Луг на Красных холмах с давних пор считался заповедным. Здесь нельзя было пасти скот или даже просто косить траву. Люди ходили сюда только за земляникой и целебными травами, да еще, если летом было достаточно дождей, собирали грибы в растущих рядом лесах. Благодаря этому, луг не страдал каждый год, как другие, и в пору летнего цветения радовал глаз разнотравьем, какого нельзя было встретить даже в окрестностях деревень, а вблизи городов и подавно. В июле обилие донника и зверобоя превращало его в сплошное золото, в которое, подобно сапфирам, рубинам и жемчугу, были оправлены небесно-синий цикорий, ярко-красный клевер и белый тысячелистник.
По дороге, некогда протоптанной здесь людьми, а теперь едва видной в траве, шло красивое грациозное животное, похожее на белоснежную лошадь с пышной серебряной гривой и длинным хвостом. Пять блестящих копыт, три передних и два задних, ритмично цокали по земле, потрескавшейся от долгого отсутствия дождя. Добравшись до края луга, животное остановилось и недовольно фыркнуло, глядя на сплошную стену высоченных зонтиков, преградившую ему путь. Злобный сорняк, уже давно бывший бичом не только деревень, но и городов, сумел проникнуть и сюда. Будучи сломанным или срезанным, это растение выделяло едкий сок, способный причинить человеку или животному сильный и очень нескоро заживающий ожог. Конь с пятью копытами, похоже, знал об этом. Постояв немного, он не спеша двинулся вдоль лесной опушки, ища возможность обойти опасные заросли, и наконец отыскал неплохую тропинку, ведущую вглубь леса. Устремившись по ней, конь в считанные минуты скрылся из глаз за толстыми стволами деревьев.
Тот июльский день в Магической Общине Добрых Дел начинался, как обычно, и не предвещал никаких сверхъестественных событий. Левкоя Старлинг, успешно окончившая еще весной магическое училище, неторопливо пропалывала клумбу возле дома, в котором она жила с матерью и младшей сестрой, Янтарией. Хотя было воскресенье, мать Левкои, госпожа Гиацинта, волшебница домашнего очага, с утра убежала на работу. Зато Янтария с удовольствием помогала старшей сестре, поливая и подвязывая цветы.
- И почему начальница сектора вызвала маму на работу в выходной? - недоумевала Янтария, склонившись с лейкой над очередным цветком.
- Должно быть, крысы, пятикопыт их затопчи, опять испортили припасы в общинной кладовой, - недовольно проворчала Левкоя, складывая сорняки в аккуратную кучку, чтобы потом сжечь их. - Маму всегда вызывают, когда такое случается. Она единственная, кто может приготовить вкуснейшее блюдо практически из ничего и других научить.
- А кто такой пятикопыт? - Янтария удивленно посмотрела на старшую сестру.
- Зверь такой. С виду как лошадь, только не с четырьмя ногами, а с пятью.
- Ты его видела?
- Только на картинке в старой книге, - честно призналась Левкоя. - Если такие звери и существовали на самом деле, то очень давно, а потом исчезли. Хотя, скорее всего, это просто легенда.
- Я так и думала, - вздохнула Янтария.
Чудеса, создаваемые с помощью волшебства, были для чародеев Общины не более чем привычной работой. А между тем им не меньше, чем обыкновенным людям, хотелось встретиться с чем-нибудь невероятным, необъяснимым. Потому и летали они на ручных орлах или магических облаках в Долину Легенд, где находились древние храмы Четырех Стихий, шли в Проклятый лес, где из ям поднимался ядовитый дым, лишающий разума всякого, кто его вдохнет, или взбирались на Красные холмы, надеясь найти в заповедных лугах какой-нибудь редкий цветок, которого еще никто никогда не видел. Вот и Янтария, совсем недавно отпраздновавшая свой семнадцатый день рождения, все никак не могла расстаться с мечтами об удивительном. Конечно же, ей очень хотелось, чтобы загадочный пятикопыт действительно водился где-нибудь в окрестных лесах, и его можно было бы увидеть хотя бы издали...
- Эй, девчонки, пошли с нами за травами! - окликнула сестер компания подруг, шедших мимо их дома.
Левкоя вспомнила, что на завтра чародеи-погодники предсказали проливной дождь, а они в последнее время ошибались очень редко. Пожалуй, действительно, стоит сходить и набрать трав, пока ливень не превратил их неизвестно во что, тем более что запас их в доме сильно уменьшился после того, как в марте вся семья тяжело переболела очередной лихорадкой. Быстро закончив работу на клумбе, сестры присоединились к подругам.
