Аннотация: О свободе слова, анархизме и войне "славянофилов" и "евроатлантистов".
После физкультуры хотелось окунуться в джакузи или посидеть на скамейке в парке. Но вместо этого предстояло выдержать семинар по политологии.
Я вошла в аудиторию и села рядом с Олегом. Мы поцеловались.
-Как физкультура? - спросил он.
-Супер! Играли в волейбол с третьекурсницами. Мы выиграли!
-А мы в футбол, с политехом. Проиграли, как обычно.
-Не беда! Подумаешь! Ой, чего ты такой смурной? Мужики обязательно должны выигрывать? Всегда? Я тебя умоляю!
Вошёл препод, Орест Васильевич, импозантный сноб в темно-синем костюме-тройке. Мечта интеллигентных незамужних дамочек старше тридцати пяти. На отвороте пиджака висел жёлто-голубой значок в форме Украины.
-Сегодня мы поделим вас, любi друзi, на две условные группы. Каждый может выбрать, в какой группе он желает быть - евроатлантистов или славянофилов. Итак, славянофилы переходят в правую часть аудитории, евроатлантисты в левую.
Мои сокурсники послушно разгруппировались по политическим взглядам. Я осталась сидеть на месте.
-Эй! - Олег толкнул меня в бок. - Только не выделывайся, пожалуйста! Это же несерьезно, игра, не более того.
-Это идиотизм! - возмущалась я. - Я отказываюсь в нём участвовать!
Олег пожал плечами, встал и направился в сторону евроатлантистов. Орест Васильевич смотрел на меня с ироничной усмешкой.
-Ксения, мы ждём. Определяйтесь поскорее, за кого вы.
-Я уже давно определилась.
Все пялились на меня.
-Вы, кажется, недооценивайте важность политических дискуссий, - говорил препод, неспешно шагая туда-сюда вдоль своего стола. - Ведёте вы себя, девушка, очень несознательно. Если вы не интересуетесь политикой, то политика заинтересуется вами.
-Пусть попробует, конкретно обломается. Я анархистка.
-Анархистка? - переспросил Орест Васильевич. - И кого же вы читали, например, из европейских анархистов? Вы хотя бы ознакомились с научным определением анархизма?
-Нет. Но это не мешает мне быть выше вашей политики. И вообще, я учусь на факультете романо-германской филологии. К чему эти бессмысленные дискуссии?
-Вы не хотите обсудить будущее Украины?
-Я хочу учить языки, играть в волейбол, гулять по паркам, танцевать, веселиться с моим парнем, читать художественную литературу. У нас демократия? Или нет?
-Ладно. - Отозвался Орест Васильевич, бросив на меня странный взгляд, то ли угрожающий, то ли неприязненный.
Началась дискуссия. Эмоции бурлили.
-Москва не будет шантажировать нас газом и указывать с кем Украине дружить! Западный путь - гарантия демократии, процветания и защиты от северных соседей-агрессоров!
-Послушайте, ссора между братскими народами - это нонсенс. На кой мы сдались НАТО, нищие и разрозненные? Нас превратят в сырьевой придаток и склад ядовитых отходов!
Я вытащила из сумки глянцевый журнал и медиаплеер. Надела наушники, врубила музон и начала листать страницы.
Страсти тем временем накалялись.
-Ты хочешь, чтобы тупые америкосы припёрлись сюда и трахали наших женщин?! Ты посмотри, что они в Ираке творят!
-Да заткнись ты, фашист прокремлёвский! Вас ещё чёрт знает когда монголо-татары оттрахали, вот откуда столько азиатщины и дурости!
Кто-то из стана славянофилов плюнул в сторону евроатлантистов. В ответ полетело яблоко, попало кому-то в лоб, раздались громкие маты. На первых порах сцепились двое, затрещала одежда, слышались звуки от ударов кулаками по лицу. Они обняли друг друга, словно парочка влюбленных, и покатились вниз по узкой лестнице. Потом начался конкретный махач, все орали, вцеплялись друг другу в горло, били лежачих, девчонки расцарапывали оппоненткам физиономии, воздух наполнился запахом крови и пота.
