Облокотившись на стойку, юноша допивал третий стакан огневиски. На гладкой поверхности драже тускло отражались огоньки свечей. В "Дырявом котле" почти никого не было, натиравший стаканы Том напевал в унисон с радио.
 
 - Ещё! - Юноша брякнул стакан на стойку. - Ещё подлей.
 
 Том достал початую бутылку:
 
 - Может, хватит? Как домой аппарировать будешь?
 
 - Не важно, - мотнул головой юноша, глядя, как огненная жидкость струится в стакан. - Не важно.
 
 - Что-нибудь случилось? - Том присел на высокий барный стул. - Неудачный день?
 
 - Угу... Такую идею зарубили... Попробуй.
 
 Юноша кивнул на принесённое с собой и весь вечер тоскливо созерцаемое цветное драже. Том с опаской взял одно, раскусил и прожевал с довольно кислым выражением лица.
 
 - Не взяли, представляешь, не взяли в "Берти Боттс", - посетовал юноша. - Такую идею - и зарубили, эх!
 
 - А почему не взяли? - Том взялся за очередной стакан.
 
 - Видите ли, вкус слишком инновационный, - развёл руками юноша.
 
 - А что за вкус?
 
 - Спермы.
 
 Том растерялся:
 
 - Вкус чего?
 
 - Спермы, обыкновенной спермы. Такого ещё не было.
 
 Побледневший Том устремился в уборную, а юноша отхлебнул огневиски и сокрушённо повторил:
 
 - Эх, такую идею зарубили, такую идею...