Аннотация: "Так хочу найти силы, чтобы отказаться от тебя... но не могу, у меня не получается. Умом всё понимаю, но сердце не отпускает тебя".
Глава 4
Утро началось с проверки расписание на планшете. Отряд "Чистых" (интересно, почему лидеры так назвали нас?) ожидало три недели усиленных тренировок. Без выходных.
Ежедневно почти одно и то же. Завтрак - общая тренировка с добровольцами, обед - занятие "Чистых", (радовало, что это не так часто) - Ужин - рукопашный бой индивидуально с тренером.
Свободное время и сон нужно уложить в пять часов. Да, кажется, и вправду лидеры всерьёз решили заняться нашей подготовкой.
- Ну как? Посмотрела расписание? - спросил Боб, стоило мне сесть за стол.
Молча кивнула.
- У нас всё проще. Общая тренировка после завтрака и свободное время после обеда, - сказал Рон, мешая кашу.
- После обеда мы должны самостоятельно готовиться к отбору, - вмешался Брэд.
Остальные согласно закивали.
- Это всё понятно, - протянула, улыбаясь Нелли. - Боб отменно дерётся... Но ты - то зачем лидерам? Тина, я видела все твои схватки на ринге. Обычно ты в нокауте после двух-трёх ударов.
Её язвительный взгляд впился в меня. И почему я так неприятна ей?
- Зато Тина лучшая в стрельбе, - заступился Боб. - Она могла бы научить тебя, не будь ты так глупа, чтобы портить с ней отношения.
Испепиляющий взгляд Нелли. С громким скрипом она отодвинула свой стул и поднялась. Махнув на прощание своими ослепительно белыми волосами, Нелли выскочила из столовую. Постепенно добровольцы начали расходиться, наш стол тоже быстро опустел. После того, как ушли Брэд, Рон, Дейк и Соня. Боб каснулся моего плеча.
- Не обращай внимания, - посоветовал он.
- Меня волнует не это, - тихо начала. - Почему мы с тобой Чистые?
Боб хлопнул по плечу.
- Не ты одна в замешательстве.
Внимательно осмотрела каждого, кто остался за столом.
- И какие у вас предположения?
Белла вздохнула:
- Скорее всего, вы отлично скрываете чувства, и лидерам не удалось распознать в вас лжи.
- Да, - перебил Рик. - Они уверены, что вы бесчувственные.
- Но чувств нет, ни у кого, - возразила. - Для лидеров...
- Поэтому мы совсем не знаем, почему вас отобрали, - прошептала Белла, оглянувшись.
Немного помолчав я, сказала:
- В лечебнице я случайно залезла в компьютер лекаря, - тут же вспыхнула от обмана. - Там была запись обо мне. Точнее, о том, что я Чистая.
Белла и Крисс переглянулись.
- Ещё я слышала разговор лидеров, - короткая пауза. - Артур сказал, что после отбора Ура выбьет из нас всё человеческое.
Насторожило их молчание.
- Вы что-то знаете? - Заволновалась я. - Скажите мне!
- Нам ничего не известно, - как-то быстро ответила Крисс.
- Одни лишь догадки, - поправила Белла оглядываясь. - Но, думаю, сейчас не время обсуждать это.
После завтрака Питер повёл нас по бесконечным коридорам подземелья. Добровольцы настолько привыкли выполнять приказы, что никому даже в голову прийти не могло поинтересоваться у лидера, куда мы так спешили.
В конце каждого коридора мигал тусклый свет, но в промежутках всё же было темно. Наверное, поэтому я плелась как можно осторожнее, в конце строя, чтобы не споткнуться на неровной поверхности бетонного пола.
Хоть нам и разрешили общаться друг с другом, но добровольцы всё так же молчали. Это просто вошло у нас в привычку.
Перед стальной дверью Питер ненадолго остановился. Что-то переключив на панели, от чего лампочка под потолком загорелась белым, он первый вошёл в неизвестную мне комнату. Просторная, с гладким полом и рингом посередине, обведённым канатом. На противоположной от двери стене висел монитор. Питер включил его с пульта, и на нём высветились имена добровольцев в алфавитном порядке.
- Именно этот компьютер будет подбирать каждому соперника для поединка на ринге, - объяснил Питер.
