Фрейя сбросила пыльный, забрызганный кровью алый плащ на резное кресло из красного дерева.
- Принести воды умыться? - Фригг стояла у дверей в широком луче солнечного света.
Сейчас ниспадавшие на плечи волосы казались потоками золотой реки. Сердце предательски замерло. Кашлянув, - в горле першило от громких окриков, после утомительной скачки сквозь ураганный ветер, - Фрейя сипло ответила:
- Да.
Фригг развернулась, и в волосах сверкнули украшенные рубинами гребни. Их золото сливалось с золотом волос, едва колыхавшихся на гордо выпрямленной спине. Фригг скрылась за дверью, слышно было, как она наливает воду. Фрейя всё смотрела в тёмный проём, будто до сих пор видя тонкий стан в искусно расшитом красном платье.
Сморгнув морок, она отвернулась и стала расстёгивать пояс. Меч в красивых ножнах сразу потянул его вниз, Фрейя подхватила оружие. Оно с едва слышным стуком легло на зеркально отполированную столешницу. Фригг выпорхнула справа - Фрейя вздрогнула - и поставила золотой таз рядом с мечом.
- Я полью, - Фригг подхватила полотенце и чеканный кувшин с водой.
- Спасибо, - стянув шлем, Фрейя опустила его на стол и склонилась над тазом.
Окрашенная кровью вода шумно полилась на дно.
- Большая битва? - почти над ухом прозвучал мелодичный голос Фригг.
Застыв с прижатыми к лицу ладонями, Фрейя кивнула.
- Устала? - прикосновение Фригг к плечу едва чувствовалась через кольчугу.
- Немного, - выпрямившись, Фрейя провела влажными руками по волосам, приглаживая выбившиеся пряди. Близость Фригг тревожила, мучила слишком частым биением сердца. - Ты зачем пришла? Что-нибудь случилось?
- Разве мне нужны причины, чтобы прийти сюда?
Фрейя повернулась. Склонив голову набок, Фригг прижимала кувшин к пышной груди, и замысловатые подвески ожерелья почти касались вытянутого горлышка. Фрейя потерялась во взгляде больших голубых глаз. Мягко ответила:
- Нет, не нужны.
Ласковая улыбка Фригг не отвратила продолжения фразы:
- Только ты не приходишь без дела, - отвернувшись к столу, Фрейя принялась расстёгивать боковые ремни нагрудника. - Ты же всегда занята.
- Прости, это так - у меня всегда слишком много дел.
"Конечно", - презрительно подумала Фрейя, от раздражения не справляясь с застёжками.
- Позволь помочь, - приблизилась Фригг, опьяняя ароматом цветов и нежностью голоса.
Прикосновение её пальцев обожгло, и Фрейя отдёрнула руку, позволив себя раздевать. Фригг умело справлялась, в её движениях чувствовалась сила и уверенность, а Фрейя старалась не смотреть, не думать о задевавших её пышных грудях. Жар клубился внизу живота и волнами окатывал тело. Нагрудник соскользнул в руки Фригг.
- Дальше я сама, - глухо сказала Фрейя.
Её сердце билось слишком часто, а тоска, только изгнанная из души, возвращалась, впиваясь в неё острыми когтями. И хотелось кричать. Фрейя стянула кольчугу, за это время Фригг уселась в кресло и теперь пристально смотрела снизу вверх:
- Ты, наверное, видела во время битвы Одина?
- Да, он на Слейпнире проносился мимо пару раз, - Фрейя чувствовала себя девчонкой-служанкой, вытянувшейся перед властительницей, и это было неправильно, только победить наваждение не удавалось. - Но ты ведь не о муже поговорить пришла?
- И о нём. Если это тебя не задевает.
К щекам предательски прихлынула кровь, Фрейя отвернулась, хватаясь за шнурки кожаной куртки:
- Не задевает.
- Мы с ним давно не виделись. Он здоров?
- Выглядел вполне бодро для его возраста, - Фрейя была рада тому, что с курткой Фригг помощи не предложила.
- И кому сегодня достались лучшие эйнхерии? - насмешливо полюбопытствовала Фригг.
- Мне, - отбросив куртку, Фрейя развернулась, гордо вскидывая голову. - Лучшие воины всегда достаются мне.
Фригг улыбалась до ямочек на щеках:
- Довольно дерзкое заявление.
- Мужчины с большей охотой отдаются во власть красивой женщины, чем одноглазому старику.
Рассмеявшись, Фригг запрокинула голову, выставляя тонкую шею, будто кичась своей беззащитностью. Ещё посмеиваясь, утирая проступившие слёзы, заметила:
- Хорошо, Один не слышит - такой удар по его самолюбию.
- Да, пожалуй, - Фрейя прижалась ягодицами к столу. Постояв немного, тихо спросила: - Зачем ты пришла?
Потирая указательным пальцем нижнюю губу, - этот жест придавал ей особую соблазнительность, - Фригг пристально смотрела на Фрейю.
- Говори, - подбодрила та.
Запрокинув голову, Фригг выдохнула:
- Я опять поссорилась с Идунн.
