- Аленушка, милая! - донеслось с противополжного конца коридора, когда начался перерыв. Лика увидела неразлучную троицу и приняла такой же глупый вид.
Маша же стояла и завидовала воспитанию и выдержке гостьи. Та моментально надевала нужные маски, когда нужно было разговаривать с разными людьми. Вот, например, на прошлом перерыве к ней подкатился Аленин парень. Та только спросила у нее, любит ли его Алена. Девушка соотнесла подружкину злость, когда она приходила со свиданок с этим хахалем, и ситуацию. Лика получила отрицательный ответ. И эта Аристократка отшила его за несколько минут, да так, что тот отошел от нее с счастливым выражением лица и только на следуещей паре понял, что его кинули. Вот, что значит - аристократия... А сколько она узнала за эти неполные два дня! Лика с энтузиазмом осваивала компьютер поздно ночью; по десять раз переделывала кофе, когда тот убегал (садистка Маша решила сначала научить графиню варить кофе в турке); нагулялась по Москве - да Маша в жизни столько не ходила по столице! И все это с неувядаемым терпением! Сама бы Мария сдалась уже на третьей станции метро, если бы это ее таскали по экскурсиям. Но самой рассказывать о городе, в котором живешь оказалось интереснее, чем слушать.
- Не завидуй, грех страшный, - оперся на подоконник подошедший Женя.
- Сама знаю. Но, каково самообладание! Ты посмотри!
- А зачем она с ними разговаривает? Отшила бы, как Мишку Кораблева.
- Думаю, она примеряется.
Ты знаешь, нам с тобой крупно повезло с этой девушкой, - Женька потер подбородок. - Попадись нам такая, как эти, я бы повесился.
- Я бы тоже. Или, например, как вон те, - Маша показала глазами на двух девушек, стоящих отдельно от всей группы. За глаза их прозвали "парочка стервочек - один раз подойди и неделю отмывайся". Те, как всегда обсуждали (вернее, осуждали) чью-то кофточку, прическу, макияж, сумочку, нужное подчеркнуть.
- О, если бы такая, я бы сначала ее задушил, а потом уже повесился.
- Маньяк-самоубийца.
- Садистка.
- Да ну тебя, - отмахнулась девушка.
- Куда?
- В горы!
- Далековато... - нахмурил брови Женька.
- Дурак, - уже беззлобно пробурчала Маруся и саданула его сборной тетрадью на кольцах по плечу.
- Ой, вы посмотрите, сладкая парочка ссорится! - всплеснула руками одна из препротивнейших девушек у них на курсе. - Ну, ничего, милые бранятся, только тешатся.
- Грр... - Машка стиснула тетрадь так, что пальцы побелели.
- А что здесь происходит? - вдруг вмешалась Лика. Девушка ухмыльнулась.
- Как тебе не стыдно, Евгений? У нас в России моногамные отношения в большем почете, чем гаремы.
Группка девушки злорадно заржала. Женя побурел. Они и раньше задевали его и девушек, но теперь это переходит все границы. Но раскрыть рот ему так и не дали.
- Я смотрю, у тебя гарем-то побольше будет, - Лика кивнула в сторону кучки парней и девушек, только что смеявшихся над унижением Жени. - Да и девушки там имеются... Может, ты... - и она многозначительно приподняла бровь.
Ларочка (как "ласково" звали ее нормальная часть студентов) покраснела, потом побледнела, побагровела, обрела свой родной цвет кожи и прошипела:
- Да... да как ты посмела?!
- Очень просто, - пожала плечами абсолютно спокойная Ли. - У нас свобода слова.
- ...ты... ты... - оскорбленная девушка не находила слов. - ты об этом пожалеешь!
- Ну-ну, - Лика шутливо отвесила ей поклон и проводила смеющимися глазами компанию, уводящую Ларочку. Та была в ярости, из глаз брызгали крокодильи слезы...
- Вот уж не поздоровится первому попавшемуся, который спросит, что произошло.
- Не завидую ему, - улыбнулась Маша.
- Я чувствую, конфликт еще не исчерпан? - посмотрел на подругу Женя. Та многозначительно усмехнулась.
- Ты с ней в одном зале?
- Ага, - Женька махнул рукой в сторону зала. - Она там, за самым первым столом сидит.
- Я сейчас, - девушка махнула рукой и скрылась в указанном зале. Маша с Женей переглянулись.
- Боюсь себе представить, что она положит ей в сумочку...
- Как там говорилось? Маленькая месть лучше большой обиды?
- Я мстю и мстя моя страшна!
Парень и девушка довольно расхохотались.