- Мы будем сражаться друг с другом? - перебила его Крисс.
Питер сделал шаг в её сторону. Заметила, что он с трудом заставил себя остановиться. Прожигая Крисс взглядом, Питер прошипел:
- Ты ходишь по грани.
Крисс налилась румянцем и спрятала взгляд.
Не обращая на неё внимания, Питер расхаживал между добровольцами.
- Борьба самое важное, - короткая пауза. - Каждое утро до обеда мы будем повторять то, чему вы научились пока были защитниками.
Украдко бросила взгляд на выцветшие боксёрские груши, они висели друг от друга в небольшом интервале.
- В конце каждой недели на ринг будут выходить пять пар. И наглядно демонстрировать, насколько ваше тело готово отвечать на опасность. Это важно, ведь впереди вас ждёт война с Отчуждёнными.
Совершенно не представляла себя вне стен Спасения. Единственное, о чём я могла думать - как пройти отбор и скрыть от лидеров свою болезнь.
- Советую быть внимательным. Готовьтесь к увечьям, это нормально.
Питер называл удары, не забывая демонстрировать их сначала в воздухе, затем уже с боксёрской грушей.
Как ни странно, я успевала за остальными. Правда, мне необходимо несколько попыток, чтобы разобраться, как правильно бить и двигаться. Груша обжигала руки и ноги, кожа покраснела, но, я не оставляла попыток. Мне необходимо пройти отбор!
Отовсюду слышались глухие удары и звук шагов Питера, который расхаживал между добровольцами, поправляя нас. Когда он приблизился ко мне, внутри всё напряглось.
Изучающим взглядом он следил за каждым моим движением. И под этим взглядом я вся сжималась и била будто вполсилы.
- Используй колени, так удары будут жёстче, - он наклонился ко мне и выдохнул. - Напряги пресс!
Питер отошёл, но я всё ещё ощущала на себе теплоту его дыхания. Пришлось остановиться, чтобы собраться с мыслями. С каждым днём тяга к нему усиливалась.
Когда Питер отпустил нас на обед, Белла толкнула меня локтем.
- Видела, как Нелли вешалась на Питера?
Удивленно взглянула на неё.
- Я Была занята немного другим, - ответила как можно дружелюбнее.
Белла прищурившись, уставилась на меня.
- Ты изменилась, как и многие здесь. Хочешь поговорить об этом?
Сделав вид, что не расслышала её, я ускорила шаг.
Мне нужно, чтобы они рассказали правду о себе, не трогая мои чувства. Я не знала их настоящих намерений, поэтому не должна доверять. Уверена, как только я ослаблю бдительность, случится что-то ужасное.
На обеде у меня тряслись руки, а пальцы сложно выпрямить. Прежде чем взять ложку, помассировала их. Размазав кашу по тарелке, с усилием заставила себя отправить её в рот. Старалась не обращать внимания на болтовню за столом. Сама я не участвовала в обсуждениях новых татуировок и утренней тренировки. Не то что мне безразлично, просто я боялась сказать что-то не то. Во мне бурлили чувства - это как клеймо.
Белла щёлкала пальцами перед моим лицом:
- Ты слышишь?
Затуманенным взглядом я посмотрела на неё.
- Завтра вечером мы собираемся в бар, - тихо сказала Белла. - Ты с нами?
Немного подумав, неуверенно кивнула.
После обеда я и Боб отправились на тренировку Чистых. Машина и лидеры ждали нас у входа в штаб.
- Если кто не в курсе, меня зовут Верн, - представился парень, когда все Чистые собрались.
У него большой нос, кривые зубы и совсем нет волос на голове.
- Занятие Чистых сегодня пройдёт за пределами штаба, - заговорил Ура. - Сегодня Верн будет учить вас избавляться от слабости, которая присуща всему живому.
У меня засосало под ложечкой. По его улыбке поняла, что это очень плохо.
По приказу Верна мы сели в кузов грузовика. Прислушиваясь к скрипу колёс и считая повороты, я пыталась представить, куда нас везут, но уже через пару минут сбилась.
- Что вы знаете о страхах? - спросил Верн, как только мы оказались на улице.
