Память как гармонизация переживания воображаемого в мыследеятельности, т.е. рефлексии, кристаллизуемой самой личностью и проявляемая в существе этой конкретной личности, есть саморефлексия.
Опыт литературной саморефлексии в многочисленных приложениях "литературной продукции" автора, рефлексии как гармонизации мысли в искусстве, науке и творчестве связывается с такими тенденциями современной культуры, как усложнение познавательных процессов; углубление самосознания личности; развития форм моделирования интеллектуальных процессов в сущности самой рефлексии. Последние утверждения носят уже научный характер и даже служат в настоящее время основой для разработки серьезных исследований: (АНЦЫФЁРОВА Ольга Юрьевна. "ТВОРЧЕСТВО ГЕНРИ ДЖЕЙМСА: ПРОБЛЕМА ЛИТЕРАТУРНОЙ САМОРЕФЛЕКСИИ",- АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук. Москва - 2002). Однако исполнение своей жизни по чужому записанному смыслу чуждо саморефлексии, но может служить примером подобных утверждений, и не единичных в том числе, среди известных поэтов самого различного толка. В.Шаламов говорит о "возникновении" стихотворения из первоначального невербализованного звукового образа, что есть "более правильное выражение процесса чуда, которое присутствует во всяком стихотворении" [Шаламов В.Т. Звуковой повтор - поиск смысла (Заметки о стиховой гармонии) // Семиотика и информатика. Вып. 7. М., 1976. С. 128-145.). "Поэта пробуждает в человеке... какое- то внешнее или внутреннее обстоятельство памяти: дерево, лицо, некий "образ", эмоция, слово". Об одной своей поэме П.Валери сообщает, что она началась с определенного ритма без всякой "идеи, которая могла бы эту форму заполнить. Мало-помалу в ней разместились отрывочные слова: они исподволь определили тему" [Валери П. Поэзия и абстрактная мысль // Валери П. Об искусстве. М., 1993. С. 313-338.).
Вот почему "ПАМЯТЬ РАЗНОТРАВЬЯ" это не только и не столько удивленное сомнение как результат переживания прошлых и настоящих образов реальной действительности, т.е. образа памяти саморефлексии, но и жизнь в поэзии как образе, т.е. идее, но в истолковании не П. Валери, а П.Д.Юркевича, так любимого Вл.С.Соловьевым. Вот почему автор предлагает не освобождаться от мучительства ума, а находить радость и утешение в памяти образов пережитой жизни, которая в точке сущности саморефлексии находится вне времени, т.е. совмещает в себе прошлое, настоящее и промысел предсказательного будущего...
1
Мне аромат былого ближе, ближе
Аннотация:
" Вдруг гул. На крышу бегу..."
Душа им дышит в признаках весны
и оживает в светло-рыжих
весенних тенях , где мечтают сны.
Еще зима здесь в подворотнях вьюжит,
сверкает серебром в кустах,
и холодом своим опять обезоружит,
тот мыслей рой, что теплится в мечтах.
Душа моя опять встречает
тот теплый блеск твоих лукавых глаз,
а вечерами синими рыдает,
надеясь на судьбу и предсказанье,
в слезах капели слышит мирозданье
и встречи ждет как много, много раз...
2
Сиянье глаз природы оживает
Аннотация:
" выбираем скорей..."
Сиянье глаз природы оживает
в полях подсолнухов небесной синевой,
Душа, сжимаясь, уплывает,
и в сердце длится слабость и покой.
И в необъятности и тишине природы,
где рассыпается материя слезой,
звенят секунды, месяцы и годы,
таятся серебристою росой.
И в тайне паутины темноты мелодий
стеклянно - матовых от саксафона
в безбрежной свежести рапсодий,
румяных в ритмах полусонных,
нас одевает свой наряд
и дарит нам природы яд.
3
Багряный скрипки звук
пылал как зарево заката
Аннотация:
" у нас паук такой..."
Багряный скрипки звук
пылал как зарево заката,
живописал картины мук
в полотнах светотени лада.
Виолончели синь мелодий
ласкала сердце, душу слух
эмалью красок на восходе,
и шар из длительностей вспух
и прокатился из глиссандо
в фортепианных переборах
и тишиной застыл на шторах,
молчанием стоял на сводах
в концертном зале высоты,
где в звуках жил, но только ты.
4
Гитара пела бархатным сияньем
Аннотация:
" заря разгорается дальше..."
Гитара пела бархатным сияньем,
задумчиво пытала все мечты, -
как часто перед расставаньем
все мысли ярки и чисты.
Кларнет раскладывал все звуки
в ковер альпийских холодов,
Душа рыдал не от скуки,
а понимала речи снов.