Орест Васильевич взирал на всеобщую драку свысока, мило улыбался, потирал руки и громко вещал:
-В споре рождается истина. Демократия предоставляет возможность высказывать различные мнения о судьбе страны. Открытая дискуссия - это дорога к примирению и пониманию.
Мимо меня просвистел немаленький кусок дерева, и я пересела повыше, надеясь, что сражавшийся за евроатлантистов Олег сильно не покалечится. Я игралась с медиаплеером, а когда оторвала от него взгляд, то увидела нависшего надо мной Ореста Васильевича. На его лице читалась ярость, глаза светились безумием.
-Анархистка, блядь, да? - Он выхватил у меня журнал и отшвырнул его, затем запустил медиаплеером в стену. - Я тебе разъясню всю важность политических дебатов, научу ценить свободу слова! - Он взял меня за волосы и ударил лицом о парту, затем ещё раз и ещё. - Ах, она выше нашей политики, сука! Выше, да, блядь? Сейчас я тебя мигом опущу...
Орест Васильевич намотал мои волосы на запястье и потащил вниз по лестнице как собаку на поводке, мимо обезумевших однокурсников, проламывающих черепа себе подобным. У меня был разбит нос и губы, я визжала, плюясь кровью, больно ударяясь спиной о ступеньки. Он приволок меня к своему столу, врезал пару раз по лицу, затем начал пинать по ребрам.
-Ты у меня, пизда, политологом станешь! - Он вновь схватил меня за волосы и усадил на полу. - Я тебе быстро мозги вверну! Открой рот, анархистка! - Препод вытащил член из брюк и помахал им у меня перед лицом. - Кто не интересуется политикой, тот сосёт! Поняла, блядь? - Он дважды вмазал мне кулаком по скулам.
Сквозь кровавую пелену перед глазами и дикую боль в голове, я увидела как кто-то налетел на Ореста Васильевича, повалил его на стол, затем завалился вместе с ним на пол под доской. Это был Олег. Он встал и начал избивать препода ногами, отрывисто крича в паузах между ударами:
-Никакой мудак... не будет... поднимать лапу... на мою девчонку! Никакой мудак... не будет...трясти хуем... перед лицом... моей девчонки!
Затем Олег подошёл ко мне и поставил на ноги. Меня шатало, но я собрала все оставшиеся силы, чтобы не лишиться чувств. Мы смотрели друг на друга. Лицо Олега было покрыто маской крови, правая бровь словно была раздавлена, под обоими глазами аллели свежие гематомы.
-Прости, - сказал он. - Какой же я дурак! Позволил втянуть себя в это дерьмо. Валим отсюда.
Аудитория и мордобой осталась позади. Мы шли очень медленно, покачиваясь, то и дело кашляя, все в крови, в разорванной одежде.
-Поехали в Африку? - предложил Олег. - Подальше от придурков с их дискуссиями. Океан, жара, пустынный берег, и никого. Буду ловить рыбу и взбираться на пальму за кокосами.
-Как в "Голубой лагуне"?
-Да, как в "Голубой лагуне".
-Поехали. Прямо сейчас!
-Как скажешь, малыш...
Мой сокурсник с разбитой в хлам физиономией неслышно приблизился к нам сзади. Он ударил Олега ножом в спину.
-Сдохни, пиндос! - прорычал он и кинулся наутёк.
Я закричала. Олег встал на колени, и через секунду завалился на бок. Я присела перед ним, заливаясь слезами.
-Извини, накрылась Африка, - прошептал он и умер.
Я уронила окровавленное лицо в ладони.
По полу, гонимая сквозняком, прошелестела газета. Солнечный свет струился сквозь окна. Дискуссии не утихали.