Собираемся с Мишкой в школу. Третьеклассник особого энтузиазма не проявляет. Надевает ранец себе на живот, придерживая его обеими руками снизу, откидывает спину назад и со страдальческим выражением лица сообщает:
- Мама, я беременный, не могу идти в школу.
И пихает мне свой ранец под нос, мол, совсем тяжко. Я тяжело беременному ученику сочувствую, но учиться мы все же идем. На улице Мишка ежится и надевает капюшон:
- Мам, сколько градусов?
- Минус восемнадцать.
- Лучше бы минус тридцать, тогда бы в школу не ходили.
- Тогда лучше бы плюс тридцать. Тоже бы в школу не ходили.
- Почему? - не понимает сын.
- Так лето бы было.
Мишка смеется.
Дорога в учебное заведение совсем коротенькая, много не поговоришь. Но часть информации в меня отпрыск все же успевает впихнуть.
- У нас теперь Никита командиром в классе. Все его слушают.
- Какой Никита? Иванов?
- Нет, Петров.
- А почему Иванова не выбрали? - Иванов тоже Никита, тоже отличник и Мишкин друг. "Тоже" - не по отношению к Мишке, а по отношению к другому Никите.
- А чего его выбирать? Он и так всеми командует, - удивляется моей несообразительности ребенок.
- Ты, наверное, тоже всеми командуешь, и поэтому и тебя не выбрали? - интересуюсь я.
- Не, - не соглашается сын, - я хороший. Не могу пройти мимо драки, обязательно ввяжусь. Какой из меня командир?
На этой оптимистичной ноте мы прощаемся, и очень хороший ученик идет навстречу урокам.