И только голоса струна
страстями свежими полна,
в свободе так не суетится,
а счастьем полнится, и мнится
твой новый жизни поворот, -
в тебе он будущим живёт.
5
В ситцевом рассвете облаков
память дни души моей качает
Аннотация:
" Где здесь строят ковчег?..."
В ситцевом рассвете облаков
память дни души моей качает
и капель прозрачною слезой
фиолетовым искрится и рыдает.
Сколько было промеж нас богов,
скольким кланялись, надежду источая,
Всё прошло. И в свежести ручьёв
жизнь спешит за новыми ручьями.
Только в говорениях весны
оживает радость ощущенья, -
Новые видения и сны
нам подарит чувство обновленья,
без него все страсти без ума
словно шелушащаяся тьма.
6
Застыл пожар на зелени небес
Аннотация:
" почтенное это без - образие..."
Застыл пожар на зелени небес,
оранжевым вдруг вспыхнул лес,
то тут, то там в проплешинах земля
как грязь стареющего корабля.
А льдистый холода узор
на насте снежным серебром
расписывает кренделя.
Зиму в природе хрупко для.
И меж зимой, весной душа
спешит за временем, шурша,
и задает свободе ритм
как музыкальный алгоритм,
что пульсом крови говорит
и в нас сияние творит.
7
Лечу, лечу в сознании себя
Аннотация:
" Доколи будешь распластан - нем..."
Лечу, лечу в сознании себя,
внизу поля, луга, хлеба
живут и дышат, но не спят,
а ветры алым теребят
верхушки сосен и берез
во влажном беге дождевальных слез,
палитрой красок на расчерченной земле
живёт и млеет Дух в своём седле.
А я всё силюсь в том полете внять
как страсти мне мои унять,
как совместить и Запад, и Восток, -
в душе их неслиянный Рок
удваивает темноту,
одолевая слепоту.
8
Когда сверкает ртутью снег
Аннотация:
" глядя на млечные пути, -
не моя седая развеялась борода - ль?..."
Когда сверкает ртутью снег
и в черной шапке облаков
на горных пиках тень веков
и слёзы не пролитых рек
являют ждущее начало
из катаклизмов ожиданий,
хотя оно не прозвучало,
хотя не явлен грозный рык
на алтаре смертей как дани,
а лишь угрозою проник,
мятётся шелестом листвы
в аулах, под горой селеньях, -
Там люди в радости и пенье,
ну а скотина без движенья, -
Глаза тут ужасом полны.
9
Купалось солнце в рыжих лужах
Аннотация:
" зыереют улиц выгоны..."
Купалось солнце в рыжих лужах,
нахохлившись сидели воробьи,
и провожали тени стужу,
засвиристели вдруг ручьи,
и хмарь небесная поплыла
туда, где птичьи голоса
весна терзала и кружила,
и разукрасила леса.
И тут же теплая тоска
в душе как изморозь стояла, -
минуют длинные века,
не уничтожив злобы жала,
часы её пойдут иначе, -
и потому ПРИРОДА плачет.
10
Ещё и грозы не гремят,
а барабаны грома слышу
Аннотация:
" лижет улиц забитый булыжником труп..."
Ещё и грозы не гремят,
а барабаны грома слышу,
зигзаги молний не блестят,
а сполохи озоном дышат.
Как звуки флейты синева.
В душе тьма матовым сияет.
И в гласных движутся слова.
И звуком скрипки сон рыдает.
И переборы голосов
встают в мехах аккордеона.
Жизнь. Жизнь тянет свой улов,
как та священная корова,
чей облик так неприкасаем, -
в нас жизни лик непотопляем.
11
В душистом мареве травы
сверкала зелень изумрудов
Аннотация:
" это сквозь жизнь я тащу..."
В душистом мареве травы
сверкала зелень изумрудов,
и сволочь в дебрях половы
мосты творила и запруды.
В скрипичных звуках сотие,
взывал кузнечик на природе,
и сильный голос деташе
живописал к плохой погоде.
На небе тучи суетились,
Индийский океан затих,
рыдали, пели, веселились
в траве, затеявшие стих,
и пульс гармонии свободы
симфоний ждал от непогоды.
12
Шаланды к берегу прижаты,
застыла бель хибарок рыбаков
Аннотация:
" и снова измены ненастья..."
Шаланды к берегу прижаты,
застыла бель хибарок рыбаков,
и эти вымершие хаты
как ожерелие оков
для тех, кто тянет жизни тень,
жонглируя на море в качку,
живёт. И все, кому не лень,
тоску свою умело прячут,
хватаясь за семью и дом,
но тех, кто ждет в работе будней,
и жизнь для них была паскудней
в морском объятии пустом,
когда бы пристань не манила
и жизнь тоску не победила.
