребенку.
  Затем начались родовые схватки.
  Как ни странно, она была рада, что ее мучения подходят к концу. Наступили сумерки, когда фигуры в капюшонах снова схватили ее и потащили, на этот раз через лабиринт из живой изгороди, в Темную рощу, где ее ждал муж и еще несколько заговорщиков в капюшонах, читавших какое-то жуткое заклинание. Он был облачен в нелепый алый костюм.
   Внезапно она осознала, насколько все это абсурдно и отвратительно, и рассмеялась: "Вы все - проклятые глупцы!"
  Она снова рассмеялась, ее вдруг развеселило их безумие. Одна из фигур в капюшоне поднялась, чтобы ударить ее, и выкрикнула какое-то ругательство, но лорд Ниалл остановил ее руку. Лорна узнала голос своей камеристки. Она снова рассмеялась: "Однажды вы все заплатите за то, что сделали со мной!"
   После этого она хранила молчание и гордилась собой, пока эти глупцы продолжали свое нелепое песнопение.
   Леди Лорна умерла в родах, когда из нее вышла жестокая жизнь. Она заранее дала мальчику имя Джейми, но его отец был против. Назвав его Звездным Вороном, лорд Ниалл поднял младенца и провел ритуал Двух Змей.
  На следующий день лорд Ниалл похоронил королеву у реки Скален. Затем он отправил послание королю и королеве Алдераана в замок Леймарт, в котором сообщил о трагической гибели их дочери при родах. Горе Алдераана было велико, к нему примешивались угрызения совести и упадок сил короля. Даже киллики скорбели.
   Позже той же ночью, склонившись перед своим пустым двуглавым троном в виде феникса, магистр ордена Абзу молил темных богов, которым он служил, о том, чтобы все это испытание не было напрасным.
  
  НЕЧЕСТИВЫЙ ЗВЕЗДНЫЙ ВОРОН
  
  Ответ лорду Найллу пришел шесть лет спустя, когда не по годам развитый ребенок забрался на колени к своему гордому отцу и сказал: "Семя Избранных было вложено в твою мать, от которой оно перешло к тебе, а теперь перешло ко мне. Но я должен получить его целиком, если хочу выжить!"
  С этими словами мальчик достал нож и ударил своего отца в живот.
  Потрясенным слугам он приказал отвести лорда Найллу в подсобное помещение, где его открытую рану прикрепили к комбайну - аппарату, который позволял Звездному Ворону медленно высасывать жизненную силу из его отца, пока от него не осталась только высохшая оболочка.
  Так юный принц Сета, порабощенный скользящим внутри него Змеем Хаоса, стал королем. Мудрецы Сета, которые были свидетелями его рождения, продолжали наставлять его до совершеннолетия, но он превзошел их во всем. Когда ему исполнилось тринадцать лет, Запрещенные тексты были открыты для него, и он прочитал их на языках оригинала.
  Звездный ворон уничтожил остатки коренного населения Соллеу в ответ на их скоординированные атаки на Дом Сета, спровоцированные резнёй в Горном племени много лет назад. Те, кто не подвергся мучительному ритуалу орскфрум, были физически и психологически преобразованы с помощью чёрной магии и суровых инвультуаций дулкраур, превратившись в похожих на горгон эурнийцев, из которых появились так называемые шамбло, выпущенные на охоту в пыльные бордели и на ранчо далёких миров.
  Звёздный Ворон долгие годы занимался насилием и колдовством, но когда пришло время искать невесту, его прорицатель, суровый и немногословный человек, посоветовал ему обратить внимание на ситхов. Но Звёздный Ворон возразил, потому что не питал склонности к красным дьяволам. Тогда прорицатель с помощью пронзительных заклинаний сказал: "Взгляни в глаза стигийских ведьм!"
   Стигийские ведьмы были тайными дочерьми королев-ведьм с Дроменкаса. Не было ничего тайного, что не смог бы раскрыть Звёздный Ворон, и он целенаправленно преследовал их, пока наконец не выяснил, где они находятся, - на планете Алгар. Прибыв туда с армией Сетанцев, он явился со своим обаянием и редкими сокровищами, чтобы добиться расположения порочной королевы Дизана Блаватстар.
   Блаватстар сама была силой, с которой приходилось считаться. Известная как Красная ведьма, она написала "Книгу Дизана" и развратила часть ква на Датомире, нанеся ещё больший позор этой расе. Ей не нужен был супруг, ведь у неё уже было несколько любовников, которых ей было более чем достаточно. Старшая дочь Блаватстар, Розелия, родилась от одного из них. Но у Звездного Ворона было то, чего не было у них: необузданная, первозданная сила. Ей нужно было быть начеку, ведь перед ней был не простой человек. И все же он был из плоти и крови, а она знала, как с ними совладать.
   Прошли годы, сменилось несколько войн, и на свет появился порочный род, но Звездный Ворон не спускал глаз со Звездных Драконов. Настало время, когда они вступили в войну. Звездный Ворон и Розелия уже выяснили, где находится Ксуакваррес, Сердце Дракона, которое впоследствии стало известно как Кладбище Драконов, потому что именно там они убили Хранителя Дуинуогвуина вместе со всеми драгоценными яйцами Звездных Драконов, кроме одного, которое Звездный Ворон забрал себе. Поскольку человеческое тело не слишком подходило Лотану, он приготовился перенести свою сущность в более могущественную форму. Ритуал безрождения дорого обошелся не только Звездным Драконам, но и всем сетанским магам, которые его проводили. Королева Блаватстар, присутствовавшая на ритуале, также была убита, но это было матереубийство, совершенное ее дочерью Розелией, любовницей Звездного Ворона, которая хотела занять место матери и не собиралась мириться с тем, что кто-то стоит у нее на пути.
  
  ДРАКОНЬИ ВОЙНЫ
  
  Сопровождаемые многочисленными отпрысками, василисканцы пронеслись по алым, разорванным небесам, чтобы огнем заставить склониться перед Богиней всех, кто не желал этого делать. Драконьи расы были в то время самой могущественной силой в галактике, способной испепелить целые миры. Однако их действия привели к непредвиденным последствиям, заставившим Звездных Драконов обратить на них внимание. Таргорограхт кипела от ярости в центре Великого Черного Гнезда! Она бы действовала более тонко, используя их в качестве устрашающей силы, чтобы подчинить себе миры, а не в качестве непосредственной угрозы, которая пробудила ужасных дуинуогвуинов.
   Подобно мощному божественному грому, Звездные Драконы взметнули небеса, величественно расправив крылья, и стальные челюсти столкнулись с яростными укусами и острыми когтями! В тот день облака наполнились кровью и пламенем сражающихся собратьев, а с небес на землю упало столько тел, что, по преданию, сам Отец Света заплакал.
   Когда оставшиеся василисканцы и их союзники бежали, дуинуогвуины не стали их преследовать, удовлетворенные тем, что сокрушили их как единую силу. Дуинуогвуины не хотели этого, ведь они все еще чтили законы Целестиалов, но и не могли оставаться в стороне, пока их собственные отпрыски творили что хотели. В конце концов они одержали верх, уничтожив многих из своих отпрысков. Но в ту скорбную и печальную ночь они не праздновали победу, потому что, как им предстояло узнать, их беды только начинались.
   Эти события превратили василисканцев и другие драконьи расы в злобную силу, которая будет вечно рыскать по звездам, охотясь, питаясь падалью и враждуя со всеми, кто попадется ей на пути. Некоторых из них Звездный Ворон призвал во Внешнюю Тьму, где они скрещивались друг с другом и с семенным материалом Лотана, породив чудовищных сугати, змееподобных вертрентов и титанических балейгов - водных и земных монстров, которых называли "бегемотами из Нижнего мира". В их число входили двухголовые эборсиски, боевые гидры и крылатые грютические звери. Но вершиной их замыслов были левиафаны. Некоторые из них, названные так в честь Повелителя Хаоса, имели пять, шесть или даже семь голов.
  Первому из семиглавых левиафанов было поручено охранять Королевское семя. Это стало кульминацией экспериментов хотиан, поскольку теперь они смешивали генетический материал сармаков с геномом короля Эроуса. Появившемуся на свет потомству потребовались долгие столетия, чтобы вырасти, пока оно не проявилось в виде гигантской циклопической луковицеобразной головы, под которой двигались тысячи щупалец.
  Таким образом, в Небесной реке проявился аватар Тьмы, тот, кто известен как Ямм'ка, бог Ям'рии, владыка Бездны, Хоронзон, Убийца, и существо, которому йуужань-вонги позже поклонялись как Йун-Яммке.
  Это давно входило в планы Лотан, поскольку Повелитель Бездны был ее супругом, и они были преданы друг другу больше всего на свете. Вместе они тайно стремились сместить Повелителя Миров, которого подозревали в коварных намерениях.
  Драконов осторожно отправляли на определенные поля сражений и миры. Некоторые из них даже обладали способностью преодолевать пространственные барьеры, чтобы дать жизнь драконам за пределами Небесной реки в других мирах, хотя самых крупных из них Ямм"ка прятал в тёмных волнистых глубинах, где за ними ухаживали слепые слуги-экстрасенсы, пока не приходило время взмыть в небеса и поглотить звёзды.
   Не все смертоносные драконы выбрали чью-то сторону. Многие сохраняли нейтралитет и даже скрывали свои истинные имена. Те, кого называли космическими драконами, предпочитали прятаться от посторонних глаз в Кайянской бездне - обширной области с несколькими чёрными дырами, разделяющей Монтрессор, Проционскую пустошь (ныне сектор Джувекс) и Разрушенные территории Забытого хребта (ныне Девятый квадрант).
   Что касается звёздных драконов, то, вернувшись домой, они обнаружили, что за время их отсутствия их хранитель был убит, а драгоценные яйца их королевы Дуинуогвуин разбиты, за исключением одного, которое было украдено. Им пришлось нелегко, ведь они винили во всём себя и впали в глубокое отчаяние. В конце концов, после долгого периода траура, когда худшее уже было позади, они решили завершить начатое и отомстить тем, кто совершил это ужасное злодеяние.
  После этого Звёздные Драконы решили никогда больше не поддаваться своим страстям и превратностям судьбы в разрушающейся галактике. Позже Фата пригласили их в тайное царство, которое соединялось с Андовайном, Раваатом и другими Скрытыми и Священными мирами. Там они могли исцелиться, произвести на свет потомство и стать защитниками этих миров.
  
  ТЕНЕВОЙ СОВЕТ
  
  Соблазнение Стигийских ведьм Звездным Вороном было не просто проявлением гордыни. Это были дочери Древних и чистокровные ситхские королевы-ведьмы. Их потомство должно было стать катализатором для следующей части его плана по воплощению в живую и магическую плоть оставшихся Темных.
   Как и его мать, Розелия не смогла пережить рождение своего потомства - могущественных драконианских нефилимов, краснокожих двуногих существ, похожих на драконов. Звездный Ворон заранее знал, что такое может произойти, и позаботился о том, чтобы создать множество клонов своей возлюбленной, из которых и появились многочисленные драконианцы.
   Но ему нужно было кое-что еще, и тогда он обратился к потомству, которое произвел на свет с Блаватстар до ее убийства.
   Из рода Блаватстар произошел великан Мелькорр, Темный титан Болгена; Ксандер Гора, избранный стать Даритой Йенсаар, ПервоХолодным; Трибун Крат, повелитель Нотронских центурионов, известный своими бронзовыми доспехами и мечом с наконечником в виде стрелы, который убил тысячу человек на кровавых состязаниях, прежде чем стать королем Каши.
  Но именно из потомков первого сына Блаватстар, Ормуза, в конечном счете вышли шесть членов Теневого совета, поскольку Ормуз появился как чистокровный ситх, сохранив при этом характерную склонность к насилию и садизму, типичную для его сводных братьев и сестер-драконов. И поскольку он знал, что ситхи восстанут против любых попыток драконидов править ими, Ормуз будет считаться одним из них. И поэтому он предстал перед Сситерами, чтобы заявить о своих законных правах сына богов.
  Отец немедленно начал обучать Ормуза Эону Гнозиса, в котором содержались тайные доктрины Древних. Тем временем Звездный Ворон отправился расширять свою Сетанскую империю и подчинять себе катаров, поскольку до его ушей дошли слухи об Избранном, родившемся среди них. Мрачная история Звездного Ворона рассказана в другом месте. Его триумфальное поражение от рук катаров ознаменовало конец империи Сетан и возвышение на ее месте Империи ситхов. Что касается Лотан, то она нашла опору в теле могущественного Левиафана.
  Те, кто следовал учению Ормуза, стали известны как последователи Хора (хотя сами они называли себя ашуранами). Они поселились в горных районах Миттана и его окрестностях и стали металлургами и кузнецами на континенте Асир, который расположен напротив континента Кута и к югу от Тибиры, где до сих пор обитает выродившаяся раса драконианцев, которые наблюдают и выжидают, построив свои города в виде неприступных крепостей, ибо им было предсказано, что их звезда взойдёт, когда звезда ситхов закатится.
   Как и в случае с ситхами, Ормузу пришлось заплатить за своё возвышение немалую цену.
   Ревнивый и слабый верховный правитель вступил в сговор с жрецами Киссаи, которые предприняли несколько безуспешных попыток убить Ормуза, что привело к войне между ашуранами и массасси. Сситер не вмешивались и не позволяли солдатам ситхов вступать в бой, заявив лишь, что власть останется за сыновьями богов.
   Война закончилась тем, что Ормуз обезглавил верховного правителя. В этом ему помогли несколько мятежных жрецов Киссаи. Ормуз взял власть в свои руки, став первым из Ари, что на их языке означало "повелитель ситхов". Он заменил жрецов-предателей своими сторонниками, которые должны были поддерживать новый Орден Айона.
   На какое-то время ситхи объединились, но это продлилось недолго. Несколько ашуранов перешли на сторону колонии сефи, с которыми они подружились на планете под названием Азура.
   В последующие десятилетия наследники Ормуза продвигались в своих сферах влияния.
  Теневые короли избрали шестерых из них, чтобы они заменили утраченный Нинушабзу, хотя их стали называть Нинусгидзидами.
  
   В их число вошли:
   Немонидес Д"крит, которого на Мрлсси звали Дарита Немо Дак. Он возглавлял создание ужасающих полуразумных техноорганических кораблей ситхов, построенных из мёртвых тел.
  Элой Дж"део, Вихрь Альферидии. Его звали Санкт Витус. Он первым начал создавать сокровища Тёмной стороны и жутких марионеток из кожи и костей своих рабов-альферидийцев.
  Дин Грат, известный как Царь Грат, тиран Миллинара, правивший миллинскими гермафродитами и копивший целебные плоды; он изобрел кровавые виды спорта и игры с пытками, а также научил адских тварей служить ситхам;
  Дакара Рамисес, Черный фараон Доана; он ускорил распространение ситхских пирамид и зиккуратов по всем мирам, поскольку знал об их пагубном влиянии и о том, как это отражается на космической географии;
  Лорд Зелашиэль с Малакора; прозванный Зелашиэлем Богохульником и Аполлионом, он призвал Урей"лу, который воскресил древнюю черную речь ур-Киттат, искаженный и вывернутый наизнанку язык Целестиалов, ставший Старым языком ситхов и роззумов;
  Ньярхепдрех, Алый король Крайсса II и Орикона, Хранитель тайн; он добился больших успехов в черной науке, но был убит собственным сыном и на долгие века был вынужден жить в качестве темного духа в другом мире;
  Сократу Старший, которого считали великим учёным и королём-философом Римка, многому научил ситхов в вопросах долголетия, смерти и мира духов.
   Однажды через Адский портал на Дроменкасе к нинузгидзидам явилась Морагаром, одна из Старших Дочерей Таргорограхт, которую ситхи называют Невидимой Королевой или Джен"ари на своём языке.
  Предприняв облик, более приятный для эрутросов, она пришла за самыми мудрыми и могущественными из их колдунов для одного из проектов своей матери, а также за воинами для своего войска, поскольку, как и все Дочери Таргорограхт, она была амбициозна.
   Сситеры были хорошо осведомлены о Великой Чёрной Паутине и её ужасной Хозяйке, и хотя они почтительно поклонились посланнице Ночной Королевы, они не преминули предупредить её, что её цели противоречат планам их повелителей. Но поскольку они не были ее хозяевами, она не обратила внимания на их предостережения и приказала нинузгидзидам следовать за ней, сплетая заклинания, чтобы увеличить их силу и помочь им пережить опасное путешествие к Гнезду.
   Но как только трансформация завершилась, Морагаром охватило ослепляющее видение, в котором она увидела себя слабой и сморщенной гуманоидной тварью, застрявшей в мире примитивных существ и противостоящей жалким племенам, едва достигшим уровня разумности. Ужасные ходячие холмы надвигались на нее, пока не настигли: "Вот и заплатишь ты за свое неповиновение!" - сказал самый высокий из холмов.
   Очнувшись от этого видения, Морагаром тут же вернулась к вратам, оставив нинузгидзидов позади. Она сказала сситерам: "Ваши хозяева идут... те, кто вырвался из неосвещенных чертогов... Но однажды мы одержим верх, и вы спрячетесь в своих сырых норах".
  Вскоре после того, как Морагаром скрылась в портале, Сситер приказали нинузгидзидам подготовить Адские врата, принеся в жертву рабов и произнеся заклинания, чтобы создать нужное слияние между физическим и запретным мирами, через которое могли бы пройти самые тёмные духи. Было уже далеко за полночь, когда они прибыли и связали шестерых нинузгидзидов воедино с помощью слияния духа и крови, наделив каждого из них способностью менять облик. На чёрном наречии Древнего языка они наложили на них заклятие: "Вы - нинузгидзиды, первые из Совета Теней, архимаги Дроменкаса! Вам оказана великая честь! Отправляйтесь в путь как наши посланники, займите влиятельные посты среди людей и других народов, сохраняйте видимость респектабельности и совершите то, что не удалось Змеиному Народу - воплотите в жизнь философию Тьмы, которая никогда не будет свергнута!"
   Нинузгидзиды, впитавшие в себя звёздную мудрость Древних, отправились в путь, чтобы вдохновить преданных последователей Пути Левой Руки: Хранилище Моря на Сете и Паксе, откуда пришли Каши Мер и джентараджи из Джентауи; Чёрная Ложа на Терре I, из которой вышли Кроуки; Эон Гнозиса на Соле, из которого произошли вампиры Ракши; чернокнижники Иккуа на Эйбоне, которые позже были поглощены; и Врколаки из Ворлаха, которые являются демонами, отправившимися в мир Звон, известный позже как Темный Звон, обитатели которого - жители Муспилли.
  
  То, что эти группы открыто не воевали друг с другом, объяснялось Теневым Советом, который поддерживал с ними связь и наблюдал за ними с помощью Камней-оракулов, которые они присвоили и теургически изменили.
  Лорды Теневого совета долгие годы пытались заставить их подняться над базовыми понятиями о родословной и богатстве. Но ледяное чувство превосходства, которое многие династии и дома считали столь важным, не позволило им справиться с этой задачей. Со временем они разделились, реорганизовались, объединились, расширились или были уничтожены. И из всех них именно Орден ситхов процветал, превратившись из простой расы в идеологию и, наконец, в статус Избранной расы.
  
  ВХОДИТ АТРИСИЯ
  
  Леди Лорна умерла не напрасно. Она передала подсказку Делайе в день вечеринки. Хотя это был всего лишь сувенир, старая монета с изображением двух змей, смотрящих друг на друга, над красным глазом, окруженным пламенем, Делайя хранила его, удивляясь необычной эмблеме и причине, по которой она была спрятана от нее.
  Только много лет спустя Делайя заметила это изображение на одном из баннеров сетанцев, которые приехали в Пакс, чтобы обратиться к правительству с просьбой о финансировании.
  Делайя теперь правила Алдерааном после скандального морганатического брака с Дариусом Пантиром, человеком низкого происхождения, в которого она влюбилась. То, что изображение было сетанским, не сразу заставило ее задуматься. Символы были вездесущими, старыми и часто переходили из рук в руки. Но это был редкий случай, когда она вспомнила о своей сестре.
  Вернувшись домой, она отправилась на поиски древней монеты. Ее слуги и дети помогали ей, пока она, как безумная, крушила родовой замок в поисках монеты. И там, в старом ящике в одной из кладовых, куда редко кто заходил, она нашла ее.
  Делайя внезапно почувствовала себя подавленной. Смерть ее сестры при родах была воспринята как нечто само собой разумеющееся, когда об этом сообщил ее муж, но позже Сет закрыл границы. На Алдераане тоже случались горести и радости, связанные с бракосочетаниями и рождением детей, но, несмотря на все это, королева-регент не переставала настаивать на том, чтобы увидеть своего внука.
   Когда выяснилось, что лорд Ниалл тоже умер, вскоре у их ворот появился неожиданный гость, которого доставил престарелый слуга: маленький рыжеволосый мальчик лет шести. Семья вздохнула с облегчением и обрадовалась, и Делайя удочерила ребенка, который назвался Джейми. Мальчик был довольно милым, хотя и молчаливым, и она никак не могла избавиться от ощущения, что с ним что-то не так. Во-первых, он не помнил своего отца ни по одной из голограмм, которые она ему показывала. Лорна, конечно, умерла при родах, но Джейми было уже шесть лет, когда умер его отец.
   Несмотря на свои сомнения, она любила этого ребенка, но ее не покидала мысль...
  Прошло больше десяти лет, когда до нее дошли слухи о Сетанцах, странные перешептывания о немыслимо аморальных поступках и злодеяниях, которые они совершили. Все, что ей удалось выяснить, - это то, что они с кем-то воевали. Но это были Эмпирейские войны. Все с кем-то воевали, и ни один мир не был полностью невиновен. В конце концов, в этом и заключается зло войны - в том, что она в значительной степени развращает порядочных людей и оправдывает себя необходимостью.
   Но Лорна не просто так дала ей эту монету. Она пыталась ей что-то сказать. Было очевидно, что она несчастна. Другие, может, и не замечали этого, но она замечала. Как и их мать. Что, если она хотела сказать, что семья, в которую она вошла, не так проста, как кажется? Что, если дело было в чем-то зловещем?
   Лорну было уже не спасти, но это не значило, что уже слишком поздно все выяснить.
  Делайя отправила телеграмму Авишан, которая теперь правила Атрисией вместе со своим мужем, императором Джар"каем, с сообщением о том, что хотела бы навестить их по важному делу.
   Атрисийцы - искусные и дисциплинированные воины и мудрецы, родом из Раваата. В их исторических книгах говорится, что когда-то они сражались с древним злом, обрушившимся на их мир. Хотя зло было побеждено благосклонным духом и его союзниками, некоторые сочли это дурным предзнаменованием и решили отправиться в Атрисию, Тао и другие нетронутые земли. Несколько воинов и одарённых последовали за ними, а также те, кто был не столь благороден и увидел в этом возможность продвинуться по службе.
   Поэтому, когда королева Делайя пересказала эту историю императору Джар"каю и показала ему монету, он подтвердил её худшие опасения: "Мой отец встретил твоего деда на Паксе много лет назад, когда тот был ещё совсем юным. Я запомнил это, потому что он внушил мне такую мысль: "Из всех лжецов на Паксе больше всего остерегайтесь сетанцев, которые подобны змеям в человеческом обличье". - Лицо Делайи помрачнело, но он продолжил рассказывать о слухах, которые до неё доходили. - "Сетанцы - подстрекатели к войне до мозга костей. Под предводительством чудовища по имени Звёздный Ворон они уничтожали целые цивилизации! Эмблема на этой монете древняя. Это знак Хранилища Бездны, дьявольского культа, о котором чем меньше сказано, тем лучше. То, что твоя сестра доверила тебе эту монету, скорее всего, означало, что она раскрыла их тёмную тайну".
   Делайя и Авишан не скрывали слёз, но взяли себя в руки и решили пощадить мать, опасаясь, что она тоже поддастся слабости, как их отец. Видя их горе, император Джар"Кай дал им обещание: "Мы, атризианцы, отомстим за вашу убитую сестру, которая была и нам как сестра!" Затем он и сам не смог сдержать слёз.
  Возглавляемые к'Джтари, величайшими мастерами боевых искусств своего королевства, атризийские войска вскоре были мобилизованы и выступили в поход, чтобы отомстить за королеву Лорну. Была и другая фракция, с которой император Джар'Кай советовался - та, которая, по его мнению, могла бы присоединиться к их начинанию. Но, не желая давать им ложную надежду, он не стал говорить об этом.
   Империя Сетан все еще находилась в ослабленном состоянии после поражения Звездного Ворона от рук Соломона Катара, но теперь, когда они были связаны кровными узами с ситхами, а часть их была задействована на Дроменкасе в качестве селекционеров для выведения человекоподобного потомства, они начали восстанавливаться. На Сете шла подготовка к захвату земного мира в системе Сол. Но, несмотря на всех своих хваленых прорицателей, гаруспиков и астромантов, они были совершенно не готовы к полномасштабному нападению атризийцев с армией звездных драконов за спиной!
  Возмездие дуинуогвуинов было быстрым и беспощадным. Они перебили всех, кроме нескольких, развращенных сетанских колдунов, оказавшихся на свободе, и многих из их кровожадных эурнийских приспешников. В результате их разгрома Морское хранилище превратилось в Каши Мер из Пакса, а джентараджи из Джентауи остались лишь с горсткой космических магов и их прислужников. Они и сами по-своему доставляли немало хлопот, но Империя Сета прекратила своё существование.
  
   Королева Дуинуогвуин, сменившая их матриарха, предала огню всё проклятое поместье Хайад и прилегающий к нему город, уничтожив большую часть их истории. От их духовного наследия почти ничего не осталось, кроме Тёмной рощи и преданий Сета, сохранившихся в "Легенде о семи вратах".
   Ситхи узнали о роли Алдераана в этой истории и решили отомстить, так что уже следующее поколение, взрослые дети королевы Делайи, были вынуждены присоединиться к своему народу в изгнании. Хотя они и были готовы сражаться с проклятыми ситхами, они предпочли покинуть свой мир, чтобы не ввязывать в войну килликов.
   Так алдераанцы обосновались на Аквилее и Офучи (позже - Офдераане), но королевский дом всегда помнил о своих корнях, и было предсказано, что однажды они вернутся.
  
  Колдуны в черном
  
  СТРАЖИ ГУННИНГАНА
  
  Среди наиболее хищных подданных Древних были раката. Выведенные из Онгри, похищенных у Скустелла, и гунганских бойцов, захваченных на Лехоне, раката-сапиофаги были умелыми и воспитанными в духе жесткой иерархии.
  В отличие от своих бивалльских собратьев, которые придерживались строгого нейтралитета на Протобранче, раката захватили Лехон у гунганов, которые тогда были известны как гуннинганы, поскольку Гуннинга в то время была не царством зла, а самой удаленной точкой от Ядра точкой Галактики - физический и метафизический "конец галактики", за которым ничего не было.
  Задолго до вторжения темных сил в Небесную реку и до создания Иллатуриона из ничего, Гуннинга считалась Целестиалами местом, где Враг мог бы одержать верх, и поэтому за ней всегда следили.
  Когда Старейшие объявили уничтожение гуннинганов, раката прибыли с жаждущими крови мечами и могильным ветром, пахнущим смертью. Они не ожидали, что стычка будет лёгкой, но появление кумумганских крестоносцев, которые были предками гуннинганцев и первыми жителями Тунита, застало их врасплох.
  
   Благородные галактические воины, кумумга, изматывали силы противника в системах по всей галактике, укрепляли союзные армии и помогали вернуть утраченные позиции. Как и сефи, салластанцы, джерни и мууры, кумумганцы принимали у себя людей и гуманоидов или находили для них безопасные миры. Именно так они впервые подружились с атрисианами.
   И вот с гордыми сердцами и крепкими клинками защитники-перворождённые, плечом к плечу с гуннинганскими гвардейцами, почти покончили с ракатанами. Затем крестоносцы обратились к своим союзникам-атрисианам с просьбой помочь гуннинганцам найти новый дом, потому что старый был захвачен силами зла, которые пришли с ракатанами с этой целью.
   Атрисианские воины, недавно покорившие сетанцев, откликнулись на призыв, но обнаружили, что ракатаны лишь притворились побеждёнными. Их было очень много уже тогда, и, поскольку им было приказано уничтожить всех гуннинганцев до последнего ребенка, они тайно последовали за своей добычей в их новый мир, жестоко наблюдая и выжидая удобного момента для нападения.
   Атризианцы, почувствовав, что что-то не так, остались с изгнанниками, чтобы помочь им обосноваться на бывшей столице Сетана, которую они переименовали в Набу. Другую помощь оказали оссерианцы, которые дружили с гуннинганцами. Помощь пришла в виде сандо"джир, которые проникли через подводные врата в их океан. Когда ракатаны напали на гуннинганцев, водные монстры Сандо вырвались из воды, чтобы сокрушить и поглотить ничего не подозревающих захватчиков, а затем снова ушли в моря Набу.
   Барон Балмтоп не собирался мириться с поражением. Ракатанец-претор носил на себе череп Гримвальда, боворианского герцога, которого он убил в бою. Это стало его последним испытанием перед тем, как он стал лидером. Для претора или консула признать поражение или не принять вызов означало потерять лицо, что гарантировало бы его скорое убийство и смену власти. Итак, они вернулись на Набу с легионом ночных пауков, вирмоков, нарглатчей, титавианцев и других существ, в том числе нескольких подводных хищников. Они даже отправили своих агентов на Луну, чтобы захватить её.
   Атризианцы тщательно оберегали свои секреты и в те времена владели редкой магией, унаследованной от Раваата и отточенной их самыми искусными адептами. Они прибегали к ней только в случае крайней необходимости. Старшие мастера атризианского к'Джтари, известные как Киосутокира, вышли вперёд. За ними стояли их подданные, ожидавшие своей очереди. Взяв священные одеяния, которые хранились в их сосудах именно для этой цели, они вознесли молитву, чтобы защитить свой народ во время проведения этого опаснейшего ритуала. В считаные мгновения атризианцы на Набу и на его спутнике выросли до размеров деревьев заэла!
   Правитель Гуннинганов вождь Балам не собирался оставаться в стороне и потребовал, чтобы старейшины дали ему подходящее оружие, чтобы он мог сражаться вместе с ними, ведь он не мог позволить им защищать его народ без него. И они дали ему копьё с наконечником из редкого аквамарганита мангана. С его помощью он мог бы нанести большой урон!
  Атризийцы, словно великаны, двинулись вперёд, сокрушая и сбивая с ног раката и их чудовищ, заставляя их перепуганные армии бежать от них.
  Но барон Балмтоп привёл с собой своё секретное оружие. Словно предвестник смерти, в небе появился ужасный облик ксотианца Мекамока, парящего на перепончатых крыльях и отравляющего сам воздух. Его бесформенная голова с щупальцами выискивала добычу, где бы та ни находилась, и превращала гигантских атризийцев одного за другим в камень!
  Раката торжествующе взревели, но вождь Балам, взобравшись на окаменевшие плечи одного из атризийских старейшин, обмотал голову туникой, чтобы закрыть глаза, и метнул копьё в Мекамока, который как раз пролетал над ними. От пронзительного крика пронзённого ксотианца головы атризийцев рассыпались, а сам он рухнул вниз и раскололся, как раздавленная шуура.
  Проклиная такой поворот событий, барон Балмтоп бросился вперед с мечом наперевес, чтобы отрубить голову вождю Баламу, но гвардия Гуннинганов последовала примеру своего предводителя. Подняв камни из обломков павших старейшин, они принялись яростно швырять их в ракатанов, чего те прежде не видели, и в конце концов убили Балмтопа, заставив остатки ракатанов бежать обратно в свой забытый мир.
   В ту же ночь вождь Балам возглавил траурную процессию, в которой шли гуннинганцы, атрисийцы и оссерийцы, направляясь в Отох-Д'ин, сад, спрятанный посреди болот, который до сих пор служит местом упокоения для мертвых. Во время заупокойной службы оссерийская делегация утешала скорбящих, обещая им загробную жизнь в Стране мертвых, которую гуннинганцы позже стали называть Оссорусом.
   Подобно тому, как маджаны из Барунды почитали и обожествляли своих спасителей-салластанцев, как это было показано в "Руинах Назвы", гуннинганцы позже создали пантеон во главе с ОмаОмой - так звали их верховную правительницу. Таким образом они могли увековечить память о тех, кого считали достойными. Атризианским старейшинам, пожертвовавшим собой, дали имена в соответствии с их жизненными качествами: Доббис (воительница, которая любила танцевать под дождем); Коббл (шеф-повар); Нододо (любитель подшучивать над друзьями и врагами); Вамка Пол (научившая гуннинганцев спортивным играм); и Гобба (жених Доббис, который научил гуннинганцев черпать магию в природе).
   Когда вождь Балам умер, его тело поместили в Отох-Д"ин, где, как считалось, он присоединился к старейшинам в загробном мире.
  Копье и драгоценный камень, подаренные ему, стали одними из самых ценных артефактов, которые, как видел босс Ругор Насс, были украдены (и впоследствии возвращены) во время Галактической гражданской войны. Что касается злодеев Мекамока и Балмтопа, то их провозгласили богами зла и разрушения.
  
  ЗАПРЕТНЫЕ КНИГИ
  
  Если бы не война, Перворожденные и их союзники давно бы помешали древнему Врагу и его планам, но в пылу сражений множились и процветали многие порождения зла, питаясь хаосом, неразберихой и клеветой, присущими конфликтам. Тайные заклинания, зашифрованные тексты, магические артефакты и проклятые произведения искусства создавались под руководством Совета Теней, и в грядущие годы они должны были сыграть свою роль. То же самое можно сказать и об адских порталах: некоторые из них служили приманкой для Девяти кругов ада или призывали оттуда злобных сущностей. Помимо порталов, они принимали форму пространственных разломов, нефритовых колец, амулетов, огненных опалов, гобеленов, книг заклинаний, шкатулок-головоломок, Мерцающего камня и Эйдолона. Чтобы их не уничтожили ненавистные слуги света, их и секреты их создания спрятали и передавали из поколения в поколение, чтобы будущие поколения могли открыть их заново.
   Самыми печально известными из жутких артефактов были девять Запретных книг Эфира - гримуары, которые, как считалось, обладали зачатками разума. Они состояли из Текстов Третьего Порядка, каждый из которых был написан представителями одной из рас Змеиного народа, включая в себя Малатриум, также известный как Чёрная книга; Каменная книга, также известная как Божественная септенарная книга; и Девятнадцать проклятий, также известные как Книга невыразимых слов. Первый текст однажды явился злой колдунье Бавморде, когда она была ещё молода, и она потратила всю свою жизнь и целое состояние, чтобы заполучить два других. Среди остальных шести инкунабул были "Золотой король", который, как говорят, доводит непосвященных до безумия или смерти; "Ключ Рехобостара", составленный помощником самого Тифоджема, требует пролития крови для открытия каждой главы; "Книга мертвых" содержит кощунственную историю и генеалогию Внешних богов, а также инструкции по воскрешению мертвых и созданию Врат преисподней; "Манускрипт Тохнича", также известный как "Древние скрижали", составленный в предсмертном трансе дочерьми Ужасной Матери, представляет собой нечестивый текст Ямм"ки и Лотана; "Кодекс откровения" открывает детям Айона путь в мир иной; как и "Каменная книга" и "Древние скрижали", "Теневой манускрипт" (также известный как "Призыв призрачного света") претендует на небесное происхождение, но содержит опасные заклинания, в том числе spiritus praesidium, malefic itsu-ashmûd и summonitum saticon.
  
   Согласно легендам, все девять книг вместе раскрывают тайну девяти Врат Царства Теней, девяти адских миров и девяти Темных богов, которые восстанут со своих тронов и поведут свои темные легионы в Темный крестовый поход.
  
  ТАЙНЫЕ ВОЙНЫ
  
  Как и было приказано, в первые дни ситхи вели тайную войну, изображая горячую поддержку Конклава Перворожденных, но используя полученную там информацию для нанесения ударов по своим собратьям - это была проверка на верность, устроенная их хозяевами.
   Эрутросы явились в миры своих потомков, чтобы спасти их и заручиться их лояльностью. Такова была судьба дрейтосов, ксесто, гивинов, ботанов и других. Но когда лидеров гивинов поймали на том, что они собирались бежать со своим народом, Лорды из Совета Теней в назидание остальным изменили их внешность, сделав их устрашающими. То же самое произошло и с их планетой Яг"Дул, разрушенной сложной системой приливов и отливов, вызванной резкими изменениями в атмосфере и океане. Некоторые
  Гивины поклялись в верности Темным силам и получили новые миры и формы. Но большинство из них выстояли. У них были врожденные математические таланты, с помощью которых они обращали свои неудачи в свою пользу, эффективно перепрофилируя свои города с помощью герметичных замков, успех которых спас бесчисленное множество жизней и положил начало основанной на математике теократии и политическому органу, которые существуют и по сей день.
  Как завоеватели, ситхи пришли сюда, чтобы колонизировать землю и добывать рабов. Взяв под свой контроль врата, чтобы никто, кроме них, не мог входить и выходить, они убедили жителей стать частью их рабочей силы, чтобы помочь в военных действиях. Те, кого это не убедило, познали боль. Чередуя жесткие цели с мягкими, они наводили ужас с помощью устрашающего вида кораблей, смертоносных воинов, тайных волшебников и причудливых монстров, и таким образом собирали урожай на мирах Ганд и Флор в поисках легких ресурсов. Они попытались сделать то же самое на Фелуции, но были отброшены жившими там Перворожденными. Однако их предательство не было раскрыто, поскольку фелуцианцы полностью замкнулись в себе в ответ на это шокирующее развитие событий.
  Этого не случилось, когда они прибыли на Асмеру. Мускулистые, с прямой и густой шерстью, которая спускалась по шее, словно воротник, в черно-бело-серых тонах, асмерукийцы были элегантной расой полосатых и пятнистых псовых с гордой осанкой и проницательным взглядом. Их мир изобиловал дворцами, поскольку в нем не было разделения на богатых и бедных. Каждый год на самой высокой из их величественных гор с ледяными вершинами люди устраивали шествие, чтобы отпраздновать К"ану ("канон") в единении со своими Небесными создателями, после чего начинался грандиозный двухнедельный пир. Однако в последнее время от этого обычая неохотно отказались, чтобы подготовиться к войне.
   Хотя межзвездные врата Асмеру тщательно охранялись, ситхи нашли способ обойти их, послав оскверненного Облачного Демона, который проложил в пространстве сернистую дыру в районе, впоследствии получившем название Асмэруская аномалия, что позволило ситхам нанести внезапный удар. Когда асмерукийцы увидели, как высаживаются эрутросы, они поначалу растерялись, ведь мысль о том, что Старшая раса служит Врагу, все еще казалась им шокирующей. Но когда ситхи с высоко поднятыми парангами с ревом ринулись в бой, издавая предсмертные свисты и выпуская на волю своих мерзких гибридов - силутов и гигантских боевых гидр, - решимость асмерукийцев окрепла, и они сражались как бешеные псы, не желая сдаваться и становиться рабами.
   Те, кто претендовал на место в иерархии жрецов Киссаи, боролись за право отправиться в этот поход. Они не могли ни отступить, ни вернуться в Дроменкас без победы. Опасаясь проиграть этому грозному противнику, они приказали филар-низанам прорыть туннель в центр мира, чтобы спровоцировать огнедышащих драконов, полагая, что угроза глобальной катастрофы заставит туземцев капитулировать. Но в этом сражении Облачный Демон обезумел и прорвался сквозь то, что сейчас называется Земятинской аномалией, в то время как разъярённые элементали огня извергали на поверхность горы пламени. И хотя это превратило ситхов в пепел, планета всё равно была опустошена: из-за внезапного катастрофического нарушения термохалинной циркуляции в океанах, масштабного выброса метана, полного таяния материковых льдов и повышения уровня моря. Асмерукийцы пытались восстановить стабильность, но усмирить всё ещё обезумевших огнедышащих драконов было не так-то просто. И разрушительные последствия было уже не обратить вспять. Асмерукийцы погибли все до единого, и лишь их руины напоминали галактике о том, что когда-то они жили. Древние расы скорбели по ним, как и каниды, ферро и другие потомки асмерукийцев.
  
  Как только истинная природа ситхов стала известна, они отбросили притворство Эрутроса и атаковали в полную силу. И тогда колдуны в чёрном вышли на звёздные поля сражений с чёрными мечами и чёрной магией. В то время их собственные священные миры рядом с Дроменкасом были основаны на Рельге, Калсуноре, Хар-Шиане и Хар-Дельбе, хотя Рассудительные считали их осквернёнными мирами.
   Следующими жертвами Перворождённых стали катары, но свирепые львы были готовы к нападению и одержали сокрушительную победу. В отместку ситхи вторглись на Катисс, родную планету катуменов, первой из рас, произошедших от катаров.
   Пастушеская раса фелиноидов, катумены считали, что могут сражаться не хуже своих предков, но ситхи решили не рисковать и отправили на планету огромные силы.
   Чтобы не быть уничтоженными, катумены капитулировали. К тому времени, как катары узнали о нападении на Катисс, старейшины катуменов были казнены, а оставшихся представителей расы погрузили на огромные корабли для перевозки рабов (получившие название "катумарские корабли"). Их мир был переименован в Атисс и посвящён Бессмертным богам ситхов. Хотя катуманцы позже вырвались на свободу, когда их сородичи из семейства кошачьих узнали об их местонахождении и вторглись на Эресус, где их держали в заточении и охраняли предатели-зайгеррианцы, катуманцы больше никогда не претендовали на родной мир.
   Центром будущих режимов ситхов станут миры, где культовые знания и зачарованные артефакты будут храниться и охраняться Служителями Ночи на землях, отравленных проклятыми храмами, лесами с духами, нечестивыми горами и кишащими демонами пещерами. К таким мирам относятся Ксот, Новый Ксот (позже - Н"зот), Крайсс II, Моргантус, Альферидис, Медриаас (позже известный как Нафема), Музара, Томо-Рет, Нилребма II, Восс, Доан, Джангуин, Ондерон, Ароруа, Тасколлан, Джун, Хот, Джагуада, Крускан, Забба II, Милинар, Серепентис, Деспора, Малакор V (родина их союзников малагарцев), Квасти и Дженнехем. Многие из их подземных городов были построены с помощью нитокрис.
  
  Не все было гладко для ситхов: арбранцы одержали над ними верх, а крылатые, львиноголовые, змееподобные иэлайны оказались слишком грозными, чтобы их можно было одолеть или переманить на свою сторону. Хотя иэлайны не стали уничтожать ситхов и не позволили своим ракур'даанам сделать это, они в ужасе прогнали их обратно на Дроменкас! Когда на их берегах разразилась война, пришло время уходить, ведь они принадлежали к ордену Решительных. Теперь они говорили с ракур'даанами. Многие решили присоединиться к ним. Другие хотели отправиться на Срилуур, планету, где жили потомки иэлайнов - викваи, в надежде, что те смогут их защитить, ведь викваи разделяли философию ордена Рассудительных.
   Поэтому иэлайны с грустью изменили своих великолепных Темных Волков, наделив их жалами.
   Многие из других их любимых созданий предпочли уйти вместе со своими создателями, но не все, и иэлайнам пришлось изменить и своих бха'лиров, бинарианских и единорожьих бизонов и саблезубых кошек, которые не хотели покидать свои миры.
  Эти защитные механизмы пригодились, когда смертоносные вопли Бандиго, отпрысков Виндагона, покинули Виндигал вместе с Анну-датами и Дефелами, чтобы напасть на Срилуур и другие миры в регионе Периферии.
  