По широкой дороге, утрамбованной копытами лошадей и колесами телег, молодые чародейки Общины ходили не первый год. Но в тот день компанию сборщиц трав ожидал весьма неприятный сюрприз. Весна и начало лета выдались дождливыми, и часть дороги, расположенная в лощине между холмами, ушла под воду, став дном небольшого пруда.
- Да уж! - покачала головой Левкоя. - Теперь здесь не пройти. Разве что вброд.
По зеркальной поверхности сновали взад и вперед проворные водомерки, откуда-то сбоку выплыла маленькая зеленая лягушка, задержалась на мгновение на середине пруда, высунув из воды острую мордочку, и видимо решив, что в такую жару лучше не вылезать на сушу, уплыла обратно. В песке у берега вдруг зашевелилось что-то черное.
- Ой! Что это?! - вскрикнула от неожиданности Янтария.
Подруги захихикали. Сами они уже давно научились спокойно относиться к любым живым существам. К тому же бояться, например, мышей, волшебницам не полагалось по чину. Как можно ставить серьезный магический эксперимент, когда ты впадаешь в панику при виде подопытного животного? Ерунда какая-нибудь получится!
- Перестаньте! - сердито одернула подруг Левкоя. На шуточки в собственный адрес она не обижалась, порой воспринимала их даже с улыбкой, а вот насмешек над младшей сестрой терпеть не могла. Да, Янтария - человечек на особинку, не такая, как все, но зато у нее доброе сердце и отзывчивая душа, а это, знаете ли, дорогого стоит!
Старшая дочь госпожи Гиацинты пользовалась в компании подруг непререкаемым авторитетом, и они предпочитали не спорить с ней по пустякам. Хихиканье прекратилось, едва успев начаться. Между тем Левкоя внимательно присмотрелась к песку на дне пруда и поняла, что так напугало ее сестру:
- Похоже, тут завелись пиявки. Но не те, которых используют для врачевания. Они иначе окрашены. Возможно, эти черные пиявки даже не кусаются, - добавила она, видя, что Янтарии все еще не по себе.
- Так что, попробуем перейти пруд вброд? - спросила одна из подруг.
- Нет, пожалуй, не будем рисковать. Наверняка на тот луг, где мы собираем травы, ведет не одна дорога. Поищем другой путь.
Вскоре компания отыскала тропинку, шедшую в том же направлении, что и прежняя дорога. Правда, спуститься по ней в лощину оказалось непросто, тропинка была довольно крутой, и вдобавок с обеих сторон ее окружали густые крапивные заросли высотой в рост девушек. Внизу протекал широкий полноводный ручей.
- Должно быть, он замерзает только в очень сильные морозы, - заметила Левкоя. - Вон, какое течение!
К счастью, впереди обнаружился небольшой мостик из бревен, правда, узкий, всего в два поленца, но зато с удобными деревянными перилами. Через некоторое время ручей остался позади, девушки поднялись на холм и тут же рассыпались по цветущему лугу, так что Левкоя и Янтария скоро потеряли своих подруг из вида.
Животное, лежавшее в густой траве под невысокой дикой яблонькой, настороженно подняло голову при виде приближающихся человеческих фигур, однако не сделало даже попытки убежать. Оно было похоже на жеребенка, но с тремя передними ногами вместо двух.
- Смотри, - воскликнула Янтария. - Пятикопыт.
- Пятикопытенок, - поправила сестру Левкоя. - Еще маленький, поэтому и не боится нас. Видимо родители не успели внушить ему, что люди - его враги.
- А ты говорила, что это всего лишь легенда.
Хотя Левкоя и не подавала вида, она была удивлена не меньше своей сестры. Ей и в голову не могло прийти, что звери, которых даже в Общине считали давно вымершими, все еще существуют, и обитают не где-нибудь, а в их родных лесах! Но удивление тут же сменила тревога. С жеребенком что-то явно было не так. Тщательно осмотрев его, Левкоя, наконец, поняла, в чем дело:
- Кажется, у него сломана нога. Вот почему он не убежал.
- Неужели мы оставим малыша погибать, - добросердечная Янтария просто не могла допустить такой мысли.
- Ни в коем случае, - сказала Левкоя. Практичность и трезвость отнюдь не делали ее черствой и равнодушной к чужой беде. - Мы возьмем его домой и обязательно вылечим. Но сначала нужно наложить шину. Останься здесь, а я схожу в лес и принесу подходящих палок, - велела она сестре, отдавая ей мешок с травами, которые они успели собрать.