13
В волнах синим суетилась
бесконечная тоска
Аннотация:
" лопались люди, проевшись насквозь..."
В волнах синим суетилась
бесконечная тоска,
Солнце белым раскалилось,
черным, высветив века.
Рассекая цвет мелодий,
желтым стал надежды свет,
в теплом голосе рапсодий
освежится ли поэт.
Кто поймет, что жизнь природы
дарит нам победы час?
И в объятьях непогоды
наблюдал я много раз,
что она творит мгновенья
в чистом зареве прозренья.
14
Шуршит песок в долине Асуана
Аннотация:
" птица побирается песней..."
Шуршит песок в долине Асуана
и перламутром светится вода.
Еще прохладно и настолько рано,
что сердце млеет на вершине сна.
Сквозь дымку берега еще почти не видно,
а в красках утро начинает рдеть,
но почему, душа моя, тебе обидно
и хочется домой отсюда улететь?
И сердце, и душа, - клубок противоречий.
Так почему вас мир сегодня не берет?
Здесь древняя земля хранит все Нила речи,
и мудрость древних на здоровье пьёт.
Мы тешимся видением событий
в надежде Духа собственных открытий.
15
Шелестит шлея дождя
по аллее из платанов
Аннотация:
" Вселенная расцветет еще радостна..."
Шелестит шлея дождя
по аллее из платанов,
рдеет море дымку рдя
в поднебесье сарафанов
облаков, летящих в море,
как души моих мечтаний.
Сколько было расставаний,
сколько слабости и горя
жизнь спешила передать,
тайны сердца всуе взять,
подарив минуты счастья,
где холодные напасти
нам без ведомых причин
добавляют тьму седин.
16
Разблистали сини молний
Аннотация:
" Последними глотками воздух..."
Разблистали сини молний,
грома музыку призвав.
То ли тьма в заливе стонет,
То ли гром, как зверь, устав
по лесам и буеракам,
тешит голос силой мрака,
поднимая в нас тоску,
словно буря по песку.
Слышу ветер суетится,
ранней ранью мне не спится,
только вижу чередой
в дырах мой уже покой
встал над морем как зарница
в позабытых мною лицах.
17
Ещё в сиреневом березы-свечи
Аннотация:
" в глаза из дамских шляп булавки..."
Ещё в сиреневом березы-свечи
и неприкрыта их нагота,
а солнце жёлтое не лечит,
но разрушает глянец льда.
И в саксафоновом кипенье
сосулек млеет череда,
весна живёт и в птичьем пенье
на нотах старятся года.
На них безумные столетья,
свой цикл по Солнцу отмеряя,
всё человечество у клети
злых обстоятельств ожидают.
И если счастьем полон миг,
то ты в нем мудрости достиг.
18
Пылали палевым все окна
на ртути стен седых домов
Аннотация:
" лишь сотый апрель есть..."
Пылали палевым все окна
на ртути стен седых домов,
и люди собирались в кокон
для хляби жизни серых снов.
А крыши зеленью горели,
садился на аллеи мрак,
высоким голосом запели
коты, желая новых драк.
Как у природы обновленья
в нас ловит личная Судьба,
так диалектика явленья
в скрижалях собственного лба
занесена в хитросплетеньях:
паденья смысла, озареньях.
19
По реке ходила рябь
золотистого ветрила
Аннотация:
" с днищ океанов и морей..."
По реке ходила рябь
золотистого ветрила
и накрапывала хлябь
серебристого дождила.
Словно группы воробьёв
стынут в лодках рыбаки,
вереницами ручьёв
гуси в небе высоки.
Из палатки вижу берег,
рдеет рань в слепых кустах,
Дух встает из колыбели,
а в тумане светлый прах
красит время прошлых бдений
жизни тёплых сновидений.
20
В полутьме по сталактитам
нежно капала вода
Аннотация:
" смерть кидая, теперь сиял..."
В полутьме по сталактитам
нежно капала вода,
в влажном шорохе умытом
разноцветная руда
в свете красок волшебства
оживала как листва.
Здесь спал город минералов,
рудознатцев - мастеров,
только время здесь устало,
только время здесь не шло.
Здесь секунда колебалась
словно маятник причин,
время шло, оно сжималась,
следствий не было пружин.
21
Полей расчесанных квадраты
Аннотация:
" Пускай поля! Тра ля дзин ля..."
Полей расчесанных квадраты
сияют радугой небес,
и осень источает радость.
Фантазией суровый лес
плывёт внизу как тайна чуда,
блины озёр вдруг ниоткуда
хватают солнечный простор
и начинают разговор
из песен серебристой зыби,
что блеском чешуёю рыбы
кольчугу витязей напоминает
и в нас историю листает,
походов дивные победы
и неоконченные беды.