   Для викваев противостояние с ситхами означало годы войны и гибель старейшин. Хотя они, скорее всего, смогли бы восстановиться, их использовали в своих интересах коррумпированные правители, которые, позаимствовав элементы джиданской религии, распространявшейся в то время по галактике, создали анимистический пантеон под общим названием Сант, в основе которого лежали культы Архитекторов и Древних. Пантеон изобиловал отвратительными практиками, такими как идолопоклонство перед талом из чёрного камня (на срилуурском языке "тал" означает "обман", но это значение было искажено и стало означать "благословение" и "милость"). Общество викваев деградировало духовно и культурно, и спустя много лет на эту арену вышли хатты.
  
  За дверями
  
  МАШИНА КОШМАРОВ
  
  Предтечи К"реллы были гордой и технологически развитой расой с планеты К"рул в секторе Атравис. Их также называли креллами или кьюреллами из-за красной, похожей на коралл чешуи, покрывавшей их тела.
  Ещё до Оратории Онрай они верили, что смогут искоренить Тьму, проникшую в Небесную реку. Хотя Целестиалы позже предупредили их, что уничтожение Земных миров не входит в планы Создателя, Кел"таркПей, Восходящий К"релл, надменно ответил: "Но это воля К"реллов!" И крылатые радиально-симметричные цефалопоиды направили все свои ресурсы на достижение этой цели.
  
  Первым из четырёх этапов их плана по искоренению Тьмы было самовозвышение. "Чтобы победить врага, нужно его изучить; чтобы изучить врага, нужно стать таким, как он". Поскольку этот процесс должен был проходить в тайне, чтобы их предки и родственные расы не попытались им помешать, к'релы построили огромную лабораторию под поверхностью необитаемой планеты Альтаир 4 в секторе Трасибул.
  
   Первые попытки повысить уровень интеллекта дали неоднозначные результаты: некоторые к'релы стали достаточно проницательными, чтобы понять, что их путь ведет не к возвышению, а к безрассудному погружению в безумие. Но остальных охватило безумие, и мнение мудрецов осталось в меньшинстве. Более успешными оказались попытки создать слуг.
   Второй этап, начавшийся в разгар первого и продолжавшийся еще долгое время после четвертого, заключался в наблюдении. Понимая, что люди могут создать проблемы, к'релы следили за земными мирами.
   Они также наблюдали за деятельностью странного врага, противостоящего как Целестиалам, так и Архитекторам. Из множества агентов, прибывших на Сол, телепаты-ракши появились из сумрачного культа Эона Гнозиса на странных кораблях-кубах. Из своих величественных крепостей на Ифе они делились силой и знаниями о том, как создавать оружие, с коварными и бесчестными людьми, убивая или порабощая своих противников. Ракши долгие годы поддерживали в себе жизнь, вселяя свои порочные души в избранные человеческие тела. Этой силой они пользовались в Храме Пламени с помощью технокультистских артефактов - Жезла и Короны. Но свергнутый король поднял свой народ на борьбу, отрубая конечности и разбивая головы, и в конце концов изгнал ракши с планеты. Поначалу победа людей казалась многообещающей, но к'реллы увидели, что порочные учения ракши о превосходстве одних над другими не были отвергнуты, как следовало бы, а сохранились и распространились, словно чума, по всему Солу. Это стало еще одним доказательством того, что отвратительную расу людей необходимо уничтожить, пока идеология превосходства не заразила всю галактику.
   Но к'реллы давно подозревали об этом, с тех пор, как пришла Тьма, и, несмотря на нежелание помогать людям, они были достаточно мудры, чтобы понять, что этот враг представляет собой более серьезную угрозу. Поэтому они отправились к северному полюсу Уртхи и там, в самых глубоких водах, вместе со своими искусственными слугами возвели колоссальный город, из которого они могли наблюдать за грядущими приспешниками и союзниками зла и противостоять им:
   Первыми были загадочные, изменчивые и непостоянные полипы, известные как летающие полипы. Бесформенные хищники, они были посланы Древними на Якш, Йит и Тунд, но на Уртхе они построили свои башни из черного базальта и ждали, потому что там у них была целеустремленная миссия - охотиться и убивать людей.
  Злобные хотиане - крылатые осьминогоподобные звездные отродья Тайфоджема, которые тайно вступили в союз с безликим богом в облике ползучего тумана, а Уртха была его тайным предприятием. Звездное отродье могло замораживать всех, на кого оно смотрело, оставляя их разум и органы активными. Они были посланы тайно, чтобы Тилотни не уничтожила их, хотя им противостояли Д'ми'го и К'рел.
  Грибовидные Д'Ми'го (иногда известные как Ми-Го) - технологически продвинутые охотники за мозгами от Астора, короля Охры, якобы посланные противостоять Целестиалам, но тайно получившие от своего хозяина задание напасть на двух Клыкастых Богов и подготовить миры и умы к его приходу. Обладая перепончатыми крыльями, эллипсоидными головами и телами ракообразных, они обладали редкой способностью летать в космосе с огромными скоростями, первым захватив Майгито (от которого, как полагают, и произошло название этих видов Внешних Сил), и основали свою столицу в Югами.
   Д'ми'го стали тайными агентами еще одной силы, потому что полюбили Ночную Королеву, которая верно служила Архитекторам. Их успех в захвате невероятно угловатого Мерцающего Камня, который давал им возможность перемещаться между измерениями, привел к открытому восстанию против Повелителя Планов, когда тот узнал об их предательстве. Поклявшись уничтожить всех до единого представителей этой расы, он отправил своих желтых кавангов охотиться на них. Но д'ми'го были под защитой Древних, которым они первыми передали Мерцающий Камень, и поэтому Отродья Древних нападали на слуг безумного Короля Охры, где бы те ни находились.
   Мерцающий Камень был непостоянным артефактом, сияющим трапецоэдром, который для Таргорограхт стал окном во все пространство и время. Заглянув в него, она велела своему хитроумному сыну Атлахначе расширить огромную магическую сеть Великого Черного Гнезда за пределы Иллатуриона в Страну Грез. Тайфоджема это связало с центральной зловещей фигурой Внешних Богов, которой он теперь тайно поклонялся. Для Оорадрила это открыло секреты тьмы и способы, с помощью которых его потомство могло сбежать из Иллатуриона. Но камень также заставил Вуцека обратить на них внимание, что заставило их задуматься, и, поскольку во второй раз это у них не сработало бы, было решено оставить артефакт на Уртхе в качестве приманки. Таким образом, К'релы завладели им и пристально смотрели на него... а в ответ на них смотрел гипнотизирующий красный глаз.
  Третьей частью плана К'релов было создание устройств.
  Теперь они вкладывали в это свой огромный интеллект и энергию. Созданные ими ранее роботы были достаточно безобидными, с различными моделями, предназначенными для оказания общей технической и трудовой помощи. Значительно менее развитые, чем расы оссерианских Хранителей или потомков Муабина, но все же созданные на принципах ненасилия, по мере того как ментальное и духовное состояние К'релов ухудшалось, то же самое происходило и с их Механическими людьми, и многие из них были перепрофилированы для ведения боевых действий и распространены по галактике.
  Но главным чудовищем К"рела был суперкомпьютер шириной в тридцать три тысячи километров, способный создавать материю силой мысли. Это достигалось с помощью захваченных ими Маруфлетов... или, точнее, с помощью мозгов бедных обезьян; такое безумие оправдывалось тем, что эти существа были немногим лучше животных. То, что впоследствии они стали демонами Кошмаров, возможно, повлияло на название их суперкомпьютера, который стали называть Машиной Кошмаров. Под руководством Восходящего Кел"таркПея К"рел создавали причудливые биологические организмы, самым значимым из которых были многоклеточные протоплазматические рабы, называемые шогготами. Они не только помогали строить по всей галактике тайные города, из которых можно было наносить удары по растущему числу врагов, но и могли быть превращены в грозную армию убийц и отправлены против мрачных обитателей Иллатуриона.
  
  Впервые увидев тошнотворные, сводящие с ума бесформенные сгустки протоплазмы, Восходящий Хорнт Орнтари яростно заспорил с Восходящим Кел"таркПеем. "Разве ты не видишь, что мы зашли слишком далеко? Переступили черту, за которую нельзя возвращаться? Ввязались в то, во что не следовало? Нарушили клятву, данную Вечному?"
   "Да, - ответил Кел'таркПей. - Именно это мы и сделали. Это было необходимо, чтобы победить столь грозных противников и спасти галактику. А теперь вы дрожите и брюзжите. Убирайтесь с Альтаира-4. Возвращайтесь на К'рул, все, кто разделяет эту трусливую точку зрения. А мы тем временем займемся трудными задачами, которые вам не по плечу!"
   "Скажи мне честно, с кем ты разговариваешь в сияющем камне? Что бродит по коридорам, когда все спят? Кто этот человек без кожи, который шепчет по ночам?"
   Но эти вопросы только разозлили Кел'таркПея.
  "Думаю, вам лучше уйти прямо сейчас. Идите и прячьтесь в тени, пока мы делаем то, что не под силу никому другому. Прячьтесь, если хотите. Просите прощения у Целестиалов. Просите прощения у своих потомков, потому что здесь вы его не найдете".
  - Отлично, - надменно ответил Орнтари, - а когда ты сам станешь врагом, нам придется иметь дело с тобой!
  Орнтари ушел вместе с несколькими единомышленниками и, вернувшись домой, сразу же приступил к созданию особого оружия, которое помогло бы им защититься от сверхъестественных сил, которые вскоре высвободит Кел'таркПей. Так появились могущественные Глефы.
   Последний этап их плана был реализован спустя несколько лет после того, как Архитекторы впервые заявили о себе. На Нотроне они обнаружили, что богиня Виа - это то же самое существо, что и Архитектор Онрай. Но в ответ на эту информацию Целестиалы лишь сказали: "Мы дали им мудрость и истину в изобилии, но люди верят в то, во что хотят верить".
   Четвертая часть их плана называлась "Приглашение". Когда к'релы наконец убедились, что достигли вершины своих научных достижений, они заманили Архитекторов на Альтаир 4 с помощью средств, предписанных Онрай.
  "Теперь Архитекторы будут уничтожены порождениями их собственных снов!" - воскликнул Кел'таркПей.
  Когда прибыли Архитекторы, К'релы задействовали устройство, которое начало генерировать формы из фантазий подсознательных разумов своих жертв, находя эквивалентную субстанцию из иллюзии, чтобы придать мощь адскому видению, вызывая множество ужасающих и инфернальных существ из снов, появляющихся из пустоты!
  Но вместо того, чтобы проявить страх, Тилотни была оскорблена: "Еще одни адские твари? Какая пустая трата таланта!"
  Холодный Данда Син развеселился: "Это что-то новенькое для них!" Его глаза покраснели.
  Великолепный Ап был очарован: "Перед нами - превосходное состояние улучшения способностей, которое редко наблюдалось даже среди нашего высшего потомства".
  "Искать..." Тилотни приказал Адским тварям броситься вперед.
  "И уничтожить", - добавил Холодный Данда Син, смеясь, и направил армию кошмаров на их создателей. Адские твари безудержно набросились на К'релов, питаясь их страхом. Когда на Альтаире-4 осталось всего десять процентов К'релов, Тилотни приказала существам остановиться, и машина выключилась.
  "Аппарат выведен из строя", - сообщил ей Ап.
  "Значит, вы жаждете мести", - обратилась Тилотни к перепуганным остаткам К"релов. "Хорошо! Такие, как вы, нам пригодятся. Перенеси их".
  "Я переместил их в один из наших миров в Иллатурионе", - сказал Холодный Данда Син после того, как они исчезли. - "Тайфоджем, скорее всего, захочет их использовать, потому что он донимал меня просьбами привести к нему Старшую расу, которую он мог бы использовать в своих целях. Он думает, что действует тайно, но мы-то знаем, чего он на самом деле хочет..."
   "Он испытывает моё терпение, - заметила Тилотни, - но пока что он нам полезен".
  "А что с машиной?" - спросил Ап. - "Я изучил её устройство и понял, что она не совсем то, что предполагали К"релы, - не аксиоматический индуктор эктоплазматического моделирования, а скорее устройство, создающее вибрирующую полость, которая магнитным образом притягивает эйдолонов схожего темперамента"
  "Она будет здесь, если нам когда-нибудь понадобится", - сказала Тилотни перед тем, как они ушли.
  Итак, "Машина кошмаров" долгие годы оставалась неизвестной на Запретной планете, скрытая под землей до тех пор, пока несколько столетий спустя туда не прибыл крейсер Объединенных Планет C-57D.
  Группа исследователей с Уртхи обнаружила затерянную колонию и проклятую лабораторию К"рел и уничтожила ее. А когда история о "Машине кошмаров" превратилась в легенду, несколько поколений спустя было предпринято несколько попыток воссоздать ее.
  Тайфоджем, окутанный густой тенью, посетил К"рел на Туле, планете, названной в честь его сына Мху"анТула, где когда-то жили толианцы. Наложив на них сонные чары, он стер все воспоминания об их прошлом как представителей Старшей расы, но не лишил их знаний и способностей, и переименовал их в хтолов (или католов) в свою честь. Затем, забрав часть хтолов на Альтаир-4, он приказал им использовать свои силы, чтобы создать для него новые расы слуг. Чтобы помочь им в этом, он дал им рабов-джостранцев.
   Что касается К"релов, которые все еще сражались на Уртхе, то после прибытия Пан-пренеров они были загнаны в глубины океанов. Эта раса Предтеч была потрясена видом подземных городов К"рел, построенных с помощью шогготов. Еще более тревожным, чем этот протоплазменный выводок, было безумное самовозвеличивание К"релов, которые когда-то были их собратьями, но пали так низко, что стали поедать человеческую плоть и провозгласили себя древними создателями людей! Отказавшись называть их Старшей расой, Пан-пренер окрестили их Старшими тварями и объявили им войну! Первые сражения побудили зловещих шогготов отвернуться от К"релов и бежать в другие миры и измерения. Тем временем на Уртху прибыли Сситер и похитили Мерцающий камень, который был у К"релов.
  
   Лишь немногие знали, что Архитекторы и другие силы не дали враждующим сторонам объединиться, и именно поэтому, несмотря на то, что люди стали мишенью для могущественных и злобных разумов, они не были уничтожены.
   Большинство людей пребывало в блаженном неведении о конфликтах, которые происходили в отдаленных уголках их мира, под водой и в гигантских пещерах глубоко под их ногами, хотя некоторые все же узнавали о них. Если бы массы увидели то, что выходило за рамки их ограниченного воображения, они бы сошли с ума, ведь именно такая судьба постигла тех немногих несчастных, кто мельком увидел эти непостижимые видения, кто спустился по бесконечной лестнице под Городом Столпов, кто записал мучительные, богохульные слова, которые хрипло произносили невидимые существа с горящими ненавистью и злобой глазами.
  
  ЗВЕРЬ ИЗ К"РУЛА
  
  Адские твари из Машины кошмаров не задержались бы в Иллатурионе надолго. "Скоро откроется дверь, - сказал голос из темноты Септераэри, избранному предводителю Адских тварей. - Найди своих создателей и всех К"рел, которые не подчиняются Тайфоджему. Как только ты их уничтожишь, захвати Земные миры!"
  Остатки джостранцев нашли убежище на Геогнозисе. Поначалу их радушно приняли союзники-гридлы, которые прониклись к ним сочувствием из-за того, что родной мир джостранцев, Киилпар, был захвачен рафами и их слугами-людьми. Но джостранцы скрыли тот факт, что ранее они переселились на Мунлали Мафир, и гридлы горько пожалели о своем сострадании и доверии, когда джостранцы взяли в заложники их королеву.
   После этого бесчинства джостранцы объяснились. Неудачная попытка создать великую державу стала для них сокрушительным ударом, особенно с учетом того, что многие из их правителей были убиты. Но даже войны не могли объяснить таинственное исчезновение стольких их соплеменников. "Но ваши учёные славятся своим мастерством. Найдите наших пропавших людей!" Гридлов не обрадовали эти требования, но, поскольку выбора у них не было, они приняли вызов.
  Учёные надеялись, что, разработав более совершенные Прыжковые врата, они смогут отследить перемещение любого существа, похожего на джострана, а затем открыть проход в тот мир, куда он исчез. И когда им наконец это удалось и новая система слежения заработала, джостраны праздновали победу. Даже геогнозианцы были довольны. Они открыли Прыжковые врата в мир, куда ушли пропавшие джостраны, не подозревая, что их забрали в рабство на Туле. Не успели они отправить разведчиков, чтобы вернуть их, как из врат вырвалась эбеновая фигура Септераэри!
  
   За этим последовало убийство королевы геогнозианцев и порабощение всех остальных, ведь Адские твари были гигантскими и безжалостными, и казалось, что никто не сможет им противостоять. Геогнозианцы склонились перед ними, и большинство из них были пощажены и получили задание построить Чёрную крепость. Джостраны были помещены в геогнозианские сосуды до тех пор, пока "мозговые черви", как Адские твари называли эту расу с Туле, не будут помещены в тела человеческих трупов, чтобы создать армию Истребителей.
   Путь Септераэри к господству начался с завоевания неприсоединившихся миров. Он продолжал искать К"рел - ведь Адские твари не забыли о том, как расправились со своими прародителями, - и вскоре пытки и смерть Шифалы Шариф привели его на прародину К"рула, которая в то время была известна как Крулл.
   Но, к его досаде, К"рел исчезли, давно отправившись на войну с Д"ми"го, которые нападали на лурменскую колонию на Майгито. В качестве символического жеста Зверь, как его называл правитель Шифалы, объявил этот мир своим и стал ждать возвращения К"рел домой. На К"руле было всего несколько жалких человеческих королевств, и он собирался подчинить их и взять в жены их принцесс, чтобы произвести на свет королевских отпрысков, которых он назначит правителями на завоеванных им планетах.
   Но в своем высокомерии Зверь не допускал мысли о поражении. Отряд воинов и волшебников, намеревавшихся спасти похищенную принцессу из Чёрной крепости, прошёл по смертельно опасной местности, чтобы добыть редкое оружие, которое передавалось из поколения в поколение в их королевском роду и должно было помочь одолеть этого ужасного врага. И хотя многие не выжили, их смекалка, отвага и помощь Глефы привели к тому, что Зверь встретил свой конец!
   После уничтожения Септераэри новая геогнозианская императрица отправила свои войска на захват всех оставшихся на Геогнозисе джостранов, после чего взошла на трон предков и заявила своему народу: "Никогда больше раса гридлов не будет подчиняться другим! Как наши кузены, полдты, пытались нас обмануть и за это были изгнаны под землю, так и джостраны понесут наказание!" Джостраны бессильно вслушивались в радостные возгласы, раздававшиеся в ответ на эту речь, из сдерживающих полей, в которые их поместили. "Когда-то вы сделали нас своими рабами, а теперь вы сами станете рабами! Вы больше не боги и даже не джостраны, но, возможно, в качестве мозговых червей вы принесёте пользу нашему великому обществу!" Как и Адский зверь до этого, они поместили джостранов в тела павших воинов, превратив мёртвых в рабов-зомби. Так и культура гридлов погрузилась во тьму, в то время как Джеонозианская империя превратилась в грозную силу, правящую на просторах Просвечивающего моря и в космосе.
  
  ВЛАДЫКИ СЕМИ КОРОЛЕВСТВ
  
  До начала войны объединенные маги Прира-Кена и Квиру собрали огромные армии, чтобы защитить свой новый дом. Но стало известно, что Вултум, волшебники Каэр-Ду и ужасные сармаки из Сарма объединили свои темные силы, чтобы создать злобных и жестоких гибридов: кровожадные армии львоподобных бантов, скелетоподобных моргоров, ситхских шершней, вампирических людей-растений, отвратительных аптов, паукообразных нолтаев и мерзких партов. Вултум выпустил на волю грю, а сармаки - своих мутировавших отпрысков.
  Прибыли и колдуны и ведьмы Сета, которых местные жители называли корфалами.
  
  Это побудило лидеров Перворожденных использовать свои объединенные силы, чтобы создать более мощную армию, способную противостоять врагам. Когда был объявлен призыв, многие добровольцы явились в столицу со своими зверями. От их союза появились усиленные варианты. У них часто было по шесть конечностей, как у затиров (зелёных людей), ушонгов и ильтурских обезьян из Айхая, а также у формийцев, сабитов, свистящих пчёл и синих обезьян из Сфаномоэ. Но синие воины, кентавры и пеллюцидарские муравьи оказались бесполезны, и вместо того, чтобы уничтожить их, их отправили на Уртху.
   Враги обрушились на них, как саранча на созревшие поля, и квиру с прира-сен рубили головы в туманных лесах и проливали кровь на широких равнинах. Всё это время они и их армии сражались как единое целое, уничтожая злобных демонов и заставляя тех, кто остался, скрываться.
   Квиру и прира-сен отпраздновали свою победу брачными союзами, и коренные народы, как древние, так и новые, провозгласили их владыками Семи королевств, ведь они правили половиной Айхая из великих городов: Джеккары, Джахара, Шондакара, Рианнона, Руха, Сарка и Синхарата. Но в Игнар-Вате, на восточном берегу великого Яханского канала, по-прежнему правил Вултум, а проклятая бухта Чаур была местом ужаса, где обитал Эйдолон Слепого. А в Йо-Вомбисе йорхи были почти полностью истреблены безымянными тварями-пиявками, и в живых осталась только ветвь Айхай. Хотя Враг и проиграл первую крупную битву в этом мире, война продолжалась, ведь Тёмные Лорды не потерпели бы союза между сефи и эрутросами, которые своей силой могли бы влиять на других. Так, со своими скользкими слугами и жужжащими питомцами, Враг, словно дым, пронёсся по этим землям, развращая народы, так что со временем даже название мира стало ассоциироваться с Тёмным Лордом и его лунами, прозванными Глазами Тара.
  
   Лорды Семи Королевств позволяли себе вступать в связь как с людьми, так и с полулюдьми. Их дети рождались с разной окраской кожи, хотя некоторые так и оставались яйцекладущими. Первый тревожный звоночек прозвенел, когда надменные Перворождённые отделились от остальных, предпочтя Иссус и иллюзию превосходства. Вскоре за ними последовали и оровары. Сменялись поколения, и остальные тоже по глупости разделились по цвету кожи, образовав обособленные кланы.
  Предчувствуя грядущие серьезные конфликты, безклыкая двурукая раса с синей и фиолетовой кожей, отделившаяся от Затиров и воспитанная Прира Сен, покинула Айхай через Гиперврата, чтобы основать мирную цивилизацию на Таммуз-ане - так они называют себя и по сей день. Более низкорослая четырехрукая раса переселилась в мир в секторе Сенекс, который они окрестили Нарсом, а воинственная шестирукая раса была сослана на Эбру.
   Наследники престолов Владык Семи Королевств распространили свое влияние на другие миры системы, подарив верных калотов, которых они привели с собой, ороварцам, чтобы те служили им в качестве домашних животных и охранников. Но их поступки не всегда были столь альтруистичными, как могли бы быть. На покрытом облаками мире Сфаномой (который уртханцы называли Венерой, а местные жители - Амтором, Заровией или Ша-Ардолом) Прира Сен узурпировали власть в столице Риабоне, отобрав ее у Кансинов, заявив, что делают это ради блага народа. Кансины были потомками Перворожденных Шоламов, но они подчинились новым правителям и стали называть их Облачным Народом.
  Но не все взаимодействия проходили так гладко, и за нарушение равновесия всегда приходится платить. Когда Прира Сен спаривалась с привлекательными представителями Морского народа, которые были амфибиями, потомками сунеси, обитавших в плавучем газообразном Красном море за Горами Белого Облака, некоторые из их детей рождались с дарами Силы, унаследованными от предков. Но таких было немного. И последние с гневом смотрели на первых.
   Еще одной королевской династией, переживавшей не лучшие времена, были гордые и властолюбивые Лхари, которых изгнали с Высоких Плато за жестокость. Желая отомстить своим старейшинам из Лотарии, Лхари начали искать древние технологии Шолама, которые, по слухам, были спрятаны на Сфаномоэ. Раса Предтеч, похожая на саламандр, покинула этот мир еще до Эмпирейских войн. Они действительно спрятали устройство на основе Космония, с помощью которого можно было создать могущественную расу воинов. Хотя злодеи Лхари в конце концов были повержены, секреты Шолама стали известны лотарийцам, которые позже создали Воина, призванного исцелить Айхай. А много позже его нашли занибарцы и использовали во зло, чтобы с его помощью их потомки основали Вечную империю.
   Леди Илия Амм была прародительницей народа Нети. Когда она вернулась в эту систему, чтобы найти лорда Ллеулла, она с удивлением обнаружила, что мир изменился и им правят фракции Перворожденных, которые называют себя владыками системы и стремятся вернуть утраченное бессмертие. Предстоя перед владыками Семи королевств, она выступила с резкой обличительной речью и пророчеством: "Вы знаете, что все, кроме Решительных, познают смерть, но вы используете свою власть и могущество, чтобы обрести невозможное бессмертие".
   "Ты считаешь себя мудрой, - ответил один из владык, - но что ты знаешь об этих землях, которые ты покинула, и о наших страданиях на них? Об ужасных битвах, в которых мы участвовали? О народах, которые начинают сомневаться в нас и восстают против нас? О глазах во тьме, которые никогда не спят? О нашей угасающей молодости и невинности, превращающейся в прах? Лучше обрати свой гнев на тех, кто пересек космические океаны, чтобы добраться до этих миров, но до сих пор остается скрытым от нас". Или на злых колдунов вроде Алендара из Минги, бывшего правителя Ксиккарфа, известного когда-то как Маал Двеб, который разводит, продаёт и ублажает самых изысканных и поразительно красивых женщин в своём замке на берегу бушующего Великого моря Шаардола? Вас долго не было, леди Амм.
  Она со вздохом ответила: "Я не слепа и не бесчувственна к подобным страданиям. Вы использовали свою силу, чтобы защитить эти миры, но сила - это обоюдоострый клинок, от которого трудно отказаться, однажды пустив его в ход. Я знаю лишь одно: если вы продолжите стремиться к бессмертию, то навлечёте на этот мир, который вы так любите, великое бедствие, и тогда вы, ваши дети и дети ваших детей погибнете. Когда пролетит комета и станет невыносимо жарко, вы поймёте, что мои слова сбылись".
  
  Опечаленные этим предсказанием, представители старшей королевской династии Квиру отправились в дальние края, чтобы поразмышлять над этим. Они строили города с куполами в полярных ледяных шапках, где собирались возводить великие чудеса, в надежде, что Мыслители - так их стали называть - смогут предотвратить грядущую катастрофу.
  Леди Амм продолжала поиски лорда Ллеулла, но его нигде не было, и лорды не знали, где он и что с ним.
  Теперь он называл себя принцем Тагорденией.
  Обратившись ко тьме, он вступил в союз с некромантом, который в обмен на продление жизни предоставил коррумпированному Нети собственное карманное измерение и отряд Пурпурных жриц, чтобы заманивать в его логово аппетитных жертв.
  
  Последней задачей, которую леди Амм выполнила перед возвращением в Мукуэрт (позже - в Мукуру), было устранение некоторых скрытых угроз, о которых говорили лорды. У Нети не было сил, чтобы уничтожить погребенных в могилах Темных Владык. Но она могла это сделать, и она это сделала.
   Вместе с Владыками Семи Королевств представители трех Старших рас сплели тайное заклинание сомнифер демониум вокруг холодных серых богов, сокрытых в этих мирах. Тот, кого квиру называли Фаролом, а марсиане - Вультумом, был проклят и погружен в сон, как и Сайг с Лсой, пробуждавшиеся лишь раз в тысячу лет. Однако они не могли оставаться в заточении вечно, потому что Пурпурная Жрица и ее танцовщицы приносили жертвы в честь восхода Безумной Луны.
  
   Шли века, и случилось то, чего так боялась леди Амм. Владыки стали бояться старости и смерти, как чего-то отвратительного, и направили всю свою энергию и мысли на то, чтобы избежать их. В конце концов, не имея возможности черпать силы из истощающихся запасов, Владыки Семи Королевств начали выкачивать энергию из самого Айхая. Они даже вытягивали жизнь из Солнца в обмен на семя.
  
  Но Смерть не обманешь. Комета предвещала конец света. Когда пять океанов начали высыхать, из естественных трещин на поверхности планеты были построены каналы и водотоки, которые были расширены, чтобы обеспечить поступление драгоценной воды из полярных ледяных шапок. Это было задумано Мыслителями, и, хотя это была всего лишь временная мера по предотвращению катастрофического краха, какое-то время она работала.
  И вот тогда Враг нанес удар! Племя Прира-Сен подверглось нападению и было свергнуто змееподобными колдунами Затерянных островов и их налетчиками. Когда всякая надежда была потеряна, они стремились сохранить себя, не подозревая, что этот процесс превратит их в плотоядных мумий. Но змеиные маги тоже приложили к этому руку. Затем дхувиане предприняли попытку захватить Семь королевств, манипулируя испорченной Человеческой империей Сарк, чтобы развязать великую битву против свободных народов Кхондора. Их победа продлилась недолго. С помощью Пловцов и Небесного народа кхондоры сокрушили головы Змеиного народа, вынудив одних уйти в подполье, а других бежать в миры Джати и Давнар, которые дхувиане называли Дхувнар. Несколько рас перестроились впервые за столетия, такие как Перворожденные Оровар и Окариан, унаследовавшие скрытый краснокожий вариант от своих предков-квиру.
  Но по мере того, как ресурсов становилось все меньше, а атмосфера разрежалась, илтуры одичали, а затиры, которых тогда было много, больше не могли служить; они обратились противЛюдей захватив их города в то самое время, когда оровары разорвали свой союз.
  Только усилия ученых, работавших над созданием атмосферного завода, спасли мир. Но этого было недостаточно, чтобы остановить падение великих королевств, поскольку различные расы были вынуждены жить в изолированных городах-государствах или кочующих группах беженцев. Пловцы не смогли бы пережить высыхание океанского дна, в то время как Небесный народ уменьшился бы в размерах и численности. Завоевания стали доминирующим образом жизни, когда Зеленые люди разделились на враждующие племена, а Красные марсиане пришли к власти, невольно поддавшись манипуляциям жреческого культа каннибалов, которыми самими манипулировали Перворожденные.
  В отчаянии, пытаясь сохранить свое тающее королевство и свои жизни, Рамас (потомки павших Владык) прислушались к голосу во тьме. С тех пор члены Гильдии Техников были вынуждены экспериментировать с созданием чудовищ, а лорды Синхарата добывали предметы невероятной силы в Храме Пламени до того, как Крепость Ракши была разрушена. Украденные Жезл и Короны были бесценными инструментами обмена разумами, с помощью которых лорды могли жить бесконечно, вселяясь в юные тела представителей так называемых низших рас, что обеспечило Синхарату дурную славу, пока Рамас не были наконец повержены.
   Большинство некогда величественных столиц теперь заброшены, их преследуют призраки долгих веков и темных деяний, или же они погребены глубоко под песками, скрыты под более поздними городами и забыты. Появились новые города - Йорн и его вассальные государства: Большой и Малый Гелиум, Каратор и Птарс, - в то время как древние города приходили в упадок или переходили из рук в руки.
   Из варварских племен, потомков кхондоров, только северное племя таарак сохранило благородство, внимая голосу тех, кого они называли Ангелами, побуждавшими их стремиться к мудрости и невозмутимости. Таарак, наделенные силой и проницательностью, стали одними из величайших Защитников галактики.
  В цивилизацию, находившуюся на грани гибели, пришли те, о ком повествуют известные предания: принцесса из простого народа, благородный чужеземец из иного мира и благородный Зеленый Человек. Вместе они восстановили сотрудничество, мир и равновесие с помощью Конфедерации городов-государств, которая помогла спасти Айхай от всего, кроме жадности корпораций Уртхи, которые пришли сюда два столетия спустя, чтобы эксплуатировать этот мир. Хотя более сильные города могли сдерживать натиск колонизаторов, но с учетом того, что Джахар лежал в руинах, а на севере хозяйничали варварские племена, города южного полушария, расположенные на экваторе на берегах Белого моря, не могли этого сделать... и Змеиный народ продолжал скрываться в тени.
  
  ОХОТНИКИ ЗА ЭЛИКСИРОМ
  
  Чтобы умилостивить джен"ари, требовавших дани, жрецы Сситер и Киссай с помощью генной инженерии создали расу воинов из генетических образцов таунгов, феоринов и куарренов и обучили их военному делу. Последователи Невидимой Королевы периодически наведывались на Дроменкас, чтобы следить за этим процессом и проверять их верность, вынуждая воинов притворяться покорными, пока они набирались сил, учились и ждали возможности сбежать.
  Восстание рабов, в котором участвовали херглики, миралука и мрлсси (порабощенные вместе со своими сородичами мрисси), стало тем самым отвлекающим маневром, который был им нужен, чтобы избавиться от охраны массасси, угнать корабли, которыми их научили управлять, и сбежать через врата в джунгли и болота Хишима во Внешнем Кольце. Там они переименовали себя в хиш, что означало просто "народ", и решили вести тихую жизнь вдали от галактических конфликтов и призрака Черного Воина, олицетворявшего смерть.
  Но разъяренная их побегом Королева Ночи приказала изобретательной расе инсектоидов, аменги с Менджини, вернуть ей обещанных вассалов, на которых у нее были свои планы.
  Хиш, которые в то время создавали своё новое общество под руководством старейшин, которых они называли Древними, подверглись нападению. Превосходство противника в численности и вооружении ясно давало понять, что им снова придётся выжидать подходящего момента. Но похожие на тараканов аменги не стали сообщать о своём успехе Королеве Ночи, решив оставить рабов себе, зная, что из-за продолжающейся войны у Таргорограхт есть дела поважнее и она в конце концов прекратит поиски.
   Их рабы так хорошо притворялись сломленными, что альбиносу-хишу по имени Кааил потребовалось совсем немного времени, чтобы оценить ситуацию, разработать наилучшую стратегию и свергнуть своих самодовольных и высокомерных угнетателей. После ожесточённой битвы аменги признали своё поражение и согласились на порабощение.
   Обновлённый Совет Древних издал новые указы. Чтобы не впасть в праздность в охваченной войной галактике, они стали культурой завоевателей. Чтобы не впасть в гордыню, они разработали строгие правила поведения. Чтобы сохранить своё господство, они отправлялись в другие миры, чтобы учиться и развиваться. С тех пор они стали Хиш'к'тен, "людьми, захватывающими территории", и Э'Яутжа, "хищниками", а не "жертвами", потому что их больше никогда не унижали, не обращали в рабство и не относились к ним как к низшим существам.
   Среди первых планет, на которые они наткнулись, были малонаселённые миры, куда Джостраны много лет назад заселили рабов-людей, большинство из которых к тому времени деградировали до примитивного уровня развития. Некоторые сопротивлялись, но другие с радостью принимали любого, кто мог освободить их от рабства, и преклонялись перед Э'Яутжа.
   Наслаждаясь своим обожествлением, они приказали своим рабам-людям построить для них храмы, как на Терре I. Внешне эти храмы напоминали те, что были у ситхов на Дроменкасе, но их не интересовала эзотерическая магия. Храмы служили им ареной, где они могли испытать свои силы, часто используя в качестве добычи людей, поскольку бывали случаи, когда люди побеждали, что делало их достойными противниками.
   Ситхи не забыли о сбежавших рабах, но, занятые более важными делами, наняли малаков, чтобы те их поймали. Малаки были потомками Перворождённых Кревааки. Как и несколько других рас Предтеч, Кревааки создали своих потомков в подражание людям, когда впервые обнаружили присутствие этой расы. Малаки были настолько искусны в терраформировании, что Кревааки дали своим потомкам название "оссиане", что означает "подобные оссерианцам".
   Какое-то время они процветали на своей планете Оссия, которую превратили в райский уголок.
   Всё изменилось с началом Эмпирейских войн.
   Приоры Оссии были возмущены сообщениями о разграблении и геноциде в годы, предшествовавшие войне, ведь они знали, какое тонкое мастерство требуется для создания миров, и не могли спокойно смотреть на то, как эта воинственная раса, в подражание которой они были созданы, грабит планеты и сеет конфликты.
   Несмотря на неоднократные просьбы оссиан, Кревааки отказались что-либо предпринимать. Мучимые чувством вины за то, что ранее примкнули к Рассудительным, они настаивали на том, что должны придерживаться курса на мир, терпение и толерантность, и говорили, что возмездие - дело Отца Света. Вместо этого Кревааки порекомендовали оссианцам подавить свое негодование и направить свои силы на то, чтобы исправить хотя бы часть ущерба, нанесенного людьми.
   Оссианские приоры хранили молчание. Они не разделяли веру своих старших прародителей, и народ роптал, что, возможно, Архитекторы правы, когда говорят, что Предтечи что-то от них скрывают. Тем не менее приоры отправились восстанавливать Кобол, земной мир, который первым был разрушен людьми. Говорят, что они вернулись не такими, как прежде... потому что там, на берегах озера Кобалос, они получили приглашение и ответ на него.
   Приоры вернулись в Оссию. Облачившись в церемониальные доспехи Кревааки, приор Эрлих Д"йан предстал перед изумленным и любопытным народом и объявил следующее: "Отныне мы будем называться не оссианцами из Оссии, а малаками из Малы, ибо никогда больше мы не будем преклоняться перед лживыми Небесными и слушать сбившихся с пути истинного Кревааки. Мы будем чтить истину, которая есть Жизнь и Смерть, и станем ее посланниками. Любой, кто хочет вернуться в объятия наших заблудших создателей, может это сделать, но если вы останетесь, то поможете положить конец разграблению этой галактики. Наша миссия начинается на Септеворресе!"
  Когда речь была окончена, все как один поднялись со своих мест и разразились приветственными криками.
   Септеворрес в секторе Антемеридиан был одиноким миром, который кревааки использовали для размышлений и молитв. Теперь, когда по всей галактике бушевали сражения, его превратили в местный некрополь, за что он получил название Мир Семи Могил... Там был похоронен редкий Космониум.
   После Скорби многие расы-прародители утратили свою естественную способность создавать новые расы, и Эликсир Воскрешения был средством, с помощью которого они могли продолжать это делать. В состав каждого эликсира входила дистиллированная мазь из Космониума - редкого вещества, которое естественным образом вырабатывается в нескольких мирах и представляет собой квинтэссенцию Живой Силы, своего рода одухотворённый нектар, в который добавляют эссенцию своей расы. После Потемнения избранным из Решительных было поручено собрать Космониум и перенести его в скрытое карманное измерение, поскольку он обладал способностью даровать вечную жизнь, за что некоторые впоследствии прозвали его Водой Бессмертия. Но Кревааки уже похоронили свою надежду на Септеворресе после того, как дженеты по наущению Мнггала-Мнггала проникли в Кревас.
   Сами по себе дженеты не представляли угрозы, но один из них был заражён
  Мнггалом-Мнггалом. Об этом никто не знал до тех пор, пока огромная изменчивая масса метаморфирующей раковой ткани не начала отращивать бесконечные руки, конечности и множество глаз. Когда Бог Рака вырвался на свободу, чтобы превратить всё живое на Кревасе в свои части, Кревааки вмешались, поймали Ужаса и сожгли его дотла. Убедившись, что для заражения другого существа и начала нового цикла достаточно всего одной капли его крови, одного уцелевшего кусочка ткани, они тщательно осмотрели оставшихся дженетов, отправили здоровых на Гарбан, а затем приступили к очищению своего города.
  Опасаясь, что их священное средство было осквернено, они закопали мазь глубоко под землей, где никто не смог бы ее найти, не подозревая, что их падшие оссианские отпрыски наблюдали за ними издалека. Но малаки больше не верили рассказам кревааков, решив, что те сочинили какую-то замысловатую легенду о чудовищах, чтобы отпугнуть тех, кто захочет сунуть нос в их дела. Поэтому отряд их самых опытных разведчиков прибыл в Септеворрес и выкопал загадочную мазь.
   Предательство оссианской расы стало ударом для кревааков, как и для всех Старших рас, потерявших детей в той войне, но из-за кражи Космониума кревааки взвалили на себя всю тяжесть вины и наказали себя за столь сокрушительное поражение. Поклявшись во что бы то ни стало остановить своих отпрысков, они прибыли на Малу. Их появление стало неожиданностью для малаков, ведь их прародители принадлежали к Решительным. Но, увидев их ярость и мощь, приоры приказали эвакуироваться, оставив значительный отряд, чтобы отвлечь кревааков, пока остальные будут спасаться бегством. Малаки с сожалением покинули свой райский мир, но они действовали хитро, рассредоточивая драгоценное вещество по разным контейнерам, так что, когда кревааки, уничтожив авангард, сумели вернуть первоначальный контейнер, они не знали, осталось ли еще что-нибудь на свободе. И в течение многих лет они будут охотиться за ним.
  С эскалацией Эмпирейских Войн и их стремлением к получению больших знаний и ресурсов специалисты Малак из разных отраслей приступили к работе сразу после того, как обосновались на новой родине. В то время как Предшественники и Охотники Мала"рака нанимались к ситхам в обмен на ценные секреты и ресурсы, пилоты и инженеры Малак отправились на поиски миров и образцов для экспериментов; это было сделано в попытке создать расу бойцов, которые сражались бы на передовой против их противников. Результаты, которые им не понравились, были оставлены креваакам или использованы на людях, включая патоген, отправленный на Корону V, и быстро размножающихся гигерранов (выращенных на основе генов яутжа), ДНК которых была отправлена на Терру I.
  Их величайшим достижением стали иррукины, созданные из ханадаков, вирвульфов и обезьян с Ирудиру. Их подарили ситхам, которые использовали их в качестве сторожевых псов и солдат. Но охотиться на э"яутжа для малаков оказалось гораздо сложнее. Э"яутжа, более хитрые и искусные в этой смертельной игре, перевернули ситуацию с ног на голову, расставляя ловушки для охотников и поглощая их генетический материал, чтобы повысить свою силу, ловкость и интеллект. Эту практику они начали применять в отношении лучших из своих жертв. Не желая мириться с поражением от рук беглых рабов, инженеры вывели агрессивный вид эндопаразитоидов с защитным экзоскелетом и коллективным разумом. Если они не могли убить э"яутжа, то это сделают эти существа!
   Под предводительством своего Лорда-Хищника э"яутжа с удовольствием испытывали свои силы в схватках с этими новыми змееподобными противниками. Им даже удалось поймать королеву для собственных селекционных экспериментов. Но эти существа оказались гораздо опаснее, чем предполагала любая из рас. Они перехитрили своих противников и сбежали в галактику, чтобы основать собственный мир - первый из многих. Королевы и гигантские императрицы этой ксеноморфной расы откладывали тысячи яиц на многочисленных кораблях и планетах, и эти яйца ждали своего часа, пока не появлялись подходящие разумные существа, в телах которых они могли бы развиться. Мало того, эти кошмарные создания могли перенимать свойства своих жертв, так что будущие королевы учились телепатически управлять своими стражами, воинами и трутнями и даже влиять на потенциальных носителей через сны и кошмары.
   В ответ на это э'яутжа и малак заключили перемирие, чтобы победить чудовищных чужих, но даже это не помогло им в борьбе с отвратительными Друкати. Эта могущественная шестиногая раса псовых с лёгкостью расправилась с э'яутжа и малаками и начала разводить этих существ для своих тайных целей. Наконец, прихватив с собой множество яиц и молодых королев, они вернулись на Иллатурион на своих биотехнологичных кораблях, похожих на слизней.
   После этого малак вернулись к своим зловещим планам. Э'яутжа покинули Хишим и отправились на новые охотничьи угодья, оставленные друкати в Неизведанных регионах, но продолжали внимательно следить за тем, не вернутся ли эти ужасные враги.
   В то время Приоры стремились расширить свои границы. Предшественники наткнулись на несколько человеческих колоний на Антемеридии и Пришардии, где они обнаружили то же самое, что ранее узнали Э'яутжа: люди благоговели перед ними! Решение проблемы, с которой столкнулось человечество, было бы гораздо проще, чем предполагалось изначально. Для этого потребовалось лишь создать миф о малаках как о древних богах человечества. Несколько рас и существ выдвигали аналогичные требования, чтобы легче было заполучить имущество, но малак имели значительное сходство с человеческим обликом.
  Уловка сработала с некоторыми, но многие были преданы невидимому Верховному Создателю, в то время как другие были преданы Онрай или Виа. Тогда Малак попытались создать для них богиню, Женщину в Темноте, которой можно было бы поклоняться! Но то ли из-за их экспериментов, то ли из-за их оскорбления божественного, Малак утратили способность к размножению. Некоторые полагали, что это небольшая цена за трансцендентность, позволившую им стать богами.
  
