Баня. Парилка. Закопченные стены, тусклая лампочка и маленькое окошко-форточка.
Печь пышет жаром. Поддашь, и камни яростно плюются кипятком.
В небольшой парной стоит скамеечка, на троих, максимум четверых человек.
Скамейка непростая. Сама она деревянная. Но в ней есть подвох - один их гвоздей при забивании согнулся и хотя его постарались как следует 'утопить' в древесине, он всё равно выступает. Нагреваясь, он может сильно обжечь.
Но сейчас в парилке все свои. Наученные горьким опытом. Если и садятся на то место, где гвоздь, то подкладывают под задницу рукавицы.
А посмеяться охота. Да и какая русская баня без смеха? Это и не баня тогда получается, а английский клуб, прости господи.
Поэтому все с нетерпением ждут новичка, незнакомого с хитроумным устройством скамейки.
И вот он появляется...
Невысокий, потёртый жизнью, пузатый мужичок. Самое то!
Все взоры на него. Люди смотрят, как он находит свободное место. Как раздевается и проходит в мыльное отделение с веником и пакетом с банными принадлежностями. Все за ним...
Мужик выбирает свободное место, оставляет там пакет. Берет тазик, споласкивает его. Потом обдает веник холодной водой (это что бы листья ни облетели), и кладет его в таз. Заливает кипятком. Всё, основное сделано, теперь мужик полностью готов!
Мужик заходит в парилку. Этого момента ждало пол бани. Якобы случайно, вместе с новичком, набивается человек десять. Как сельди в бочку. Всем же охота посмотреть.
На верху, на скамейке, уже сидит Михалыч. Старожил, человечище, мамонт русской бани! Он прячет лицо в венике. Вроде как от жара. А на самом деле от сдерживаемого смеха. Хотя еще ничего не произошло, а всем уже смешно.
Второй человек на скамейке - Иван Васильевич Беликов, давний друг Михалыча, его партнер по игре в 'козла' и распитии алкогольных напитков. Он и Михалыч разместились так, что новичку, если он решит присесть, пришлось бы садиться на то место, где 'притаился' в засаде гвоздик.
Мужики подталкиваю новичка вверх по ступенькам, 'давай мол, проходи, не мешай'.
- Что стоишь, садись, - Михалыч отнимает лицо от веника и якобы сердито говорит новичку. - Пар из-за тебя циркулирует плохо.
Пузатый мужик, не думая худого, делает шаг к скамейки и садится...
Все замирают....
- Ай, твою же мать, - мужик подскакивает, как обожжённый. В принципе, так оно и есть.
От хохота вышибает дверь.
- С крешеньицем тебя, милок, - сверкая железными зубами, говорит Михалыч.