...too swift arrives Даже, если ребенка научишь ходить as tardy as too slow. и говорить, он все равно может стать Lorenzо Маугли. Киплинг (может быть) ПРОЛОГ
Нет откровенней этой повести на свете
где правда говорится о Ромео и Джульетте,
был лишь рассказ о том, как помирились,
купцы Монтекки с врагами Копулетти.
Меж двух родов соседских,
вышел спор давно:
при их дедах, когда Верона
была общиной,
и все фабрики, заводы, земли, воды,
и даже воздух, людские мысли,
как будто принадлежали всем -
то бишь народу,
и правили там гиббелины,
так партия звалась в народе
и все в ней состояли
и как велел совет той партии -
так все голосовали.
Но время тут настало страшное:
еды всем стало не хватать,
жилья, одежды,
и Совет решил,
разделив между собой
все фонды основные,
остаточки раздать,
чтоб каждый сам о себе заботился
и был доволен тем,
что сам достал, то сам и съел,
и не просил бы без причины
одежду, зрелищ и еды корзины.
Тогда Монтекки и Копулетти жили рядом,
дружили меж собой, да так,
что не было и мысли,
огород делить забором,
и отмечали хором
все дни рожденья, праздники, поминки,
а тут сказали всем: "Обогащайтесь"!
Монтекки грядочки вскопал,
и по воскресеньям,
редискою на рынке торговал,
доход был небольшой, но свой,
а Копулетти развел гусей и кур,
и яйца свежие, цыплят и ножки Буша
элитным семьям поставлял
и богател быстрее, чем сосед.
Монтекки стал вдруг замечать,
что какая-то жар-птица
стала его грядки посещать -
закусывать редиской.
Следы вели к соседу...
Как не хотелось деньги тратить,
пришлось забор поставить,
не богу же молиться,
на бизнесе сказались набеги дерзкой птицы!
Сосед, узнав про это,
призвал его к ответу:
- Зачем забор так близко?
- Да вот какой-то зверь жует мою редиску!
- Какой же зверь? Ты знаешь мою птицу!
- Ее имел в виду, не стоит брат сердится!
К тебе претензий нет - ведь ты сосед!
- Ну что сосед? Так можно оскорблять?
Улики предъяви! Как можно обзывать,
моих курей ворами?
Да мы, по сути, сами
не стоим их мозгов,
ведь их едят элитные семейства,
и платят хорошо, а ты мой друг,
цыпленка не купил, а вот забор поставил!
С тем Копулетти отправился поспать,
но мумбо-юмбо его мать!
И как в насмешку,
любимый копулетный гусь,
презрев границы все,
сквозь забор пролез
и нагло редиску пожирал.
А гоготал? Как гоготал!
Монтекки дар речи потерял,
схватил тут веник и стал гуся гонять,
а тот сильней стал гоготать -
обижен был.
От шума проснулся Копулетти
и вышел посмотреть,
а там Монтекки... его гуся!...
Предназначенного на званный ужин мэра!
- Сосед! Что за манера,
чужую собственность гонять?
- Прости сосед, но это ведь улика!
Ты требовал ее и можешь забирать,
но моих редисок,
сожрал он дюжин пять!
- Ты брат загнул. Придумал бы получше...
Гусь ест пшено, червей, лягушек,
но чтоб редиску жрать!...
Такого нет в природе!...
- Да при честном народе,
клянусь,
сожрал он дюжин пять!
Давай его мы вскроем
и если редиски не найдем,
вдвойне, втройне плачу!
- Ну, хорошо, ты собери соседей,-
а про себя подумал Копулетти,-
так он не жемчуг крал,
редиску дюжин пять.
А вскроем мы другого,
жаль тройную цену мне терять!
Но гусь был не согласен с этим,
как только разошлись Монтекки с Копулетти,
он снова за забор...
Монтекки выглянул во двор: "Вот вор"!
В хозяина собака, все норовит нажраться на халяву,
чтоб вкусным лечь на мэрский стол!
И он схватил лопату...
Чик! И голова гуся похожа стала на редиску...