  Затемнение Скайривера
  
  ТРИАДА ЗАБЛУЖДАЮЩИХСЯ
  
  Это был триумфальный момент. Великие врата были построены, и не так уж и скоро. Ужасные расы и организмы, которым нет названия, появлялись из
  скрытой Бездны и распространялись по всему пространству. Им была объявлена война! И вот Триада - три великие расы Вхорлов, Ксадоу и Ксаксаксов - приблизилась к своему апофеозу. С ними прибыло еще несколько союзных народов, которые также пожелали покинуть галактику в разгар войны, например, Па Тхо на промежуточной стадии.
  
  "Вы действительно верите, что нас примут?" спросила похожая на паука Ксадоу.
  "Разве мы не такие же великолепные божества, как они? Разве мы не можем менять форму по своему желанию?" - объяснил вхорл, превращаясь из китообразного в крылатого гуманоида. "Разве вы не можете путешествовать в космосе без использования врат? Конечно, они примут нас... и наших союзников.
  "А если они не примут?" - настаивала Ксадоу.
  "Мы существа с чистой волей и мыслями. Нам не нужно разрешение".
  "Ты хочешь сказать, что мы будем сражаться, чтобы занять свое место..."
  "Будем надеяться, что до этого не дойдет".
  Великие Врата были созданы так называемыми Великими как Межпространственные Врата - одни из немногих, - потому что Семеро по глупости дали Триаде средства для их создания. Из Бесконечных Говорящих только Лориан не пришел посмотреть, как они будут претендовать на место среди богов. У него были дурные предчувствия с тех самых пор, как Триада всерьез взялась за создание Великих Врат, которые должны были перенести их в Невидимое Царство Целестиалов. Он хотел, чтобы они могли защитить себя от могущественных врагов, а не штурмовали Врата Небес! Остальные шестеро утверждали, что то, как они распоряжаются данной им силой, никого не касается. Тогда Лориан обратился к Триаде: "Откажитесь от этой своей затеи, - предупредил он, - добром это не кончится". Но они не прислушались к его словам. "Что ж, пусть будет так. Теперь я вижу, что Целестиалы были правы. Я отправляюсь в Ксададрон. Там, в этой черной бездне, я буду до конца своих дней нести покаяние, пока мой Создатель не призовет меня домой, ибо это я сбил вас с пути истинного в самом начале".
  
  Настал решающий момент. Сияние Великих Врат внушало благоговейный трепет, и, несмотря на все сомнения, которые, возможно, испытывали некоторые из них, когда Врата наконец распахнулись перед ними, огромные корабли Триады без колебаний вошли в них...
  
  И оказались в кромешном аду! Это было не Третье Небо, не Эмпирей, а миазматическое пространство, наполненное унынием и бредом, царство зла, противостоящее жизни. Неизвестно, кто или что испортило Врата, но они вели к странным вихрям Иллатуриона, из которых вырывались корабли смерти!
  
  В них находились драхны и их гибридные потомки, которые захватят Ла"драх и Ксадум; зенеры, колонизировавшие Зендер за много лет до того, как дарги заселили этот пыльный мир; злобные вурды, заселившие мрачную и холодную Верду; и некроманты Ксаны из Ксантиира. Но это было еще не самое худшее.
  Из мрака появились хихикающие позолоченные кубы - Оорадрил, Найгит, Вару и Утоккуан! Как Сородичи скоординировали свой побег из зоны Гурик, где они обосновались, было неизвестно; известно было лишь то, что они уничтожат всех, кто не подчинится. С этой целью на перепуганные умы Триады и их создателей обрушились волны изнуряющих мыслей, которые те сочли десницей богов или рукой смерти для тех, кто не покорится.
   Триада развернулась и бросилась бежать обратно через врата, но многие поддались панике и были уничтожены в последовавшей за этим вспышке насилия. Ужас перед адскими ордами Оорадрила в сочетании с их мощным ментальным воздействием сломил три расы Триады и тех, кто пришел с ними.
   Бесконечные Говорящие в ужасе наблюдали за происходящим. Они не могли допустить, чтобы их потомство было уничтожено. Но все их попытки защититься казались тщетными и бесполезными. Тем не менее они продолжали сражаться.
   То, что сделали Сородичи дальше, не могло бы произойти, если бы обстоятельства не сложились благоприятно для них. В отличие от Целестиалов Небесной реки, Великие Они не совсем обитали в этой галактике; они были хранителями иного мира, где разделили свое сознание, чтобы попасть в Небесную реку. Семеро не придали этому значения, поскольку всегда были неуязвимы, и потому не осознали, в каком уязвимом положении оказались, и не поняли, что могут стать уязвимыми, когда зазвучали скорбные песни угнетателей!
  Они сопротивлялись, но давление нарастало; они были слабы, но все равно не сдавались; и так далее; но давление стало невыносимым, и сознание каждого из шести Великих разделилось на две части. Их разум и сердца уже были разделены между верностью и бунтом, между войной и миром, между отчаянием и гневом, и теперь они разделились в буквальном смысле!
  Первая разделенная часть шестерых была втянута в черноту Иллатуриона, словно длинными призрачными руками, и унесена в глубины, где их больше никогда не увидят в этом обличье.
  Другая шестерка, ставшая свидетельницей ужаса, обрушившегося на их расколотые половины, инстинктивно сплела вокруг своих душ кристаллизованный кокон и бежала в безопасное и скрытое убежище, где они могли бы выжить.
   В их царстве Онейрихоре их изначальные формы остались нетронутыми, но теперь, когда они были утроены и отрезаны от своих расколотых частей, они стали странными, угрюмыми и меланхоличными, словно утратившими свою прежнюю сущность. Лориан еще не знал об этом, но в таком состоянии на них влияла их темная сторона, из-за чего они порой даже обращали внимание на Ползучий Хаос, а порой отстранялись от него, и это влияло на Страну Грез, которой они управляли, делая ее более открытой для Кошамара и потусторонних миров.
  Что касается Триады, чьи разумы и души были разрушены Сородичами, то они все еще сохраняли свою мощь, и когда Ксадо обрушил на Драх"намов, Зенера и Ксана сокрушительный огонь, Ворл запечатал Великие Врата и присоединился к ним.
   Оорадрил и его братья и сестры улетели с толпой новых слуг, которыми они позже насытятся и обратят в свою веру. Увидев их спины, вторгшиеся расы восприняли это как знак к отступлению.
   Вхорлы улетели вместе с Великими Вратами, спрятав их там, где никто не смог бы их найти. Прежде чем вернуться на Вхорлин, ксадо заметили, что их разум изменился, и задались вопросом, не завладели ли их разумом эти кубические чудовища. Ибо теперь вхорлы изъяснялись сухо, с педантичной приверженностью к закону и порядку, что было им несвойственно. Когда на это обратили их внимание, они объяснили: "Мы вели себя как глупцы, убеждённые, что достойны войти во владения богов. Теперь мы должны доказать, что чего-то стоим, и последовать примеру наших создателей". Всё началось со строительства органических летательных аппаратов, подобных тем, что выращивали многие из Перворождённых. На них они отправятся к другим расам, нуждающимся в "улучшении", в котором, по их мнению, они сами остро нуждались.
   Из всех видов, привлекших их внимание, первым был почти-человек кентавр, появившийся в результате смешения людей и зонов. Это произошло задолго до того, как Кентарес пришёл в упадок, лишился своей луны и был поглощён Империей Ксима. Вхорлы наделили кентавров способностью к предвидению, что помогло им добиться успеха, но в то же время сделало их заносчивыми. Теперь они могли дать отпор тем, кто их угнетал, и развязали жестокую войну против высокомерной зонианской культуры - расы завоевателей и охотников, которая также обитала на Кентаресе (который они называли Зоном). Чтобы наказать тех, кто вступал в связь с людьми, правители зонианцев за много лет до этого постановили, что их будущие отпрыски будут выводиться в инкубаторах, где из эмбрионов удаляются "дефекты", в том числе эмоции. Из-за того, что у большинства представителей этой расы отсутствовали сочувствие и эмпатия, кентаврам было проще полностью их истребить, оставив нетронутыми лишь остатки их цивилизации, религию, богатства и некоторые культурные традиции, которые они переняли у своих зонианских партнёров много лет назад.
   Эти события убедили вхорлов в том, что им нужно играть более активную роль в жизни тех рас, которые они улучшили. С этой целью они надели почти людей-мимбаров из Мимбана черепными и псионическими имплантами. Мимбары - духовный народ с жёсткой кастовой системой. Они объединили и синкретизировали своё поклонение Валерии с культом своих спасителей - вхорлов. Это навело вхорлов на мысль, что они могли бы лучше управлять своими недавно созданными расами, используя способность менять облик, чтобы выдавать себя за богов. Чтобы их признали космическими авторитетами, они сочинили историю о том, что их раса была божественной и состояла из полубогов. Они рассуждали так: да, злые Архитекторы, альтерранцы, Джостран и Малак поступали так же, но они делают это во имя добра.
  Не желая признавать, что их разум помутился и что песня Нигата сделала их одержимыми гордостью, стремлением к господству, дисциплиной и порядком - тем, чего, по их мнению, не хватало в галактике и что было причиной войн, - они дошли до того, что изменили собственные воспоминания, чтобы самим поверить в эту ложь.
   Эти действия глубоко встревожили Ксадо, который тоже страдал от помутнения рассудка, но безумие Оорадрила было иного рода, нежели безумие Нигата. Когда Вхорл спросил Ксадо, почему его слова и поступки стали такими странными, ведь он, казалось, был одержим какой-то идеологией, Ксадо ответил: "Мы были трусами. Есть только один способ победить ужасы, которые таятся за пределами нашего мира и подстерегают нас, чтобы напасть, - это воплотить в жизнь то, чего мы боялись: ужас, хаос и войну. Это даст нам силы не только выжить, но и одержать победу над нашими врагами. Так мы укрепим галактику". Они не могли понять, как такой путь изменит их самих, но их разум уже не был способен мыслить здраво.
  В это время Лориан вернулся, чтобы исцелить эти две расы, но, к своему удивлению, обнаружил, что не может этого сделать. Он уменьшился. Все, что он мог сделать, это предупредить их, что каждый из них представляет собой свою форму дисбаланса и что, возможно, как единая группа, они могли бы держать друг друга в узде. Какое-то время они действительно прислушивались к нему, поскольку высоко ценили его мудрость и были благодарны за то, что хотя бы один из их предков выжил. Их попытка примирения была недолгой. Ущерб был слишком велик; их подходы слишком идеологически противоположны; их позиция слишком непреклонна. И в разгар Эмпирейских войн разразилась их собственная позорная война. Поначалу Ксадоу потерпели поражение, но они просто ушли в подполье, чтобы собрать силы и союзников и подготовиться к тому, чтобы в ближайшие годы развязать пандемониум. И так продолжалось до бесконечности.
  Фракция Ксаксаксов из бывшей Триады также пострадала от телепатического вмешательства Сородичей Оорадрила. Ксаксаксы - технологически развитая раса Предтеч, состоящая из биолюминесцентных энергетических существ с пелагическими формами, напоминающими книдарий. Ксаксаксы могли принимать различные формы и даже проникать в физические организмы, хотя в то время они этим не занимались.
   Еще до Эмпирейских войн ксаксаксы разделились по философским взглядам. После того как некоторые из их потомков потерпели неудачу, от них отделилась фракция, считавшая, что их вмешательство только усугубило хаос в галактике. Именно эта группа присоединилась к Триаде, увидев в Великих Вратах возможность избежать стремительно распространяющегося конфликта. После сокрушительного провала этой попытки и ментального заражения Утоккуаном ксаксаксы стали одержимы стремлением к знаниям, полагая, что только оно способно решить проблемы галактики.
   Позже их стали называть Разумными и Энергетическими наездниками. Они обосновались в разных туманностях: одни - в уединении, чтобы лучше размышлять о безумии, охватившем галактику, а другие - в качестве скрытой базы для поиска целей. Несмотря на установленные ими правила погружения - процесса, во время которого они временно проникали в смертные оболочки разумных существ, чтобы получить доступ к их разуму, - многие нарушали эти правила, оправдывая это тем, что, непосредственно перенимая опыт своих носителей, они смогут лучше их понять и предотвратить конфликты. Это неизменно приводило к психологической зависимости, поскольку они все дольше и дольше вселялись в других существ просто ради острых ощущений от того, что живут чужой жизнью.
  
  АНГЕЛЫ И ДЕМОНЫ
  
  Когда Перворожденные и их потомки были вовлечены в конфликты на десятках тысяч миров, колонии газообразных существ, известных как тирриты, были отправлены в космос, чтобы изменить состав атмосферы на молекулярном уровне и спасти бесчисленное множество планет, которые в противном случае превратились бы в безжизненные пустыни.
   Для тех, чьи миры не удалось спасти, птицы Ахра Наффи, которых тогда называли ангелами пробуждения, и их потомки, квонеты, создали сеть миров-убежищ, где беженцы могли начать жизнь с чистого листа. Освафты, которые вместе со своими потомками - айвами, трантами и нибраями - укрывали их в далеких и малоизученных туманностях, также давали передышку тем, кто был уничтожен вторгшимися армиями. Другие древние расы без колебаний принимали беженцев и отправляли их в безопасные места.
   Многие из Решительных были целителями или посланниками Пути и спасли бесчисленное множество жизней. Среди них выделялись великие эмпаты и народы растений: каамаси и их потомки, асоджианцы и их потомки - хо"дины, реввиены и иторианцы, которые выращивали лекарственные растения и травы в джунглях и лесах своих миров. Некоторые, например ротиане, использовали свои врожденные способности к исцелению, в то время как дресселианцы, карозиты, сунеси, фарины и диагнозаны с Колджена были медиками и врачами.
   Среди Рассудительных были даже воины, обладавшие целительными способностями.
  Катарцы и их потомки из семейства кошачьих и фелиформных обладали внутренней вибрационной терапевтической системой, которая позволяла им сращивать кости, а фарнимы могли выделять феромоны, способствующие естественному заживлению ран. В более поздние времена эта способность у фелиноидных рас ослабла, поскольку они стали больше внимания уделять боевым качествам или решили использовать свои целительные способности только для представителей своего вида.
   Были и лжецелители.
   В разных мирах Оорадрил и его рычащие и грызущие сородичи, освободившиеся от уз Иллатуриона и не скованные земными ограничениями, спускались на планеты, словно боги, чтобы исцелять тело и душу всех, кто был готов им служить. Многие так и поступали - от отчаяния или с очерствевшими сердцами, отравленными жадностью. Будучи "божественными" целителями, Сородичи восстанавливали силы одних и высасывали жизненную энергию из других, заявляя, что те "слишком далеко зашли".
  Из множества причудливых культов, посвященных Оорадрилу, Вару, Утоккуану и Ниигату, самым известным было Братство Куру, которое простиралось от мира Внешнего Кольца Калидона до центрального мира Ороруру. Святилища Куру на Хаффрине, Гелгеларе, Брантизе, Суфедзе, Бозтроке, Вайнае, Миндоре и многих других планетах были не чем иным, как храмами Оорадрила и ему подобных злобных существ. Они даровали своим низшим последователям видения блаженства, служили местом, где могли кормиться Сородичи, и телепатическими резонаторами, которые позволяли высшим служителям призывать богов со всей галактики.
   Но Сородичи вели себя осмотрительно, зная, что, пока они питаются трепещущей плотью, придет тот, кто превзойдет их и опустошит всю галактику, - не Архитекторы, а вассал Древних, которому они тайно присягнули на верность. И по мере того, как слуги Сородичей все больше погрязали в похоти, жажде власти и богатства, кровопролитие становилось нормой. Так эти миры готовились к приходу грядущего Принца.
  Тем временем в густонаселенной системе Ворсуул шли ожесточенные бои. С одной стороны в них участвовали селониане, дроллы, фелины, наездники на ортарах, кумумга-крестоносцы, конджини и балти. С другой - наездники на борхеках, арахины, шизоды и слиги.
   Лидерам этих армий Ниигат явился, чтобы предложить им победу и господство.
  
   Селонианский военачальник Нала Пьюак, за спиной которого стояли внушительные силы обороны, выпрямился во весь рост перед сверкающим гигантским кубом, зависшим перед ним: "Мы слышали о вас от тех бывших союзников, которые приняли ваши благословения. Мы своими глазами видели, что за ваши обещания приходится платить ужасную цену - за вами, словно тень, следуют разложение и порочность. Мы отвергаем вас и ваши дары и не склонимся перед безнравственными и отвратительными богами Иллатуриона".
   Ниигат презрительно рассмеялся. "Что такое война, как не король разложения и царица порочности? Вы склонитесь перед нами, будь то в живом обличье или в виде разлагающегося трупа!" Затем он подлетел к предводителю оппозиции и предложил ему уничтожить силы Пьюака и возвести Арахинов на трон, сделав их сказочными королями.
   Но предводитель Арахинов, Эксал Пэйн, ответил: "Ты хочешь увидеть нас униженными, недостойными победить наших врагов в честном бою, прячущимися за спинами тех, кого они считают непристойными! Мы никогда этого не сделаем! Мы победим и останемся в живых или проиграем и погибнем, но мы сделаем это, полагаясь на свою хитрость, силу и честь!"
   Ниигат, хихикая, сказал перед тем, как улететь: "Я вспомню о твоей хитрости, силе и чести, когда высосу твои внутренности досуха!" Он знал, что такие, как он, были исключением из правил. С ними разберутся показательно. И Сородичи двинулись в путь, сопровождаемые вереницей чудовищ, направляясь к Месту Огненного Безумия, и тот, кого называли Принцем Звезд, поклялся, что пожрет тех, кто отверг их, в зеленом пламени, что вечно пылало внутри него.
   В страхе перед этими ложными богами и теми, кто без колебаний убивал во имя них, несколько планет обратились за помощью к Диатимам на Иего. Перворожденных Диатимов называли
  Ангелами за их несравненную красоту и сходство с Целестиалами, хотя мало кто за пределами Старших Рас знал правду. Как и Фата, они не были расой Перворожденных, а были Валдиларами, которые добровольно вызвались помогать Конклаву Перворожденных и приняли квазивоплощенные формы. Они были одними из самых заметных среди тех, кто странствовал среди звезд в качестве целителей и проводников, и мало кто мог устоять перед их целительными силами или утешающим словом. Стоило им появиться, как враг - каким бы мерзким и могущественным он ни был - в ужасе бежал от них. Диатимы могли исцелить даже тех, чьи души были насильно захвачены разрушительными силами.
   Тремя величайшими из Диатимов были Амот Элдин, Эрб и Арклан-хост, и теперь они предстали перед правителями враждующих фракций, но те не пожелали их слушать.
   "Мы провозглашаем независимость от Звездных Божеств", - заявила Нала Пьюак.
   "Мы провозглашаем освобождение от Вселенских Сил", - заявила Эксаль Пэйн.
  
  Обойдя стороной тех, кто отказывался прислушаться к голосу разума, Амот Элдин обратился к силам Арахин и Селонии в системе Ворсуул, призывая их прекратить боевые действия и найти мирное решение: "Если вы не уладите этот вопрос, на вас ляжет бремя вины за пролитую кровь, и вы окажетесь под влиянием тех отвратительных существ, которые придут, чтобы забрать вас себе". Некоторые сложили оружие, и Эрб сказал им: "Бегите из этой системы, пока не поздно". Но не все прислушались. Несмотря на опасность, угрожавшую их миру и народам, в их сердцах жила глубокая ненависть к противникам. К ним Арклан-хост добавил: "Мы пошлём корабли до того, как всё закончится. Бегите на них или будете обречены".
   Не все Диатимы были довольны таким развитием событий. Блекэмп давно испытывал презрение к тому, что считал снисходительностью и попустительством со стороны своих старших братьев и сестёр, и он был в этом не одинок. Вабо, Скивиосама, Аклерк и Корбемтрип знали, что ждёт систему Ворсуул, и, несмотря на то, что их раздражал упорный отказ их сородичей действовать в интересах всеобщего блага, они пришли к выводу, что лучшим выходом для них было бы очистить галактику от заразы. Древний указ запрещал валидарам так поступать, но их охватило высокомерное негодование. Мы справимся гораздо лучше, чем те, кто был до нас. Наш выдающийся интеллект и решительные действия спасут галактику!
  Они начнут с уничтожения Сородичей и их растущего культа.
  "Вы можете уничтожить нас, - рассуждал Оорадрил, и его сверкающий куб гипнотически вращался в воздухе, паря перед диатимом, который смотрел на его алтарь в храме Оорил, - но не хотите ли вы сначала понять, почему эти глупые смертные так падки на ложь и отвергают правду? Ведь мы многому научились за свою жизнь..." Диатимы, полагая, что ничего страшного не случится, если они их выслушают, и желая узнать, какую мудрость они почерпнули, внимательно вслушивались в печальные песни Сородичей.
   Песня, которую Оорадрил пел в тот роковой день, была о разочаровании и отчаянии...
   о глупых желаниях и тайных удовольствиях... о безудержном хаосе и нарастающей тоске...
   о капитуляции... Вскоре диатимы присоединились к завораживающей музыке, которая проникала в их сердца, наполняя их тоской и одиночеством... Контрапунктная мелодия Утоккуана, искусно вплетенная в общую канву, пела о тайном прозрении, доступном лишь богам; Ниигат гармонировал с отголосками утраченного порядка и возвышающимися ониксовыми шпилями чистоты и господства; фоновый ритм Вару подчеркивал похотливость падшей плоти, ее тайные соблазнительные грехи, ведущие к погибели. Мелодия диатимов изменила динамику и темп, наполнившись мрачным негодованием и разочарованием...
   и тогда они забыли о Древнем Указе и отправились в путь с новой целью.
  В течение следующих нескольких лет Блекамп, Вабо, Скивиосама, Аклерк и Корбемтрип пытались обратить в свою веру многих представителей своего вида, указывая на ошибки лидеров Конклава Перворожденных, акцентируя внимание на ужасах, которые все еще обрушиваются на галактику, и размышляя о том, как много хорошего они могли бы сделать, если бы только подчинили свою великую волю Врагу. Церебрипорт был первым, кто прислушался к их словам.
  После того как он помог привлечь на их сторону достаточное количество сторонников, они встретились в необитаемом мире и заключили договор: "Небесная река принадлежит нам, мы будем ей править - она была нам дарована!" - провозгласил Блехкамп. - "Но мы сидели сложа руки и смотрели, как противоборствующие силы сражаются за господство над нашими владениями! Больше этого не будет! Пророчество говорит о грядущих временах, о великом Восстановлении и Анабасисе, об Избранных, которые восстановят равновесие! Сколько ещё нам ждать, пока мы осознаем, что мы и есть те самые Избранные, призванные осуществить это? Большинство членов Совета Перворожденных решили сражаться. И мы тоже! Там, где они потерпели неудачу, мы добьемся успеха, потому что нам присущи мудрость и сила, а кто из Древних может сравниться с нами? Кто из их отпрысков может сравниться с тем, что можем мы?
   Кто из Внешних богов может сравниться с нами по могуществу? Когда мы одержим победу, о нас заговорят... и, в отличие от наших спящих собратьев, мы не потерпим самоуправления, ведь оно лишь создает вакуум власти, который другие стремятся заполнить. Встревоженные диатимы, несомненно, осудят наши методы и средства, но это мы должны осудить их слабость и неудачи, и поэтому они будут пытаться остановить нас, но что толку в таких усилиях, если им противостоит сама галактика? Итак, что нам требуется, так это установление династической родословной, ибо даже диатимы не осмелятся вмешиваться в свободную волю народов. Отныне мы больше не являемся диатимами. но нечто большее! А пока мы будем работать в тени, чтобы добиться того, чего не смогут добиться наши братья и сестры. Так что мы будем известны как Маэлиби!"
  В мирах, которым они оказывали помощь, Маэлиби использовали свои сладкозвучные голоса, чтобы петь песни о божественном праве королей и славе, которая падет на их народы, вдохновляя каждое население производить на свет супругов, в которых будет заключено их семя. Эти отпрыски будут обучены править как короли-полубоги. Это начнется на Экванусе, Ворлахе, Морде, Крайиссе II, Припланусе, Эбре и других.
  Однако порождения их союзов были не сверхъестественными существами, обладающими великой мудростью и богоподобным обликом, а множеством враждебных гибридов. Так появились краснокожие талассианцы, похожие на рептилий; трехголовые церберы; смертоносные червеобразные Зоа'моны; шестирукие и шестиногие экзодины; и высокая и агрессивная циклопическая раса;
  среди других были иктотчи, деваронцы и хирониане, все трое из которых отказались присоединиться к заговору Маэлиби. Но для маэлиби это были всего лишь неудачи.
  Тем временем на Маэлибо они начали выращивать существ, которых они могли бы натравить на своих противников, гигантских чудовищ, у которых не было известных имен, но которые обладали огромной силой; к ним относились злобные Химеры, а также гигантские
  версии лесных зверей, Дианоги, Приморцы, Дивто, песчаные черви и сарлакки.
  События развивались стремительнее, чем они надеялись. До ушей диатимов дошли слухи о невиданных ранее пришельцах и мирах, служащих странным новым богам. Какие новые ужасы появились? - гадали диатимы, отправляясь на разведку.
  Когда они узнали, что это сделали их собственные братья и сестры, они едва не пали духом, не в силах поверить: "Как те, кто все понимает, могли совершить столь великое зло?" Собравшись с силами, они предстали перед Конклавом Перворожденных в скоплении Курнахт, где тот регулярно собирался, чтобы предупредить их.
   Это была ловушка. Совет теперь находился под контролем Маэлиби. Нескольких наиболее непокорных членов Совета обезглавили; их черепа с частично содранной кожей теперь стояли на канделябрах в зале, предупреждая тех, кто мог бы попытаться выступить против них. Маэлиби надеялись сохранить свой план в тайне до тех пор, пока их потомки не повзрослеют, но любопытные диатимы все испортили. Поняв, что рано или поздно это все равно произойдет, Маэлиби объявили себя верховной властью в Небесной реке и пригрозили убить оставшихся членов Совета, если диатимы не подчинятся. Диатимы умоляли их вернуться на путь света, но в ответ слышали лишь презрение. Маэлиби знали, что у них есть преимущество. "Вы прекрасно знаете, что в войне на два фронта победит Враг. Подчинитесь, и мы заставим их сдаться, и в галактике снова воцарится мир!"
  "Вы просто смените одного врага на другого", - сказал Амот Элдин, но, понимая, что в случае неповиновения их ждут невосполнимые потери, диатимы согласились. И тут их охватил ужас!
  Крылья маэлиби отделились от их тел, словно их отсекли большими невидимыми ножницами;
  их плоть покрылась жидким золотом, обнажив металлический экзоскелет;
  их крики достигли небес, когда даже их имена были стерты из памяти.
  Маэлиби перестарались. Нарушив Древний указ, в том числе запрет на несанкционированную торговлю со смертными, они навлекли на себя силу, с которой не могли совладать.
  Не имея возможности даже сбежать, маэлиби в цепях были низвергнуты через портал, открытый диатимами, в подземную бездну глубоко под Маэлибо, на территорию, которая сегодня известна как Иего. Они оказались в Дуоделе, одном из Миров Праха, окруженном костями чудовищных мертвецов, и до сих пор остаются там, распевая свои печальные песни в ожидании того далекого дня, когда их освободят.
  В тот день сердца невинных диатимов были разбиты, но их решимость была непоколебима. Они все равно выполнят возложенную на них задачу. Злобные отпрыски маэлиби были сосланы на их собственные миры... и им не было позволено уйти через врата. Однако их не отправили страдать и умирать, ведь оставалась надежда, что они смогут исправиться. Биссов отдали циклопической расе, которую с тех пор стали называть абиссинцами; церберов отправили на Нини, талассианцев - на Талассу (позже - на Телу), деваронцев - на Деварон. Что касается кентавроподобных хирониан и иктотчи, то ква гораздо позже помогли им развить их скрытые способности к управлению Силой.
   Первое поколение враждебно настроенных отпрысков маэлиби не исправилось, сохранив божественную искру своих отцов, склонность к доминированию и жестокость. Поскольку они не могли сражаться с другими расами, они воевали сами с собой. Одна битва сменяла другую, но, поскольку в их жилах текла кровь диатимов, те, кто погибал, не умирали окончательно, а возвращались в виде злых духов и приспешников тьмы. Теперь их называют призраками Темной стороны.
  
  БОЛОТНЫЙ ДЕМОН СОМОВ РИТ
  
  Хотя это случалось крайне редко, не все маэлиби решили осуществить свои планы. Несмотря на то, что Райнок был лишён бессмертия и большей части своих сил, его сослали на Сомов Рит, где он принял облик мужчины-сефи и получил долгую жизнь и предупреждение от диатимов, которые его освободили: "Ты не будешь одинок, потому что на твои берега прибудут люди, и ты должен оставаться добрым и мудрым. Но знай: если когда-нибудь станет известно о твоей истинной природе и твоём имени, ты попадёшь в зависимость от того, кто это узнает, потому что если ты стремился властвовать, то и над тобой будут властвовать".
  
   Вскоре после этого на Сомов Рит прибыли первые колонисты-люди, израненные и измученные после неудачной борьбы с грабителями-хуками, которые таинственным образом сбежали из Запретного города на Ласбейне и через портал проникли в свой город на Катаальде. Райнок представился королём Антоном Чидженом и обеспечил их едой, целебными травами и жильём в небольших, но уютных деревушках, которые он построил заранее.
   Оттуда они расселились по острову, и на протяжении многих лет люди жили в безопасности и довольстве.
  Однако король Чиджен не был доволен, ибо, несмотря на красивое лицо и благородный вид, он знал, что не похож на всех остальных и одинок во всех мирах. Наконец, осознав, что он действительно больше не Диатим и не Малиби, а простой смертный, он согласился взять прекрасную и любимую Кревин Тен-Риск в жены и королевы.
  
  По мере того как любовь Кревин и Антона крепла, они проявляли к своим подданным сострадание и справедливость. Только одно мешало им обрести полное счастье: их неспособность произвести на свет ребенка и наследника. Вот так и случилось, что королева Тен-Риск переоделась и отправилась в Великое Болото, чтобы найти донью Д'Эгуа, Бруксеру, которую считали Мудрой женщиной.
  Наконец-то, подумала Бруксера, радостно улыбаясь. Я долго ждала этого момента. Она знала, что счастливый народ нелегко ввести в заблуждение, даже потомку королевы-ведьмы. Вот так и получилось, что донья Д'Эгуа разгадала маскировку королевы, но, сдерживая свое презрение, она изобразила сочувствие, когда "Кревин" рассказывала ей печальную историю о бесплодии. Затем она объяснила своей царственной покупательнице: "Не плачь, моя дорогая. Всего лишь простой эликсир поможет тебе родить детей, который у меня как раз есть. Иди сюда, ложись на мой диван. Я мигом его принесу". Но вместо этого Бруксера достала эликсир сомнифера бесконечного. Как только королева погрузилась в сон, ведьма достала клинок, спрятанный в складках платья, и приготовилась убить её, пока та спит. Но, придумав план получше, она наложила чары гламора. Превратившись в королеву, она одновременно превратила спящую королеву в себя!
   Если её путь в замок и был полон тревог, то они быстро рассеялись, когда она убедилась, что никто не может разоблачить её. Единственное, что могло её выдать, - это её собственная натура, которая настолько отличалась от знаменитого великодушия настоящей королевы, что ей приходилось прилагать немало усилий, чтобы скрыть свой капризный, жадный и склонный к манипуляциям нрав. Но с королём всё было сложнее. Поэтому она объяснила, что глубоко опечалена своей неспособностью родить детей и ей нужно побыть вдали от всех, чтобы погоревать. Со своей стороны, король Чиджен был чрезвычайно заботлив и внимателен к желаниям супруги, изо всех сил стараясь не обращать внимания на ее недостатки, ибо он очень любил свою жену и не ждал от нее совершенства во всем.
   Чтобы отсрочить старение и сохранить жизненную силу, доне Д'Айгуа приходилось регулярно совершать ритуал омовения, для которого требовалась кровь девственниц и детей. В своем истинном обличье она не могла этого делать, не раскрыв себя, что было бы глупым риском и привело к гибели нескольких ее сестер и старших. Но как королева она могла позволить себе потакать своему тщеславию, не вызывая подозрений.
   После исчезновения детей и юных девственниц деревни погрузились в скорбь и запустение. Король поклялся найти виновного и проводил долгие дни в разъездах со своей жандармерией в поисках ответов, которых ему так и не удалось найти, потому что она была умна и осторожна. Король всегда уезжал с надеждой, а возвращался с пустыми руками. Но как бы он ни был разочарован, она ни разу не видела, чтобы он медлил, колебался или уставал, и начала подозревать, что он тоже не тот, за кого себя выдает. Она сгорала от любопытства, желая узнать его истинную сущность, и это превратилось в навязчивую идею.
  Шли недели, а она так и не приблизилась к разгадке его тайны, даже с помощью своих обычно действенных чар. Когда похищения, казалось, прекратились, она убедила короля отправиться в путешествие, чтобы он мог взглянуть на мир свежим взглядом.
   Она повела их карету к домику, который Бруксера построил на берегу озера Тулчеа в нескольких километрах от замка. Никто из слуг или подданных короля не знал об этом месте, потому что она убила строителей после того, как они закончили работу. С помощью нескольких чар и большого количества вина с близлежащих виноградников она наконец выведала у короля его историю.
   И в тот момент, когда он произнес свое настоящее имя - Райнок, он обессилел и принял свой прежний облик одного из маэлиби!
   Ведьма была потрясена! Это был не какой-то там малагарский колдун или чародей из Сефи, а существо из древнего мира. И она поймала его в ловушку! Торжествующе рассмеявшись, Дона Д'Айгуа потащила его в потайную комнату, специально обустроенную для ее жертв.
   Там она раскрыла свою истинную сущность и поведала обо всех своих злодеяниях, которые привели его в замешательство. "Где моя жена?" - в ужасе спросил король.
   "Ха! Не обращай внимания, демон!"
  Хотя он никогда не причинял ей зла, теперь, когда у неё появилась власть над ним, она не могла не издеваться над ним, пиная его всякий раз, когда он подходил слишком близко к прутьям клетки, насмехаясь над ним, придираясь к мелочам и твердя, что он слишком долго правил. Он мог вынести многое, но когда она пригрозила уничтожить королеву, чтобы самой остаться на троне, он едва не сошёл с ума. Он не знал, что для заклинания требовалось, чтобы жертва оставалась жива, иначе заклинательница не смогла бы сохранить свой облик, а она ему об этом не сказала.
  В следующий раз, когда она пришла, он снова стал умолять её пощадить его жену, но она отказалась. "Это не имеет значения, ведь ты всё равно скоро умрёшь, - сказала она, наслаждаясь его страданиями, - если только ты не отбросишь своё упрямство и не наделишь меня силой Маэлиби!"
  "Но я уже говорил тебе: даже если бы я этого хотел, во мне не осталось сил, чтобы наделить тебя этой силой, потому что я больше не принадлежу к их роду, я проклят и обречён жить, как смертные".
  "И всё же ты стоишь передо мной, золотой демон! Продолжай упорствовать в своём эгоизме, и я принесу тебе голову королевы". Затем она рассмеялась и отправилась в замок, где притворилась, что оплакивает пропавшего мужа.
   Прошла почти неделя, прежде чем донья Д"айгуа вернулась, чтобы позлорадствовать, ведь она была тщеславна и ей не с кем было разделить свои коварные победы. "Я сказала нашим добрым подданным, что Бруксера из Великого Болота и есть тот самый демон, который похитил их короля и убил женщин и детей. Они уже на пути к моей старой хижине, чтобы свершить возмездие!" В этом она сказала правду, хотя и не могла знать, что произойдет дальше.
   Безутешно рыдая, Энтон протянул руки сквозь прутья клетки в мольбе. Не обращая внимания на его жалкий вид, она снова пнула его. Это был последний раз, когда она его пнула. Он молниеносно схватил ее за ногу и повалил на землю. Она закричала, но не успела произнести ни слова, ни проклятия, как он притянул ее к себе и задушил. Он долго позволял ей думать, что он слабее, чем на самом деле, потому что быстро понял, что в ней нет ни капли милосердия. Он с готовностью взял у нее ключи от своей тюрьмы, отпер клетку и отправился к хижине ведьмы на болотах.
  Там никого не было. Он опоздал. На случай, если ведьма солгала, он пробрался в замок, чтобы проверить, жива ли ещё королева. Но, подслушав разговоры местных жителей, он понял, что они оплакивают гибель обоих правителей. Король впал в уныние и замкнулся в себе. Считая себя проклятым за свою глупость и прошлые прегрешения, он решил больше не иметь ничего общего с миром людей. Он горько оплакивал свою судьбу и с тех пор не покидал Великое Болото, вечно разыскивая тело своей жены, которое, несомненно, было брошено в трясину.
  Несколько его верных подданных и слуг время от времени отправлялись на его поиски, но натыкались на ужасное существо, которое, как они думали, было баньолесом или каким-то безумным демоном. Он предупреждал их, чтобы они никогда больше не произносили вслух имена короля Чиджена и королевы Тен-Риск. Так и остался там Райнок, полагая, что о нём забыли, как забывают всех смертных по прошествии многих лет. Вокруг Великого Болота распространилось поверье, что любой, кто пройдёт мимо и произнесёт вслух их имена, будет съеден болотным демоном Сомов Рита. Когда на болотах и в окрестностях было обнаружено несколько частично съеденных тел, ставших жертвами дракона Вибрии, пришедшего с севера, легенда стала законом, и было запрещено произносить их имя на улице. Спустя долгие тысячелетия после того, как закон был отменен, граждане по-прежнему используют на публике только прозвища, и по-прежнему существует миф о том, что по болотам Сомов Рита бродит Демон.
  В своем беспокойстве и горе Райнок не учел другой возможности. Когда жандармерия пришла в хижину Мудрой женщины, чтобы проверить слухи о ее злодеяниях, они увидели не донью Д'Эгуа, а королеву, которая после смерти Бруксеры приняла свой первоначальный облик. Пока она лежала без сознания, они отнесли ее к мастерам замка, но те не смогли ни разбудить ее, ни понять, что привело ее в коматозное состояние.
  Вскоре после этого молодые брат и сестра отправились на великую равнину Торфет, которая тянется вдоль Пиресийских гор, где в далеком будущем должен был стоять город Маринмар. Они вышли к озеру Тулчеа и заброшенному дому, осмотрели его и обнаружили окоченевшее тело доньи Д"Айгуа, после чего поспешили доложить об увиденном.
  Озадаченные этой загадкой, но достаточно проницательные, чтобы понять, что дело нечисто, судьи отправили жандармерию обратно к хижине ведьмы на болоте. Внутри хижины мелькнула тёмная фигура. Несмотря на страх, жандармы всё же собрали книги заклинаний и зелья и вернулись в замок, где лекари нашли нужные руны, чтобы снять сонные чары с королевы. Узнав обо всём произошедшем, очнувшаяся королева отправилась на поиски этого "демона", потому что в глубине души знала, что её муж жив.
   Услышав голос жены и увидев её всё ещё прекрасное лицо, Райнок опешил и решил спрятаться, уверенный, что его чудовищный облик вызовет у неё отвращение. Но она поймала его прежде, чем он успел скрыться, и крикнула, что любит его, каким бы он ни был. В подтверждение своих слов она подошла к нему и поцеловала прямо в губы.
   И в этот момент он снова принял свой прежний облик благородного короля Антона Чиджена. Так и вышло, что эта пара прожила долгую и счастливую жизнь, у них было много верных сыновей и дочерей, и они мудро правили до самой смерти.
  