Отряд Чистых стоял недалеко от западнойстены, около полосы полуразрушенных зданий. При взгляде на некоторые казалось что они сейчас рухнут.
- Страха нет, - возразила Кэти.
Её медные волосы заплетены в аккуратную косу на самой макушке, куртка застёгнута под горло.
- Были времена, когда страх владел этим миром, - протянул Верн, взглядом показывая куда-то за стену города. - Именно из-за этого внеземные отняли у людей планету.
Что-то странное было в его словах.
Сначала он пронзительно посмотрел на нас, затем сказал:
- Задание начнётся на крыше.
Проследила за движением его руки и как все задрала голову. Многоэтажный дом, сразу и не скажешь сколько в нём этажей. До самого последнего фунтов двести. Здание местами разрушенно и видны металлические балки. Стёкла окон разбиты отчего
- Первое что вы должныосвоить, - продолжал Верн. - Каждый приказ выполняется без раздумий и без промедления.
Отряд Чистых не проронил ни слова, все внимали спокойный и леденящий душу голос.
- У вас пять минут чтобы подготовиться и переодеться, - сказал Верн открывая металлическую дверь.
Отряд Чистых понял безмолвную команду и мы по одному зашли в полуразрушенный дом.
Внутри всё покрыто пылью. Голые стены и бетонный пол откаждого шага по которому разноситься эхо в пустоту. Верн завёл нас в тёмную комнату без окон и какого-либо освещения.
- Эта форма для Чистых, вы должны быть в ней каждую тренеровку. - Затем глянул на часы и добавил - Время пошло.
Чистые заторопились. С размером разобролись быстро. Взяв подходящий комплект чёрной формы из непонятной гладкой ткани, отошла в дальний угол. Свою одежду кинула на лавку и аккуратно на неё положила планшет. Он мигнул и на чёрном экране высветилась надпись белыми буквами: "Чтобы не приказали - выполни! Вам не дадут погибнуть! (Питер)". Схватила планшет, но надпись исчезла.
Трясущимися руками застегнула комбенизон и натянула мягкий на ощуп рюкзачок который больше походил на плоскую подушку. Боб помог затянуть широкие лямки и защёлкнул крепление на спине.
- Врем! - скомандовал Верн.
Долгий подъём, от чего мыщцы в ногах тянуло, по бетонной лестнице. Местами ступеньки провалились и приходилось перепрыгивать. И когда на очередном этаже от лестницы остался лишь кусок тянущийся у стены. Мне стало страшно.
Остановившись, прижалась к холодному бетону. Остальные несмотря ни на что продолжали подъём, друг за другом по одному тянулись вверх.. Немного передохнув, всё же собрала остатки сил. Спиной прижалась к стене и наступила на уцелевший выступ. Пыталась не смотреть вниз. Так и шла бочком до следующего этажа.
И когда, наконец, преодолев последний пролёт мы вышли на крышу, где к моему разочарованию нас поджидал Ура.
- Главный страх - неизвестность - произнёс лидер, как только отряд Чистых выстроился.
Сжала кулаки, чтобы никто не заметил моих дрожащих рук.
- Приказ, - короткая пауза и ухмылка на лице.
Резко стало холодно. В голове голос Питера: "Чтобы не приказали - выполни! Вам не дадут погибнуть!".
- Вы должны спрыгнуть, - добавил Ура.
Дальше всё было как в тумане. Я вместе с остальными бросилась к краю крыши. Перепрыгнула ограждение. Зажмурилась и одновременно с Бобом спрыгнула с крыши.
Сердце сначало ёкнуло, затем бешено забилось. Воздух трепал волосы, в ушах свист. Как ни странно, во мне не было страха. Словно заранее смирилась с приближающейся смертью. Или надеялась, что Питер не обманул и мы в целости вернёмся в штаб.
Щелчок, затем хлопок в районе спины. Меня тряхнуло и некая сила потянула вверх, а затем я плавно поплыла к земле.
Открыла глаза. Боб недалеко зашёлся смехом.
- Парашюты, - выкрикнул он выругаясь.
Сердце не переставало бешено вырываться из груди. Но губы расплылись в улыбке. Если бы не Питер, я так бы и осталась там на крыше.
