Уставленная свечами комната еще дышала.
- Я сильно изменилась? - она сидела на кровати, обхватив руками колени. Отблески свечей играли на ее безупречном теле.
Он посмотрел ей в глаза:
- Ты это серьезно?
- Да...
- Глупышка!
Показалось, что она вот-вот заплачет. Всегда веселые с хитрой искоркой глаза были полны какой-то совершенно взрослой тоски. "Наверное, именно так уходит детство", - пронеслось в голове. Он обнял ее. Она обхватила его руками, нежно прижалась к нему, целовала. Он тоже не знал, что делать, что говорить, куда смотреть...
- Ты же меня совсем не знаешь!
- Ты меня тоже.
Не хотелось говорить. Хотелось взлететь высоко-высоко, взять ее на руки, видеть ее улыбку, смотреть ей в глаза. Такая юная, по-настоящему красивая, свежая, нежная! Просто быть с ней. Всегда. Держать за руку. Касаться ее густых волос. Целовать. Тонуть в ее глазах. Просто быть с ней. Круг замкнулся. "Курить!" Легкие клубы дыма. Она неловко держит сигарету в чуть дрожащей руке.
- Было почти не больно.
- Извини.
Он нервно стряхнул пепел. Кто он? Зачем все это? Неужели, ЭТО правда? Ведь она такая, такая, такая!.. Мысль иссякла.
- Я хочу есть!
- Суп будешь? Больше ничего нет.
- Буду.
- Только тебе придется встать, я тарелку не донесу.
- Может еще поваляемся?
- Я пока пойду, согрею, полежи еще.
Он пошел на кухню. Кастрюля, половник, микроволновка. "Какое-то всё странное, не такое. Да что со мной, в конце-то концов?!"
- Солнышко, все готово, я тебя жду!
- Уже иду!
Очень ранний завтрак. Половина четвертого утра. Пытается шутить:
- А ты правда изменилась. Стала серьезнее, что ли...
- Да?
В голосе недоверие. Правильно, дурак, не надо было глупо хихикать, когда тебя спрашивали!
А ведь он боялся ее по-настоящему. Это она - бесстрашная девчонка, а он трус. Нет, не трус. Просто он-то знает, что будь на его месте кто-то другой, она могла бы получить деньги на машину, пожелание счастливого пути и протокольное, для галочки, предложение встретиться еще как-нибудь. Потом бы дверь за ней захлопнулась и ей было бы очень больно. "Ей больно?! Любого убил бы!". "Да ты сам сделал ей больно!" Кстати, как она себя чувствует? О чем она думает?
- О чем ты думаешь?
- Не о чем...
- Нет, правда. Что-то у тебя в глазах, какая-то мысль...
- Да, нет. Честно-честно, не о чем я не думаю.
Она задумчиво смотрела в темное окно. Ну что же, может и правда, только кажется, что задумчиво.
Вернулись в комнату. Опять горячие губы. Опять нежный шепот. Она совершенно неопытная. Ничего, дело поправимое. И опять море безудержной девичьей страсти...
...Смотрит на него:
- Я все правильно сделала?
- Да, ты умница.
- Ладно, зайка, давай спать. Уже поздно. То есть рано!
Рано... Нет, поздно... Слишком рано! Она должна была подумать, решить. Но он же не торопил ее! Страшно. Просто страшно за девчонку. А если бы не он, кто-то другой?! Господи! Поздно, слишком поздно...
Утро. Январь. На улице тепло. Знобит. Обоих. Метро. Эскалатор. Вагон. Ей выходить.
- Ладно, красавица, счастливого пути! Как доберешься домой - звякни. Может, встретимся еще как-нибудь?..
И двери за ней захлопнулись.