Свечи долго хранились, никому не нужные, аккуратно завёрнутые в вощёную бумагу. Одного размера, с одинаковыми фитилями, они плотно прижались друг к другу и спокойно почивали. Их не трогали никакие заботы и волнения, они ни в чём не нуждались. Глубокий сон без сновидений сковывал их. Они ждали. Ведь свечи безжизненны, пока их не зажгут люди.
Но вот ящик комода открылся. Чьи-то руки извлекли крайнюю в пачке свечу - самую кривую, горбатенькую, - и чиркнули спичкой.
- Сегодня света уже не будет. Хорошо, что мы запаслись свечами, правда, Гюнтер? Как ловко у тебя получается зажигать свечу! Мы не делали этого уже много лет.
- Да, Хельга, я ещё помню, как это делается. И, несмотря ни на что, у нас получится отличный ужин при свечах.
- Нет-нет, не зажигай больше одной! Нам нужно экономить!
Свеча осветила морщинистые лица немолодой супружеской пары. Муж и жена были одеты в тёплые свитера и куртки из искусственного меха. Одно ухо зимней ушанки мужчины свесилось, и он стал похож на старого сенбернара. Узкое лицо супруги, напялившей на голову изъеденный молью малахай, напоминало мордочку лисы в голодное время года.
На обеденном столе, куда поставили свечу, было пусто, если не считать упаковки крекеров с давно истекшим сроком хранения и двух стаканов с водой. Мужчина непроизвольно протянул руки к пламени свечи, будто полагал, что можно согреться таким образом. Свеча с недоумением посмотрела на него и слегка отклонила язычок пламени.
- Она хочет увернуться от тебя! - засмеялась женщина, показывая отсутствие передних зубов. - Смотри, как бы свечка не погасла - ведь мы ещё не поужинали.
Гюнтер не спеша распаковал крекеры и со смаком захрустел ими. Хельга схватила сразу несколько и с жадностью засунула в рот. Свеча пылающим глазом разглядывала пожилую пару и не могла понять, для чего они - эти старики - здесь, в небольшой комнате, заставленной старой мебелью? Почему её красивое пламя должно освещать их убожество и скудость? Разве не достойна свеча озарять ослепительное пиршество в праздности и пышности? Вокруг её света, как мотыльки, должны кружиться роскошные пары, свечу должны беречь и охранять от сквозняков и случайных падений, чтобы она ни в коем случае не погасла!
Но пожилая пара относилась к свече без должного почтения, будто легко могла обойтись без её тёплого пламени. Проглотив последние крекеры и прилепив оставшиеся крошки к послюнявленному пальцу, мужчина и женщина смотрели друг на друга и молчали. Все слова уже были сказаны, вся провизия съедена. Оставалось лишь ждать чуда. Но оно не происходило. Все чудеса остались в прошлом, а сейчас - только суровая реальность.
- Пожалуй, мы можем зажечь ещё свечи, - сказала внезапно охрипшим голосом Хельга. - Так будет намного светлее.
- И веселее, - подхватил Гюнтер. - Ты права, для кого и для чего их теперь беречь?
С этими словами он достал из комода ещё пару свечей и поставил их в коньячные стаканчики, которые уже давно не видели не только коньяка, но и самодельного вина. У одной свечи была бородавка в виде капельки воска, а у другой - некрасивая царапина на тельце. Новые свечи с охотой разгорелись, и в комнате сразу стало светлее. Теперь уже помимо углов отставшей от современности на полвека мебели можно было разглядеть две-три заплесневевшие репродукции на стене и календарь на текущий год. Одна дата была жирно обведена красным маркером. Старик поправил спадающую на глаза шапку и взглянул на календарь:
- Эта зима была тяжёлой. День, который я наметил в марте... До этого числа мы не доживём в любом случае. Скверно, когда знаешь дату своего конца. К тому же мы не смогли запасти дрова, а жечь мебель - последнее дело.
- Зачем нам согреваться, если нечего есть, - прошепелявила старуха. - Жаль, что от свечей пахнет только уютом. Лучше бы пахло бифштексом и жареной картошкой, или хотя бы сосисками и спагетти с соусом.
- Перестань, Хельга, - облизнулся Гюнтер, шумно сглотнув. - Не дразни. Всё это было в прошлом. Ещё недавно был интернет, работающие гаджеты, телевидение, а теперь вот - свечи в потёмках пустого холодного дома, из которого лучше и не выходить.
Свечи прислушивались к разговору, не понимая, в чём провинились, и чем они хуже какого-то интернета и телевидения. Они, свечи, дают свет. А что могут дать перечисленные предметы, о которых они и понятия не имеют?
Свечи переглядывались друг с другом, перемигивались и весело показывали жёлто-красные языки. Их беззаботная жизнь была в самом разгаре, в отличие от заката жизни двух стариков, скрючившихся за столом и печально беседующих на невесёлые темы.