- За тот урон, соседский вор,-
Монтекки словно прокурор,
сурово вынес приговор,-
сожрем тебя,
ты сам дружок подвергнул себя риску,
когда решил убить любимую редиску!
Но гусь тут показал натуру подлеца:
чтоб не глумился враг над трупом,
вспорхнул через забор и двигаясь уступом,
отдал концы у родного крыльца!
Тут Копулетти вышел, выкатив глаза,
а из гуся!...
Ленивой лентой выползала красная редиска...
Но не это обидело его, а то,
что мэру такого не едать -
другие гуси подохлее...
и вспоминая чью-то мать
и все сильней зверея,
схватил мушкет, пальнул,
и выбил глаз Монтекки,
но тот стоял, опершись на лопату,
Копулетти ближе подошел,
и заглянул через забор...
Мелькнул клинок лопаты,
еще мелькнул,
как говорят солдаты,
лопата тоже штык, кинжал, топор!
И вот вам результаты:
один без глаза, из-за гуся был спор -
паршивейший скандал!
Другой - свои уши увидал,
кровь плечи заливала,
напоминали уши погоны генерала.
С тех пор прошло...
неважно сколько лет,
друг друга убивали
Монтекки с Копулетти,
а также слуги их и повара,
собаки насмерть бились,
кошки хватали друг друга за глаза,
и даже мыши налеты совершали
на вражеский амбар.
А может люди врут, и не все так было,
кто разберет кошек и мышей -
они не слуги,
не выгонишь взашей
и клейма не поставишь!
РОМЕО
Итак, начнем!
Друг другу стали палачом
два рода древних...
Монтекки - отец Ромео,
был челноком,
из Греции возил одежду, шубы,
из Чехии - стекло, хрусталь,
но вражеская сталь
сразила старших сыновей,
остался лишь малыш Ромео -
четырнадцать минуло лет ему,
хранили его лучше, чем казну,
пока не научился малый
играть так виртуозно шпагой,
как Паганини скрипкой,
и тактикой, как Вер ди оперой владел,
и как Карузо пел Победе гимны.
И все же,
что на семью Монтекки было не похоже,
Ромео подсчитал в своем уме,
что этого ему вполне...
чтобы красавиц соблазнять...
И вот те на, и вот поди, ты
решил начать он с Розалинды
лицом Венеры, Афродиты,
умом блиставшей как Таис,
глаза лучились: "берегись"!
Прическа как у Клеопатры,
а уши, шея - Нефертити -
ну разве вы не захотите:
две груди - спелый ананас
стоят и в профиль и анфас,
не только взгляд, аж руки лезут:
в ушах туман, в глазах светло...
О боже! Кажется стекло!
А если рассказать о ножках,
совсем чуть-чуть, совсем немножко,
боюсь, что хватит вас удар,
хоть я о попке не сказал!
Ромео отказа не знал с пеленок,
в четырнадцать еще ребенок
(вернее оставался им,
а вопли плоти, словно гимн,
все поднимали, всем бурлили,
но секса тайны не открыли,
он знал, что требовать ему,
но как, зачем и почему?
Любви он женской захотел,
весною слышишь стоны тел,
и долго можешь не понять,
каких же витаминов дать?)
И он сказал: "ее хочу,
и сколько надо заплачу"!
И в жизни самый первый раз
Ромео получил отказ!
Не понял он, что так бывает,
но то, что это оскорбляет
Монтекки честь в его лице,
в наследном будущем купце,
что есть он перестал и спать...
Так гнев подстегивает страсть,
что прав лишь ты, и что ты - власть,
когда ты хочешь доказать -
что достоин участи другой,
и что командуешь судьбой,
своей, да и людей других -
тогда ты псих!
"Ее слова как гвоздь в гробу
и их забыть я не могу,
она не приняла мольбу,
что сочинял я целый день:
- Не стой же мальчик, словно пень,
раз клялся мне в своей любви,
тогда со мной поговори,
какие знаешь ты стихи?
Петрарки, Данте - все равно!
- Я что-то слышал о Сафо!
Ему в ответ веселый смех:
- Не наводи меня на грех,
смеяться есть одна причина:
Сафо известно - не мужчина,
стихи писала для подруги...
