Аннотация: Пройти мимо "Колдуна Российский империи"? Ну уж нет! Тем более, когда мало того, что подкидывают идею для рассказа, так еще и всячески подбадривают!
Кузя шел на рынок. Это не было неким необычным событием или чем-то из ряда вон выходящим. Маргарита уже успела убедиться, что некоторые бытовые дела - например, уборку в комнате, мытье посуды или поход на рынок - Кузе можно поручать. Главное, чтобы он, Кузя, проникся важностью поручаемой миссии. И тогда для него обычное дело превращалось в нечто увлекательное и важное, а к таким делам Кузя относился серьезно.
Правда, Гермес Аркадьевич порою бывал недоволен, когда банальная влажная уборка перерастала в глобальную (в границах всего дома) охоту за пылинкой, но Кузя умел учиться на ошибках, причем не только своих, так что последние полгода свидетельницей выслеживания сбежавшей от Кузи пыли была только Маргарита. Более того, если Кузе удавалось сделать все зрелищно и увлекательно, то он получал вкусное поощрение. В обоих обликах.
Итак, Кузя шел на рынок. Список необходимых продуктов был коротким, инструкции четкими: 'Купи, Кузенька, свеклы килограмма полтора. Борща хочу наварить, а свекла закончилась. И запечь я ее хочу с ветчиной и сыром, Гермес Аркадьевич намедни спрашивал. Только вместо ветчинки окорок хочу положить. Помнишь, какой ты покупал третьего дня? Вот такого не надо, возьми варено-копченого. И вот еще денежка - купи себе пряник. Зефир? Хорошо, купи себе немного зефира'.
Воздух после ночного дождя пах свежестью и умиротворением, а начинающие желтеть листья вносили в этот коктейль нотку терпкой горьковатой печали. Чем ближе к рынку подходил Кузя, тем сложнее становились окутывающие его ароматы улицы: ванильная сладость пирожных, резкая нотка свежей рыбы, осенне-коричная кислинка яблочных пирогов, вкусный запах свежего хлеба и... Кузя принюхался. Да! Это точно был зефир, однако к благоуханию любимого лакомства примешивался запах смутно знакомый, но почему-то очень неожиданный. Кузя был настолько поглощен загадкой этого внезапного аромата, что не замечал ничего и никого вокруг. Он завертел головой, пытаясь определить, откуда доносится запах, с кем-то случайно столкнулся, машинально буркнул слова извинения и был тут же отловлен за шкирку.
- Ты что ж это творишь? - задумчиво глядя на Кузю, спросил Владимир. - Спишь на ходу или... - Див принюхался. - Нет, не пьян. К счастью.
Владимир был как обычно собран, спокоен и рассудителен, но что-то в его облике казалось странным, но додумать про это Кузя решил попозже. Услышав от Кузи про поручение Маргариты, Владимир кивнул, выпустил воротник Кузиного пальто и посоветовал не потратить денег зазря. При этом он периодически поглядывал куда-то за спину Кузи, и создавалось ощущение, что это зрелище занимает его гораздо больше беседы. 'Наверное, по службе', - решил Кузя и поспешил распрощаться. Однако далеко он не ушел, ибо был любопытен - как и подобает правильному коту. Затерявшись в толпе, Кузя свернул за угол ближайшего строения, оказавшегося галантерейной лавкой, и осторожно выглянул. Похоже, Владимир кого-то выслеживает. И Кузя, кажется, знает кого - буквально вчера за ужином Гермес Аркадьевич обсуждал с Виктором Геннадьевичем какого-то особо удачливого и дерзкого воришку. И как раз тогда Гермес Аркадьевич и упомянул про свеклу с сыром...
Свекла! Маргарита ждет ее, а он, Кузя, прохлаждается. Непорядок! Опять же - чем раньше будет куплена свекла, тем раньше можно будет полакомиться зефиром. Кузя решительно повернулся в сторону овощных рядов, намереваясь сначала купить так необходимого Маргарите корнеплода, потом выбрать кусок окорока, да пожирнее, а уж потом приступить к выбору самого вкусного на свете лакомства.
Однако плану этому не суждено было осуществиться. Едва Кузя прошел пару шагов, как его остановил аромат зефира, буквально выметнувшийся из открывшейся двери кондитерской. Возникший в облаке аромата парнишка в чистом фартуке и шапочке кондитера на русых вихрах понимающе улыбнулся и почти прошептал заговорщицким голосом:
- Свежайший! Новинка сезона! Извольте-с...
И, подхватив Кузю под локоток, повлек к прилавку, на котором и находился источник волшебного аромата.
- Клубничного не желаете? Или вот еще, фисташковый или яблочный...
- А что за новинка? - припомнил Кузя через полчаса, уже несколько утомленный и осоловевший от обилия вкусов и запахов.
Парень многозначительно промолвил: 'Оооо, вы такого никогда не пробовали!' и достал из-под прилавка жестяную банку, а затем открыл ее. Густой пряно-масляный и слегка карамельный аромат мгновенно обволок Кузю. Первый кусочек тыквенного зефира отозвался во рту уютным и каким-то осенним вкусом с нотками корицы и гвоздики, от второго во рту началась форменная вкусовая феерия, третий же увлек лакомку в гастрономическую бездну. Из которой Кузю выдернул голос парня-продавца, уже не искушающий, а деловито-сухой, как стук костяшек счетов.
- Итого с вас, милейший...
От названной суммы у Кузи разом просветлело в мозгу и потемнело в глазах. Не то чтобы у него не было при себе таких денег, но ведь надо было еще купить продуктов по главному - Маргаритиному списку. Кузя попробовал было заикнуться насчет цены на зефир, но продавец голосом настолько ледяным, словно был коренным обитателем Пустошей, заявил, что все продегустированные сорта зефира являются новинками, а потому их цена на двадцать процентов выше средней. Так что съеденный покупателем зефир в размере почти пяти фунтов именно столько и стоит. И Кузе ничего не оставалось делать, как достать кошелек и расплатиться.
Нога за ногу Кузя, отягощенный полутора килограммами отборнейшей свеклы, плелся в мясной магазин, в котором Маргарита велела Кузе покупать окорок. Денег точно не хватит. За корнеплоды Кузя торговался так, что окрестные торговки, все как одна чернявые и носатые, с умилением взирали на него и перешептывались о том, что наконец-то нашелся правильный покупатель, ценящий не только хороший продукт, но и искусство правильного торга. Но денег не хватит все равно. И просить окорока в долг даже не стоит - об этом мигом узнает Маргарита. Но Кузя все равно шел, истово надеясь на чудо.
И оно случилось. Мясник встретил Кузю широкой улыбкой и пробасил, что уже заждался. Дескать, еще с полчаса назад заходил щеголеватый, но строгий блондин с серьезными голубыми глазами, оплатил кусок отличнейшего окорока и велел отдать Кузьме. Сдачу не взял, велел отдать краковской колбаской опять же Кузьме. Мигом повеселевший Кузя подхватил источавший дивные ароматы сверток и помчался домой.
А вечером к Гермесу Аркадьевичу по какой-то служебной надобности заглянул Владимир. Кузя подстерег казенного дива во дворе и стал истово благодарить, даже пообещал поделиться зефиром.
- О чем это ты? - прервал поток Кузиных речей Владимир. - Я полчаса назад вернулся из Клязьмы. Служебная командировка, почти месяц. Ты что, забыл?
И Кузя вдруг вспомнил, и от этого разом ему поверил. Но если не Владимир выслеживал воришку, не Владимир предупреждал Кузю о растрате и не Владимир расплачивался с мясником, то...
Кто тогда это был?