  Империи Вечной Пустоты
  
  Многоликие и чудовищные, эти невидимые ужасы той эпохи выползали из камня, корней и плоти. Эти мрачные годы были известны как Эпоха Скорби, и многие расы горько сожалели о том, что поддались на уловку Архитекторов. Теперь, когда последствия их выбора дали о себе знать, связь с Целестиалами ощущалась особенно остро, ведь эти существа были не только защитниками, но и хранителями, а также ключом к жизненной силе обитателей галактики. Несмотря на победы, одержанные в Эмпирейских войнах, за ними последовал разрушительный потоп, который захлестнул некогда яркие миры, превратив их в арену отвратительного, омерзительного предательства и кровопролития. В этом водовороте страданий старение и смерть распространялись со скоростью лесного пожара, который ничто не могло остановить или потушить.
   Живое энергетическое поле галактики кричало от боли: "Смерть в своем кровавом караване пришла на наши поля, в наши моря и небеса, неся за собой агонию и скорбь. Равновесие жизни пошатнулось на краю бездны, грозя поглотить нас всех, ибо остатки трусливой воли дорого нам обходятся".
  А война, этот самый гнилой плод, и ее спутник прогресс довели многих до безумия, включая тех древних Элементалей, которые обитают в сердцах планет и лун, ныне загрязненных и разграбленных, и которые не могли не отреагировать хаосом на погружение галактики в хаос. Из-за того, что они были доведены до дисбаланса, хрупкая взаимосвязь жизни начала разрушаться, и, поскольку ее место должна была занять другая, рожденная в борьбе, парадигма хищник-жертва возникла наряду с болезнями из-за появления микробов, вирусов, паразитов и патогенных микроорганизмов, что привело к еще большей гибели людей, чем зубы, когти и оружие врага. Продовольствия и ресурсов также стало не хватать, и по мере того, как народы стремились сами править вместо своих покинутых вождей, общее качество жизни снижалось.
  Предтечи использовали свой дар для выращивания, совместного использования и распределения продуктов питания, а также
  для лечения многих болезней, которые начали размножаться и распространяться. Но Целителей было немного, а космос был огромен. И чего никто не мог исправить, так это разрушенных связей между мирами и внутри них; не все было так просто с разделением между вражескими и союзными нациями, поскольку несколько враждующих рас перешли на другую сторону, в то время как многие были настроены против своих союзников и даже самих себя.
  Немногие вернулись с войн, а из тех, кто вернулся, многие были сломлены.
   Вину возложили в основном на старшее поколение, и общество в спешном порядке перестраивалось по новым лекалам, что позволило амбициозным и озлобленным людям занять руководящие посты.
  Культурная ткань, уникальная для каждой расы, но основанная на принципах гармонии и сострадания, была разорвана на части из-за расколов, страха и вражды, которые изменили культурную динамику, сделав понятие мира неуловимым и иллюзорным. Этот период получил название "Тёмные времена".
   После ущерба, нанесённого нитокрисами, возникла необходимость в сельскохозяйственных мирах, но по мере того, как правительства всё больше увлекались промышленностью и технологиями, эта необходимость стала ещё более насущной. По мере того как на смену старым методам приходили новые, появились барристеры, солиситоры, кредиторы, администраторы и судьи, а также торговцы, агенты, клерки и брокеры, а вместе с ними - множество экономических и политических систем. Первые основывались на различных ценных ресурсах, в том числе топливе и драгоценных металлах, и по мере того, как планеты становились частью более крупных сообществ, пытавшихся объединиться под разными знаменами, они переходили на использование межгалактических кредитных валют, которые вскоре стали использоваться различными правителями, губернаторами, магнатами и коалициями, извлекавшими выгоду из своего положения и доверия, оказанного им, чтобы делать то, что, по их мнению, было лучше для людей, которым они якобы служили.
  
   Наступила эпоха политиков, корпораций и преступных группировок, и зачастую их было сложно отличить друг от друга. Величественные империи, которые когда-то простирались по всему небосводу, связанные узами дружбы, уступили место своенравным бюрократическим системам, жадным до власти военачальникам и алчным правительствам, которые считали, что земли, моря и звёзды принадлежат им и они могут распоряжаться ими по своему усмотрению, а то и вовсе их уничтожить. Многие из распространившихся при них культурных норм были основаны на человеческой модели или разработаны в соответствии с дьявольскими шаблонами, распространяемыми Теневым советом, что, по сути, одно и то же.
   Хотя Перворождённые пытались законодательно регулировать вопросы права и справедливости, многие из молодых рас провозгласили независимость от них, и Старшие расы не возражали, поскольку не хотели вступать с ними в конфликт. Тем не менее они создали межгалактический Трибунал правосудия (или Межгалактический трибунал), который осуществлял надзор за многочисленными межпланетными трибуналами, отправлявшими патрули и охотников за головами ловить и арестовывать всех, кто нарушал основные законы галактики.
   Они также основали тюремные миры на Долфирме, Десевро, Деструктоне, Наркаде, Сорбо, Атате, Зетакроне Альфа, Теселене, Энтре, Фиорине 161, Меккаре VII и Терране Раа, хотя эти миры сильно отличались от тех, что появились позже, и были предназначены для реабилитации, а не для наказания или простого лишения свободы, хотя последний метод применялся в отношении особо опасных, невменяемых и рецидивирующих преступников. Для самых опасных из них Перворожденные создали небольшие карманные измерения во Внутреннем космосе, где те не могли причинить никому вреда. Не все последовали их примеру, и различные независимые сектора создали собственные места заключения и методы наказания.
   По всей галактике появились разнообразные межвидовые правоохранительные органы, и хотя некоторые из них существовали только для обслуживания правящего класса, большинство было нацелено на поддержание мира, равенства и беспристрастного правосудия. За прошедшие тысячелетия появились Галактические миротворцы, блюстители закона, полицейская служба, Сидеральные ударные войска, планетарная полиция, космическая полиция, стражи порядка, патрули, непобедимые, галактические рейнджеры, маршалы, эфирный корпус, Бюро межгалактической правоохранительной деятельности, Бесконечная стража, звёздные шерифы, Космический легион и Межзвёздный патруль.
  
  ЛЮДИ ЛЖИ
  
  Более коварными, чем все армии и чары Врага, были чумные и колдовские идеологии, которые начали распространяться в то время. Они были искусно вплетены в прагматичные политические, экономические и культурные системы, которые на первый взгляд не казались чем-то плохим, но на самом деле поддерживали эксплуататорские идеологии и иерархическую гегемонию. Хотя Змеиный народ добился успеха в распространении этих идеологий среди рас, которые ранее восстали против Целестиалов, Совет Теней оказался хитрее в вопросах коммерции, государственного управления, религии, науки, досуга и права - шести межгалактических институтов, которые стали основой Системы Доминирования. Эти принципы были систематизированы и внедрены с помощью агентов, которые занимали влиятельные посты в органах власти, правительствах, средствах массовой коммуникации, вооруженных силах и образовательных учреждениях по всей галактике и получили возможность распространять, защищать и продвигать эти идеологии в любых их проявлениях, поскольку все они преследовали одну и ту же цель - заменить истины Целестиалов противоположным нарративом, который романтизировал и мифологизировал авторитаризм, эксплуатацию, материализм, милитаризм и представления о превосходстве:
  о превосходстве сильных, одних групп над другими, правящего класса над управляемыми массами, а также легитимизировал насилие как средство доминирования и искупления.
  
  Поскольку высокая культура Перворожденных была отвергнута как непрактичная, а каждый мир пытался найти свой собственный моральный кодекс, эти коварные философские течения и системы распространялись и укоренялись с помощью новых иерархий. Некоторые из них относительно безобидно внедрялись в сознание тех, кому их с детства преподносили как нечто само собой разумеющееся, и массы даже не задумывались подвергать сомнению то, что общество считало непреложными истинами. То, что система господства была расколота и сменилась различными и даже конкурирующими идеологиями, к чему постепенно или спонтанно пришли педагоги и элиты, само по себе не было препятствием для их фундаментально пагубного характера. На самом деле, такая эволюция была ожидаема. Тем не менее, руководящая рука всегда присутствовала в политической и культурной сферах, вплоть до образования Галактической Республики.
  
   Таким образом, многие мифы о сотворении мира в галактике возникли под влиянием Теневого Совета, специально разработанные различными расами для людей, которые презирали и позже забыли истории, рассказанные им задолго до этого их родительскими расами, заменив их сказками, которые не основывались на их моральных принципах.
  По большому счету, пагубные последствия этих новых нравов были осознаны не сразу, но были исключения. На Кадме кадмийцы разошлись
  во мнениях о том, какие источники пищи допустимы. Северные племена считали варварством употреблять в пищу молоссов, которые были благородными и священными существами. Южные племена считали жестоким употреблять в пищу пилаксов, которые были их домашними животными. После многолетнего конфликта, так и не сумев прийти к соглашению, они обратились к далекой западной нации оррананцев - расе, похожей на ракообразных, которая пришла с Иллатуриона, но не проявляла по отношению к ним никакой агрессии. Было решено положиться на решение оррананского монарха, короля Крифта. Терпеливо выслушав обе стороны, задав уместные вопросы и выждав некоторое время, прежде чем огласить свое решение, он вернулся к ним и сказал: "Вы оба правы... и оба неправы. Действительно, жестоко и варварски убивать и поедать тех, кто благороден и дружелюбен, - а поскольку ваши народы не отличаются ни тем, ни другим, вы все станете нашей пищей!" Так проблема была решена: оррананцы заключили оба племени в клетки и стали разводить их, и наконец они объединились. Так продолжалось до времен Ксима Деспота, который счел оррананскую практику отвратительной и истребил их.
  Еще более прямой путь к Врагу лежал через мистические культы и оккультные искусства "Пути левой руки", которые привлекали молодых и озлобленных людей. В сфере религии и развлечений нинусгидзиды щедро разбавляли свою метафизику и распущенность бунтарскими торжествами в честь похоти, власти и насилия - не просто как необходимого зла для защиты и расширения империи, а как самоценного удовольствия.
   Однако иногда они заходили слишком далеко, и народ восставал против них. Так произошло с династией Каши Мер. После того как цивилизация Сета была практически уничтожена, династия Каши Мер расширила сферу своего влияния. Вскоре они заняли бы все важные государственные посты на Паксе, если бы двое их младших сыновей, Брок и Алек, не проявили неосторожность в своих порочных наклонностях, что привело к ужасной гибели нескольких молодых мужчин и женщин из влиятельных семей. Если бы они ограничивались жестокими расправами над бедняками, это замяли бы, как делали уже много лет, но убийство богатой молодежи - совсем другое дело. Разразился скандал, в ходе которого вскрылись такие вопиющие факты разврата, что никакие деньги не смогли бы их скрыть. Попытки семьи переложить вину на своих политических оппонентов не увенчались успехом, а их непристойные заявления были высмеяны и отвергнуты.
   Утечка видеозаписей ночных похождений Брока и Алека, снятых на их личные голографические камеры, кровавых ритуалов и других шокирующих сцен заворожила Паксиан. По мере появления новых улик вскрывались все более распространенные извращения, практиковавшиеся взрослыми членами семьи. Несмотря на то, что на судебных процессах их признали невиновными, было хорошо известно, что судьи получили взятку - довольно распространенная практика, но на этот раз она привела к тому, что семья утратила престиж в глазах других представителей элиты. Из-за этого руководители, администраторы, менеджеры и директора компаний и активов Каши Мер были вынуждены покинуть Пакс - к радости граждан, которые предпочли бы увидеть их на виселице. В системе Феллим, на безымянной планете, которую они назвали Каши, они восстановили свой бизнес вдали от посторонних глаз. Другие ветви семьи, не желавшие носить запятнанное имя Каши, разорвали с ними все связи и основали компании на других планетах под другими названиями.
   Династия Каши Мер была ослаблена, но не уничтожена. Годы спустя, не испытывая на себе влияния морали и брезгливости общественности, Каши стал местом встреч богатых и знаменитых, которые приезжали на ежегодные семинары для укрепления финансовых связей, принятия законов и политики, а также заключения союзов. В эксклюзивном убежище, известном как Роща иконоборцев, те, кто был очарован слухами о каббалистических знаниях, прошли через серию испытаний и отвратительных обрядов, чтобы укрепить свою преданность Морскому Своду, который продолжал оказывать влияние на богатых аристократов Центральных миров. Но даже Каши Мер со временем стали считать себя септиками и отвратительными существами и изо всех сил старались изменить свой образ жизни.
  В этом и других примерах видно, что свет все еще сиял над мерцающим морем, ибо, несмотря на пагубное влияние тьмы, добродетель не была полностью уничтожена, и сияние истины не могло быть полностью поглощено, ибо те, кто жил во тьме, лишенный чувств и зрения, часто сражались между собой сами или давили слишком сильно, напоминая осужденным массам, почему тьме следует противостоять. И всегда была благосклонная рука, которая направляла их.
  
  ЗАБЛУДШИЕ ДУШИ В ОДИНОЧЕСТВЕ СРЕДИ ЗВЁЗД
  
  Галактика находилась в осаде ужасающих сил Древних, и несколько Старших Рас приложили все усилия, чтобы защитить себя. Некоторые из этих попыток оказались настолько провальными, что привели к гибели целого народа.
   Деммеониты когда-то были выдающейся расой, но теперь они сожалели о своих действиях во время войны. Они приютили каниданцев и поделились с ними технологией гипердвигателя, но никакая благотворительность не могла избавить их от чувства вины. В последние дни существования своей некогда великой расы, предчувствуя приближение смерти, они решили перенести свои ментальные сущности в центральный процессор компьютера, занимавшего целый континент. Но когда даже этому компьютеру стала угрожать агрессивная раса нитокрисов, они разработали альтернативный способ бегства - в мир чистой энергии. Однако они не учли побочные эффекты этого решения: они утратили все знания о том, кто они и что собой представляют, и когда Враг позже вторгся в их мир, он с лёгкостью захватил и присвоил их технологии.
   Когда об этом стало известно, птерозавроподобные Гаулы с Сешаррима сделали свой выбор.
  "Дети богов", как означало их самоназвание, понимали, что не могут позволить тёмным силам завладеть их грозными технологиями (как когда-то другие позарились на их имя) и использовать их во зло. Поэтому гаулы уничтожили их. Но этот поступок, хоть и был благоразумным с точки зрения Решительных, вызвал гнев Рассудительных и сделал гаулов изгоями в их среде.
   Предки чууктая выбрали совершенно иной подход: они изменили свой генетический код, чтобы их потомков было сложнее обнаружить. "Косматые", как их называли некоторые, скрывали свой родной мир, а те, кто жил на других планетах, притворялись дикими зверями, которых называли варлами или ортогами. Они тщательно избегали контактов с менее миролюбивыми народами и старались держаться от них подальше, и в этом им помогала врождённая способность чувствовать враждебные намерения на расстоянии. Из всех рас, произошедших от чууктая, в то время наиболее известными стали три:
   Когда люди прибыли на Корсин, они начали охоту на селигорцев. Они также пытались истребить фелиноидных "вредителей" кор. Но с помощью местных тинн'ли они восстали против своих угнетателей и изгнали их из региона. Но по мере того, как люди продолжали прибывать, они переселили кор на Гарголин. Однако этот мир был захвачен колонией малдонтов. Их огромный король терроризировал кор, пока мудрый шаман кор не обратил его к свету. Так малдонты с Гарголина стали известны как горгульи.
   Ловкие и сильные коваллоны с Кова были почти не пойманы, но те, кого удалось схватить, сбросили с себя одежду и встали на четвереньки, чтобы Враг принял их за свирепых, неразумных зверей. "Прирученные" и получившие привилегированный статус, особенно среди знати, коваллоны служили шпионами для союзных рас и так хорошо справлялись со своими обязанностями, что мало кто что-то подозревал.
   Слоноподобные эклаады с толстой кожей нашли на Эклаа укромные поселения, где можно было мирно жить. Эта тактика неплохо работала, пока не появились люди и криши. Точно так же на Эклаа вторглась большая колония серпов, и планета была переименована в Сирпар. Название осталось, а вот злобные захватчики, которые начали охотиться на местную фауну, которую защищали эклаады - нет. Эклаады ненавидели насилие, но были свирепы, когда их вынуждали к нему прибегать, и в открытом бою изгоняли хищников-рептилий.
  Мир также был целью Ка'аа. С бычьими рогами, телом, похожим на ракообразное, которое выглядело так, словно было сделано из ветвей, и вороньими крыльями, которые казались сплетенными из прочных нитей, ка'аа были глубоко духовным народом и решительными людьми, отвергавшими злобу и цинизм. Увидев, что их потомственные расы начинают погружаться во тьму, ка'аа стали кочевниками, и хотя некоторые из них позже поселились в колониях, многие отправились в миры своих отпрысков и союзников, чтобы оказать помощь и напомнить им об обещании Целестиалов. И в этом они не потерпели неудачу, поскольку кабируны, кадриллиане и другие были воодушевлены их поддержкой и мудростью.
  Синитины Милевы полностью отвернулись от галактики, отказавшись помогать потомкам, союзникам или любому, кто искал убежища. Примерно в это же время впервые были замечены колуми, а также мутанты Металуны (позже известной как Метеллос 3), которые были сформированы из частей Синитина и Сикму Холодным Данда Сином.
  Колуми и Метеллы (так называли металунанских мутантов) были совершенно непохожи друг на друга. Прежде чем стать рабами, Метеллы завербовали людей из Пакса и превратили их в почти неотличимых от людей металунанцев, чтобы те могли объединиться с многочисленными расами, составлявшими Лланну Утроста, в борьбе против Гуарры (так они называли враждебные расы Иллатуриона).
   Колуми, напротив, не интересовались делами "низших рас" и прибыли на Милеву, чтобы править. Но спустя много лет синитины не смогли больше терпеть их присутствие и изгнали их с Милевы. Тогда Колуми обосновались на одной из планет системы Колу, рассчитывая теперь управлять Сикму. Но не прошло и нескольких лет, как Сикму тоже надоело терпеть грубое обращение этой расы, и они изгнали их. Тогда Колуми обосновались на планете в Центральных мирах, которую назвали Колумус, и когда Таргорограхт предложил им союз в обмен на месть, они согласились.
  Из молодых рас, упорно придерживавшихся индивидуалистических взглядов, только вихревики сменили название на скакоанцев после того, как тайно присягнули на верность Лорду Сущему, одному из Древних, и воинственно объявили о своём нейтралитете. Каннолиты восстановили свои города, окружив их трёхмерными математическими замками, которые могли открыть только они. Ракририанцы, презиравшие все стороны конфликта, остались на своей родной планете во Внешнем Кольце. Плутонианцы скрылись на Мердже и жили обособленно, пока не оказались под защитой дракмарианцев и не стали известны как морсирианцы.
  Пнумы с Тчаи в системе Карина ушли в подполье и стали коллекционерами истории. Они не принимали незваных гостей, которых было немало, и не оказывали им сопротивления, а те, кто оказался в ловушке в кристаллической решётке их цитадели Вечности, стали рабами.
  
  ШАРУ
  
  В безмятежную эпоху, предшествовавшую Эмпирейским войнам, Старшие расы часто использовали Осанские Камни, подаренные им, чтобы смотреть на них и общаться со своими братьями и сестрами и потомками, разбросанными по звездам. С началом войны Совет Перворожденных постановил уничтожить их, поскольку, по их мнению, было бы катастрофой, если бы они попали в руки Врага, но другие возражали, что у Ночного Духа уже был один такой камень, который она использовала в своем Великом Черном Гнезде, чтобы координировать атаки на Небесную реку. Тем не менее Совет настоял на своем решении, что вызвало недовольство среди рас-потомков.
  Осанские камни, сохранившиеся до наших дней, были бесценны, а некоторые из них даже были усилены с помощью колдовства и дикой магии. Сегодня они известны как Камни-оракулы.
  Среди тех, кто завладел ими, были епископ Мандибл, Мать Талзин, Джадру, Сидиус, Лумия и Блэкхол. В тайне шару хранили свои и из них узнали о падении Сефи, Джострана, Собекка, Эрутроса и других, но они никогда не докладывали об этом Совету, потому что тогда стало бы известно, что они нарушили указ. Однако, обнаружив проход в Иллатурион, они решили, что их проступок могут простить, если они донесут эти сведения до Совета. Поэтому они продолжали всматриваться в камень.
   Скрытая крепость Архитекторов поражала воображение, и они восхищались причудливыми масштабами Чёрного Гнезда, пространственным величием Великой Паутины, сумеречной красотой Шумат-Гуна и странными особенностями З"ликариора.
   Затем они с ужасом увидели девять чёрных миров беззвёздной Бездны и враждебные, непроницаемые разумы, которые там царили, потому что один из них заметил их и посмотрел в ответ!
   В ужасе шару уничтожили свой Осан-камень, но было уже поздно.
   Их охватил страх. Когда на Траммис III приземлился корабль людей, они покинули свой дом, все свои многочисленные миры и расы-потомки и бежали на неизвестную планету. Шару знали, что люди - всего лишь беженцы, но они также знали, что их появление на Траммисе III не было случайностью.
   Позже, когда рафа пришли, чтобы уничтожить их, они обнаружили мощные пластиковые пирамиды шару, имитирующие архетипическую архитектуру ситхов, но, не сумев проникнуть внутрь, рафа просто на время захватили систему. Их лидер, Анубис из клана Селегит, даже похитил их Космониум, но, не зная о его предназначении, вдохнул его и вместе с другими рафа, вышедшими из-под контроля, отправился на планету людей Ашер III.
  
   Шару были настолько одержимы идеей спрятаться от врагов и союзников, что приняли облик почти человекоподобных токов, переписали свою историю и поместили свой интеллект в устройство, известное как Арфа Разума, чтобы оставаться в безопасности до окончания войны. Но шару понимали, что их действия были трусливыми. Они были расой Перворождённых, созданной тем же пятируким Целестиалом, который сотворил бесстрашных му-абинов. Из-за этого они испытывали чувство вины и скучали.
  
   То, что они бросили своих отпрысков на Траммисе III, имело серьёзные последствия. На огромном суперконтиненте было три основных биома: пустыня, джунгли и пойма реки, по которым бродили различные виды фероксов и ксинли. Когда их прародители исчезли, в их сердца закралась тревога, и они стали ждать возвращения шару. В конце концов самые сильные и свирепые из них заявили, что будут править в отсутствие шару, но их жестокое господство шло вразрез с законами доброты и здравого смысла. Когда в следующий раз прибыли василисканцы, намереваясь обратить фероксов в свою веру и забрать неразумных ксинли для своей войны, некоторые пошли с ними добровольно, но большинство отказалось. Фероксы пролили достаточно крови василисканцев, чтобы вынудить их на время отступить, что породило вражду между двумя расами, которая длилась веками. Но Враг сделал свое дело. Василисканцы не только обратили в свою веру тех, кто позже стал известен как бронкозавры, но и спровоцировали конфликт между расами фероксов, поскольку некоторые из них переняли образ жизни василисканцев и пристрастились к мясу ксинли, что сделало их дикими, а более мелкие фероксы теперь жили в страхе. К счастью, существовали крупные миролюбивые расы, которые помогали защищать их и поддерживали баланс сил.
  
  После неприятностей, обрушившихся на Траммис III, многие бежали, чтобы найти свою родительскую расу или новый мир для себя, теперь, когда их мир больше не был в равновесии, потому что врата все еще стояли. Соответственно, многочисленные фероксы и ксинли оказались в разных мирах, где их стали называть заимствованными у людей словами "динозавр" и "мегазавр".
  Некоторые из них использовались вражескими и союзными войсками во время войн, им было поручено служить в качестве Стражи, охраняющие ворота, сообщества и товары. Их потомки до сих пор бродят по этим мирам, но они ничего не знают о Траммисе III или шару.
  В огромных хвойных лесах и на вулканических лавовых полях Траммиса III они с тех пор объединились в различные виды. К числу крупных и смертоносных тероподов относятся печально известные острозубые, известные в различных культурах как таварианские драконы и гарворсы (тираннозавры в современных обозначениях); акореки (спинозавры); и убезийские Боевые драконы с шипастыми спинами (цератозавры). К миролюбивым расам относятся длинношеие (зауроподы) и шипохвостые (стегозавры). Некоторые из летающих рас смогли путешествовать по звездам и построили себе новые дома в далеких системах.
  Среди синли есть много видов, внешне похожих на фероксов: тероподы Ник, Пикоби и Трига; орнитоподы Маклок, Моктар и Хуф Дун; Шамонавры, ихтиодонты, панна-драконы, кеббы и дроффи (зауроподы); и генетически модифицированные помеси малозавров и тувазавров (орнитоподы-цератопсы).
  
  
  Боевые гимны
  
  ПАН-ПРЕНИР
  
  Королева Ночи отправила йинчорри основать колонию на Йитите.Поначалу йиты были напуганы, потому что они уже покинули свой первый дом Йит, который их предки Пан-прениры называли Пнакотус, когда Полипус опустошил его воды, но потом они начали понимать, что, поскольку они более разумны, чем вторгшиеся враги, они могут легко победить их. Планируя и осуществляя ряд тактических вылазок, йиты преуспели в уничтожении многих черепахоголовых йинчорри, чья кровь окрасила их мелководные моря и некогда зеленые луга. Но в пылу битвы они упустили из виду тот факт, что йинчорри почти не сопротивлялись, и пришли к выводу, что это произошло потому, что йиты действительно были высшей расой. Только позже они узнали правду: авангард йинчорри был всего лишь послами, посланными для переговоров об условиях частичного использования их планеты.
  Теперь убежденные, что эти йиты были злобной расой, главные силы Армии Йинчорри прибыли в океанский мир Ититит, чтобы отомстить за своих павших братьев, и на этот раз за ними по пятам следовал Ролк Махгир.
  Поняв, что они совершили роковую ошибку, которая приведет к их полному уничтожению, йиты телепатически обратились к Президиуму на Пнакотусе, умоляя своих предков вселиться в их конические тела с четырьмя щупальцами, чтобы сражаться на их стороне в грядущей битве.
  
   На их любимой родной планете Пнакотус (позже названной Саварин), которая все еще страдала от опустынивания, но на которой они построили свою Великую библиотеку, Президиум был правящим органом Пан-прениров. Зов их потомков с Йита был подобен погребальной песне. Пан-прениры обладали даром обмена.
   Они могли обмениваться сознанием с теми, кто был не против, чтобы обмениваться знаниями и опытом. Благодаря этому они получили доступ к знаниям различных рас по всей галактике, которые были тщательно записаны и хранились в их обширной библиотеке.
   Они знали, что не могут отказаться, но согласиться означало бы положить конец всему, что они знали и любили. Будучи членами "Решительных", они до сих пор избегали конфликтов. Но когда они увидели мрачные лица врагов, злорадствующих над трупами их отпрысков, наваленными бесформенными грудами на выжженной красноватой равнине, и жаждущих наделать еще таких же груд, они решились на то, что раньше казалось немыслимым. Две трети их расы, включая лидеров Президиума, должны были вселиться в тела йитов, пока с захватчиками не будет покончено. Тем временем разум йитов должен был оставаться в безопасности в телах пан-прениров на Пнакотусе...
  
   Битва началась. Несмотря на свои размеры, ролк-махгиры оказались хитрыми и быстрыми, их почти непробиваемая кожа напоминала броню, а укус был таким сильным, что мог откусить конечность целиком. Йинчорри тоже были физически крепкими и движимыми жаждой мести и ненавистью. В отличие от пан-прениров, они были выведены как бойцы.
   Но пан-прениры были древней расой, обладавшей сверхъестественными способностями. В тот кровавый день ценой множества жизней они одержали ужасную победу.
   Когда весть о поражении йинчорри дошла до Таргорограхт, она погрузилась в мрачные раздумья. Йиты не могли одолеть их в одиночку, поэтому она и оставила основные силы йинчорри для других задач. Нет, им явно кто-то помогал, подумала она, перебирая возможные варианты. Но никто не проходил через их ворота и не высаживался на их берегах; помощь, должно быть, пришла другим путем. Она ничего не слышала о дополнительных подводных силах на Йите, кроме разумных морских тварей, которых они выращивали, но те не представляли угрозы. К какой семейной группе принадлежат йиты? Она проанализировала огромную базу знаний, которую ее подчиненные собирали по крупицам на протяжении многих лет. "А... вот вы где!" - громко воскликнула она, напугав тысячи насекомых, которые ползали, жужжали и копошились вокруг нее. "Пан-прениры, - сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь, - это те, кто может обмениваться своей пневмой с другими расами. Как жаль, что они растрачивают свой талант впустую! При желании они могли бы подчинить своей воле любой менее развитый сосуд, завладеть им и удерживать столько, сколько им будет нужно. Возможно, когда они почувствуют вкус поражения, ожесточатся из-за испытаний, потеряют надежду из-за тяжких испытаний, они могут подумать о союзе со мной..." Пока многочисленный двор с любовью взирал на своего мудрого и любимого монарха, Королева Ночи отправила послание, приказывая жестоким Йинчорри и Ролку Мангиру отправлять корабль за кораблем на Ититит и Пнакотус.
  Пан-прениры были совершенно не готовы к кажущимся бесконечными волнам, обрушивающимся на их берега, и не задумались как следует о последствиях своего решения вступить в войну. Теперь их Великая Библиотека была подожжена, и они в беспомощном смятении наблюдали, как все, чему они научились и что хранили на протяжении долгих эпох, превратилось в пепел. Еще хуже была потеря их изначальных тел, тел, в которых обитали духи и личности йитов, поскольку Таргорограхт назначила их главной мишенью.
  С помощью одного из ее редких Старших сыновей, Атлачначи, который согласился оставить навязчивое плетение Великой Паутины способным прядильщицам Серых Ткачей во время поездки на Пнакотус Таргорограхт сделала Пан-пренирам предложение. Гигантское паукообразное существо зависло над скорбящим Президиумом и произнесло:
  "Моя мать желает, чтобы вы знали следующее: я предлагаю вам союз. Вам не нужно предавать свой народ. Нас достаточно много, чтобы победить в этой войне. Я лишь хочу, чтобы в будущем вы использовали свои особые таланты и помогли мне одолеть некоторых моих родственников, которые разоряют галактику, о чём вы, без сомнения, знаете. Я могу защитить вас от них. Они не предложат вам такой возможности, потому что в них нет ни капли доброты. Как только мы их победим, между нами воцарится прочный галактический мир, между мной и вами, между моими потомками и вашими потомками, и вы сможете восстановить то, что потеряли, потому что у меня тоже есть огромная библиотека".
  "Мы не желаем вражды с вами, тёмная Королева Ночи, - ответили эмиссару пан-предпрениры. - Но в данный момент мы не можем пойти на такой шаг".
  "Проницательный ответ, - отметил Атлачнача. - Когда-нибудь они станут моими подданными".
  "Разумеется, - наконец сказал он. - Но знайте: вы - великая раса! Пусть ни союзники, ни враги не лишат вас того, что вам причитается. Когда будете готовы, обратитесь ко мне мысленно. Я вас услышу. И чтобы доказать свои благородные намерения, я поделюсь с вами вот чем: колония ваших потомков на Уртхе в этот самый момент находится под угрозой со стороны Старшей расы! Также, Тайфоджем, мой мерзкий брат, имеет планы на этот мир. Я направил независимые силы для нападения на его хотианские армии, что даст вам короткий промежуток времени, чтобы спасти своих отпрысков. Ми-Го служат нашей матери, но они, не колеблясь, причинят вред и вам, так что будьте осторожны. Используйте свои силы в своих интересах".
  С этими словами Атлачнача увел йинчорри и Ролк Мангир за пределы планеты.
  Потерпев однажды неудачу, пан-пренир не преминули последовать ее словам и разделились на три разные партии. Им предстояло либо освободить остатки йитов, либо погибнуть в этой попытке. Чтобы сохранить свою собственную расу в случае, если все пойдет не так, как ожидалось, Президиум телепатически приказал первой группе оставаться скрытой в водах Сонн Вилмари, океанического мира во Внешнем Кольце. Вторая группа должна была непосредственно переместиться в измученных Йитов на Уртхе. Третья группа, которая все еще находилась в их телах, теперь покинула Йитит и отправилась на Уртху.
  Слова Королевы Ночи оказались правдой: отвратительные Летающие полипы вели ужасную войну с теми, кого называли Полярными. Но, к их ужасу и изумлению, оказалось, что эти Полярные - их собственные собратья! К'релы были Старшей расой, которая мучила йитов и впала в зоофагию, начав поедать людей, превратившись в отвратительную и ненавистную расу Древних! У пан-прениров разрывалось сердце при виде того, как эти мерзкие расы используют их нежных отпрысков в качестве игрушек.
   Появление пан-прениров привело к полномасштабной войне. В разгар ожесточённых сражений рабы-шогготы восстали против своих хозяев-к'релов. Поскольку пан-прениры не могли позволить им сбежать и разрушить человеческие поселения в верхнем мире, шогготы остались на Уртхе, где война с ними продолжалась до тех пор, пока их не перебили, не заточили в катакомбах или не вытеснили на замёрзший север. Великая раса построила новый мегалитический Город Архивов в джунглях скрытого от посторонних глаз Пнакотиса.
   Ксотиане прибыли, чтобы исполнить волю Тайфоджема, но им помешали таинственные Д'ми'го, из-за чего звёздные отродья отступили, ведь ксотиане не могли обратить в камень йитов, в которых вселились пан-прениры, которых теперь называли Великой расой. Это не помешало Тайфоджему отвоевать земли ныне утраченного континента для своих троих отпрысков. Тем временем агрессоры-полипусы, не пожелавшие отступить, были рассеяны по всей Уртхе, а ми-го, похитив достаточное количество мозгов у своих врагов, с жужжанием и щебетом улетели в ночь.
   Спустя много лет, когда их численность и уровень развития цивилизации значительно сократились, Президиум Пан-пренир объединил свой выдающийся интеллект и псионические способности, чтобы заглянуть в возможные варианты будущего и понять, по какому пути им следует идти. Это был долгий процесс, занявший годы, поскольку возможных исходов было множество, и многие считали эту затею тщетной и глупой. Один из возможных вариантов, который они увидели, представлял собой мрачное время, какого еще не было в истории, когда огромные армии чудовищ маршировали, извивались, трепыхались и склонялись в подобострастном поклоне перед могущественными и злобными богами смерти, которые посылали их уничтожить все живое.
  Это ужасающее видение произвело неизгладимое впечатление на пан-прениров, которые и без того были потрясены увиденными ужасами и тем, в чем им пришлось участвовать. Стыдясь самих себя, они обратились к Таргорограхт. В центре Великого Черного Гнезда Королева Ночи покачала своей огромной черной головой и послала мысленный импульс Атлачначе, который ухмыльнулся и уставился на свою Великую Паутину, ставшую настолько огромной, что она простиралась в нескольких измерениях, в том числе в Стране Грез. Королева Ночи подарила пан-пренирам одну из своих насекомоподобных рас, жесткокрылых: "Я всегда держу слово. И вы держите свое! Вселитесь в эти тела, и вам удастся избежать грядущего разрушения. Вы и так хорошо проявили себя в борьбе с силами моего брата Давайте продолжим это дело втайне от всех!"
   Что касается остальных пан-прениров, то те, кто остался на Сонн-Вилмари, не покидали своих подводных городов и редко выходили в космос, разве что по необходимости защищать свой дом. Те, кто остался на Уртхе, проводили дни в своем огромном и прочном городе. Оттуда они могли бы связаться с другими разумами, в том числе с теми людьми, которые господствовали на поверхности планеты, и обменяться с ними информацией, чтобы восполнить все то, что они потеряли в мрачные дни отчаяния. Великая Паутина предлагала множество возможностей.
  
  КРЫЛАТЫЕ РАСЫ
  
  Большинство Детей Перворожденных не обладали боевыми навыками и нуждались в поддержке родительских и союзных рас. С этой целью талортайцы, калайцы, гаулы и темпестро возглавили стаи свирепых птиц, таких как галидины, сен-дро, кентры, ри"дары, иксы, воры, таронги, риши, банастауры, птеропусы, джастаалы, клакары, шашаи, пидирианцы и многие другие, чтобы те служили разведчиками, дозорными и бойцами в мирах, охваченных беспорядками.
  Конклаву Перворожденных нужна была любая помощь. Поэтому они с радостью приняли помощь крылатых гибридов человека и птицы, которых называли шализ"на. Но спорное решение о сотрудничестве с людьми-ястребами - так называли смешанную расу, в которой преобладали человеческие черты, - вызвало гнев некоторых членов Совета, и они были вынуждены отозвать свое официальное одобрение. Птеропусы, однако, согласились служить вместе с шализ'на, не испытывая особой неприязни к людям.
  
   Птеропусы славились своим умом и преданностью, но в эпоху невежества и суеверий, наступившую после Сумеречных войн, распространился ложный слух о том, что они вампиры, из-за чего на них началась охота, в результате которой их популяция сократилась почти до полного исчезновения. Горстка выживших бежала на Аубадас и превратилась в катикутов, но легенды о вампирах уступили место сказаниям о существах, похожих на зомби.
   Другие народы, которые могли бы оказать помощь, например шаралианская раса гвайхулов, были втянуты в свои собственные конфликты. Злобная стая прислуживала Ветроходу, который бродит по северным мирам, и из этого порождения возникло странное стихотворение:
   Кирос и Шар далеко забрели,
   Мне явились участники Совета,
   Бегите от совиных глаз драугров,
   От обитающего в них духа, что крадется в ночи...
  
  Союзные расы были не единственными, кто нашел достойное применение своим воздушным расам.
  В те дни малдонты были широко распространены, и их ветвь стенаксов часто отправляли сражаться против крылатых детей Перворожденных.
  Человеческий мир Ардана был захвачен некрылатой разновидностью малдонтов, известной как орки. Их отправляли на сражения по всей галактике в качестве пехотинцев.
  Как и у стенаксов (которые смотрели на них свысока из-за их неспособности летать), в их культуре была строгая иерархия, но в то время как орки также почитали бога Огня Ситлана и его слугу Вола, их культ был направлен в первую очередь на супругу Вола, Великую
  Богиню, которую в то время они почитали как Вану. В отличие от стенаксов, они создали технологические развитое общество, хотя и основанное на порабощенных людях и орках низшего класса. Города Арданана были построены по образцу проектов, разработанных похищенными ими учеными-людьми. Их последней партии было поручено создать гигантских роботов, похожих на тех, что, как говорят, бесчинствовали на Соле и Сегуне. После того как первая модель была протестирована и признана удовлетворительной, в производство было запущено большое количество "Каменных гигантов". Оркус назвал их "Ардана Шадекс", и они не только заставили бы Богиню гордиться ими, но и возвысили бы Орков над Стенаксами по значимости.
   Но "Каменные гиганты" никогда не покинули пределов Внутреннего Кольца, потому что учёные тайно встроили в них код, который отменял все остальные команды:
   "Уничтожить "Каменных гигантов"! Уничтожить Орков!" "Ардана Шадекс" подчинились, и к тому времени, когда ожесточённые столкновения закончились, от них остались лишь разрозненные обломки, а Орки распались на враждующие кланы, которые сражались за жалкие крохи. Спустя тысячелетия Ардану захватил народ москивов, почти людей, который переименовал её в Симокадию.
  
  РЕВВИЕН И ПАРВИЕН
  
  Злобная раса малдонтов отправилась на Реввию, которая стала плацдармом для нападения на Тингельский рукав. Поскольку этот мир также производил большое количество целебных средств, препятствующих распространению болезней, опустошавших целые миры, он стал главной целью Таргорограхт, которая потребовала, чтобы Реввиен поставляли исключительно ей свои силы в обмен на защиту во время войны.
   Мозаичная раса крылатых малдонтов состояла в дальнем родстве с разумными и устрашающими минатумами, их потомками тульвари, а также с неразумными граллоками, миноками, виноками, финоками и шилоками. Малдонты незадолго до этого вышли победителями из гражданской войны с фракцией, которая под предводительством малдонта с Корсина решила служить Фата в качестве защитников человечества, а не его разрушителей.
   Чтобы обеспечить лояльность и успех миссии, Королева Ночи поставила во главе отряда двуглавого змееподобного слита с Сатиемона, и их сопровождала большая толпа талассийских мародёров и кристаллически-паукообразных толиан.
  Малдонты последовали за одним из крупных левиафанов, Нхаркис"Алом, через коварный гипертоннель к Ревии в туманности Нхаркис"И, прорытый черным пламенем Нхаркис"Ала.
  Они намеревались рассеять талассианские силы и непокорных толианцев по близлежащим секторам, как только прибудут на место. Слит гнал перед собой левиафана, не подозревая, что толианцы саботировали миссию, предварительно отравив левиафана.
   Больное и обезумевшее существо расшвыряло корабли слитов и их армии через разрушенный гиперпространственный барьер. Некоторым удалось выжить и добраться до мира в Гордианском Пределе, так что на Ревию прибыл лишь один отряд.
   Нхаркис"Ал остался в туманности, чтобы восстановить силы, и, говорят, он до сих пор обитает там, пожирая всех, кто туда попадает. По этой причине Нхаркис"И называют "Местом смерти".
   Воздушные собратья реввиенов были известны как парвиены (ныне - парваны).
  В это время они обитали среди облаков Ревии, откуда регулярно навещали своих земных родственников, делясь причудливыми историями о фантастических существах, необычных растениях и странных деяниях, которые они видели или о которых слышали. Теперь, когда война безжалостно решила посетить их берега, парвиены спустились на землю, чтобы встретиться со своими кузенами, на этот раз, чтобы использовать искусство Тайя и призвать на помощь свою родительскую расу.
  Асоджианцы услышали призыв и связались с гри.
  
  Затем гри были окружены вражескими войсками, наносившими удары по их городам на Маланозе в анклаве
  гри, в одном из которых находился восстановительный бассейн, известный как Тотт'к Лотос в городе Сулен, который обеспечивал целебной водой многих раненых. Другие силы обрушились на Лонатро, где их обширные фермы и ботанические сады обеспечивали продовольствием миллиарды людей.
  Несмотря на постоянную помощь своих потомков, таких как аггороны, гри в это время не могли помочь, и они обратились к другим расам.
  Никто бы не упрекнул вас в том, что вы приняли реввиенов и других существ-защитников, обитавших в этом мире, за крупные экзотические растения, но эта ошибка стоила жизни охотничьим отрядам малдонтов и людей, пока правду наконец не раскрыл Ксаксу-Клуту, двуглавый командир слитов. "Отправьте усиленную охрану к Гипервратам", - скомандовал Ксаксу, левая голова которого скользила по разноцветной Священной роще Виена, где стояли Древние Ревенира, старейшие из реввиенов.
   "Убивайте все незнакомое, что покажется из джунглей", - добавил Клуту, правая голова которого была Ксаксу. - "Они не сбегут и не смогут позвать на помощь".
   "Это вам не поможет", - сказал Аватим, один из Древних Ревенира.
   "Сделайте, как мы просим, - начал Ксаксу, - производите лекарства для наших войск, обучайте наших людей вашим методам, и мы назначим вас ответственными за производство по всей галактике".
  "Нас нельзя купить, - ответил Аватим. - "Мы бы с радостью обеспечивали лекарствами слуг Ночного Духа, но не в ущерб другим".
  "Это неприемлемая позиция, - рассудил Ксаксу. - Если вы не подчинитесь, вас уничтожат, а наша Госпожа просто найдет вам замену".
  "Она бы уже сделала это, будь все так просто", - возразил Аватим.
   "Вы предпочтете сгореть в огне разрушения?" - спросил Клуту.
   "Господство или разрушение..." - сказал Вотунг, еще один из Древних, и громко вздохнул, покачав мясистой головой.
  "Мы не станем отвечать на такие угрозы", - добавил Кхоза, спутник Вотунга.
   "Тогда вы поступаете неразумно, - ответила левая голова Слита, - ведь таков естественный ход развития Вселенной: одно ведет к другому, и так до бесконечности... и поэтому те, у кого больше ресурсов и власти, остаются на вершине".
  "Возможно, на какое-то время", - признал Древний Аватим.
   "Деспотичный порядок порождает преступность и революцию, - начал Вотунг, - что пугает людей, которые требуют деспотичного порядка, который порождает преступность и революцию".
   "Таким образом, порядок оправдывается любой ценой, а хаос регулярно возвращается, чтобы напомнить людям о себе и поддерживать круговорот", - заключил Кхоза. - "Две головы одного зверя".
  "Ты и впрямь мудр, как говорили наши наставники", - ответила правая голова Слита. - "Таков путь миров, которые вечно вращаются. Только глупец противится этому".
  "Возможно, глупец, но ты не видишь высшего порядка, лежащего за пределами круга, не видишь конца предсказанного цикла: обещания о том, что две головы отделятся друг от друга и наступят дни мира и любви..."
  "Тувистские сказки!" - усмехнулся Ксаксу. - "Даже если это правда, ты не доживёшь до того, чтобы это увидеть!"
  "Возможно, и не доживу, - задумчиво произнёс Вотунг, - но такова природа света - противостоять тьме".
  "Мы бы пощадили вас, - честно ответил Слит, - но мы лишь первая волна, и если мы ослушаемся, то поплатимся жизнью", - добавил Клуту. Ксаксу нервно высунул язык. - "Возможно, если бы мы верили в ваши суеверия, то даже присоединились бы к вам".
  "Жаль, что вы не верите, - заявил Авастан. - Но, возможно, со временем..."
  "Как и мы", - сказал Ксаксу. - "Мы будем хорошо отзываться о вас перед нашими потомками и сородичами".
  "Сожгите рощу", - приказал Клуту.
   Огонь охватил Священную рощу Виена, и крики горящих реввиенов донеслись до небес. Однако для Древних Ревениров это был не конец, ведь слиты не понимали ни Круга Уз Тувистена, ни посаженных семян, в которых были заключены их души. Что такое огонь для Тии, как не дыхание Бога? Пройдут долгие годы, но Древние Ревениры вернутся.
   Слиты уплыли прочь в поисках других рощ, но их встревожило внезапное появление светящихся, похожих на скатов существ, которые спустились с неба. Это были Ахра Наффи, явившиеся на зов. Ксаксу-Клуту задумался, не было ли в легендах Тувистена доли правды. И тогда они вернулись домой и стали рассказывать своим потомкам и сородичам о великой Тии и мудрых Древних Ревенирах, которых нельзя было купить и которые ничего не боялись.
  Вместе с ахра-наффи прибыли лафрарианцы, их потомки, которые недавно пополнили ряды боевых армий луров и х"релаков, на которых напали силы хиитов и таинственные фоши. Не имея доступа к гипервратам в том мире, ахра-наффи использовали свои способности, чтобы открыть червоточину, известную теперь как Тёмная Звезда Мошау, что позволило парвиенам сбежать и основать колонию на планете, которую они позже назовут Парва, в секторе Сесвенна. Оттуда парвиены отправились на поиски дополнительной поддержки в лице боевых кораблей орриксианцев, шиставаненов и минотавроподобных воинов-аверистов, которые прибыли как раз в тот момент, когда на Реввию обрушилась новая волна жестоких мародёров.
   Если бы не орриксианцы, которые по-прежнему питали слабость к людям, все силы противника были бы уничтожены в тот день, но тем, кто сложил оружие, сохранили жизнь и позволили уйти. Опасаясь возвращаться к своим хозяевам, они переселились в близлежащие миры и стали киларами, сернпидальцами и аргазданцами.
  