На этом острове милок,
любовь двух женщин не порок!
Ну, расскажи о Рафаэле,
что папе рисовал в капелле,
о Караваджо, Тинторетто,
я полюблю тебя за это!
Не шпагой всю же жизнь махать,
ведь надо кое-что и знать!
В театр ходить, читать, писать.
Вот граф Парис - он образован:
и в астрономии силен,
и знает, как построить дом,
цветы как пчелы опыляют,
на арфе, скрипке как играют,
и Юнга, Фрейда изучал,
и даже "Капитал" читал.
За деньги все не купишь это...
Вдобавок, слишком молод ты -
хоть отрасти себе усы!
И от мальчишеской обиды,
слезы горькие текли:
- Ты пожалеешь Розалинда,
что не воспользовалась мной,
когда уйду я на покой,
покой, где нет ни суеты,
везде светло, кругом цветы,
и где красавиц дивных рой
поддержит вечный мой покой.
Убью я наглого Париса!
Ты разозлишься, рассердишься,
но дом тебе он не построит,
стихи тебе не сочинит,
и песнь на арфе не сыграет,
и как пчела не опылит!
Навстречу друг ему попался,
Бенволио его так звали,
любил подраться прямо в зале
среди танцующих...
любил он выпить на приемах,
в картишки лоха ободрать,
веселый парень был - не промах,
у всех успеет побывать.
И на бегу он крикнул быстро:
- Что отказала Розалинда?
Так это надо ожидать!
Что за недуг себе придумал,
какого хрена ты хандришь,
в Вероне, что девчонок мало,
гораздо лучших, чем она,
спроси - всегда дадут что надо,
и не задержат у окна.
- Да что они!
Они бездушны словно пни,
а что живет в твоей душе?
Неважно им кто ты, какой?
Худой и длинный как торшер,
или огромный как комод,
волнует только, что не жмот,
и чувства возникают у девчат,
когда узрят в руке дукат!
Я человек, не конь, не бык
и я так просто не привык
вонзать кинжал в любую щель,
любимым быть хочу, поверь!
- Ну, ты загнул! Не все ль равно
какое ночью пить вино!
О аромат! Какой букет!
Его ты выпил - больше нет.
Вину уж точно наплевать
в какую глотку попадать!
- Вот я о том и говорю,
не уподобляй себя вину,
любовь болезнь - пусть я умру
прекрасней в мире нет болезни,
страшней, вредней и бесполезней,
но я готов болеть всегда
и говорю все не спроста,
она творит и чудеса!
- Я вот чего тебе скажу:
я сам, конечно, не люблю,
но ты же можешь попытать
любовь любовью вышибать,
болеть желаешь, - так болей
и нечего впадать в кручину -
ты поменяй любви причину!
А кстати! Бросим по монете,
сегодня бал у Копулетти
не просто бал, а маскарад,
потратим день на наряд?
А ежели там скучно станет,
еще я лекцию прочту,
но я уверен, повстречаешь
ты на балу свою мечту.
Никто тебя там не узнает,
никто тебя не застучит,
решай скорее, а то с обеда,
живот голодный мой урчит!
- Что твой живот!
Едой набил - он сразу смолк.
А вот душе когда обидно,
в ненастье бед лучей не видно,
лучей надежды, счастья, веры,
а те примеры,
которыми горят отцы и деды -
сплошной обман, одни химеры!
А мне что делать?
Надраться вдрызг, затеять драку,
потом, как злобную собаку
меня прикончат невзначай,
а папа с мамой получай
свежайший трупик сына?
Веселая картина!
Бенволио ты прав!
Развеять в прах обиды, грезы,
ненастье вон, все тучи, грозы!
Мой друг, я нашей встрече рад,
пошли с тобой на маскарад!
ДЖУЛЬЕТТА
Джульетта, как дитя в благородном семействе,
была лишена общения сверстниц,
но няньки, родители, учителя
вложили в нее, все, что признано в свете:
хождение в танце,
осанка и лютня,
романы читать, носить шляпки и платья,
обо всем, что угодно вести разговор,
как вилку держать, как сервировать стол,
но Джульетта любила романы читать:
книжку и свечку тащила в кровать -
под одеялом таинственный мир:
рыцари, дамы, пират и вампир.