Пелена перед глазами, голова в тисках.
Светлая кухня. На руках мамы маленькая девочка, с такими нереально широкими глазами и густыми чёрными ресницами. Она наморщила нос, когда мама снова поднесла ложку с кашей к её рту.
- Ну же, Нил, ты ведь не хочешь остаться голодной? - говорит мама, вытирая с лица сестры размазанную кашу.
Хлопок. Вздрогнув, я обернулась. Из коридора идёт светловолосый парень. На шее наушники, в руках книга и плеер.
- Попробуй самолётик, Тина ведь всегда велась, - выкрикивает он.
Брат берёт со стола яблоко и целует мать в щёку, снова скрывается за белыми дверями.
- Он совсем редко бывает дома, - грустно вздыхает мама.
Отец кладёт руку ей на плечо.
- Тим уже взрослый, ̶ улыбается он. - Нина, наши дети растут, вон Тина уже в школу пошла.
- На каникулах мог бы подольше проводить времени с родителями, - не соглашается мама.
- В свои девятнадцать ты часто сидела с родителями?
Мама вздыхает. Заметив меня, она грустно улыбается, от этого на душе тяжело.
Со слезами на глазах бросилась к отцу.
- Я никогда не уеду от вас, обещаю.
- Тина, - позвал Боб. - Ты в порядке? У тебя кровь.
Он крепко сжал мою руку и помог подняться. Шатаясь отошла в сторону и прижалась к стене а потом сплозла на землю. Боб беспокойным взглядом уставился на меня. Беспрестанно тормоша за плечо, он пытался привести меня в чувства, но делал лишь хуже.
- Меня тошнит, - оттолкнула Боба. - Оставь меня!
- Ты потеряла сознание, - прошептал он.
- Но я жива, - пыталась улыбнуться.
Боб помог подняться.
- Это испытание, - прошептала, оглядываясь по сторонам.
- Ты о чём? - Не понял Боб.
Холодными ладонями провела по лицу, думала, хоть так получится снять жар.
- Лидеры проверяют Чистых на чувства. Вот зачем нас заставили прыгать, ведь мы не знали что у нас есть парашюты, - резко ответила я.
Боб был согласен со мной. Не нужно объяснять ему, что с этой минуты нам надо быть ещё больше осмотрительными. Теперь лидеры не выпустят нас из вида. Чистые не отряд избранных. Мы первооткрыватели... подопытные.
Отряд "Чистых" прошёл первое испытание, лучших и худших не было. Никто не сдался, все добрались до цели.
После занятия в горле стоял ком. Поэтому, плелась на очередную тренеровку так ничего не поев.
Миновав центральный парк, вышла к заново отстроенной восточной стене.
Перед ней зданий уже не было. Только стоящие полигоны. Здесь старшие защитники обучали нас навыкам выживания: то ты сидишь в морозильной камере, то карабкаешься нужно взобраться без страховки по скалистой стене полигона, то тебя вталкивают в обжигающий огонь. Сколько защитников погибло на моих глазах, сколько раз я сама была на границе между жизнью и смертью. Я уже молчу о том, что после каждой такой тренировки неделями лежала в лечебнице, исцеляя ожоги и переломы. Но тогда это казалось мне нормальным.
Сейчас же в душе было не спокойно, но я всё равно шла на тренировку, не зная, что меня ждало.
Подойдя к высокой стене, сделала глубокий вдох. С дрожью в ногах вступила на тренировочный полигон. Тут не было ни полосы препятствий, ни оборудования для скалолазания. Только голые стены и боксёрские груши вдоль них.
- Снимай куртку и обувь, - тут же послышался приказ Питера.
Он уже стоял в футболке и босиком в склизкой грязи. Чёрные языки пламени скользили по его сложенным у груди рукам.
Уверенно двинулась в его сторону, выполняя приказ.
Земляной пол полигона от дождя превратился в липкую грязь. Ступая по этой холодной мешанине и пытаясь не поскользнуться на ней, пропустила свои волосы сквозь пальцы, тут же стянув их резинкой.
Всё это время Питер не сводил с меня чёрных глаз.
- Не знала, что лидеры будут личными тренерами, - протянула. - Ура тоже кого-то тренирует?