- Не бойся, малыш, - Янтария, осторожно присев на траву рядом с пятикопытенком, ласково погладила его по шее. - Мы с сестрой тебе поможем.
Левкоя вернулась довольно нескоро.
- И что же это такое? - тяжело выдохнула она, сложив на траву свою добычу. - Во всем лесу ни одной приличной палки. Все или сучковатые, или хлипкие, такие, что через секунду сломаются! Пришлось лезть в овраг, только там и нашлось то, что нужно.
Янтария предложила ей немного отдохнуть, но Левкоя ответила, что время не ждет, сняла с себя мягкий матерчатый пояс, заставила сестру отдать ей еще и свой, и занялась оказанием помощи травмированному жеребенку. Наконец, сломанная передняя нога была надежно обездвижена. Расстегнув кожаную сумку, висевшую на плече, Левкоя вытащила оттуда синий кристалл, внутри которого горел белый огонек.
- Пешком мы с таким грузом не дойдем. Хорошо, что я захватила пару одноразовых телепортирующих камней. - сказала она и бросила кристалл на землю перед собой. - Он настроен на наш дом, так что доставит прямо к порогу.
Соорудив из оставшихся палок и мешка с травами подобие носилок, сестры не без труда уложили на них пятикопытенка, который, к счастью, осознав, что люди и в самом деле хотят ему помочь, вел себя спокойно и не пытался кусаться или лягаться здоровыми ногами. Осторожно подхватив носилки одна - спереди, другая - сзади, девушки шагнули в ожидавшие их синие с белым врата портала.
Госпожа Гиацинта, уже вернувшаяся с работы, увидев дочерей, всплеснула руками:
- Боги милосердные! Кого это вы принесли? Дикого жеребенка что ли? Где вы его взяли?
- Мама, пожалуйста, не сердись, - Левкоя, будучи старшей, решила, что именно она должна попытаться все объяснить, а если не удастся, принять на себя волну материнского гнева. - Мы собирали травы и случайно нашли пятикопытенка со сломанной ногой. Мы бы не простили себе, если бы бросили его на произвол судьбы.
- Кого-кого? Пятикопытенка?
- Да, мама. Видишь, у него три передних ноги.
- Должно быть, это какая-то аномалия. Ну ладно, потом разберемся. А пока давайте подумаем, куда его поместить. Конечно, жеребенок с таким дефектом скорее всего долго не проживет, но все же...
Госпожа Гиацинта с детства обожала животных. В доме ее родителей почти всегда жили или собаки, или кошки, за которыми она с удовольствием ухаживала. И если бы не занятость и нехватка времени, она не оставила бы этого увлечения и сейчас. К тому же, ей очень не хотелось выглядеть бессердечной в глазах любимых дочерей. Ничего, справимся, думала она про себя. Левкоя и Янтария, ободренные тем, что мать не рассердилась на них, а наоборот, приняла живое участие в судьбе пятикопытенка, предложили поселить его в сарае возле дома, временно убрав хранившиеся там садовые инструменты и прочие вещи куда-нибудь в другое место.
Обустройство временного жилища для четвероногого пострадавшего заняло совсем не так много времени, как можно было бы подумать. Июль совсем недавно вступил в свои права, так что сарай не был заполнен, как это обычно имело место по осени, домашними заготовками и мешками с картофелем. Садовый инвентарь успешно разместили в чулане на нижнем этаже дома, где его, кстати говоря, нередко держали, когда сарай нужно было освободить с какой-либо целью. На следующий день после того, как жеребенок, наконец, обрел свой пусть и временный, но все же дом, госпожа Гиацинта, сменившись с работы, отправилась к магам-ветеринарам, чтобы посоветоваться относительно лечения и ухода за питомцем, поскольку ни она сама, ни ее дочери не обладали должными знаниями в этой области. Начальник сектора, давний друг семьи, был так растроган рассказом женщины о пятикопытенке со сломанной ногой, что тут же распорядился послать к ней домой двоих опытных специалистов. Осмотрев необычного пациента, они выдали заключение: травма серьезная, но не опасная. Никаких отклонений от нормы, кроме дополнительной передней ноги нет. Шансы на выздоровление хотя и не стопроцентные, но довольно высокие.