- Да, всё это было, Гюнти, - вздохнула женщина. - И, если бы мы им не поверили, всё так и осталось.
- Но как мы могли не поверить нашим политикам-интеллектуалам, если они были так убедительны, и всё это лилось нам в уши несколько десятков лет! - возразил Гюнтер, оглядывая пустой стол. - Кто же знал, что...
- Что наши большеголовые идиоты наверху окажутся настолько тупыми, чтобы начать бодаться с государством, способным в два счёта стереть в порошок всех своих недругов, - с готовностью подхватила Хельга. - Но ведь наши бонзы прячутся сейчас в шикарном бункере, и я уже давно слышала от соседей, тех, которые скончались от голода на прошлой неделе, что им выдают по целой банке мясных консервов с кашей раз в два дня! И у них запас ещё на целых две недели! А что делать нам? Есть нечего, воздух заражён, и при полном отсутствии электричества остаётся лишь жечь случайно завалявшиеся в столе свечи!
Свесившееся ухо шапки на мужчине качнулось:
- Послушай, а, может быть, свечи съедобны? Вон как они вкусно пахнут мёдом!
- Попробуй, - с сомнением произнесла женщина в малахае, разглядывая ближайшую к ней свечу. - Хуже всё равно уже не будет.
Пламя Свечи-С-Бородавкой в ужасе отпрянуло в сторону. Она и сама без всяких сомнений бежала из этого дурного места, если бы были ноги. Свеча нужна для того, чтобы делать жизнь людей светлее и уютней, но становиться пищей - это уж слишком!
Мужчина провёл рукой над пламенем свечи и поморщился:
- Сколько нам осталось? Я слышал, что после этого долго не живут. У меня уже началось...
- Не хочу ничего об этом слышать! - зажала уши руками женщина. - Всё это отвратительно!
- Смерть вряд ли может быть красивой, - пробормотал Гюнтер. - Меня теперь постоянно тошнит, выпали сразу три зуба, во рту привкус крови и голова кружится.
Хельга его не услышала. Медленно опустила руки и невидящими глазами уставилась в одну точку - туда, где давнее пятно на обоях. Рвотные позывы сотрясли тщедушное тело. Наконец, она сфокусировала взгляд на пламени свечи. Стало немного легче.
- Тебе не кажется, Гюнти, что мы сегодня умрём?
- Я в этом и не сомневаюсь, Хелли. Темнеет в глазах.
- И то верно. Вокруг становится совсем темно. Давай зажжём все свечи, что у нас остались. И станет светло, как днём. Будет так ярко, как до этой вселенской катастрофы.
Ухо шапки старика снова закачалось. Он с трудом поднялся из-за стола и извлёк из комода пачку свечей. Старуха начала расставлять чашки и стаканы в качестве подсвечников. Некоторые выскальзывали из немощных рук и разбивались с коротким звоном.
Гюнтер одну за другой зажигал свечи. Он делал это сосредоточенно, словно выполнял важную работу - самую ответственную в своей жизни.
За окном была чернота, в которой лишь изредка вспыхивали кое-где сине-красные ядовитые всполохи. А в комнате становилось всё светлее и уютнее. Пламя десятков свечей словно отгородило этот домашний уют от того ужаса, который творился извне.
Мужчина обвёл взглядом комнату, беззубо улыбаясь.
- А помнишь, когда-то мы при свечах...
Женщина прикрыла глаза.
- Конечно, помню. Это воспоминание я обязательно унесу с собой.
Свечи между тем горели, оживлённо потрескивая. Их было много, и пока они праздновали светлую победу, а темнота уползала прочь. Пламя свечей было живым и сияло беззаботной молодостью. Свечи не ведали, какая беда случилась на земле. Да и не хотели они этого знать.
Хельга села на старый диван и позвала к себе Гюнтера.
- Пока они горят, мы живы, да?
Мужчина в бессилии упал рядом. Свеча-С-Бородавкой случайно погасла от движения воздуха.
- Наверное, лучше постараться уснуть? - спросил он.
Женщина взяла его морщинистую руку и сжала.
- Я буду смотреть на свечи. Это успокаивает. Как будто ничего не произошло, правда?
- Свечи сгорают... И мы вместе с ними... Прости, Хелли, что я... Что мы ничего не сделали, чтобы этого не произошло. Мы все виноваты...
- Да, Гюнти. Безумие нужно было вовремя остановить...
Свечи горели ещё некоторое время. Они гасли одна за другой, оставляя после себя лишь пятно оплывшего воска. Наконец, погасла последняя, и в пустую комнату пришёл мрак. За окном бесновалось красное свечение с синими всполохами, захватывая всю землю.
Свеча-С-Бородавкой осталась в уютной коньячной рюмочке, словно в колыбельке. Она спала. И грезилось ей, будто пришёл кто-то и чиркнул спичкой.