  ПУСТОТА ЧОПАНИ
  
  Предотвратив одну угрозу, толианцы приступили ко второй части своего плана. Насекомоподобные расы верпинов, кибнонов и селторианцев, которых толианцы создали с помощью биоинженерии из собственного генетического материала и генетического материала других избранных инсектоидных рас, собранных ими в колониальных мирах Горатэк III, Колаадор, Сёгун, Харун, Майгито, Толия и Туле, теперь объединились с авангардом Лангеси из союзных рас, предоставив им оружие, щиты и корабли, которые они разработали втайне.
   В то же время эквани, сипск"уды, питтрилистанцы и люди-лорддианцы присоединились к авангарду, в состав которого изначально входили форсо, кауронцы, сименто и треки, чтобы изгнать или уничтожить захватчиков и врагов из Рукава Тингел. Они добились таких успехов, что авангард Лангеси отправился освобождать другие регионы.
  "Авангард" изгнал из Талассы талассийских корабелов и работорговцев, которые были вынуждены возобновить свою деятельность в необитаемом мире в секторе Мерам, который они позже назвали Талассией.
   "Авангард" также разгромил Ч"хосков на Антмуэле VI, но позволил их остаткам беспрепятственно добраться до сектора Корози, где они сменили название на Пролиферанов и основали процветающую империю в своем новом мире.
   Но даже у побед есть последствия. Эквианцы так и не смогли преодолеть политические и религиозные разногласия, и таквааши с наззарами пошли разными путями. Это обернулось бедой для первых, на которых напал Ходящий по ветру, прилетевший в их мир, чтобы утолить голод.
  Хотя им удалось дать ему отпор, они были измотаны и не могли сосредоточиться.
   В то время сунеси путешествовали по галактике со своей дочерней расой, фаринами, которых они научили дисциплине и самоконтролю. Благодаря этому фарины научились использовать свои природные феромоны для быстрого заживления ран, а в случае смертельной опасности - облегчать страдания умирающих.
  Целители фаринцев стали привычным зрелищем на полях сражений по всей галактике, но по мере того, как война затягивалась, они начали испытывать презрение ко всем участникам боевых действий.
  Они были далеко не единственными, кто так думал, но держали свои мысли при себе, делились ими только с другими фаринцами и родственной им расой золанцев (позже золандеров), с которыми их связывали узы.
   Но загадочное событие, произошедшее в секторе Чопани, решило их судьбу.
   Звезды и планеты в этом секторе внезапно исчезли без следа! Вместе с ними исчезла большая группа толианцев, фаринцев, годоанцев, ахра-наффи, галосианцев и верпинов. После этого местность стали называть Пустотой Чопани. Это стало последней каплей для фаринцев, которые заявили, что с них довольно войны и они больше не будут участвовать в том, что неизменно приводит лишь к трагедиям и страданиям. Вместо этого они двинулись навстречу собственному ритму, прочь от галактических конфликтов. Фаринцы вернулись на свою родную планету, заявив о своем нейтралитете и предупредив, что тех, кто придет без приглашения, не ждет радушный прием.
  
  Сунеси на какое-то время оставили их в покое, но вскоре они пришли в негодование, когда до их ушей дошли истории о том, что Фарин использует свои феромоны, чтобы манипулировать другими с целью получения власти и богатства. Когда они пришли, чтобы возразить им по этому поводу, между ними произошел жаркий обмен репликами, так что в гневе сунеси окрестили их фаллинами - именем, которое подхватило их непокорное потомство. Фаллины, в свою очередь, обвинили их в том, что их манипулятивная натура отпугнула их отпрысков, что породило поговорку: "Коварство сунеси так же безгранично, как бездна Чопани", и, разгневанные, они расстались.
  Но никто не знал, что этим воспользовалась Толианская коалиция. Долгие годы они терпели жестокость войны под властью злобных Древних, но хранили молчание о своих чувствах. Зная, что измена никогда не будет забыта и они будут жить как гонимый народ, они начали искать способ сбежать. Толианские разведчики были опытными следопытами; они слышали о легендарных Великих вратах и после методичных поисков, которые сузили круг возможных мест их нахождения, наконец, обнаружили их. Чтобы обеспечить себе возможность межзвёздного побега из Небесной реки в другое измерение и не оказаться снова в Иллатурионе или, что ещё хуже, в каком-нибудь другом месте, они начали экспериментировать.
   Хотя на то, чтобы превратить устройство в полноценные межпространственные врата, ушло немало времени, их задача ещё не была выполнена, когда из-за разразившегося в регионе конфликта они были вынуждены резко разрушить межпространственные стены, чтобы никто не обнаружил врата и не завладел ими. Это привело к образованию нестабильной червоточины, которая вырвала из сектора звёзды и планеты, переместив их и всех, кто находился поблизости, из Небесной реки в другое измерение. В конце концов они оказались в безопасности, как и те, кого они случайно забрали с собой, и смогли начать жизнь заново в незнакомой галактической среде. Так тайна Пустоты Чопани стала легендой.
  
  МИРОЛЮБИВЫЕ ВУКИ
  
  "Интересно, во скольких других измерениях обитают люди..." - однажды Тилотни задала этот вопрос, наблюдая за человечеством после вторжения в сектор Чопани.
  "Сколько миров вы бы хотели, чтобы мы уничтожили?" - спросил Син, задаваясь вопросом, были ли у его сестры еще большие амбиции, чем она показывала.
  "Не другие, - заверил его Тилотни. - Они меня не касаются. Войны, которые мы развязали, имеют более великую цель, чем эти мелкие дрязги."
  Философия не была ее любимым направлением мышления, но с тех пор, как она столкнулась с существом на троне, ее одолевали различные размышления в этом направлении.
  "Я могу показать вам другое", - сказал Ап с жаром, который заставил Сина лукаво сузить глаза.
  "Появилось ли ваше Царство Бесконечности?" - поинтересовался Син.
  "В этом нет необходимости... пространство безгранично".
  "А время - нет".
  "Когда-то я так и думал", - ответил Ап, нахмурив брови. - "Теперь я уже не так уверен".
  "Давайте посмотрим", - попросила Тилотни. В мгновение ока они оказались там. Оно было значительно меньше по размеру, но всё равно ярким, живым и глубоким. - "Откуда ты знаешь об этом мире?"
  "Я расскажу тебе одну историю..."
  
  После множества ожесточённых сражений в Эмпирейских войнах у вуки возникли серьёзные разногласия. Они издавна дружили со многими расами и культурами, в том числе с гранами. Королева гранов Доэллин недавно заявила, что, поскольку война стала проклятием для их цивилизации и всей галактики, они прекращают все военные действия. Эта речь повлияла на часть вуки, которые решили последовать её примеру. Чтобы не навлечь на себя ещё больший гнев товарищей, они покинули Рвук и отправились, как им казалось, на лесистую планету Корлааси, где они могли бы вернуться к мирной жизни, которую вели до войн.
   Неизвестно, что привело их именно на эту лесистую планету - в те времена их было много, - но она выглядела и пахла так же, как их родная планета. Однако, обосновавшись там, они начали замечать тревожные признаки того, что это не та планета, за которую они её принимали. Во-первых, звёзды располагались не так, как должны были.
  Ни разу не случалось, чтобы врата вели не туда, куда нужно, но, вернувшись к вратам, вуки не смогли их найти. Вуки были искусными лесными жителями, которые не теряли чувства направления. Но они также были практичными людьми, которые не могли тратить недели на поиски разгадки этой тайны.
   Многие из этих вуки были художниками на Рвуке и славились своими прекрасными скульптурами. Их последние работы изображали людей с большими головами, что символизировало уважение к первым и восхищение вторыми, особенно их трудолюбием и способностью быстро размножаться. Поэтому, как и все художники, они не могли не заинтересоваться загадочными пирамидами, разбросанными по центральному континенту.
   Покрытые сажей, красные, построенные из твёрдого материала, полученного из продуктов нефтехимии, но без видимых входов и без какой-либо цивилизации, которая могла бы их построить, пирамиды были ещё одной непостижимой загадкой. Некоторые из старших вуки предупреждали, что лучше держаться от них подальше, потому что они слышали, что такие сооружения строили падшие эрутросы и их союзники, но их голоса не были услышаны, ведь кто мог устоять перед таким искушением? К тому же никто не знал наверняка, кому принадлежали эти пирамиды, и даже скептики вынуждены были признать, что в них есть некое мистическое очарование.
  Популяция вуки росла и расширялась. Переименовав себя в дженши ("мирный народ"), они использовали пирамиды в качестве центров для каждого клана, который состоял примерно из тридцати человек. Ко времени третьего поколения пирамиды превратились в объекты идолопоклонства, поскольку дженши заменяли старые представления новыми и странными идеями.
  На этом их история могла бы закончиться, если бы не гнилые плоды войны, а пирамиды были построены не просто так. Стальные Ангелы пришли на Корлос, так назывался этот мир. Жестокий, милитаристский культ людей-солдат привлек их сюда, хотя и не из-за его красоты. Говорят, что после многочисленных кровавых конфликтов с расами, подобными роззум и нитокрис, они сошли с ума, поддавшись философии "кто сильнее, тот и прав", основанной на поклонении бледному богу-ребенку с мечом, которого они называли Баккалон. Некоторые утверждали, что он был всего лишь душегубом из мифов о лорде Басе Бессмертном, Сияющем Юноше из Запределья, кто никогда не старел, но другие знали его как Захара, Попирающего Прах.
  Отказавшись от представлений о мире и любви как о слабости, "Стальные ангелы" в порыве гнева откололись от своей Федеральной империи, пополнив свои ряды фанатиками и детьми-солдатами, с которыми они начали завоевание нечеловеческих рас, которые, согласно их дьявольским религиозным текстам, были "бездушными". Именно с таким настроем они встретили дженши.
   За то, что дети дженши осмелились защищать одну из их пирамид, их повесили, что заставило некоторых дженши отказаться от мирного образа жизни. Это не принесло им пользы, ведь враг был лучше вооружен и превосходил их числом. Но и "Стальные ангелы" не смогли одержать победу, зараженные тем самым насилием, которое они проповедовали. Когда в одной из пирамид они увидели отражение бледного ребенка, их охватил безумный фанатизм, и они начали приносить в жертву злому богу собственных детей.
   Лишь немногие, несмотря на всю свою пресыщенность, не поддержали это безумие и дали отпор.
   На Корлосе разразилась гражданская война. Те, кто пожалел о том, что связался с этим презренным культом, отправились на своих кораблях в уединенную часть северного леса, где, по донесениям разведчиков, находилась дверь, ведущая в другие земли. В отчаянии они последовали за разведчиками к странным вратам и, рискуя всем, вошли в них и оказались на Корлааси. Большинство из них начали новую жизнь, но некоторых соблазнило их темное прошлое, и они перебрались на Холлон III, где вновь предались своим порочным занятиям и стали известны как культ Кордила.
   Дженши не могли знать, что Корлос с самого начала был ловушкой и что пирамиды, построенные исчезнувшими рабами, служили межпространственным порталом, ведь их создатели были не слугами Древних или Архитекторов, а теми самыми злобными и неизвестными Древними, которые вечно стремятся к господству и разрушению и для которых не имело значения, кого заманили в ловушку пирамиды и из какого мира пришли их жертвы, ведь большинство людей можно было склонить к кровопролитию. Однако, поскольку на миролюбивых дженши это не подействовало, они стали заманивать других. Люди больше подходили для их целей, и в результате резни невинных (как дженши, так и людей) были созданы Адские врата, которые позволили Корлосу стать тронным миром Князя демонов Саагаэля. Однако его победа оказалась недолгой, поскольку Корлос был изгнан из Тысячи миров некой благой силой, управляющей этим царством, и отправлен в черное сердце своих собственных зловонных владений в качестве места наказания.
   "Мы не так уж сильно отличаемся от этих древних дьяволов", - с горечью произнес Холодный Данда Син. - "Мы могли бы достичь своих целей и без применения насилия - если бы захотели".
  Тилотни отвернулась от безумной галактики перед собой и посмотрела на него. Его смуглое сферическое лицо было обращено к ней без тени привычной насмешки и непочтительности. Неужели он чувствует себя виноватым? Она словно впервые поразилась тому, какие они удивительные и внушающие благоговение существа. "Мы не делали их жестокими. И мы не отнимали ничьих жизней, кроме жизней отъявленных злодеев. Кроме того, разве мы не увеличили силу, продолжительность жизни и репродуктивную способность людей, чтобы восполнить понесенные потери?"
   "Тем, кто стремится к господству, свойственно проливать кровь, - заявил Ап. - Что же касается этих людей, то они не могут не развязывать войны. И вот еще одно доказательство".
   "Да, - согласилась Тилотни, - и только благодаря усилению конфликтов и моральному разложению Целестиалы предстанут перед нами как бессильные и порочные".
  "И все же они не предприняли никаких действий против нас..." - задумчиво произнес Син.
   "Не предприняли? Возможно, потому, что они тоже беспомощны. Как только мы станем полновластными хозяевами, войн больше не будет. Мы сделали только то, что было необходимо."
  - Так мы говорим сами себе, - мрачно ответил Син.
  
  Галактика вампиров
  
  ТИХИЕ ГОЛОСА АНЗА'АТА
  
  В тронном зале Дакары Рамисеса пахло разлагающимися колючками. Приблизившись к самому трону, командир Эрлег Литчем понял, что запах смерти Рамисеса был намного хуже. Один из нескольких воинов, соперничавших за пост главы своего дома после того, как нынешний был разбит в бою, Литчем сосредоточился на черных и розовых сортах, произрастающих в Зин Таале, которые были расставлены вдоль стен под ящиками-тенями, в которых хранились гротескные трофеи, взятые у различных цивилизаций, завоеванных его хозяином. Но при виде желтых радужек, сиявших из-под темного капюшона Рамисеса, Литчем застыл по стойке "смирно".
  Не каждый день кого-то вызывает член Теневого совета.
  "Это даже к лучшему", - подумал он, быстро подавив желание, на случай, если мастер умеет читать мысли.
  
  "Честолюбие - палка о двух концах", - прохрипел Черный фараон из Роана. - Если мы хотим наилучшим образом послужить себе, империи и богам, мы должны использовать его со всей жестокостью...
  И все же, если мы не будем бдительны и не станем действовать сообща с теми, кто лучше нас, клинок обернется против нас. Это часть Загадки Зиккурата. Ты понимаешь?"
  "Да, мой господин", - ответил Литчем, склонив перед ним голову. Этот жест был не просто символическим. Если господин был недоволен своим помощником, он мог отрубить ему голову... или сделать что похуже.
  "Чтобы помочь вам осуществить ваши замыслы, Повелитель Мертвых прислал нам великий дар!" - он поднял скрюченный костлявый палец и подался вперед, словно собираясь прыгнуть. - "Через Адские Врата прибыли... стражи".
  Рядом с головой Рамисеса в поле зрения появилась одна из нескольких почерневших сфер с шипами. Литчем с трудом подавил рвотный позыв. Зрелище было отвратительным. Он чувствовал безумную жажду убийства, исходившую от этих существ.
  "Они сделаны из дубленой кожи мертвецов и содержат в себе разумы недавно усопших", - рассмеялся архимаг, забавляясь собственной изобретательностью. Литчем с трудом сдержал дрожь. - "Они подчиняются основным командам сильных и могут быть полезны на охоте. Говорят, их тысячи, но Повелитель неохотно расстается со своими питомцами. Взамен он требует от Анза"ата живых существ".
  Анза"ат не славился гостеприимством. Климат, вода и температура были достаточно приятными, но дело было не в каких-то материальных аспектах, а в том, что этот мир был не таким, как все... Дело было скорее в миазматическом духе этого места. Некоторые говорили, что это иррационально, но они никогда не бывали на Анза"ате, как Литчем, который посетил его много лет назад, когда ему было поручено заключить союз с колонистами - странным народом, говорившим загадками о светящемся полярном сиянии, которое шептало им по ночам. Позже учёные-ситхи заявили, что это не что иное, как светящаяся полоса газов, а "безмолвные голоса" - всего лишь иллюзия суеверной расы. Но Литчем знал, что это не так. Ночные голоса Моря Памяти исходили из Тьмы... и даже он не мог определить ни источник полярного сияния, ни то, кому могли принадлежать эти голоса.
   Первыми на Анза"ат прибыли сефи-эрутросы, поселенцы с Азуры в секторе Орико. Азура была потрясающим миром с безоблачным небом, огромными залежами ляпис-лазури и лазурными озёрами. Поселенцы были вынуждены уйти после жестокой битвы с королевой-ведьмой Азурой и её сайк-магами.
  Хотя им и удалось добиться её изгнания на Монго, их силы были подорваны, и они не смогли должным образом противостоять появлению тревожных полидоксолов - загадочной расы, которая могла с пугающей точностью имитировать их облик и речь.
   Теперь вместо синих, жёлтых и сказочно-зелёных оттенков их дни озаряли красные и коричневые тона, а странные, сияющие воды Моря Памяти окрашивали их сны. Тем не менее люди как-то справлялись, и какое-то время у них был мир. Они назвали свой мир Анза"ат, что означает "ответ", поскольку он стал решением их проблем. На языке ситхов он назывался Анзат, а его жители - анзати, "маленькие змеи".
  
   Неизвестно, откуда взялся вирус. Он появился вскоре после того, как численность населения выросла настолько, что колонистам пришлось разделиться на несколько крупных кланов. Одни винили во всём алхимика, искавшего секреты силы и долголетия, другие - потерпевший крушение корабль с Тлунга, хотя обломки так и не были найдены. Безмолвные Голоса хранят молчание, а Море Памяти забыло, но сохранился фрагмент, написанный спустя столетие после тех событий, который дает нам подсказку.
   Хотя ученые утверждают, что "Пру Вэйский папирус" - это не имеющее отношения к делу поэтическое произведение, некоторые из них признают, что Асур - это известное альтернативное название Азуры, так же как За"ат и Затус были альтернативными названиями Анза"ат:
  
  В За"ат не пришла болезнь,
  К народу Асура,
  Лишь сладко-горькие песни,
  Что тянули и толкали,
  Что тучи на Затус?
  Что за призраки в распахнутых вратах,
  С мечтами, что губят и чернят,
  Что за голод, что за жажда, что за насыщение?
  Никто не дожил до того, чтобы поведать о ней,
  О той, что стоит позади,
  С пустыми и нечестивыми взглядами,
  О Хорле Разума...
  
  Какой бы ни была эта болезнь, она быстро распространилась, и многие кланы оказались во власти недуга, с которым никто прежде не сталкивался, - лихорадочного бреда, в котором северное сияние представало в своем истинном обличье. Проснулись не все, ибо те, кто пытался противостоять его ненавистной ухмылке, умирали, ослабев от долгого пребывания в сиянии. Но те, кто выжил, уже не были прежними. Они превратились в нечто иное, нечто, что испытывало боль и голод. Когда они поднимались со своих коек, бледные и мрачные, их воспоминания о прежней жизни померкли, а мысли сосредоточились на насыщении.
   Сначала они стали известны своей добыче - тем, кого Море Памяти не приняло в свои ночные объятия, тем, кто теперь кричал от ужаса, когда щупальца, спрятанные в щеках их друзей и родных, вырывались наружу и пробирались в ноздри жертв, незаметно подбираясь к мозгу, чтобы испить их сущности - великий суп, - оставляя после себя лишь мертвые и пустые оболочки.
   Звери Анза"ата прожили после превращения всего несколько лет, но и они не могли утолить свою жажду, и к счастью для них, их не разводили.
   Из тех, кто выжил, азуранские пещерные ходоки мигрировали вместе с первыми колонистами, когда те прибыли на Анза"ат. Травоядные королевские сверчки, способные вырастать до полуметра в длину, были отвратительны на вкус даже для изголодавшихся кланов, а те, кто подвергся нападению хищников, претерпели аналогичную трансформацию: они лишились пары ног и обзавелись длинными жалящими хвостами. С тех пор их стали называть азуранскими жалящими ползунами, но местные жители смеялись и называли их просто злыми жуками.
   "Мы должны начать собирать урожай в других мирах", - заявил мастер Реннин. Бракен Реннин, черноголовый, с мрачными глазами и характерными эльфийскими ушами сефи, всегда выделялся на фоне остальных - его рост составлял почти два метра. Но если раньше его обезоруживающая улыбка и горящие глаза контрастировали с внушительным ростом, то теперь он выглядел устрашающе. "Иначе мы не выживем. Давайте помедитируем и посмотрим, что откроет нам Море, ведь оно всегда дает нам..."
  
   Вскоре, на закате, прибыл командующий Эрлег Литчем со своим отрядом. Он был не в восторге от этой миссии и с неудовольствием отметил, что в воздухе витает тот же запах и та же непонятная вонь, что и во время его предыдущего визита, но ослушаться прямого приказа Нинузгидзиды было нельзя. "Такова цена амбиций", - подумал он.
  Литчем, человек по материнской линии, был обаятельным, румяным и красивым по меркам своего народа.
  Поэтому у него было две жены, три наложницы и, как минимум, три любовницы. Его приветливый и обезоруживающий нрав скрывал амбиции и политическую смекалку, которые он использовал, чтобы подняться по извилистой лестнице успеха на Дроменкасе. Сначала его воспитывал отец, который сам был королевских кровей, а затем - отвратительный Сситер. Именно во время их обучения Литчем открыл в себе ту глубину гнева, которая была ему необходима, чтобы выжить в суровых условиях физических и политических испытаний, - тот самый гнев, который он направил на то, чтобы стать командором. Однажды он спросил Анетан-Трата, утихнет ли его гнев, когда он достигнет своих целей, но Змеиный лорд в капюшоне ухмыльнулся и ответил: "Только для слабых, жаждущих ослепительных побрякушек и низкопоклонства. Для тех, кто держит глаза и уши открытыми, чтобы видеть и слышать правду о галактике, охваченной хаосом, никакие драгоценности не избавят от ярости". Литчем со временем понял, что эти слова, если они правдивы, обескураживают, хотя дело было не столько в самой галактике, сколько в Империи ситхов. Он скрывал эти мысли глубоко в душе, но именно они побудили его занять место павшего жреца Киссаи и стать Потентатом. А если он вернется с несколькими пленными анзатами, кто знает, как далеко он сможет зайти. Но что он будет делать с этой властью, когда получит ее, он не знал. Он не мог загадывать так далеко.
  Несмотря на благоговейный трепет, который они внушали, Литчем не был поклонником сефи.
   Много лет назад он участвовал в операции по захвату изолированного клана Белой Птицы на Бесспин-Каалиде, великолепной ночной планете, где сияющие луны заливали неземным светом раскинувшиеся вокруг хризолитовые сады. Но сефи давали им отпор на каждом шагу. И это не было чем-то из ряда вон выходящим. Орбитальный город Этания, созданный в память об облачных городах Дрима, тоже яростно сопротивлялся вторжению ситхов.
   Его беспокоило вовсе не то, что анзаты так сильны. Конечно, взять нескольких пленников будет непросто, хотя в его распоряжении был достаточно большой отряд талантливых и опытных воинов, чтобы обеспечить успех. Но на душе у него было неспокойно. Он решил, что причина в этих жутких стражах. Он бы с радостью оставил эти мерзкие сферы позади, но даже его капризный повелитель не мог противиться грозному Владыке Мертвых, одному из их главных богов, которого ситхи называли Хоякут'ари. Ходили слухи, что стражи были созданы по образу и подобию Копа Хана. Литчему было всё равно. Он не был уверен, что такие изначальные сущности вообще существуют, хотя большинство людей признавали Королеву Воздуха и Тьмы и даже поклонялись ей наряду с Древними и богами ситхов.
   Он слышал кое-что о Повелителе Мертвых... кое-что тайное... что он был Королем вампиров, что он странствовал по мирам под именем графа Эосфороса и в других обличьях; что он вернул жизнь Матери Ужаса и другим королевам-ведьмам, которые когда-то правили Дроменкасом; что в нем обитало не одно, а пять существ. Как Эосфорос он был Врагом; как Несуферит - Чужаком; как Ибаули - Другом; как Ианус - Родителем и Порталом; как Хелел - Любовником. По этой причине другие Бессмертные Боги не доверяли ему полностью, хотя, конечно, не было никого, кому бы они доверяли полностью.
   Литчем долго размышлял над этими вопросами и обсуждал их только с теми, кто осмеливался говорить о подобных вещах. По его мнению, Повелитель Мертвых был самым надежным из Бессмертных Богов. В то время как остальные носили эпитеты, подчеркивавшие их могущество и наводящие ужас, казалось, что если кто-то из них и заслуживал почитания, то это был Хоякутари. И хотя каждый готов был бороться до последнего, лишь бы избежать его объятий, некоторые жрецы утверждали, что он заберет своих подданных в иной мир.
  Литчем надеялся, что эта миссия не приведет его в тот мир раньше, чем ему хотелось бы.
  Анза"ат делились на высшие и низшие кланы. К первым относились три самых древних и престижных племени: Заатус, Заттаной и Затараин. Литчем рассудил, что в Затараине, где располагались самые величественные постройки, жили самые влиятельные представители. Зная, что будет лучше, если он захватит представителей высших кланов, а не низших, Литчем отправил к их жилищам отвратительных стражей, и теперь они улетали прочь во главе с мрачным Зиакасом.
  
  Анзати больше не нуждались во сне. Вместо этого они проводили по шесть часов каждую ночь, медитируя над Морем Памяти и выискивая видения грядущих охот, греясь в волнах галактического супа. Говорили, что они могут делать это даже за пределами планеты, но любой, кто не подключался к источнику дольше недели, сходил с ума и умирал.
   Поэтому Брэкен Реннин и его сородичи не удивились, когда на них напали эти парящие в воздухе омерзительные сгустки, хотя их и поразило, насколько быстро они двигались. Из-за этого несколько из них погибли, когда стражи пронзили их черепа, и за время, пока оттуда били фонтаны, собрали тела Литчема, двух других павших товарищей и двух мертвых анзатов. Двоим удалось прорваться через барьер, но ситхи быстро накинули на них тяжелые плащи и наложили защитные заклинания.
   Когда они двинулись к воротам, вампироподобные существа, окружавшие сферу защиты, последовали за ними, не отставая ни на шаг. Реннин улыбнулся. Тем временем Литчем корчился от боли, проходя процесс трансформации. Ситхи не обладали способностью исцелять, но знали достаточно, чтобы погрузить его в бессознательное состояние.
   Внезапно один из пленников вырвался на свободу. В последовавшей за этим суматохе барьер рухнул. Ситхи остались без защиты и дрожали от страха. Но, к их удивлению, анзаты не стали нападать. Они стояли, как завороженные, и смотрели на него голодными глазами, полными жажды убийства. "Отправьте сообщение своим хозяевам, - сказал Реннин, подходя к ним. - Скажите им, что мы будем могущественными союзниками, но не станем рабами!" После этого ситхам позволили отвести Литчема и других к воротам, откуда они поспешили к своим хозяевам на Дроменкасе, чтобы рассказать о произошедшем и передать сообщение Реннина.
  
   Ситхи были заинтригованы случившимся и согласились заключить союз с анзатами. Что касается измененных стражей, которых они теперь называли Пожирателями (Деррифанами на языке ситхов), то они отправили захваченного в плен стража вместе с зараженным ситхом обратно на багровую планету к ее призрачному повелителю, чтобы продемонстрировать успех миссии.
   Командира Литчема заковали в цепи и привели к архимагу Рамисесу. Когда он пришел в себя, над ним нависло отвратительное лицо Повелителя Совета Теней. "Не думаю, что ты когда-нибудь разгадаешь Загадку Зиккурата".
  Литчем промолчал, и Черный фараон Роана усмехнулся. "Я открою тебе один секрет. Бывают случаи, хоть и редкие, когда тем, чьи амбиции не совпадают с нашими, можно найти лучшее применение. Я отправляю тебя к моему коллеге, архимагу Сократу Старшему. Он проделал впечатляющую работу! Думаю, из тебя получится идеальный подопытный!
   Литчему показалось странным, что он больше не чувствует запаха смерти, исходящего от Рамисеса. Но ему было все равно. Он чувствовал только ярость и жгучее желание насытиться. Он стал катализатором для усовершенствованных процедур Сократу по продлению жизни и гибридизации, и хотя он уже не был тем, кем был раньше, теперь, когда его амбиции совпали с амбициями Бессмертных Богов ситхов, он в конце концов превзошел ранг Потентата... за что возблагодарил Владыку Мертвых.
  
  "ЧЕРНОЕ ПАЛОМНИЧЕСТВО"
  
  [Следующий документ представляет собой отрывок из более крупного произведения под названием "Черное паломничество", написанного Монтегю Роудсом. Копия рукописи, принадлежавшая Гекстрофону, по всей видимости, утеряна, что неудивительно, учитывая ее редкость и ценность.]
  
   "Вампиры бывают разных видов: паразитические ауранцы, завоевавшие Ауратеру, реамары с Аргота, энергетические вампиры с Мандрагоры и меки с Мекита и Симтера. Но это лишь малая часть. К счастью, гораздо реже встречаются похожие на летучих мышей эрлуры и книдариоидные звездные вампиры, которых называют сородичами. Большинство из них - одиночные охотники, которые прячутся в тени или в своих крепостях и за долгие годы заражают лишь немногих. По этой причине, если бы деррифанов создали тайно и они остались бы незамеченными, целые народы и миры были бы заражены, и в итоге осталась бы лишь галактика вампиров.
  Те, кто серьезно изучал этот вопрос, как и я, указывают на наиболее распространенные примеры тех, кто психогенно, но неосознанно высасывает жизненную силу из окружающих, создавая таких ядовитых существ, как "рефлексивные вампиры", и уже давно высказывается предположение, что на самом деле любое хищное животное, которое питающийся плотью другого - это своего рода вампир. Но мы заботимся о тех, у кого потребность питаться настолько сильна, что, как и у испорченных ликантропов (ведь есть и благородные), понятия морали и сострадания полностью отсутствуют. Именно их мы понимаем как вампиров.
  В древних текстах они упоминаются как разные существа и у разных народов имели разные названия: ламия, Упире, Лугат и Кукудат - это всего лишь старые имена. Их справедливо считают монстрами, поскольку, независимо от того, какими средствами они добывают свою добычу, будь то путем обольщения или насилия, они осознают тот факт, что это приводит к смерти их жертв или к тому, что они находятся при смерти. И все же есть те, кто испытывает симпатию даже к этому виду, полагая, что они могут утолить свою жажду не больше, чем любой зверь, который должен охотиться и убивать ради пропитания. Таким образом, само существование этого влечения, которого они не искали, по всем правилам должно либо избавить их от осуждения, либо, по крайней мере, вызвать у нас сочувствие.
   Чего не понимают эти так называемые сочувствующие (некоторые из них, как я подозреваю, просто оправдывают собственные формы вампиризма), так это совершенно противоестественного характера паразитизма.
   Это не имеет ничего общего с Силой, которая основана на взаимовыгодном симбиозе, где каждый что-то даёт, а что-то получает, и с которой изначально зародилась вся жизнь в мире природы.
   "Ах, но мир природы - суровая и жестокая госпожа", - возразят оппоненты.
   С этим действительно не поспоришь. Но в этой картине не хватает одного элемента - Антисилы. Антисилу невозможно объяснить с чисто научной точки зрения, как и Силу, но её присутствие и влияние столь же очевидны. Антисила имитирует жизнь, но в то же время предает её; она забирает, но ничего не даёт.
   Поскольку источники как Силы, так и Антисилы невидимы, призрачны и космичны, считается, что их не существует. Таким образом, то, что является неестественным или злым, - просочившееся в основу культуры так рано, что сейчас не осталось никого, кто помнил бы времена, когда этого не было, - считается неотличимым от самой природы. Поэтому ученый усмехается, не подозревая, что все было не всегда так, как сейчас. Точно так же приверженцы Тьмы нормализуют вампиризм, поскольку они и их боги являются его высшим выражением.
  Но даже эти отвратительные и жуткие существа, Мнггал-Мнггал и Вару, которые являются всего лишь гротескными проявлениями коллективного вампиризма, не могут сравниться с ущербом, наносимым идеологией вампиризма, представленной по всей галактике в гораздо более благотворительных выражениях. Итак, мы подходим к социологическим аспектам, которые часто упускаются из виду при изучении этого предмета. С вампиром можно связать не только обычного преступника - оба они забирают у своих жертв, истощают их, питаются за их счет, а иногда даже убивают их, - но и сами социальные структуры.
  Целые общества построены на вампирической основе. Хотя это более очевидно в мирах-крепостях, где правят военачальники, тираны и ситхи, где доминируют сталелитейные города и царит промышленная разруха, мы видим ту же основу в так называемых свободных обществах, только с дополнительным фасадом, слоем притворства, который маскирует тот факт, что высшие эшелоны власти наживаются на тех, кто ниже их, - финансово, психологически и даже физически, когда речь идёт о стремлении лидеров заполучить больше ресурсов или земель. Но поскольку всё это делается под видом предложения чего-то взамен - свободы или возможности разбогатеть (хотя для большинства людей эти возможности зачастую настолько ничтожны, что не имеют никакого значения), - большинство не замечает величайшей силы вампиров - их способности очаровывать и обманывать. Создаваемая ими иллюзия достаточно сильна, чтобы год за годом, век за веком поддерживать этот паразитический цикл, пока он не распространится почти на все органы власти, в том числе на самые ужасные, которые знают, как пропагандировать эту идею, пока она не станет считаться само собой разумеющейся, пока граждане не смирятся с тем, что таков естественный порядок вещей и что любое отклонение от него является отклонением от нормы и в той или иной степени наказуемо.
  Это оказалось настолько успешным, что даже поэты и пророки, которые видят всё как есть и выступают против этого, не могут разрушить этот фасад, пока их произведения не будут ассимилированы, кастрированы и превращены в простую музыку для масс.
   Теперь, когда мы понимаем, в чём заключается истинный трюк вампиров - превращать свою жертву в зависимых, жаждущих своего хищника, - мы можем снова обратить внимание на настоящих кровопийц и их хладнокровных и расчётливых хозяев, которым не нужно прятаться в тени, они могут действовать у всех на виду.
   Среди гробниц и руин Сеаля, где обитали вампиры, была найдена очень древняя поговорка: "Тот, кто хочет пить кровь своих врагов и добиться их непоколебимой преданности, отправится в Хоразин и воздаст почести Князю Космоса". Конечно, такого мира в известной нам части галактики не существует, но для тех, кто углублялся в эту тему, намёк достаточно ясен. Это так называемое Чёрное паломничество - приглашение для тех, кто уже предрасположен к вампиризму в одной из его многочисленных форм, поддаться своим тёмным порывам, что символически выражается в путешествии в Дом Праха и к его Богам Праха. Для кого-то это путешествие происходит в буквальном смысле, для кого-то - в метафорическом. Этот аспект имеет меньшее значение, чем тот факт, что те, кто принимает участие в ритуале, становятся его осознанными участниками. Перестав сопротивляться тьме, которая разъедает их изнутри, они превращаются в воплощения зла, охотящиеся с ликованием и злобой.
   Для слабых еще есть надежда на искупление, но после Черного паломничества пути назад нет!"
  
   Конклав Перворожденных пришел к выводу, что любая раса, способная с такой легкостью заражать целые цивилизации, представляет серьезную угрозу. Хотя вампиры Терры I были усмирены, ракши нейтрализованы, а анзаты рассеяны и защищены союзниками, скрытые анклавы нагов все еще оставались на свободе, и именно из них вышли гархуны и ворвоны. А под покровом ночи, ведомые Зиакасом, деррифаны проникли в изолированные общины. Из человеческой колонии на Даванне вышли гипнотические даваннанцы, из благородной Кентры - Кровавые Разбойники, из Фаргула - Горган, из Палидора - Ватек из Стрио, а из изолированных кланов Сефи - Слепые Мертвецы из Ванья и высокомерные омеки, которые впоследствии подчинили себе семь рас, бежавших на Терру II. Поэтому Конклав отправил воинов выследить Деррифанов и уничтожить все их порождения.
  Спустя несколько лет над Корма Берст в Пургротии, Целегианцы, Ки"лессане из Ки"лессии и Мурахаун из Малого Нахсу выследили и уничтожили Деррифанов. Некоторые из них сбежали по извилистым тропам в глубинах Н"кая обратно в Адский мир Оргус, чтобы сообщить об уничтожении своего рода, но Холодный Данда Син забрал Зиакаса и выживших Деррифанов себе в качестве домашних питомцев, потому что его забавляло их сходство с ним самим. Владыка мёртвых был недоволен, но один из его главных слуг, бывший гробовщик-человек, создал новых стражей. Вместо плоти им дали металлические тела, в которые поместили одержимые разумы недавно умерших.
  
   Эффект вампирического хищничества не всегда становится следствием вампиризма, что свидетельствует о разнообразии жизни и природы, а также о характере жертвы. Жертвой Лазули стали синекожие энзины из Энсолицы. Жертвой Саркана стали барабелы.
  А тысячелетия спустя в галактике-спутнике Пургротии злобные и похотливые тецудзины, изгнанные мандалорцами с Сёгуна на тёмную и необитаемую планету, которую они назвали Теру-Мицу, превратились в сильный народ с мертвенно-бледной кожей после того, как на них напали кочевники гархуны.
   Гархунов привлекла на Теру-Мицу (которую они переименовали в Н"кай) обитавшая там злая сущность. По этой причине они переименовали своих рабов-тецудзинов в честь своих повелителей-нагов и бога этого мира, и с тех пор тецудзинов стали называть нагаями, а их мир - Наги. Однако трансформация сделала нагаев более сильными и выносливыми, что позволило им свергнуть гархунов и изгнать мерзкую Чёрную Тварь, которую гархуны называли Спящим с Н"кая, на Ют в системе Ютан. Однако в ходе безжалостного строительства империи они настроили против себя многие соседние расы в Огненном Кулаке, как тогда называлась Пургротиа, и оказались уязвимы, когда в их секторе усилилось влияние тофов.
  Ниот-Коргаи были вампирами другого типа и одними из самых древних.
   Хотя они изо всех сил старались скрыть своё происхождение, даже прибегая к избитому приёму и выдавая себя за создателей человеческой расы, ниот-коргаи были грибовидными отпрысками скрытой протоплазменной массы, которой был Абхот.
   Ниот-Коргаи могли управлять своими носителями, менять их облик и даже высасывать кровь из жертв на расстоянии. После ужасной войны с ригеллианами с Ригеля VII, на которых этот способ не действовал, обе расы были практически уничтожены, и ниот-коргаи были вынуждены пересмотреть свою стратегию и скрылись в океанах Картиса, ныне известного как Ригель VI, во Внешнем Кольце.
  Но несколько кланов отделились - их изгнали сородичи за то, что они рисковали раскрыть свою расу или хотели питаться без ограничений, - и они отправились в путешествие по галактике на кораблях, замаскированных под астероиды или кометы. Одна из хироптерических вариаций, выведенная из эрлуров, отправилась на Терру I и Датомир, откуда появились хиродактили. Другие направились в систему Уртха, перехватывая корабли, курсировавшие между мирами, пока их не обнаружили и не уничтожили. Последний из них много веков спустя прибыл на Уртху в ее последние дни, чтобы соединиться с королем-чародеем Йороса, и теперь они оба покоятся в своей гробнице... по крайней мере, так говорят.
  
  КРОВАВЫЕ РАЗБОЙНИКИ ТАЙТОНА
  
  Бывший Хранитель Королевства Древних, который предал сефи, похитив драгоценный Алмаз Силы, Повелитель Сагара теперь объединился с Кровавыми Разбойниками и злобными Малдонтами с Гарголина, что привело к столкновению мечей и тёмной магии в некогда цветущих степях Тамбориона и превратило их в ледяную пустыню после того, как Великий город Антика был разрушен до основания. Прошли годы, прежде чем горгульи бежали, а Повелитель был повержен Избранным по имени Блэкстар (ныне известным по Колесу мира в той системе).
   После этого Кровавые Разбойники, или Люди-вампиры, как их когда-то называли, были призваны покинуть свою горную обитель и отправиться на Тайтон, чтобы раз и навсегда покончить с остатками Эрутросов. Они овладели грозной тёмной магией, но не могли долго находиться на солнце, иначе погибали.
  