Никак не отреагировав разминал шею. Затем сделал шаг в сторону от меня и спокойно произнёс:
- Главное, чему ты должна научиться, это побеждать в схватке с противником, - сделал паузу на выдохе. - Любой ценой, но ты должна победить.
- Так же, как вчера ты убил того старика? - Ляпнула, не подумав.
Он посмотрел на меня, и я не отвела взгляд.
У меня ёкнуло в животе. Что случится, когда напряжение разрядится?
Но он только произнёс:
- Осторожно, Тина.
Питер сделал пару шагов в сторону очерченного на земле круга. Трясясь от страха, прятала испуганный взор. Тяжело себя сдерживать, если в душе разгоралось пламя.
Не зная, что делать, как послушный солдат, я пошла за ним.
- В бое ты одна из слабых, поэтому пару дней мы заново разучиваем технику, а уже потом ты сразишься со мной, - мелодично произнёс он.
Резко повернувшись, он сбил меня с ног. Упала и почувствовала ледяной холод от футболки, насквозь пропитанной грязью из лужи.
- Советую тебе быть более внимательной, Тина, - тихо прошептал он, протягивая руку.
- Обязательно было меня ронять? - спросила, крепко сжав его ладонь.
- Хотел посмотреть, как ты среагируешь.
Даже не пытаясь стряхнуть с себя грязь, встала в стойку.
- Ты должна понять, что такое борьба. - Питер наклонился ко мне, так что я почувствовала его дыхание на своей коже.
Посмотрела ему в глаза. Несколько маленьких родинок, словно луч, тянулись от носа до уголка правого глаза; они, как маяк, манили меня. Провела по ним пальцем и ощутила, как Питер напрягся от этого дерзкого прикосновения.
Меня пугала его близость, но я и хотела, чтобы он был рядом. Ещё пару минут назад ненавидела его, сейчас же была готова снова поверить.
- Прими боевую стойку, - прошептал он, одним движением повернув меня к себе спиной.
Простым ударом по голени он заставил меня встать на ширину шага. Затем надавил на плечи, от этого колени слегка согнулись. Прижав локти к телу, правой рукой приобнял под грудью.
Моя спина упиралась в его тело. Волнительная дрожь и лёгкое покалывание в груди. Мне действительно нравились его прикосновения.
- Передвигайся плавно, не забывая следить за противником, - шептал на ухо Питер.
Его голос завораживал. Уже не могла думать ни о чём, только о его манящих губах.
От прикосновений Питера сердце задрожало. На нас внезапно обрушился ливень. Шаг за шагом, полностью мокрые, мы с Питером кружили по грязному полю полигона.
- Тебе было обязательно убивать его? - тихо спросила я, вспоминая старика.
Питер остановился. Повернув к себе, он со всей силы ударил меня об стену. Крепко сжав шею, оторвал от земли.
В чёрных глазах цвета ночи видела боль и сожаление, но в них блестели и яростные огоньки.
- Я бы не советовал тебе задавать своему лидеру такие вопросы, - злобно прошипел он. - В городе каждый должен быть полезен.
Задыхалась, дёргала ногами, пыталась дотянуться до Питера, но он ловко уклонялся от всех ударов.
- Жизнь - борьба, если сдался, значит, умер, - прошептал Питер, выпуская меня из захвата.
Потирая шею, я старалась прийти в себя.
Он такой же, как братья - бесчеловечный. Но я не простой защитник. Я та, которая когда-нибудь поставит точку в их жестоком правлении.
- Давай начнём с простых ударов, - предложил Питер, не обращая на меня внимания.
Душа в себе слёзы, шла к боксёрской груше. Ненавижу его и этот город. Поэтому я должна пройти отбор, чтобы навсегда покинуть эти стены. И он поможет мне.
- Всё же давай повторим технику. А затем я донесу до твоего тренера, как правильно нужно готовить защитников этих стен, - Питер посмотрел на меня пустым взором.
Вспоминаю Алана - командира моего отряда. Его изувеченное ранами лицо и узкие щели для глаз, шипящий голос, произносящий моё имя. С самого начала меня не готовили к войне, нет, моей задачей было всего лишь патрулировать а затем охранять стены. И Алан учил нас обороняться, а не атаковать.