22
Синий шорох океана
Аннотация:
" Небо такое теперь..."
Синий шорох океана, -
и вода, и небеса
расплескались в звуках странных,
словно светлая гроза.
В необычности мерцаний,
раззолоченных сказаний
широта воды безбрежной
оживает сказкой нежной.
Только грозное молчанье
прорывается порой,
страхом полнится дерзанье,
океанскою волной
пасть природа открывая,
маску с дьявола срывает.
23
Мутно-синий самогон
в грязных с проседью стаканах
Аннотация:
" Открой! Больно!..."
Мутно-синий самогон
в грязных с проседью стаканах,
в голове в обрывках сон
в разговорах глупо - пьяных.
Дышит ветер как разбойник
в темном сказочном лесу, -
не поймёшь, куда он клонит,
ржет ли, пьёт ли сам слезу.
На подворье куры мокнут,
дом пока еще не спит,
под навесом девки в хохот
обсуждают, кто сопит,
в страсти к милой прижимаясь,
в спешке телом оголяясь.
24
Хлябь. Река. Туман. Дождит.
Аннотация:
" слезы из глаз. Да!..."
Хлябь. Река. Туман. Дождит.
Спит вода в объятьях лени,
кто нас глупых сторожит
от тоски, где нет движений.
Во Вселенной мы одни
коротаем годы, дни,
на Земле нас мир неймёт,
глупость в гости нас зовёт.
В роще стихли соловьи,
будто сами не свои
дятлы вовсе не стучат,
наши души здесь молчат,
и в разрывах облаков,
Жизнь нас тешит дураков.
25
Как звезда у Океана
Дурбан светит сам собой
Аннотация:
" лодочки ручек суньте в карман..."
Как звезда у Океана
Дурбан светит сам собой
и в его сиянье странном
перламутром озарен
океан полупрозрачный
темноты как в паре фрачной.
Яхты, лодки белизною
спят в серебряном тумане,
первозданной красотою
мир алеет в ранней рани.
Только в шорохе из звени
город дышит постоянно,
в нём душа моя, но в плене
вечным миром осиянна.
26
Люблю Ашдод за теплый свет ночей
Аннотация:
" А мне за что хлопать?..."
Люблю Ашдод за теплый свет ночей,
многоголосие и языков, и нравов,
за звень волны морских речей,
за жар, за свет, за солнце яркой лавы.
Люблю Ашдод за светлый путь дорог,
за распростертые здесь спальные кварталы
и за прохладу чистых синагог,
за виллы, - здесь таких не мало.
Здесь порт, маяк, библиотеки,
здесь вечно выпивают и жуют,
а под землей трудом здесь оживают реки,
что созидают мир твой и уют.
Для Маркиша весь мир Иерусалим,
а мне Ашдод родней,- я вместе с ним.
27
Здесь заповедник глупости людской
Аннотация:
" ласкался днями летними..."
Здесь заповедник глупости людской,
здесь жизнь природы одичала
и в монстрах пенилась, мычала
и паутинной клеилась листвой.
Старухи, старики здесь брошенные людом
по селам, городам, как тени копошились,
являлись исключением и чудом,
в земле мертвящей молча рылись.
Но вдруг местами буйствовала зелень
и пожирала творчество людей,
являла реки, поедала мели,
поселки. В широте полей
кустов рождала заросли и глушь
как своеволие здесь бытовавших душ.
28
Лилось лимонное светило
по теплой заводи небес
Аннотация:
" он приц веселый и ловкий..."
Лилось лимонное светило
по теплой заводи небес
и фиолетовом знобило
в широтах этих звонких мест.
Река и церковь, и село,
где нет ни рыбы, ни людей,
ушедшей жизни помело
застыло в хмурости полей.
Когда природа наказала, -
исчезло царство здесь людей,
их дело в символах стояло
и больше не было идей.
Природа светом полоскалась,
но красоты в ней не осталось.
29
Светлым золотом усеяны дороги,
на кустах расплавленная медь
Аннотация:
" взломайте шкапы, сундуки и ларчики..."
Светлым золотом усеяны дороги,
на кустах расплавленная медь.
Здесь Судьба моя свои тревоги
вяжет в узел, чтобы улететь.
Дышат холодом рассеянные ночи,
месяц ятаганом над Землей завис,
стая воробьев резвится и хлопочет,
продлевая шорох или тихий свист.
Звуки звучатся в Судьбе моей печали,
сердце шёпотом с безумьем говорит, -
нас не охмуряйте сладкими речами,
в нас тоска и длится, и шуршит,
высекая одиночество на свете,
что тоску хватает, тешит, лечит.