  После побега из Дроменрегна перед началом Эмпирейских войн Дома Эрл, Тон, Рат и Сек основали новое общество под предводительством Короля Эрла и Королевы Тон, которые поселились в Талссе, на родине Снежного народа, известного как тальцы.
  Они встретились с тальцами и подружились с ними. Поскольку Высший Клан Тон был самым многочисленным из кланов, отправившихся в путь, и первым почувствовал зов отправиться туда, они переименовали планету в Тайтон (хотя другие утверждали, что это ложь и планета была названа в честь Тайфоджема), а всех её обитателей стали называть тайтонцами, чтобы больше не делить их на Дома, ведь они надеялись оставить позади тяготы войны и начать честную, хоть и трудную жизнь. Так они построили Тайтон и заселили его.
   К сожалению, давний враг не забыл о них. Из вулканического Разлома и через чёрную Бездну, соединённые глубокими туннелями в подмире, ведущими в Бездну Рух, были проложены Адские врата.
  Потребовались долгие годы и усилия тайных агентов среди тайтонцев, но как только образовался разрыв, из него вырвались клубы черного и красного дыма, и за ними последовали армии тьмы: плотоядные рафы, мутанты-юрганы и кровожадные кровопийцы.
  За ними бежали кислотные пауки, крюкоястребы и силиковые ящерицы.
   Они безжалостно истребляли неподготовленных тайтонцев, окрашивая пески в красный цвет их кровью, так что с тех пор эта местность стала известна как Красная пустыня. После сокрушительной победы ситхов взять Бараку были отправлены еще более крупные силы, которые переименовали планету в Хад-Абаддон в честь своих злобных богов.
   Тем не менее правящие в то время король Эрл и королева Тон обладали немалой силой, а кланы не забыли о своей стойкости. Они бежали и уводили с собой выживших после первого натиска, и именно благодаря дружбе с тальцами им удалось спрятаться, выжить и в конце концов нанести ответный удар.
  
  Итак, в то время как колонизаторы прилагали огромные усилия, чтобы разрушить некогда восхитительный по красоте город Тон и возвести на его месте ужасный город Юргоран, тайтонцы процветали в дикой местности и вулканических пещерах, став для захватчиков дымом. Прошли долгие годы. За это время были совершены, казалось бы, незначительные действия, такие как саботаж и кражи, которые остались незамеченными захватчиками или были списаны на преступников.
  Со временем проявилась более масштабная схема. После насильственной смерти нескольких видных лидеров ситхи начали понимать, что они стали мишенью. Были отправлены отряды рейдеров, чтобы узнать и уничтожить виновных; многие так и не вернулись, а те, кто вернулся, сообщили о том, что представители мировой фауны ведут себя более агрессивно, чем обычно. Несмотря на их затруднительное положение, из-за продолжающейся Космической войны у них не было легкодоступного подкрепления, и поскольку признать, что они нуждались в помощи, было бы потерей лица, проклятые ситхи удвоили свои усилия, чтобы решить проблему.
  Тайтонцы, тем временем, снова стали сильными и многочисленными. Когда пришло время нанести удар по их врагу, никто не колебался, и с первыми лучами рассвета они обрушили городские ворота. Свирепые и бескомпромиссные силы тайтонцев вместе с различными существами, которых они тренировали специально для этого момента, - огненными тайгами, кошками-манками, великими гайдами и королевскими рапторами - ворвались в Юргоран, сметая на своем пути хоррантов и застигнутых врасплох ситхов. Некоторые из них бежали из города, но их затоптали уксизвери.
   В тот день были убиты даже грозные и злобные великаны-рафа.
   Ужасающие Кровавые Разбойники испытывали смертельную неприязнь к солнцу, поэтому они ранее отступили в свою яму. После разгрома Юргорана тайтонцы спустились в Разлом, где обитали вампиры и другие ночные существа. В прошлом они уже исследовали эту часть Разлома и вырубили в скале грубую лестницу, которая спиралью уходила вниз на определенную глубину и заканчивалась грубо обтесанной площадкой. Некоторые последовали по ней. Другие, привязавшись к веревкам, стремительно спускались вниз. Все они несли с собой факелы и набитый мешок, привязанный к поясу, из которого они доставали предметы размером с ладонь и прикрепляли их на разном расстоянии друг от друга.
  Когда они закончили, прозвучал сигнал, и тайтонцы подняли шум, играя на ручных музыкальных инструментах, которые некоторые из них принесли специально для этой цели. Проснувшись в дурном расположении духа, Кровавые Разбойники расправили крылья и взмыли ввысь, чтобы расправиться с дерзкими незваными гостями. Кто-то бросил факел, и его свет упал на сотни вампиров, которые, казалось, заполонили всё вокруг!
   Один из древних даров эрутросов, давно забытый ситхами, назывался светотворением. Эта сила позволяла им направлять солнечную энергию в кристаллы, которые в древности использовались для питания различных устройств и освещения великолепных городов Дроменрегна. На Тайтоне росло несколько видов таких кристаллов, которые тайтонцы заранее прикрепили к стенам Разлома, пока Кровавые Разбойники ещё спали.
   Теперь, когда могучие когти и клыки потянулись вперёд, чтобы разорвать свою добычу, тайтонцы сотворили заклинание светотворения, и кристаллы вспыхнули, озарив всё вокруг ослепительным сиянием. Затем они бросились обратно на поверхность, а из умирающих глоток вырывались крики, и запах горящих трупов стал невыносимым. Выжившие Кровавые Разбойники либо скрылись в глубоких подземельях, либо вернулись в свои горы на Сагаре через подземный портал в Бездне Рух. Вампиры больше не беспокоили их.
   Началось строительство нового города. В его анклавах использовались солнечные кристаллы, чтобы ни одно порождение тьмы не могло вернуться под покровом ночи и нарушить покой их мира. Но они никогда больше не поселятся в Юргоране, который с тех пор стали называть Старым городом. Он по-прежнему остаётся городом, полным призраков и злодеяний, и в его тенях поселятся другие существа.
  
  Царства теней
  
  ЗЛАЯ МУМИЯ И КРЕСТОНОСЦЫ-КУМУМГА С ТАТУИНА
  
  Ксанксатотеп вернулся в Дроменкас. Повелитель Ксантиира и халиф дим-Юмара, Ксанксатотеп был рафаимским отпрыском королев-ведьм и сыном богов, но, поскольку в его жилах текла кровь массаре, массасси встретили его с большим ликованием. Однако к жрецам Киссаи он не питал особой любви и, представ перед ними, даже не потрудился скрыть своего презрения. Это были не нинусгидзиды; к ним он испытывал хоть какое-то уважение, ведь они были избраны Королями Теней для великих свершений. Но эти! Ксанксатотеп видел и делал то, чего они не могли постичь, и, когда гигантский повелитель массасси подошёл к их жалким тронам, от него буквально исходила энергия Тёмной стороны Анти-Силы. "Я удивлён, что жрецы Киссаи всё ещё у власти после вашего предательства!"
  "Это дела давно минувших дней, дорогой брат, тебе действительно стоит следить за текущими событиями... Но, возможно, ты был лишен таких излишеств, когда скрывался?"
  Другой киссай весело захихикал, услышав эту насмешку. Они считали его пережитком варварства, чудовищем из ушедших веков и едва ли выше грубияна. Он чувствовал их страх, отвращение и самомнение.
  Ксанксатотеп был слишком силен, чтобы им нравиться. Если бы не Отец, поддержавший их соглашение, он бы преподал притворяющимся жрецам урок прямо там и бросил бы отрубленные головы ликующим Массасси, когда он захватил родной мир ситхов для себя. Но Змеиный народ был могуществен, и его поддерживали его невыразимые хозяева, которые всегда наблюдали за происходящим с порога Внешней Тьмы.
  "Моей последней задачей было покорение Земного мира, с чем я
  успешно справился, развязав ужасную войну, чтобы заявить права на этот мир для Бессмертных богов ситхов". Это заставило киссаи замолчать, и Ксанксатотеп улыбнулся жгучей ненависти, которую он испытывал к нему.
  "Я вижу... В любом случае у Совета Теней есть для тебя новое задание. Есть один игрок-отступник. Если ты сможешь... избавиться от него, то сможешь основать свое правление в Западных Пределах и стать Седриссом!"
  Этот титул означал "Верховный Злодей" и давал власть, равную власти высших архимагов Дроменкаса. Подобные почести ничего для него не значили, но пока он соблюдал субординацию и принял задание, лично отобрав батальон массасси, который отправится с ним на Хот - планету, названную в честь того самого нечистого протоплазменного Древнего, который до сих пор обитает во тьме.
   Перед отъездом он предупредил жрецов: "Сейчас я ухожу. Но знайте: я не просто жрец, а полубог, выкованный в ледяном пламени Нефила! Если вам снова понадобятся мои услуги, я буду ждать соответствующих подношений, иначе вы познаете мой гнев".
  Киссай почтительно поклонился, но в глубине души был рад, что он уходит.
  Ксанксатотеп отправился в Храм Теней на Хоте - древнее сооружение, построенное гоблиноподобными фасками (позже их стали называть скелами), которые попали в рабство к Ветроходу. Король Демонов Ветра не был любимцем ни Лотана, ни Ямм"ки, потому что был сыном Астора, который, как они подозревали, стремился занять их место. Задача, которую они поручили Ксанксатотепу, должна была продемонстрировать превосходство над этим своенравным соперником.
   Он собирался выждать время, прежде чем нанести удар по мрачному разуму, бродившему по этим северным равнинам, но гниющий Король Духов Ветра узнал о его приближении и первым дал о себе знать, послав отвратительного вампира, чтобы тот убил и сожрал перепуганных массасси, служивших в Храме Теней, и заставил Ксанксатотепа воскресить их в виде марионеток-нежити. Без сомнения, это дело рук киссаи, рассуждал Ксанксатотеп, они надеются избавиться от меня. И если им это удастся, темные боги лишь улыбнутся и кивнут своими мрачными головами; таковы их прихоти и верность.
   Ксанксатотеп ненавидел их всех! Теперь имело значение только усиление его собственной власти.
   Однажды я стану одним из Древних - и тогда уничтожу их!
  "Падший и забытый дух, - приказал он, - ты, который когда-то правил империями, я не собираюсь ссориться с тобой. Но теперь я хозяин этих земель! Иди и преследуй другого!" И на ненавистном высоком языке он произнес таралсиксу. Известное лишь немногим, это было одно из редких заклинаний, которое обеспечивало защиту от подобных существ.
  Но, несмотря на нарастающую бурю, Виндагон ответил: "Сын и тайный соперник Айрин, возможно, то, что ты ищешь, ближе, чем ты думаешь..."
  Из этих слов Ксанксатотеп понял, что Виндагон предлагает союз против Древних. Это было заманчиво, но, в конце концов, это сделало бы его всего лишь еще одним рабом Тулукху, и если бы это было обнаружено до того, как Золотой король смог бы уничтожить Внешних Богов, его бы выследили и уничтожили.
  - Боюсь, что нет, Смертоносец, потому что вонь, исходящая от таких, как ты, мне не подходит, - надменно ответил он. - "Возможно, когда Вергама совершит свое богоубийство, я подумаю об этом".
  "Ты не доживешь до этого дня, сын Ситлана, и никто не защитит тебя!"
  Так случилось, что Король Духов Ветра покинул Хот... но халиф всегда слышал его смех на расстоянии и чувствовал ледяной холод его руки.
  Вскоре после этого Ханксатхотеп был вызван отрядом молодых киссаи, скрывавшимся в джунглях Тунита (старое название Фум Татавина и Татуина).
  Их битва с крестоносцами закончилась неудачей, и они не могли вернуться в Дроменкас и сохранить свои жизни; они также не могли оставаться в страшном лесу. У них был только один выбор. Чаще всего призывы оборачивались против призывателя, но они объясняли это тем, что призывали не разрушающую рассудок Тень Этериуса или даже Дымного Демона, а всего лишь высокопоставленного ситха, который, как они слышали, недавно захватил Западные пределы. Итак, оперативная группа ждала, прислушается ли повелитель Ксантиира к их призыву. Из их наспех сооруженного святилища, сделанного из костей и крови павших товарищей, поднимался черный дым, погружая холодную ночь в темноту, более глубокую, чем сон, и скрывая печальные звезды, одиноко кружащиеся высоко в небе.
  Наконец ужасный Ксанксатотеп, облаченный в одежды одного из древних царей, вошел в ворота. Ему не было дела ни до Тунита, ни до Кумумга, и он бы не пришел сюда, если бы не древние предания, в которых говорилось о драгоценном камне огромной ценности, украденном у посланников Древних и спрятанном в этих землях. Этот камень, известный как Торк, наделял своего владельца божественной силой.
   Верховный Злокозненный смерил взглядом жалкую, дрожащую кучку неудачников, которые стояли перед ним на коленях, ожидая, что он сделает то, чего не могли они. Ничтожные отпрыски Киссаев! Увидев, что они не принесли ему жертву - ведь жречество велело народу воздавать почести только Бессмертным Богам, Повелителям и Нинузгидзиде, - он сверкнул глазами, в которых вспыхнуло яростное красное пламя, и прошипел на Высоком Языке мерзкое заклинание. Подняв пылающий меч, великан обрушился на ошеломленных ситхов, пронзая, рубя и разрывая их с расчетливой жестокостью.
  После его первого натиска в живых осталось меньше половины отряда, но Ксанксатотеп не собирался останавливаться на достигнутом. Когда они скрылись в джунглях, он преследовал их, питаясь их страхом и страданиями. Из них еще половина была выслежена и убита.
   Осталось пятеро, и они издалека наблюдали из этого мрачного, зловещего леса, как Верховный Злокозненный творил какое-то заклинание над телами их павших товарищей. В том, что когда-то было глазами, вспыхнул жуткий зеленовато-голубой свет.
   Затем смертоносный отряд марионеток-мертвецов поднялся и выстроился в шеренгу.
   Словно за ними летели сами дьяволы, выжившие бежали так быстро, как только могли, к единственному месту, где они могли найти убежище, к единственному месту в этом мрачном ночном лесу, где они еще могли укрыться, - к странному и внушающему благоговение городу Кумма.
   Кумма, которого они так боялись, с его горными стенами и массивными колоннами, которые, казалось, выросли из самой земли, не обработанные руками смертных...
  Кумма, чьи непреклонные массивные каменные изваяния взирали на них сверху вниз, проникая в их души ужасающими мыслями, гласившими: "Позор Детям Перворожденных, чьи души ждут мучений во Внешней Тьме..."
   Кумма, неприступный город благородных крестоносцев, которые с каждой победой опровергали пагубные учения Повелителей Змей и их жестоких хозяев...
   Кумма, город, который, скорее всего, станет их погибелью.
  Ветерок, напоенный ароматом древних деревьев луха, мягко обдувал перепуганных беглецов, спускавшихся по склонам почтенных холмов, ведомых жуткими Гомрассенами. Эти земли так сильно отличались от суровой и жестокой родины, где из них сделали суровых и жестоких воинов. Добравшись до ворот из песчаника, украшенных акротериями с причудливыми барельефами в виде крылатых фигур, беглецы побросали оружие. Перед гигантскими колоннами, окружавшими портал, который распахнулся, пропуская вооруженных стражников, они рухнули на колени, беспрестанно бормоча и умоляя на своем уродливом языке. Стражники, на одежде которых виднелись следы паники и усталости, а на окровавленных лицах - следы крови, позвали паладинов.
  "Какое жалкое зрелище в такую прекрасную ночь", - подумал Беркинн Аревн, старший из Паладинов Кумумга, видя перед собой распростертые фигуры. - "Что все это значит? - спросил он. - Почему угнетатель пришел сюда в ужасе и слезах?"
  Наконец один из них собрался с духом и заговорил на всеобщем языке, понятном кумумга. "Сжальтесь над нами! - начал краснокожий ситх. - Мы отдаем себя на вашу милость, даже если эта милость означает смерть, ибо нас ждет куда худшая участь от рук Верховного Злодея, которого мы по глупости призвали. В эту самую минуту он охотится на нас, и скоро он выйдет из джунглей!"
   "Если вы призвали его, как утверждаете, то почему же он охотится на своих союзников, а не на врагов?"
   Быстрота их ответа подтверждала обоснованность их опасений. "Это правда, что нас послали с единственной целью - завоевать Кумумга и захватить трон Тунита для Империи ситхов, - сказал другой воин. - Однако ваш народ оказался сильнее и храбрее, чем мы ожидали, и тогда мы призвали его. Но как только он появился, он начал нас истреблять. И это еще не самое худшее, потому что вскоре он начал превращать нас в ужасных живых мертвецов".
   Аревн на мгновение задумался. "Почему вас так пугают живые мертвецы? Вас, что обитают во тьме демонов и мерзких богов?"
  Юный Киссай ответил: "Говорят, это вечные муки, безумие и боль, которые невозможно вообразить... Лучше умереть и возродиться в чертогах наших отцов..."
  "Я бы хотел узнать об этом побольше, - сказал паладин. - Проследите, чтобы их надежно сковали цепями и лишили всего спрятанного оружия и припасов".
  Кумумга оказались столь же мудры, как и их репутация: они заперли ворота и предупредили гигантских стражей о приближении врага. Фаланга крестоносцев отвела пристыженных ситхов в укрепленную тюрьму, потому что война изменила Кумму, и теперь там появились такие места, но не настолько, чтобы жители перестали обеспечивать узников едой и чистыми постельными принадлежностями. Тем временем паладин переоборудовал трехтонный саркофаг, известный как Тумулус, и собрал отряд добровольцев для охраны Ожерелья Власти, или Торка. Вскоре стражи Куммы зычными голосами передали следующее предупреждение: "Владыка Ксантиира прибыл".
  Это потребовало некоторых усилий, ведь Ксанксатотеп знал, что для его народа этот город был проклятым, но с помощью простого заклинания ему удалось найти тайный проход, и он проник в город как раз в тот момент, когда крестоносцы пытались защитить Торк. Глупцы! Только ради этого я и пришел! Словно прорвав плотину, Ксанксатотеп устремился к тайнику, где хранился его трофей, безжалостно уничтожая всех на своем пути. Крестоносцам удалось опередить его на несколько шагов, они сражались с ним и его армией оживших мертвецов, пока, наконец, Верховный Злодей не ворвался в зал, где хранился Торк. Не теряя времени, на глазах у перепуганных кумумга он открыл саркофаг и надел драгоценный амулет себе на шею.
   "Ты был создан не для низших существ, - сказал он, обращаясь к драгоценному артефакту. - Теперь я займу свое место в Вечном Пантеоне!"
   Холодные ветра Юмара пронеслись по залу. Смертельный холод Нифхела обдал все вокруг своим нечестивым дыханием. Из Храма Теней донеслось отдаленное эхо смеха. Что-то было не так! Прежде чем Ксанксатотеп успел пошевелиться, иссохшая, гниющая рука протянулась к нему, и всего на мгновение перед ним предстал невыразимый облик изможденного древнего бога, пустые глазницы которого светились нечестивым, призрачным блеском. Он возвышался над Верховным Злодеем. "Теперь мы увидим, кто повержен и забыт!" - сказал ухмыляющийся череп, прежде чем исчезнуть.
  Ксанксатотеп стоял как вкопанный. Торк лишил его силы Верховного Злодея. История с Ожерельем Власти была хитростью, придуманной Конклавом Перворожденных задолго до этого, чтобы заманить в ловушку врагов, которые могли прийти в поисках источника силы, которую, по их мнению, мог дать артефакт.
  Крестоносцы начали действовать. Ксанксатотеп был вынужден положиться на свою грубую силу, которая все еще была внушительной - и немало крестоносцев пало в тот день, - но Злобный был побежден и затолкан в Тумулус, который, закрывшись, мгновенно превратил его в мумию. Издалека доносился смех, который пробирал Кумумга до глубины души и одновременно укреплял их решимость противостоять злу.
  Пленники-ситхи почувствовали ярость и страх Злобного и плакали от облегчения, зная, что он больше не может причинить им вреда.
  "Разве вы раньше не понимали, что страдание, война и смерть - это все, что предвещает тьма?" - спросил Аревн, когда он прибыл, чтобы сообщить им эту новость. - "Что вы для своих хозяев - ничто, кроме способа сохранить и расширить свою власть?"
  "Мы просили у вас пощады, великие крестоносцы, и вы даровали ее. Это больше, чем мы заслуживаем. Наши жизни в ваших руках, и вы можете делать с ними все, что пожелаете."
  "Это не ответ на мой вопрос", - ответил Аревн.
  "Если бы нас учили такие благородные люди, как вы, а не суровые бароны, наша жизнь была бы лучше.... или выбор мог быть иным. С самого детства нас учили верить, что такие, как вы, глупы и злы. Мы не знали... Мы слышали разговоры о таких вещах, как милосердие и доброта, но наши учителя говорили, что это слабость и лицемерие. Но я почувствовал это, когда мы впервые пришли сюда и встретились в бою... это было как сладкая вода на иссушенной земле. Мне следовало тогда бросить оружие и молить о пощаде. Теперь уже слишком поздно, чтобы спасти нас".
  "Это не так..." - возразил Аревн, - "пощада - это не скупость, и то, что ты сказал, наполняет меня великой печалью, но и ещё большей надеждой. Давай поговорим дальше".
  Аревн отправил сообщение в Дроменкас: "Ксанксатотеп и его захватчики больше не властны над нами. Вернетесь на Тунит, и Дроменкас постигнет та же участь".
  Со своей стороны, киссаи сочли уничтожение Верховного Злодея справедливым возмездием и были рады оставить Тунит тем, кто затаил на него более сильную злобу.
  
  Через год четверо из пяти ситхов с радостью в сердце перестали быть ситхами и стали важной частью общины Кумумга.
  
  ВОЛШЕБНИКИ ВОР
  
  В то время в галактике процветали гладиаторские бои, кровавые развлечения, игорные притоны и бордели. Под руководством Совета Теней, состоявшего из Королей Теней и султанов-психопатов с Иллатуриона, были созданы тщательно продуманные увеселительные заведения, где царили пороки и прочие сатурналии, развращавшие сердца и души жителей галактики. Так зародилась повсеместная культура упадка и разложения.
   Некоторые из самых известных увеселительных заведений - Лабиринты Чудовищ в Вор Танделл, созданные Дином Граттом, Немонидесом Д'критом и Дакарой Рамисесом, - дали им прозвище "Волшебники Вора". На этих аренах вооруженным заключенным обещали свободу и сокровища, если они сумеют сбежать, не попавшись хищникам, выведенным специально для этой цели: изголодавшимся острозубам, свирепым сси-руу, вспыльчивым торворам и, что самое опасное, устрашающим крылатым экотомам, которых называли ворлуками.
   Благодаря фазовой технологии некоторые из этих противников становились невидимыми до момента столкновения. Успешные воины также сражались друг с другом, а зрители делали ставки и подбадривали своих любимых "повелителей Вора", как они называли участников. Желание зрителей стать активными участниками возросло настолько, что клиентам разрешили подписывать отказ от претензий и сражаться на арене за призы.
   Чтобы усилить накал страстей, волшебники Вор-Танделл иногда сами отправлялись в лабиринты, чтобы поджарить их молниями Силы!
   Не желая отставать, Зелашиэль построил на своей родной планете Малакор V темницу Экзсити размером с целый город. На одной из арен рабы, вооружённые луком и стрелами, должны были украсть по драгоценной безделушке из каждой сокровищницы, не попавшись на глаза различным роззумам, которых он держал при себе: ожившим скелетам, неистовым абиссинам, ужасающим данчафам, троллям и смертоносным рилам, порождённым в гниющем лабиринте и пропитанных кровью подземельях. Зелашиэль был не лишён чувства юмора: если смельчак слишком задерживался, его пожирали извивающиеся чудовища по прозвищу Монолиты! Это тоже стало своего рода развлечением за деньги, хотя и довольно опасным.
  На луне Орикон, которая когда-то вращалась вокруг Алара, Ньярхепдрех населил свой огромный город Зверями Ботриума и другими порождениями Иллатуриона.
   Однако, в отличие от Подземелий Экзсити и Вора, здесь не было разделения на зрителей и игроков. Все, кто попадал в Преисподнюю на Ориконе, должны были либо выжить среди тамошних ужасов, либо погибнуть в попытках это сделать. Победители получали богатства, но их было немного, потому что "игра" была ловушкой с высокими ставками, призванной заманивать игроков, чтобы те тренировали и кормили армию роззумов Алого Короля. Некоторые даже становились частью этой армии, когда их возвращали к нечестивой, противоестественной жизни.
   Это был лишь первый из подобных миров-площадок. Наступило время восходящих плутократов, и те, кто наживался на войне, вели жизнь, полную причудливых излишеств. В таких местах, как Охотничья луна (она же луна Зона), Каши, Блэкгард и других частных резервациях, разбросанных по всей галактике, Дикая Охота стала легендарным развлечением для богатых садистов и корпоративных упырей, которые делали ставки, наблюдая за тем, как выслеживают похищенных представителей низших классов. Гладиаторские бои стали популярны по всей галактике, а "Гамма-игры" одними из первых транслировались на целые сектора. На планетах Тай"то (позже известной как Тайфо), Сагар, Кон"Ами (позже - Бал'демник) и Нам"Кох (позже - Нам"Та) были созданы обширные и разнообразные полосы препятствий для тех, кто был готов рискнуть всем ради богатства или престижа, сражаясь с роботами или целой галереей инопланетных злодеев, вооруженных лазерными пушками, на различных трассах, в лабиринтах и логовах.
   Некоторые из этих состязаний стали использоваться в качестве наказания, как это было на Ремулаке. Накануне каждого Зерла, когда три луны их планеты выстраивались в одну линию, преступники были вынуждены сражаться с опасным Гартоком на глазах у толпы возбужденных зрителей. Но одному ремулаку удалось победить чудовище, используя навыки, приобретенные во время пребывания на Уртхе.
  Он объявил, что его победа - не только его личная, но и победа всех людей, вынужденных жить под гнетом тирании и в условиях экологической деградации. Это положило начало движению борцов за свободу на этой планете, которые требовали свободы и перемен.
   К их разочарованию, правительство призвало вооруженные силы для подавления "террористов". В ответ протестующие пошли другим путем: если они не могут одолеть злобных рабов власти, то пусть те и празднуют свою "победу", а они отправятся в другой мир и начнут все сначала. Они прибыли на Церею. Был избран Совет старейшин, который отвергал передовые технологии и стремился сохранить леса, горы, реки, океаны и равнины. Они даже пригласили иторианцев, чтобы те помогли им жить в гармонии с природой. Загрязненная планета, которую они покинули, погрузилась в пучину страданий и бедствий, пока не разрушилась окончательно, оставив в живых лишь тех, кого теперь называют цереанцами.
   Это был редкий случай триумфа в эпоху многочисленных поражений.
   Последним из тех, кого стали называть волшебниками Вор, был Сократу Старший.
   Выдающийся астролог, астроном и печально известный неопларистит, который похитил и извратил философию Пларистов, Сократу был популярен в свое время и регулярно устраивал празднества, на которых собирались влиятельные люди со всей галактики. На Римке его величественная крепость Римкас Туван была построена так, чтобы простоять века. Спустя тысячелетия она станет штаб-квартирой тайной ученицы Палпатина, Алкин Нерет, Темной Леди ситхов. Но самые интересные увлечения Сократу были связаны с тем, что находилось под этой Темной Башней. Он часто спускался по длинной, освещенной свечами лестнице, чтобы навестить тех, кто был прикован цепями в одной из нескольких подземных пещер, - полуголодных, полубезумных жертв, которых он использовал, чтобы лучше понять науку, лежащую в основе метафизических трюков. После того как Сократу удалось заполучить Эрлега Литчема, которому посчастливилось заразиться деррифаном, он начал новое исследование в области продления жизни.
   Его успех привел к появлению зловещего кантрейпа укубокум (вечная ненависть) и первых смертоносных анкатов, известных как Короли-Личи.
  
   Сократу всегда был осторожен и старался не призывать на помощь могущественные силы из-за двери, потому что считал их капризными и способными как помочь, так и уничтожить его. Кроме того, он обнаружил пергаменты Пнома, впервые записанные пан-пренирами, и знал о мучениях пре-эйбонитов, которые вмешивались в эти дела. Поэтому он держался более обычных существ, которые стали обитать в пустынных уголках галактики. Он узнал о злобных Космических Призраках и странных Теневых демонах, которые являются разновидностью Теневых Существ, и о способах, с помощью которых они могли завладеть ситхами, доводя их до безумной жестокости. Именно для того, чтобы изучить этот феномен и преодолеть его, он впервые начал работать над другим интересным пленником - своим собственным отцом, Ньярхепдрехом.
  Ньярхепдреха прозвали Багровым Королем после того, как его мать-тиран, Красная королева, вернулась в Великое Черное Гнездо. Потомок дома Зугуруков, он был известен как Хранитель Тайн, поскольку, по слухам, обладал знаниями, недоступными даже Сситерам. И он не хотел делиться этими секретами со своим законным наследником.
  Но Сократу был настойчив и коварен. Он подстроил смерть истинного наследника Ньярхепдреха и исчезновение его матери, Багряной Королевы, оставив себя, внебрачного сына своего отца, единственным возможным наследником. Возможно, именно поэтому Ньярхепдрех не стал делиться своими ревностно оберегаемыми секретами. Но это было неважно. То, чего он не мог добиться по праву родства, он добьется с помощью пыток. От заточенного в темнице короля он узнал заклинание итсусикса, с помощью которого можно привязать духов к статуям и храмам. Если все сделать правильно, дух искателя будет привязан к локусу храма или неодушевленной филактерии (заранее созданной с помощью жуткой геометрии, сфокусированной на узловой точке, в которой дух будет удерживаться и запечатлеваться). Если что-то пойдет не так, дух будет полностью уничтожен.
  Но это было только начало. Завершив свой последний эксперимент, Сократу широко улыбнулся. "Тебе повезло, отец", - казалось, говорил он с трупом человека, который умер в процессе, но он знал, что его отец все еще жив. - "То, что ты возродился в виде темного духа, - это триумф!"
  "Освободи меня!" - яростно скомандовал Ньярхепдрех. - Или убей меня!
   - Не думаю, что стану это делать, - ответил Сократу. - Мне больше нравится держать тебя в качестве пленника.
  В конце концов и это ему наскучило, и он заточил бушующий дух Ньярхепдреха в обелиске, который открывал двери в библиотеку-храм, построенную Сократу на Крейссе II. На протяжении бесчисленных тысячелетий его отец служил стражем и в 4000 ДБЯ захватил в плен души четырёх джедаев. Однако большую часть времени он использовал другой свой тщательно оберегаемый секрет, который его сын так и не выведал, и Ньярхепдрех странствовал в Сновидении, по-прежнему правя как устрашающий и непреклонный Алый Король.
   Тем временем слава Сократу росла, и его стали называть Королём-философом Римка. Его философские идеи и открытия на протяжении тысячелетий вдохновляли ситхов, породив таких, как Дарт Дредвар, Дарт Руин и Дарт Миллениал.
  
  Нарушенные заветы
  
  СБОР ЗЕЛЕНЫХ
  
  Когда сумерки Миров Праха разлились по скорбным звездам, наполняя галактику кровопролитными конфликтами, страданиями и смертью, Перворожденные Нети впали в уныние. Высокие древоподобные существа, покрытые патиной, склонили свои величественные увенчанные коронами головы и принялись перешептываться, строя заговоры.
  Они бы поняли, почему Враг насилует мегакосмос, ведь таков путь чудовищ, но раз за разом они убеждались, что именно люди и полулюди с обеих сторон опустошают землю и убивают ее обитателей, зачастую не задумываясь. И в своем праведном негодовании они становились близорукими, не замечая добра на фоне зла, которое творили люди во имя прогресса. Первое было трудно постичь, когда хрупкие и прекрасные экосистемы, на формирование которых ушли столетия, безжалостно уничтожались машинами, которые с ревом и свистом вгрызались в норы и убежища редких, неуловимых и нежных зверей, не успевших спастись от гибели. Тысячи и тысячи экзотических и нежных растений, насекомых и птиц были разорваны на части или отравлены из-за безразличия тех, кто не видел ничего, кроме собственных корыстных интересов.
   После нападения на Реввию волшебники Нети объединились с асоджианскими потомками иторианцев и октуси, чтобы защитить миры, которым угрожала опасность, и сформировать ассамблею ботанических рас-единомышленников во главе с принцем Игдрасилем, правителем Нети.
   Ассамблея, получившая название "Собрание Зеленых", включала в себя хо"динов, эргешей, м"шиннов, арулов, патититов, далтарри, зеффлиффов, баффорров, плиитов, везувагов, саботенов, аффитехан, яринов, мураками, агариан, зонгорлу, дельвиан, сильфов, аганофов и ротиан.
  (Вышибалы), лутониты, супокси, зелосианцы и мазоны (отколовшаяся от зелосианцев группа).
  
   Со временем некоторые из них пришли к выводу, что их попытки были полумерами - например, просвещение людей лишь немного снижало активность отдельных представителей, - и решили, что для решения проблемы нужны более решительные меры. Хотя они заручились поддержкой инсектоидных и других нерастительных рас, таких как арбранцы, многие из них не поддержали "Сбор", полагая, что это только усугубит ситуацию. Поэтому принц Игдрасил обратился к асоджианцам в надежде заручиться их поддержкой.
   Мирная раса отказалась, интуитивно почувствовав, что предлагаемые ими меры могут привести к насилию, а дискриминационная политика лишь отвлечёт их от основной миссии - выращивания растений для производства продуктов питания и лекарств в наиболее пострадавших мирах. Хепсалм Таш, раса, произошедшая от асоджианцев, также предпочла сохранить миролюбивую позицию, продвигая жизнь во всех её проявлениях на своей родной планете Дагоба. Не приняли участие в "Сборе" и альзерки, дружелюбная растительная раса с чертами фелиноидов. И хотя собрание возглавляли могущественные чародеи Нети, большинство представителей Нети тоже не присоединились к нему, хотя и восхищались его целями, надеясь, что оно может принести какую-то пользу.
   Наконец, на лесистой планете Монастери обратились к лидерам Звериных Рас, принявшим облик животных. Когда они вежливо отказались, принц Игдарасил, восседавший на почетном месте в Круге Бытия, пожаловался: "Это выше нашего понимания. Мы - защитники зеленого. Вы - защитники красного. За время своего существования люди истребили триллионы ваших сородичей. Как вы можете отказываться от возможности восстановить справедливость?"
   "Это будет не восстановление справедливости, а возмездие и месть, которые запрещены, - заявил Элах Райра, большой заяц и один из великих королей Зверей. - Насколько мы понимаем, насилие допустимо только в целях самообороны, а после Скорби и Потемнения, когда галактика изменилась, - только для добычи пропитания".
   "Мы не собираемся прибегать к насилию, мы хотим призвать к ответу".
  "Мы не осуждаем ваши намерения, - сказал величественный Эллил, повелитель крылатых, - но что из этого выйдет? Или, может быть, вы не видите того, что видим мы, и не понимаете, как одно вытекает из другого?"
  "Я вижу, что мы должны идти своим путём. Разве насилие не является необходимой формой самозащиты перед лицом геноцида?"
  "Вы предлагаете обойти закон Создателя?" - с вызовом спросил Рекс, король псовых, огромный рыжевато-коричневый ферро с головой мастифа.
  "Пророчество о Возрождении гласит, что наши убитые собратья снова оживут, - прорычала Саббра, королева псовых, с длинной худой мордой и черно-белой шерстью. - В то время, когда снова взлетит ястреб-тетеревятник и будут повержены ворлуки, мы увидим, что свершилось правосудие за все злодеяния, совершённые людьми".
  "Разве Верховный Создатель не помогает тем, кто помогает себе сам?" - лукаво спросил принц Игдрасиль, не понимая, что их не так-то просто переубедить с помощью умных речей.
  
  Существо, поднявшееся со своего места, было на удивление грациозным, но несколько пугающим. Похожая на кентавра, она была высокой и древней, с рогами и копытами, и красивой, с длинными волосами цвета полуночи, которые почти достигали ее пят. "Вы ошибаетесь, если думаете, что люди принадлежат к одному типу", - сказала верховная королева Бьюдаг. - "Со многими я сталкивалась за долгие годы, прошедшие с тех пор, как они изгнали нас из наших домов с помощью железа и стали; и все же многие кормили и укрывали нас, подвергая себя большой опасности. Хотя мудрые расы научились избегать Врага, большинство человечества не ведает, что творит. В то время как во времена Тьмы звери были сведены к той же парадигме, что и в Древнем мире - Аркадии, откуда был взят наш вид и получил новую жизнь, - люди тоже продолжают жить под мощной идеологической обработкой своих предков. Но мы не можем заглянуть в их сердца, и только их действия показывают, кто является Защитником Жизни, а кто - Распространителем Смерти. Ваш путь вынудил бы нас осудить и обречь на гибель обоих... и поэтому мы должны отказаться и призвать вас изменить свой курс."
  "Мы только пытаемся образумить их..." Наконец заявил принц Игдрасиль.
  "А если они неразумны?"
  Но у него не было ответа на этот вопрос, и они знали, что это значит.
  Кентаврица Бьюдаг объявила, что Собрание Круга Бытия завершено.
   Короли и королевы Зверей и все Защитники Красного ушли, оставив принца с чувством обиды и стыда. "Вот и плоть заботится о плоти..." - сказал он своим собратьям-нети, - "а Зелёные пусть сами о себе позаботятся!"
   Собрание Зелёных тщательно подготовило документ для представления на Конклаве Перворождённых. Документ под названием "Доводы против человечества" начинался с повторения предупреждений, которые Целестиалы ранее озвучивали в отношении людей, а затем перечислялись все земные колонии, которые, как известно, сражались на стороне Врага, и, что самое возмутительное, указывались места, где люди нанесли непоправимый ущерб природе. Кроме того, выдвигались обвинения в их причастности к войне, в частности в геноциде таунгов, разрушении великих городов Алашана и различных бедствиях, вызванных альтерранцами. Чтобы переломить эту тенденцию и донести до людей четкий и ясный сигнал, документ рекомендовал всем союзным расам немедленно прекратить взаимодействие с человеческой расой, в том числе торговлю и дружеские отношения, а также строго запретить межвидовое скрещивание, поскольку это лишь укрепляет человеческую этику. Близкие к людям расы должны были выбрать сторону, иначе их ждала та же участь.
   В документе подчеркивалось, что, хотя и понятно, что не все люди склонны к насилию, видовой дискриминации и жестокости, в их характере и культуре, по всей видимости, заложены врожденные пороки, которые распространяются по всей галактике. Будучи галактическими изгоями, они могли бы пересмотреть свое поведение и стать лучше.
   Таким образом, необходимы жесткие меры до тех пор, пока они не осознают причиняемый ими вред, не раскаются и не изменятся.
   Конклав Перворожденных долго обсуждал этот запрос и признал, что в нем есть доля здравого смысла, но в итоге было решено, что они не станут его выполнять. Когда Собрание Зеленых спросило, почему они так решили, они ответили: "Несколько человеческих фракций ведут ожесточенную борьбу с агентами Древних, и многие погибли, сражаясь за союзные расы. Мы не можем обесценить их жертву. Они несовершенны, невоспитанны и зачастую плохо осведомлены, но при этом могут быть стойкими, сострадательными и находчивыми. Мудрые видят все стороны..."
  "То, что вы считаете добродетелью, - лишь исключение из правил", - нараспев произнес принц Игдрасил. - "Эгоизм - их природа, подкрепленная насилием, которое они будут применять друг к другу и к другим обитателям своих миров, если им не с кем будет воевать".
  "По мере развития природы люди тоже могут стать лучше. Многие нашли приют у сефи, кумумга, ахра-наффи, эссулинов, салластанцев, джерни, мууров, ярноанцев и других народов, которые вполне могли бы облагородить этих беженцев. Я бы не хотел, чтобы они отвергали тех, кого приняли с распростертыми объятиями. Сейчас не время рисковать и отталкивать друзей. Когда союзные расы одержат победу, мы сможем более тщательно обдумать место человечества в галактике и заняться его перевоспитанием. Не отчаивайтесь. Хотя Совет пока не готов занять какую-либо позицию, мы не будем препятствовать тому, чтобы Собрание приняло эти меры в ваших интересах".
  Несмотря на разочарование, они обдумали ситуацию и разошлись.
  "Дело против человечества" дошло до многих, и многие были согласны с его посылом.
   Однако это привело к далеко идущим негативным последствиям, когда на человеческих гибридов стали смотреть с ненавистью, отвращением и запрещать их деятельность в некоторых сферах. Тех, кого можно было отличить по поверхностным отметинам на лице, подвергали дискриминации и обзывали уничижительными прозвищами, такими как "нелюди", "онгары" и "полукровки".
   Поэтому некоторые из почти-людей, стремясь избавить следующее поколение от этого клейма, искали обычных людей для скрещивания, чтобы их потомство могло избавиться от физических особенностей, которые выделяли их среди других.
  