- В бое у тебя один противник, за стеной их сотни, - Питер приблизился ко мне.
Попятилась от него. Закурив Питер изучал меня взглядом. Питер снова сделал шаг вперёд, протягивая каждое слово:
- Называю удар - ты показываешь, - краткий кивок. - Показываю приём - демонстрируешь защиту.
Пока он курил, я показывала всё то, что успела освоить от Алана. И когда едкий дым рассеялся Питер сам подошёл к груше, демонстрируя технику боя. Моя задача - в точности повторить каждый блок и показать те, которые могут отразить их.
Руки и ноги обжигала боль, но я не обращала на неё никакого внимания. В ушах стояли глухие отзвуки моих же ударов по груше.
Питер наблюдал, то и дело поправляя:
-Задействуй колени, тогда удары будут сильнее. Напряги живот! Не расслабляйся!
Тренировка затянулась. Питер мучал меня до тех пор, пока руки не начали кровоточить. Уставшая, я плелась по центральной аллее города. Воздух был насыщен ароматами листвы и травы. В нём совсем не было пыли, от этого дышалось как-то легко.
По полумраку пробралась к своему спрятанному за ветвистыми деревьями тайному месту. Сегодня совсем не хотелось оставаться в штабе. Мне всего лишь было нужно побыть вдалеке от людей, от этого города с его многочисленными правилами и законами.
Поэтому я взяла из комнаты белый плед, и, наполнив термос горячим чаем, вошла на маленькую полянку с единственной лавочкой, где так любила смотреть на звёздное небо.
Удобно устроившись на ней и завернувшись в мягкую ткань, возвела глаза к ночному небу. Тёмно-синее полотно раскинулось надо мной, сверкая маленькими звёздами.
Не знала, откуда в моей душе такая любовь к ним. Но в минуты отчаянья всегда поднимала свой взор к небу, на миг исчезая из этого города...
Я тащу за собой стул, чтобы забраться на него и выглянуть в окно. Звёзды всегда манили меня.
Маленькая девочка, подняв глаза к небу, зачарованно смотрит на звёзды. Яркие, но такие холодные, скрывающие так много тайн... Они завораживают своим блеском...
- Я так любила смотреть на звёзды, - слова вырвались сами собой.
Удивиться не успела. Вспышка, и волна ярких воспоминаний, словно цветное одеяло, накрыла меня.
Ночное небо, мы с папой, лежа на клетчатом пледе, устремили свой взор ввысь. Мы любовались пленительной красотой ночи, ища знакомые созвездия.
Мой отец, это он привил мне любовь к звёздам.
- А там есть люди? - спрашиваю я, указав на ночное небо.
- Думаю, есть, - задумчиво говорит отец.
- И они так же, как и мы, любуются звёздами, только с другой стороны? - Не унимаюсь я.
Он улыбается:
- Если только ты веришь в это.
- Я верю...
Эти слова запомнились мне. Долгие годы я утверждала, что со звёздного неба кто-то смотрит на нас.
Как я могла забыть об этом? Что сделал со мной этот город? Почему я лишилась воспоминаний о своей семье? Своих родных... Звёздах...
Хоть все эти годы я жила без прошлого, но в минуты грусти и отчаянья вновь обращалась к звёздам. Так, может, я не всё забыла? Может, где-то внутри меня сохранилась память о тех днях...
Сделав глубокий вздох, закрыла глаза...
Стою в светлой комнате. Небесного цвета стены, темно-синий потолок со звёздочками. В большом окне виден закат.
Мне нравится эта комната. Я хотела бы жить в ней.
Подойдя к зеркалу, посмотрела на своё отражение. Синее, почти чёрное платье до пола с рассыпанными по всей длине мелкими блёстками. Оно словно завораживающая вуаль ночного звёздного неба.
В отражении заметила, как дверь позади меня открылась.
- Тина, какая ты красивая, - ахнула вошедшая в комнату полненькая девочка.
Её пухлые щёчки и светящиеся счастливым карие глаза наполнили меня теплом. Мне хотелось, чтобы она подошла ко мне... Побыла со мной рядом...
- Нил, - голос мамы, прозвучал с соседней комнаты.
- Сейчас, мам, - кричит ей Нил.