30
В красной росписи фарфоровый туман
Аннотация:
" костюмы соберите, чтобы не было равных..."
В красной росписи фарфоровый туман
затянул все пади и низины,
вечер этот нам судьбою дан
или просто у природы именины
повторения событий, дат, -
безразличия унылый результат.
Сеет время тики - перетаки
из эпох перезабытых звёзд,
и уже никто не поминает драки:
кто за кем, когда и где пророс.
Но Судьба и время обновили
все желанья, жгучие мечты,
а сердца страдавшие остыли,
оставляя жизни белые листы.
31
Сколь отвратительны все лица
правителей моей страны
Аннотация:
" на шее с ссадиной пальцы давки..."
Сколь отвратительны все лица
правителей моей страны:
скопцы, невежды и убийцы,
которым все права даны.
Играя в поддавки и страсти,
втирая в жизнь насилие и смерть,
они в своей безумной власти
в ад превращают нашу твердь.
А мы делам их, умиляясь,
готовы их благословлять
и в милосердии, пытаясь,
судьбу их зла, но оправдать,
поскольку прошлое дреколье
в душе своей несём до боли.
32
Апофеоз войны, - всё черепа да кости
Аннотация:
" звериют улиц выгоны..."
Апофеоз войны, -
всё черепа да кости,
Апофеоз войны, -
прощения не просит.
Апофеоз войны, -
здесь распустились вербы,
в очах моей страны -
поля. Но здесь не сеют хлеба.
В околках и лесах, -
апофеоз страны, -
не похоронен прах,
взывающей войны.
И в памяти страны,
зовущей нас к отмщенью,
глаза опять полны,
но лишь слезой смиренья.
33
Поля и небо, и озера
собой замкнули жизни круг
Аннотация:
" откуда - то на Землю нахлынули слухи..."
Поля и небо, и озера
собой замкнули жизни круг,
и загорелись светом вдруг
в зеленой тьме в дали, у бора.
Кроила жизнь свои мгновенья
как птичий лепет говоренья,
природой душу озаряя
и счастье нового вселяя
в тот музыкальный алгоритм,
что пульса составляет ритм,
а в нем и зло, и доброта,
и милосердия уста
в нас растворяют жизнь как день,
а бездуховность сеет лень.
34
Тучи в хаосе дрожали в свете радуги небес
Аннотация:
" тихие заходили на ципочках..."
Тучи в хаосе дрожали
в свете радуги небес,
где - то кони тихо ржали,
а Земля теряла вес.
Жили в золоте озера,
вербы в зелени зашлись
в бесконечном разговоре,
где слова и Дух сошлись.
Если вес Земля теряет, -
Дух его приобретает.
В равновесии материй
Дух свою надежду мерит,
разбираясь лишь в одном, -
жизнь живет, но вечным сном.
35
Голубизной Земля сияла
на черном бархате Вселенной
Аннотация:
" выдрал солнце из черной сумки..."
Голубизной Земля сияла
на черном бархате Вселенной
и человечество обняло
своею дрожью белопенной,
что скрыло горы и поля,
и впадины земной купели,
и птичьи клекоты и трели,
и взлет, и крики журавля.
Земля лишь точка мирозданья, -
Джордано Бруно полагал,
себе подобные созданья
в иных мирах он прозревал.
Земля за то его сожгла
и смысл от Духа в жизнь внесла.
36
Вода алела сине - красным,
голубизной прибрежных гор
Аннотация:
" и зазывают вечер досок..."
Вода алела сине - красным,
голубизной прибрежных гор.
Как красота чиста и ясна, -
здесь миг и вечного простор.
В листве осенней бахромы
сказанья темные полны
прекрасной росписью своей,
где мчится свет её лучей.
И в оперении прекрасном
природа тлеет красотой, -
её усилия напрасны,
пока не вспыхнет в нас мечтой
в душе тот свет и озаренье, -
Дух осознанья и смиренья.
37
В них радовалась туша. Как торпеда
они скользили по морской волне
Аннотация:
" что вас со словом свело..."
В них радовалась туша. Как торпеда
они скользили по морской волне
и в ласковых лучах оранжевого света
их жизнь жила как в полусне.
Они резвились словно дети,
природы прославляя лик,
а человек ловил их в сети,
не слыша их гортанный крик,
и превращал тела в муку, -
доверь природу дураку!
Как тайна жизни необъятна,
как и близка, и далека,
и среди мыслящих превратна, -
и где ты, промысла рука?
38
Всюду гейзеры, гейзеры, гейзеры
Аннотация:
" подымите глаза от недопитых стаканов..."
Всюду гейзеры, гейзеры, гейзеры, -
всюду сила природы Земли,
горы, скалы себя разрезали,
чтобы силы её взошли.
