Стою под влажным осенним деревом.
В небе опускаются листья, кажется.
Они не движутся.
Вот упадут - тогда станет зима.
Поднимаюсь по задранной дороге, прямо за деревом.
Кажется, двигаюсь я.
Каждый лист, все падающий откуда-то, лишь обозначает точку в пространстве.
Не всё ли равно?
На самом деле, листья приклеены к секундам.
Двигаюсь я.
У багрового лица в шляпе из крахмала блестящий портсигар.
Наполняю его полинялыми листьями.
Внутрь сажаю каштановую черепаху.
В гнезде из сваленных листьев ей тепло .
Как под шляпой багрового лица с анютиными глазками.
Лицо неподвижно.
И тепло никуда не денется.
Почему бы?
Я стою под часами близко настолько, что стрелки пролетают мимо меня к своей цели.
Я знаю, я двигаюсь, потому что падаю.
Знаю, как тикает пружина занудным голосом.
Она не движется .
Время стоит, прислонившись к моим пальцам, они щупают скользкое небесное вымя, что выплевывает холодную муть.
Я хотела этого.