- Устроили вы его хорошо, спору нет, - похвалил волшебницу домашнего очага и ее дочерей маг-ветеринар с длинными седыми усами, похожий на старого сома. - Я бы даже оставил его у вас, чтобы не подвергать лишнему стрессу. Но сможете ли вы обеспечить надлежащий уход? Работенка-то ведь не из легких.
- Мы сделаем все, что в наших силах, - решительно заявила госпожа Гиацинта.
- Ну что ж, вот вам подробная инструкция и рецепты на необходимые лекарства. Мы будем время от времени навещать вас и следить за состоянием жеребенка. Только прошу вас, если что-то пойдет не так, не занимайтесь самодеятельностью, а сразу же вызывайте нас. Мы разберемся и поможем. В крайнем случае применим магию. А пока до свидания и да пошлют вам боги удачу!
Так начались нелегкие будни спасительниц необычного животного. Мать и дочери по очереди ухаживали за жеребенком, кормили, поили, меняли ему подстилку, что порой приходилось делать по нескольку раз за день, ведь ходить-то малыш не мог. Кроме того, необходимо было в точности соблюдать инструкцию, данную магом-ветеринаром, чтобы лечение приносило пользу, а не вред. Это был действительно тяжелый труд, но ни одна из чародеек не жаловалась. И состояние питомца с каждым днем улучшалось, что не могло не радовать всех троих.
Лето подходило к концу. В косах берез и кудрях кленов мелькали первые желтые и красные листья. Созревающие гроздья рябины вспыхивали среди густой зелени пока еще нежным золотисто-оранжевым светом. Чародеи, чья служба не требовала круглосуточного присутствия на рабочем месте, уже не первый день выходили на заготовку сена, которое по недавно введенному правилу не складывалось в копны, как в деревнях, а скручивалось в плотные рулоны при помощи специального заклинания. Сломанная нога пятикопытенка, благодаря заботе госпожи Гиацинты и ее дочерей, полностью срослась, и он весьма резво скакал по двору, цокая маленькими копытцами.
Сестер одолевали противоречивые чувства. Их, конечно же, радовало, что опасения матери не оправдались, и наличие дополнительного копыта, даже если это и в самом деле была аномалия, не помешало жеребенку оправиться от травмы и благополучно встать на ноги. Но в то же время обе девушки грустили, понимая, что приближается пора прощания с питомцем. Ведь пятикопытенок не котенок и не щенок, он не может всю жизнь жить при людях, даже таких добрых. Ему, как и всякому дикому жеребенку, нужен вольный воздух, нужна свобода.
- Может, все-таки оставить его у нас на зиму? - спросила Янтария. - В морозы и снег животным тяжело искать пропитание. А наш малыш только-только выздоровел.
- И правда, мама, - поддержала сестру Левкоя. - Пусть зимует у нас. А весной, когда станет тепло, мы его выпустим.
Госпожа Гиацинта уже готова была уступить, но тут в ее голове отчетливо всплыли слова старого мага-ветеринара, которые он произнес, когда прощался с ними два дня тому назад: "Если жеребенок слишком привыкнет к людям, он потеряет навыки, необходимые для жизни в дикой природе и, оказавшись на воле, сразу же погибнет".
- Нет, - решительно сказала она. - лучше отпустить его сейчас. Да, зима - нелегкое время, но ведь малыш не был истощен, когда вы его нашли, а значит, мог прокормиться даже в холода.
Сестры не стали спорить, хотя уверенности в правоте матери у них не было. Ранним утром они вывели жеребенка из сарая и отправились на луг рядом с Общиной. Сенокос на нем уже кончился, но рулоны еще не успели убрать, и они лежали повсюду, напоминая о приближающейся осени. Левкоя вынула из сумки одноразовый телепортирующий камень, который она еще вечером настроила так, чтобы он забросил их прямо на Красные холмы, туда, где они нашли пятикопытенка. При виде внезапно открывшегося портала жеребенок испуганно попятился. Левкоя легонько подтолкнула его:
- Иди, малыш, - сказала она. - Не бойся. Там твой дом.
Жеребенок осторожно приблизился к магическим вратам и сунул голову в дрожащее синее марево. Минуты две или три он стоял, должно быть, размышляя об увиденном по ту сторону, и вдруг, звонко заржав и взмахнув своим пока еще коротким хвостом, скрылся в портале. Когда сестры, вошедшие следом, добрались до заповедного луга, жеребенок уже скакал, уходя все дальше и дальше, по дороге среди высокой травы и цветов. Был ли он и в самом деле потомком легендарных пятикопытов или просто родился с аномалией в виде дополнительной ноги, так и осталось загадкой.