Дождевальные тучи здесь кружатся
и пружинит тут струй вода,
вода, воздух и камень дружатся
средь вершин ледников льда.
Голубень теней неба восходит
из загадочных здешних мест,
в этой каменной, буйной породе,
как здесь вырос синеющий лес? -
Видно здесь и для Ада, и Рая
мир как целое обитаем.
39
И тишина, и свет, и время
искрятся в капели весны
Аннотация:
" славь человеческий гуд..."
И тишина, и свет, и время
искрятся в капели весны,
пространства звучного беремя
в себя включает наши сны
и воплощение свободы,
и неосознанный порыв
понять все прожитые годы,
и осознать души надрыв,
и просветление рассветом,
и пониманье звездной тьмы
жарой расплавленной. И летом
жить, но в объятиях зимы.
В противоречиях вся сладость
непознаваемого. Радость....
40
Шуршат секунды шелестя
как бесноватые мгновенья
Аннотация:
" кади благоговейно..."
Шуршат секунды шелестя
как бесноватые мгновенья,
и век прошедший год спустя, -
река из судеб как движенья
природы человеческих историй,
где слезы, ненависть как море,
а счастье, радость, как ручьи
по сути неизвестно чьи.
И вот уже водоворот, -
и судьбоносный поворот
людей, народов, целых наций,
чей счет историей оплачен. -
Везде материя течет
и предъявляет Духа счет.
41
Розовая осень отцветала,
рдели листья в черноте дорог
Аннотация:
" Я сегодня буду играть на флейте..."
Розовая осень отцветала,
рдели листья в черноте дорог,
Ты, судьба моя, опять устала,
глядя жизни между серых строк.
Холодосверкающая тяга
оковала окна как броня,
совесть замороженная стягом
дышит за спиною у меня.
Саранчевая фонетика повсюду
и пивной анатом словно бум
давят жизнь как каменная груда
в поэтическом экстазе новых дум
оркестровой лавы композиций,
где исчезли навыки традиций.
42
Над белой крышей Эвереста
весь холод блудится, звенит
Аннотация:
" собери у мозга в зале любимых
неисчерпаемые очереди..."
Над белой крышей Эвереста
весь холод блудится, звенит,
и синий звон, срываясь с места,
в кабине ужасом стоит.
Остроласковый ветер в низине
гладит лица обычных людей,
здесь же холода острые спицы
тело жалят насквозь до костей.
Наш полет как чужое безумье,
только мы в нем летим и летим,
время спишет благие раздумья, -
мы с фантазией говорим.
Видишь, воздух уже светло - русый,
мы летим с Эвереста к Эльбрусу.
43
Ах, этот милый мальчуган
со взглядом взрослого злодея
Аннотация:
" слезуют слезы с крыши в трубы..."
Ах, этот милый мальчуган
со взглядом взрослого злодея,
он водки допивал стакан.
От красоты природы млея.
глядел в оливковую ночь,
где блики бабочкой метались
и в цвет каштановый сливались,
и мысли улетали прочь.
Бессмысленно звучащее начало
к нему из глубины сознания взывало
и растекалось в нём величием равнин,
цветение тюльпанов бледно - красных,
и в этой красоте он жил один
и красота была напрасна.
44
Звенела ночь из синих переливов,
река вся ртутью отливала
Аннотация:
" туда,где моря блещет блюдо..."
Звенела ночь из синих переливов,
река вся ртутью отливала,
и жизнь как целое вставала
в глухих объятиях надрывов
из твердых пульса перестуков.
В природе расцветали звуки
как молний яркие цветы
и озаряли те мечты,
что спали в памяти моей
еще от молодости дней,
одолевавших суету
от бесконечных жизни свар,
где все поступки как товар,
что продавал я налету.
45
Запах в тенях светом млеет,
сосны розовым горят
Аннотация:
" и выдрав солнце из черной сумки..."
Запах в тенях светом млеет,
сосны розовым горят,
как подкова месяц рдеет,
ветры с морем говорят.
Рябь свинцовая на море,
хрящевидный берег спит,
лишь душа моя на воле
хороводит и болит.
Как ты, море, рассыпаясь,
сеешь грусть и боль терзаний,
я всегда с тобой, прощаясь,
не желаю расставаний,
я всегда желаю встречи, -
море душу мою лечит.
46
О, жизнь, я выброшен на берег твой
Аннотация:
" мутью озлобив глаза догнивающих в ливнях огней..."
О, жизнь, я выброшен на берег твой,
хотя истерзан, но живой,
я помню в юности моей
как полнотой твоих очей
был зачарованным бойцом
с открытым в простоте лицом.