Она сидела, перебирая красивыми, усыпанными перстнями пальцами резные подлокотники. На красном дереве кожа казалась белее. Молочного оттенка, упоительно нежная на ощупь, она так и манила прикоснуться. Вышитые на красном золотые птицы и звери подчёркивали стройность фигуры, высокую грудь. Красивее Фригг была только обнажённой. Фрейя теряла способность дышать, она плыла в жару разгоравшегося желания, ощущая, как кровь устремляется к бёдрам, обостряя чувствительность. И в то же время разум соображал:
- И Идунн не даёт тебе яблока.
- Совершенно верно, - кротко улыбнулась Фригг, снова водя пальцем по кораллово-красной нижней губе, увлажняя её слюной.
- Ну сколько можно? - Фрейя отвернулась, вопрос относился и к ней самой: сколько можно попадаться в эту ловушку?
- Идунн слишком зазнаётся из-за того, что владеет яблоками.
- И ты, конечно, не можешь упустить случая поставить её на место, - сердито отозвалась Фрейя.
- А кто ещё?
Фрейя так и представила, как Фригг пожимает плечами, и от этого приподнимаются, колышутся груди под широким ожерельем.
Вдруг белоснежные руки в перстнях скользнули по бокам Фрейи, обнимая, сводя с ума. Фригг прижалась к спине - горячая, сильная. Внутренний жар затоплял разум, сжигал тело, между подгибавшихся ног стало влажно.
- Я знаю, ты ещё сердишься на меня, - томно шептала на ухо Фригг, запуская руки под ещё влажную от пота рубашку Фрейи, медленно поднимая руки к грудям. - Но только ты можешь уговорить Идунн дать мне яблоко.
Зажмурившись, задыхаясь, Фрейя жадно ловила ощущения: пальцы властно ласкали соски, сжимали груди, но хотелось, чтобы уже опустились ниже.
- Только ты можешь с ней совладать, - шептала Фригг, - моя маленькая любимая Фрейя.
И Фрейя забывала, что сердится на неё, и что все эти ласки скоро закончатся - до следующего раза, когда потребуется помощь.
- Позволь мне обмыть тебя, - ласково попросила Фригг, запуская руку за пояс штанов Фрейи, скользя пальцем между влажных складок. Фрейя качнулась, перехватила руку Фригг, заставляя ласкать сильнее, и сдавленно выдохнула:
- Да.
Фригг дразнила, лишь слегка надавливала большим пальцем, остальные запуская внутрь. Опять Фрейя не могла устоять, не находила силы отказаться: пусть потом будет невыносимо больно от безразличия Фригг - это потом, а сейчас...
Поздним вечером Фрейя возвращалась в Фолькванг с двумя яблоками в руках. Тело было удивительно лёгким - как всегда после близости с Фригг. Отблески заката окрашивали Сессрумнир в цвет крови, и Фрейя не могла оторвать от него взгляд, хотя думала...
Думала о всяком: о милой Идунн, неузнаваемо менявшейся при общении с Фригг, о непостоянстве Фригг, о том, что между ней и Идунн что-то было или есть: то ли тайна, то ли чувства, то ли какое-то непонятное соперничество за власть. О том, что готова умолять Идунн лишать яблок умопомрачительную, коварную и бесстыдную Фригг, лишь бы иметь возможность снова её увидеть, почувствовать прикосновения, целовать.
В палатах было тихо. Слуги уже легли, и Фрейя бесшумно ступала в полумраке просторных коридоров.
В едва освещённой закатом спальне ждала Фригг. Сидела в кресле, подперев острый подбородок кулаком, подвернув ноги.
- Держи.
Фригг ловко поймала яблоко и впилась в него белоснежными ровными зубами. Послышался сочный хруст. Фрейя уселась на кровать и тоже принялась за молодильное яблоко.
Неотвратимо темнело. Мрак и тоска наползали, давили. К сладкому вкусу примешивалась соль слёз.
Доев яблоко, Фригг поставила огрызок на изящный столик. Облизала пальцы. Красивые, сильные пальцы. И принялась надевать разложенные на столешнице перстни.
- Спасибо за помощь, - Фригг поднялась с кресла.
- Почему я всегда иду у тебя на поводу? - смотрела на неё Фрейя.
Покачивая бёдрами, Фригг приблизилась и, потянув за подбородок, наклонилась очень близко:
- Потому что ты меня любишь, только и всего.
Возражения утонули в глубоком, властном поцелуе. Сердце сходило с ума. Едва Фрейя потянулась обнять, Фригг отстранилась, выскользнула змеёй:
- Спасибо, моя обожаемая Фрейя. До встречи...
В который раз, упав в подушки и разрыдавшись, Фрейя поклялась себе, что это больше не повторится, и в следующий раз она выставит Фригг вон, забудет её ласки, вырвет её из сердца, и прочее, прочее, прочее... И снова не сдержала обещаний. Напрасно отчаявшаяся Фрейя искала утешения в объятиях мужчин: как бы ни были они хороши, её сердце принадлежало Фригг.