Тени от свечки играли героев:
рыцарь тонул в бочке помоев,
с риском для жизни его леди спасала
и вместе с ним от жениха убегала...
После к пиратам в плен попадали,
любовью от холода друг друга спасали...
Наглый и жадный дерзкий вампир
на телах своих жертв устраивал пир...
Все были там: Дон Кихот и Айвенго,
граф Монтекристо, Мирандолина,
лампа у Шелли и Алладина,
Лопе де Вега, Гольдони, Мольер,
герои Бокаччо - Джульетте пример.
Ну а Петроний читался до дыр,
Джульетте новый мир, как будто открыл.
Джульетте казалось - она на страницах романа,
но как только светлело в клубах тумана,
алела заря и солнце вставало,
мечта на станицах ее умирала.
Как скучно быть днем и как сладко в ночи,
бедное сердце надеждой стучит,
так день за днем и за месяцем год -
где же вы рыцари - славный народ?
Папа и мама жениха подобрали,
честь Копулетти женихом не марали...
граф Парис был достоин невесты:
умен, образован, богатый и честный.
К нему перейдут все земли, поместья,
Джульетту страшили подобные вести
(убили Монтекки всех братье Джульетты,
остались от братьев одни лишь портреты).
О боже! Как с графом скучно Джульетте
он знает о многом, о всяком на свете:
сбиваются звезды в какие соцветья,
кто Караваджо и Ботичелли,
какой папа сидит на престоле,
как строят мосты, размножаются пчелы,
что написал Петрарка Лауре,
как Цезаря Юлия друзья обманули...
Полон скуки Парис как бездонная яма,
но со свадьбой торопят папа и мама.
Встретить бы парня и ночью сбежать...
Жаль остается об этом мечтать.
Бледный вид дочери отца взволновал
и он устроил для нее карнавал.
КАРНАВАЛ
На балу все в масках были,
чтоб не делать много пыли,
а чтобы пыль в глаза пускать,
жертву надо отыскать.
Тут не верь своим глазам -
жертвой можешь стать и сам!
Надо быть осторожным перед завтрашней свадьбой:
Джульетте понравится чей-нибудь малый,
который льстиво поет и пускается в пляс,
а сам из себя - большой лоботряс!
Он за ночь добьется, что надо ему -
честь Копулетти стоит на кону!
Племянника Тибальда Копулетти-отец
просил завтра вести дочь под венец
и следить на балу за Джульеттой слегка
и отшивать от нее чужака,
который с ней рядом будет вертеться,
Тибальд скривился, но некуда деться!
Копулетти ушел переодеться ко сну,
рано велели ложиться ему...
Джульетте Парис говорил про луну:
когда месяц на небе, там все на боку,
а когда месяц становится полной луной,
то ходят по ней - вниз головой!
Тибальд, однако, не верил ему,
Джульетта скромно стояла в углу...
Тибальд считал, что луна это сыр,
стянуть ее если, прокормит весь мир.
Начали танцы и пары пошли,
к Джульетте рыцари опять не пришли...
Как же Джульетте хотелось рыдать,
но кто-то ее повел танцевать.
Вздрогнула всем девичьим телом милашка,
словно разбилась любимая чашка,
а партнер не так понял испуг,
жаром обдал и повел ее в круг.
- Мама миа! В тебя я влюблен,
жизнь я свою ставлю на кон,
жди на балконе, ночью приду,
в руки тебе вверяю судьбу.
Видишь, от счастья оба дрожим,
давай ночью вместе сбежим!
- А...,- только сказала Джульетта,
но Тибальд волок незнакомца за это...
что все называют воротником,
и подгонял смачным пинком.
Тибальд решил сразу сжечь все мосты,
снял свою маску:- Сдерни и ты,
прежде, чем я тебя заколю,
должен увидеть личность твою!
- Личность моя известна давно,
а вы Копулетти, все равно, что гавно,-
и Ромео скинул маску,-
ты не шути со мной напрасно,
ты негодяй, порвал мне кружева.