- Ты опять споришь с матерью? - спрашивает мягкий баритон.
В зеркале увидела идущего к нам светловолосого молодого мужчину. На вид ему лет тридцать, может, чуть меньше.
Он встал рядом со мной. Теперь мы втроём смотрели в отражение. Тим, я и Нил...
У нас было что-то общее. Но всё же мы такие разные...
Мы тень прошлого, которого никогда не было.
- Ты больше не смотришь на звёзды? - спрашивает Тим, поправляя бабочку на своей шее.
- Нет, Тим, - опускаю глаза. - Там всё равно ничего нет.
Так тяжело обманывать его, но мне приходится это делать. Почему не могу сказать правду, не знаю.
- Знаешь, а раньше каждый вечер ты сидела на подоконнике и смотрела на небо, - улыбается Тим.
- А ещё говорила, что со звёзд кто-то смотрит на нас, - кривится Нил.
Заметила огоньки веселья в их глазах, которые заразили и меня.
Всё темнеет, но я до последнего слышу наш замолкающий смех.
Открыв глаза, снова посмотрела на звёзды. Они пусты, из них исчез манящий отблеск, завлекавший раньше.
Мой брат, моя сестра, я не помнила их, но когда меня настигали видения, ощущала невидимую связь с ними.
Душа трепетала. Что со мной? Разве могли быть у меня такие воспоминания? Но так хотелось, чтобы они принадлежали мне. А ещё никак не могла отделаться от мысли что необходимо вспомнить нечто большее. Ощущение, что от души откололся кусочек, который так необходим мне. Словно кого-то ещё скрывали звёзды... И это важно, ведь мне казалось, что от этого зависит моя жизнь.
Прижав колени к груди, я зарылась в них лицом. Почувствовала, как слёзы снова текли по щекам. Сколько раз плакала за последние дни? Неужели это и есть чувства, точнее, плата за них?
Лёгкое прикосновение. Подняв голову, сквозь слёзы посмотрела в ночные глаза Питера. Взгляд был настолько понимающим, будто он знал всё, о чём я думала.
Воротом куртки вытерла следы слёз со своего лица. Я раскрыта.
- Ты следишь за мной? - отодвинулась от него.
Питер вскинул брови и невинно переспросил:
- С чего вдруг?
Питер достал из кармана сигарету, затем щёлкнул зажигалкой и глубоко затянулся.
Отвернулась, чтобы не вдохнуть едкий дым.
̶ Ещё несколько месяцев назад заметил твою тягу к этому месту, - выдохнул Питер белый туман.
Вскинув брови, я спросила:
- Знал и позволял мне прогуливать патрули?
Руки тряслись. В горле пересохло. Еле открутив крышку термоса, сделала несколько жадных глотков.
Питер молча докурил сигарету, потом, потушив окурок, убрал его в карман.
- Интересно было наблюдать за тобой, - отстранённо ответил он.
Щёки вспыхнули, а по телу пробежал холодок.
- Ты наблюдал за мной?
- Как и за всеми.
Он взял из моих рук термос и немного налил в крышку.
- Знаешь, что чай обладает множеством качеств, - он отхлебнул. - Лечит, в жару освежает, зимой обогревает, успокаивает...
Удивлённо смотрела на него. Что это за странный разговор о простом напитке?
- Мать по утрам заваривала чай, - Питер смотрел на звёзды. - Этот аромат я, наверное, никогда не забуду.
Наши глаза встретились. Дотронулась ладонью до его щеки. В эту минуту он совершенно другой, и мне кажется, словно я уже видела его таким... Спокойным и умиротворённым.
- А я не помню родителей, - выдохнула сквозь слёзы.
Питер прижал меня к себе.
- Это нормально, - прошептал он. - Тебе было пять лет, когда они погибли.
- Но они у меня были.
Вместо ответа он уткнулся в мои волосы.
Как мне относиться к нему? Не знаю почему, но меня тянуло к Питеру. Но самое главное, что я ужасно боялась его. Что выбрать, страх или чувства? Я совершенно запуталась.
- Что будет, если чувства снова вернутся в город?
На мгновение он замер.
- Смерть...
Закрыла глаза. Головная боль и кровь носом...