Под кружащейся тишиной
разбиты поля, словно страницы
книг. Не поддающиеся переводу
старые прописи деревьев.

Просветы в зарослях кустарника
не препятствуют взору,
оказывают ему поддержку, делают
пейзаж узнаваемым. Местность,

не нуждающаяся в аргументах,
ненавидящая высотные полёты,
придерживающаяся земли -
жёстких чёрных борозд.

Лужи до самого лета.
Колёса ветряных мельниц, одинокие хутора,
кривые деревянные заборы. Несмолкающий
в берёзах одинокий ветер.


Landschaft in der Naehe

Unter der kreisenden Stille
sind die Felder aufgeschlagen
wie Buecher. Unausdeutbar
die alten Schriften der Baeume.

Die Zaesuren der Knicks
behindern den Blick nicht,
geben ihm Halt, machen die
Landschaft erkennbar. Landschaft,

die keine Beweise braucht,
die Hoehenfluege verabscheut,
sich an die Erde haelt-
harte schwarze Furchen.

Pfuetzen bis zum Sommer.
Windraeder, einzelne Gehoefte,
die Gatter schief. Immer
ein kleiner Wind in den Birken.