Я жег огни Cвятого Эльма
На очертаньях кораблей,
Но, убаюкан пеньем фей,
Летал во сне к кострам селенья,
Где свет горел вечерним цветом
И где, шутя перед судом,
Я разговаривал с поэтом
И нам внимал старинный дом.
Часы, скрипя, считали время -
Неиссякаемую нить,
Увы, нам суждено испить
Седин мольбы и страсти бремя,
Чтобы понять и осенить
Святым знамением любви
Огонь, бушующий в крови,
И, после всех, повременить.
Любя ночные разговоры
И полуночные стихи,
Мы с ним ругались от тоски
До оглашенья приговора,
До первых капелек дождя
Внутри таинственного неба.
И он разубедил меня,
Но я не преломил с ним хлеба.
Я просыпался в темноте
И разум высшего порядка,
Как долгожданная разрядка,
Внимал извечной простоте.