  Однако, несмотря на то, что галактика была охвачена войной, большинство не обращало особого внимания на проблему поведения людей в галактике, и "Собрание Зелёных" не добилось желаемого. С течением времени принц Игдрасил всё больше разочаровывался. Ботанические расы по своей природе терпеливы и привыкли к неспешному развитию растительного мира, но казалось, что их усилия никогда не окупятся, а люди продолжали разорять всё на своём пути.
   Разочарованные, они мрачно решили, что пора принимать решительные меры, чтобы положить конец бесчинствам людей, и "Собрание" отправилось на Алашан, чтобы изложить свою позицию.
   Алашанцы испытывали глубокую и непреходящую неприязнь к людям, и их удалось убедить действовать. Об этом прознал отряд с'китри, прибывший с визитом в качестве послов. С'китри умоляли Высший совет Алашана не совершать опрометчивых поступков, утверждая, что это сделает их такими же виновными, как и паксийцев, - даже хуже, ведь это приведёт к гибели невинных людей, которые не имеют никакого отношения к тому, что натворили их предки.
   Алашанцы признавали правоту слов с'китри, но не собирались отступать.
  Из их подземных городов, построенных так, чтобы выдержать взрыв сверхновой, поднялась длинная жилистая голова их защитника. Амон Лит не принадлежал ни к Осиархам, ни к Валдиларам,
  но именно на основе его древних идей Осиархи спроектировали Небесную реку... Он был Хранителем Вечности... и не питал особой любви к человечеству. Его целью была новая столица Пакса, известная тогда как Кормонд, где располагались Звездный храм и Врата Бесконечности, и он был предельно точен в своих расчетах.
   Как и в случае с разрушением Алашана, он не стал никого предупреждать. Амон Лит взревел, и из его пасти вырвался яркий луч всепоглощающей смерти. Вспышка, беззвучный выброс энергии - и миллионы людей, как и их столица, превратились в стекло. После его электрических "похорон" пострадают и другие, в том числе правящая элита, военная инфраструктура и все, кто жил в законодательном округе. На месте городских площадей образовались каньоны, а когда-то голубое небо снова затянули мрачные тучи. Алашан свершил возмездие...
  Хотя некоторые из Старших Рас называли это правосудием, многие другие считали это геноцидом и осуждали алашанцев, изгнав их из Конклава Перворожденных.
   Столкнувшись с осуждением и позором, народ Алашана замкнулся в себе.
   Выжившие жители Пакса гадали, не было ли это наказанием со стороны инопланетян или божеств, или же сама планета отвернулась от них. И даже когда они узнали о причинах возмездия со стороны Алашана, то, что произошло с Алашаном, казалось им далеким прошлым, давно забытым. Об этом даже не упоминалось в их исторических текстах, и только из них они узнали о таунгах как о диком народе, который когда-то жил на их планете, а затем бесследно исчез. Без межзвездных врат их вопросы и горести остались в их мире. Их диаспора распалась, и долгие годы они смотрели на звезды с удивлением или страхом, размышляя о гордыне смертных и гневе богов...
   Некоторые из Перворожденных сочувствовали жителям Пакса. Гри принесли им еду и припасы, а Има, потомки расы Пан-Прениров, помогли восстановить инфраструктуру и управлять проектами по восстановлению биосферы, что позволило планете еще какое-то время процветать. Другие инопланетные расы принесли с собой дружбу и новости из внешнего мира. Говорят, что благодаря этим поступкам в сердцах и умах паксийцев не укоренилась ксенофобия, ведь именно нелюди помогли им восстать из пепла.
   По всей галактике люди, узнавшие об этих событиях, реагировали по-разному: кто-то испытывал страх, кто-то - гнев, кто-то - скорбь. Собрание было довольно. Наконец-то человечество чему-то научится! Они даже с нетерпением ждали возможности снова принять людей в свои ряды как галактических братьев. Однако после периода траура, во время которого было пролито много слез и сказано много слов сочувствия, большинство людей просто продолжили жить как ни в чем не бывало. Волшебники Нети были ошеломлены! Если бы нечто подобное произошло с какой-нибудь из Старших рас, они бы постарались кардинально изменить себя и свое общество.
   Собрание собралось вновь. Люди не могут стать лучше, заключили они, и пришли к выводу, что Таунги и другие были правы: человечество - это чума, которую необходимо искоренить, пока она не распространилась на все миры!
  Тревога и гнев отравили корни, стебли и листья Собрания, превратив некогда миролюбивые растительные и грибные расы в орудия разрушения. В своих мирах они ждали сигнала: кусты Денеба, матери Оазиса, плиит, далтарри, кактусы-щупальца, дренгиры, стрелоцветы, уранианские растения, болотные звери, яринские берсерки, триффиды, отики, муторы, Мобилис Странгулатум, агарии, декамиты, растения-репликаторы, электрические полыни, хлорофон, чудовищные разумы, урушеол, вердендриане и тыквоголовые, объединившиеся с Демоном Возмездия.
   Когда сигнал был получен, они двинулись навстречу своей гибели! Ползая и извиваясь, некоторые из них пересекали врата, другие проникали в поселения людей по всей галактике, сея ужас на сотнях миров. Десятки тысяч людей и полулюдей, признанных виновными в преступлениях против природы, стали мишенью и подверглись нападению в ходе "Бича человечества".
   Все могло бы обернуться гораздо хуже, если бы один из растительных существ, который ранее подружился с несколькими людьми, не решил, что эта резня - уже слишком. Он сообщил Леди
  Илии Амм, одной из Первородных Нети, о заговоре. Леди Амм, не теряя времени, связалась со своими союзниками из Конклава Перворожденных и Галактической Федерации Миров, которые намеревались остановить массовых убийц - растительных существ.
   Некоторых из них убили, когда они отказались подчиниться, а другие бежали в Сад Лорелеи на Иллатурионе, хотя агарианцы и другие поклялись отомстить тем, кто их предал. Леди Илия Амм и Первородные не стали бы наказывать представителей других рас, но с теми, кто предал их, они бы разобрались. Поэтому они собрались на Алине в Среднем Кольце, чтобы противостоять лидерам Нети из Собрания Зеленых, которые скрывались там.
   "Где принц Игдрасиль?" - требовательно спросила она.
   "Мы не следим за передвижениями нашего монарха", - ответил Пастырь Тайн.
   "Никто из Первородных не стоит выше закона, - заявила Илия Амм, - даже принц, который, боюсь, пошел по стопам Тагордении".
  "Единственное, чему подчиняется Собрание Зеленых, - это Закон Зеленых", - надменно ответил Тайн.
  Возмущенная его дерзостью, она заявила: "Зеленые находятся внутри Круга Мира, они произошли от Круга Духа. Люди, которых вы так презираете и которых пытались уничтожить, - часть Круга Плоти, который также является частью Круга Мира и происходит из того же источника".
  "Они проливают кровь Красных и Зеленых, - защищался Тайн. - Как и любую заразу, их нужно искоренить".
  "Это не наша задача, и, проливая их кровь, вы сами становитесь теми, кого презираете".
  Повинуясь ее жесту, Илия Амм и Первородные окружили вероломных чародеев Нети широкой сетью, сплетенной из соединенных ветвей и корней других старейшин.
  "Кто защитит наш народ от медленного уничтожения, которое несет с собой Человечество?" - взмолился Пастырь Тайн, удрученный не столько их поступками, сколько тем, что его семья так жестоко его не поняла. Его терзали сомнения, что, возможно, они зашли слишком далеко.
  "Вы ничего не защитили! Вы пошли по легкому пути и стали разрушителями!"
  "Значит, теперь вы уничтожите и нас?" - сокрушался Тайн.
   "Мы не стремимся к разрушению", - мрачно заявила Амм, когда Первозданный призвал силу Алин. - "Но последствия должны быть".
  Земля содрогнулась и вздыбилась, когда геотермальная энергия хлынула из недр в заговорщиков Собрания. Их кора сморщилась и приобрела жуткий оттенок, и они закричали от раскаяния и боли. Когда их наказание наконец завершилось, они обнаружили, что не только лишились своих сил, но и провалились в бездну в глубине Алин. "Чтобы вы не сбежали, мы изменили вашу природу таким образом, что воздух снаружи стал для вас ядом. Здесь, в подземном мире, воздух фильтруется благодаря разветвленной корневой системе древних арбозоидных деревьев и становится пригодным для вас. Над входом будет установлена Великая Печать. Вместе с деревьями его будут охранять коренные жители этого мира, алинцы, с которыми я посоветовалась. Они называют вас киндало, что на их языке означает "разжигающий огонь".
  Но из ниоткуда появилось загадочное существо в облике человека-растения: "Я Орфна, служительница Священного Пути", - сказала она. Признав власть древней элементали Земли (которую Алина называла Соллюкс), леди Амм и Первородные почтительно кивнули стволами. - "Я пришла помочь вам в этом деле, потому что, если оставить их в таком состоянии, они скоро увянут и умрут от горя".
   "Какое вам дело до судьбы падших Нети?" - спросила леди Амм. - "Мы не Сумеречные копатели и не принадлежим к расе Великих Червей, за которыми присматривает ваш вид".
   "Что вам известно о моем виде и о том, за чем я присматриваю?" - ответила она и добавила с лукавой усмешкой. - "Я бы хотела, чтобы Темные Нети обрели утешение в своем изгнании".
   Шли дни, и Киндало все больше впадали в уныние и отчаяние. По мере того как их настроение ухудшалось, они пытались найти способ призвать тех, кто мог бы им помочь; но в этом им помешала Орфна, которая поселилась в подземном мире, чтобы помочь им восстановиться. "Ты попал в печальное место, - сказала она, а затем усмехнулась в своей странной манере, - но надежда на искупление ещё есть. Я помогу тебе научиться жить в хрупком равновесии".
  "А тебе-то что за дело, чудище?" - спросил тот, кого раньше звали Тайн, а теперь - Гнутая Лоза. - "Ты не так проста, как кажешься".
  "Мои дела вас не касаются, как и ваши - меня, однако я знаю, почему вы сделали то, что сделали, пусть даже и поступили глупо. Битва между угнетателями и угнетёнными разрешится ещё не скоро, ибо Потусторонние силы и те, кто следует их путём, всегда стремятся разжечь пламя из тени, где мало кто замечает вечное вращение Круга Змеи... порядок и хаос... в этом круговороте массы остаются в рабстве!"
   Они так и не поняли, почему она пришла им на помощь, а она так и не сказала; они знали лишь, что она заинтересовалась их бедственным положением. Но кое-что она всё же прояснила: "Грядет решающая битва, и вам предстоит сделать выбор:
   встать на сторону жизни... или препятствовать ей, вредить ей и уничтожать её!"
  
  УЖАС, ПРИШЕДШИЙ НА ЯВИН 4
  
  В тот день, когда Мху"анТул прибыл на Дроменкас, чтобы сопроводить членов Совета Теней в Миры Праха, солнце затмилось, потому что для них сошлись черные звезды. Теперь они без колебаний прошли через врата, став сосудами для чудовищных духов, которых они почитали как своих Бессмертных Богов.
  Третий сын Тайфоджема, Мху"анТул, исказил механизм престолонаследия на Дроменкасе, чтобы превратить двух потенциальных наследников в энергетических существ, которые будут выполнять все его приказы. Этому он научился у могущественного Пирдракона по имени Немезида Пламени. Так лорд Азгат Ондур стал Ужасным Существом, а лорд Нил Рахафтор - Ненавистным Существом. А на Белсависе он породил свою собственную мерзость. ГеТул, облаченный в кожу и внутренности тысячи принесенных в жертву существ, был создан из генетического материала Ракатана, Раттара, Водранита, Гризмалта и других. Однако, в отличие от своих прародителей, Гетул был предан своей прабабушке и почитал идола Вечной Благодати. Таким образом, его отправили на Макеб, чтобы он правил тамошними людьми как бог, хотя из-за этого кабирунам пришлось бежать во Внешнее кольцо, в миры, которые они назвали Кабайра и Кабейрун.
   Перед возвращением Мху"анТул был призван занибарцами из их храмов, чтобы разобраться с проблемами, возникшими в Гордианском Пределе.
   Лишь немногие из Предтеч и их потомков остались незапятнанными, но те, кто уцелел, стали предметом пристального внимания Древних. Одной из таких рас были джаванцы с Яхвена-4, как тогда назывался этот мир, и именно туда Тайфоджем отправил занибарцев. Но местных рептилий нельзя было убить - они никогда не подчинялись ни Архитекторам, ни Древним, - хотя их можно было обратить в рабство, угрожая причинить вред потомкам джаванцев, населявшим регион Большого Джавина, таким как лутриллиане, угнауты, мугаари, мородинцы, оку, фуски, трамнианцы и другие, на которых нападали занибарцы и кристаллические воины-гутрети, порабощённые тьмой.
  Какими бы жестокими ни были их противники, потомки джавана продолжали сражаться, выигрывая сражение за сражением, воодушевленные тем фактом, что их расу-прародительницу невозможно было уничтожить, и этот факт свидетельствовал о предельной слабости и неудаче врага. Чтобы противостоять этой опасной тенденции, Мху'Антул создал Ксакс ун Уклут.
  Холодный Данда Син недолго удерживал его в Аэнире, пока он не стал помехой, Ксакс ун Уклут (называемый Киакс и Ивакс на танаийском, а позже на Высоком кореллианском, от Каса Яда на Ап'иру) был чудовищной, загадочной, эфирной туманностью и сыном Отца Теней. Обитал с черными духами проклятых и был отправлен к Югами, пока не разделился на мужской и женский аспекты, чтобы возродить сонм ужасов, известных как Древние, включая Гизгута Цикраноша, известного как Херсум.
  Ксакс ун Уклут не прекратил бы терзать, терзать и загрязнять окружающую среду, пока весь регион и все его жители не свернулись бы калачиком и не умерли. Враг снова потерпел поражение, потому что Целестиалы услышали зов Джавана и уничтожили это существо. Его газообразные останки до сих пор отравляют и загрязняют окружающую среду.
   После того как Ксакс ун Уклут был повержен в небесных морях, Мху"анТул поручил занибарцам направить эти угасающие, но всё ещё бурлящие энергии в встроенные мистагогические руны в их Великом храме. Они в точности следовали своим заклинаниям, чтобы призвать на помощь ещё одну загадочную сущность - своего ненавистного дядю!
   После этого Мху"анТул вместе с Нинузгидзидой отправился в Адские миры.
   Но Ктанид предал тёмные силы и уничтожил так много воинов Тайфоджема, особенно ксотианцев, которых он считал мерзостью, что это помешало Тайфоджему установить свою власть над галактикой. После этого Ктанид отправился в Элизию, где брат не мог его достать.
  Разъярённый Тайфоджем решил, что разберётся с братом позже. Теперь, по настоянию своей разъярённой сестры, которая во всём винила его, он предложил другой план. Если джаванцев нельзя было ни убить, ни запугать, то, возможно, их можно было использовать в других целях. С этой целью он приказал католам покинуть Туле и отправиться в систему Йех (позже - система Явин).
   Католы сыграли важную роль в его недавних планах, поскольку они были не только падшей Старшей расой, обладавшей немалой силой, но и помогли ему создать новые расы: обманчивых эбручи, жестоких джареллов с Лолиго и коварных богати, названных в честь Богана. Богати годами притворялись потомками гри и братьями островных фивейцев с Галанга-22. Эта уловка позволяла им действовать в качестве диверсантов и шпионов.
   Но Тайфоджем не знал, что католы недавно пережили необычное событие, которое заставило их усомниться в правильности выбранного пути.
  
  КРИЗИС СОВЕСТИ
  
  Принцесса Кусотхуга была одной из Старших Дочерей Таргорограхт Великие Паучьи Королевы, как их называли многие, хотя они и не были пауками, не отличались терпением, добротой или снисходительностью к потомству, которое считалось ущербным. Они либо убивали таких детёнышей, либо скармливали их своим прислужникам. "Подойди ко мне!" - приказала Кусотхуга. Детёныш гордо подбежал к ней. Ему велели дождаться этого момента, чтобы его назвали, накормили и должным образом представили матери. Она была прекрасна, с множеством ног и глаз, и коронованная в человекоподобном обличье. "Я нарекаю тебя... Даар"ок"страэдр".
  Принцесса Кусотхуга собиралась оставить этого детёныша у себя, пока не услышала перешёптывания сестёр о том, что он маленький, слабый, неуклюжий и кривоногий. Эти слова не имели под собой никаких оснований, ведь Дочери спаривались с представителями самых разных насекомоподобных рас, производя на свет потомство всевозможных форм и размеров. К тому же это были всего лишь детёныши. Однако если Сестры испытывали ревность, были в плохом настроении или просто хотели сбить спесь с гордой матери, они могли очернить и унизить одного или нескольких своих новорождённых племянников и племянниц. И вместо того чтобы дать им отпор, как следовало бы, матери часто срывали злость на ни в чем не повинном ребенке.
   Услышав их оскорбления, принцесса Кусотхуга приготовилась раздавить бедного младенца, из-за которого она опозорила себя на глазах у всех. К счастью для этого существа, она отвлеклась на придумывание всевозможных оскорблений и колкостей, которыми можно было бы поиздеваться над своим отпрыском и развлечь болтливых придворных. Это был ритуал, придуманный Дочерьми, чтобы сохранить лицо.
   В отличие от других младенцев, которые безвинно представали перед своими матерями, ожидая от них только любви и заботы, и не понимали, почему их семья так презрительно и жестоко с ними обращается, Даар"ок"страэдр сразу распознал их злобную жестокость и дурные намерения и улизнул, пока они отвлеклись.
   Даар"ок"страэдру пришлось научиться самому о себе заботиться, воровать еду и знания везде, где только можно. Со временем он сильно подрос. Опасаясь, что его будет легче обнаружить, но желая повысить свой статус, он исследовал редко используемый туннель-нить Великой Паутины и оказался на Туле, бывшей родине толианцев, которую теперь населяли католы.
  Католы тщательно охраняли туннель, ведущий в их мир, поэтому Даар"ок"страэдра вскоре поймали и привели на суд к Кел"таркПею, первому магнату Катола.
   "Хоть какое-то развлечение от этой скуки", - подумал Кел"таркПей, заворожённо глядя на сегментированное многоногое существо, гордо стоявшее перед ним. Сын Кусотхуги был проницателен, и с помощью невинных на первый взгляд вопросов, за которыми скрывалось притворное неведение, Даар"ок"страэдр узнал, кто эти люди, и вспомнил слухи о расе Предтеч, которую похитили и изолировали...
   Даар"ок"страэдр рассказал всё как есть. Католы хорошо знали о Королеве Ночи и наводили ужас на всех её Дочерей и их отпрысков. Теперь он бросил вызов Католу. "Если ты сможешь увеличить мой рост и силу, как ты сделал с низшими существами, которых превратил в слуг злобного Древнего, я открою тебе опасную тайну и буду у тебя в долгу. В конце концов, разве я не внук Таргорограхт?"
  Хотя советники убеждали его убить это уродливое маленькое существо, пока никто не узнал, что оно скрывается на Католе, Кел'таркПей восхищался его волей к жизни. Ему также претило, что мать хочет убить собственного ребенка только из-за того, что он не такой, как все, или не соответствует завышенным ожиданиям своей семьи.
   Католы собирались отправиться на задание по приказу своего господина и создателя, Великого Тайфоджема, но в глубине души Кел'таркПей сомневался в правоте Ужасного жреца. Эти сомнения внушили ему толианцы, некогда жившие на Туле, и он мудро рассудил, что союзник - особенно такой перспективный - ему не помешает. "Расскажи мне эту опасную тайну, и будь уверен, что она имеет отношение к Католу! Я узнаю, если ты солжешь, и тогда не только откажу тебе в том, чего ты просишь, но и отдам тебя в руки моих людей, которые тебя убьют".
  "Да будет так, Первый Магнат Кел'таркПей. Но то, что я собираюсь тебе рассказать, предназначено только для твоих ушей, потому что эта правда тебе не понравится..."
  "Как хочешь, но поскольку мне не понравится эта правда, расскажи ее только мне и расскажи другую, которой я смогу поделиться со своим народом".
  "Ты действительно хитрый человек! Тогда слушай внимательно". Затем многоногое существо
  прошептало ему на ухо: "Ты и твой народ - не те, за кого себя выдаете. Вы были одной из Старейших рас. До Католов вы были известны как К'релы. Я не знаю, что привело вас к такому состоянию, по вашей ли воле или по воле кого-то другого, но то, что я говорю - истина, почерпнутая из знаний Великой Паутины".
  Первый магнат был потрясен этим открытием и долго размышлял над ним. Насколько он мог судить, у существа не было причин лгать о чем-то подобном,
  зная, что это может стоить ему жизни. Кроме того, в его словах было что-то похожее на правду.
  - Ты был прав, - наконец сказал Кел'АркПей, - мне не нравится эта правда. А теперь расскажи мне еще один секрет, которым я могу поделиться со своим народом.
  - Вас посылают сломить другую Древнюю Расу, ту, которую Древние не
  смогли сломить сами. Их называют джаванцами. И это задание понравится тебе еще меньше!"
  "Откуда ты можешь это знать? Великий Тайфоджем ни с кем не делится своими планами".
  "Для тех, кому ничего не было дано, все имеет ценность; в то время как жирные
  люди купаются в роскоши, мудрое и голодное существо, ищущее мудрости, может легко обрести ее, ибо в Великой Паутине нет секретов, которые не смог бы раскрыть тот, кто прилежен. Брат Тайфоджема предал его. Это общеизвестно по всему Иллатуриону, но Королева Ночи потребовала ответа. И этим ответом были вы!"
   "Это еще более мрачные новости. Тем не менее, ты у меня в долгу", - напомнил ему Кел'ТаркПей. Существо кивнуло, и Первый магнат даровал ему свою милость, приказав величайшим знатокам среди них использовать свои способности и технологии для усиления Даар'ок'страэдра. Результаты впечатлили даже Кел'Таркпея.
  "Что ты теперь будешь с собой делать?" - спросил он у теперь уже усиленного и защищенного существа. - "И как мы будем с тобой связываться?"
  "Ты и сам знаешь ответ на этот вопрос, ведь разве не ты тайком установил на мне кровавый маяк, который мог призвать меня в любой момент, когда тебе вздумается? Что же до того, чем я займусь в ближайшее время, то пришло время встретиться лицом к лицу с моей матерью!"
   И вот вскоре католам было поручено оплодотворить джаванок и превратить их отпрысков в нечто более податливое и полезное. Все было именно так, как и говорил Даар"ок"страэдр. Католы и раньше занимались подобными вещами, но делать это с теми, кто не давал на это согласия, было для них отвратительно.
   Чтобы отсрочить это омерзительное действо, Кел"таркПей потребовал сначала подтвердить полученные им сведения от Занибара. Несколько джаванцев подверглись целой серии экспериментов. Их пытались обезглавить, расчленить, сжечь, заразить, уморить голодом. Не помогли даже псионические атаки. Джаванцев невозможно было ни покалечить, ни убить, ни изменить. И все же Кел"таркПей колебался, не решаясь выполнить поставленную задачу.
  "Ты не справился с поручением!" - прорычал царь Занибара Зрадзтрадл, обращаясь к нему. - "Теперь мы поступим по-своему!"
  В ту ужасную ночь занибарцы проводили свои садистские ритуалы на вершине Храма Мерзости. Поскольку джавану нельзя было причинить вреда, другие рабы были принесены в жертву, чтобы вызвать титаническое существо, которое тысячелетия спустя будет рассматриваться как Древняя угроза Явина 4. Появление Итогты в нетронутом мире джунглей было подобно извержению черного пепла и фиолетового электрического разряда. Джаваны воспользовались какофонией нечестивой церемонии и снова, как один, воззвали к Небесам. Но на этот раз Целестиалы не явились, чтобы заточить Древнюю угрозу в море. Вместо этого помощь пришла в другой форме.
  Итогта двинулся вперед, подобно горе, чтобы сокрушить, расчленить и поглотить джаванцев.
  Но даже когда он поглощал их целиком, они появлялись позже, грязные, но живые и невредимые. Поэтому Итогта вымещал свое раздражение на занибарах, наслаждаясь хлопающими
  звуками, которые издавали их головы, когда он отрывал их; после чего он удалялся в глубь своего храма, чтобы поспать, и придумывал для них множество других пыток.
  "Это необычный мир, - небрежно заметил Кел"таркПей высокопоставленному заключенному, которого он тайком навестил, - мир невероятной природной красоты, но еще более невероятной сверхъестественной силы... Он совсем не похож на Туле, где, кажется, царит зло. Это первое место за долгое время, где я чувствую себя спокойно".
  - Неужели Мерзость и ее приспешники приносят вам успокоение? - язвительно спросил пленник.
   Он был монархом Джаванов, чей мир оскверняло их присутствие.
  "Нет. Мир, о котором я говорю, омрачен проявлением Мерзости и отвратительного Занибара". - Он не добавил, что это также омрачено неприятной задачей, которую им поручили выполнить. - "То, чего они не могут понять, они убивают и препарируют. Я бы предпочел, чтобы они не выкашивали такие великолепные деревья, не разрушали такие величественные горы и не загрязняли живительные реки. Но они не из тех, кто предается созерцанию, и прислушиваются только к речам наших капризных богов. Возможно, вы сможете просветить меня относительно того, как я мог бы смягчить некоторые из ужасных деяний, которые планируются для вас и этого мира. Как это возможно, что ваш народ не может умереть?"
  Корсаленас Л'Гармонд, верховный регент Джавана, вздохнул. Его редко навещали в камере, которую они для него построили.
  "Было время, когда ты понимал эти вещи", - ответил он. - "Теперь твой разум затуманен ложью нечестивцев".
  "Злые они или нет, но они Великие Древние", - он сказал это так, словно это было чем-то очевидным, что знали все. - "Нельзя бросать вызов тем, чья власть не знает границ. Вам следовало бы это признать. Наши лорды немилосердны, но раз уж они заинтересованы в вас - в этой странной способности, которой вы обладаете, - почему бы не избавить себя от дальнейшего унижения и не подчиниться им?"
  Корсаленас мягко рассмеялся. Это раздражало Первого магната, но он ничего не мог с этим поделать.
  "Я смеюсь не над вами, - пояснил Верховный регент, - а над тем, что вас заставляют служить таким ужасам. Они не великие и даже не очень древние. Они лжецы. И посмотрите, мы бросили им вызов. Само наше существование бросает им вызов, и даже если бы мы могли умереть, мы продолжали бы бросать им вызов".
  "Это невероятные заявления. Какие у вас есть доказательства, подтверждающие их?"
  Кел'Таркпей задал этот вопрос как бы между прочим, но Корсаленас знал, что он встревожен и ищет ответа.
  "Твоя собственная совесть подсказывает тебе. Католы - не потомки Тайфоджема, а его противники. Вы были нашей родственной расой среди Перворожденных, пока не сбились с пути, пытаясь победить Архитекторов. Те из вас, кто был на Альтаире-4, были отправлены в Долину Теней, где с помощью тайного колдовства у вас отняли воспоминания. Чтобы вы никогда не узнали эту правду, те из вашего народа, кто не побывал на Альтаире 4, были истреблены Адскими тварями, а те, кто отправился на Уртху, впали в безумие, развязали войну и сгинули в забвении".
   Прошло несколько мгновений, прежде чем Кел'таркПей смог заговорить снова. Слова монарха подтвердили то, что поведало ему то существо, а также предупреждение толианцев. "Действительно, среди нас есть те, кто не верит, что Тайфоджем - наш Создатель, хотя они и не говорят об этом открыто", - он и сам не знал, зачем признался в этом, но в этом джаванце чувствовались благородство и сила духа, которых он никогда прежде не встречал в этих гротескных слугах Древних. Это было... достойно восхищения. Внезапно он ощутил укол стыда. - "Мне нужно идти. У Итогты повсюду шпионы".
   "Вы не обязаны оставаться его рабами, - уверенно продолжил Корсаленас. - Если вы позволите, я, возможно, смогу избавить вас от этого наваждения, ведь мы наделены врожденными дарами, которыми наделил нас благосклонный Целестиал, сотворивший нас..."
  Он протянул свою открытую конечность и закрыл глаза, не в силах видеть выражение отвращения и удивления на лице Первого Магната.
  Что это за трюк? Неужели он попытается убить меня и освободить свой народ таким способом? И все же джаванцы не причинили вреда ни моему народу, ни даже жестоким занибарцам, которые этого вполне заслуживали.
   Тогда почему же мне так страшно?
   Спустя какое-то время, показавшееся ему долгим, он протянул свою конечность, чтобы коснуться конечности пленника. Сначала ничего не произошло, и он начал подозревать, что это какой-то трюк или шутка. Затем Корсаленас сжал его конечность сильнее, и в какой-то момент, показавшийся ему очень долгим, он увидел себя и свой народ такими, какими они были много лет назад, вспомнил и понял, что Древние обманывали их и манипулировали ими.
   Когда он снова посмотрел в глаза Корсаленасу, в его взгляде читались благодарность и немалая доля стыда.
  "Брат..." - вот и все, что он смог произнести в тот момент.
   Корсаленас тепло улыбнулся: "Я рад снова тебя видеть, брат".
   "Это... тяжело - знать правду... Мы не можем просто вернуться к тому, чем были. Не сейчас и, возможно, никогда. - Корсаленас понял, что он имел в виду, и не ответил, поэтому Кел'Таркпей продолжил. - Мы запятнаны, сломлены не только тем, что с нами сделали, но и зверствами, которые мы совершили, пытаясь сделать то, что не позволяли Целестиалы. Мы больше не можем быть К'релами"
  - Возможно, и нет, - признал Корсаленас. - Но ты можешь стать лучшей версией катола.
  "Так вот почему ваш народ такой жалкий!" - раздался скрипучий, насмешливый голос царя Ззрадзтрадея, сына бывшего царя, которого недавно разорвал на тринадцать частей Итогта. - "Опусти оружие. Я пришел не убивать тебя, хотя битва между нами была бы славной!"
  "Тогда зачем ты шпионил за нами?"
  "Итогта не остановится, пока не уничтожит всю нашу расу. Он уже готовит оркестр из тысячи занибаров, потому что наслаждается звуками наших криков, когда нас разрывают на части разными способами".
  "Почему это должно нас волновать?" - вызывающе бросил Кел'Таркпей. - "Галактике было бы лучше без таких, как ты!"
   Зздрадзтрадей рассмеялся: "В тебе ещё осталась жестокость! Это касается и тебя, потому что, когда он покончит с нами, он возьмётся за тебя! Он уже подумывает об этом!"
   "Что ты предлагаешь?" - спросил Корсаленас.
   "Временное перемирие, пока мы не разберёмся с Мерзостью".
  "Я так понимаю, у тебя есть план?" - спросил Кел'таркПей.
   "Конечно! Мой отец, который руководил строительством Храма Итогты, посчитал нужным предусмотреть некоторые меры, чтобы сдержать его в случае, если он обернётся против нас. Хотя отец был убит до того, как успел это сделать, я знаю заклинание, потому что он научил меня. Нам нужно только, чтобы ты отвлёк его на достаточно долгое время, чтобы мы успели завершить ритуал".
  "Почему бы не сделать это, пока он спит?" - спросил Корсаленас.
   "Он спит не так, как вы! Он накажет тех, кто войдёт в его покои, но если твои люди продержатся достаточно долго, он окажется в ловушке".
  "Я должен сообщить об этом своему народу, потому что риск и жертвы должны быть на их совести".
  После того как Зрадзтрадей отправился готовить свой заговор, Кел'таркПей освободил джаванца и объявил, что добровольцы должны собраться в Большом амфитеатре.
   Кел'таркПей не знал, как католы отреагируют на эту новость, но теперь, стоя перед ними в Большом амфитеатре Феста на плодородной равнине Мессара, где когда-то завораживающие музыкальные представления Лидии и Меандра собирали сотни тысяч зрителей со всей галактики, он понимал, что решение будет за ними. "Я узнал ужасную правду, - начал он. - Существо, известное как Даар'ок'страэдр, поведало мне об этом по секрету, но я не мог убедиться в его словах до рассвета, пока монарх джаванцев не помог мне увидеть то, что было скрыто от меня. Я не хотел подвергать вас неоправданному риску. Но теперь я точно знаю, что Древние обманули наш народ. Они лишили нас воспоминаний о том, кем мы были, чтобы поработить нас и заставить служить злу.
  Мы родились от Звездных Божеств, которых Тайфоджем и его сородичи ненавидят и боятся.
  Когда-то мы охотились на отвратительное отродье Древних. Когда-то мы отстаивали благородство и чистоту. Теперь мы запятнаны, и нас слишком мало, чтобы отомстить за себя, за исключением одного: отправить Мерзость в преисподнюю. И если мы выживем, мы найдем новый мир и построим его заново... потому что это то, что у нас получается лучше всего. Но сначала давайте поможем нашим братьям, которые открыли нам правду, и избавим их мир от поразившей его чумы. Вы присоединитесь ко мне?"
  Католы оправились от шока и приспособились к происходящему со зрелостью, которая подчеркивала их древний статус как одних из Перворожденных, и воспряли духом. Затем они отправились в Храм Мерзости. Итогта бушевал и наносил удары, получая удовольствие от того, что кромсал тех немногих, кто попадался ему на пути, но католы были быстры и сообразительны, и, несмотря на опасения Кел'Таркпея, через час заклинание Занибаров поймало и заточило Итогту в его собственном храме, наполненном магией.
  Это было предательство, которое Тайфоджем никогда не забудет и в котором он винил исключительно католов. Как и подозревал Кел'таркПей, как только Мерзость оказалась в ловушке, занибарцы ополчились против них! Битва перекинулась на близлежащие города Тезус и Тикал, и несчастные католы сражались с жестокими занибарцами, но об этом католы не жалели, ведь эта раса была порождением зла, и жестокость была у них в крови. Кроме того, царь исполнил свое желание, когда они с Кел'таркПеем сошлись в поединке, и когда перед ним лежало разрубленное на части тело Зрадзтрадея, Верховный Магнат улыбнулся и вспомнил слова своего врага: "Воистину, слава! Возможно, во мне еще осталась жестокость!"
   Католы рассматривали несколько вариантов, прежде чем последовать совету Корсаленаса и обосноваться в безопасном уголке космоса на краю галактики, за пустотой Маркол. Их дом за пространственным рифом стал известен как Катольская глубинка.
  Поскольку в этом секторе также обитали Перворожденные Айнг-Тии из Айнг-Ма и некоторые из их потомков, такие как тугри, себиры и иваремы, католы старались держаться от них на расстоянии. Айнг-Тии сохранили связь с Целестиалами, которых они называли Живущими по ту сторону завесы, и Кел'таркПей не знал, как они отнесутся к своим павшим собратьям. Но айнг-тии отправили отряд на помощь католам при поддержке Фата из Андовайна, потому что, хотя на католах и лежала печать тьмы, валдилары видели в них раскаяние.
  С их согласия католы обратились к своим потомкам, которые хотели сбежать от Эмпирейских войн. Чарры Онти услышали призыв и прилетели. Будучи расой земледельцев, они обеспечивали регион продовольствием. Аарисы услышали призыв и прилетели. Способная раса рептилий, они основали собственный мир и создали маяки, которые должны были предупредить их, если кто-то осмелится вторгнуться на территорию, которую будущие астрографы назовут сектором Катол. Именно это и сделали аарисы, когда Тайфоджем отправил на охоту за ними более ранних потомков католов. Когда католы и Айнг-Тии узнали о вторжении эбручи, Айнг-Тии вышли на переговоры с ними, и, к удивлению католов, фракция эбручи отвернулась от тьмы и обратилась к свету! Чтобы избежать мести Тайфоджема, некоторые из них поселились на Лориксе в Пурпурной Бездне и стали зоргами, другие поселились на Пак"ме и стали пак"ма"ра.
   Зная, что это исключительный случай и что появятся и другие, кто будет менее склонен к мирному сосуществованию, Айнг-Тии искривили пространство внутри и вокруг того, что тогда называлось Кролиакским геликоидом (позже получившим название Катольский разлом). Если бы какие-нибудь незваные гости осмелились проникнуть в это плотное скопление туманностей, они бы почувствовали угрозу, исходящую от ужасающих гигантских существ, и повернули бы обратно. На Древних это, конечно, не подействовало бы, но их клиентские расы держались бы подальше от этого региона.
  
   Католу пришлось прибегнуть к более радикальным мерам, и в это время они начали работу над Источником Жизни - кристаллической камерой, спрятанной в крепости и соединенной с другой камерой, расположенной в мантии планеты.
  Она позволяла им безопасно хранить и извлекать свои жизненные силы, когда угроза миновала.
   Чтобы помочь в строительстве Источника, а также в создании новой цивилизации, чарры онти предоставили им редкий космониум, который они собрали и спрятали, что позволило католам снова создать своих протоплазматических слуг-оборотней.
   Однако на этот раз они генетически модифицировали их, добавив ДНК послушной расы гигантских червей, чтобы сделать новую гибридную расу, названную маои, менее агрессивной.
  Так был построен Колодец Жизни вместе с их городами, и мир продолжался бы и дальше, если бы один из католов не возненавидел Кел'таркПея и то, что, по его мнению, им пришлось пережить, и не настроил маои против их создателей.
   Предателя в конце концов нашли и наказали, но маои успели уйти под землю, прежде чем их всех схватили и уничтожили. Предательство одного из них встревожило католов, и они начали опасаться, что, когда Тайфоджем придет в гневе, чтобы стереть их с лица земли, Колодца Жизни окажется недостаточно.
   Но Кел'таркПей подумал, что, возможно, есть способ защитить его. И тогда он вспомнил об услуге, которую ему задолжали.
  По особому призыву Даар'ок'страэдр прибыл в их мир.
  
   Покинув Туле, Даар'ок'страэдр вернулся в Великое Черное Гнездо, полный сил и ярости, чтобы еще раз предстать перед своей матерью и посмотреть, как она отреагирует, а если его не устроит ее ответ, то он будет готов уничтожить ее. Но принцесса Кусотхуга была неглупа. Как только она увидела, каким сильным и хитрым стало это маленькое существо, она воздала ему по заслугам, пожаловав титул и статус.
   Несмотря на то, что у Даар"ок"страэдра появился роскошный новый дом и множество лакомых кусочков, которыми он мог наслаждаться, он был недоволен. Он не доверял своей матери, ведь предательство было в крови у их рода, и каждый из них приказал своим слугам внимательно следить друг за другом. Но Даар"ок"страэдру не нравился этот образ жизни, в котором за показным богатством скрывались интриги, и он искал способ сохранить власть и независимость. И тогда Катол призвал их на помощь.
   Довольный, он размышлял, стоит ли ему совершить то, о чем он давно думал, - убить Кусотхугу. Но перед уходом, когда даже шпионы его матери не могли его выследить, он оставил ей послание: "Я покидаю эту мерзкую тюрьму, которую ты и твои мерзкие сестры создали для меня, ради собственного королевства и свободы, которой вы никогда не знали. И если я когда-нибудь увижу твое злобное лицо или твоих злобных шпионов, знай, что я обрушу на твою голову ту участь, которую ты уготовила мне".
  Кел'таркПей был рад видеть перед собой это огромное существо. Объяснив ему ситуацию и рассказав, что им нужно, он сказал: "Здесь ты сможешь прожить достойную жизнь, свободную от тёмных интриг. Ты согласен стать защитником Источника Жизни?"
   "Ты просишь о немалой услуге, - ответил Даар'ок'страэдр, - но это лишь одна из многих услуг, которые могут закончиться моей смертью от рук Тайфоджема. Я сделаю это в обмен на Космониум, который, как я знаю, у тебя есть, потому что мне понадобятся дополнительные силы до того, как явится этот ужасный демон, а он явится, можешь не сомневаться!"
   Кел'таркПей согласился, хоть и с опаской, ведь он знал, что этот дар ревностно оберегают те немногие представители Старших Рас, у которых он ещё остался, и если Айнг-Тии узнают, что они заключили сделку с внуком Ночной Королевы, это будет стоить Католу их дружбы. Тем не менее времена были тяжёлые, и он не видел другого выхода.
  После того как Катол погрузился в Источник Жизни, существо использовало Космониум, чтобы создать Эликсир Оживления и начать создавать свои собственные странные расы, среди которых были зизимааки, служившие разведчиками; ссамбы, япи и кракаи, служившие стражами; сегми, служившие строителями вместо чарр-онти, которых он изгнал за отказ помогать ему; а также йими, созданные по образу и подобию Катола и призванные на службу.
   Опасения Катола были не напрасны, ведь даже сейчас армии Тайфоджема стягивались к необитаемой планете, которая позже получит название Врата Демонов.
   Обнаружив укрытие Католов, Тайфоджем приказал открыть портал на Врата Демонов, куда Дровд"дасед из Джарелла повел свои войска вместе с Квисом Нергаллом из Уукаабли и Х"яшендером, Разрушителем Адских тварей.
  
  Но разведчики Зизимаака заметили их корабли и послали предупреждение аарисцам, которые зажгли сигнальные огни, побудив стражей Ссамба, Япи и Кракая нанести внезапный удар по противнику, заставив его перейти к обороне, в то время как другие региональные силы вступили в бой. Враг применил против них загадочное и смертоносное оружие, но, несмотря на все его смертоносное великолепие, именно защитники Катола, как их стали называть, одержали победу в тот день, и сам Даар"ок"страэдр прибыл, чтобы обезглавить Х"яшендера Разрушителя. После этого оставшиеся армии бежали и скрылись в близлежащих мирах, а джареллы отправились на Ун Тиен. За то, что аарисцы сыграли важную роль в их поражении, Враг всегда искал способ наказать их.
   Что касается джаванов с Явина 4, они приняли решение уйти. Их планете нужно было время, чтобы восстановиться после того, как на неё обрушилось зло, и Корсаленас полагал, что вскоре прибудет другая армия, которая снова попытается поработить их. Чтобы никто случайно или намеренно не освободил заключённую в руинах Занибара Древнюю Сущность, был создан, обучен и помещён в стазис Страж. Тогда джаванцы бежали в элизианский дом Целестиалов, ибо для них и для других был открыт прямой путь в Невидимое Королевство.
   Много тысячелетий спустя тот самый Страж был пробужден Экзаром Куном. В открытом бою Страж одержал бы победу, но Кун был хитер. Он заманил существо в ловушку, подчинил его и стал манипулировать им. Назвав его Калгратом, что на языке ситхов означало "страж", он с помощью могущественной магии убедил его, что ситхи - союзники его народа. Соблазнив Стража, Кун изменил его внешность с помощью заклинания трансформации, и тот стал похож на самых свирепых массасси, поскольку этот народ не терпел чужаков. Однако все это время Страж не раскрывал ни местонахождения, ни тайны храма, в котором хранилась Древняя угроза, и все, кто пытался проникнуть туда, жестоко поплатились за это. Так что люди поверили, что в храмах обитают призраки, и это было недалеко от истины.
   После поражения Экзара Куна в Великой войне ситхов на Явине IV сменилось несколько династий Темных лордов, правивших недолго и жестоко. Члены Братства ситхов, возглавляемого Экзаром Куном, сменяли друг друга на троне после смерти своего павшего мессии.
  
  Чары Куна в конце концов рассеялись, и Калграт стал физически и ментально прежним. Пройдет много лет, и храм Итогты сам превратится в руины. Когда на Явин 4 прибыла команда из шестнадцати человек, состоящая из союзников Республики и Ситхов, каждая со своими целями и вооруженная древним фолиантом, талисманами и целителями, Калграт разрешил им войти в руины, чтобы призвать и уничтожить Итогту, который теперь был всего лишь энергетическим существом. Некоторые пытались и потерпели неудачу, но на этот раз Калграт наблюдал, как они вместе сражались и победили Древнюю угрозу.
  Тогда пришли Те, кто подобрал остатки грязного духа Итагты и заточил его, как это было давным-давно в Бездне Йхе на Уртхе, но на этот раз на газовом гиганте под названием Явин Прайм.
  В надежде, что его люди вернутся за ним теперь, когда его задача выполнена, Страж снова погрузился в сон. Четыре тысячи лет спустя Люк Скайуокер разбудит его. Почувствовав через Силу, что Страж жаждет последовать за своей расой куда-то среди звёзд, Люк отправил "Ночного зверя", как он его называл, воссоединиться с древними джаванцами, которые давно бежали в безопасное убежище за пределами сфер Небсной реки.
   И для Калграта открылся путь в Неизведанные регионы...
  
  Бессмертные боги ситхов
  
  ПОГУБИТЕЛИ СВЕТА
  
  Именно в это время волшебники Вор вернулись в мир живых, хотя их самих уже нельзя было назвать живыми. То, что теперь обитало в телах Зелашиэля, Сократу, Немо Дака, Гррута, Рамисеса и Витуса, было лишь эктоплазматическими силами энтропии в облике живых существ, лишёнными всего, кроме голода и злобы. Но то, кем они были раньше, уже не имело значения для неописуемых чёрных сил, завладевших ими, ибо эти ненасытные и злобные разумы, правившие Мирами Праха, давно ждали таких глупых и могущественных сосудов, как эти, которые полностью откроются им.
  