Личина сброшена была,
Ты Лик в мою судьбу внесла,
но в тёмной тьме для подлецов
мы были горсткой простецов.
Мы в озарении восстали
и одиночество прозрев,
мы в жизни свой нашли напев,
в тебе себя мы изваяли.
47
Голубоглазое вино
лилось рекой, рекой забвенья
Аннотация:
" душу новородит, изменит тело..."
Голубоглазое вино
лилось рекой, рекой забвенья,
в бокале зримо было дно
как ритм стихосложенья.
Переогромлена судьба
вечернего моленья
в морщинной паутине лба
явления терпенья.
Кто, большевея, молодеет,
а кто нахаловкой живет,
перед начальством мелко сеет
и в наслажденье жизнь жуёт
в мироволении журча ,
когда рубить надо сплеча.
48
Прыжок в уме,
как молния в природе
Аннотация:
" и любовь, и цветок под росами..."
Прыжок в уме,
как молния в природе
всё озаряется во тьме
цветами в непогоде.
Страна со мною говорит,
но голосов не слышу,
в словах клевещущих смердит, -
козлобородый дышит!
В салатной зелени и кольцах помидоров,
когда рыгают голода слюной,
лик мудрецов свой открывает норов
и превращает в ад трепещущий покой
лиловых строк на сердце у поэта,
чья в преисподней песенка допета.
49
Виноградное мясо сверкает,
источая проливень из слёз
Аннотация:
" из ран лотков сочилась клюква..."
Виноградное мясо сверкает,
источая проливень из слёз,
наше сердце, иногда ,страдает, -
в нём счастья сам апофеоз.
От смущенья слов рождается тревога.
Освежая тополиный пух,
вьётся слякотью дождливая дорога.
Мир на дураках оттачивает слух,
по стаканам глупость разливает.
Крови образцы. кукуя в вечных снах,
брови удивленные сгибают,
чтобы кукарекать на балах,
где поют веселые синицы,
дышат разухабистые лица.
50
Выморочный день и тих, и свеж,
воздух вязок, хоть ножами режь
Аннотация:
" земля взывала голосом пушечного рева..."
Выморочный день и тих, и свеж,
воздух вязок, хоть ножами режь.
Как люблю и свет, и непогоду, -
уж такая здесь у нас природа.
Хорошо быть раком на свободе
в мантии кремнисто - роговой
бить клешнями. И по новой моде
думать о дороге столбовой, -
путь, которой нам теперь прописан,
словно средство для волос всем лысым,
словно все хотят рвануть в Москву,
словно там жуют от радости халву,
забывая тяготы судьбы
русскоговорящей голытьбы.
51
Какая плотная живая тишина
на берегах святого Иордана
Аннотация:
" змеился пот, сиял лачком..."
Какая плотная живая тишина
на берегах святого Иордана,
она мне памятью дана
на перекрестке жизненного каравана,
где блики благодатного огня
я лицезрел в людском столпотворенье,
там трубы иерихонские звенят
и время длится как мгновенье,
тысячелетия сжимая в миг
в молочно - грифельном рисунке,
здесь тайна просветленных мук
осознает предвечный лик
в клокочущей сердечной сумке
и смысл Креста, и распростертых Рук.
52
В небесном прахе звёзды осияли
Аннотация:
" вдруг вывертился волчком..."
В небесном прахе звёзды осияли,
в душе резвился фортепианный рокот,
и музыки раскрытые скрижали
объединяли весь духовный опыт,
чтобы возвысить чистоту
и мир увидеть в первозданной форме
блаженной от бессмысленности норме,
где мир кричит в седую пустоту
и где все звезды как цветы
окоченевшей в раз мечты,
кующей золото побед
на бахроме январской ночи,
чей свет как изумленье сочен
на протяженье тысяч лет.
53
Левша сознания, - сегодня мой удел,
а в юности владеть им не умел
Аннотация:
" страх орет из сердца..."
Левша сознания, - сегодня мой удел,
а в юности владеть им не умел,
и мне природа грубого холста
явила чудные места,
где твердь сияла звездами очей
проникновеннее речей.
Все мысли светлы и полны
как море позвоночником волны,
столетья клеют позвонки
у человечества реки,
что ставит судьбы на поток
из мрачных свар и диких склок,
и кто накажет наш порок,
и где ты, Дух? Ты одинок?
54
В горизонте синь стояла,
зелень гнала облаков
Аннотация:
" если звезд ковер тобою выткан..."
В горизонте синь стояла,
зелень гнала облаков,
бесконечное начало
рвало твердь цепей оков.
В синем море бушевала
зелень взбешенной волны
и по берегу теряла
хриплый голос Сатаны.