Чайник на шее твоя голова,
и надо потом еще посмотреть,
кто будет в пыли от смерти хрипеть!
Со звоном церковным шпаги сошлись,
своей неподвластные власти,
и звуки железа оркестром слились
в кровавую песню страсти.
И Тибальда в шею Ромео проткнул,
ударив последним аккордом
и музыка стихла, послышался стон,
залитым кровью горлом.
Ромео почудилось будто спина
в предсмертной агонии скрипнула:
- Победа большая, но больше вина,
ее не искупишь молитвами...
Джульетте траур теперь не к лицу,
как сестра отнесется к тебе, подлецу?
- Так это Джульетта рядом была?
Что я наделал боже!
Словно ударил сам себя
по мерзкой пьяной роже!
И как не примет меня она,
в своем я верен завете.
Эх! Была - ни была,
я ночью приду к Джульетте!
ПОБЕГ
Все равно все дороги ведут в Рим, а в других городах на кладбище. Веронская пословица
Джульетта страдала и спать не могла,
знание смерти томило,
казалось, что Тибальда голова
за смерть свою грустно корила.
Все как в романе:
драка и смерть из-за прекрасной дамы,
осталось только сбежать успеть
от Париса, папы и мамы.
Тихий в саду послышался свист,
и в темноте под балконом
на ветке груши Ромео повис
такой желанный, знакомый.
- Ромео бежим?
- Нет, подожди! Ты уже знаешь,
что Тибальда я жизни лишил,
за это меня проклинаешь?
- Милый Ромео, знаю я все,
и это уже не исправишь,
твоею любовью я тоже горю...
Зачем ты меня обнимаешь?
- Мэр города подготовил указ:
изгнать меня из Вероны,
и мы должны прямо сейчас,
стать верными мужем с женою.
Мне надо успеть семя внедрить,
пошли быстрей на кровать,
а Парис может не пить и не спать,
а свадьбы ему не видать!
- Ромео, в романах все вовсе не так,
чтоб завтра смогла я родить...
Хотелось бы мне слегка подождать,
попозже мир удивить!
Милый мой, раскинь-ка мозги,
завтра замуж меня отдают,
хоть главного сторожа ты и убил,
но меня все равно стерегут.
Здесь не важен результат,
а нужен процесс,
значит надо тихое место,
и я буду милее восточных принцесс,
для тебя я буду как тесто.
Надо срочно бежать
и венчаться тайком
и тогда уж никто на свете,
не разлучит нас ни ночью, ни днем -
навсегда я в твоей карете!
Тут тихонько стукнули в дверь,
и как при большом секрете,
голос мамаши тихо сказал:
"Бедные, бедные дети,
этот Ромео просто зверь,
как терпят таких на свете?
- Ты слышал? - Спросила Джульетта,-
за тебя не дадут и монеты!
Отсюда надо срочно бежать,
где лошади, пони, кареты?
- Ну нет у меня для тебя лошадей,
и в Вероне мне быть до рассвета,
давай же дело закончим скорей,
любимая мною Джульетта!
Завтра Парису расскажешь о нас,
и граф не уронит чести,
с достоинством примет твердый отказ,
свободу подарит невесте!
- А если он сделает наоборот?
Не захочет поднимать скандала,
чтоб не смеялся над ним народ,
и свадьбу сыграет, - Джульетта сказала.
И дети бежали, где спрятаться им?
Чтобы проникнуть друг в друга...
В часовне монаха повезло молодым,
в поцелуе слились неумело, но туго.
- Кто там, так неуемно сопит?
- сон пропал у монаха,-
откройся, если ты человек, и молчи,
если ты зверь или птаха.
Ромео открылся и все рассказал:
о встречах на карнавале,
о свадьбе назначенной второпях,
о том, что с Джульеттой сбежали...
- Милые дети мои, конечно я грех совершаю,
от поцелуев только губы болят,
давайте я вас обвенчаю!
И надо из протокола выписку дать,
чтоб было вам легче бежать...
...хоть вы совсем и дети...
Ромео согласен в жены Джульетту взять,
ты знаешь, что она Копулетти?