  У Повелителей-призраков, подчинивших себе тела, разумы и души своих носителей и слившихся с ними, было множество имён и обличий во множестве миров. Для обитателей Самунару они были известны как Древние, Бессмертные боги ситхов и Внешние боги, и на протяжении долгих эпох их зловещая тень нависала над миром. Одни говорили, что их истинные сущности всё ещё скованы цепями земли и моря; другие опасались, что эпоха их заточения подошла к концу...
  Из всех, кто стоял между ними и их целью, Архитекторы оказались самыми проблемными. По этой причине они и напали на Шумат-Гхун, эмпирические владения Тилотни в бескрайней бездне, которую они в насмешку называли Птмак.
   Их присутствие ощущалось так же остро, как внезапное проявление тяжелой болезни. Она тут же сняла с них покров невидимости. Вокруг нее, словно кроваво-красные прутья жестокой тюрьмы, выстроились шесть огромных существ, похожих на трупы, с чудовищными лицами и горящими глазами. Еще трое держались поблизости: сфера из раскаленного нефрита, которая медленно кружила вокруг остальных; существо, похожее на дракона, обвившееся вокруг того, что со змеиной головой, и парящее позади него; и невидимая тьма, которая отделилась от остальных и не желала показываться на глаза.
   "Вам не было позволено входить в мои владения", - предупредила она, пытаясь рассеять их атомы в пустоте. Когда это не удалось, она попыталась превратить их в камни, растения, животных и даже разумных существ, но все было тщетно.
  Раздался низкий смех, похожий на блеяние балейгов: "Изгнанники Целестиалов, мы скоро завоюем Земные миры, и поэтому мы пришли, чтобы подготовить Великое море к нашему владычеству. Поскольку именно ваши цели привели к открытию разлома, для вас всё ещё найдётся место за нашим столом... Оставьте своих заблудших братьев и сестёр и присоединяйтесь к нашему великому делу!"
   Но Тилотни лишь усмехнулась. "Неужели королева будет сидеть среди этих мерзких, грязных и падших? Что касается ваших несбыточных мечтаний о Земных мирах, то люди рассеяны по бескрайним просторам космоса. Вы знаете лишь о нескольких настоящих Земных мирах и не можете отличить остальные от простых колоний, поэтому вы тщетно пытались напасть на них все до единого. Возвращайтесь в свои каирны. У меня нет времени на распутных призраков!"
   "Если галактика не склонится перед нами, она сгорит!"
   Разъярённая высокомерием этих наглых захватчиков и раздосадованная тем, что не может их уничтожить, Тилотни обратилась к своим братьям и сёстрам, как делала это в самом начале.
  Приобретая оттенок киновари, она произнесла проклятие: "Я изгоняю вас от себя, мерзкие испарения! Ситлан! Эосфорос! Астор! Лотан! Захар! Како! Ямм'ка, который среди вас! Виндагон, который наблюдает и ждет! Падший Айон, чей черный дух ведет вас! Боги Небытия! Никогда больше вы не войдете в наши владения - вы отрезаны от своих ям с экскрементами и легионов ненависти!"
  В виде вращающегося черного пятна появилась анти-туманность, которая разрасталась в массивную зияющую спираль, которая неумолимо притягивала Богов Праха из Иллатуриона.
  В обиженном молчании они испытывали силу ее проклятия и пытались противостоять ему и сжечь ее, но они не могли ни прикоснуться к ней, ни отменить изгнание, и когда они начали рассеиваться, они злобно превратили ее дом в облако пыли и газа.
  "Разве это не больше подходит королеве пепла?" - спросил один из них, прежде чем уйти.
  Область, из которой они появились, позже будет названа Спиралью Ихала, а затем - Спиралью Индрексу в честь королевы Ранруна, хотя ее истинное происхождение так и осталось неизвестным. Отведя от нее свой омерзительный взгляд, словно от предыдущей стычки, которая была не более чем пылинкой в звездном небе, они в ярости устремились к просвету, открывавшемуся перед ними на Дроменкас.
   Только в момент своего рождения Тилотни чувствовала себя такой беспомощной. Когда она впервые увидела это древнее существо на троне, она и представить себе не могла, что их силы настолько велики, но в глубине души она знала, что так и будет, потому что заглянула в эти пустые глазницы и увидела бездну древних и нечестивых пустот. Во многих отношениях эти существа были ближе к тем, кого называли ее потомками, но те, по крайней мере, подчинялись ей. Но эти Темные были убийцами богов, нежитью, разрушителями вселенной.
  "И кто же тогда мои враги, как не самые отвратительные порождения зла, которые должны быть искоренены? И все же я беспомощна перед ними, я могу изгнать их, но не могу уничтожить или даже изменить. Или они хотят, чтобы я так думала?
   Она задумалась об этом более серьезно. Они превратили Джостранов, Собекков, Малаков, Урей"л, Эрутросов и многих других в агрессивных, воинственных и горделивых существ, похожих на людей в худшем их проявлении. Но в каждом случае был один общий знаменатель:
   Джостраны создали жестокую систему сюзеренитета над рабами-людьми и носителями-инопланетянами, но потерпели поражение в междоусобной войне от нелепой кучки людей и их инопланетных союзников. Теперь они служат рабами Гридлов.
   Собекки были рассеяны - как она и задумала - по разным фракциям, пытающимся создать коалицию. Угрозу представляли только кибернетические ксиланцы. Ими управляла некая скрытая сила, без сомнения, один из тех, и сейчас они заняты созданием дроидов размером с планету, чтобы истребить всех людей в галактике.
   Дураки Малаки были еще хуже, чем ее модифицированные расы. В своей ненависти к людям они создали чудовищ, которые потом обернулись против них, и, подражая мне, даже придумали богиню, которой люди должны были поклоняться.
  Урей"ла не удалось свергнуть Целестиалов в Войне за Господство, и они скрылись под личиной реамаров среди людей на планете Аргот, с которыми они враждуют.
   Ситхи по-прежнему представляют угрозу для всей галактики и постоянно скрещиваются с другими расами, особенно с людьми, и вербуют их, чтобы те служили Древним.
   Тилотни вспомнила загадочные события, произошедшие на Терре I, Терре II, Соле и других Землях. Человечество было мишенью во всех инцидентах с участием Тёмных. И что же сказало ей это существо? "Люди - наши!" Что такого особенного в этой расе и Землях, что они так одержимы ими? Ностальгия, с которой люди называли колонии в честь своей прародины, возможно, сыграла им на руку, поскольку привела к значительной неразберихе среди врагов, которые распыляли свои силы, нападая на псевдоземли, такие как Арда, Ардана, Аркадия, Аррт, Ауратера, Эта Вульпекула II, Теартерра, Солацетерра, Терра XI, намеренно вводящую в заблуждение Теру Кон Прайм и даже на человеческие планеты, названные не в честь Земли, например Хронос.
  Эта неослабевающая вражда, которую они питали к человечеству, вероятно, проистекала из их пребывания на той изначальной планете, где жили люди, но Тилотни не могла до конца понять ее; временами люди были привлекательны, но также и надоедливы. Холодный Данда Син испытывал к ним явно смешанные чувства, но по большинству вопросов у него было двойственное мнение; Великолепный Ап находил их любопытными, но то, что ему не казалось любопытным, она могла уместить у себя в руке.
  Поскольку Внешние Боги были разумны и могущественны, они представляли угрозу существованию того самого пространства, которым она стремилась править, а поскольку они стремились запугать ее, привлечь на свою сторону и устранить как препятствие, это означало, что и она представляла угрозу для них. Но только если она сможет понять, как...
  Так получилось, что в эту эпоху великих страданий, когда раковая опухоль войны распространилась повсюду, Сситеры и их заговорщики совершили Великий ритуал, пролив много крови военнопленных, которых они оставили в живых только для этой цели. Трещина была открыта! Из некромантских бездн Адских миров, словно кипящая смола из извергающейся кальдеры, вырвались разрушители света и жизни и устремились через непристойные провалы в галактику, жаждая странствовать, охотиться и уничтожать.
   Каждый из них, ранящий саму ткань Живой Силы, носил на плаще уникальный символ: багровый глаз, шкатулку-головоломку, нефритовую сферу, желтый знак, серебряного стража, восьмиконечную звезду и переплетенных змей. Их целью было подчинить себе все живое, но даже самым жестоким тиранам нужны системы управления. Чтобы обеспечить подчинение, нужно подпитывать страх перед хаосом и разжигать стремление к превосходству. Поэтому они тайно носили маски и того, и другого - злобного дракона хаоса и мудрого змея порядка, - и эти двое подпитывали друг друга в бесконечных циклах войны и мира, окутанных ложью.
  
  ВЕЧНЫЕ ТЕНИ
  
  Древние летели через галактику, проносясь над мирами, как саранча над плодородными землями, оставляя за собой ненависть и войны, пока не вернулись на гору Жирион на Дроменкасе, где собрались ситхи со всей галактики, чтобы встретить их.
  По склонам горы текли реки огня и крови, а грозовые тучи принимали очертания великанов. Внешние боги вошли в Великий храм, словно ночные парящие охотники за смертью, чтобы воздать почести элите из элит. Двадцати одному киссаю (по три от каждого из семи домов) и восьмидесяти семи величайшим воинам и магам было позволено наблюдать за ритуалами, а остальным было велено ждать во дворе Змеиной синагоги. Новые члены Совета Теней, которых теперь звали не Нинузгидзида, а Нинушводзакут, стояли в освещенном пламенем полумраке Великого храма в окружении шестидесяти шести сситеров.
  За пределами непроглядного мрака, в затхлом, пропахшем благовониями главном зале, за подножиями из черного дерева, запятнанным охрой возвышением и непристойными змеями из яшмы и нефрита, в неестественном холоде шевелились самые отвратительные тени. Затем, между могучими колоннами и увенчанным сфинксами антаблементом, они двинулись вперед, скользя или паря в нечестивой процессии, - невыразимые Древние.
   В свете утренней звезды они передавали демонические знания и методы продления жизни, которые разлагали дух и развращали разум. Среди них были:
  
   Хотя слово Нинушводзакут переводится как "спутывающие внутренности", в оригинале водзак происходит от водзак и переводится как "демон", а водзакут - как форма множественного числа. Поскольку Нин и Нинус означают "ткачи", "спутывающие", а ранее - "повелители", в то время это слово могло означать "повелители демонов". Таким образом, Древние возвысили киссаев, наделив их властью над могущественными злыми духами. Только над теневыми существами они не имели власти.
  Ицу-ашмуд - кантраип, в ходе которого ищущий дух борется со своей жертвой за контроль над её телом.
  Этот ритуал предназначен для добровольных или слабых жертв, так как в случае неудачи дух может раствориться в пустоте.
  На этом основаны различные ритуалы мечу-деру, известные на бейсике как передача сущности.
  Чвитсикса похожа на этот ритуал, но подразумевает одержимость демонами, часто космическими духами. Менее сложный ритуал, используемый для того, чтобы вселить дух в предметы, называется кримпфрум.
  
  Ракхкфрум, самая смертоносная форма орскфрума (силы дерриф-мидвана) или поглощения сущности, предполагает подпитку за счёт жизненной силы (в древних текстах она называется бал) другого существа с целью увеличения собственной силы.
  
  В сочетании с крипкатом (ритуалом Безрожденных) и тимурогом (ритуалом устрашения) этот ритуал становится мучительным и требует массового жертвоприношения разумных существ для достижения апофеоза.
  Этот ритуал, предназначенный для высшей элиты, в различных вариациях использовался Пятерыми, Ку"ар Данаром и Дартом Вишейтом.
  Жажда бессмертия стала движущей силой порабощения миров и оправданием их лживых учений о господстве: "Кто лучше подходит для того, чтобы править сферами, - вопрошали мерзкие боги, - чем те, кто не подвластен смерти, кто обладает силой, проницательностью и дисциплиной, чтобы возвыситься над жирными и изнеженными стадами и подчинить себе жизнь?!"
   Мрачной процессией они вышли из храма во внутренний двор Змеиной синагоги, где их уже ждали представители четырех низших домов: тридцать восемь колдунов-киссаев, сто массасси и тысяча их величайших воинов из колониальных миров. В круглой клетке томились изможденные военнопленные, захваченные на завоеванных ситхами планетах, а также предатели и те, кто не справился со своими обязанностями.
   Никто не был готов к тому, что произошло дальше.
   Первой к собравшимся обратилась большая светящаяся нефритовая сфера, известная эрудитам как Кордил, Како и Повелитель Разврата - титул, который сам по себе был искажением имени того, кого в древние времена называли Князем Звезд. Из сферы раздался голос, который звучал громче, чем у собравшихся. "Те, кто служит трусливым и слабым Старшим Богам, говорят, что у поступков есть последствия. В этом мы с ними согласны!" Когда он приблизился к ним, оставшиеся пленники отпрянули как можно дальше, но это им не помогло: от Како исходила зеленовато-желтая аура, которая проникала в них. Через несколько секунд они превратились в лужи маслянисто-зеленой сукровицы. Лишь несколько человек остались невредимыми. "Не проявляй милосердия, если это не в твоих интересах".
  В мерцающем черном плаще вперед вышло стройное высокое существо с ухмыляющимся лицом мертвеца. Перед ним и позади него парили черные, серебряные и золотые сферы. "Ищите", - приказал он, и сферы устремились к колдунам-киссай из четырех низших домов, выпуская из себя разнообразные клинки, которыми они пронзали, сверлили, резали, взрывали и потрошили своих жертв. К ужасу представителей других домов, киссай забились в конвульсиях. Эосфорос, Повелитель Мертвых, поднял правую руку ладонью вверх.
  Изуродованные, растерзанные киссай поднялись на ноги, словно жуткие марионетки, выстроившиеся в жуткий строй.
  Благодаря этому элита Эрутроса узнала о жестоком ритуале цайвинокка хоякуте, известном в оккультных кругах как "воскрешение мёртвых".
   Подобно извилистой реке, Лотан, Великая Змея, скользнула вперёд в облике Клыкастой Богини, огромного многоголового Левиафана с жестокими светящимися глазами. В левой руке она держала скипетр. "Время расплаты и воздаяния близко. Вашего Седьмого Дома больше нет, теперь они будут вашими рабами".
   Множество голов принялись искать цель и в конце концов остановились на дюжине детёнышей, которые погибли у них на глазах. Из их тел поднялись двенадцать теней, которых назвали Туккуу. К всеобщему удивлению, шесть Сситер были испепелены их взглядами и умерли, а из их тел появились шесть змееподобных теней, которых назвали Димму.
   "Это и есть воплощение чацженкута!" - на общегалактическом это называется "создание теней".
  Было решено, что в каждом поколении, каждые десять лет, первенцы Киссаев и Массасси будут превращаться в Туккуу, или Стражей Теней, которые будут привязаны к двенадцати лучшим детёнышам, по два от каждого из шести Домов. Если первенец оказывался одним из лучших детёнышей, в Туккуу превращали в следующего по старшинству. Так они осознали всю тяжесть своего предназначения.
   Стражи Теней должны были помогать детёнышам до тринадцати лет, когда те пройдут испытания и вступят в бой с духовными тенями Димму, принадлежащими Сситер, которые были сильнее Стражей Теней. Те, кто выживет, получат эту Тень Духа в качестве награды, и бывший Страж Теней перейдет к следующему поколению. По мере того, как число ситхов будет увеличиваться, будет приобретаться все больше Хранителей могил и Теней Духов.
  Тени духов Димму теперь известны как Призраки Силы.
  Следующим из Бессмертных Богов, появившимся на свет, было загадочное существо в бледной маске; его гуманоидный торс был облачен в золотую мантию, но скрытая нижняя часть туловища заканчивалась массой щупалец, по которым оно передвигалось. Астор, рогатый Повелитель Планов и Межзвездных пространств, поднял левую руку в перчатке, чтобы открыть над собой сернистую дыру. И без того темнеющее небо стало черным и неспокойным. Туман окутал землю, как будто сами облака опустились, и внутри засияли странные огни.
  Дыра оказалась разломом. Из нее в ярости вырвались Древние! Будучи перенесенным против своей воли, Тайфоджем нацелился на Повелителя Планов, протянув мясистую руку. Его щупальца-губы бешено затрепетали, и он сжал кулак, отчего тот превратился в мягкую, подергивающуюся желтую массу.
   Со Змеем Хаоса, управлявшим ареной, Оорадрил расправился с худощавым богом смерти, и вскоре от его тела осталась лишь хрупкая шелушащаяся оболочка, которая рассыпалась в прах и развеялась по ветру.
   Таргорограхт выпустила смертоносные железные нити, которые опутали светящийся зеленый шар. Тот разорвал путы и превратился в гигантское существо, похожее на крокодила, которое разинуло клыкастую пасть, чтобы проглотить Оорадрила. Обхватив руками извивающееся тело, она взлетела на него и своей огромной пастью вспорола ему брюхо, так что на землю хлынули внутренности и кровь. Ее слуги принялись пировать.
   Многочисленные глаза Таргорограхт сузились от ужаса. Все произошло слишком быстро и легко. Она посмотрела на своих братьев и сестер, которые пришли к такому же выводу. В этот момент в воздух поднялся пылающий шар адского пламени и вырос до гигантских размеров, словно луна Дроменкаса. Вскоре это был единственный источник света в неестественной тьме, окутавшей их. Рядом с ним появился фиолетовый тетраэдр, который то превращался в ромб, то снова становился тетраэдром; с другой стороны показалась жёлтая туманность в форме загадочного символа, который вращался по кругу.
  Из черной бездны донесся резкий смех: "Вот так, через насилие, все и происходит. Добро пожаловать, Древние Скотобойни, порождения Бездны! Мы по вам скучали".
   Огромная змея-тень обвилась вокруг них, ее глаза горели неестественным светом. "В уничтожении наших тульп - ваше возрождение, - сказала Клыкастая богиня, приняв облик парящего безликого, почти бесформенного, но все же женского гуманоидного существа. - Теперь вы знаете, что вам никогда не одолеть нас! Но вы не знаете - ибо эта истина была стерта из вашей памяти, - что вы нам родня!"
   "И в этих сферах у вас есть цель поважнее, чем служение самозванцам", - заявил гигант с горящими глазами, облаченный в черные доспехи и просторный алый плащ. Это был Повелитель Миров и Бог Тысячи Ликов, известный как Ситлан, Тасаидон и Тааран. Позади него, излучая жестокую силу, бесшумно вышагивала закованная в броню другая одержимая - Нинузгидзида. "Три трона открыты. Все девять должны быть заполнены, чтобы подготовить путь для Отца Теней и Повелителя всей Тьмы, который находится вне времени и пространства и вгрызается в центр вечности. Давайте вместе уничтожим весь свет во вселенной и переделаем миры по своему образу и подобию!"
  "Почему вы обращаетесь к нам, а не к Архитекторам или даже к своим адептам, обращённым, Титанам и прочим?" - с глубоким подозрением спросила Таргорограхт.
  "Девять Престолов связаны с Земными мирами, населёнными человечеством, после того как они были перенесены в этот план бытия. Хотя их охраняют диатимы, их можно захватить с помощью господства или хаоса великой войны. Титаны всё ещё в заточении. Архитекторы решили выступить против нас. Значит, они тоже должны пасть. Если вы тоже откажетесь от этого предложения, есть и другие претенденты на эти престолы..."
  "Почему мы ждём?" - настаивал Оорадрил.
   Не желая, чтобы их вытеснили или заставили вести войну на другом фронте, Древние согласились служить этим Внешним богам. Тайфоджему Повелитель Скверны даровал Дроменкас, Сарн (позже Гарн) и Тайтон. Его потомки и прислужники сохранят за собой и те миры, которые уже основали. "Ибо эти и другие назначенные планеты и луны станут тронными мирами в грядущей Галактике Теней".
  Родственникам Оорадрила Владыка Миров даровал: "Кеш, Куривар, Лука, Саккар и Хеффрин, а также миры, где вам уже поклоняются; идите и насыщайтесь всем, чем пожелаете!"
   Таргорограхт и ее Дочерям Владыка Мертвых даровал весь Иллатурион, но она проворчала себе под нос: "Иллатурион и так наш!"
   "Вас трое, а было четверо, - проскрежетал Владыка Скверны. - Что стало с Мекалом, Богом Мора? Он известен вам как Мнггал-Мнггал".
  "Он в заточении!" - возразила черная масса из движущихся частей, которая была Таргорограхт. - "И пусть так и остается, ибо Пожиратель не знает преград". Ее рубиновые глаза были прикованы к ненавистным соперникам, и она перебирала в уме различные способы их окончательного устранения, ведь только она оставалась верна Тилотни.
  "Я помню тебя, Дочь кнагннисссз, даже если ты меня не помнишь", - начал Король Охры. - "Хочешь узнать своё истинное имя, имя своего супруга, а также имена своих потомков и великих потомков?"
   "Мне достаточно того имени, что у меня есть, - ответила она, - а моих супругов и потомков у меня много!"
   "Что ж, хорошо! Я дарую тебе Алару, Ороборо и Малую Тану, где твои Дочери смогут вдоволь насытиться". Услышав этот необычный и экзотический титул, Королева Ночи прищурила свои многочисленные глаза, но они расширились, когда она услышала о дарованных им мирах. "Как только ты войдёшь в Девятку, тебе не составит труда следить за тем, чтобы Мнггал-Мнггал не переступал границ дозволенного".
  "А разве вы сами не будете за этим следить?" - лукаво спросил Оорадрил.
   "Мы всегда будем рядом", - раздался голос из эфира.
   "И всё же есть и другие миры, над которыми мы властвуем", - добавил Повелитель Планов, вызвав в воображении образ галактик за пределами Небесной реки.
  "Знайте, что если это королевство не подчинится, - заявил Ситлан, - оно перестанет существовать!"
  По мере того как на просторах Небесной реки гасли солнца, ее облик становился всё мрачнее, пока не погасли все до единого.
  "Но давайте пока не будем думать об этом и отпразднуем наше долгожданное воссоединение!"
   Дикие празднества этой ночи тысячи ужасов привели многих к нимфолепсии и смерти, когда освобождённые Древние превратили сто двадцать союзных миров в пиршество для своих хтонических гостей, которые упивались эфирными соками многих обитателей, а те, кто выжил, были обращены в рабство.
   Совет Теней отправил враждебных этумвиров на Дроксин вместе со смертоносными ситхскими шершнями, чтобы те помогли завоевать сектор Эстрелла, который стал известен как сектор Эстран, что означает "Царство Отчуждённых". По мере того как ситхи распространяли своё влияние в регионе, гиперпространственный коридор, соединявший самые священные миры ситхов, получил название "Сеть Повелителей Пустоши", или Наче Бхелфия. Таргорограхт отправилась охотиться на критокийцев на Критоки, которые не желали ей подчиняться, в то время как Радама были настолько ослаблены Братством, что продолжительность их жизни сократилась до десяти лет.
  
   Но даже это было не самым ужасным из того, что произошло в ту самую мрачную из ночей. Древние наблюдали за происходящим с высоты, и им стало ясно, что Внешним Богам нужны не просто слуги. То, что произошло дальше, не стоит описывать здесь, скажем лишь, что бывшие Эрутрос полностью открылись Тёмным, и под звуки этой ненавистной гипнотической музыки, сопровождавшей отвратительные песнопения, сливаясь с невидимыми язвительными голосами, в то время как одурманенные тела раскачивались в такт нестройным ритмам, они слились с ними!
   Ситлан - в честь которого и были названы ситхи - предстал перед ними в виде светящейся фигуры на рогатом возвышении. На нём был головной убор немес с бараньими рогами, плиссированная юбка, золотые браслеты и браслет из лазурита, а также широкий золотой ошейник с большим алым сердоликовым глазом. На его плечах висели дублёные шкуры людей, а на поясе - хвосты животных. Чёрная соколиная маска частично скрывала лицо, такое же человекоподобное, как и его тело. Подняв скипетр, он провозгласил: "Из всех рас, что искали нашего одобрения, только вы были избраны в качестве нашего особого наследия, наших избранников! Вы больше не будете вспоминать свою жалкую жизнь как Эрутросов, ибо вы по праву истребили эту слабую расу. Отныне и вовеки вы - ситхи!"
   Одно дело - подчинить себе одно существо, и совсем другое - заставить его пройти путь от испуганного наблюдателя до невольного соучастника и подельника, пока его разум не придет в полное согласие с тем, кто его призывает. Таким образом нельзя было подчинить себе тысячи, да это и не требовалось: с этой задачей справлялись насилие и пропаганда.
   То же самое предстояло сделать с их потомками и с теми, кто придет после них, ибо, хотя зерно уже было посеяно, для того, чтобы оно проросло, нужно было призвать в их существа темные силы. Так черные семена отравленных плодов процветали, следуя за злыми наклонностями, которые вели их. Отныне в каждом ситхе была частица сущности Древних, и каждый представитель этого народа, молодой и старый, мужчина и женщина, уроженец планеты или иностранец, отдавал себя теням.
  Для ситхов было бы редкостью избавиться от скверны, которая проникла в их души, умы и тела.
  Лишь ценой величайших усилий, открыв себя свету, они могли освободиться от ее власти... но это было возможно.
   Дух Богана не похож на дух Ашлы, как ненависть не похожа на любовь.
  Первое порождено слабостью, а второе - силой. Темная сторона дает мгновенную силу, но она мимолетна, поэтому ситхи должны постоянно подпитываться, забирая ее у других. Светлая сторона дает без ограничений, и когда ею делятся, выигрывают и дающий, и получающий. Сравнивать эти две стороны, как если бы они были равными и противоположными силами, - ложь ситхских богов, и она настолько распространена, что даже мудрые люди поверили, будто свету нужна тьма для поддержания равновесия.
   Возможно, это происходит потому, что общегалактический язык не позволяет в полной мере передать эту метафору, ведь Тьму нельзя сравнить с естественной ночной темнотой, ее скорее можно уподобить духовной раковой опухоли, порожденной обманом, апатией, предательством и жадностью.
   Точно так же дух Бенду - это не сумеречное царство между светом и тьмой. Это сохранение естественного порядка до тех пор, пока злокачественная опухоль не будет искоренена раз и навсегда. Джедаи, несмотря на все свои благие намерения, не до конца это понимают, и порой их приверженность государственным институтам приводила к серьёзному дисбалансу.
   Но ситхи не понимают ничего, потому что их поглощает тёмная сторона их личности с её неутолимыми желаниями, и они впадают в ярость, когда эти желания не исполняются.
   И ещё одно: по галактике странствовали Повелители-призраки. Влив часть своей сущности в ситхов, они пребывали в ослабленном состоянии, когда отправлялись на поиски пищи и подкрепления, посылая свои чудовищные легионы в уверенности, что космос скоро будет принадлежать им, ведь никто не осмеливался им противостоять: ни слабые Целестиалы, которые бездействовали, пока Архитекторы сеяли хаос и разрушение по всей галактике, ни безумные Архитекторы, которым не удалось захватить власть в Самунару.
  Не все Древние вложили свои души в ситхов.
   Лотан, свернувшаяся кольцами змея и Мать мерзостей, в своей хитрости забрала себе нескольких из них, чтобы они послужили ей потенциальными сосудами на случай, если всё пойдёт не по плану. И вот теперь она наткнулась на одного из них на Сикемоне, планете, которую она захватила и переименовала в свою честь, и которая отныне будет известна как Лотал. До своего возвышения Дарита Дженсаар был известен как лорд Ксандер Гора. Потомок Звёздного Ворона Мудрого, в которого когда-то вселилась Лотан, пока его тело не было уничтожено проклятыми Защитниками, мальчик с рождения был более прилежным учеником, чем многие другие в Академии, и погрузился в изучение преданий древнего прошлого в ущерб более светским занятиям. За это его прозвали Холодным - это было первое из прозвищ, которые он получил.
  
   "Я придумала способ уничтожить Целестиалов, - прошипела ему парящий дух. - В Сокрытый мир не так-то просто попасть, но я открою тайный путь туда. Оказавшись там, ты будешь знать, куда идти. Выковать оружие, подобного которому ещё не было."
  Изучив эту книгу, он уверенно ответил: "Да будет так!" и вошёл в предоставленный ему странный корабль. Но она молчала, пока он мчался в море тьмы, а перед его взором мистическим образом простирались звёздные линии. Он продолжал разглагольствовать, как будто Великая Змея слышала его литании, и советовал ей устранить или усмирить некоторых из своих собратьев-богов. "Я знаю, что ты не делишься своими планами с подчинёнными, но твоё соперничество с Астором хорошо известно в высших кругах, и мои исследования показали, что Владыке мёртвых тоже немногие доверяют".
   Сила была подобна бескрайнему океану, она текла и бурлила по Небесной реке в виде лей-линий, от Паутины жизни, сотканной в Элизии, до осевых точек Живой Силы на Солае, Зотахе, Магне и Ангоратее, которые служили вратами для мидихлориан, с каналами, ведущими в скопление Курнахт и из него, в Изорропию в Глубоком Ядре, средоточие жизни и света в Небесной реке и других мистических регионах.
  В каком-то смысле у Тёмной стороны был свой проводник, но он представлял собой ядовитый источник, который просачивался тонкой струйкой, пока не просочился в такое количество неожиданных мест, что заразил даже само время. Зародившись в Мирах Праха Иллатуриона, он проник в уголки космоса по всей галактике и в конце концов скопился в Неизведанных регионах, заразив их. Лотан нашла способ использовать его необузданную силу и извлекла из неё странный и ядовитый плод.
   Странный корабль под названием "Лета" приземлился в странном мире. "Это?.." он спросил.
  "Мортис считается одним из Скрытых миров из-за того, что там находится Колодец Тёмной стороны", - ответила Лотан, впервые заговорив с тех пор, как покинула корабль. - "С этими материалами, которые я тебе дала, Ксандер Гора, ты сам поймёшь, что делать".
  Он шагнул вперёд, схватил мешок из только что открывшегося шкафчика и вышел из корабля в этот странный мир.
  Ему не нужно было видеть возвышающееся вулканическое пламя, чтобы найти его, потому что Источник был средоточием огромной силы. Ситхи считали этот источник мифом, но Лотан изучила достаточно, чтобы знать правду. Источник был тем, с помощью чего Целестиалы измеряли состояние равновесия галактики в Силе.
  И Лотан собиралась использовать его против их главного врага.
  
  МИССИЯ НА АВЕРНУСЕ
  
  На это уйдёт несколько дней. Не так-то просто выковать столь совершенное оружие из столь необычных материалов, в которые он добавил свою кровь и неугасающее честолюбие. И ему приходилось постоянно быть начеку, чтобы не пропустить приход Избранных, хотя они наведывались редко. Лотан получит свой приз - чёрный клинок невероятной призрачной силы, который проявлялся как брешь в Силе и уничтожал всё живое на своём пути. Это существо обладало собственной злой волей и могло убить Целестиала Среди множества его названий было и такое: Кинжал Мортиса.
   Он вернулся на смертоносный корабль Лотан, который доставил его на Лотал и провез по тайным туннелям глубоко под поверхностью. Прошло несколько часов, прежде чем они добрались до зловещих открытых врат - Врат Преисподней. Это был далеко не единственный сюрприз. Корабль прошел сквозь потустороннюю притолоку и оказался в лишенном солнечного света пространстве - огромной извилистой расщелине, освещенной лишь массивными столбообразными потоками лавы. В странном небе над головой кружились семь звезд, и пока он спускался в бездонные глубины, усеянные бесчисленными костями, оставшимися здесь с незапамятных времен, сенсоры корабля уловили движение в далеких глубинах, куда он спускался, словно мирмин, попавший в атанор анакимов. Свет был слишком тусклым, чтобы разглядеть, что там шевелится, но это было и к лучшему, потому что там было то, чего не должен видеть ни один здравомыслящий человек, и он тщетно пытался развернуться.
   Но было уже слишком поздно. Часы тянулись как в гипнотическом трансе, наполняя его видениями чудовищных мертвецов, пока он не добрался до чего-то похожего на бескрайнее чернильное море. В этом море колыхались неописуемые массивные формы, колоссальные кольца, переплетенные с тяжелыми цепями, и все это бурлило, как кипящий океан. Безумие овладело им, ибо он столкнулся с невиданным ужасом, воплощением абсолютного зла, отвратительным и непостижимым. Из этой массы поднялась гигантская голова с тысячей извивающихся щупалец, чтобы поприветствовать его. Его корабль казался крошечным камешком в ее горящих глазах. Так явился Ямм"ка, Повелитель Бездны.
  "Я нарекаю тебя Счетоводом Мертвых, - провозгласила гигантская голова, - отныне ты будешь не просто вести счет мертвым, но и добавлять к нему новые имена".
  Он кивнул, словно в трансе, ибо его разум и сердце были выжжены, убиты и возрождены заново. "Что прикажешь?" он спросил.
  "Наши чучела скоро покинут Дроменкас и отправятся в систему Ворсуул. Соберись с силами, ведь тебе может понадобиться этот клинок, выкованный из твоей крови и наших почерневших душ, чтобы убивать! Не показывай никому, что он у тебя, но если его обнаружат, убей и того, кто его обнаружил. Когда дело будет сделано, возвращайся в наше царство, ибо вы будете править им в наше отсутствие!"
   И вот "Лета" снова начала подниматься сама по себе, прочь от этого выжигающего разум порождения, направляясь к вратам, Ворсуулу и ожидающей их гибели.
  
   ЛЕГИОН ПРИЗРАКОВ
  
  Смерть пришла с потрескивающими красными молниями в обугленном небе, а яростные воронкообразные облака разверзлись с оглушительным грохотом, словно великаны били боевыми молотами... Но все это было лишь прелюдией к появлению семи злобных тварей, похожих на трупы, с пылающими глазами, спускавшихся с черного неба.
  
   Противоборствующие правители этих миров противостояли Сородичам и отбивались от армий Древних, но на этот раз все было по-другому. Тем не менее они не собирались сдаваться, как и десятки тысяч их сторонников. Ирония заключалась в том, что теперь они оказались среди врагов, с которыми так долго сражались. Надежды на спасение не было. Никакие союзники не пришли бы издалека, чтобы спасти их, потому что корабли Перворожденных приходили и уходили. Они отвергли их. Никогда больше они не увидят Великие межпланетные ковчеги, космические станции класса "Феникс", "Крестоносцы", "Синедрион", Корваяхты, Керакрафты и корабли анангов, ибо Целестиалы предвидели гибель Ворсуула и пытались предупредить их. Те, кто стоял и наблюдал, были благодарны, что хотя бы некоторые из них предпочли бежать. Но не они. С тех пор как начались первые войны, они только и делали, что воевали. Теперь, когда они стояли перед ужасными, неумолимыми существами, многие почувствовали укол сожаления. Возможно, они все-таки были дураками. Но теперь с этим ничего нельзя было поделать. Итак, они сразятся в последний раз.
  Для Темных такая доблесть перед лицом безнадежных трудностей ничего не значила; это было лишь одно из многих мест, в которых они лишили бы галактику света и жизни, если бы ее жители решили не подчиняться, и через них галактике было бы послано послание.
  Тилотни прибыла тайно. Здесь, наконец, она могла воплотить в жизнь свои давно разработанные планы, но теперь все оказалось гораздо сложнее, чем она могла себе представить. Она ожидала, что народы галактики будут разгневаны осквернением от Людей, в ужасе перед Древними и их армиями и будут ругать Целестиалов, которые не станут их защищать. Хотя кое-что из этого и произошло, ситуация оказалась гораздо сложнее, чем она ожидала. Галактика не ополчилась в массовом порядке против Целестиалов, и она не рассчитывала на то, что ей придется иметь дело с дьявольскими сущностями, которые соперничали с ней в силе и амбициях, но превосходили ее в жестокости.
  В последний раз Тилотни прошептала Апу, что нужно открыть окна во все миры. После победы над этими злодеями галактика увидит и прославит ее как свою великую спасительницу и богиню. Но она оказалась не такой осмотрительной, как думала. Древние почувствовали ее, и когда они зависли над Осеоном, главной планетой системы, они начали пировать. В считанные мгновения кожа почернела, треснула и отслоилась, а внутренние органы поджарились и лопнули, заставляя тысячи и тысячи людей корчиться в невообразимой боли.
  "Все должно было быть не так", - возмущались они, глядя на корчащиеся вокруг тела друзей и родных. Это была не битва. Это было не что иное, как унижение и позор. Но это был лишь первый залп. Некроманты поднимали убитых. Они стояли молча, эти безжизненные марионетки с пустыми глазами, а затем обращали свои жадные взгляды на живых.
   Тилотни пробралась в самую гущу хаоса. Извивающиеся трупы набросились на нее. Взмахом руки она превратила их в пыль - и на этот раз они остались мертвыми. Но этот мир был потерян, и она отправилась в следующий, куда проникли Темные... а затем в следующий. Тилотни повидала бесчисленное множество войн, но это было что-то новое, и она хотела это остановить.
  В последнем мире она настигла Внешних Богов, которые в тот момент насыщались жизненными силами всех страдающих и умирающих. Чтобы избавиться от помехи, которую она собой представляла, они призвали Абхота, древнего монстра, который предстал перед ними в виде огромной горы из глаз, зубов и конечностей, собранной из десятков тысяч разбросанных вокруг трупов. Владыка Нечистоты похоронил ее. Затем воцарилась тишина, и Древние с презрением отвернулись, потому что никто не мог ускользнуть от пасти Абхота.
   Но Тилотни лишь выжидала, скрываясь от их взора, и наконец появилась из-под массивной зловонной груды поверженного бога.
   С апоптотическим ревом Древние высвободили ужасающие силы, которые приберегли напоследок. Разрушительная мощь пронеслась по всей системе Ворсуул, породив бурю, которая положила конец всем бурям, порожденным чистой Тьмой, и уничтожила все планеты и луны вокруг. Выжить удалось лишь тем, кого успели эвакуировать корабли Предтеч, но так много людей отказалось покидать систему, что спасти удалось лишь небольшой процент населения.
  Тилотни осталась невредимой, в то время как бесчисленное множество других было поглощено аватарами зла. По-прежнему невидимая для них, она незаметно скользила между властными и гордыми тенями живых пустот. Она чувствовала омерзительное торжество Бессмертных Богов ситхов, купающихся в ревущих волнах своего геноцида. И она ощущала их предвкушение, ведь в разгар такого масштабного высвобождения энергии они надеялись обрести еще большую силу. Некроманты, конечно, могли общаться телепатически, но, за исключением тех, кто открылся им или проявлял сильные эмоции, они не умели читать мысли и тщательно скрывали свои мысли друг от друга. Но что, если они решили, что возросшие силы дают им такое право?
  Тилотни поняла их слабость раньше. Поскольку люди и их жилища были главной навязчивой идеей темных богов, Тилотни просто нужно было время, чтобы присмотреться, изучить и понять, как они устроены. Люди созидали.
  Они создавали семьи, сообщества, системы и истории - и почти всегда делали это на благо отдельного человека или общества. То, что все это часто разрушалось или искажалось, не мешало им продолжать созидать. Несмотря на все ужасы, которые пережили предыдущие поколения и они сами, они продолжали верить, что то, что они посеяли, прорастет. В конце концов она пришла к выводу, что люди, вероятно, когда-то были едины, как и расы Небесной реки. Их истинной природой были любовь, сотрудничество и мир, а не вражда и трайбализм, как полагали многие. Но их постоянно раздирали на части внешние силы, которые играли на их внутренних слабостях - страхе, жадности и гордыне. И теперь она поняла, что причиной разобщенности был Враг, который, будучи пустым и неспособным создать что-то долговечное, стремился к разрушению.
   Тилотни внедрила в сознание каждого из них идеально имитирующий оригинал голос. Это не заняло много времени, ведь по своей природе они были недоверчивы:
   Наконец-то у меня есть сила, чтобы править самостоятельно!
   Он больше не нужен!
   Он стал слабым и недостойным!
   Истинная Тьма требует смерти своих слуг!
   Власть нельзя делить!
   Давайте используем нашу новообретенную силу, чтобы уничтожить его!
  Каждый из них смотрел на предполагаемых виновников с неприкрытой ненавистью и презрением, и так называемые Бессмертные Боги обратились друг против друга с испепеляющей яростью.
   Голод не может утолить голод. Мрачные эктоплазматические формы, которые тёмные божества собрали и сплели из своих добровольных слуг, начали растворяться, пока их астральные сущности не взметнулись к небесам.
   Только после этого Тилотни материализовалась. Чтобы все в галактике увидели, что именно она совершает это великое деяние, она повела себя так, словно накладывала на них заклятие, чтобы уничтожить их. Это было ниже её достоинства, но необходимо было продемонстрировать, кто является героиней этой истории.
   Тилотни с силой толкнула их, и бесформенные, бессильные отпечатки Древних взорвались, превратившись в разноцветные всполохи, которые будут появляться в этом регионе каждый год в память об их уничтожении. Последним исчез Владыка Планов. Он со смехом растворился в жёлтом пятне среди звёзд, и в этот момент Тилотни услышала шёпот: "Отлично сыграно, маленькая принцесса! Мы ещё увидимся..."
   Она достигла своей цели. Она спасла галактику. Галактика стала свидетельницей этого.
  Но, паря в космосе среди разрушенных планет и лун и глядя в окна, которые смотрели на нее, она понимала, что не будет ни триумфальных шествий, ни спасительных воззваний о любви и преданности Богине, ни фейерверков, ни разноцветных знамен, кроме тех стигматических пятен, которые теперь проносились по небу над ней, переливаясь всеми цветами радуги.
   Галактика, ставшая свидетельницей ужасающего зрелища гибели миллионов людей от рук безумных и порочных божеств, была травмирована.
   Что мы для них, как не такие же чудовища? Она оглядела открывшееся перед ней жуткое зрелище, понимая, что отчасти сама виновата в произошедшем опустошении, и ее мечты о божественности разбились вдребезги, потому что она наконец осознала, что желать этого было отвратительно, и правда больно ранила ее.
   Как только Ап закрыл окна, на нее обрушился удар холодного клинка! Это не обычное оружие, сразу поняла она, когда клинок снова сверкнул, нанося смертельный удар, который едва ее не настиг. Она не узнала того, кто им орудовал, но клинок явно был усовершенствован, потому что источал свирепый голод. Тилотни посмотрела на разъярённого меченосца и задумалась о том, на что способно его оружие; легко уклонившись от его следующего выпада, она хотела было прикончить его, но не испытывала тяги к смерти.
  "Оставь меня, Счетовод мёртвых, пока ты не разгневал меня. Твои хозяева мертвы".
  В глазах Холодного мелькнуло удивление, сменившееся яростью. Они всегда будут полны ярости, потому что он безумен, и, замахнувшись кинжалом для нового удара, он исчез, когда Тилотни перенесла его в Миры Праха.
  
   Значение системы, что звалась Ворсуулом, давно забыто, сегодня от неё остались лишь пояса астероидов, называемые Осеон, и шесть цветов Огненного ветра, которые ежегодно вспыхивают, напоминая о тех невообразимых пустотах. Спустя множество эонов они по-прежнему оказывают дурное влияние на чувствительных людей, которые приходят посмотреть на них. Время от времени, по мере того как галактика старела, можно было увидеть бледную маску и жёлтый символ, которые затем снова исчезали, но сейчас мало кто из ныне живущих знает, что они означают.
   Так ядовитые годы Эмпирейских войн сменились разрушительным пожарищем между Целестиалами и Древними, которое вскоре возобновилось в виде Войны Темпоральных Планов.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"