А унылые мотивы
мне платаны в душу шепчут,
слышу речи злых порывов,
что судьбу мою калечат,
прозревая проведенье
как природное явленье.
55
Алое марево маков
в шелковой зелени трав
Аннотация:
" выходит с причастием каждая страна..."
Алое марево маков
в шелковой зелени трав,
теплое зарево знаков, -
знаков, в которых никто не прав.
Кто - то, когда-то и где-то,
блаженный, касаясь руки,
в жарком исчадии лета
жил как тюльпан тоски.
Тихо как в сказке струились
светлые с гор ручьи,
души в них наши напились,
жизни, исторгнув лучи,
и загорелись свечи...
Кто в нас природу лечит?
56
В ореоле голубого неба
проживала серая тоска
Аннотация:
" по тверди небес семь тысяч цветолв засияло..."
В ореоле голубого неба
проживала серая тоска,
"сбережение народа" хлебом,
Духом света..., - это на века....
Все проблемы как слепое море, -
мир железный нищенски дрожит,
волнами общественное горе
дышит тяжко, в грязи колесит.
Мнится музыка и пение собратий,
что братаются в народной широте
и вишневый рот у партократий,
что народ целует в нищете,
похохатывая в преступленьях
и желая их скорейшего забвенья.
57
Дыма смотрит издалека
немигаючи в глаза
Аннотация:
" А это вы видали? "
Дыма смотрит издалека
немигаючи в глаза,
добрый кот мой, как высоко
в тебя мудрость снизошла.
То янтарный, то зеленый,
бирюзовый, иногда,
взгляд в лучистых искрах льда
милосердием сверкает
и как радость отдыхает
светом в трепете души, -
миг назад там билась злоба,
ярость темная до гроба,
а теперь любовь дрожит.
58
Жизнь у нас дремучий город,
а унынье, - медь луны
Аннотация:
" и злак последний с камня серого..."
Жизнь у нас дремучий город,
а унынье, - медь луны,
бойня, - следствие раздора,
время, - воск разгневанной страны.
Дни шуршат как дебри ночи,
сеть политик, - улей пчел, -
мед как солнце каждый хочет
превратить в елей - почет.
Можно стричься по святого, -
больше б святости в Душе,
Лидер смотрится убого, -
в нем былое лишь клише
штампов прожитых открытий
как величия событий.
59
Некрещеный позвоночник
стал в России исчезать
Аннотация:
" взломайте шкапы, сундуки и ларчики..."
Некрещеный позвоночник
стал в России исчезать,
только вот ухабов - кочек
стало меньше? Не видать.
Изгибаться позвоночник
стал по - прежнему, как встарь,
рать чиновная хлопочет,
как поджарить вас, пескарь.
Реки светлые, озера,
синь прибрежная волны,
даль российского простора
счастьем вы опять полны
иль безвременье вас гложет, -
на нашествие похоже?
60
Вся наша жизнь как выморочный день,
уставший от страстей и всхлипов
Аннотация:
" встанем голые под голые небеса..."
Вся наша жизнь как выморочный день,
уставший от страстей и всхлипов,
как тот обуглившийся пень,
что бородою мрамора из лика
взирает с площади твоей
из испарившихся людей
в порывах атомных пожаров
в небесной зерни, как Стожары,
застывших в безымянных криках
от взрыва атомного рыка.
Он защищал нам честь страны,
но честью ли её полны
воспоминания о Мире
как чистота при Мойдодыре.
61
Пахнет Обью в глухомани,
стылой проседью небес
Аннотация:
" вылезу грязный, стану бок о бок..."
Пахнет Обью в глухомани,
стылой проседью небес,
по утру на алой рани
хорошеет зимний лес.
Снег лежит, сверкают звезды,
светит в золоте луна,
а на лапах сосен в гроздьях
в перламутре бахрома.
У души одно занятье, -
светозарью проживать
бытие и время платьем
в новом свете примерять,
внешний мир одушевляя,
а себя овеществляя.
62
Зримо светит темнота,
лазури глина глинится лазурью
Аннотация:
" скучно в облачный кисель макть
раздробленные глаза..."
Зримо светит темнота,
лазури глина глинится лазурью,
над книжною землей
смыкаются уста,
и холод цепенеет в Верхотурье.
Как трудно мучиться и музыкой, и словом,
когда они, сливаясь вдруг во сне,
гуляют в поле ветром голым
и месяцем колодезным в воде
дрожат, а не рождают мысли. -
Но образы на звездном коромысле
несутся вне орбит курбетом
вневременной полыни света,
где с прошлым - будущим не расстаемся,
но в тьму покоя все несемся.
63
Эстляндия, Курляндия, Лифляндия, -
есть неотъемлемая собственность России
Аннотация:
" России прибалтам долги отдавать!?..."