- Не спрашивай Лоренцо, венчай поскорей,
я понял, где царствует страсть,
меж ногами сковородка кипит,
не может никак упасть!
- Согласна и я его в мужья взять,
и знаю, что из Монтекки он,
давайте скорее венчать,
возьмите в награду кулон!
- Все сделано,
вы муж и жена,
и даже можно в кровать,
но надобно срочно бежать,
и тут не поможет:
люблю - не люблю
поймают Ромео - посадят в тюрьму!
- Я его провожу!
А утром Парису все расскажу,
что теперь я ему не нужна,
поскольку уже чужая жена!
В обнимку, как видно, не в силах расстаться,
стали на ощупь в темноте пробираться
через надгробья, кресты и могилы,
двое приятных, серьезных и милых
мало что зная в жизни, в любви,
в будущее смело и грустно пошли.
Вчера - познакомились,
сейчас - обвенчались,
и тут же средь мертвых,
надолго расстались?
- Не пойду я домой,
я поеду с тобой,
поскольку считаюсь законной женой,
минута в разлуке, мне - вечности век,
кровь замедляет в венах свой бег...
- Я тоже родная, без тебя не могу,
чувства бьются как огонь на ветру,
если расстанусь, то скоро умру,
жизнь без тебя - это тюрьма,
и навсегда - солнца закат,
небо печальное все в облаках,
одновременно холод и сушь,
может я сплю?
Когда же проснусь?
Солнце всходило, туман уплывал,
в бликах лучей - сплошной карнавал
склепов, надгробий, кустов и цветов -
тихая пристань всех мертвецов.
ВМЕСТЕ НАВСЕГДА или КЛЯТВЫ СБЫЛИСЬ Иногда клятвы сбываются, но не в то время и не в том месте. Последние слова Робеспьера перед казнью. - Смотри-ка Джульетта - шикарная травка!
В ней будет уютно, раздольно и мягко!
Ромео ширинку в момент расстегнул...
но тут с двух сторон послышался шум.
Шли Копулетти слева в аллее,
а прямо напротив Монтекки аллели.
Что-то кричали собственным детям,
но звуки сносил в сторону ветер.
- Что же нам делать?
Им встречаться нельзя,
всему миру известно, что они не друзья!
Слышишь, как ангелы песни поют?
Как только сойдутся - друг друга убьют!
- Странное дело и все из-за нас!
Видеть такого я не могу, раньше их я лучше умру!
А если они сговорились, то нас разлучат...
И Джульетта скушала яд...
Что жизнь без тебя - скучный обряд...
- Подожди же, Джульетта,
я тоже с тобой,
Ромео сжал кинжал за спиной,
и без замаха в сердце всадил...
- Без тебя я чудовищно жил!
Теперь навсегда, вместе, опять,
счастлив с тобой я умирать...
Но молчала она, не сказав ничего,
только дрогнули бледные губы ее...
Тут и встретились теща, свекровь,
свекр и тесть
и застыли печально, не в силах присесть...
- Мы пришли, - Копулетти, запинаясь, сказал,-
сообщить, что все знаем про них,
что свадьбы не будет, Парис не жених...
А Монтекки промолвил:
- Нам Лоренцо сказал,
что полчетвертого их обвенчал...
Стоят ли дети нашей вражды?
Милые дети, вы очень нужны!
- Как же нам быть? Как род продолжать?
Жена моя не может рожать!
...хотя я сам и способен вполне...
- Зато я не могу доставить жене,
то, из чего образуется плод,
хотя может она и этого ждет.
- Может наши достоинства мы совместим,
и будущего ребенка им посвятим?
Вот и все
о короткой и бурной любви...
ЭПИЛОГ
О Парисе сказать только надо,
был он побитый,
как лист после града,
никогда не получал такого удара,
но с Розалиндой - прекрасная пара.
Девочки, мальчики, усвойте одно:
чем дольше стоит, тем крепче вино,
приятней на вкус, особый букет,
голова не болит, раз похмелия нет,
а если незрелую брагу хлебать,
есть шанс импотентом иль фригидною стать.
Жизнь коротка, но она не минутка,
получишь не только расстройство желудка!